# Муж на час

Владимир Молотов

Немного о доброте людской. Финал конкурса "Химия и жизнь" - 2016 г. Опубликован в журнале "Урал" - 6, 2018 г.

Сегодня у меня две заявки. Одна - плёвая, просто бачок потёк. Но там какая-то девушка с грустным голосом в телефоне, похоже, есть у неё проблемы покруче, чем бачок. А вторая заявка посложнее: нужно повесить карнизы в трёх комнатах. При этом с хозяйкой пока совершенно ничего не ясно.

Ладно. К первой мадам заявляюсь по договорённости, в одиннадцать часов. Обладательница грустного голоса предстаёт передо мной невысокой милой девушкой с прибранными волосами кофейно-молочного цвета. Черты лица правильные с изюминкой в виде необычного рисунка рта.

- Так, на что жалуетесь? - спрашиваю по обыкновению, а сам с дежурным "саквояжем" инструмента - юрк в ванну.

Камешек же, размером с орешек, у меня в свободной руке и уже действует.

- Бачок течёт, - тонким голосом говорит девушка, примостившись у порога ванной. - Сначала, как смоешь, ещё ничего, а потом начинает без ума.

Камешек греется, а я чувствую всю подноготную. Эх, да у нас тут не просто бачок! У нас тут проблема глобального характера! Вон, и глазки-то какие грустные, чудные серые глазки (это я замечаю мельком, искоса). Похоже, что у нас с дружком большие разногласия. Отношения рушатся просто катастрофически!

Вижу, прям вижу, как вы постоянно ссоритесь. И слёзы у тебя от этого почти каждый день! Только вот в чём причина? Не сошлись характерами? Сейчас, камешек покажет. Крепче зажимаю его в кулаке. При этом ловко снимаю крышку и склоняюсь над хитрыми органами бачка.

- Ну-с, что тут у нас? - Смываю и наблюдаю, как живенько наполняется водичкой местное озерко.

Камешек греется, точно под солнцем на пляже. Всё ясно. Все ваши ссоры с парнем из-за одного. Банальная вещь: у тебя есть энная сумма, а он хочет вложиться в рисковое дело. А ты боишься, что твои деньги пропадут.

Мелочь, думаю я. Стоит ли вам помогать? Тратить силу камешка? Но ведь рушится любовь, а это уже не шутка!

- Н-да, тяжёлый случай, - говорю я, заглядывая в унитаз. - Похоже, что поднятый поплавок водичку-то не перекрывает. Будем менять узел.

Ладно, думаю, так и быть, помогу. Оставляю камешек в щели между унитазом и бачком. Пусть работает.


У второй мадам не только заявка оказалась сложнее, у неё и незадача вышла похлеще. Второй заготовленный на сегодня камешек помог мне распознать, что эта некрасивая круглолицая женщина лет сорока страдает одиночеством, депрессией, да ещё злокачественная опухоль в зачатке. Пока я вешал карниз в её спальне, она сидела на кухне.

Отложив перфоратор, я прислушался. Ага, бряк-бряк-бряк - ложкой чай мешает. Я пристроил камешек под матрас её постели. Чем ближе камень к страдающему, тем он сильнее действует - это понятно. А сила здесь нужна солидная. Не то, что с давешней девушкой. Там можно и под бачком.

Слышу неожиданные шаги. Резко отскакиваю от её кровати, хватаюсь за перфоратор, забираюсь на стол и... Едва она заходит в комнату, глянуть, чего это я затих, как жало бура вгрызается в стену. Она затыкает ушки и удаляется.

Грустное лицо, потухшие зелёные глаза. Несмотря на неправильные черты лица, в них может зажечься такой луч, что королевы конкурсов красоты померкнут! Но, не зажигается. Что ж, пусть и здесь очередной камешек поработает...


Иногда я думаю: нафига мне это нужно? На кой чёрт я им помогаю? Да просто люди несчастливы, почти поголовно - в этом легко убедиться. Я же не хочу быть заурядным мужем на час, читай, мастером на час. У каждого есть предназначение, скрытое от всех. Кто-то мечтает летать или прыгать с парашютом, кто-то петь или танцевать. Моя тайная страсть - делать людей счастливыми.


После обеда гарантийный обход клиентов - самое время забрать уже отработавшие камешки. Наша фирма дорожит своей репутацией. Каждый клиент чувствует собственную исключительность, когда к нему через две недели возвращается мастер и проверяет свою же работу. Ну как, мол, пользуетесь? Всё фурычит? Ничего не отошло, нигде не отпало? Ну и отлично!

Сегодня у меня первыми на повестке дня - семейка богатеньких. В их обширных хоромах, что на пятом этаже элитного дома, я монтировал вытяжку для кухни. Одновременно я убеждался, что не зря существует фраза: "богатые тоже плачут".

В этой семейке лили слёзы по сыну-выпускнику. Расстался он со своей девушкой, завалил учебный процесс, с родителями - очкастым увальнем отцом и веснушчатой дородной матерью - общаться не хочет. Ну и подложил я им камешек, как раз на вытяжку, там высоко и незаметно.

Вот уж две недели с тех пор. Захожу, здороваюсь. Оба дома, вижу, как удивление рождается на лицах.

- У нас акция, - говорю дежурные слова, - гарантийная проверка от фирмы. Как вытяжка, работает?

- Да вроде всё в порядке. - Муж пожимает плечами.

- Можно глянуть?

Меня, конечно, пропускают в хоромы. Иду на просторную кухню, врубаю вытяжку, в чистых носочках забираюсь на модный стульчик.

- Так-так, вроде всё чётко. - Подставляю руку для проверки. - Воздух не пропускает, в себя тянет.

Гляжу, камешек целехонек, лежит себе в той же позе, как я его здесь и оставил. Незаметно забираю волшебный инструмент и прячу в карман. Ну а как же результат? Похоже, что всё тип-топ! Оба уже не ходят по кухне кислые и не судачат бесконечно о сыне, так что и уши не надо развешивать.

Зажимаю камешек в кулаке. Крепче. Чувствую, что парень взялся за ум. Девушку смог вычеркнуть из сердца, больше не страдает, учит уроки, идёт на контакт, родичи довольны. Ну и слава богу! Покидаю их с приподнятым настроением. Ещё бы: двойной эффект - и вытяжка отлично работает, и в семейке мир да гладь.

Да и я счастлив, ведь такой кайф от самого себя! Будто даже солнышко майское мне улыбается!


Конечно, если б не было у нашей фирмы такого правила насчёт гарантии, не знаю, как бы я себе камешки возвращал! Их у меня всего шестнадцать. Да и свойства я их не сразу распознал. В общем, так вышло, что всё сошлось.

А камешки эти я на озере собрал, три года назад. Любил я зимнюю рыбалку. Мужики знакомые на Чебаркуль привезли. Только разложились, ямки бурить начали, как случилось то самое - метеорит упал. Часть его к нам пришла, сделав прорубь - не чета нашим ямочкам. Аж столб воды взлетел метра на три!

Тут такое началось, не до рыбалки стало! Ну а я через часок-другой свои осколочки приметил и быстрехонько по карманам распихал. Шестнадцать штук, все как один небольшие, со странным бирюзовым переливом.


Ладно, кто у меня там второй по гарантии? Женщина больная, не то чтобы старая, лет пятьдесят пять. У неё на кухне смеситель сломался, я новый поставил. А сама загибалась, точно сглазил кто, чахнет и чахнет, даже камешек не помог диагноз поставить. Н у, я его и спрятал под мойкой. Подумал - женщина часто на кухне пропадает, авось подействует.

Прихожу, дверь не она открывает, а девица лет тридцати, черноволосая, с приятными чертами лица, но странным взглядом карих очей, строгим, что ли. Учительница? Сама в спортивных штанах и балахоне каком-то.

- А вы кто?

- А я муж на час, смеситель тут менял. У нас от фирмы акция - проверка по гарантии. А где хозяйка?

- Она спит, - хмурясь, строго говорит девица.

Что-то недоброе во взгляде.

- Можно смеситель-то проверить? Как работает? Мне отчитаться надо.

- Ну, проходи. - Отступает в сторону.

Я на кухне сразу под мойку заглядываю, дверцу открыв. Щупаю по углам. Опа, а камешка-то и нет! Ну как же так, я ж его вот здесь оставил, кажись, вот именно в этом углу, под крепление мойки засунул!

Чувствую, дышит в спину, оглядываюсь. А девица смотрит ехидно.

- Что-то потеряли?

- Да нет, так, шланги проверяю, - говорю. - А как здоровье хозяйки? Поправилась?

- Неважно.

Странно, значит, не поправилась. Неужели камешек подкачал? Или нашла она его, да и выбросила? Я опять под мойку с головой. Вновь крепления все ощупал и углы. Да не может быть, я ж его хорошо спрятал!

- Эй, ты не это потерял?

Оглядываюсь, мурашки в пятки! Девица держит камешек между большим и указательным пальцем, а он словно поблескивает на майском солнышке, что пробивается сквозь окно.

- Откуда вы...

Встаю в растерянности, руки опускаются. А она камешек в карман и ко мне один шаг, за ворот сжимает, как котёнка нашкодившего, и в глазах её вдруг такая ненависть рождается!

- Ты, - шипит, - ушлёпок грёбаный, кто тебе право дал обереги целебные оставлять? У тебя даже дара магического не чую!

Да так больно сжимает, что я задыхаюсь и пытаюсь высвободиться. А в ней сила такая просыпается, как толкнёт меня, и я больно падаю к окну.

- Какое тебе дело было до хозяйки? - Девица склоняется надо мной, меча молнии. - Ты зачем её к жизни вернуть решил? Кто дал тебе право судьбу решать?

- А что такое? - недоумеваю. - Кто вы? Почему нельзя помочь-то человеку?

- Не твоего ума дело! - Она выпрямляется. - Если чахнет человек, значит, судьба. И где ты этот оберег откопал? Да я тебя уничтожу, сам будешь подыхать, на пару с "хозяйкой"!

В голове у меня стучит: "Я - подыхать? Судьба? На пару? Она, по ходу, колдунья какая-то! Но ведь слабого пола, что ж мне, не справиться с ней, что ли, в конце-то концов?!" И я резко встаю, отряхиваюсь, принимаю угрожающую позу.

- Женщина, ведите себя нормально! - говорю, делая голос твёрже. - Я просто хотел помочь. Верните камень!

- Ага, разбежалась! - Она нагло улыбается, упирая кулачки в пояс. - Больше ничего не хочешь? Давай вали отсюда! И помни: не лезь, куда ходу не имеешь!

Я хватаю "саквояж", мимо неё прохожу, словно мимо статуи, и спокойно удаляюсь, чувствуя сверлящий прощальный взгляд. Жаль камешек, минус шестнадцатый, но не силой же его вырывать! И хозяйку жалко, даже в комнату не заглянуть из-за запертой двери.

Но это я вышел спокойно, а в душе остался весь взвинченный. Кто сия дама? Кем она приходится хозяйке? Как камешек нашла?

- Нет, я этого так не оставлю! - говорю вслух на площадке. А на улице сажусь в свой старый жигулёнок и выезжаю со двора. Однако уже через минуту я возвращаюсь на машине с другой стороны дома. Паркуюсь и жду. Ничего, у меня вон бутерброды холостяцкие в пакете, да и времени теперь навалом, всех клиентов ведь обошёл!

Ждать пришлось недолго. Девица нарисовалась на крыльце подъезда спустя минут двадцать. Огляделась, копну смолистую поправила, меня не заметила. Статно продефилировала к алой иномарке и уехала. Я, с выскакивающим сердцем, быстро вышел из авто и, не помня себя, проник с кем-то в подъезд, взбежал наверх и позвонил в дверь.

Женщина открыла тогда, когда я отчаялся звонить и стучать. Её вид меня сразу огорчил: исхудавшее тело под помятым халатом, осунувшееся лицо стало как будто бледнее, чем две недели назад. Чётче обозначились морщины и мешки под глазами. Потухший, болезненный взгляд.

- Кто вы? Что вам надо? - тихо спросила она дрогнувшим голосом.

- Вы меня не помните? Я смеситель менял, две недели назад, у вас на кухне.

Она недовольно поморщилась.

- Ах да, припоминаю. Так зачем же вы пришли? - Она отступила, и я протиснулся в прихожую.

- Послушайте, эта девушка, которая только что от вас вышла, кто она вам?

- Катя? Она племянница моя. Но как вы...

- Послушайте, - ещё напористее сказал я, вплотную приблизившись к хозяйке, - вы лучше ей не доверяйте, не пускайте её!

- Да кто вы такой? - вдруг рассердилась хозяйка и зло поглядела на меня. - Как вы смеете? Что вы знаете? Она же заботится обо мне!

- Ладно, прошу вас только об одном: вот камешек. - Я достал осколок, добытый в семейке богатеньких, и протянул женщине. - Умоляю вас! Пожалуйста! Не спрашивайте ни о чём! Вы ведь болеете. А он лечит. Просто возьмите его и всегда держите при себе! Это необычный камень, он исцеляет.

- Но...

- А главное: ни за что не показывайте его своей племяннице. Ради бога! Ни за что! Вы поняли? Просто поверьте мне!

Она приняла осколок и неуверенно кивнула. На этом я распрощался с хозяйкой и удалился, а она медленно проскрипела замком. Послушает ли? Вряд ли! Но теперь у меня хоть есть надежда. Правда, уже минус пятнадцатый.


* * *


- Не иначе как ведьма, в средневековье таких на костре сжигали. - Мой друг Влад качает лохматой головой.

Мы сидим в его комнате, точнее, в его квартире-студии. Тут же и кухонный гарнитур на виду, и выход на балкон, и барная стойка. Влад забавный уже лет двадцать, сколько я его знаю - со школы.

Шутить любит, юмор такой, правда, странный. И знает вечно всё про всех. Истории, анекдоты - это его конёк. Не красавчик, но вечно улыбчивый. Полгорода у него знакомств. Вот я и решил спросить, нет ли мента знакомого, квартирку эту пробить, кто хозяйка, что да как? Взамен пришлось всё рассказать.

И про камешки тоже, их даже показать пришлось. Парочку как раз с собой прихватил. А до этого ни одна душа не знала - обидно! Но рано или поздно твои тайны перестают быть только твоими.

- Ты попытайся на участкового выйти, - предлагаю я. - Надо узнать, кто прописан. Хозяйка лет пятидесяти с хвостиком. А у неё племянница Катя. Ну, эта самая ведьма, как ты говоришь.

- Ага, она самая. - Влад поправляет тёмную лохматую чёлку. - Лады, Илюха, завтра утром всё пробью. С тебя чудо-камешек на пару недель. Чисто карму подправить, - плотоядно улыбается Влад.

- Хорошо, замётано, - вздыхаю я.


Настоящих друзей всегда мало - раз, два, а то и ни одного. Влад ценен ещё тем, что слово держит крепко. Звонит утром, ближе к обеду, сообщает:

- Илья, слушай внимательно: женщина твоя прописанная - пятидесяти трёх лет, Ирина Львовна Сироткина. У неё никого, только та самая племянница, Екатерина Кирова. На хате не прописана. Но единственный наследник.

- Вот как, - протягиваю задумчиво в трубку.

- Ага, чуешь, чем пахнет? Если она ведьма, то, скорее всего, сгноить бабку хочет и квартирку отжать. Ну, по наследству получить.

- Понятно.

Я быстренько хватаю ноутбук, пока из дома не вышел, захожу в "Гугл", набираю имя и фамилию племянницы в комплекте с названием города и словом "магия". Выскакивает, что и ожидал.

Целая страница из социальной сети "В контакте". "Екатерина Кирова. Маг высшей категории, предсказание судьбы, кладбищенский приворот, рассорка, кольцо рабства, сексуальная привязка, порча на одиночество". И фотография именно её, один в один!

Всё ясно, как дважды два. Навела порчу на свою тётку, ждала, когда помрёт. А тут вдруг что-то случилось, тётушка исцеляться стала. Ведьма каким-то образом камешек мой почуяла, да и нашла его, на тётку новую порчу навела, посильнее, и меня стала поджидать каждый день, поняла, что вернусь за осколком.

Надо же, полгода с этими оберегами из космоса по клиентам хожу, но такого и во сне не снилось! Я ведь изначально один из осколков продать хотел. К покупателю принёс, а камешек в кулаке у меня нагрелся, да подноготную показал, прямо озарение пришло: все проблемы покупателя я узрел. Испугался я тогда не на шутку, тут же извинился и ретировался с товаром.

Потом ещё пара случаев было, пока до конца не понял я чудесные свойства моих осколков. Первой свою маму вылечил, от вечно печальных настроений, от головокружений, да и диабет почти сошёл на нет. Так вот оно и началось.

Правда, на мою личную жизнь камешки что-то не сработали. До сих пор не удалось найти ту единственную. Похоже, обереги не настолько универсальны.

Но как же мне теперь быть с Ириной Львовной?

Ладно, кажется, есть один план.


* * *


Алой иномарки во дворе не видать, значит, Екатерины нет. Слава богу! Вот я уже наверху, звонок, ещё раз и ещё. Долго и упорно. Наконец, дверь отпирает заспанная Ирина Львовна. Во внешности изменений никаких. "Да что ж такое! Два дня уже прошло!"

- Здравствуйте, это я, мастер, меня Ильёй зовут. - Нагло продвигаюсь в коридор.

- Ну? - Она отступает.

- Я вам камешек оставлял. Помогает?

- Не знаю. - Женщина пожимает плечами. - Вроде лучше стало. Только...

- Что только? - Я останавливаюсь у входа в комнату.

- Утром Катя была, она камешек нашла и разозлилась.

Я глубоко вздыхаю: внутри полное крушение.

- Ну как же вы... А! - Махаю рукой. - И что дальше?

- Она допытывалась: откуда? Мне пришлось сознаться и... Она очень разозлилась. Сказала, что вы мошенник, что продаёте обычные камни под видом целебных, что вы ещё придёте денег просить. Ну, как глухонемой, который сначала ручки раздаёт, а потом снова приходит за деньгами.

Она проговаривает это быстро, но в конце как-то ослабевает и садится на стул в комнате.

- Это неправда! - громко возмущаюсь я. - Мне не надо от вас ни копейки! Она забрала камень?

- Да, - совсем тихо подтверждает Ирина Львовна.

- Ну, ничего, ничего. Я это предусмотрел. - Зажимаю в кулаке очередной осколок. - Давайте я вам шкаф починю - вон дверца нижняя отпала. Денег не возьму!

Она пожимает плечами.

- Ну, если хотите.

Достаю отвёртку из кармана, встаю на колени, будто собираюсь молиться дверце, и начинаю химичить. Женщина встаёт со стула, переходит к дивану и садится на него.

- Знаете что, у меня с собой есть другой камень, - бормочу я. - Вы же успели почувствовать улучшение?

- Да, первый день что-то было, мне как будто намного легче стало, - подтверждает она.

Тут мне в голову приходит гениальная идея.

- Ну вот, - говорю, - я вам его оставлю. Совершенно бесплатно. Только уговор: я камень внутри шарнира дверцы спрячу. Без отвёртки его будет не достать. Если даже Катя найдёт, извлечь не сможет! А вы ей ничего не говорите, ладно?

Я оглядываюсь, а Ирина Львовна смотрит на меня как-то странно.

- Ну, ладно, а что, камешек даже там лечить будет?

- О, за это не переживайте! Даже там.

Когда дверца в норме, оберег на месте, а я уже в прихожей, напрашиваюсь:

- Можно я к вам через пару дней зайду? Ещё что-нибудь починю!

Она соглашается. Я в отличном настроении сбегаю затем по ступенькам и радуюсь майскому солнцу. Ничего, на эту неугомонную Катю у меня камешков хватит, ещё посмотрим, чья возьмёт!


Но через пару дней навестить Ирину Львовну мне не удалось. Накануне визита к ней я возвращался домой поздно вечером от Влада, признаться, мы немного выпили. Я уже вошёл в свой двор, как дорогу преградили непонятно откуда взявшиеся двое мужчин.

- Эй, братишка, прикурить не найдётся? - Я глянул на них и под светом дальнего фонаря различил однообразные лица каких-то бритоголовых неразумных.

- Не курю, - бросил я.

- А зря, - сказал первый и неожиданно замахнулся.

В следующее мгновение я ощутил мощный удар кулака в скулу, даже пошатнулся, и словно что-то хрустнуло в зубах, голова сотряслась, и такая адская боль пронзила, в глазах слёзы навернулись.

- Не понял, - сипло сказал я, схватившись за лицо. - Ты чо, с дуба рухнул?

- Это ты рухнул, придурок! - крикнул второй, подскочив, и тоже ударил меня со всей мощи, только уже в живот.

У меня перехватило дыхание. Стал хватать воздух ртом, как рыба. Попытался защищаться, но не тут-то было. Вот я уже ощутил себя лежащим на асфальте. Вот пронзают болью носки их ботинок. Всё как в тумане.

Последнее, что я запомнил: надо мной склоняется женщина. Проявляется лицо Екатерины.

- Это тебе урок, ушлёпок! Ещё раз сунешься к моей тётке, в живых не останешься!


Очнулся я утром на больничной койке. Врач сказал, что прошло уже два дня, что жить буду. Черепно-мозговую "залатали". Органы в порядке. Ушибы, одно сломанное ребро, срастётся.

Такие дела. Попросил мобильник, сразу набрал Влада. Рассказал ему про себя. А он сказал, что уж потерял меня, что сейчас приедет, и что есть у него важная новость.

Я с нетерпением прождал Влада полтора часа. Наконец он явился, его пустили ко мне в палату. Сосед ушёл на укол, и мы остались наедине.

- Слушай, я утром по городскому радио узнал: нынче ночью в городе было страшное ДТП. Погибла женщина, догадайся - кто? - торжественно сказал он.

- Не может быть, - протянул я.

- Может, может! Ведьма твоя разбилась! На огромной скорости не справилась с управлением и влетела в столб.

Я ухмыльнулся. Это известие меня поразило. Хотя не скрою, от души отлегло. Но разве может радовать смерть человека, какой бы он ни был? И я отогнал накатившую было волну.

- Бог-то всё видит! - заметил Влад.

Я покивал.

- Да уж.

Влад похлопал меня по плечу с искрящейся улыбкой на неправильном лице.

- Ну всё, Илюха, не кисни, теперь решена твоя проблема! Выше голову!

Я снова кивнул. Друг открыл рот, чтобы что-то добавить, но я его перебил.

- Слушай, Влад, ты у меня камешек брал, ну как, помогло чем-нибудь?

Он почесал лохматую голову.

- Да вроде бы.

- У меня к тебе просьба. Ты сходи по тому адресочку. Навести женщину мою, Ирину Львовну, да камешек ей свой снеси, окей? Я, правда, оставлял один, но не знаю, вдруг его Катя на тот свет забрала.

Влад развёл руками.

- Как скажешь, дружище, для тебя - всё что угодно!

И потом он ушёл, а я долго смотрел в больничное окно. Майское солнце пряталось за белым облаком. Но постепенно светило выползало.

Скоро стало так ясно, что я начал щуриться.

Буду жить. Ирина Львовна теперь тоже будет жить.

Это уже точно.

А пока надо бы вздремнуть. Так сказал я себе и повернулся на другой бок.