# Цитадель Одиннадцати

Сергей Витальевич Милютин

ОДИННАДЦАТЬ


Где-то в середине времен.


Уже отполыхавший и потушенный, но еще продолжающий дымиться город, павший дней десять назад. Все население вырезано, все дома разграблены, в каких-то захватчики уже начинают осваиваться. Все главное уже случилось. И только в круглой башне, стоящей около городской стены, под самой крышей сидят последние два защитника города, измученные жаждой, голодом и бесконечным и уже безнадежным боем. Вокруг них и в нижних помещениях башни лежат девять трупов их товарищей, погибших от стрел, выстрелов камнеметных орудий, умерших от ран, полученных снаружи. Из пока еще живых один - профессиональнй ВОИН, другой - УЧИТЕЛЬ.


УЧИТЕЛЬ (устало и раздраженно). Почему они не идут? Сейчас они могли бы нас голыми руками взять. А они сдаться предлагают...


ВОИН (скалясь запекшимися губами). Боятся. Много мы их там внизу положили. Камнями... стрелами... смолой расплавленной... А сейчас даже кинуть вниз нечего - а они не идут.(Помолчав) А может, спустимся, а? Попросимся к Вольтагу в воины. Он должен нас оценить. Или даже если рабами сделают, ничего - из рабов сбежать можно.


УЧИТЕЛЬ. Ты еще не понял, что ли? Это не набег. Вольтагу не нужны рабы. Даже женщины не нужны. Мы ему ни в каком виде не нужны. Ему нужен город, чтобы в нем обосноваться. Поэтому он и вырезал всех под корень. Ты же видел - отсюда хорошо было видно. Особенно слышно, да. Чтобы никто не вернулся, и права не предъявил. Даже через двадцать лет. И через тридцать. Наверно, мы с тобой последние.


ВОИН. Ну ладно, пусть даже в жертву своему рогатому богу принесут, так хоть прежде выспаться дадут...


УЧИТЕЛЬ. Иди, может и повезет. А я не пойду. Даже если в живых оставят - зачем? Все мои ученики мертвы. Библиотека сгорела. Летописи, песни, философские трактаты, юридические труды - все дымом вышло. Будто и не было целого народа... Я - учитель, мне там больше делать нечего.


ВОИН. А здесь тебе что делать?


УЧИТЕЛЬ. Учить.


ВОИН (удивленно приподняв бровь) Кого? Чему?


УЧИТЕЛЬ. Да вот этих нечесанных. Вот сижу здесь и этим - последний свой урок даю.


ВОИН (надсадно кашляя, пытается встать). Что-то ты, брат, заговариваться начал... Что это дымом потянуло? (Смотрит в окно и лениво машет рукой) Поздно, они там хворосту натаскали и подожгли. Ну, давай прощаться, брат...


2. Через пятьдесят лет.


- ....Слушай меня, дядька плохому не научит. Я тебя отведу к Косому - это дружок мой. Я ему про тебя уже говорил, дескать, племянник из деревни на голову свалился, работу бы ему надо. Он обещал тебя пристроить. Только на строительство Цитадели не нанимайся. Платят там хорошо, да место плохое.


... А тем плохое, что ее на месте старой башни строят. А там еще при первом Вольтаге одиннадцать воинов сгорели. Из тех, старых, что здесь жили.


...Ну известное дело какие старые. Которые до нас были. А ты думал - жизнь с тебя на свете началась? Эх, ты, деревня...


...Они сдаваться не хотели, вот их вместе с башней и пожгли. А теперь как цитадель-то начали строить, они то на одного строителя камень уронят, то другого с лесов сбросят. Сколько уже на той Цитадели народу перекалечилось - жуть.


... А ты умный больно - а дурак. (подзатыльник) Ну и что, что мертвые. Иные мертвые поживей нас с тобой бывают. Ты не болтай, а меня слушай, дядька плохому не научит...


3. Через семьдесят лет.


- Мама, мама! Можно я пойду с ребятами в мяч поиграть? Я недалеко - только до Одиннадцати...


- Хорошо, только больше нельзя говорить, а то у папы неприятности будут. Эта крепость надо называть Цитадель Вольтага III.


- Мама, мама! А почему нельзя называть? А кто эти Одиннадцать?


- Это были одиннадцать воинов, которые эту цитадель защищали и в ней сгорели. Только они были плохие.


- Мама, мама! А почему они плохие, если они нашу цитадель защищали?


- Вот вырастешь - узнаешь. Беги! Только как стемнеет, возвращайся.


- Да, мама!...


4. Через двести лет.


- Подайте, добрый чужестранец, монетку, а я Вам рассажу, что это за цитадель. Нет, сначала монетку. Ага, спасибо, добрый чужестрнец. Это Цитадель Одинадцати воинов. Когда было нашествие, они в этой цитадели до последнего оборонялись. Вот потому она так и называется.... Что - "и это все?". А чего Вам еще надо? Нет, монетку не отдам. Какие стражники - не надо стражников, да ты, вообще, кто такой, да и пора мне, пойду я отсюда... Ах, ты драться? Эй, люди, иноземцы совсем обнаглели...


... - Подайте, добрый чужестранец, монетку, а я Вам рассажу, что это за цитадель. Нет, сначала монетку. Это Цитадель Одинадцати воинов. Когда было нашествие, они в этой цитадели до последнего оборонялись. Вот потому она так и называется. Ну, известно - туда со всего города народ сбежался, бабы, ребятишки, известное дело. А их всего одиннадцать было. Но дрались как львы, да. Где остальные мужчины были? Так нашествие отбивали же. Просто враги их обошли тайно. А потом городское войско вернулось, и захватчиков побило. Только эти одиннадцать уже погибли все к тому моменту. Там пожар под конец был. Да. То есть, эти одиннадцать все сгорели, но баб, ребятишек спасли. Какое нашествие? Да разве ж я помню - это же еще, наверно, во времена моего деда было...


5. Через триста лет.


- ...Что ты тут написал? Какая еще Цитадель Вольтага III?? Все - кончились Вольтаги. Вольный город теперь у нас. И выборный магистрат от уважаемых горожан. Чтобы духу вольтаговского на карте города не было. Пиши - Цитадель Одинадцати, как ее в народе называют. Кстати, надо будет заказать этому бездельнику, чтобы в зале заседаний магистрата на стене этих одиннадцать воинов намалевал. Все же героическое прошлое нашего города, как-никак, надо правильное настроение у выборных создавать...


6. Через пятьсот лет


Войско на привале. Слуги чистят оружие и поят коней. Рыцари едят жареное мясо, пьют вино и слушают менестреля:


...- И страшной клятвой поклялись герои,


Что враг ворота эти не откроет,


Пока жива Одиннадцати рать,


И меч способен хоть один держать.


Голоса пьяных рыцарей:


- Менестрель, кончай про клятвы, про любовь давай!


- ...И в крепости была одна девица,


Красива и чиста как голубица.


И в молодых сердцах вскипела кровь,


Когда в них как стрела вошла любовь.


- Во-во, уже лучше! Так что у них там дальше было? Детали давай!..


7. Через восемьсот лет.


-...Господа, я рад иметь честь открыть очередное - уже двенадцатое - заседание нашего Общества национального возрождения! Сегодня у нас три основных вопроса - прием пяти новых членов, сбор членских взносов и чтение нашим уважаемым живым классиком новой главы своей эпохальной поэмы "Одиннадцать".


В зале еле слышный стон. Один из членов Общества шепчет сквозь зубы:


- Ну вот, опять эта нудяина...


- Ну что Вы, право, господин аптекарь, возрождающемуся национальному самосознанию кровно необходим эпос. Уж потерпите ради нации. В конце концов, Вас же наизусть эту поэму учить никто не заставляет.


- Меня-то никто, господин нотариус, но вот если все у нас получится, детям нашим, боюсь, этого избежать не удастся...


8. Через девятьсот лет.


Из путеводителя по Городу:


"Одной из главных достопримечательностей Города является крепость *** века Цитадель Одиннадцати, заложенная при Вольтаге III и после этого неоднократно перестраивавшаяся. Свое название крепость получила после знаменитого нашествия "морских дьяволов", когда город подвергся жестокому разгрому, и части населения удалось спастись в Цитадели только благодаря одиннадцати рыцарям, оставшимся в городе после ухода армии Вольтага V в поход,, и ценой своей жизни удержавшими крепость до прихода основных сил. К настоящему времени достоверно установлены имена только пяти из одинадцати рыцарей, потомки троих из них до сих пор живут в нашем городе. В честь Одиннадцати рыцарей названа одна из площадей города. Также героям посвящен целый ряд выдающихся произведений искусства, таких как: фреска в зале заседаний магистрата в Старой ратуше, принадлежащая кисти великого ***, работавшего в нашем городе, где одиннадцать белокурых воинов в доспехах с прекрасными одухотверенными лицами изображены в языках поглотившего их пламени; поэма титана национального Возрождения *** "Одиннадцать" и опера *** *** о великой и трагической любви рыцаря *** и младшей дочери..." И т.д. и пр.


9. Через девятьсот двадцать лет.


Из газеты "Городской вестник":


"Сенсационное открытие.


В ходе работ по реставрации центральной части Цитадели Одиннадцати после вскрытия фундамента ученые наткнулись на остатки основания древней башни, среди которых были обнаружены следы пожара, наконечники стрел, копий, мечей и обгоревшие кости. По мнению профессора ***, велика вероятность, что эти останки принадлежат знаменитым Одиннадцати рыцарям. Исследователи продолжают изучение эпохальной находки..."


10 . Через девятьсот тридцать лет.


...- Так как продвигается Ваша работа, профессор?


- Да как Вам сказать, господин бургомистр. Собственно, я закончил реконструкцию, но признаться, пребываю в глубоком раздумьи...


- А что Вас смущает?


- Посмотрите сами. Вы ничего не замечаете странного?... У хозяев обоих черепов, слепки с которых Вы мне любезно представили, ярко выраженные негроидные черты!


- Хммм... Да, пожалуй, и я несколько шокирован. А Вы уверены, что правильно, как Вы это говорите - реконструировали?


- Господин бургомистр! Если Вы сомневаетесь в моей профессиональной состоятельности, то я готов вернуть задаток, и немедленно удалиться из Вашего города. Смею только Вам напомнить, что моя методика восстановления внешности человек по форме его черепа себя многократно оправдала в ходе моего сотрудничества с Главным государственным управлением уголовной полиции! Если Вы дадите себе труд...


-Ну-ну-ну, профессор, зачем же сразу обижаться? Давайте лучше попытаемся найти выход из положения. Во-первых, почему у Вашего... эээ... моего согражданина такие курчавые волосы?


- Ну, очевидно, что негроидным чертам лица соответствуют определенные...


- Но у него, ведь, могли быть прямые волосы? Чисто теоретически?


- Ну если теоретически... вероятно... конечно... такое случается...


- Ага. А борода?


- Обычно у негроидов борода растет плохо...


- Но ведь растет, хоть и плохо, не так ли? А в его времена с шведскими лезвиями для бритья наверняка были проблемы, не так ли?


- Д-да, верно...


-Ну вот, видите, как все хорошо. И на голову ему рыцарский шлем.


- М-да... Как это у Вас все складно получилось. Я уже себе представляю....


- Да-да, представляйте, творите, подключайте воображение. А я пока пойду, чтобы Вам не мешать. Дайте знать, когда закончите.


11. Через девятьсот сорок лет.


Холодная осень. Пронизывающий ветер, мелкий моросящий дождь. На площади выстроились батальоны ополчения. Среди стоящих в неровном строе много немолодых, сутулых и очкариков. Некоторые еще не успели надеть форму, на кого-то ее просто не хватило. Вдалеке доносятся раскаты, и это не гром. Враг у ворот.


На трибуне стоит седой человек в очках с непокрытой головой, по волосам которого медленно стекают капли дождя. Ветер доносит до стоящи внизу обрывки фраз:

"...Сограждане! В этот черный час, когда жестокий враг пришел к самому порогу нашего дома, я хочу Вам напомнить, на площади чьего имени мы сейчас находимся. Великие Одиннадцать, наши двлекие предки, как бы стоят среди нас и говорят нам: "Мы смогли - и вы сможете", "Выстояли мы - и Вы, наши правнуки, сумеете собрать в кулак свою волю, побороть свой страх, и, может быть , ценой своей жизни удержать город, не пустить смерть в свои дома." Они учат нас, своих потомков, любви и самопожертвованию. Они говорят - "не бойтесь смерти, герои остаются в памяти народа навсегда..."