# Reflection

Валерия Константиновна Мартемьянова

Reflection

Когда я умру - не начнешь ты болеть, мы ведь это уже проходили.*


Глава ╧1


Прошло достаточное количество времени с последнего дня икс. Уже не пели птицы, а людей не было на улице. Почти. Если кто-то шел по улице "эн" час назад, то хорошо. Полчаса - еще лучше. Только для кого? Для идущего? Для улицы? Или просто хорошо? Неизвестно. Не играла музыка. Совершенно не было слышно ни одной мелодии. Лишь только дождь отбивал свой ритм. Какой-то своеобразный. Он напоминал душераздирающий крик народившегося ребенка. Новых детей тут не было давно. Ни младенцев, ни подростков. Никого**. Как и солнца. Это было неким смыслом во всей этой бессмыслице. Глупо? Возможно. Но это и есть голая или даже обнаженная правда. Без метафор и вуали. Имела горький вкус. А в чем-то серый и тусклый. Словно пепел. Или горелые гренки.

В это время она обычно пила кофе. Без сахара, соли и молока. Просто кофе. Зажмурив глаза, девушка попыталась всегда вспомнить, что было "до". Воспоминания, наверное, ярким всплеском врезались ей в голову. Не выдержав, девушка открыла глаза. Слишком красочно. Слишком ярко для серой жизни. Подойдя к холодильнику и открыв его, она взяла таблетки. Маленькие. Разных форм. Зеленые, фиолетовые, розовые и красные. Или даже красненькие. Они были настолько малы, что их лучше называть с использованием уменьшительно-ласкательного суффикса. Выпив четыре штуки, (и уже не имеет значения, какого все-таки цвета они были), ей стало лучше. Впрочем, опять же. Для кого? Для героини? Производителя таблеток? Для общества? Или же для холодильника? Это так и останется загадкой. Тайной. Но не той, что рассказывается одному, а знают все, а той, что никогда не откроется. Ибо нет в мире того ключа, что отворит её.

Мысли, что были "до", рассыпались в момент. Но да конца не убили. Не из-за слабой дозировки, (хотя как выяснится позже, что да, но мы не будем забегать вперед, хорошо?), а чего-то иного.

Подойдя к шкафу, L-7596 брала привычную серую кофту и точно такие же джинсы. Тут не было ничего цветного. Абсолютно. Теперь, ты, читатель, знаешь ее имя. Оно чем-то напоминало замятинскую антиутопию. Хотя тут данная книга была под запретом. Впрочем, как и многие книги русской литературы. И все то, что пропагандировало свободолюбие. Конечно, какие-то книги здесь читались всеми, и даже со стороны власти существовал закон, что люди должны читать, но сюда точно не входило великорусское наследие. Некое вето. Это чем-то напоминало тоталитаризм. Но тут не было "вождя всех народов". А также и того, "кто вечно хочет зла, но вечно совершает благо". Тут было все иное. Не так как при Ленине или Брежневе. Тут даже не было того запаха. И тех людей. Все иное. Но об этом все позже, хорошо? Кто стоял за всем этим безумством? Никто не знал его, (а может и ее), настоящего имени, фамилии, и какая была внешность. Назовем просто - Правительство. Кто же была L-7596? Самая обычная девушка. Таких было тут около десяти тысяч. Или больше. Или меньше. Скоро будет перепись, и я вам все расскажу, обязательно. L-7596 имела обычные черты лица. Маленькие губки, серо-голубые глаза и обычный нос. Чуть, наверное, с горбинкой. Рост - метр семьдесят пять. Это писали в газете, помню точно. Как и возраст - двадцать пять лет.

С девушкой я познакомился совершенно случайно. Но это знакомство заставило меня иначе взглянуть на все. И жизнь тоже. Сейчас я вам все расскажу.


_______________

[* - аллюзия на Белинду Наизусть. Только там всё наоборот.]

[** - никто не рождался и никто не приезжал. То ли из-за страха, то ли это просто какая-то закономерность.]


Глава ╧2


Когда я её встретил, (на удивление тогда не было привычного для всех дождя, может быть, некий знак?), она сразу заинтересовала меня. Притянула к себе словно магнит. Не из-за внешности и поведения. Нечто иное. Если честно, я до сих пор не понимаю, чем являлось мое влечение к ней. Ни наваждением, ни привязанностью, ни любовью. А чем именно - неизвестно. Тем не менее, сама L-7596 меня воспринимала холодно. Я был далек от ее мира. Настоящего. А не того, что был выдуман волшебным и мифическим Правительством. Почему мифическим? А как ты, мой читатель, назвал бы того, кого никогда не видел, но он внушал тебе все. Включая то, о чем можно думать, чем питаться действительно нужно, во что одеваться. Встреча с L-7596 была одновременно и банальна, и значима (но только для меня). В тот момент девушка шла по мосту и искала что-то в мобильном телефоне. Намерено задев ее плечо, я решил заговорить.

- Здравствуйте. Я представитель журнала "LiFe" и приехал из другой страны, в ваш город, чтобы написать о нём. Не хотите рассказать что-нибудь?

- Нет, - сухо ответила девушка.

- Почему? Вы не хотите, чтобы ваш город заинтересовал туристов, и его посещали?

- Всё верно. Мне некогда. Больше не будет глупых вопросов?

- Глупых? В чем же была моя глупость? - возмутился я.

- Многое вы не знаете, да и не стоит это знать. Скажу одно - уезжайте. Так будет правильно. И если скажем совсем уж честно, то это будет самым верным решением за всю вашу жизнь.

- Не зная человека, вы судите о нём? Не находите глупым? Давайте пройдем куда-нибудь и обсудим всё.

- Хорошо. Записывайте адрес - улица Николаевская дом 14 квартира 15. Приходите после десяти вечера. Самое оптимальное время. Если уж так хочется поговорить. Если не устраивает время, то больше у меня нет желания с вами общаться.

- Я приду. Но не боитесь, что я убийца или маньяк? - с усмешкой сказал я.

- Это будет как нельзя кстати. Десертный нож, например, хорошо режет вены, столовый - сонную артерию. Продолжать?

- Откуда такие познания? - удивлённо спросил я.

- Это вас никак не должно волновать. Опережаю следующий ваш вопрос. Который глупый, но ответ я все-таки дам. Зовут меня L-7596. Прощайте. Или же до встречи. Как вам будет удобнее.

- Пока.

Через десять минут девушка скрылась за горизонтом. Может быть даже меньше. Ибо как только она ушла погода резко испортилась. С этого дня я часто замечал, что погода жила с ней в унисон. Словно являлась зеркалом души.

Чем занять себя в ближайшие два часа оставалось загадкой. Изучать город? Да, идея была тухлая и заезжая, но только это и имело место. Меня крайне удивляло на тот момент, что людей не было. Книжные лавки, бакалея, аптека, продуктовый магазин - вокруг пустота. И так я заходил в разные магазины. Свой голос уже становился противным с каждой секундой. Мне кажется каждый, кто будет разговаривать сам с собой и, причем постоянно, подталкивает ближе себя к лечению в специальном учреждении. Когда я в очередной раз задал вслух риторический вопрос вслух, то услышал непонятный шорох. Неужели галлюцинации? Или просто показалось? В тот момент, я наделся на второй момент. Но судьба преподнесла мне очередной подарок. Шорох издавал никто иначе как котенок. Маленький и почти весь черненький. Кроме левой лапы. Она была белая. Неожиданно как-то. Что с ним делать? Вот новая головная боль. И как отреагирует моя новая знакомая, если я приду с ним. Несмотря ни на что, я вышел на улицу.

Тут странный запах врезался в нос. Ощущение, что что-то умерло несколько дней назад и продолжало разлагаться. Котенок вцепился в меня своими коготками. От злости или неожиданности, я откинул его в сторону. Шикнув на меня, он убежал. Кровавые следы на груди от маленького проказника - это единственное, что теперь напоминало об этом зверьке. Но запах начал мне сковывать дыхание так, что про животное я забыл вмиг.

Единственная идея, что пришла мне в голову, так это добраться к новой знакомой прямо сейчас. На вид она не исчадие ада, поэтому думаю, что впустить меня должна.

Не знаю, сколько я блуждал в поисках дома, но радость охватила меня моментально, когда он был найден. Обычная пятиэтажка. Ничем не примечательная среди своих "сестер" и "братьев". Осталось попасть внутрь и мои страдания закончатся. Запах же просто перерос в вонь. И давил не только на горло, нос, но теперь и пухли глаза. Зайдя в подъезд, я почувствовал облегчение. Никогда не думал, что так буду рад подъеду. Но тут "аромат" стоял не лучше. Вокруг были опорожнения животных, стены исписаны нецензурной бранью, а лампочка мигала так, что напоминала больного, который бился в истерике. Дойдя до четвертого этажа, я увидел желанную квартиру. Я постучал три раза. Молчание. Еще три. Снова. Я собрался уходить, но для пущей важности стукнул еще один раз. Дверь заскрипела и открылась. На пороге стояла L-7596.

- А ты настойчивый, - сказал девушка и чуть улыбнулась.

Уголки губ приподнялись на сантиметр. Хотя, быть может, это была лишь насмешка.

- Я же обещал, - ответил я.

- И пришел рано.

Мне уйти? - задал я вопрос и приготовился к худшему.

- И больше не возвращайся, хорошо? - отозвалась девушка и закрыла дверь.


Глава ╧3


Я вышел из дома. Запах пропал также неожиданно, как и появился. Немного странным на тот момент это казалось. А вот сейчас даже привычным. Я сел на лавочку. Зачем? Покурить. Я знаю, (да и знал), что это пагубная привычка. Что это убивает, но отучиться, увы, не могу. Вкус сигарет был ужасно-очаровательным. Ужасный в том, что он медленно уничтожал все. Не только зубы, волосы и все то, что находилось снаружи, но и внутренности. Особенно легкие. Мне казалось, что они горели изнутри. Даже ныли. Но, несмотря на это, я все равно выкурил три сигареты. В чем же было прекрасие? В дыме. В его красоте. Он заставлял забыть обо всемна свете. Когда смотришь на него, то кажется, что с ним растворяются мысли. И может быть, душа. Я опомнился от неожиданного хлопка.

- Есть еще сигареты? Мне хватит даже одной.

- Ты? Что ты тут делаешь?

Откровенно говоря, что я ожидал увидеть кого угодно, но не её. Свою новую знакомую.

- Странный вопрос. Не поверишь, конечно, но живу. Или ты уже забыл? Ну, так что, сигарета есть?

- Есть. А ты разве куришь? По тебе не скажешь. Держи, - сказал я и протянул сигарету вместе с зажигалкой.

- Спасибо. Да, курю. Два года. Символично, не правда ли?

- Возможно. Может быть, ты все же расскажешь о себе?

- Может быть, и расскажу. Только давай мы все-таки пойдем ко мне? Тут я не намерена рассказывать что-либо.

- Почему? - спросил я.

- Не притворяйся или не будь глупым. Неужели ты не видишь, что люди боятся выходить из дома, а ты говоришь о разговорах.

- Если мы поднимемся к тебе домой, ты расскажешь?

- Возможно. Но ничего не обещаю. Мы идем?

- Да, - ответил я и потушил сигарету.

- Замечательно, - сказала моя собеседница и сделала тоже самое.

Мы встали с лавочки и направились в подъезд. Уже было привычно подниматься на четвертый этаж. Девушка прошла чуть вперед и открыла дверь. Я покорно зашел внутрь. Квартира представилась самой обычной. Не было никаких изысков.

- Проходи в комнату, - скомандовала моя спутница.

- Хорошо, - ответил я.

Комната была маленькая, но уютная. В ней располагался компьютерный столик с компьютером, диван, шкаф и маленький столик. Также было окно с подоконником. На подоконнике была коробочка. Примерно десять на двадцать сантиментов. На ней красовалась одна единственная надпись. Dawelwch. Спросить, что она означала, я постеснялся. Неожиданно для меня, девушка первая начала диалог.

- Садись на диван, - сказала она, - Как я понимаю, ты никакой не журналист, или кем ты там представился? Как я понимаю, в городе у нас, впервые. Так зачем тебе я? И что тебе нужно?

- Ты нужна, - сказал я тихо.

- Ты даже не знаешь мое имя, чем я увлекаюсь, а уже говоришь такие громкие слова. Зачем? Это же глупо. И я о тебе ничего не знаю.

- Хорошо. Как тебя зовут? - спросил я и улыбнулся.

- А ты быстро учишься. L-7596. Хотя, мне кажется, что я тебе уже говорила.

- Как?

- Ты прекрасно слышал, не притворяйся. Это абсурдно. И не к лицу.

- Это же словно в замятинской антиутопии. Ты читала?

- Когда-то. Но это глупо, - ответила L-7596

- У тебя все глупо. А что умно? Где истина?

- Тебе к Понтию Пилату* с такими вопросами. Ай, то есть разберись к себе. Ок?

- Я тебя не понимаю. Ты любишь роман "Мастер и Маргарита"?

- Не читала. Отстань. И не лезь ко мне. Может тебе лучше уйти?

- Что с тобой? - спросил я.

- Все хорошо. Как тебя зовут хоть?

- Сергей.

L-7596, может быть, тебе налить воды? Ты побледнела.

- У меня был один знакомый с твоим именем. Впрочем, неважно. Принеси мне лучше таблетки. Они в зале. В белой коробочке. Хорошо?

Я кивнул. Выйдя в соседнюю комнату, я обнаружил аккуратный журнальный столик. На нем было много бумаг, ручек. Конечно, я взял ее и отнес девушке.

- Спасибо тебе. Уже поздно. Давай ты ляжешь спать? Нет, мне все равно, что будет с тобой, если ты, Сергей, сейчас отправишься домой. Но думаю, так будет лучше. Договорились?

- Что это за таблетки? Что я тебе принес? - поинтересовался я.

- Тебе это ненужно. Просто таблетки. Ты остаешься или нет? Если да, то ложись на диван.

- Умеешь же ты переводить разговор. Да. А ты где ляжешь?

- В зале. Я оставляю тебя одного.

Договорив, девушка вышла из комнаты и оставила меня одного, как и обещала. Я остался наедине со своими мыслями. И коробкой. Меня она заинтересовала вновь. И что теперь мне делать?

______

[* - персонаж произведения "Мастер и Маргарита". Римский прокуратор. Всегда интересовался вопросом: "Что есть истина?" Остальное думаю, что вам известно.]


Глава ╧4.


Я долго не мог уснуть. Далеко не новое место было тому помехой. Меня беспокоили две вещи. Первое - это таблетки. В тот момент ничего не было известно. Ни их действие, ни название. Ничего. Хотя, что я мог изменить, если знал бы все? Смог заставить L-7596 не пить? Сомневаюсь. Но взять их на анализ я решил. И вторым, что не давало мне уснуть, это была коробочка. Что в ней имелось, и почему она была непохожей на другие вещи. Почему была отличной от всего. От дома, улицы, города? Странно. Открыть её я все же не решался.

Так прошел час, даже другой. Я выглянул в окно. И вдруг услышал знакомый голос. Да, это не ошибка. Это была L-7596. Она с кем-то рьяно спорила. Рассмотреть, по-человечески, не удавалось. Но данный незнакомец не внушил доверие сразу. Раздался выстрел. Не выдержав, я быстро оделся и побежал вниз. Около дороги лежала девушка и тихо стонала. Пуля прошла в плечо. Мне ничего не оставалось, как взять на руки L-7596 и отнести домой. Как мне казалось,(я считаю и по сей день так), это было верным решением. Девушка что-то бормотала себе под нос. Возможно, она проклинала того "человека". Возможно, злилась на меня. Я не знал ни в тот момент, ни сейчас. Отнеся, L-7596 в квартиру, я стал искать что-либо для вытаскивание пули из раны. Она вошла не так уж и глубоко. Мне кажется даже медик - это мог видеть. Поиски оправдали себя, и через несколько минут все самое необходимое было найдено.

Так прошел еще час. Девушка спала, а я был подле нее и постоянно щупал пульс и проверял биение сердца. Незаметно наступило утро. Оно было ужаснее в разы, чем день назад. Шел ливень с градом. И пахло гарью. Поэтому я закрыл все форточки и балконную дверь. Примерно в девять тридцать пострадавшая проснулась.

- Зачем ты это сделал? - спросила недовольно L-7596.

- В тебя стреляли, мне, что нужно тебя было оставить на улице? Мы должны обратиться в полицию. Нужно найти обидчика. Он заплатит сполна.

- Нет, - крикнула девушка.

- В тебя стреляли, черт побери. Тебя могли убить. А ты пускаешь все на самотек. Это нормально?

- Я виновата сама. И могу сказать, что в меня стреляла твоя благоверная полиция. Что? Удивлён? А вот представь себе.

- Что такое сделала? Ты убийца? За что?

- Хуже. Впрочем, это неважно. Тебе не стоит здесь находиться. Уходи. Уезжай. Уползай.

- Нет. С меня хватит, - говорил я, - Не брошу тебя.

- А если тебя убьют? Что скажет твоя жена? Мать? Отец? Ты умрешь тут. Безмолвно. И никто о тебе не вспомнит. Оно тебе надо?

- У меня никого нет. Я один. Поэтому умирать будем вместе.

- А ты смелый. Не ожидала. Кофе будешь?

- Я уже выпил. Давай ты мне всё расскажешь. Всё-всё.

- А ещё хозяйственный, правда, не там, где нужно.

- Так ты расскажешь? Заметь, я упрямый.

- Я тоже. Ну да ладно. Устраивайся поудобнее. Сейчас я схожу в комнату, возьму вещичку и начнем. Но заметь, я против всего этого. В любой момент ты можешь все прервать. Но условие - прерываешь диалог, сразу уходишь. Договорились?

- Я согласен.

- Тогда жди. Сейчас все начнется.

Договорив последнюю фразу, девушка удалилась. Через мгновение она вернулась уже со знакомым мне коробком.


Глава ╧5


- Вот зачем ты появился в моей жизни? Просто зачем? - задавала один за одним вопросы L-7596.

- А может быть - это было нужным и необходимым? - встречно спросил я.

- Нужно кому? Мне? Не поверишь, но ты мне сделал только хуже. В тебя когда-нибудь вонзались пятьдесят ножей? Сразу. Конечно, нет, ты же жив. А я мертва морально. Понимаешь? Хотя, что я спрашиваю. Естественно, нет. Тебе безразлична я. Пройдет время, а оно непременно пройдет, и ты все забудешь. В этом особенность человека. Его породы. Как все глупо. Как же всё пропитано гарью. Чувствуется гниль.

- Я пообещал не перебивать, и знаешь, если скажешь, то я уйду, - говорил я, - Но разве все люди равны и одинаковы? Разве тебе не встречались те, что дарили радость? Которые дали возможность дышать всей грудью, словно они твой кислород?

Девушка посмотрела на меня и отвернулась. Не сказав ни одного словечка. Через секунду, послышался всхлип. L-7596 ревела. Я видел много раз слезы девушек. Они ревели по разным поводам. Это могло быть невинное происшествие, подобное сломанному ногтю или что их облил грязью какой-либо уазик. Но слезы моей собеседницы были иными. Они были едкими и горючими. Когда повернулась L-7596, её взгляд поменялся. Вместо уверенной в себе девушки, предо мной находился маленький и беззащитный ребенок, которого хотелось обнять и сказать: "все хорошо". Её слезы сразу приоткрыли некую завесу тайн. Да, не всех, но хватило на время и этого. По L-7596 было видно, что что-то ее заставило разорвать остатки связи с этим городом. Если же раньше она как-то пыталась от него зависеть или стараться поддерживать с ним нейтралитет, то теперь стало ясно одно. Город убивал в ней человека и всю искренность. Её знания. Доброту и человечность. Скорее всего, она была единственным человеком в этом городе. Остальные - лишь послушные куклы бездушного кукловода. Что выполняли то, что им скажут. Ни шагу назад. Все вставало на места. L-7596 пила таблетки, чтобы убить в себе, да-да, себя. Звучит странно? Скорее - это реалии быта. Это порядок, который ей нужно было соблюдать. Только ради кого все шоу? Почему девушка не покинула городок? Не сбежала? Ведь что-то её держало. Только что? Вдруг L-7596 перестала реветь и заговорила. Голос дрожал.

- Были такие люди. Вернее был один человек такой. Но ведь сейчас - это неважно? Неважно всё. Как и я. Скоро я стану как все они. И всё. Конец всему. Можно тебя кое о чем попросить? Ты справишься, мне так кажется. Забери эту коробочку с собой. Ты можешь сделать с ней все то, что тебе захочется. Хоть сожги. Я сдержу обещание и покажу содержимое. Я расскажу о себе. А потом ты уйдешь. И больше никогда сюда не вернешься. Хорошо?

Я кивнул. Хотя что-то внутри просило возразить, но я не поддался импульсу. Сейчас наступило некое сожаление, что тогда не поступил иначе. Но уже ничего не вернуть.

- В этом коробке, мое прошлое, - начала девушка, - Тут есть все, что позволило помнить всегда то или иное событие. Раньше, скажу честно, я помнила все. Сейчас, это все меркнет. Превращается в пыль. Но не по моей воле. Я поклялась себе, что буду помнить всегда. А вышло иначе. Ненавижу. Как там поется? Я просто боюсь, что лет в пятьдесят я не вспомню, как тебя зовут. А тебе разрешаю не помнить.* Вышло иначе. Почему я такая беспомощная? Не скажешь? Да не скажешь же. Сколько обещаний. Сколько слов. Говорила, что никогда не закурю. А вот уже два года как травлю себя. Но организм словно насмехается надо мной. Нет никаких признаков, что я "пепельница". Прекрасная месть. А ты давно куришь?

- С лет четырнадцати. На улице с ребятами пробовал. Ну, так и втянулся. Зато сколько болячек прибавилось, но бросить не могу, - покорно отвечал на вопросы я.

- И не бросишь, - сказала девушка, - Ты же человек. А в этом и есть вся соль. И я человек, да, но тут иное. Ты куришь, чтобы заглушить ту или иную боль. Зачастую, надуманную тобой же. Или окружающими. А вот у меня иначе. Я курю намерено. Уничтожаю себя изнутри. Увы, не выходит. Медленная смерть идет черепашьими шагами по улиточной тропе.

Девушка открыла коробочку. Постепенно все то, что имелось в ней, лежало уже на полу. Что же там было? Пачка фотографий в файле, они были перевязаны красной лентой, бумажные птички, разные пакетики чая и кофе, три сборника современной поэзии, блокнотик, засушенный желтый цветок, шкатулочка, в ней были различные сережки, браслет, цепочка с кулоном, два листа А4, маленький брелок с Вайдером**, лента выпускника, зеркало с рисунком, на котором была изображена алая роза, две сберегательные карточки, рисунок со снегирем и какое-то письмо.

- И это моё прошлое, хочу тебе сказать. Не удивляйся, пожалуйста. Знаешь, всё что тут, является частью истории. Возможно, ты ожидал увидеть что-то значительнее, чем все это. Каждый сходит с ума по-своему. Хотя, смею заметить, это не дурость. Ни один психиатр не скажет тебе, о моем слабоумии. Вернее не так. За приделами этого города, все будут считать меня адекватным человеком. У каждого свои причуды. Кто-то филателист, кто-то коллекционирует поэзию серебряного века в миниатюре, а кто-то играет по вечерам на балу у Сатаны.

- Знаешь, ведь у каждого есть и прошлое, честно. Мне осуждать тебя незачем, а остальное?

У каждого свои тараканы.

- Ты смешон. Но не учел же главного, ведь знаешь, я просто могу не поверить. Не единому слову. Я разучилась верить. "Не осуждаю" - как много в этих словах лжи.

- Почему? Почему нельзя просто поверить? Я же ничего не сделал плохого.

- Вы все одинаковые, из одного теста. Надоело. Правда. Но если я обещала все рассказать, я расскажу.

Посмотрев на меня, L-7596 начала:

Люди всегда имели особенность искать себя во всем, но при этом терять в каждой детали свою сущность. Знаешь, в детстве я была тихим ребенком, которому было до себя. Да, может быть, погулять, проиграться хотелось тоже, но скоро это надоедало. Имело какой-то давно известный и наигранный мотив. Схожесть в каждой детали. В каждом звуке. Это плохо? Вполне вероятно. Но я хотела дружить. Хотела видеть, что нужно. Но потом ссора. С лучшими, как оказалось, друзьями, а где они теперь? Нет их. Тех и той детской наивности. Что растратили себя? Как жаль***. Хотя тогда же была моя первая детская влюбленность. Или даже две. Или. Не люблю цифры. И они меня не любят. А потом пятый класс. Знаешь, было нелегко привыкать к новому. Но я привыкла. Банально? А кто говорил, что будет все логично, ясно и необыкновенно просто. А еще тот сон. Он мне снился словно в отместку. Словно все продумано было заранее. Кем-то. И зачем-то. Скажешь, что все пишется и решается свыше? Может быть. Но я не хочу об этом думать. Пожалуй, я обдумаю все ... Никогда. Тебя устроит? Но пятый класс прошел быстро. А вот шестой. Знаешь, тогда я впервые поняла, что время издеваться может. Может иметь особенность потеряться или забыться. Так красиво и элегантно. Но тогда я впервые осознала, что люди способны меня поддержать. Вернее человек. Вернее она. Когда тебя бьет друг, то ты не веришь. Не веришь, что он способен. Способен причинить тебе боль. А ему все равно. Ведь он уже не считает тебя своим помощником и советчиком. Его цель одна - удовлетворить свои потребности. И неважно, что они рушат то, что строится и не день, и не два. Забавно. Я тогда впервые отключилась. Впервые впала в беспамятство. Что я не помнила ничего. Только потом как оказалась в учительской. Всем было до меня все равно. Ударили, ну и что. Жестко? А может именно так и надо? Ведь я никто. Ведь у меня нет того, что есть у них. У меня нет верных друзей, что постоят горой? Но меня поддержали.

Знаешь, мне подали руку и выручили. Неожиданно. Кто? Знаешь, давай опустим - это все. Поймешь же. Скажу одно. Цвет ее глаз мне непонятен и сейчас. Но я скажу цитатой из песни. Каштаново-коричные****.

Я долгое время с ней общалась, навещала, а потом ... Потом всё просто взяло и закончилось. Так часто бывает, понимаешь? На тот момент я встретила еще одного человека. Она понимала меня с полуслова. Словно знала всё наперед. С ней мне постоянно хотелось совершать побег. Но не в привычном понимании этого слова. Скорее иначе. Побег как поиск, а поиск как побег. Но всему есть логическое завершение или конец. Называй так, как хочется. Но я понимаю и понимала, что им нечего тут делать. Не для них это всё. Нет. Они достойны большего. Гораздо. И всё в их поступках правильно. Тут бы им перекрыли кислород. Ибо таких общество никогда не любило. А я? Я слишком хороший игрок. Правда уже не в своем мотиве и в колеи. Меня здесь признают. Что и происходит сейчас. Но им не понять, никогда скажу тебе, что мне все равно.

- Можно всего один вопрос? Что ты сделала, что тебя не любили? Ведь просто так ничего не бывает, - спросил я.

- Я была одиночкой.

- Это не оправдание.

- Это жестокая реальность, мой дорогой. Когда я хотела говорить правду, то никто ее не слушал. Когда я пыталась слиться с толпой и быть как они, то меня принимали. Но быть, как и все? Что может быть глупее, Сергей?

- Разве глупость жить в социуме? - поинтересовался я.

- Глупо подчиняться тому, кто для тебя никто. Никогда из них тебе не подаст и руки. Тогда зачем быть таким? Кому лучше от этого?

- Разве? Не думаешь, что это все глупости?

- А ты не думаешь, что я играла в разные партии? И что самая главная - это партия самой с собой, - отвечала девушка и смотрела куда-то вдаль, - Налей себе чаю. Я вижу, что ты голоден. В нижнем ящике есть варенье из фейхоа. Возьми.

- А если я не голоден? - соврал я.

- Тогда ты глупец. Вдвойне.


_____________

[*- трек Белинды Наизусть - помнишь. Эта строка оттуда.]

[**- вселенское зло из фильма Звездные войны.]

[*** - когда человек говорит: "как жаль", то ему на самом деле все равно.]

[**** -

спасибо за глаза твои такие необычные.

простуженные что ли.каштаново-коричные.

за твои платья симпатичные.

Трек Белинды Наизусть - наверни-ка наверняка.]

Глава ╧6


- Почему глупец?

- Так как врать некрасиво. Хотя. Знаешь, все вполне объяснимо. Ты человек. Человеку свойственно врать, снова врать, а потом удивляться, что ему никто не верит. Знаешь, может и нормально в чем-то такое течение обстоятельств. Но не для меня. Даже банальная шутка прививает к лжи. Невольной и непринужденной. Человечество. Ах. Ладно. Мы не об этом. Что ты решил? Ты будешь есть?

- Хорошо. Буду, - сказал я и мысленно согласился с девушкой.

Несмотря на множество постулатов, и оговорок, она была права. Да. Человеку нравилось обманывать. И нравится. Сначала мы врем о своем возрасте или привычках. Потом это врастает в какую-то закономерность. Но всем ли нужна, правда? Все ли будут ее слушать? Найдется много. Очень. Много тех, кто скажет или выкрикнет, что это абсурд. Театр абсурда. В тот момент, как и сейчас я рассуждал о многом. Обо всем и ни о чем сразу. Изобилие пустоты. Пока мои мысли были сосредоточены на одном, я не заметил, как она вернулись. В руках у нее был поднос. Чашка черного чая, пряники и то самое варенье, о котором говорила L-7596. Хороший и сытный перекус. Молча, не прошло и десяти минут, я отпотчевал все.

- На чем мы закончили? Или тебе стало скучно? - на удивление, девушка начала разговор первая.

- Говорили про общество.

- Да, верно. Ах. Какое многозначисленное словно. И какое одинокое. Можно иметь сотню, понимаешь, сотню знакомых, но никогда нет того, кто тебе протянет руку. Или же не так, есть тот или те, кто тебя может вытащить из болота, кто может спасти, но он далеко. И утруждать его, пожалуй, не самое лучшее. Да? Или скажешь, что я снова не права? Как знаешь. Ты рос в заботе и тепле, рос в окружении людей. Рос и просто сам довел до крайности. Знаешь, у меня иначе. Может быть, порой, да сейчас, я готова слиться с обществом. Готова стать той, что нужна всем, но не нужна никому.

- Зачем? - поинтересовался я.

- Не знаю, честно. Я не могу иначе. Или я выстрелю себя в голову. Я предаю свои идеалы. Я глупая.

- Ничуть. Скорее тебе нужна помощь.

- Какая? Психологическая? Или ... Впрочем, зачем?

- Чтобы дарить всем идею и смысл.

- Смысл чего? Какой смысл во всей это бессмыслице?

И тут я замолк. Порой ее речи вводили в ступор. Спорить хотелось, не спорю. Совсем. Но я не мог. Хотел дать ей высказаться, тогда мне казалось, что L-7596 будет легче. Но нет. Глупец. Какой глупец. Душа девушки от этого разрывалась еще сильнее. Снова. Опять. На мелкие кусочки.

- Допустим, - сказал я, - но разве нет того, что тебя интересует? Что интересовало?

- Я быстро перегораю. Быстро воспламеняюсь, если что-то интересует, но когда довожу до "точки кипения", то это меркнет и становится скучным.

- Неужели все?

- Да, - сухо ответила девушка.

- Хм. Есть то, что ты никогда не прибывала?

- Есть.

- Так сделай, - отозвался я.

- Не хочу. Надоест. Быстро. Кстати, что ты хотел спросить насчет коробка. Вперед.

- Почему он выделяется среди всего. Я понимаю прошлое, но почему? И другой вопрос. Сразу видно, что ты начитанная и грамотная, но книги отвергаешь. В чем подвох?

- Прошлое - это всегда панацея. Задача панацеи - помочь. У нас хорошо развиты органы зрения. Поэтому красочное всегда будет давать большую радость, нежели серость. А книги? Я не хочу отвечать на этот вопрос. Хорошо?

- Как скажешь.

- Можно я отдохну? - спросила меня L-7596, словно от меня решалась ее дальнейшая судьба.

- Да, конечно.

- Славно, - ответила девушка и вышла.

Я снова остался один. Наедине с мыслями. Не удержавшись, я стал перебирать коробок. Цитатник. Несмотря на законы совести и морали, что-то заставило его открыть. Ах. Сколько же было цитат. И разных авторов. Все-таки она "книжница". Но зачем так скрывать. Тогда я ничего не понимал. Молча, читал я одну за одной фразы. Перед глазами рисовался образ ее. Как она игра ту или иную роль. Так незаметно и наступила ночь.


Глава╧7

Как я уснул на тот момент, честно, осталось загадкой. Вполне вероятно, что это лишь усталость. Или желание спать возникло само. Без весомых доводов или аргументов. Но я проснулся от непонятного шороха. Это была L-7596. Она копалась в ящиках. Что-то искала. Девушка не сразу поняла, что я очнулся. Или не хотела понимать. Ведь такое бывает, согласитесь, мы знаем или догадываемся о чем-либо, но признавать этого не хотим. Как было на самом деле, все равно не узнает никто. Но не прошло и получаса, как L-7596 нашла, что хотела. Как я это понял? Ее поведение само сказало за себя. Словно так и надо. Внезапно она повернулась ко мне. Ее взгляд был каким-то обездоленно-печальным. Он заставлял обнять девушку, заставлял спасти и вытащить отсюда. Помочь ей. Но хотела ли этого ее душа? Честно, но я не знаю и не знал. До сих пор мне это неизвестно. Несмотря на то даже, что судьба переиграла так, правда. L-7596 смотрела куда-то вдаль. Пыталась Найти кого-то. Или вспомнить о чем-то. вдруг девушка заговорила.

- Уходи, пожалуйста.

- Куда? Зачем? Почему? - задавал я вопросы один за одним.

- Уйди, прошу.

- Ты можешь сказать зачем? Я тебе неприятен? Или что?

- Просто уйди. Если не уйдешь, то тебе будет хуже. Я умоляю тебя. Заклинаю. Прошу. Ты уйдешь?

- Ладно.

- Спасибо.

Я покорно собрал свои вещи и собрался уже выходить из квартиры. не знаю почему быстро тогда поддался импульсу? Может быть, я считал тогда, что так будет лучше.

- Постой, - крикнула она.

- Что?

- Возьми этот коробок, прошу тебя.

- Но там же "твое прошлое"?

- Ты заслужил его заполучить. Я же обещала. А обещания надо выполнять.

Я согласился и забрал коробок. После этого быстро обулся и вышел из квартиры.

Впервые, наверное, за долгое врем я заревел. Никогда не приходилось ощущать такой пустоты. И такой боли. И все это умещалось в одном только взгляде. Её. Он надолго остался в моей памяти.

Прошло два месяца.


Прошло два месяца с последней нашей встречи. Сегодня идет уже шестьдесят первый день. Но я далеко не один, кто ее потерял. Вещают об этом все. Журналы, газеты, радио. Голос же самой девушки стирался из моей памяти. Правда, постепенно. Возраст, на удивление, я изведал исключительно из газет. Как и говорилось мной ранее. Однако всё остальное о ней узналось благодаря коробка. В действительности L-7596 любила читать, познавать все новое и новое. Даже проучилась девушка на "любителя слова". Увлекалась L-7596 всем. Миллиарды хобби, которые сменялись хаотично. Словно в поисках чего-то родного. Как раз о родном. Девушка была слишком привязана к прошлому. Но на удивление, быстро находила контакт с новыми людьми. Но в ее жизни были только два "хранителя" ее беспокойной души. Об одной она мне упоминала сама частенько в разговорах, ссылаясь на разные аллюзионные формы. А вот про второго человека я знал исключительно по нитям, что оставлены были в коробке. Скорее с этим девушка не хотела делиться ни с кем. Касаемо пропажи самой L-7596, для меня она не показалась чем-то странным. Скорее привычное явление. А особенно для таких, как она. Это было предсказуемо. Но меня все равно охватила хандра. Та самая русская хандра, о которой так рьяно повествовали классики на протяжении веков. Я скучаю и скучал по девушке. Мне не хватает ее вуали в каждом слове. Нет, это не любовь к ней. Это что-то иное. Я не могу понять это сейчас. Возможно когда-нибудь, но не на данный момент. Скорее всего, дело в моей глупости. Ее пропажа могла послужить для многих хорошим уроком. Но не тем, что учит "так нельзя поступать", а иное. Скорее, что нужно жить всем тем, что тебе дорого и не обращать ни на кого внимание. Не смотреть вдаль. Единственный ее просчет - она впервые поддалась людскому мнению. Прежде этого за ней не наблюдалась. Да, она жила ради тех, кем дорожила, но жить под указку. Нет. Хотя. Скорее всего, на нее повлиял уезд из города и того, кого она называла своим духовным наставником. Той самой обладательницы "каштаново-коричных глаз" и любителя гоголевской сатиры. Винила ли девушка женщину за этот поступок? Нет. Как я понял из дневника, девушка сама отпустила ее. Сама дала возможность уехать из этого города. Покинуть эту бета - версию ада. С каждым днем L-7596 понимала, что мир ее начал снова вытраливать. Где был второй хранитель? В другой стране. В другом городе. Этот человек еще ранее уехал из этого местечка. L-7596 написала о ней так в своем дневнике: "Булгаковская Маргарита выбрала Мастера, а Маргарита, которую знаю я, выбрала покой. Покой, который так заслужила. Который ей нужен. Этот покой был личным счастьем. Личным наркотиком. Усладой. Она счастлива. И в окружении того, кто заслуживает ее общество. Ей хорошо. И она обрела в действительности то, о чем мечтала. Это же хорошо. Не так ли?"

L-7596 много знала. Те самые таблетки, которые пила девушка заставляли забыться. Заставляли почувствовать, вернее, перестать чувствовать то, что чувствует обычный человек. Забыть о радости, влюбленности и даже ненависти. Просто стать бездушной машиной. Что и добивалось правительство. Такие препараты пили все, кто хотел остаться жить здесь. Кто быстро понимал, что его хотят втянуть в неизвестно какую авантюру - уезжал. Но это были единицы. L-7596 не уехала только по одной причине. Она слишком привязалась к месту обитания. Девушка играла двойную игру. Пыталась, и жить, как хочется самой, и жить по уставам данного "государства". Но она проиграла. Возможно, все заметки являлись фальсификацией. Лишь показухой, что ее ищут. А на самом деле L-7596 давно поймали, и теперь она несет наказание. Людей все равно спрашивать бесполезно. Государство без героя. Государство без смысла. Стереть все. И всех и попытаться построить на новый мотив. Как глупо. Как бесполезно.

Я часто гулял возле дома, где обитала девушка. Признаюсь, порой мне хотелось увидеть, что горит свет ее окон. Слабая-слабая надежда. Сегодняшний день не был исключением из правил. Какое было мое удивление, когда я заметил горящий огонёк.


Глава ╧8


Как я добирался до квартиры описывать не надо. Все тот же маршрут. И тот самый подъезд. Поднявшись на этаж, где жила девушка, я позвонил в дверь. Никто не открывал. Я позвонил еще раз. Шаги. Мгновение и дверь открылась. Но каким было сожаление, когда передо мной оказалась не девушка, которую я ожидал увидеть, а женщина. Незнакомке было лет сорок. Максимум сорок два года. Я осмотрел ее с головы до ног. Она была одета в обыкновенную джинсовую куртку, на ногах были ботинки рыжеватого цвета, которые прекрасно сочетались с джинсами. А на правой руке красовались часы. Немного удивительно. Никогда прежде не видел, чтобы женщины носили часы. Не часики, нет, что вы, а именно часы. Волосы у незнакомки были пепельного цвета. Долго рассматривать мне не пришлось её, ибо она решила заговорить со мной.

- Кто вы и что тут делаете?

- Я журналист, пришел в гости к L-7596.

- Уходите. Она это не любила.

- А кто вы такая, раз все за меня решили?

- Вас это должно волновать в последнюю очередь, уважаемый.

- Нет. Я никуда не уйду. Я знал девушку, а кто вы? Даже L-7596 о вас не рассказывала. Поэтому лишний здесь далеко не я.

- Какое неуважение, где ваши манеры. А говорила или нет, это уже второе. Не так ли? - Отозвалась незнакомка, - Предлагаю вам компромиссное решение проблемы.

- Какое?

- Все-таки, я пропущу вас сюда. Вы попьете со мной кофе. Держать на пороге вас было бы совершенно не красиво. А потом мы уже и решим, что делать и кто вы.

- А если я отвечу, нет? - фыркнул я.

- Значит, вы уйдете, - отозвалась женщина.

- Вы так уверены в моем поступке?

- Я так уверена в мужской логике.

- Хорошо. Согласен, - отозвался я.

- Чудесно.

Пройдя в квартиру, я заметил, ничего не изменилось. Все лежало на своих местах. Единственное, что было новым, так это появилась ваза. В ней красовались три алые розы. Невероятной длины и цвета. Цвет напоминал сочный и свежий гранат. За окном лил дождь. И вправду, как хорошо, что мной нашелся приют. Молчание прервала женщина.

- Пройдемте на кухню, - говорила незнакомка.

Я последовал указаниям. Мгновение. И вот уже я сижу с чашкой кофе и осматриваю ту, что открыла мне дверь. Тишина разрушилась быстро. Женщина первая решила заговорить.

- И всё-таки, кто вы?

- Я журналист, знакомый девушки, мы познакомились с ней совершенно случайно. И вот теперь, как два месяца о ней никаких вестей.

- Как на нее это похоже. Ничего не меняется. Ни-че-го, - отзывалась незнакомка, словно припевая последнее слово.

- Может быть, но мы все-таки откроемся друг-другу, - предложил я, - Это поможет скооперироваться и найти L-7596.

- Мое имя не даст никаких сведений. Да и вы скоро уйдете. И я. Все-таки пора возвращаться домой. На родину. Я увидела то, что и хотела увидеть.

- Вы не местная?

- Уважаемый, не знаю как вас по имени, данный вопрос некорректен, если честно.

- Отчего же? Например, я тоже не знаю, как вас зовут. Меня вот - Сергей.

- И не рассчитывайте на то, что узнаете. Да, я не отсюда.

- А если не секрет, то откуда?

- Из Латвии, города Рига. А ведь она мечтала у нас побывать. Знали об этом?

-Нет, увы. Я понимаю, что вы знаете многое, знали девушку, но почему L-7596 о вас не говорила мне.

- Может быть, вы молодой человек, просто не догадывайтесь, кто я?

- И кто вы?

- Что вам это даст? Верно, ничего. Поэтому успокойтесь. Лучше поведайте, как вы познакомились с L-7596. Насколько мне известно, девушка сторонилась новых знакомств. Чем же вы ее заинтересовали? Байками про журналиста? Не поверю. Тогда чем?

- Может быть, ей нужен был человек?

- Тогда бы она так не поступила, уверяю вас. Мой личный просчет - неожиданность ее поступка. Конечно, усложнять и паниковать про нее, но так. Хотят, наверное, и я многое не знала.

-Вы говорите обо всем, но в тоже время ничего не упоминаете. Почему? Вы не доверяете людям?

- Я не хочу отвечать на подобные вопросы. А мой же вы, уважаемый, все-таки проигнорировали.

- Хорошо. Я познакомился с девушкой случайно, сначала она не хотела видеть, слышать, но потом ...

Так я рассказал женщине всю историю целиком. Вплоть до сегодняшнего дня.

-Интересно, значит, она и вправду увидела в тебе, Сергей, нечто такое, что смогла рассказать многое аспекты. И сделать такой подарок. Девушка была интересной. Могла долго-долго смеяться, а потом резко заплакать. Но заплакать без слез. Скорее мимикой. Но она всегда цепко бросалась на то, что ей нравилось. L-7596 часто доказывала всем, что может. Помню, я ей задала вопрос, а что ей интересно чисто для себя. Как же умело девушка в тот момент ушла от разговора.

- А давно ли вы ее знаете?

- Лет шесть, вроде. Скорее шесть лет, как я знаю о ее существовании. Так точнее.

- Тогда я понял, кто вы. Вы та самая Маргарита, о которой она написала последние строчки.

- Видите. Все стало ясно вам самому. И без моей помощи.

- Вы сюда приехали исключительно к девушке?

- И да, и нет, - отвечала женщина.

- Как интересно. А откуда у вас ключи?

- Она сама как-то говорила, что если понадобится, где переночевать - можно у нее. А ключи? У всех тайники. Или тайные места. Езжайте лучше туда, откуда приехали. Вы все равно не найдете девушку. Как бы ни хотели. Давно тут ее нет.

- Но ... Вы так уверены в том, что L-7596 жива?

- Уверена. Прощайте.

Так я во второй раз покинул квартиру. Ту самую квартиру, которая изменила всю мою привычную жизнь. Придя в гостиницу, я покорно собрал свои вещи, коробок, бумаги и направился к выходу ...


Эпилог


Прошло пять лет. Я обзавелся семьей. У меня красавица жена и двое детей. Двое прекрасных мальчишек. Двойняшки. Я счастлив. Но каждый год, когда наступает весна, я вспоминаю о той поездке. О той самой поездке, которая заставила меня иначе смотреть на мир. На людей. Я по-прежнему надеюсь увидеть девушку в толпе прохожих. Заговорить с ней. Коробок с прошлым, я храню на чердаке. Не хочу вопросов со стороны жены. Это моя маленькая тайна. Единственно, что мне напоминает о девушке каждый день это цитатник. Тот самый цитатник, в котором написано много фраз. Много стихов. Множество всего. Я вру, что это трофей с прошлой работы. Любимая и не догадывается ни о чем. Дети? Они еще малы. Возможно, я расскажу им что-нибудь. Но не сейчас.

Однажды я уйду,

Исчезнув без следа.

Как черное пятно и не найдет никто,

Нигде и никогда

Меня!*

Эта фраза была последней, что написана в цитатнике. Так и случилось. Девушка сама предсказала уход ... Уход в пустоту.

... L-7596, я знаю, что ты жива. Я знаю, что ты сейчас где-то. Где тебе спокойно. Будь счастлива. Ты заслужила все. По-настоящему. Плыви по собственному течению. Ты справишься со всеми трудностями. Ты сильная. Спасибо. Спасибо, что изменила меня.


Конец.


_______________________________

[* - Отрывок из песни гр. LOUNA]


От автора.

Спасибо тому, кто читал эту повесть. Мне, правда, приятно. Словно вы очутились в моем мире. Да, наверное, у каждого есть собственный мир. Собственная обитель и тишина. Где прячется его душа. Моя была заложена в образе L-7596. Многое, что говорила девушка, совпадает и со мной. Да, конечно, не всё, но многое. Оно олицетворяет и мои мысли. Люди, что окружали девушку в воспоминаниях или были рядом, в действительности дорогие мне люди. Они и вправду ангелы моей беспокойной души. Спасибо Вам. Вы были всегда. Вы и сейчас со мной. Кто скрывался под маской Сергея? Это многозначительный и собирательный образ. Одного человека тут точно нет. Спасибо тому, кто читал это. Спасибо всем, кто изменил меня. Кто формировал и формирует взгляды на жизнь. Спасибо всём за всё. Приходите ещё.