Вы любите собак? Я люблю их страстно, как любила их моя мама.
Первой и самой любимой в её жизни собакой была Мурзилка. О ней потом, потому что сначала появился Гольф. Дедушка был англоманом и потому, когда приобрели щенка, то породы дог, из клуба, с родословной.
Дед был спортсменом. Не знаю, играл ли он в гольф, но ему были свойственны ловкость, сила и смелость.
Щенок быстро вырос. Бабушка варила ему много еды. Учёт в военном ведомстве ему это обеспечивал. У пса быстро выросли уши. Догам полагалось их купировать. Подрезали и забинтовали. Он носился, тряс головой, бинты потешно развевались за ним.
Водили его на занятия, положенные породистым собакам. Ученье давалось легко, он был дрессированным и послушным. Однажды бабушка согрела ему ведро мясных обрезков и сказала: "Фу", запретив есть горячее, чтобы не повредить нюх.
И забыла. Когда вспомнила, он послушно сидел у остывшего ведра, и слюни из его рта мощно свисали до полу.
Кота Царапыча Гольф, обнаружив на улице, брал в пасть и нёс в сад. Кот покорно висел в его пасти и, освобождённый, долго брезгливо отряхивался.
Царапыч любил лежать воротником на шее у детей, когда они готовили уроки. Но у маминого брата на шее лежать было удобнее: косы не мешали.
Когда семья: дед, бабушка, мама её брат и Гольф, - шли по улице, - прохожие посмеивались: "Какие худые! У них все деньги уходят на то, чтобы прокормить пса!"
Мурзилка появилась, выглядывая из нагрудного кармана дедушки. Она приветливо улыбалась, зная, что всем нравится. Беленькая, беспородная. Дед нашёл её на улице. Это была собачка моей мамы. В одной комнате жили бабушка с дедушкой, двое их детей, отец бабушки, две собаки и один кот. Все они любили друг друга. Правда, большую часть года проводили в саду. Там бабушка готовила еду и кипятила бельё.
Когда бабушка с детьми уехала отдыхать на Кавказ, Мурзилка ощенилась. Дед тоже любил животных, но прислал вот какое письмо: Родились щенки - мешочкин, ведёркин, топилкин. Дети смеялись над именами, не догадавшись, что пришлось сделать деду.
Отец бабушки приехал к ним жить из Новосибирска, потому что остался там один. Привёз деньги за проданный дом и предлагал купить дом здесь, в Ашхабаде. Но бабушка хотела вернуться в Россию. Деньги тратились на ерунду, и дед купил барашка. Его звали Кара. Дед был родом из Борисоглебска, где все почти держали скотину и по осени её резали.
Кара вырос и его зарезали. Сделали плов. Мама рыдала и отказалась есть.
Гольфа застрелил прохожий. Ему показалось, что пёс спрыгнул с забора, чтобы преследовать его. Мой дядя, мамин брат, нарисовал план сада, на плане обозначена могила Гольфа. Вместо Гольфа купили Ирму, той же породы.
До гибели Гольфа всё было хорошо и даже лучше с каждым годом. Дед был плановиком-экономистом. Его ценили и даже собирались дать квартиру. Он выполнял заказы для аулов. Бабушку он обучил бухгалтерии, и она пошла работать. Их дети поступили в институты. Одними из первых в Ашхабаде купили давно желанный патефон.
Но тревога нагнеталась. Нельзя сказать, что совсем неопределённая. Однажды за дедом по узкому переулку между глинобитными заборами - дувалами кто-то шёл поздней ночью. Дед подошёл к фонарю и сверкнул портсигаром. Филёр отстал.
Встречая новый 1937 год, мама плакала. Со студентами праздновать не пошла: там играли в бутылочку, это было вульгарно. Чтобы развеселить семью, бабушка нарядилась нэпманшей и танцевала чарльстон.
Хозяина дома, в котором семья снимала комнату, персиянина, выслали из Ашхабада в Персию, к брату. Хозяин дома был добрым человеком, но незадолго до гибели Гольфа убил кобру.
Бабушка пошла в туалет и там из отверстия ей навстречу поднялась змея и раздула капюшон. Бедняжка просто испугалась бабушки и перешла к угрозе. Вряд ли ей понравилось оказаться в туалете, а выбраться оттуда самостоятельно она не могла. Хозяин-перс разрубил её. Не хочу сказать, что его за это выслали из страны в Персию.
Это случайное совпадение. Но ком покатился. Когда Виктора Михайловича расстреляли, предварительно сообщив, что его отправляют в Сибирь и ему нужны валенки и шуба, бабушка передала это в тюрьму. Было дано 24 часа, чтобы уехать из Ашхабада.
Дед был виноват только в том, что любил рассказывать анекдоты. Он был совершенно аполитичен.
Что стало с Мурзилкой, Ирмой и Царапычем неизвестно.
ПЁС В МОПИ, КОТОРОГО ДОЛЖНЫ БЫЛИ ПРЕПАРИРОВАТЬ
Мама училась в Московском Педагогическом институте. Она хорошо делала срезы тканей и обрабатывала их для исследования, но убивать животных не могла. Ещё в Ашхабаде она хотела выучиться на ветеринара.
В этой в основном животноводческой в те времена республике ветеринары были нужны, но тогда надо было жить в ауле.
Дедушка возмущался: "Верблюдам хвосты крутить!" Не хотел он также, чтобы мама стала актрисой или балериной. В общем, мама пошла в педагогический, и потом перевелась в Москву.
Однажды она спускалась по лестнице в институте и увидела пса с глазами, в которых застыл смертельный ужас. Она поняла, что его сейчас убьют, и будут изучать.
Пёс был привязан к батарее. Мама отвязала его и побежала во двор. Там за углом она его отпустила. Он, не оглядываясь, умчался прочь.
КОТЁНОК, КОТОРОГО БАБУШКА В ЕСИПЛЕВО ПРИШИБЛА ДВЕРЬЮ И РЫБНАЯ ЛОВЛЯ
Бабушка тоже любила животных. В эвакуации, в селе Есиплево, у них не сразу, но появился котёнок. Как-то бабушка ждала маму из школы, чтобы покормить обедом. Была сварена рыба и вкусно пахло. Мама не шла, бабушка переживала. Котёнок ходил за ней следом. В какой-то момент она забыла про него, хлопнула дверью и пришибла насмерть. Сильно горевали обе.
Рыбу бабушка научилась у местных мужиков ловить бутылкой. Плакала от жалости, но ловила: жили голодновато.
БАБУШКИНЫ КУРЫ
После войны бабушка жила с сыном, потому что мама вышла замуж. При радиостанции, где работал сын, были огороды, сарайчики, некоторые держали даже коров. У бабушки были куры. Они были чистенькие, сытые, важные. Умирали своей смертью в глубокой старости. Держали их для яиц.
Однажды бабушка поехала в Москву и попросила сына загнать на ночь кур в сарай. А им ещё хотелось погулять. Уговоры не помогали. Дядя взял камешек и запустил в одну из кур. Та от неожиданности упала в обморок. Оказалась кисейной барышней. Дядя испугался. Подошёл к ней, прислушивался к дыханию. Тут она открыла глаза, строго посмотрела и неторопливо удалилась в сарай.
СЕЛЕЗЕНЬ
Мы переехали на новое место. Снимали жильё в дачных посёлках, потому что своего не было. Начало пятидесятых, ещё живы воспоминания о войне. Мама развелась с отцом, жили бедно, работала с утра до ночи.
Дача, комнату в которой мы снимали, находилась в посёлке недалеко от станции Валентиновка, на границе с лесом. Домики тоже утопали в хвойных деревьях.
Были они деревянными, в предреволюционном стиле, с террасками, украшенными разноцветными стёклами. Стёкла загадочно переливались. Переливались и перья селезня, который плавал на болоте рядом с нашим жильём. Дачный участок был отделён от болота забором.
Селезень был красив и приветлив. Я протягивала руку сквозь забор, и он угощался кусочками хлеба. Откуда он появился? Это было для меня так же загадочно, как зеленовато-синие переливы его шеи и совпадение с цветом некоторых стёкол в витражах дачных веранд. Мы уехали во Власовку, тоже рядом с Валентиновкой, а он остался. Скучал, наверное.
ДРУЖОК
Мама работала в школе учительницей, её сотрудница посоветовала снять комнату на даче ректора МИСИ, ближе к маминой школе и ближе к Москве, с транспортом лучше.
Уезжали от милой старушки, к которой очень привязались, особенно я. Мне было около пяти, она много занималась со мной и угощала постными щами.
Я была хорошенькой и всем нравилась: льняные густые локоны, голубые глаза.
Мама ловила попутку на шоссе, поймала не сразу. Вечерело, когда мы оказались у калитки.
В глубине поросшего соснами участка побрёхивал пёс. Он не был привязан. Кому входить? Маме завтра на работу, я - бесценное сокровище. Бабушке, конечно. Она взяла кусок хлеба и решительно отправилась по дорожке к конуре. Мы смотрели ей в спину.
Пёс мудро дожидался подношения. Мы открыли дом, занесли нехитрые пожитки. Поставили чайник. На окнах не было занавесок, и казалось, что в них заглядывает наше будущее.
Пёс, конечно, понял, что хлеб - это символ. Кормили мы его вполне прилично. Обычно он сидел на привязи и это его не огорчало. Наш кот с ним находился в уважительных отношениях. Дружок был дворнягой. Вёл себя просто, с достоинством, разумно. Умел расположить к себе. Шерсть его была серого цвета. Он не был особенно весел и приветлив. Нам, даже мне, не хватало Гольфа, Мурзилки, Ирмы, Царапыча.
По весне я приводила пастись козлят соседки, очень хорошеньких.
Когда однажды я была дома одна, в дверь постучали. Я рассудила, что если это бандит, то всё равно он влезет в окно - это же не крепость. Открыла, доложила, что дома одна и предложила чаю.
Выглядел он вот как: всё серое, приличное, не слишком дешёвое. Он отказался и больше не появлялся. Одна моя знакомая предположила, что это был следователь.
Мой дед был расстрелян в Ашхабаде за анекдоты. Тогда расстреляли почти всех выпускников гимназии и преподавательский состав. Отец был в плену и только в 1975 году получил медаль за бои на Балтике - подвиг его и его товарищей был приравнен к подвигу героев Брестской крепости. Так что следователь в начале 50-ых вполне мог появиться на пороге дома, где жили мы.
Когда я рассказала об этом визите, мама с бабушкой, которые стремились вырастить меня храброй девочкой, нагнали на меня страху. В следующий раз, когда они поехали в Москву за покупками, я вышла из дома и сидела в обнимку с Дружком у его конуры.
Эти объятия ему надоели. Были туманные осенние сумерки. Он оглянулся, заглянул мне в глаза и широко зевнул, демонстрируя жёлтые зубы, выдававшие возраст. Затем деликатно высвободился и ушёл в конуру.
Мы снимали комнату в этом доме зимой ещё года три. Летом приезжали хозяева, и нам приходилось искать другое место в этом же посёлке. Потом маму пригласили на работу в Москву и дали жильё.
Понимал ли Дружок, что мы уезжаем навсегда? Мне было грустно с ним расставаться.
Однажды со школьной подругой мы поехали навестить эти места, и я подошла к калитке. Дружок залаял. Узнал ли он меня?
КИСАНЯ
Летом мы снимали крошечный домик у Ниловых, в посёлке Дружба у станции Перловка. Это было холодное лето 53 года. Домик - мазанка с русской печкой. Но печка не работала. В это дождливое лето на ней росли грибы.
Бабушка и мама навели в домике уют. Под окнами бабушка посадила садовую ромашку.
Сада на участке не было - сосны и орешник, только возле деревянного дома, где жили хозяева - несколько груш.
У нашей мазанки был стол, где бабушка готовила еду, если не было дождя. Однажды она собиралась готовить мясо, отошла за мясорубкой, а когда вернулась, стол был пуст. У забора в кустах она увидела убегающего кота с мясом в зубах.
Кот был молодой, но сильный. Полосатый, серый.
Ночью орали коты. Делили территорию. На следующий день кот приполз к бабушке с травмами, несовместимыми с жизнью. Коты - психологи. Ему не к кому было пойти.
Выглядел он вот как: полголовы - кровавое месиво, чуть ли ни мозги вываливаются. Одного глаза нет. Голоса тоже. Как он догадался, что бабушка в первую мировую была сестрой милосердия?
Бабушка обработала раны и перевела его на усиленное питание. Кот пошёл на поправку и в благодарность решил остаться у нас жить. Он справедливо полагал, что раз за ним так ухаживают, значит, он здесь нужен.
Красавцем стал, но одноглазым. Скучал только - соседские коты с ним не связывались. Играл со мной. Мне было 6 лет. Когда я шла по дорожке от калитки к мазанке, он, не очень-то прячась, пружиной (он напружинивался под моим испуганным взглядом, припадая на передние лапы, двигая задом вверх-вниз и садистки улыбаясь) выскакивал из кустов и радостно взбирался по мне как по дереву. Царапины оставались. Я кричала: "Бабуся! Кисаня! (так мы его назвали). Она приближалась и кот, довольный, убегал. Нам не приходило в голову на него обижаться.
Зато когда мы жили в доме, где у соседей был драчливый петух, Кисаня меня защищал. Петух горделиво входил через дырку в заборе, важно перешагивая через перекладину, победоносно оглядывался, встречался взглядом с котом, величественно разворачивался и удалялся через ту же дыру.
В Перловке кот прожил с нами 3 года, по разным адресам. Потом маме дали комнату при школе-новостройке, но Кисаня ещё немного пожил без нас на даче у хозяев.
Мы всё сделали неправильно: сначала въехали в новостройку сами, потом привезли кота. Мама посадила его в авоську и везла от Перловки на автобусе. Он орал и царапался.
На новом месте сразу дал понять окрестным котам кто есть кто. Это было нетрудно. Школа называлась "школа на болоте, где утонула корова". На болоте коты не живут. Теперь это Москва.
Кисаня иногда загуливал, но знал, что мы ему рады. Побрызгивал иногда под вешалкой и тут же убегал от гнева бабушки. Ещё убегал, когда не хотел что-нибудь есть. Бабушка бежала за ним, чтобы шлёпнуть. Нежелание он выражал, делая вид, что его тошнит.
Директриса школы его любила и угощала колбасой. Особенно когда мы уезжали на лето. Вначале, когда мы с мамой уехали отдыхать, бабушка осталась дома, чтобы кормить кота. Мама переживала, и больше мы её с котом не оставляли.
Оставшись с котом, бабушка писала дневник и c ужасом убедилась, что литературный стиль, за который её хвалили, с возрастом исчез. Перечитывая эти записи, убеждаешься, что она очень скучала без нас.
Позже бабушка подружилась с почтальоншей Анной Михайловной. Та договорилась в деревне, откуда была родом, чтобы мы сняли там комнату на лето. Брат почтальонши отвёз нас на своей машине.
Кота оставили на Анну Михайловну. Он скучал и ходил жаловаться в кабинет директрисы. Его утешали и давали побольше колбасы. Анна Михайловна тоже кормила его, но попроще.
Даже когда нас не было дома, Кисаня не взбирался на кровать, стул или стол. Бабушка приучила. Когда сын её, мой дядя, хотел его сфотографировать, кота пришлось уговаривать сесть на стул. Он сидел на стуле, готовый спрыгнуть в любой момент.
Когда вернулись из деревни, нашли Кисаню обиженным. Ещё больше он обиделся, когда выяснилось, что он набрался блох. Посадили его в таз с водой, развели ДДТ и вымыли. Царапался, орал, убежал. Несколько дней не приходил. Приполз без голоса - нализался ДДТ. "Сначала бросили, потом отравили", - думалось, наверно, несчастному животному.
Отпаивали молоком. Когда вышло постановление, чтобы в Москве при школах никто не жил, нас переселили в крошечную однокомнатную квартирку на первом этаже. К тому времени бабушка умерла. Когда она уже почти не вставала, нам подкинули беленького котёнка. Мама его выхаживала, подкладывая бабушке в постель.
Котёночек поправился, похорошел и сидел с голубым бантиком на шее на завалинке у входа в квартиру. Оттуда его и украли.
Но переезжали мы с мамой с двумя котами. Перед самым отъездом у нас появился худой совершенно облезлый котёнок. Цвет шерсти нельзя было определить. Мне было страшно, что он голый из-за лишая. В стране тогда голых котов не было. Кисаня его принял, не обижал. Постепенно у бедолаги стала отрастать шёрстка и в глазах появилась робкая надежда на счастье.
На новом месте котёнок погиб. Мне больно писать об этом. Не буду писать.
На новом месте Кисане пришлось нелегко. Он был уже немолод - примерно13 лет ему было. Шерсть порыжела. Движения не были такими ловкими, как раньше. Обрюзг. От него стало пахнуть старостью. Во дворе были свои авторитеты. Он очень переживал с нами смерть бабушки.
Я сдавала экзамены на аттестат зрелости и готовилась к поступлению в институт. А домашним котам надо, чтобы с ними говорили. И директриса с колбасой была далеко.
Однажды он неловко плюхнулся из форточки на асфальт - забыл, что не молод. Было высоко. Я неожиданно рассмеялась. Коты самолюбивы. Ушибся.
Вскоре мы услышали ночью звуки кошачьей драки. Больше мы нашего котика не видели. Он погиб в бою, как викинг.
ГУСЬ В КОЖУХОВО
Однажды в школьные каникулы мы с мамой и бабушкой отдыхали в деревне. У хозяйки, где мы снимали комнату, была гусыня с гусятами. Они в начале лета были жёлтыми комочками, одинаковыми и потешными.
Мы кормили их. Они росли, и каждый становился непохожим на других. Больше всего мы любили одного. Он однажды случайно упал кверху лапами. Мы засмеялись. Он лежал перед нами и улыбался - гуси умеют улыбаться.
Он запомнил и стал падать, чтобы развеселить нас.
А развеселить было надо: бабушка болела, меньше гуляла по лесам и мы не знали, приедем ли сюда снова, хотя очень любили эти места.
КОШКА, КОТОРАЯ НЕ ВОРОВАЛА
В этом же доме жила кошка. Худая, нелюбимая. Летом ела малину. Однажды хозяйка обвинила её в том, что она съела сметану. В качестве доказательства предлагалась пустая крынка.
Бабушка провела самостоятельное расследование и доказала, опираясь на неоспоримые факты, что кошка тут не при чём. Кошка к тому времени ушла из дому и жила на окраине деревни в кустах. Хозяйке пришлось долго её упрашивать - обиделась.
АГРЕССОР И ГИТАРА
Имя коту дал десантник Юра. Он был высоким, широкоплечим и голубоглазым. Жил вместе с родителями и сёстрами в квартире напротив. Когда нас залили соседи с четвёртого этажа, помог вытирать воду и посоветовал позвонить в райком (партия тогда была одна, коммунистическая, и Юра в ней состоял). Из райкома помогли, заставили приехать водопроводчика.
Семья Юры была доброй, дружной и мне он нравился, но довольно много пил.
Кот был чёрный, с белой манишкой, в белых перчатках. Так что скорее приближался к миру музыки, а не к милитаризму.
Он появился во дворе незаметно. Летом, кажется. Хотел, чтобы мама взяла его домой. В то время она кормила кошек при котельной. Мы ещё не пришли в себя после гибели кота Кисани и котёнка. В общем, кот болтался во дворе, посматривая на наши окна на 3-ем этаже, до начала октября.
Поздним дождливым вечером мы с мамой возвращались из гостей. Кот сидел под водостоком в лучах фонаря и молча смотрел нам в глаза. Струя текла ему прямо на макушку.
Мы дрогнули и взяли его домой. Он был домашний, по стульям не прыгал и вёл себя разумно. Мы выпускали его во двор погулять. Домофонов не было, и коты сами возвращались к своей двери.
Однажды к нам приехал родственник из Ашхабада. Привёз гитару.
Он был физиком, окончил музыкальную школу. Выступал по местному радио. Играл классику: Вилла Лобос, Альбенис. Нам нравилось. Казалось, лучше невозможно. Он знал свои недостатки в исполнении и извинялся. Разрешил записать на магнитофон.
Когда уехал, мы часто включали запись. Кот тут же прибегал и с наслаждением разваливался на полу, словно на жарком солнце. Мы посмеивались, и он улыбался в ответ.
Однажды мама видела, как по забору котельной шли друг за другом десять котов. У них был сосредоточенный вид - в атаку собирались. Наш кот был среди них. Больше мы его не видели.
ЛИАНОЗОВСКИЙ ТРЕУГОЛЬНИК
Мы грустили и, как всегда, зарекались заводить котов. Но однажды он появился и ждал меня, когда я пришла с работы. Он был белый с серой спинкой. Молодой, ласковый. У него была особенность. Когда возвращался с прогулки, то, молча, сидел перед дверью в квартиру. Я чувствовала, что он пришёл, открывала дверь и радостно приветствовала его.
Он припадал на передние лапы и улыбался. Десять лет назад я опубликовала о нём в Самиздате рассказ под указанным выше названием. Так что предлагаю, если хотите, прочесть о любви этого кота к неповторимой и обворожительной беленькой кошечке.
Добавлю только, что котик наш, неоднократно сфотографированный, заболел как раз перед событиями 1991г и мы с мамой везли его к ветеринару по Ярославскому шоссе навстречу танкам.
ПАРА ПТИЦ
Маме хотелось внуков. Как-то она рассказала, что под крышей нашего дома наблюдала пару птиц. Они самозабвенно строили гнёздышко, а закончив работу, пели. Хорошо пели, душевно, радовались, что нашли такое удачное место и скоро будет лето.
Неужели они не заметили на одном из тополей в нашем дворе большое воронье гнездо? Маме пришлось наблюдать, как вороны растерзали птичек. К своему рассказу об этом она добавила: "Они хоть спели свою песню, а ты?"
НАДМЕННЫЙ ПЕРСИДСКИЙ КОТ
Мне всегда хотелось иметь белого персидского кота. И вот он оказался на лестнице нашего подъезда. Белоснежный, грустный. Говорили, что его мучил ребёнок и кот сбежал. Во взгляде кота навсегда застыла брезгливость и недоверие к людям. У нас тогда были кот и кошка. Мы не взяли его. Через несколько дней он исчез. Через неделю по всем окрестным домам были расклеены объявления об его пропаже.
ЧУБАЙС
В нашем дворе появился розовато-рыжий кот. Красивый, пушистый, домашний. Весь двор звал его Чубайсом и ненавидел за всё, что сделал Чубайс.
До настоящего Чубайса поди - доберись, а этот - вот, вымещай всё, что накопилось. Несчастное животное терпело только косые взгляды, не более того, но кошки так ранимы...
Мама называла его Рыжиком и кот за это очень её любил. Ей было трудно уже варить кошкам рыбу. Питался Чубайс по расписанию. Мама заранее варила рыбу, тщательно вынимая косточки и перемешивая её с кашей. Всё это подавалось тёплым. День ото дня мама делала это всё медленнее, с трудом.
Однажды она особенно задержалась. Когда она пришла к месту встречи с Чубайсом, его там не было. По дороге домой ей встретилась женщина, которая с сочувствием сообщила, что он долго ждал. Его выследили собаки. У них была свадьба. Он побежал от них, в испуге перепутал фонарный столб с деревом, соскользнул и его растерзали.
Женщина не хотела говорить об этом, но увидела, что мама ищет кота. Она с подругой его похоронили.
Когда мама вернулась, я заявила, что буду кормить кошек вместо неё.
"А их и нет, Рыжик последним был"
"Ещё будут".
ЧАРЛИ С ПЕРВОГО ЭТАЖА И ГОЛАЯ БОЛОНКА
Однажды в лютый мороз с метелью у нас на лестнице в подъезде появилась голая болонка. Холодно было уже давно, и снегу намело, и вдруг - вот это. Наверно, она испугалась новогодних салютов и потерялась.
Все в нашем подъезде, кто неравнодушен к животным, собрались вокруг неё. Но те, кто неравнодушен, уже имели кошек и собак и квартиры у нас всех маленькие были.
Покормили её, устроили в коробке с тёплой подстилкой и разошлись. А утром её не было. Она долго голодала, и её стошнило после еды. И какой-то любитель чистоты ночью её выгнал. Позвонил бы - я убрала прямо ночью.
Когда она ещё была среди нас, пришёл Чарли с первого этажа, совершенно неповторимый пёс, и сочувственно подвывал болонке.