# Ночной рейс

Александр Геннадиевич Надыктов

Ночной аэровокзал в Монтевидео был безлюден. Мартину казалось, что он единственный авиапассажир, кто ждёт ночной рейс самолёта в Сан-Паулу. Сидя в кресле, видя, что зал ожидания пуст, ощущая вокруг непривычную тишину для столичного шумного аэровокзала, он испытывал странное ощущение ирреальности окружающей его среды. Ему было очень забавно представлять, что он один будет лететь в ночном Боинге. В какой-то момент ему показалось, что он, не спавший уже двое суток, находится в ночном бреду. Мартину стало не по себе: реальность и ирреальность не имели явных границ, очертаний, всё слилось, как в густом тумане.

Достав из спортивной сумки бутылку виски, он выпил несколько глотков, чтобы опомниться, где же он находится на самом деле. Горло обожгло. Значит, подумалось ему, это не сон и не бред. Успокоившись, Мартина охватило приятное ощущение душевной невесомости: было безразлично, прибудет ли ночной рейс самолёта, будет ли он один в нём лететь, и кто им будет пилотировать. Его ничего не удивляло и не страшило. Прикрыв закрытые глаза пальцами правой руки он думал о быстротечности и фантастичности своей жизни. Мартин всегда ощущал себя в ней каким-то обособленным, несмотря на то, что находился в людском мире, который воспринимал театральной бутафорией, временами привлекательной, забавной, а временами глупой, смешной, неприятной, бутафорией, без которой мог бы спокойно обойтись, являясь единственным исполнителем спектакля, где был и сценаристом, и режиссёром в одном лице.

Вдруг в ночной тишине Мартин услышал отдалённые стуки женских каблучков. Он, не открывая глаз, по возрастающей чёткости этих печатных звуков, слышал приближение женщины. Мартин открыл глаза и повернул голову в её сторону. По мере приближения стройной женщины к нему, он всматривался в лицо незнакомки: оно было худощавое, восковое, с правильными чертами. Ему показалось, что это идёт та, которую он давно ждал. Женщина присела в соседнее с ним кресло, достала мобильный телефон и начала набирать номер. Но ответной связи, чувствовалось, не было... Мартин зачем-то достал из кармана свой телефон и, глянув ещё раз на эффектную женщину, к своему невероятному удивлению, узнал её. Извинившись за беспокойство, он стал ей говорить, что узнал её, что, наконец, дождался и встретился с ней. Она не удивилась его словам, как бы и сама ожидая этой давно запланируемой встречи, интригующе улыбалась и утвердительно кивала головой. Мартин был вне себя от радости встречи с ней. Глаза его горели, а речь, дополняемая бесконечной жестикуляцией, бурным потоком изливалась, в которой постоянно произносилось её имя...

Внезапно она встала, смущаясь, извинилась за то, что покидает его, объяснив это тем, что прибывает её самолёт ночного рейса. В знак понимания он, улыбаясь, кивнул её головой, торопливо произнося:"Si!Si!Si!"

Женщина направилась к порталу для посадки на самолёт. Мартин смотрел с щемящей грустью вслед той, которой мальчишкой посылал перламутровые облака и букеты алых цветов...

Её силуэт с стремительной походкой через несколько минут исчез. И в это же мгновение Мартин вдруг, ошеломлённый, осознал, что это тоже его ночной рейс.

Самолёт, в котором было всего двое пассажиров, Мартин и женщина с восковым лицом, похожая на монашку, быстро набирал высоту, оставляя под собой пустой аэровокзал и ночные огни уругвайского аэропорта Карраско. Через несколько минут беспилотный Боинг 777, в салоне которого для двоих странных пассажиров лилась песня Ману Чао "Me guedo contigo", покинул зону радаров.