# Территория правды

Роман Ниязов

Очередной роман о приключениях Юрия Феликсовича Летина

РОМАН НИЯЗОВ


Т Е Р Р И ТО Р И Я П Р А В Д Ы


Изложенное в романе - вымысел, не имеющий ничего общего с реально существующими людьми и объектами, а также с событиями, происходившими в действительности. Любые совпадения - случайны.


-Эпилог-


- Кажется, вижу! - Рука Аглаи неподвижно застыла над фотографией, лежащей на скатерти. По лицу пробежала страдальческая судорога, женщина покачнулась. Положив обе ладони на черно-белый снимок, сделанный, очевидно, очень давно, ясновидящая, чуть слышно зашевелила губами. - Он что, носил усы и очки? Перебегает через какой-то мост. Мост, в черте города. Очень узкий, наверно, пешеходный. Рядом с ним - испуганный полный мужчина. Тоже, в очках и с усами... Молодой, лет - тридцати, может меньше. У молодого, неестественно черные волосы, возможно, парик. Они бегут по городу, люди расступаются перед ними... Ничего не вижу.... - Женщина замолчала, но тут же, заговорила снова. - Опять - оба. Молодой, держит "твоего" за руку. Держит крепко. Они куда-то заходят... - Аглая посмотрела, на сидевшую напротив женщину. - Вспоминай, есть кто-то похожий, из знакомых, или родственников?

Эта женщина пришла к Аглае рано утром. Так рано в этот дом, ещё никто не приходил. Быть может, не следовало, вообще, ей открывать? Наверное, так - было бы правильней. Но...

Аглая никогда и никому не отказывала. Не повидавшая много счастья и радостей в своей жизни, эта глубоко верующая женщина помогала всем, к кому в дом "постучалось" несчастье.

Сегодняшняя посетительница слушала внимательно, старалась не перебивать. Словно, боялась что-нибудь пропустить, или не расслышать. Месяц тому назад, её "гражданский" муж ушел из дома, и до сих пор не вернулся. Мужчина имел в прошлом несколько судимостей, и посему, привлекать к его поискам милицию, не хотелось. Весь Алуевск, знал о способностях ясновидящей Аглаи. В её ветхий домишко люди приходили, как правило, вечером. Эта же, заявилась, ни свет, ни заря. Хмурая. Злая. Беспардонная. Похожая, на злую помещицу. Едва Аглая замолкала, та - тут же, засыпала её вопросами.

- А женщина? Посмотри-ка, женщина там есть? Ну, не было ж такого никогда, что бы, так надолго...

Ясновидящая Аглая, денег с посетителей не брала. Если кто-то приносил продукты, не отказывалась. Много ли ей, пятидесятилетней женщине, надо? Хозяйство, небольшое. Жила-то, ведь, одна. В далекой молодости она похоронила единственного в своей жизни парня. Похоронила, когда до свадьбы оставалось три дня. Собственно, в ту самую осень, она и обнаружила впервые, способность "видеть" кончиками пальцев. Точнее, не "видеть", а как бы, ощущать кожей "подушечек" тепло, исходящее от фотографии. Если в такие моменты она закрывала глаза, то начинала видеть пропавшего человека. Причем в "видениях" возникали образы и других людей, так или иначе, причастных к судьбе разыскиваемого.

Когда в микрорайоне Коровино стали пропадать девушки, менты, закрыв, аж троих подозреваемых, обратились, наконец, к женщине, обладающей экстрасенсорными способностями. Аглая, едва взглянула на фотографию последней жертвы, сразу же назвала место, где лежит труп. Описала, и человека, который совершил это убийство. Им оказался школьный учитель физкультуры.... Впоследствии мужчина повесился, когда милиция брала штурмом его дом.

Были, конечно, посетители, от которых исходила нехорошая, пугающая энергетика. В таких случаях, Аглая, либо не видела ничего, либо - её видения, оказывались на редкость содержательными и полными...

От сегодняшней посетительницы, исходило, настолько отрицательное биополе, что у Аглаи, едва она впустила женщину, сразу же разболелась голова. Естественно, "работать" в таком состоянии, было невозможно...

Но Аглая, не отказывала никому. И даже этой неприятной женщине, она постарается помочь....

Случалось, что человека, по поводу пропажи которого к ней обратились, уже не было в живых. Аглая это видела, И даже, более того, ей удавалось определить то место, где в данный момент находится труп... В этих случаях, она, совершая "беспорядочные" пасы над фотографией, почти кричала:

- Больше, ничего не вижу. Сплошная темень. Темень и холод..., - но обессилив, отворачивалась к окну, и сообщала родственникам пропавшего правду....

Мужчина, которого потеряла эта женщина, был мертв. Подушечками пальцев ощущалось холодное покалывание. Однако до сих пор, за сомкнутыми веками возникали, сменяющие друг друга кадры. Аглая продолжала описывать "видения".

- А сейчас, он - один. Побритый и без очков... Ага, вот и женщина... Так-так-так, успокойся, это - не любовница. Скажи, у него дети были?

"Будь Антон жив, она не спросила бы о детях, в прошедшем времени...", - констатировала посетительница. И, словно задумавшись о чём-то своём, тут же прошептала.

- Моя Ланка, отцом его раньше называла. А своя у него, Софья, к матери укатила, в Краков. Мачехины пряники, видать, не показались сладкими.... - Посетительница высморкалась в носовой платок. Затем, пояснила. - Краков, это в Польше...

Но Аглая, все еще, плотно сжимая веки, держала фотографию двумя руками. Держала, высоко подняв перед собой. Она зажмурилась, и медленно шевелила губами, словно боялась оговориться, или сказать лишнее... - К "твоему" подходит, кажется, его знакомый.... Он отделился от какой-то компании. Вспоминай, такой седовласый, в годах, невысокий, худой, много пьёт... Они разговаривают, и заходят в какой-то вагончик. Не то - вагончик, не то - старый заброшенный автобус... А рядом, много частных домов... Ну-ка, ну-ка... - На лбу женщины, выступили мелкие морщины. - Скажи, у вас есть дача? Или, какой-нибудь частный дом? - Аглая неуверенно пожала плечами. - Не то - деревня, не то - поселок, короче, где-то, в частном секторе. Но, не здесь.... - Микрорайон Коровино, где проживала ясновидящая, тоже, был самой настоящей деревней...

Внезапно, обхватив пальцами переносицу, посетительница произнесла.

- На Нейвинской, у Антона оставался старый гараж, и какая-то кладовка в бараке. Правда, он туда - давно не ходит. Раньше, когда мотоцикл держали, почаще бывал...

- Видать, и после - захаживал... - Аглая пожалела, что сказала посетительнице, быть может, лишнее... - Всё. Больше, ничего не вижу.... - Она посмотрела на посетительницу извиняющимися глазами.

Но та вдруг, резко спросила.

- У тебя есть телефон?

Аглая принесла из маленькой комнаты допотопный дисковый аппарат. Посетительница набрала шестизначный номер.

- Аллё, Ланка! Отец, похоже, сейчас - в старых домах, на Нейвинской. Или - пьёт, или - подружку нашел... Сходи-ка с Федькой, разузнай. В его старый дом загляните. Может, там - знает кто...

Ей ответил заспанный голос.

- Ма, давай - в выходные? А? Федька, все равно, в эти дни занят...

Положив трубку, посетительница небрежно спросила.

- Я что-то должна? - Она, прищурившись, разглядела Аглаю. - Я слышала, ты - едой берёшь? Ну, в смысле оплаты...

- Мне ничего не надо. - Аглая не знала, куда подевать свои руки. Неизвестно почему, но перед этой женщиной - она волновалась, и оттого, делала много ненужных движений. От утренней посетительницы исходила "дьявольская" энергетика. И слова её были, "дьявольскими". Изобразив на своем лице "жалость", она похлопала ясновидящую по плечу.

- Да ладно ты, я же понимаю. Пенсию путную, вам так и не сделают. Родственники, поди, отвернулись все, от калеки-то...

У Аглаи задрожали губы. Да, действительно, она была калекой. Неудачная попытка, покончить с собой... Когда убили Вадика, её жениха, Алла бросилась с балкона пятого этажа... Осталась, жива. Но, после операции - одна нога стала, чуточку короче. Однако, даже дети, никогда не называли её "хромоножкой", или "калекой".

- Держи-ка, - утренняя посетительница вынула из сумки плотно закрытую банку, кажется, с супом. - На мясном бульоне, - пояснила она, вынимая вслед за банкой буханку черного хлеба. - На вот, я тут тебе купила. Не побрезгуй, от всей души, ведь... Ладно, пойду я. Сегодня, первый день, как из отпуска.

Но ясновидящая, не слышала её. Не слышала и не видела. В ушах, звенели отголоски далеких колоколов.

Она ничего не сказала ей вслед.

Не сказала, хотя знала всё. Знала и видела.

Видела то, что мужа этой женщины, уже давно нет в живых. Как давно - установить, было невозможно. Но что-то, около месяца тому назад....

А ещё, Аглая "почувствовала" - пришедшей к ней женщине, осталось жить, совсем чуть-чуть. Сегодня она попадет в больницу. Где, вскоре умрет....

Аглая вздохнула, и пошла разогревать себе суп, на "мясном бульоне"....


-1-


Около лабораторного корпуса пединститута собрался народ. Здесь же, у входа, стояли, машина "Скорой помощи" и сине-желтый милицейский "УАЗ". Несмотря на то, что март в этом году - довольно холодный, многие из присутствующих сотрудников и студентов, стояли без верхней одежды. Вездесущие студенты обступили машину "Скорой помощи" и милицейский "УАЗик". Два рослых старшекурсника держали двери широко открытыми, когда из здания института санитары выносили неподвижное тело пожилой женщины. Через некоторое время, вслед за медиками, из учебного корпуса вышел старший лейтенант милиции. Он осмотрел присутствующих, пробурчал что-то себе под нос, и, вернувшись в здание, вывел оттуда мужчину в длинном пуховике нараспашку, и кожаной кепке. Мужчина в кепке, не глядя на присутствующих, прошел в УАЗик, где занял место рядом с водителем. Подошедший следом "старлей", пересадил его в отсек, имеющийся в задней части данной модификации "УАЗа".

Стоявшая около "УАЗика" парочка, пассивно наблюдала за происходящим.

- Кто это? - Спросила девушка, глубоко затянувшись, и выпустив огромное "кольцо" дыма.

- А он, что - у вас, не "вёл"? - Отозвался её приятель, худощавый бородач, в круглых очках. Он принял из рук девушки сигаретный окурок, затянулся, и добавил. - Это, Летин. Препод с "физиологии". Кстати, нормальный мужик. У нас вёл, весь первый семестр.

- А на носилках, кого вынесли? - Вновь поинтересовалась подруга "бородатого".

Её спутник сморщился так, будто бы только что, съел крупный лимон без сахара.

- Это - Нинель. Ходячая "проблема". Она - оттуда же, с физиологии. Ходят слухи, якобы они с Летиным, как кошка с собакой. Она, представляешь, как-то раз в буфете, при всех, выплеснула ему чай в лицо..., ты прикинь! Сегодня, говорят, он не вытерпел. Молодец, мужик! Красавец! Врезал ей, как следует... Да, видать, неудачно. Она упала, и ударилась головой об батарею. Жива ли, не знаю....

- Конечно, жива! Была бы мертвой, носилки прикрыли бы простынею.... И самого Летина, скорей всего, вывели бы в наручниках... Так что, жива твоя Нинель...

- - -

Кафедра физиологии, за двадцать пять

минут до прибытия милиции и медиков


- Моргунова, ты - дура! Я про тебя, Надежде Ефимовне всё расскажу.... - Веснушчатая девушка, с вульгарно накрашенными ресницами, "отбивалась" от упитанной сверстницы, пытающейся её ущипнуть.

- Я что ли, тебя толкнула? Ты не спи, а то - замерзнешь....

На экскурсию в анатомический музей, расположенный на кафедре "Анатомии и физиологии человека", привели десятиклассников из средней школы ╧ 75. Наверное, в Алуевске нет ни одного старшеклассника, кто не хотел бы здесь побывать. Музей представлял собой просторную аудиторию, заставленную стеклянными шкафами и высокими стеллажами. Он примыкал к лаборантской комнате, откуда во время экскурсий выносились дополнительные экспонаты и учебные пособия. Стеллажи располагались вдоль стен. На многочисленных полках стояли конусовидные и цилиндрические банки, наполненные спиртом. В этих банках, плавали человеческие органы...

Казалось, здесь было всё. Ну где ещё, можно увидеть трехмесячного зародыша человека? В каком другом месте, вам покажут двухметровый скелет мужчины? Органы, конечности, разрезы и распилы, всё располагалось не беспорядочно, а строго по темам.

Жировую дистрофию миокарда, видели? А сердце "красногвардейца", проткнутое штыком? А, шестипалую кисть? Никогда, не видели? В музее кафедры физиологии, такой экспонат был. Правда, появился он, совсем недавно. Олег Петюнин, в прошлом - институтский "однокашник" Юры Летина, а ныне - доцент с мединститута, изготовил, сей препарат собственноручно. И подарил его, во время одной из кафедральных пьянок, Летину, заглянувшему в мединститут, на "огонёк"....

А вот - печень алкоголика. Этот экспонат, Юра изготавливал сам. Там же, у Олежки в мединституте.... Обратите внимание, в большой, цилиндрической банке, мозг Эрнеста Цукатова, первого ректора Алуевского пединститута. Эрнст Эрастович Цукатов, оставался профессором кафедры физиологии, и после назначения его на ректорскую должность. Он, ещё при жизни, завещал свой мозг музею, им же и основанному в 1935-м году.

Юра, придя на работу, чуть раньше положенного, увидел скопление школьников. Он решил, на время экскурсии, уединиться в лаборантской комнате. И не то, что бы, его раздражали "школяры". Нет, не раздражали. Сам, когда-то учился в школе, всё-таки. Но Юра, не приветствовал подобных мероприятий. Ни к чему, всем школьникам без разбору, постигать тайны человеческого тела. Тем, кто интересуется, и готов углублять свои знания за студенческой скамьей - пожалуйста, в любое время. Летин сам, с удовольствием прокомментирует, любой из экспонатов... Но наблюдать, как превращают, в общем-то, скорбное место, в весёлый балаган, он отказывался.

Девицы, отделившись от парней-одноклассников, сгруппировались около высохшей мумии. Надпись на медной пластинке гласила, что перед ними, 36-летняя женщина. Умершая, правда, в 1937 году. На помутневшем желтом металле, с трудом различалась надпись. "Клементьева Зинаида Ильинична, лаборантка кафедры физиологии, 1937 г.". Высохший, обтянутый почерневшей кожей скелет, был прикручен медной проволокой к металлическому стержню, внутри высокого застекленного шкафа. Десятиклассницы безо всякого стыда обсуждали, "за сколько" согласились бы они, оказаться после смерти, выставленными голышом для всеобщего обозрения.

Парни в это время, с нескрываемым интересом знакомились со строением органов, выполняющих в человеческом организме функцию продолжения рода...

Близилось завершение экскурсии. Остались не просмотренными, стеллажи по "нервной системе" и "желудочно-кишечному тракту". Ответственная за экскурсии школьников, старший лаборант Жаркова, объявила маленький перерыв, и отправилась в "лаборантскую". Нина Алексеевна вышла из отпуска, и эта экскурсия, была первой в этом году.

Школьная училка, сопровождавшая десятиклассников, обратилась к Жарковой.

- Нина Алексеевна, у меня 11-й "А", к вам просится. Вы не будете против, если я приведу их после праздников?

Нинель, вскинув брови, уставилась в потолок. После праздников, начинаются предэкзаменационные консультации у первокурсников, и аудитория по вечерам, будет занята. Для экскурсии, возможно, придется выбирать субботний день. Нина Алексеевна прикрикнула на какого-то умника, дающего свои комментарии одному из экспонатов раздела "Мочеполовая система человека". Дождавшись, когда парни успокоятся, она повернулась к училке.

- Подождите меня здесь. Я пойду, посмотрю в расписании, как после праздников будет занята аудитория...

Нина Алексеевна направилась в лаборантскую комнату. Вышедшая оттуда лаборантка Галочка, увидев Жаркову, втянула голову в плечи, и юркнула куда-то в сторону. В комнате, откуда она только что вышла, оставался Летин Юрий Феликсович, ассистент кафедры. И туда же, "ползёт" эта "мегера"!

Гале не хотелось, уходить далеко. Чего скрывать, за затянувшимся конфликтом между Летиным и Жарковой, с напряжением следила вся кафедра. А с недавних пор, не только, кафедра... Кульминационный "взрыв", должен был произойти, вот-вот...

Нина Алексеевна скрылась за дверью комнаты, в которой находился её "недруг".

Галя начала "про себя" отсчет: раз, два, три....

На счёт "шесть", из-за двери донесся жуткий грохот. Казалось, что Нинель и Летин, доказывают друг другу свою правоту, при помощи бейсбольных бит. Впрочем, грохот прекратился, столь же внезапно, как и начался...

Дверь лаборантской распахнулась настежь и оттуда, вышел растерянный Юра Летин. Он недоуменно смотрел на собравшихся экскурсантов, держа руки перед собой, ладонями кверху. Как бы, оправдываясь, - мол, это, не я....

Присутствующие перестали галдеть, и уставились на растерянного преподавателя. Из распахнутой лаборантской комнаты повеяло страхом...

Неизвестно, сколько бы ещё продолжалась эта беззвучная сцена, но Юра, увидев лаборантку Галю, встряхнул головой. Он коротко скомандовал.

- Шефа! Бегом!

Когда Галя убежала за профессором, Юра прикрыл дверь, и, обращаясь ко всем присутствующим, оповестил.

- Экскурсия закончена. Все, по домам!

Учащиеся вновь загалдели, и направились к выходу. Но, возмущенная училка запротестовала:

- Я никуда не уйду, пока не дождусь Нину Алексеевну..., - и, как бы призывая окружающих, поддержать её, развела руками. - У меня, девятый "А", с осени - просится.... А тут, явился, какой-то...

Возмущение школьной учительницы было справедливым. Если до начала апреля, она сводит на экскурсию ещё один класс, план по "внеклассной" работе будет считаться выполненным. Так что, майскую вылазку в лес, можно будет отменить...

Училка топнула ногой.

- Я жду!

Юра не выдержал. Он подскочил к учихе, схватил её за руку, и вывел их музея.

К этому времени, подоспел Степан Гаврилович. Втроем, - Юра, Серебряков и лаборантка Галя, - они вошли в лаборантскую комнату.

Оба стола, стоящих ранее у входа, были сдвинуты вглубь комнаты, к мойке. Штативы с пробирками валялись разбросанными по комнате. На кафельном полу, совершенно не дыша, лежала Нина Алексеевна. Её глаза были закрыты, а около головы, пугающе темнело огромное пятно крови.

Профессор боязливо посмотрел на Юру, и схватился за сердце.

- Ну, зачем вы так, Юрий Феликсович? Она ведь, пожилая женщина...

Юра, резко его оборвал.

- Возьмите себя в руки. Идите к себе в кабинет, вызовите милицию... Не забудьте сказать, что произошёл несчастный случай.... И, ещё...

Юра склонился над распластанным телом. Нащупав на шее пульс, он вскочил и заорал.

- Не надо, милицию! Срочно, "скорую"!!! Бегом!

- - -

Нина Алексеевна Жаркова начала работать на кафедре, ещё задолго до того, как туда пришёл Летин. Нина Алексеевна была женщиной властной, и даже, жесткой. Будучи "особой", недалёкой и весьма ограниченной, Жаркова, тем не менее, требовала от сослуживцев, подчёркнутого уважения и преклонения. Странно, что её карьерный рост не остановился на ассистентской должности. Хотя очевидно, что доцентом она стала, благодаря длительной любовной связи с заведующим кафедрой, профессором Серебряковым.... Впрочем, факт не проверенный, но многое объясняющий.

По мнению этой женщины, её бывшая должность и нынешний возраст, обязывали каждого, относиться к ней с повышенным почтением. Себя же, соблюдением такта, Жаркова особо не обременяла. Она могла, например, делать замечание другим преподавателям, в присутствии студентов. Но, ни это, самое страшное. Самое страшное, это то, что никто не осмеливался, сделать замечание ей самой. Никто, кроме Летина...

На кафедре, все её побаивались, и старались, не обострять отношений со "строгой помещицей"....

Юрий Феликсович с первых дней работы на кафедре, зарекомендовал себя, как человек добрый и не злопамятный. Что мгновенно было воспринято поводом - относится к нему, как к студенту-двоечнику. Кем, воспринято? Конечно же, доцентом Жарковой.

- К нам? - Первой спросила она, когда прямо с отдела кадров, он явился на "физиологию", познакомится с коллективом кафедры. - Новый ассистент? Заходи, заходи, соколик. - Она оценивающе посмотрела на Летина. Особо и не скрывая, что новый сотрудник ей не понравился, Нина Алексеевна возмущенно проворчала. - Дожили! Всяк, кому чудом удалось выучить "азбуку" самому, пытается обучать кого-то ещё. Ты, соколик, прежде чем сюда придти, хорошенько подумал? А? Сможешь ли ты, учить студентов "дисциплине", которую и сам-то, как следует, не знаешь? Главное, что необходимо тебе зарубить на носу, это то, что коллектив у нас, в большинстве своем, женский. Так что, запомни, - у нас, не курят, и не сквернословят... Ты, понял меня?

Поначалу, Юра подумал, что в комнате находится ещё кто-то. Столь беспардонное и пренебрежительное обращение, позволяют себе, разве что старые морские волки, берущие к себе на судно нового юнгу... В первый раз, ему удалось сдержаться, и не ставить на место "беспардонную тётку"...

С момента прихода Юры на кафедру, и по сей день, между ними велась "необъявленная война". Летин, не прощающий наглости и чванства даже пожилым дамам, был для Жарковой, самым мерзким человеком на Земле.

1-го сентября 1995 года, Нина Алексеевна вышла на пенсию "по возрасту". Казалось бы, многие сотрудники кафедры, должны вздохнуть спокойно.... Но, не тут-то было.... Второго сентября, того же года, она снова вышла на работу! Но, в должности старшего лаборанта....

Об этом поступке, говорили всяко. К единому мнению, так и не пришли. Но всех удивило то, что Жаркову взяли "обратно". Её, 55-тилетнюю женщину? У профессора Серебрякова был принцип, женщин старше "сорока", к себе на кафедру - не брать...

Собственно это, подтверждает версию, что профессор и Жаркова - когда-то были любовниками...

В последнее время, старший лаборант Жаркова, занятий со студентами не вела. Она руководила матобеспечением учебного процесса. В её подчинении находились две юрких девушки-лаборантки, не поступившие в институт в этом учебном году. Галя и Лина, не прошли по конкурсу. Что ж, поступят в следующем. А этот год, им придется терпеть свою неласковую начальницу, старшего лаборанта Жаркову Н. Б.

На 80-е годы, пришёлся период всемогущества Нины Алексеевны Жарковой, на кафедре физиологии. Длительно тянущаяся "интрига" с шефом, по поводу научной направленности кафедры, закончилась её победой. Шефу, в те годы - было нелегко. Ректорат, научная часть, все поддерживали Жаркову. Бедный Степан Гаврилович, целый месяц пролежал в больнице, с обострением остеохондрозом. Вернувшись в "строй", он не узнал кафедру. Всем, "заправляла" Нинель...

В то время она была, всё же, доцентом.

Сейчас, когда Нинель занимала должность "старшего лаборанта", отношение сотрудников, к ней оставалось "прежним". Чем, собственно, Жаркова и пользовалась. А проявлялось это тем, что старшему лаборанту Жарковой, ни один человек на кафедре не осмеливался возражать. Ни один, включая "шефа". Впрочем, нет. Один человек, всё же, изредка, ставил её "на место"...


-2-


Лана домывала пол в большой комнате. Делала она это, несмотря на тридцатипятилетний возраст, довольно ловко. Почти что, не сгибая колен, женщина, как бы согнулась пополам. При этом, двигалась она, пятясь назад, и собирая половой тряпкой разжиженную грязь.

Федор Гуроненко, войдя в прихожую, испытал миг вожделения при виде надвигающейся Ланы. Женщина "атаковала" его, самой мясистой частью тела, и Федя не удержался. Шлепок получился настолько "сочным", что домывать пол, пришлось, лишь, через пятнадцать минут. Когда Лана, тяжело дыша и накидывая халат на голое тело, вышла из спальни.

- Свет, принеси пива. - Близость с Ланой, воодушевляла на поэтику.

- Я чё, рожу его? - "Прозаический" настрой женщины, был обусловлен обидой на Федора. Мужик плотно "уселся" на Светкину шею. Как говорится, "и ножки свесил...". Она грубо оборвала. - Нет у нас пива!

- Так в холодильнике же, со вчерашнего дня - должно остаться.

- Ага! Действительно! - Лана вернулась в спальню, и, подперев бока кулаками, поставила одну ногу на край кровати. - Гурон! Ты чё, такой наглый? Когда, работать начнёшь? Слушай, я ведь такого как ты, себе легко найду. Думаешь, у тебя - самый лучший.... - Женщина "запнулась", и продолжила, более сговорчивым тоном. - В смысле, Федя, ты - что надо! Но ведь, и я - не станок печатный! Самой - не всегда хватает...

Светлана Львовна Жаркова держала несколько коммерческих палаток на колхозном рынке. Федя, поначалу, "крышевал" её точки, выступая в составе бригады, себе подобных бездельников. Постепенно, дружков его пересажали, и Гурон оказался, не у дел. Лана, к тому времени, платила другой команде бездельников. Но, новая "крыша", могла уберечь, лишь от "себе подобных". А от рыночной пьяни и мелкого жулья, охранника около Светки, её новые хозяева не выставляли. Именно на этой "ниве", произошло сближение Светланы и Федора.

Перечень услуг нового "бодигарда" состоял из трех пунктов - охрана "на месте", сопровождение по городу, да и, пожалуй, "постель". Взамен, за свои услуги, он брал "немало". Ежедневное пиво, "на карманные расходы", плюс, тоже - "постель"... Подобная форма "бартера", особо не тяготила, ни его, ни её. Впрочем, Светка подозревала, что она - не единственная пассия любвеобильного Федора...

Они ужинали на кухне. Лана нервно поглядывала на часы.

- Матери, всё ещё нет. У меня что-то, с самого утра - сердце ноет... Она позвонила утром. Сказала, к гадалке ходила. К Аглае, слышал, наверно про такую?

- На Емельяна Ярославского, за баней? Когда Шмеля убили, пацаны к ней ходили. Та, кстати, не сразу сказала, что того - убили...

- Она, по поводу отца, ходила. Весь отпуск, прождала его, бедная. Слышь, Фёдор, я боюсь. Такое ощущение, что должно, что-то произойти...

Федор продолжал, дожевывать холодную ветчину.

- Не каркай - ничего не произойдёт. И сердце, не будет "ныть".

- Не помню, рассказывала я тебе или нет про Летина.

- Какого ещё Летина? - Гурон скривил страшную физиономию. В эту минуту, он походил на самца горной гориллы.

- Да представляешь, у них на кафедре, наглец один выискался, на мать наезжает!

- Так, может - за "дело"?

- Чего ты говоришь..., - Светка его не слушала. Её внимание полностью переключилось на экран компактного "Panasonica", стоящего на холодильнике. Заканчивалась очередная передача Никиты Трегубова, ток-шоу "Территория правды". Все передачи этого "лапушки", Лана смотрела, и ждала с нетерпением. Сегодня шёл повтор. Ланка смотрела передачу вчера. Закончилась она, как всегда, весьма эффектно. Одного из парней, надоедавшего пенсионерке ночными пьяными песнопениями, вывели из студии в наручниках. До этого, бабулька много раз обращалась в милицию. Но сосед, во всем остальном был безупречным гражданином. В милиции на жалобы женщины посмотрели, как на кляузы заскучавшей по скандалу пенсионерки. В результате, "всё" списали на её "старческий маразм". И тогда, бабушка позвонила в "Территорию правды". Ну а дальше, вмешались Никитка и его команда профессионалов. В результате, каждый - получит своё. "Хулиган", будет отвечать перед законом. Бабулька, наконец-то, обретёт "душевный покой". Ну и главное, полумиллионный город получит на десерт "горячий, сочный скандал"....

А ведь, подобное случалось не редко. Очень часто с передачи Трегубова, прямо из студии, некоторых её участников выводили конвоиры...

Лана не отрывая взгляда от телевизора, "на ощупь", подчищала салатницу.

Федя повторил вопрос.

- И чё там, гадалка эта наговорила, а? Сказала, что-то про Антона, или нет? - Гурон заерзал на стуле, и тут же, словно, смутился. - Так может, за дело, мамашу твою щемит мужичёк тот?

Лана, словно очнулась.

- За какое, нахрен, дело? Ты - что, мать мою не знаешь? Это же, божий одуванчик, а не "баба"!

Следует заметить, что подобное явление, не ново. Довольно часто, свирепый диктатор, тиранящий на работе весь коллектив, у себя в семье - воспринимается "домашними", как самый кроткий агнец...

Федя, прожевавшись, спросил.

- Он с кем-то, "работает"?

Лана начала нервничать. Видимо, этот зануда не даст, досмотреть по-человечески любимую передачу.

- Что значит, "с кем-то работает"? В смысле, "крышует" ли его кто-нибудь? Так, что ли?

- Ну, почему - крышует? Так, "семь - по восемь, восемь - на семь"...

- Ты чё, Федор, "тупишь"? Он - институтский преподаватель! Кто с ним, "работать" будет? Он получает - три рубля в месяц. "Половину", поди, умудряется, на "книжку" откладывать...

- Так может, я его - того, "сделаю"? - Федор проткнул вилкой, лежавший на столе коробок спичек.

- Ты, с ума сошел. В смысле, как понять - "сделаю"? Отлупишь, что ли? - Лана глянула на часы, и сердце её вновь, кольнуло.

- Можно, и отлупить. - Неприятно оскалился Гурон. - Но лучше, "сделать". "Развести". А потом - нагрузить на бабки. Сама, что ли, не знаешь....

- Да делай ты всё, что захочешь. А пока, отвали, дай передачу досмотреть.

С экрана, уже звучали финальные аккорды. Улыбающийся Никита Трегубов приглашал всех телезрителей, посмотреть следующий выпуск программы....

- ... Обещаю, что финал, своей неожиданностью удивит всех без исключения. Вы узнаете, насколько уродливые формы принимает порой человеческая мстительность. Итак, жду вас у телеэкранов, ровно через неделю. Заявки на участие в ток-шоу присылайте по телефону, который вы видите в правом углу экрана. До скорого...

Оператор сфокусировал объектив на безупречной "металлокерамической" улыбке ведущего...

- - -

Нина Александровна не умерла. Но её состояние было, крайне тяжелым. Больную поместили в "нейротравму", с диагнозом "ушиб головного мозга тяжелой степени". Женщина до сих пор не приходила в сознание.

Заведующий отделением, еле себя сдерживал. Он специально остался сегодня на ночное дежурство, что бы "побыть" с Жанной. Но, не дают ему "побыть". Звонят всякие бестолковки, отрывают от общения с молодой докторицей...

Создавалось впечатление, что сейчас, заведующий разобьет телефонную трубку об стену.

- Ну, я вам ещё раз повторяю, - никаких прогнозов! Я - не бог. Мои возможности, увы, ограничены, - доктор, закатив глаза в потолок, размахивал руками, перед молодой женщиной, стоящей напротив него....

Положив трубку, он нервно заверещал:

- Я скоро, с ума сойду! У бабки, тяжелейший ушиб, трещина на основании черепа, субарахноидальное кровоизлияние, компрессия "офигенная", а она мне - когда с ней можно побеседовать? Слышь, Жанна, ты что-нибудь, вообще, понимаешь?

- А кто, звонил-то?

- Да дочка этой, из реанимации.

- А кто у нас, дочка?

- Да, торгашка, какая-то, фиг её знает.

- Да, посылай ты их всех, торгашек, в одно место. Как у тебя, вообще, хватает сил, сдерживать себя....

То, что молодушка обращается к заведующему на "ты", свидетельствовало о многом. Например, о том, что данная совместная "ночка" - не первая. Женщина, закрыла дверь "ординаторской" на ключ, и сбросила с себя халат, под которым...


-3-


В кабинет к старшему лейтенанту Мякешину, заглянул Поликарпыч, прапорщик-водитель.

- Валера, ты "адреса", мне подготовил?

Лейтенант, напротив которого сидел Юрий Феликсович Летин, молча опустил веки. Это означало: "Я, заканчиваю. Зайди, подождёшь меня. Можешь посидеть, за столом Каракулова. Его, сегодня - не будет. Заодно и послушаешь, что тут этот "сказочник" рассказывает. Уверен, ты такого, не слышал".

Вслух же, старший лейтенант произнес.

- Юрий Феликсович, распишитесь, пожалуйста, вот здесь. Поясняю, вам - нельзя покидать город, пока не окончится следствие по факту убийства...

- Она - что, всё-таки, умерла? Её ведь, никто не убивал... - Летин разнервничался.

- Юрий Феликсович, возьмите себя в руки. То, что произошло сегодня днем, у вас на работе, в принципе, даёт серьезные основания, заключить вас под стражу. Капитану Лагутину стоило больших усилий, уговорить меня, не делать этого. Характеризует вас, как человека разумного. Как, "гома сапиенса". Так, кажется, по вашему, по научному? Он что, ваш знакомый?

- Кто, "гома сапиенса"? - переспросил Летин.

Юра чувствовал, что ему не следует, настраивать против себя этого "опера". Но, настолько абсурдной показалось ему версия, за которую ухватился молодой, и, наверное, неопытный милиционер, что вести себя "по-другому", не получалось.

Старлей вздохнул, и посмотрел на вошедшего Поликарпыча. Дескать, я же говорил, что парень - сказочник. Пытается убедить нас, что бабка, сама - подпрыгнула, и приземлилась на голову. Только вот, приземлилась она, неудачно. Лежит сейчас, в реанимации, последние минуты доживает. А может, уже - не лежит. Может, на небесах она.

Юра, "поправился".

- С капитаном Лагутиным, я знаком. Каков "статус" наших отношений, вы спросите, у него самого. А что касается меня, то повторяю ещё раз, - я даже мизинцем не прикоснулся к Жарковой. Ну, проведите же экспертизу, в конце концов, вы же - умеете. Или дождитесь, когда ей станет полегче, у неё и спросите..., - Юра осекся. Отношения между ним и Жарковой, делали его, довольно "вкусным" подозреваемым. Кто, рассказал им? Да, какая разница. О наших отношениях, на кафедре знали все...

Старлей, словно читал его мысли.

- Расскажите, что это за случай, произошел с вами, кажется, в буфете...

"Он и про это знает. Не-е-е, похоже, мне не отвертеться. Могут, и домой не отпустить...". Юра, попросил разрешения закурить. Долго думал, с чего бы начать. Наконец, решился.

- Глупо упираться, Жаркову - я, действительно, недолюбливал. Ну, это уж, извините, мое личное дело, как реагировать на хамство. То есть, хочу сказать, что Нина Алексеевна, была мне несимпатична. Причин - тьма, назову лишь некоторые. - Юра сделал глубокую затяжку, и перевел взгляд на окно. За что, он ненавидел Нинель? Да, наверное, за то, что она - ненавидела его, Летина. А за что, ненавидела его она? Да потому, что.... Юра, задумался, как объяснить постороннему человеку, причину их натянутых отношений. Такое, увы, необъяснимо. Он, всё же, попытался. - Понимаете, Нина Алексеевна - женщина, у которой отсутствует чувство такта. Она подвергает сомнению любое высказывание и заявление. Он высказывает неуверенность в искренности любого доброго поступка... Она пыталась, меня учить! Я всегда, воспринимаю очень болезненно, когда это делают люди, мною неуважаемые. Она могла, например, делать мне замечания, при моих же студентах. Как вы думаете, это "повышает" мой авторитет? А ведь я - преподаватель. Студенты, должны меня любить. Иначе, не будет толку от моих занятий. - Юра вздохнул. - Я и так, старался, не перегибать палку, был всегда, достаточно "миролюбив". У меня в институте - репутация самого уживчивого и мягкого человека. Но у всего, есть предел. И почему, в конце концов, чьи-то плебейские замашки, должны портить мне настроение. Впрочем, всё зависит от терпения. У меня - оно есть. Так ведь, спекулировать этим нельзя.... - Юра замолк. "Путаность" собственных объяснений, его смутила. Он, горько усмехнулся. - Вы знаете, что Нина Алексеевна, раньше была доцентом кафедры... А я.... Я тогда пришёл на кафедру, молодым ассистентом. Не "зелёным", но, всё же, достаточно молодым. Молодые люди, весьма болезненно воспринимают, чье-то пренебрежительное отношению к себе... - Юра, вздохнул. - Жаркова была натуральной "базарной" бабой...

- Юрий Феликсович, мне понятно ваше стремление, любым путём "опорочить" пострадавшую. Не вы один, такой. Это, для преступника, правило ╧ 1. Очернить "терпилу". В смысле, пострадавшую.... Послушать вас, так вообще, начнёшь верить, что на преподавание в институт - принимают базарных бабок. - Мякешин зевнул. - Почему же, она работала "доцентом"? - Оба "сотрудника" милиции, усмехнулись.

Юра посмотрел поочередно на того и на другого, нехотя "пояснил".

- Её, не я назначил на эту должность, так что - отвечать, не буду. Нине Алексеевне доставляло особое удовольствие, кого-то унизить, публично оскорбить, подчеркнуть чью-то несообразительность. Хотя, уверяю вас - лекции она читала, ужасные. Самое отвратительное сочетание, бездарности и самовлюбленности...

- Юрий Феликсович, не увлекайтесь. Этого человека, быть может, уже и в живых-то, нет...

- Да я, не увлекаюсь. Говорю, как есть.

- Хорошо, но и этого - мало, что бы оправдать ваше "рукоприкладство"...

- Да не хотел я, её убивать...

Старлей и Поликарпыч переглянулись. Но, промолчали. Юра это заметил, и поправился.

- Я хотел сказать, что вообще, не видел, как она упала. Ну, не видел! Я стоял, лицом к противоположной стене, около навесных полок со слайдами...

- Что вы делали в это время?

- Я уже говорил, но повторюсь: готовил слайды по теме "Дыхательная система". У меня, занятие со студентами, через десять минут должно было начаться. В конце концов, если бы мне надо было её убить, я бы сделал это не на рабочем месте и при скоплении огромного числа свидетелей.... Ну, это же - элементарно!

Менты, опять переглянулись. Мякешин, при этом, улыбнулся.

- Правильно! Вы и собирались, свести с ней счеты где-то в другом месте. Но, ненависть к пожилой женщине была настолько сильна, что дожидаться подходящего момента - оказалось выше ваших сил...

Юра, сморщился, словно от зубной боли, и с горечью в голосе, ответил.

- Да я, и не видел, как она вошла...

- Но, ведь, слышали!

- Я слышал, что кто-то вошел. И не повернул голову, так как, считал, что это, вернулась Галечка, наша лаборантка. О том, что вошедшей - была Жаркова, я узнал, после. Когда увидел её, лежащую на полу...

Юру отпустили. Это - главное. Не хватало ещё, ночевать на нарах. Хотя, нары - не главное неудобство камеры. Главное - отсутствие телефона. Вообще, какой-нибудь связи с внешним миром...

На следующий день, он отправился в больницу, куда была доставлена Нина Алексеевна. Зачем он туда поперся, Юра не смог бы объяснить даже самому себе.

Юра подъехал к стационару, около 14.00. Неприятности начались сразу.

В дверях, он столкнулся с капитаном Мякешиным.

- Ого! Юрий Феликсович! - С наигранным удивлением воскликнул тот. - Что вы тут делаете?

"Ситуация - идиотская. Что ему ответить?".

- У меня здесь однокурсник работает, - соврал Юра. "Зачем, я соврал? И вообще, зачем я сюда пришёл?"

- Позвольте поинтересоваться, как его фамилия?

- Иванов, - не задумываясь, ответил Летин. - Это, если сокращенно. А, полная - Иванов-Крамской. Фамилия второго ("однокурсников" - несколько) - Петров-Водкин. А третьего.... Старлей, тебе чего от меня надо? Ну, не убивал я, не убивал! Проведи, экспертизу. На "детекторе", протестируй меня...

Старлей улыбнулся, и ничего не сказав, засеменил в сторону остановки.

Юра вошел в здание. На первом этаже, было достаточно людно. Видимо, знакомые и родственники больных, лежащих в этом отделении.

На верхние этажи, вела широкая лестница. По ней спускалась женщина в халате, накинутом поверх темно-синего костюма. Внизу её встречал крепкий мужичок, в кожаной утепленной куртке. На согнутом локте, он держал кожаный плащ дамы.

- Ну и как? - Спросил он, накидывая на женщину плащ. - Соображает?

- Дудки! Не приходила в себя. Уже, вторые сутки - без сознания.

- Слышь, а может этого, - как его, - Летина, хлопнуть? Для профилактики. Что бы, в другой раз, подобного - не произошло.... Или, "загрузить" его, "козла", по полной программе...

Стоя к беседующей парочке спиной, Юра внимательно слушал разговор, и не мог "оторваться". Надо бы, пройтись до ординаторской, поискать кого-нибудь из знакомых врачей, но это - он ещё успеет. "Хорошо, что меня они не знают. Впрочем, показывать своё лицо - нельзя, ни в коем случае..."

Женщина размышляла вслух:

- Допустим, она не выживет. Что тогда?

- Что, что? "Хата", целиком к тебе переходит...

- Дурак! Я, не об этом.... Почему же, всё - так плохо? Вот ведь, о чём - я.... Сперва, пропал отец. Теперь, с мамой - беда. Как ты думаешь, исчезновения отца и несчастье с матерью - связаны между собой?

Отец Ланы, исчез месяц тому назад. От его пропажи, Ланке было "ни тепло, ни холодно". Отец, в общем-то, был - не родной. Но Нина Алексеевна, очень переживала. Весь свой отпуск, просидела у окна, прождала его...

Лана забросила челку назад, и решительно сказала.

- Короче, дяде Васе звонить надо.... - Она, словно, "застыла". Глядя в пустоту неподвижными глазами. Ни один мускул на её лице, не двигался.

- Какому дяде Васе? Ты чё, Ланка? - Федя поводил перед её глазами рукой. Женщина не реагировала.

Наконец, она "очнулась".

- Дядя мой, начальник Гор УВД в Прогорске. Пусть приезжает, шевелит коллег. "Козла" этого, надо по закону наказывать. Представляешь, он ударил мать, она упала, и головой - об батарею. "Заведующий" сказал, - прогноз сомнительный. Это значит, - готовьте "бабки", на похороны.

Для Светланы любое событие в жизни, было в первую очередь - поводом к нежелательным расходам....

Федор помрачнел.

- Слышь, а может, не надо дядю? - Прибытие в город родственника-мента из Прогорска, для Феди означало, что Светкина квартира на несколько ночей, будет для него - закрыта. Да и вообще, имелись причины, избегать контактов с "ментами"...

Лана словно не слышала его. Она беззвучно шевелила губами, хищно прищурив глаза. Юра Летин осторожно посмотрел на Лану, и попытался понять ход её "чёрных" мыслей. Ничего, не разобрав в бормотании женщины, он смерил взглядом её спутника. Габариты Федора, отнюдь, не радовали. Выражение лица - тоже. Особенно огорчала "диспропорция", между объёмом мышечной массы и количеством доброты в глазах....

"Родственники Жарковой. Видимо, дочь. Она, более активная. Наверх, опять же - поднималась она. А этот? Муж? Не похоже. Слишком заискивающе смотрит на спутницу. Может, провинился? Например, напился после работы.... Вряд ли! Они - интеллектуальные "антиподы". Друг-любовник? Скорее всего. Что за родственника, она грозится вызвать? Прогорск, это - совсем рядом. Полтора часа, на машине..."


-4-


Несмотря на то, что Лана была против "силовой" акции в отношении обидчика матери, Федор подробно её расспросил, где работала мать, и как фамилия того "наглеца", который позволил себе, поднять руку на беззащитную женщину. Они выехали из дома в 11.00., и, вот уже пол часа, Гурон не унимался.

- Слышь, Свет, а может он, "норман"? Там же - институт, "дури" всякой полно, химической.... Вот и ширяется, наш невоспитанный должничок, а под кайфом - на коллег кидается...

- Перестань, Гурон, это не смешно. Там - институт, там - нет "наркоманов". Студенты, те - возможно. На дискотеках и прочих "зависонах".... В "ночных" клубах - их полно. А преподы, те - ни-ни. Гурон, ты по своей "барахолке" судишь, что ли? Остынь. Не хватало ещё, тебя с твоей рожей, в институт пускать. Я позвонила дяде Васе, он сегодня приезжает.

Гурон выехал на встречную полосу, и обошёл, машин двадцать. В результате чего, у светофора он оказался - первым. Как только до появления зеленого света осталось три секунды (встроенный секундомер есть в голове у каждого автомобилиста), Гурон нажал на газ до упора, и сразу оторвался от машин. Лана поморщилась.

- Не понтуйся, Шумахер. Меня довезёшь, там - хоть взлетай. А я, дядю встретить, живой хочу. Впрочем, без меня - тоже, не гоняй. Может эту "колымагу", продать удастся. Тогда, сразу - "пятнашку" беру, как у Люськи Бубновой...

Надо сказать, автомобилю Светки, до стадии "колымаги" - было очень далеко. Гурон оживился.

- Нашла покупателя? Мне - ни слова...

- Да никого не нашла пока. У Наиля, цветочника, дядя скоро приезжает. Ему как раз, "девятка" нужна.... Короче, тормози, приехали.

Гурон остановил автомобиль у здания налоговой инспекции. Того самого района, на территории которого, проживала Жаркова Света.

- Федя, я потом, до "банка". Это рядом, дойду сама. Заодно пообедаю. У тебя, деньги должны остаться со вчерашнего дня... Не ври, я тебе - "косарь" давала! Ладно, держи "сотню". Пивка на вечер купишь. До половины третьего, свободен. Заберёшь меня, на оптовом рынке. Будь там, часам к трём... - Лана немного подумала, и, глядя себе под ноги, сказала. - Фамилия этого препода, с мамкиной работы - Летин. - Затем, словно спохватившись, не очень "настойчиво", добавила. - Но, не советую. За дружками своими, "полетишь". По "зоне", по родной - соскучился?

- Да не бойся ты, Ланка. У него сейчас, поджилки трясутся. Чё попросишь, то и отдаст. А если, по грамотному "грузануть", может, и завещание напишет...

- Идиот! Короче, меня ты не знаешь! Понял! Делай, что хочешь, но предупреждаю, если "спалишься" - я ищу тебе замену. Тем более, есть один - на примете...

- Чё ты там, базаришь, курица.... - Закончить фразу, Гурон не успел. Светка, словно бойкая школьница, захлопнула дверцу и побежала к зданию "налоговой". Отдаляясь от машины, она бормотала себе под нос. "Давай, Гуроша, действуй. Два хороших дела сделаешь. Проведёшь этому Летину, "прелюдию" к отправке за решётку. Плюс, создашь повод, и тебя - туда же отправить. Надоел ты мне, своей простотой. Твой солдафонский юмор, достал уже..."

Гурон приоткрыл дверцу со своей стороны, смачно плюнул на асфальт, и достал из внутреннего кармана сотовый телефон. Он набрал номер, ещё раз смачно сплюнул, и прорычал в трубку.

- Гера, ты где? Через двадцать минут - будь у "Сайгона". Можешь, Саню Третьяка с собой взять.... Хотя, не надо. Один приезжай...

Без Светки, Гурон пользовался "девяткой", по своему усмотрению. Ездил он, по "доверенности". Владелицей же машины, была Лана.

Гурон остановил машину, за два дома, до "сто тридцатого". Нужная "пятиэтажка" по улице Попова, стояла крайней. Гера, круглый, небритый брюнет, еле поспевал за Фёдором, когда они шли к подъезду.

- Слышь, Гурон, а это - не "палево"? Ты как хоть, свой наезд обосновывать собрался? Щас ведь, народ - ушлый. Чуть что, к "мусорам"....

- Так ему, кентярик ты мой, к мусорам мусорянским - дорога закрыта. Он сам, накосячил, себе на "срок". Пока его не закрыли, я с ним - хатёнками поменяюсь. Взамен, на поддержон в лагере. Ты чё, не вкурил, до сих пор? А в лагерь, пацанам "цинкану", что б "зачуханили" его, как "козла"...

Гера, уже "вкурил". Он знал, что у Гурона - комната в коммуналке. И знал, что в хрущевских пятиэтажках, "сороковая" квартира - трёхкомнатная. Во-о мля, раскатал губищу, Гурёныш!

Поднимаясь до нужного этажа, Гурон с Герой не обменялись ни словом.

Дверь "сороковой" квартиры была приоткрыта. Парни переглянулись. Гурон поднёс указательный палец к губам, и жестом показал, что дальше - пойдёт один.

Войдя в прихожую, Фёдор остановился, и прислушался. Он стоял так минут пять, пытаясь уловить все звуки, и снаружи, и изнутри квартиры. В подъезде, уже дважды прозвенели мусорными вёдрами. Какие-то девчонки, визгнули внизу. Интересно, Гера стоит у двери? Или, вышел на улицу?

Федор, ступая только на носки, приоткрыл дверь, отделяющую прихожую от большой комнаты. Заглянув вглубь комнаты, он чуть не вскрикнул....

Царящий в комнате хаос свидетельствовал, только что здесь "что-то" произошло. Разбросанные стулья, подушки, бельё, указывали - бой был серьезным. Посреди комнаты лежал худощавый мужчина. Его голова была запрокинута назад. Но и при таком её расположении, Гурон видел, какие муки пришлось пережить несчастному....

На мужчине была надета белая рубашка. На которой, в области сердца, "свежело" огромное красное пятно. Боясь войти в комнату, Гурон попятился к выходу. "Может зря я, не послушал Ланку? У "клиента", поди, недруги - посерьезней, имелись. Кто-то, меня опередил. Кто? А может, подстава?".

Выйдя в подъезд, и убедившись, что за ним никто не наблюдает, Федор протер дверную ручку носовым платком. Платок он потом сожжёт. Что бы уж, наверняка. А пепел, разотрет в порошок, и развеет по городу. Никто не докажет, что этого мудака - Федор "пришил". Гурон, пальцем не прикоснулся к нему. Гурон, так - не бьёт. Убийца, видать, был невысокого роста. Нанёс удар снизу. И, как-то, от центра - в сторону. Щегол! Так не бьют.... Впрочем, судят - по результату....

Гурон "пролетел" мимо Геры, стоявшего у подъезда. Коротко бросил на ходу.

- Уходим. Наверху - "жмур".

- Падла, ты чё? На "мокрого", меня привёл, гнида?! Ур-р-рою, сука! - Зашипел Гера и засеменил за Гуроном....

...Едва, Гурон покинул квартиру ╧40, Юра извлёк из-под рубашки кухонный нож, и поднялся с пола. Для того, что бы рукоять "торчала из-под рубашки" естественно, пришлось долгое время, прижимать левой рукой лезвие ножа к груди. Что бы, было - максимально, похоже. Сейчас, левая рука слегка дрожала. Это, от длительного напряжения.

Юра подошёл к окну. "Парочка" недавних визитеров удалялась от дома. "Хм-м-м, почему их двое? Этого мордоворота, родственника Нинель, хватило бы - одного".

Юра собрал стулья, тряпьё из шифоньера, разбросанные за несколько минут до прихода "гостей"...

...Выйдя покурить на балкон и посмотрев вниз, Летин обратил внимание на парочку "воинствующих дегенератов", вышагивающих по направлению к его подъезду. В "предводителе", он узнал родственника Нинель. Очевидно, муж дочери. Они приходили в больницу вдвоем...

Времени на раздумья не было. Можно было просто, не открывать двери. Но "домогательства", не прекратятся. А то, что в намерениях у этого здоровяка - "грузить" обидчика своей тёщи, Юра понял ещё в больнице....

Постояв у окна ещё немного, Летин направился в ванную комнату. Отстирывать от томатного сока белую рубашку, придётся "вручную"...


-5-


Илья, не скрывая интереса, разглядывал выставленные на подоконнике стеклянные банки с заспиртованными органами. В лаборантской комнате царил бардак. Впрочем, это нисколько не тяготило Лагутина. Милицейского "опера" мало волновали такие мелочи, как бардак. В прошлом, Лагутин не был здесь ни разу. Хотя к Юре в институт, он уже приходил. Но в тот раз, они сидели в "ассистентской".... Капитан милиции познакомился с Летиным, относительно недавно, в феврале. Друзьями - "не разлей вода", они не стали. Но к недостаткам друг друга, относились с умеренным терпением.

- Юра, а это - настоящее? - Лагутин брезгливо показывал пальцем на банку с невероятно большим сердцем. Видеть сердце, опытному "оперу", увы, приходилось и раньше. Но, мысленно разместить в своей грудной клетке то, что плавало в спирте,- он не мог. Объёма грудной клетки у бывшего боксера-полутяжа, явно не хватило бы.

Юра посмотрел через плечо на банку с заспиртованным органом, так заинтересовавшим "опера".

- Илюшка, это - самое настоящее сердце. И принадлежало оно, отнюдь не Геркулесу. Так выглядит жировая дистрофия сердца. Кстати, у любителей пива, такое - не редкость...

Лагутин поморщился. И тут же, указал на другую банку.

- А это? Тоже, от пива?

Юра посмотрел, и улыбнулся.

- Да нет, Илья. Это - врожденная аномалия. Шестипалость. Ни за что не поверю, что ты не встречал в своей жизни шестипалых людей. Этот дефект передается по наследству. Кстати, у господина Полуянова, нашего вице-мэра, на обеих руках, по шесть пальцев. Не обращал внимания?

- Юр, ты посмотри, у него - "наколка", - Илья склонился над банкой с заспиртованной человеческой "кистью", и брезгливо сморщившись, направил свой указательный палец на расплывшуюся синеву неразборчивой татуировки.

И действительно, от большого пальца, к самому предплечью, тянулась "наколотая" надпись, разобрать которую было весьма непросто.

Три первых буквы были различимы более отчетливо. "Г", "и", и маленькая "л". Дальше, тянулся непонятный узор. "Гил". Что, за "Гил"?

Илья присвистнул.

- Слышь, Юр, так это же клешня "Гилмора"....

- Какого ещё Гилмора?

- Ну, как же? Ты, разве не помнишь трагедию на Тбилисской? Ну? В 1989-м... Ну! Тогда Гилмор, убил начальника Кировского РОВД, Лёню Гольченко. Лёня, уже тогда, был подполковником. Правда, у Гилмора, кажется, было по пять пальцев... Впрочем, я не считал... Значит и тебя, Гилмор, нашла смерть ...

Неожиданно, из-за учебных плакатов и таблиц, развешенных вдоль стены плотным "массивом", вышла симпатичная девушка. Лаборантка Галя.

- Юрий Феликсович, а таблицы по "кроветворению", в этом году больше не понадобятся?

Юра, что-то шепнул ей на ушко. Девушка рассмеялась, и выпорхнула из комнаты. Лагутин встал, проверил - плотно ли закрыта дверь.

- Летин, неужели, всё произошло здесь?

- Именно!

- А ты уверен, что в этой комнате в тот момент, никого не было.

Юра посмотрел на Лагутина, как на ребёнка. Хотел, было, ответить, но Лагутин продолжил.

- Я нахожусь здесь минут десять, а о том, что кроме нас тут присутствовала, ещё и эта девчина, даже не догадывался.... Подумай хорошенько, может и в тот день, кто-то стоял за этими таблицами?

Юра почесал затылок. Предположение капитана ему нравилось. Хотя бы тем, что допускало невиновность его, Летина. Илья почувствовал, о чём думает "друг".

- То-то, Летин! Давай, думай! Никто не будет ломать голову, подыскивая тебе алиби. Сам - рой, ищи, грызи...

Летин продолжал чесать затылок.

"А если, Илья прав? Вдруг, так и было? Некто, спрятавшись за таблицами (туда же, никогда не заглядывают), выскочил в нужный момент, ударил Жаркову и, обратно. Я-то ведь, к ней - спиной стоял. Когда началась "движуха", забегали люди, шеф, лаборантки, ассистенты - "злодей", по шумок вышел из-за плакатов, и влился в общую суматоху. А ведь, такое - возможно..."

Юра оживился.

- Я, в это время, стоял вот здесь. - Он подошёл к полкам, висевшим на дальней стене. Его движение были целенаправленными и продуманными, словно сейчас проводился следственный эксперимент. - Я готовил слайды к занятию по теме "Дыхательная система". Меня уже, группа ждала в аудитории.... Илья, если бы мне надо было убить Жаркову, я бы сделал это, не на рабочем месте. И, не при скоплении стольких свидетелей.... Ну, это же - элементарно!

Илья ничего не ответил. Приняв из рук Летина стакан с горячим чаем, капитан уселся поудобней на кожаном топчане, и, глядя куда-то в сторону, произнёс.

- Не хотел тебя огорчать, но придётся. К нам в отдел, вчера вечером приезжал полковник Бурденко. Мне приходилось видеть его и раньше. Приятель нашего шефа. Он, из Прогорска. Возглавляет их "горотдел". Интересуется тобой, этот полковник. Вчера, нашего начальника не было, так этот Бурденко, обещал приехать сегодня после обеда. И настроен он, решительно. Ты знаешь, чего он хочет?

- Не знаю, но догадываюсь. Наверное, расстрелять меня?

- Юра, сейчас - не до смеха. Бурденко откуда-то прознал про историю с "невидимкой". И, ты знаешь, мне показалось, что у него, действительно, какая-то предвзятость к этому делу. Будь я начальником отдела, этого наглеца, на порог не пустил бы. Но понимаешь какое дело, этот самый Бурденко с нашим шефом - старые друзья, и друг другу - никогда ни в чём не отказывают. Вот такие, брат, дела невеселые. Подозреваю, что полковник из Прогорска - родственник Жарковой.... - Капитан вздохнул. - Ты думаешь, в отделе кого-то устроили твои жалкие объяснения. Про экскурсию, про слайды, про кучу свидетелей. Ведь, я уверен, и на вашей кафедре - все считают, что бабку "кончил" именно ты. Разве, нет?

- Что ты посоветуешь?

Илья "мялся". Юра повторил вопрос. Наконец, капитан ответил. Но, сперва проверил, нет ли кого-нибудь за дверью.

- Тебе надо схорониться. Временно...

- Илья, я удивлен. Неужели, сей совет исходит из уст старого уставника, Лагутина Илюшки?

- Юра, ты можешь, никуда не прятаться. Но тогда, завтра же, тебя "закроют". Подумай, как отнесутся к этому "институтские". Помочь тебе - я не смогу. Хотя и верю, что ты - не виноват.

Юрий Феликсович не задумывался над тем, как относятся к происшествию его сослуживцы. Жаркову на кафедре не любили. Да что там, не любили. Её, просто ненавидели. Причем, все. Да нет, полный нонсенс. Никто никогда не поверит, что Юра может поднять руку на женщину...

Летин не сдержался. Он вскочил и выбежал в коридор. Прошёлся по этажу, и "поймал" возвращавшуюся с буфета лаборантку Галю.

- Галка, ты - тоже считаешь, что Нину Алексеевну ударил я? В глаза мне смотри, в глаза....

Девушка испугалась, и плотно сжала губы. Словно решила, что её сейчас начнут пытать.... Наконец, она прошептала.

- Кроме вас, Юрий Феликсович, в лаборантской никого не было.... Вас и Нины Алексеевны...

И только сейчас, в эту самую секунду, Юра понял, предположение капитана Лагутина - верное. В комнате, в тот момент, действительно, был кто-то ещё. Реакция девушки на его вопрос, была лучшим тому подтверждением. Но Летинские "наблюдения", увы, к делу не пришьёшь. Юра, только и сказал.

- Врёшь!

Галина заплакала. Юра подумал немного, посмотрел девушке в глаза.

- Галя, успокойся. Капитан Лагутин - мой хороший знакомый. Но, если ты хочешь что-то сохранить в тайне, мы ему ничего не расскажем. Я обещаю, всё, что ты мне поведаешь - останется между нами.

Обняв девушку за плечи, Летин провёл её в ассистентскую. В это время, ассистентская обычно пустовала. Девушка заметно нервничала. Прикрыв за собой дверь, Юра развернул Галину, и очень внушительно, произнес.

- Галя, успокойся. Ничего не произошло. Если ты не захочешь быть со мной откровенной, так тому и быть.

- Но вас же будут судить..., - робко напомнила девушка.

- Ну, и что? Поверь, я не отношусь к людям, "тянущими" за собой "на дно" - всех, до кого достанет рука. Всё, в твоей власти. Если причина "что-то утаить", для тебя важнее моего благополучия, то - нет вопросов. Сам, не раз в таких ситуациях оказывался. "Защищая" одного, мы вынуждены "сдавать" другого. Невиновного.

- Я вас не сдаю. Так получилось....

Юра заставил себя улыбнуться, и не больно "щелкнул" указательным пальцем по Галкиному носу.

- Ну, ладно. У нас, мало времени. Поэтому, "детали" - после. А пока - о самом главном.

Галя, заметно успокоившись, поправила прическу, и, как бы спрашивая - с чего начать, посмотрела Летину в глаза. Юра ободряюще улыбнулся. Дескать, - давай, о самом главном.

- Юрий Феликсович, а тот капитан? Он по-прежнему - здесь?

Девушка, либо - начинала торговаться, либо - увидела в Юре союзника.

- Хорошо. Дождись меня здесь.

Юра вышел.

Попрощавшись с капитаном "на скору руку", он вернулся в ассистентскую. Галя стояла на том же самом месте, и в той же самой позе. Военные называют это, "по стойке "смирно!".

- Галя, ты, почему стоишь? Уверен, что твоим стройным ногам - варикоз не грозит. Но, рисковать - не следует. У меня, есть к тебе предложение. Что, если нам перебраться куда-нибудь, в более приемлемое место? Не возражаешь?

Было заметно, что девушка возражает. Но, глядя на Юрия Феликсовича, произнести вслух слово "нет" - она не могла. Поэтому, Галина молча вышла из ассистентской комнаты...


-6-


- Думал, не дождусь. - Высокий, стильно одетый мужчина подавал руку выходящей из трамвая девушке. - Пойдём, примем чего-нибудь согревающего. - Он сменил тон, с бодрого - на извиняющийся. - Гал, я бы за тобой заехал.... Но, после того, что случилось у вас на кафедре, мне туда - дорога закрыта...

Парочка дошла до белого "Фольксвагена". Мужчина усадил девушку на заднее сидение, а сам занял водительское место. По дороге, планировалось подсадить ещё кого-то. Некоторое время, они молчали. Мужчина уверенно вел автомобиль, но никого не обгонял. Проезжая мимо памятника Калинину, он обернулся к спутнице.

- Ну, рассказывай, егоза.

- А чего рассказывать? Он догадался... - Галя доставала сигарету.

- Кто?

- Ну, Летин...

Мужчина резко притормозил автомобиль у обочины, и обернулся.

- Как, догадался? Ты - что, призналась?

- Нет, конечно. Но он, как мне показалось, всё равно, догадался. Сегодня, к нему приходил мент. Правда, не по "делу" Жарковой. Кажется, знакомый. Да я, сама - дура. Когда он вошёл в лаборантскую, мне надо было выйти из-за плакатов, сразу же. А я - капуша чёртова, словно мышка, тихонечко перевешивала таблицы, не подавая звука. Когда вышла, он - чуть не подавился. Я сразу поняла, опять начнутся эти дурацкие вопросы, был ли кто-нибудь ещё в лаборантской. Так и случилось. Летин выскочил, как ошалелый, за грудки - давай меня хватать. Чуть, не задушил. Матерился, как сапожник... Думала, ударит... - Галя нахмурила брови. Дескать, ради вас стараюсь, мой принц. Вы же видите, какому риску себя подвергаю...

Этого, Никита Трегубов боялся больше всего. Главный "герой" предстоящей передачи, начинал показывать зубки. Вообще-то, Летин, ещё не знает, что скоро на него посмотрит весь город. Как, на одного из участников следующего номера телевизионного ток-шоу "Территория правды". Никита Трегубов был директором этой популярной передачи местного телевидения, одновременно, являясь и её бессменным ведущим. Профессиональный азарт и молодецкий задор, выдавались тем обстоятельством, что многие задания, связанные с непосредственной слежкой за "объектом", Никита выполнял сам. Оно и понятно, Трегубов начинал карьеру, как телеоператор.

Город, был поголовно влюблен в "звезду" местного телеканала. Студентки, домохозяйки, бизнес-леди и пенсионерки, души не чаяли в талантливом ведущем. Задолго до появления на телеэкранах "Территории правды", другой, созданный Трегубовым телепроект "Очистив совесть" побил все рекорды популярности.

Нынешнее детище молодого шоумена было задумано, как телевизионное расследование, с последующей демонстрацией всех его эпизодов. Обратиться в "Территорию правды", мог каждый. Поводом к обращению служило всё, что угодно. Притеснение на работе тираном-начальником, наглые выходки дебошира-соседа, подозрительная "затуманенность" в глазах у сына, исчезновение из дома ценностей и т.д. То есть, всё, что требовало тайного расследования - могло стать темой очередного выпуска ток-шоу.

Значительную часть рекламного времени на канале транслировался черно-белый ролик, стилистически очень напоминающий кадры из к/ф. "17 мгновений весны". Под траурную музыку менялись невесёлые пейзажи. То - темный лес, то - хмурый замок, то пьяный разгром в кабаке.... Под звуки леденящих душу аккордов, с экрана звучал голос, очень похожий на голос Анатолия Кашпировского.

"Если, вы замечаете, что вокруг творятся непонятные, странные вещи...

Если, вдруг с вашего банковского счета стали исчезать деньги...

Если, вы обнаруживаете следы чьего-то несанкционированного проникновения в ваш компьютер...

Если, муж в последнее время называет вас чужим женским именем...

Если, в отношении вас и членов вашей семьи учиняют произвол сотрудники милиции, работники ЖКУ, соседи...

Если, в ваш адрес приходят письма с угрозами...

Обращайтесь к нам, "Территория правды" поможет найти ответ на любой вопрос.

Сотрудники детективного телевизионного агентства "Территория правды" - профессионалы высокого класса. В прошлом, все - агенты спецподразделений. Используемая ими аппаратура не уступает аналогичной, используемой государственными разведслужбами. Расследования приводят к невероятным открытиям.

Услуги частного детектива, в любой стране мира - стоят очень дорого. Наши сотрудники, проведут расследование БЕСПЛАТНО.

Единственное условие - все материалы расследования вы увидите только в студии.

Ведущий ток-шоу Никита Трегубов участвует в расследовании вместе с вами..."

Причастность ведущего "Территории..." к кафедре физиологии Алуевского пединститута была обусловлена его профессиональным интересом. Сотрудники кафедры - Юрий Летин и Жаркова Нина Алексеевна, должны были стать главными героями следующего выпуска телепрограммы.

В редакцию программы поступил звонок от взволнованной женщины, с просьбой, встретиться с ведущим, Никитой Трегубовым. Подобные звонки в редакцию поступали ежедневно, и секретарь Сашенька, старалась "выжать" из телефонного разговора со звонящим, как можно больше. Дабы впоследствии, самой отсортировывать поступившие обращения, выискивая самые злободневные темы. У директора программы, забот хватало и без этого. Он, как правило, брался за "готовую" тему. Точнее, за "подготовленную".

Предстоящая передача, обещала быть весьма "горячей". Разговор в ней пойдёт, о самом настоящем терроре, учиняемом в отношении пожилой женщины, одной из старейших сотрудниц кафедры физиологии, Жарковой Нины Алексеевны. Суть проблемы состояла в следующем.

В последнее время, в адрес пожилой сотрудницы пединститута стали поступать анонимные телефонные звонки. Звонивший, не скупясь на оскорбления, поливал Нину Алексеевну жуткой грязью. Для чего это делалось, объяснить Никите, Жаркова не смогла. Во время их первой встречи, Трегубов общался с Ниной Алексеевной два часа. Его поразили её открытые глаза, полные мольбы и надежды. Чему удивляться, душевная чистота и чувство такта, во все времена попирались наглостью, хамством, ложью, цинизмом...

Жарковой, легко удалось вычислить звонящего. Им оказался, сотрудник их же кафедры, сорокалетний преподаватель Летин Юрий Феликсович. Если верить Жарковой, то много лет тому назад, когда Юра только-только прибыл на кафедру, она довольно часто делала замечания забывающему о дисциплине молодому человеку. По мнению оскорбленной женщины, поведение Летина - есть ни что иное, как "запоздалая" месть.... И ведь, сам уже - опытный педагог. Неужели, не понимает, что в его становлении, как преподавателя института, важную роль сыграла и она, Нина Алексеевна. Так разве ж сможет пожилая, добрая женщина, не обидевшая в своей жизни даже мухи, противостоять самоуверенности и наглости этого хама...

Ассистент кафедры Юрий Феликсович Летин, пользуясь отсутствием должного отпора со стороны пенсионерки, подвергает её самому откровенному притеснению. Причём, везде и во всем. Вызывающе игнорирует любые просьбы Нины Алексеевны, дерзко разговаривает с ней, ни разу не поздоровался первым, да мало ли чего.... А недавно, совсем недавно, из сумочки Нины Алексеевны исчезла ценная вещь. Какая, женщина пока не сообщила. Сказала, что пропавший предмет - самое дорогое, что у неё осталось от мужа. Гражданского мужа, - поправилась она.

Подобных тем в программе Никиты Трегубова, ещё не было. Он с живейшим интересом включился в "расследование" сам. Довольно быстро "рекрутировал" Гальку, кафедральную лаборантку. Талант соблазнителя-везунчика, приходилось использовать в полной мере. Довольно быстро с помощью Галины, на кафедре в нужных местах были установлены миниатюрные видеокамеры. Сверхчувствительные аудиодатчики - также, были расставлены с учетом излюбленных мест Жарковой и Летина. Всю неделю их кафедра была нашпигована электроникой. Кроме того, слежку необходимо было вести везде, в любых местах появления Юрия Феликсовича. За Юрой неотступно следовали "наружные наблюдатели". Таким образом, его "писали", уже пять дней....

Никита остановил "Фольксваген" около шикарного ресторана. Заведение было выбрано, согласно "статусу" восходящей звезды телеэкрана. Трегубов и Галя не обменялись больше ни словом. Всю дорогу, в салоне автомобиля царила тишина. Даже после того, как к ним подсел неопределенного возраста мужчина, похожий на "орангутанга". Длительный отказ от бритвы превратил этого чудака, в своего эволюционного предшественника. Галя ожидала, что подсевший неандерталец, вскоре покинет их. Но в шикарный зал "Терезы" они вошли втроем. И заняли самую дальнюю от сцены "кабинку". Обезьяноподобный, покидать их не собирался. Хотя с Никитой, разговаривать он не торопился. Сам Трегубов, в его присутствии, также, стал менее словоохотливым.

Оформляя заказ, официантка общалась только с неандертальцем.. Голос у незнакомца, на удивление, был весьма приятным, даже, каким-то бархатным. Хм-м... Может, актёр?

Подсевший в машину около "книжной ярмарки" бородач, актёром не был. Но отношение к телевидению, впрочем, как и к кинопроизводству имел самое непосредственное. Ефим Арнольдович Сакуль являлся продюсером многих телевизионных проектов. В том числе, и программы Никитки Трегубова.

Повод для встречи с Трегубовым, обозначился довольно веский. После бокала красного вина, Сакуль прокашлялся.

- Никита, ты уверен, что этой девушке - так уж необходимо присутствовать при нашем разговоре. - Продюсер впился глазами в Галю. - Девушка, уверяю, всё то, что мы будем обсуждать с вашим другом, вас касается не больше, чем, вон того, скучающего за стойкой бармена. Идите, закажите себе что-нибудь. Сережа (так зовут юношу), предупрежден.

Галка, наиграно расстроилась оттого, что ей не позволили соприсутствовать при разговоре. Она поплелась в сторону игровых автоматов проигрывать "сотню", выданную бородатым. Когда девушка удалилась, Сакуль опять налил себе вина. Трегубову - даже не предложил. Он долго вертел в руках высокий бокал, пока, наконец, Никита не заговорил сам.

- Ефим, что случилось? - Голос у телеведущего, еле заметно дрожал.

- А ты сам, не догадываешься? Тебя-то самого, всё - устраивает? А? Такую "программу", ты обещал? Такую, какой она стала сейчас? Извини, но такую - мне не надо. Ведь, с каждым новым выходом в эфир, рейтинг программы падает. И ты, не спорь со мной. У меня - свои критерии, объективные. А не твое, восторженное, и с пеной у рта - "вы видели, как аплодировала аудитория в студии...". Никитка, опомнись! Пока, не поздно.... Ну, ты же - профессионал. Нельзя останавливаться на достигнутом. Каждый последующая передача, должна быть в два раза лучше предыдущей. Только при таком отношении к своему делу, возможен положительный результат. Меня не интересуют "темы" твоих программ, мне важно - что бы твоё шоу, люди смотрели. А рекламодатель знал, что люди "Территорию правды" смотрят, боясь пропустить очередной её выход в эфир.

- Ефим, сейчас я готовлю сногсшибательную "тему". Нам позвонила некая бабка, она работает в пединституте, не то - лаборанткой, не то - уборщицей.... Короче, у них там - умник один, распоясался не на шутку. Этой бабуле - проходу не даёт. Натурально, издевается. То - на три буквы пошлёт её публично, а то - и при студентах. Представляешь? Бывает, толкнет её "из-под тишка" - та, чуть не падает.... Толкал, толкал, да малость не рассчитал. Лет-то, ей прилично. Она упала, да головушкой звезданулась. В общем, в реанимации она сейчас. Ну, а поставить козла на место, никто не осмеливается. А её, Арнольдыч, старушку-то нашу, зритель - уж, всяко, поддержит. Ты представляешь, это получше любого реалити-шоу! Всё, ведь, натурально! Откуда злодей мог знать, что его - "пишут" на камеру?

- Ну и что? Хотя, ладно. Это меня - не касается. Старушка, так - старушка. Ты, рейтинг поднимай! Если для этого нужны старушки, Бог тебе в помощь. Если - молодушки..., - Сакуль посмотрел на Галку, увлеченно просаживающую его сотню в игровых автоматах. - Эту-то, где взял? Для дела используешь, или - так? - Так и не дождавшись ответа, Ефим махнул рукой. Дескать, - ты сам всё знаешь. Любой ценой, а результат - выдай! Дескать, всё - больше разговоров с тобой не будет. На словах же, добавил следующее. - Никитушка, сделай передачу такой, что бы зритель - содрогнулся! Ну, не мне тебя учить, как делается горячий материал. То есть, как сделать любой материал - "горячим"...


-7-


Таким образом, Юру "писали", уже пять дней. Он, ещё ни раз, будет впоследствии прокручивать в голове каждый свой шаг, каждое слово, пытаясь вспомнить, как он выглядел со стороны, всё это время. Институтского преподавателя будут волновать, отнюдь, не возможная мятость его брюк, или недостаточно модная причёска на голове. Юру будет интересовать, могут ли какие-то его действия в эти дни, записанные тайком на камеру, доказывать, что он жил ожиданием мести... Глупости, всё это...

А пока... А пока, Летин шёл с работы домой. Его путь лежал по проспекту Ворошилова, ну а там... Ну а там, пересядет на какой-нибудь общественный транспорт.

"Да-а-а, в незавидную историю ты угодил, дружок. Чего уж там скрывать, в пресквернейшую историю попал ты, Юрий Феликсович. Последствия которой, могут быть самыми различными. Включая, арест и содержание под стражей. На "зону", пожалуй, не отправят... Хотя?"....

Из-за поворота выехал "одиннадцатый". В голове промелькнуло: "Успею? Не успею? Надо успевать, впереди - масса дел!". Подпрыгнув, словно спринтер на старте, Юра помчался в сторону остановки. Успеть на этот автобус - шансы были. Незначительные, но были. Юра нёсся пятиметровыми прыжками. Внезапно, боковым зрением он разглядел, топчущуюся около проезжей части, даму преклонного возраста. Женщина, словно сошла с поздравительной открытки сороковых-пятидесятых годов. Аккуратная шляпка на её голове была перевязана белой шалью крупной вязки. Кисти рук скрывались внутри меховой муфты. Справедливости ради напомним, на дворе стоял март месяц. Дама (назвать её "бабулькой", у Летина язык не повернулся бы) не могла отважиться, начать переход через улицу. Каждая попытка сделать это, тут же заканчивалась, едва на горизонте появлялся очередной водитель-лихач. Забыв про уходящий автобус, Летин сменил траекторию, и ринулся к "фрау". Никак не объясняя свои действия, он, довольно решительно взял женщину под руку, и уверенно повел её к светофору, стоящему в пятнадцати метрах от остановки. "Фрау" еле поспевала за Летиным, но как-то ограничить его скорость, даже не пыталась. Наконец, Летин остановился. Он поправил на бабульке сбившуюся шляпку.

- А дальше, дойдёте?

- Ни в коем случае! - Бабушка ответила, даже не задумываясь. Юра удивился, у неё - молодой задорный голос. Женщина припугнула Летина. - Обязательно упаду, как только бросите беззащитную старушку посреди каменных джунглей.

Создавалось впечатление, что с ним говорит, не этот "музейный экспонат". Но, "музейный экспонат" продолжал.

- Я всё понимаю, молодой человек. Последним поступком вы весьма дозировано подпитали своё самомнение "супермужчины". Полюбовались на себя со стороны. Дескать, каков красавец! Мало того, что недурён собой, так ещё и благороден. На одну треть. А сейчас, с чувством выполненного долга, собираетесь оставить меня здесь одну? Ведь так? Ведь именно этот "удар", ждёт несчастную старушку?

Юра испытал двойственную эмоцию. Он торопился домой. И в то же самое время, старушка его заинтересовала. А ведь, ответы на многие запутанные вопросы, дают, подчас, случайные люди, которых мы и знать-то, не знаем...

- А почему вы считаете, что мой поступок, благороден - только на "треть"? - Юра решил, что домой, он ещё успеет.

- Банальная арифметика. "Полный комплект" современного рыцаря включает в себя - перевести через улицу, проводить до дома, и принять участие в совместном чаепитие. - Незнакомая "фрау" кокетливо зажмурилась, отчего Юре - стало не по себе.

Однако опасения были напрасными. Его, вовсе не приняли за озорного старичка, "заигрывающего" на улице с легкомысленными сверстницами. Бабушка, заметив его растерянность, представилась.

- Могилевская. Софья Антоновна. Семьдесят пять. Полных. Это, что бы вы, не заподозрили меня в сексуальной раскованности. Возможно, некоторые мои поступки, могут выглядеть, не совсем пристойно... Ну так, что? Идём? До моей "берлоги" - тут, рукой подать... Идём?

- Легко! - Вырвалось у Юры. А ведь, торопился домой, - подумал он.

Женщина проживала недалеко. Следуя рядом, Юра взял старушку под руку. И нахмурился. Она, повернув голову, посмотрела на него, но ничего не сказала.

Летин был уверен, что Софья Антоновна проживает в двухэтажных бараках по ул. Нейвинской. Внешний вид старушки, почему-то указывал, что это - именно так. Велико же было его удивления, когда фрау Могилевская остановилась около двенадцатиэтажного "красавца", что, рядом с торговым центром. Пока женщина "восстанавливала дыхание", стоя посреди тротуара, Юра нетерпеливо топтался рядом с ней.

- Скажите, пожалуйста, вы в этом доме живёте? - Рядом остановился хлипкий паренёк, без головного убора.

Юра не успел открыть рот, как его спутница "гаркнула".

- Нет!

Юноша сперва попятился, а потом - бочком обошёл стоявшую у подъёзда "парочку". Юра "по-новому" взглянул на женщину. Та, лишь расхохоталась.

- Не обращайте внимания. Избегаю, разговаривать с незнакомцами...

"Это, что-то новое. Меня-то, она, похоже, уже записала в давние друзья? Какая вы, непоследовательная, бабушка...".

Софья Антоновна долго открывала хитрый замок на подъездной двери. Она первой вошла в подъезд, бросив через плечо.

- Не сочтите за труд, проверьте, дверь захлопнута на защёлку?

- Задача - ясна. Проверил. Докладываю - захлопнул...

- Не паясничайте. Вам, не идёт.

До двенадцатого этажа, лифт довёз за несколько секунд. "Дом новый. Элитный", - понимающе шмыгнул носом Летин.

- Не шмыгайте носом. Вы тоже, можете жить в таком доме. Все - могут.

"Мне, и в своем - нравится. А она - что, мысли мои читает?"

- Конечно, - тут же хихикнула бабулька. - Хотите, я удивлю вас ещё больше?

Честно признаться, Летин этого не хотел. Но разве ж, с любопытством справишься?

Оказавшись на нужном этаже, фрау Софья подвела его к высокой двери, обшитой тонюсенькой реечкой. Отворив три замка, женщина опять, не пустила Летина вперёд себя. Уж коли, вызывающая "интеллигентность" дамы предполагает и безупречное владение светскими манерами, значит так - было "правильно".

В квартире его новой знакомой можно было изучать западноевропейское искусство любого столетия. Копии известнейших полотен мира, были написаны никому не известными гениями пера и масла.

- А ведь я, могу вас удивить. - Софья Антоновна насмешливо разглядывала Юру. - Ну, так что? Испугались? Отвечу за вас - конечно, испугались. Я, не ясновидящая. Ваши мысли написаны на вашем лице. Вот и всё. А подобное, бывает когда? Правильно, когда человек - во власти какой-то неразрешённой проблемы. Когда мы слабы, мы обнажаем свою душу. Вы меня понимаете?

- Пытаюсь. Пока, не удаётся...

Глаза женщины "потеплели".

- Пойдёмте на кухню. Хватит разглядывать эту "мазню". Потом, досмотрите. У вас, ещё будет время.

Юра удивлённо поднял брови. Но дама, не особо вникая в Юркину реакцию, исчезла в кухне. Ему, ничего не оставалось, как проследовать за ней.

- Скажите, - было заметно, что Софья Антоновна тщательно подбирает слова. - Вы в этом городе давно живете?

- А вы? - Летин выпалил, не раздумывая. Затем, он смягчился. - В этом городе я родился, и прожил всю жизнь, не покидая его, более чем на два года. Армия - сами понимаете.

- Что, и форму носили? Мне трудно, представить вас военным.

- Мне тоже, - застенчиво признался Юра.

Они поболтали ещё минут двадцать. После чего, сославшись на занятость, Юра откланялся.

Закрыв за ним дверь, Софья Антоновна запустила руку в глубокий карман своего халата, и извлекла оттуда маленький стеклянный шарик на серебряной булавке. Эту вещицу она сняла с Юркиного пуховика, как только они вошли в лифт. А прицепил её, тот самый молодой человек, который "приставал" к ним у подъезда. Приставать - не приставал, но микрофон, прикрепить умудрился....

Внимательно рассмотрев микрофон, фрау Могилевская призадумалось. Неужели, её новый знакомый, из "этих". Вроде бы, не похож...

Кому-то может показаться это странным, но после ухода Юры, Могилевская загрустила. Она корила себя за то, что отпустила Летина, так и не выяснив, кто он такой, и где его найти. Держа в руках миниатюрный микрофончик, снятый с пуховика Юрия, она размышляла, каким способом, с помощью этой "безделушки" можно выяснить, кем является её недавний гость. Нельзя сказать, что Софья Антоновна увидела в Летине, свой "идеал" мужчины. Но то, что Юра - весьма интересный собеседник и "кладезь" кое-какой информации, она поняла с первых минут общения. Целый комплекс ассоциаций создает в сознании каждой женщины, стереотип "настоящего", по её понятиям, мужчины. Ну, и главное, новый знакомый заинтересовал её, как возможный помощник, в одном щекотливом дельце. Ради которого, собственно, она и приехала в этот город.

Фрау Могилевская аккуратно взяла микрофон двумя пальцами за усики.... Вот бы узнать, кто его "ведёт"... Внезапно, её осенило.

Мужчина вышёл от неё, только что. Ещё, поди, не доехал до первого этажа.

Женщина, выскочила в подъезд, и аккуратно положила микрофон на пол. Затем склонилась над "игрушкой", и, зажав нас двумя пальцами, "зашямкала".

- Шемёновна, а шё это, у нас в подъезде какие-то блямбы ляжят? Час тому назад, веть подъезд помыла, никаких блямб, не валялошь... Темная "пуговка", на тонкой булавке, блин... Поди, угланьё, взрывчатку какую-то подкинули...

И тут же, разжав нос, Софья сменила голос.

- Клавдия, ты не тронь, видать, выронил кто-то.... Поди, ищет щас, бедолага, места себе не находит... Оставь, где нашла. Явится хозяин, заберёт...

Заскочив обратно в квартиру, Софья ловко скинула с себя халат, и накинула плотно обтягивающее трико и коротенький топик, не достающий до пупка сантиметров пять. Сбросив парик, женщина обнажила мальчишечий ёжик, и взъерошила коротенькие, сантиметра по полтора, волосики. Заметно торопясь, она протерла лицо махровым полотенцем, а потом - салфеткой, смоченной лосьоном. Эту процедуру пришлось повторить несколько раз, что говорило о толстом слое крема на лице госпожи Могилевской.

Подойдя после этого, к высокому - от пола до самого потолка - зеркалу, Могилевская строго изучила себя, с ног да головы. Подтянутая, стройная женщина, выглядела, лет на тридцать. Хотя и имела в паспорте запись, подтверждающую, что ей - 40.

"Шпиончики, поди, за "потерянной вещицей" уже летят, не чувствуя ног под собой...".

..."Малой" остался около дома, когда Серж увязался за вышедшим из подъезда фигурантом. Расслышав, что с "микрофона" - пошёл сигнал, Малой насторожился. Утерянная вещица, обнаружилась довольно скоро. Разговаривали какие-то старухи. Негоже, дорогой импортной техникой захламлять подъезды жилых домов. Малой выскочил из машины, и побежал к подъезду. "Ну кто-нибудь, отворите замок....". К счастью, ждать пришлось недолго. "Высшими силами" были услышаны мольбы оператора из команды Никиты. Подъездная дверь отворилась. Девчушку, выходящую на прогулку с миловидным пудельком, он смел со своего пути. Бросившись по лестнице наверх, парень глазами обшаривал каждый квадратный сантиметр подъездного пола. Изрядно запыхавшись, он добрался до двенадцатого этажа. "Пропажа" сразу бросилась в глаза. Невзрачная "черная" пуговка, была целехонька. Счастливо улыбнувшись, Малой нагнулся за вещицей..., и получил по шее....

Он пролежал без сознания, минут пять. За это время, Софья успела, по документам, найденным у него в кармане, вычислить, что её нового знакомого "ведут" телевизионщики. Она вздохнула с облегчением. Будь у Летина "на хвосте" спецслужба или милиция, женщина отказалась бы от своей затеи. А так, всё - очень даже неплохо... На прямоугольной картонке, лежавшей в нагрудном кармане парня, "уродливым" почерком было выведено: "Летин Юрий Феликсович, кафедра физиологии...". На обратной стороне жетона, всё теми же каракулями, начертано какое-то расписание. Напротив каждого дня недели, за исключением воскресенья, были указаны часы... Смысл этих цифр выдавался заключенным в скобки уточнением - "аудитория 27"...

Очнулся Малой, сидя на ступеньках второго этажа. Он ничего не помнил. Запустив руку в карман, Малой вскрикнул от боли. Лежавший в кармане портативный микрофон, больно впился булавкой в палец... Ценная вещь, на месте. Растирая шею ладонью, "агент" Никиты, направился к выходу. Необходимо, как можно быстрей покинуть этот подъезд...


-8-


В монтажной кабинке сидели Никита и Серж. Старков Сергей, он же - Серж, был правой рукой Трегубова. Собственно, не будь Сержа, не было б, и Никиты. Серёжа Старков был гением видеомонтажа. Хотя все последние съемки в пединституте, "делал" сам Трегубов, окончательной "правкой" видеоматериала занимался Серж.

Телевизионщики просматривали многие сотни отснятой плёнки. Необходимо отобрать именно те видеокадры, в которых Летин предстанет во всей своей "красе".

- Сережа, прокрути, пожалуйста, чуточку назад. Ага, вот-вот, тормози. Это, кто такая? На предыдущих пленках, её не было.

- А-а-а, неизвестная особа. - Эпизод с госпожой Могилевской, заснял сам Старков. Сейчас, его кислая физиономия свидетельствовала, своей "работой" он не доволен. - Съёмка сделана лишь сегодня. К сожалению, у самого дома - наблюдение пришлось прервать. Войти в их подъезд, мы не смогли. Трудно сказать, кем она приходится нашему объекту. Скорей всего, разовый контакт. Обычная, "левая" бабулька. Он помог перейти ей улицу. Затем, проводил до дому. Побыл у неё, минут двадцать, не больше. Жалко, конечно, что "потеряли" их. Там на подъездной двери - спецзамок. Даже я, таких - раньше не встречал. Правда, около самого дома Малому удалось прицепить "объекту" микрофон, на пуховик. Но, то ли, "булавка" отвалилась, то ли, сама "пуговка" - с дефектом. Короче, услышать - ничего не удалось. Малого, я на всякий случай оставил около того дома. Может, кого-то и запеленгует... - Серж посмотрел на часы. - Что-то, от него вестей нет...

- А сам "герой", - Никита прокашлялся, - заметить не мог? Вы уж, ребята, давайте, не подведите. На последнем этапе - не "запорите" мне проект...

- Будь спок, командир, пока что - всё срастается.

Трегубов задумался. Сакуль - требует "бомбу". Он хочет, утереть нос Гайворонскому. Считает, что мы обленились. В принципе, он прав. Если, первые выпуски программы имели мощнейший резонанс, шутка ли - в центральной прессе на нас ссылались, то за последние три месяца, не было ни одного достойного "выхода в эфир". Звонят, по поводу всякой ерунды. То - малолетки в подъезде курят, то - у кого-то на машине, ночью сигнализация срабатывает... Что, в нашем городе, больше нечем - "порадовать" обывателя?

Никита, с мольбой на лице, вскинул руки к небу.

- Серёженька, мы должны показать "высший пилотаж". Скажи, что для этого нужно, и у тебя - всё будет! Но мне, нужна "бомба"!

- Да успокойся ты, Никита. Будет у нас "бомба". Я кое-что придумал. Пока что, молчу, боюсь сглазить. Можешь заказывать столик в "Терезе"...

- Ладно, ладно. Я на тебя надеюсь. Давай-ка, посмотрим, что у нас получилось... Оба сели напротив экрана. Серж нажал кнопку на пульте, закурил.

- Думаю, начать нужно с общих кадров. Тут, пока что, всё чисто. Без моих правок. Это - институт, это - их кафедра. Ага, вот - начинается...

На экране возникла лаборантская комната. Обилие учебных плакатов, стеклянных банок с человеческими органами, штативов с пробирками, микроскопов, выдавало - съемка ведётся в учебном заведении. Объектив камеры плавно скользил по стенам, с висевшими на них таблицами. Дважды, в кадре появлялось какая-то девушка. Затем она вышла из комнаты. Изображение несколько раз исчезало, и появлялось снова. Было ясно, съемка ведётся "тайком". Вот, обзор объектива сузился. Теперь, были видны лишь застеклённые полки, висевшие на стене. А вот, к ним подошёл мужчина в белом халате...

- Ага, в кадре - Летин. - Никита закурил новую сигарету. - Посмотри, - мне кажется, он неспокоен.

- Быть может, что-нибудь заметил?

- Да нет. Он бесится, по другой причине. Мой агент на кафедре (кстати, девушка, которая только что вышла из этой комнаты, она и есть), рассказала, что его раздражают экскурсии. Да-да, именно те экскурсии, которые проводит со школьниками Жаркова. Кстати, это - "тема". Как тебе, такое: "Его ненависть к тихой, беззащитной женщине - не имела границ. Порой, она принимала чудовищные формы. Окружение Нины Алексеевны, также, вызывало невероятную злобу. Юрий Феликсович Летин, например, впадал в бешенство, при виде детей. А школьники, шли к заслуженному педагогу - толпами. Пожалуй, в городе не найдётся ни одного старшеклассника, не мечтающего попасть на экскурсию Нины Алексеевны...". Ну, как? "Цепляет"? К тому же, в тот день, Жаркова проводила экскурсию со школьниками... Во-во, смотри, она и заходит ... - В лаборантскую комнату вошла хмурая женщина в белом халате. Взглянув перед собой - на то место, где стоял Летин - она неприязненно поморщилась. Но, ничего не сказала.

- А чем в это время занимается Летин?

И камера, словно по команде, плавно "перешла" на Юрия Феликсовича. Тот, как ни в чем не бывало, перебирал что-то у противоположной стены.

- Он даже не обернулся. Так и продолжает, копаться в навесных шкафах. Достаёт, какие-то коробки. Серж, это - кажется, слайды. Так, теперь смотри внимательно...

Изображение несколько раз, то пропадало, то появлялось вновь. Но, что было совершенно очевидным, Летин и женщина не обменялись ни единым словом. Изображение опять, стало пропадать.

- Там, эти дурацкие плакаты, их приходилось отодвигать одной рукой... Опа! Смотри, Жаркова падает...

- Ну-ка, прокрути назад!

Просмотрев повторно "падение" Жарковой, "компаньоны" молча уставились друг на друга.

- Ты что-нибудь понял?

- Никита, я ничего не понял, и не понимаю. Такое впечатление, что бабульку подкосила невидимая пуля. Но, ты посмотри, наш Летин - даже головы не повернул...

- Ну, как же...

- Не спорь, он среагировал на грохот. Да ты подумай, не услышать шума от падения - просто невозможно.... Это - показывать нельзя. Ну, свалилась бабка посреди бела дня, с кем не бывает. Сейчас, все падают. Летин-то, тут причём?

- Ну, и что ты предлагаешь?

Серж встал, потянулся. Рассекая воздух кулаком, нанес несколько ударов невидимому врагу. После чего, сел обратно, к монтажному пульту.

- А я не предлагаю. Я уже всё сделал. Посмотри-ка, сюда. - С этими словами, Сергей вставил в кассетоприемник новую плёнку. Прокрутив немного назад, он нажал "play".

Начало, мало, чем отличалось от увиденного прежде. Правда, и это сразу бросалось в глаза, съемка велась с другого места. Помех на этот раз не было, изображение не дрожало. Никита застыл.

- Так-так-так, что у нас тут?

- То же самое. Но снято, другой камерой. Которая была установлена заранее. Мною. Ты, об этом не знал. С этой камеры, большинство записей - бестолковщина, а в этот день..., - Серж добавил звук. - Смотри. Никита, вот и ты. Озираешься, словно вражеский лазутчик... Ладно, это - я прокручиваю...Ага... Так, тут - ничего интересного... Зашла лаборантка, моет тряпку в раковине... Так-так-так, а вот и наши главные герои... Во-о! Поехали...

Теперь, изображение на экране сопровождалось диалогом. Голос и манеры Жарковой, выдавали в ней редчайшую стерву.

- Юрий Феликсович, вы когда-нибудь, пробирки за собой мыть будете?

- Для этого, у нас есть "специальные девушки". Они за это зарплату получают. Кстати, в их отсутствие, этим занимается старший лаборант, то есть - вы.

- Ты что же, хам, хочешь меня заставить...

Серж, тут же нажал на "паузу". И пояснил.

- Последнюю фразу, я вырежу. Самих участников диалога, зритель в кадре не увидит. Точнее, не будет видеть их губ. Так что, синхронизация - не понадобится. Я, за ночь, сделаю "сведение"...

- Постой, это что, "монтаж"? - Спросил Никита.

- Конечно....

- Серж, так - не пойдёт. Я не могу, подсовывать "липу".

- Так, не "липу" - вообще, выставлять в эфир противопоказано! Если народ увидит, что мы защищаем эту стерву, нас закидают тухлыми яйцами. Ты что, ни разу не слышал их разговоров? Да ты, только глянь на её наглую, самодовольную рожу.... Это - Летину, надо на неё жаловаться. Да он - красавец, сдержан и корректен, как "памятник". Удивительно, что до сих пор - он её, на самом деле, не "того". Я бы, не выдержал. А что касается данного разговора, который я "наложил", то он состоялся между ними, не здесь. Сей обмен любезностями, был записан за два дня до твоей съемки в "лаборантской"... Кстати, как её здоровье? Ну, Жарковой?

- Не знаю. Но... Давай-ка, Серега, дуй в супермаркет. Деньги возьми в сейфе, из "общих". Надо бы, Жарковой в больницу "передачку" изладить. Заодно, и узнаешь, как её самочувствие...

- Что значит, "заодно". Идти в больницу, ты предлагаешь мне?

В этот момент, в кармане у Никиты зазвенел телефон. Он извлёк "трубу", и, опустив глаза, долгое время слушал. Не издав ни единого звука, нажал на "сброс". После чего, подошёл к сейфу. Достал спирт. Налил, и выпил пол стакана, не разбавляя. Выдернул из высохшего букета, на тумбочке, какую-то ветку. Занюхал ею, и плюхнулся в кресло.

- Всё, Серж. Идти, никуда не надо. Сегодня ночью, "панночка помэрла". Не приходя в сознание. Вся неделя, коту под хвост. Серега, давай сегодня напьемся. Теперь уже, всё равно. Сакуль меня сожрёт. И, правильно сделает. Потому что, ... - Никита почесал затылок, и налил себе ещё спирта. На этот раз, полный стакан. Выпив, не закусывая, поморщился. Затем, складки на его лице, постепенно начали разглаживаться. И страдальческая гримаса, превратилась в жуликоватую ухмылку. - А может, и не сожрёт! - После спирта, у Трегубова появился нездоровый блеск в глазах. - Серёга! Монтаж, так - монтаж! Это, даже лучше! Мы с тобой, такую передачу сделаем! Осталось мало времени. Ты, ночами - сводишь звук с "картинкой". Ничем больше не занимаешься. Всё должно быть, "гутен морген"! Сам знаешь! Как говорится, "и что б никто не догадался...". Иначе, нам - "хана". А так, даже лучше. У нас есть - видеопленка, записи, показания свидетелей...

- Свидетелей?

- Свидетельницы! Галка на передаче сделает то - о чём я её попрошу... Так что, нам нужно хорошенько подумать над текстами.

Говоря - "нам", Никита подразумевал - "тебе". Помимо работы в операторской, в монтажной, собственно слежки за объектом - Серж занимался, и составлением сценариев всех передач....


-9-


Юра закончил проверять контрольные работы "заочников", и облегченно вздохнул. Затрещал телефон. Даже не поднимая трубки, Юра знал, звонит бывшая жена. Всякий раз, когда с ним "связывалась" Лариса, звонок телефона, верещал, по особенному. Напоминая голос бывшей супруги, в моменты их споров.

Лариска обладала какой-то колдовской способностью, звонить в самый неподходящий момент. Говорила она, как всегда, безо всяких вступлений.

- У Настьки, со следующей недели - показательные выступления в Перми. Родители сдают деньги, на автобус, гостиницу, трехразовое питание, экскурсии...

Тринадцатилетняя Летина Настя проживала в настоящий момент, в квартире "нового мужа" своей мамы. Посещать секцию художественной гимнастики она начала ещё в то время, когда "мама" жила с родным "папой". Лариска бредила "звёздным будующим" дочери. Сей "порыв", Юра воспринимал равнодушно. Не одобрял, но и не хулил. Летин являлся реалистом, и видел, желания заниматься спортом, у Настеньки, явно, не хватает. Впрочем, спорт, в разумных пределах, всем - на пользу.

- Сколько? - Юра устал ждать "главного".

Его догадливость, была единственной чертой, нравящейся Ларке. Впрочем, нет, не единственной...

- Полторы тысячи. Учти, это - только на гостиницу. Так-то, за них платят спонсоры, и пригласившая сторона...

- Возьми деньги у своего мужа, при первой встрече - отдам. Всё. Мне некогда.

Юра положил трубку, и вышел покурить на балкон. На душе было неспокойно. Постояв минуту, он сходил в комнату, надел свитер. Всё-таки, на дворе - не май месяц. Вернувшись на балкон, Летин погрузился в раздумья.

"Илья советует, "схорониться". Я, не против. Но, это будет означать, что в смерти Жарковой - повинен именно я...".

Летину о смерти Нины Алексеевны сообщил всё тот же капитан Лагутин. Юра чувствовал, что Илья искренне жалеет Юру. Но, встать на защиту Летина "в открытую", означало для капитана, перешагнуть через себя самого.

"А может, действительно, мне стоит исчезнуть? Занятия с моими группами, найдётся, кому провести. Степану Гавриловичу, потом как-нибудь объясню..."

Юра, перегнувшись через перила балкона, посмотрел вниз. Около их подъезда стоял сине-желтый "УАЗ". Стоя на балконе, услышать дверной звонок - было невозможно. Летин это знал. И, именно поэтому, он не шёл в комнату. Свет в квартире не горел. Его - нет дома. Сидя на корточках, и выкуривая сигарету за сигаретой, Юра посматривал вниз. Милицейский автомобиль уезжать не собирался. Летин перебрался в комнату, и развалился на диване...

"И всё-таки, что случилось с Жарковой? Здоровья у неё, ещё лет на пятьдесят хватит. Отчего она упала? И упала ли? Может, ей помогли? В лаборантской комнате, определенно, кто-то был. Галька, отказывается это обсуждать. Почему? На следующий день, после нашего разговора, она не вышла на работу. Больше, я её не видел...".

С улицы донеслось "тарахтенье" заведённого мотора. Летин выскочил на балкон, и посмотрел вниз. Милиция отъезжала от дома.

Он вернулся в комнату.

"До утра, я могу находиться здесь. А ведь, меня могут "взять" и на работе...".

Юра представил, как его, испуганного и озирающегося по сторонам, выводят в наручниках из учебного корпуса. Множество людей, среди которых - преобладают студенты, с нескрываемым удовольствием будут наблюдать за его арестом. Впрочем, дудки! Вряд ли, кого-то обрадует тот факт, что меня обвиняют в убийстве Жарковой....

Зазвенел телефон.

"Поднять трубку? Или, не стоит?".

Телефон не умолкал. Наконец, Летин не выдержал.

- Аллё, - как можно беззаботней пробурчал он в трубку.

- Юрий Феликсович, нам необходимо срочно встретиться. Приезжайте ко мне. Я - одна. Мне, очень о многом надо вам рассказать. Приезжайте, а то - будет поздно... Сама, к сожалению, приехать не могу. У меня - ангина. Второй день...

Он узнал этот хриплый женский голос. Голос принадлежал их кафедральной лаборантке - Гале. Которая, уже два дня, как не выходила на работу. Юра, немного подумал, и спросил.

- Ты где? Объясняй, как до тебя доехать, и ставь чайник... О том, что скору буду у тебя, никому - ни слова....


-10-


Никита Трегубов нервничал. Галя не вышла на работу. Живет она с родителями, и звонить ей домой - телеведущий побаивался. Успевший нахвататься опыта в обольщении дам, он избегал любых контактов с родителями своих "подружек". Тем более что все его пассии - являлись, вариантами разовыми.

Пропажа Галины, ставила под угрозу срыва, выход в эфир следующего выпуска "Территории правды". Может, она испугалась? А может, её запугал Летин? Будет просто "здорово", если это - действительно, так. Просто, передачу придется отодвинуть. На недельку. У нас в запасе, есть сюжет про библиотекаршу, "пользующую" литературу, не "по назначению". Одна из работниц "читального зала" обнаружила в туалете, вырванные из книги страницы. Выследила "виновницу", позвонила в "Территорию...". Мы, ту женщину - за день, "сделали". Материала - хватит на передачу. Включая "кадры", непосредственного использования бумаги "не по назначению"... Но, материал тот - не "бомба"! Сакулю нужна "бомба". Кому-то там, в Москве, хочет утереть нос. Олигарх, хренов! Занимайся, своим делом. Торгуй нефтью, дури вкладчиков, а сюда - не лезь. В "искусстве", у человека задействуются глубокие и сверхтонкие субстанции мозга. Этих "субстанций" не может быть в голове такого олуха, как ты...

Никита заулыбался. Когда же у него, будет свой телеканал? Что бы всякие засранцы, типа Ефима Сакуля, не указывали, каким должно быть телевизионное ток-шоу... Впрочем, что ж, задача ясна. Разрешите, выполнять?

Никита, уже и начало для передачи придумал. Он появляется в студии, переполненной участниками телешоу, и, со скорбным выражением лица, обращается к залу.

- Благодарные лица тех, на чью беду мы откликнулись - есть лучшая награда за нашу работу. Увы, лицо этой женщины, мы сможем увидеть лишь в видеокадрах... Предупреждаю, во время передачи возможны всякие неожиданности, так как видеоматериал, из аппаратной доставили сразу к нам. То есть, эту съемку, сделанную скрытой камерой, ещё никто не видел...

Здесь, необходима пауза. Секунд семь, можно - восемь.... Дождавшись абсолютной тишины, продолжить.

- Телевизионное детективное агентство "Территория страха" - не карательный орган. У нас - мало прав. Но, быть может, наше независимое расследование поможет, призвать к ответу виновника страданий этой женщины....

В этом месте, обязательно нужно сделать ещё одну паузу... Секунд на пять, не больше. Затем, продолжить:

- Увы, лицо одной из героинь нашей передачи, окаймляет траурная рамка. Нина Алексеевна не дожила до сегодняшнего дня. Не хватило у неё сил, в одиночку бороться со злом. Давайте, попробуем разобраться, как говориться - постфактум, по чьей вине она покинула этот мир. Итак, внимание на экран. В редакцию нашей программы поступил звонок....

На огромный экран в студии спроецируют фотографию Нины Алексеевны Жарковой. Фото обрамлено в черную рамку. В зале - тишина. Звучит запись телефонного звонка. Гудки зуммера. "Щелчок" телефонного соединения.

"- Вы позвонили в телевизионное детективное агентство "Территория правды". Оставьте своё сообщение, наши операторы обязательно с вами свяжутся. Говорите, после длинного сигнала...".

Дальше, умненький Сержик, вставил фрагмент разговора Жарковой с оператором Любашей. Иначе - никак. Автоответчик работает в режиме - минута на каждого. Эта доцентиха, каждое слово - по пол минуты обдумывала. Живую её, тоже - уже не услышать. Приходится хитрить.

"- Здравствуйте. Позвонила вам потому, что больше не могу терпеть издевательств. Издевательств, со стороны некоторых сотрудников нашей кафедры. Я всю свою жизнь проработала в институте. Была доцентом. Доработала до пенсии. Вы же знаете, какие у педагогов пенсии. А зачем мне подрабатывать лифтершей, или уборщицей, если, простите, у меня - такой стаж? Решила, что накопленный за годы работы опыт, нельзя, вот так, запросто, выбрасывать на ветер... В общем, устроилась я на родную кафедру, старшим лаборантом. Моя обязанность, обеспечить учебный процесс абсолютно всем, что для этого может понадобиться. Ну, мне ли - не обеспечить? Ведь, я же, будучи доцентом, все учебные планы - лично корректировала. Исходя, из возможностей нашей институтской базы. И всё бы ничего, но... Развязность, цинизм, пошлость - давно уже проникли во все сферы сегодняшней жизни. Сегодня, институт - колхозный рынок, разницы нет. Некоторые работники института ведут себя так, будто бы живут по понятиям уголовников...".

Дальше, поочередно выступают Галка и Летин. Хорошо, если свои комментарии дадут и другие сотрудники кафедры. Впрочем, этого - не дождешься. Жарковой - уже нет. А Летин - остался. Вряд ли, люди будут его "валить", за "просто так". Всё-таки, работать-то им с Летиным. Ничего, что-нибудь придумаю. Впрочем, на это есть следующая хитрость телевизионного ток-шоу. После того, как я доведу до зрителей в студии суть дела, необходимо пустить микрофон по рядам. Люди должны, дать случившемуся свою оценку. Это, деморализует Летина, и заочно сделает его "отрицательным" персонажем...

Никита почесал нос. Мечтательно улыбнулся. Закончить, можно будет так:

- Остается загадкой, что же, всё-таки, произошло в одной из комнат кафедры, в тот роковой день. Мы лишены возможности, проводить полное расследование. Это, не наша компетенция. Но мы, будем считать, что свой хлеб едим не зря, если этот человек, - Никита покажет пальцем на Летина, - уйдёт отсюда, в сопровождении милиционеров....

Внимание на экран. Сейчас вы увидите, что произошло в лаборантской комнате кафедры в тот день...

"Так.... А что там у нас, Серёжик приготовил?"

Никита сел напротив монитора. Отыскал конечный вариант "сцены в лаборантской". Серж потрудился на славу. Теперь, Летин и Жаркова - не молчали. Между ними, протекал незатейливый обмен "любезностями".

Камера, закрепленная Сержем над единственным окном, охватывала, почти что, всю лаборантскую комнату. Во всяком случае, и то место - где стоял Летин, и дверь - где остановилась Жаркова, видно было хорошо. Миниатюрная черно-белая камера, немного искажала изображение, несколько закругляя границы кадра. Но, в принципе, действующие лица были вполне различимы. Увы, качество съемки "шпионской" камерой, при последующем монтаже исключает возможность чёткой синхронизации звука и "картинки". Да оно, и не надо...

Персональный компьютер в руках выдумщика Серёжи, это - много.

Серж за одну ночь "перелопатил" огромное количество аудиоматериала, но то, что потребовалось - он нашёл. Вычленяя фразы и слова Летина из его разговоров с другими людьми, Сережка "смастерил" весьма "добротный" диалог Юры с Нинель. Слава богу, при наличии компьютера и пары-тройки соответствующих программ, сегодня "подобным" может заниматься у себя дома любой школьник.

Теперь, сцена в лаборантской комнате выглядела так.

Заходит Жаркова.

ЛЕТИН (стоя у противоположной стены, и не оборачиваясь): А-а-а, явилась наша старушка, не запылилась. Ну как, всех мужиков в институтский подвал сводила? - Дальше следует громкий смех Летина.

(фрагмент вычленен из обращения Летина к их кафедральной кошке Мадонне. Оригинал фразы прозвучал в момент, когда блудливая киска, вернулась "домой" после недельного отсутствия).

ЖАРКОВА (сделав шаг в сторону стола с "органами"): Как вам не стыдно! Я же, в матери вам гожусь!

("Первоисточник" - Жаркова отсчитывает лаборантку Галю. Если бы фраза изначально, адресовывалась Летину, она была бы - "погорячее")

ЛЕТИН: Да сгинь ты отсюда, старая перхоть! Пока, не схлопотала по заднице... ("Оригинальная" фраза, также была адресована кошке Мадонне, разлёгшейся на рабочем столе у ассистента кафедры Летина)

А дальше...

Лицо Жарковой несколько раз меняло свою форму. Оно, то - вытягивалось, то - становилось приплюснутым. Глаза же, чуть не выскочив из орбит, уставились в одну точку...

Женщина схватилась левой рукой за голову. А правой - попыталась дотянуться до столика с выдвижными ящиками. Однако движения её рук не были обдуманными. У Жарковой был самый обычный обморок. Навалившись на стол всем телом, она сдвинула его вплотную к мойке. Сама же, лишившись опоры, рухнула на плиточный пол... Юрий Феликсович (видимо, услышав грохот за спиной), обернулся, и замер. Он подбежал к упавшей женщине, и попытался, определить пульс на лучевой артерии. Подержав кисть Жарковой несколько секунд, ассистент Летин выбежал из комнаты...

Никита отодвинул клавиатуру компьютера, встал. Хотел, ещё раз посмотреть видеоролик, но махнул рукой, и отошёл от монтажного столика.

"Сержик изладил неплохой "ролик". Неплохой, но..."

Никите нравилось - всё. Но, присутствовала какая-то неестественность, в увиденном материале. Может звук? Да нет, голоса - в порядке...

Отдельные фразы, и даже слова, "писались" в различных помещениях и, естественно, произносились с различной громкостью. Но "обработку" делал сам Серж, поэтому даже самые строгие эксперты, полученную "копию" - сочли бы за оригинал. Нет, ни звук так беспокоил Никиту. В изображение, вносила "диссонанс" какая-то пассивность обстановки. Любому ясно, что экспрессия слов, проявит себя и в жестах, которыми говорящий сопровождает свою речь. А здесь, как бы два участника художественной самодеятельности, заучивают свои роли перед спектаклем. При этом, не обращая друг на друга, никакого внимания.

"Ладно", - вздохнул Никита, и потянулся к телефону. "Клип" готов. Ещё предстоит "дрессировать" Галину. "И всё-таки, куда она подевалась. Что ж, нарушу свой принцип, позвоню ей домой".

Трегубов посмотрел на часы. Ещё не поздно, можно звонить. Трубку сняли не сразу.

- Да. - Голос Галины был хриплым. - Я слушаю...

Никита обрадовано "заворковал".

- Привет, солнышко. Куда ж ты пропала. Мы, с ног сбились, все - тебя ищем. Хоть бы, позвонила...

Последовала длительная пауза. Трегубов, уже начал беспокоиться, а не уснула ли девушка. Наконец, она произнесла.

- Никита, я не участвую в твоем проекте. Извини, но это - подло. Я сама виновата, поддалась на уговоры. То, чем занимаешься ты - грязь и обман....

"Вот как, ты запела, девочка...", - подумал Трегубов. Но к Галине, обратился с предложением.

- Галенька, сейчас - не время, обсуждать "моральные" аспекты моей профессии. "Колёсико", завертелось. Ты скажи, как твоё здоровье. Судя по голосу, ты простыла?

- Да, - неохотно отозвалась девушка. - Есть, немного.

- Ну так давай, я тебе привезу лекарств, фруктов там разных, чего-нибудь ещё.... Говори адрес...

- Никита, это - лишнее. У меня есть лекарства, фрукты, и "что-нибудь ещё"... До свидания. Не звони мне больше. - Она положила трубку.

- - -

После того, разговора с Летиным в институте, Галя призадумалась. Зачем она вообще, поддалась на уговоры Никиты? Обрадовалась тому, что пообещал - устроить на журфак? Дура! Или, понадеялась, что у Трегубова, она - единственная? Идиотка!!!

Нет! Нет! Нет!

А с кафедры, она всё равно, уйдёт. Не сможет Галя, после всего этого - смотреть Летину в глаза...

Пока не поздно, надо его предупредить!

Галина набрала домашний телефон Юрия Феликсовича....

Они разговаривали всего пару минут. Но, он ей поверил.... Он её не оттолкнул! И сейчас, приедет сюда...

Больная, испытывая сильную лихорадку, поплелась в ванную комнату. Она не может принимать у себя Юрия Феликсовича, не помыв голову...

В дверь позвонили.

"Уже? Вроде бы, рановато..."

В прихожей стоял Никита Трегубов. "Как он меня нашёл? Надо было, сперва посмотреть в глазок. Зачем пустила, дура?"

Никита ухмылялся.

- Как это понимать, девочка? Ты что же, так рано "обкакалась"? Тебя включили в "смету", на тебя понадеялись, ты - внесена в сценарий передачи, и вдруг.... Да ты, хоть понимаешь, что налицо попытка, сорвать "выход в эфир"? Между прочим, поставлен под угрозу весьма дорогостоящий проект....

От входной двери веяло холодком. И Галя прошла в комнату. Трегубов, не снимая уличной обуви, проследовал за ней. Внезапно, девушка остановилась в центре комнаты. Она обернулась, и посмотрела Никите в глаза. Затем, сжав зубы, процедила.

- Если ты, от меня не отстанешь, я обо всём расскажу Летину. И кое-кому, ещё...

Никита взорвался.

- Это, ты меня пугаешь, сявка? Продалась за десятицентовую пудреницу и ужин в кабаке, а хочешь выглядеть "неподкупной Фемидой", дешёвка!

Последние слова Трегубов произнес зря. Галька подскочила к Никите, и, запрыгнув к нему на спину, вцепилась обеими руками в модную шевелюру. Обхватив "телезвезду" ногами, она стала наносить увесистые удары по его голове.

- Получай, "звезда телеэкрана"! ... И заруби себе на носу - я не участвую. Потому что, всё - враньё! Жаркова - мегера. От неё - никому нет жизни. И вы хотите обелить эту змею? И цена тому - травля Юрия Феликсовича, самого золотого человека на земле? Какая я дура! Подписалась, на эту аферу...

Галкина речь оборвалась на середине фразы. Она резко закинула голову назад, а изо рта, тоненькой струйкой потекла кровь. После чего, её руки и ноги расслабились, и девушка упала на пол. Никита стоял над ней, и с ужасом разглядывал свои ладони.

- Неужели, это - я?

После этого он взглянул на Галю. Из шеи девушки торчал огромный осколок стекла...

Когда Галина заскочила на Трегубова, она больно полоснула его по глазам длинными ногтями. После этого, "великий шоумен" ничего не видел. Не в силах сбросить с себя лаборантку, он попятился задом в сторону шкафа-купе. И несколько раз "припечатал", вцепившуюся в него девушку, к висевшему зеркалу....

Как могло такое случиться, что осколок разбитого зеркала, острым концом вонзился ей в шею, - Никита объяснить не мог.

Неужели, это - всё? Конец карьере... Тюрьма... Сердце, у матушки...

Надо, уходить отсюда...

С кем она жила? С родителями? А может, одна? Ну, так у неё, наверняка, есть друг. На него, и спишут эту смерть...

Впрочем, зачем нам лишние действующие лица?

Голова работала, как скоростной компьютер.

"Итак, Галя решила помочь нам, "вывести на чистую воду" их кафедрального хама, господина Летина. Тот, оказавшись существом мстительным, решается, терминировать обидчицу...".

Никита оживился.

Значится так! Недавно, здесь был Летин. Он приходил, дабы конфисковать "компромат", хранящийся у Галки. Галя, послала его к чёрту. Он её убил. Но, компромат - так и не нашёл.

А менты - найдут! Я об этом позабочусь... Диск, на котором записан последний вариант видеоролика - у меня с собой. Его необходимо положить, ей под подушку. Сыскари - найдут! Не смогут, не найти. Пусть менты уж сами решают, под чьим авторством пойдет сей киношедевр, на процессе над Летиным... А мы, всю аппаратуру в институте свернули. Обе сотрудницы, которые о нас знали, показаний, увы, не дадут. Мертвы они, это - бывает... Сакуль, в Москве. Мы с Сержем, сегодня вечером отчаливаем туда же... "Порешаем" собственные дела, и вернемся, как ни в чем не бывало... Сакуля, я в известность поставлю, но - позже. Ничего, он - авантюрист ещё тот! Быть может в Москве, удастся какую-нибудь, интересную "темку" слямзить. А "эту" - временно, заморозим. А лучше, "закроем" вообще! Не велика потеря! Серж, снова, чего-нибудь "нароет"!

Перешагнув через труп девушки, Трегубов подошел к кровати, и спрятал под подушкой "диск".

С ближайшего уличного телефона-автомата он позвонит в милицию... Дескать, я живу там-то и там-то, а у моей соседки - дверь открыта настежь... Что случилось - не знаю. Но чую, это - по вашей части... А вот, жена подошла, и говорит, что видела мужчину, выходящего из соседской квартиры.... На нем был надет пуховик...

Собственно, дело сделано. Этот "выпуск", конечно, провален, а мы - облажались. Но ведь, красиво выйти из игры, и надежно подчистить за собой - тоже, искусство...


-11-


Юра прогуливался взад вперед, около дома своей новой знакомой. Находясь здесь уже более пятнадцати минут, он обдумывал предлог для нанесения визита Софье Антоновне. Знакомство с "антикварной" дамой, пришлось весьма кстати. Необходимо последовать совету Ильи, схорониться на некоторое время. Квартира его новой знакомой, как нельзя лучше подходит для этой цели. А то, что его будут разыскивать, Юра был абсолютно уверен. Не станет капитан Лагутин просто так, в нарушение "ментовской" этики, давать Юре какие-то "подсказки". Лишь, в критической ситуации.... Значит, дело - серьезное. Тем паче, что по мою душу, специально приехал полковник..., не помню его фамилии, но если верить Илье, "персонаж" весьма опасный...

Однако, вполне возможно, что главные вопросы, которые милиция имеет к Летину, касаются, вовсе не Нины Алексеевны Жарковой....

До дома лаборантки Галки, Летин добрался за двадцать минут. Двадцать минут!!! Что вообще, можно успеть за это время? Оказывается, можно. И, если судить по застигнутому "зрелищу", можно - не так уж и мало. Около Галкиного подъезда стояло сразу три машины. Две - сине-желтые, и одна - с медицинской символикой. Того, кого выносили на носилках, Юра не разглядел. Тонюсенькая белая простынь, накрывающая труп, всё же позволила констатировать, выносят женщину. "Галка?", - кольнуло у Юры в груди. Увы, это она. Неужели, её смерть как-то связана, с происшедшим у нас на кафедре?

Понаблюдав за суетой, царящей около Галкиного подъезда, Юра решил не испытывать судьбу. Но, куда мне сейчас податься? - с досадой подумал он. Домой - нельзя. Двери-то, конечно, я никому не открою. Но, до квартиры, нужно ещё добраться. Меня могут "взять" и около дома, когда я буду возвращаться. И это, что же, мне - всю жизнь от милиции бегать?

Неизвестно отчего, но Летин вдруг почувствовал, ему нужно срочно ехать к фрау Могилевской....

От Галкиного дома, до дома своей новой знакомой Летин добрался на такси. На это ушло, минут двадцать. И вот, уже минут пятнадцать, он прогуливался взад вперед, около элитной "четырнадцатиэтажки".

Вообще-то, подобные дома оснащены домофонами. Либо, в них дежурят консьержи.... А домишко, действительно, был не прост. За то недолгое время, пока Летин здесь топтался, ему удалось составить примерный портрет среднестатистического жителя этого дома. Все люди возвращались домой на престижных автомобилях. Причем, не сидя за рулем. Кого-то из них, отправлялись сопроводить до квартиры бритые "Ваньки" в костюмах от Версачи. Становилось ясно - дом населяли люди, имеющие и деньги, и "вес" в обществе. Вполне возможно, что - в "криминальном" ...

Вообще-то, - подумал Летин, - квартира фрау Могилевской - настоящий музей. Софья Антоновна, либо "затухающий уголёк" какого-то знатного рода (её манеры делают эту версию - весьма уместной). Либо, бабулька - представительница "мира искусства"... Впрочем, она может быть и вдовой какого-нибудь академика с мировым именем... У нас-то, в Алуевске? А почему, нет-то? Прожила всю жизнь в столице, схоронила мужа, скажем, академика и Нобелевского лауреата, а доживать свой - век приехала на родину... Возможно такое? Вполне!

- Юрий Феликсович! Юрий Феликсович! - Кричали откуда-то сверху. Юра запрокинул голову, и невольно улыбнулся. Милая старушенция, фрау Могилевская махала ему рукой с лоджии двенадцатого этажа. Юра с трудом разбирал её фразы. - Поднимайтесь ко мне. Ловите ключ! Только, вставляйте, прорезью вниз, а выступами - вверх... Давайте, быстрее...

Через пол часа они сидели в просторной кухне. Причём, рядышком. Оба - полуразвалившись на необъятном диване. Софья Антоновна изучала мужчину. Юра же, корил себя последними словами, за то, что с количеством съеденного, малость погорячился. Сейчас, без посторонней помощи, ему будет нелегко выйти из-за стола. Посему, он развалился на кухонном диване, и, чуточку прикрыв глаза, громко дышал полуоткрытым ртом. Ну зачем, так нажираться! Ведь, не с голодного краю!

Надо отдать должное, стол изобиловал всевозможными деликатесами, многие из которых, он попробовал впервые.

Наконец, почувствовав, что говорить - сил у него хватит, Юра поинтересовался.

- Скажите, вы всегда так ужинаете? Или, всё это - ради меня?

Софья Антоновна никак не отреагировала на вопрос. Она пристально разглядывала Летина. И хотя, лицо её ничего не выражало, Юра понял, "бабульке" он симпатичен. Впрочем, сказанное дамой - его несколько насторожило. Она, сделавшись серьезной, заговорила покровительственным тоном.

- Хочу дать вам совет. Научитесь, быть свободным человеком. И тогда, вас никто не сможет "прочитать". Как, например, это сделала я, когда вы были здесь в первый раз. Станьте свободным, то есть независимым от всего, что вас окружает. Возможно, вам об этом никто раньше не говорил, но вас выдают глаза.

- И о чем они поведали вам?

Софья Антоновна оживилась. Мужчина не стал протестовать, размахивать руками, и орошать кухню фонтанами слюны. Не стал бить себя кулаком в грудь, мол, я - "крутой", просто, неважно себя чувствую...

Женщина, стараясь говорить равнодушным тоном, поделилась.

- О вас я знаю, немало. Знаю, например, что вас звать Юрой. Согласитесь, когда я звала вас с лоджии, вы даже не задали себе вопроса: "А откуда, она знает моё имя?". Известно мне и то, что вы работаете в пединституте.... И, конечно же, главное - на вас свалились серьезные проблемы. Пока что, достаточно?

Юра хотел удивиться, но не смог. Его по-прежнему, слегка поташнивало, от обильного ужина. Но, во всяком случае, "поболтать" с дамой, он был, не против.

- Очевидно, вы - факир. Хотя, я-то знаю, что все факиры, на деле - обыкновенные фокусники.... По глазам, определить паспортные данные невозможно. Так что, источник информации, какой-то иной...

В глазах женщины, легко читалось самодовольство.

- А какая разница? Важен результат.

- Софья Антоновна, вы, похоже, чувствуете себя микробиологом, наблюдающим через увеличительное стекло за несмышлёным муравьем, то бишь - за мной. Поди, уже и сигаретный окурок приготовили, что бы прижечь лапки бедному насекомому? Так? А ведь я, тоже, кое-что могу о вас рассказать.... Хотите?

Даме стало интересно. И она, не испугалась. Это, Юра - также отметил.

- Хочу, - с вызовом откликнулась Софья, и уселась поудобней. Даже, ноги закинула на диван. - Итак, я слушаю. Что, вы можете обо мне рассказать?

Юра улыбнулся. Действительно, что?

- Ну, во-первых, я утверждаю, и не побоюсь заявить это с высокой трибуны, что данная квартира - не ваша. Скажу более, вы - вообще, не проживаете в этом доме. - Юра достал сигарету, и, дабы дать даме немного обмозговать услышанное, прикурил от лежащей на столе зажигалки. Разрешения закурить, он не спросил, но виноватым себя - отнюдь, не чувствовал.

- С чего вы взяли? Какие глупости, уже давно здесь живу....

- Вы повели меня к себе домой, самой дальней дорогой. И самой грязной. Обитатели этого района, ходят через ул. Крупскую.

- У меня были причины, удлинить путь. Я хотела, к вам присмотреться...

- Напоминая мне, через каждые пол метра, что вот-вот, отдадите Богу душу.... Ну хорошо, допустим. Соглашусь. Но.... Но, сбрасывая мне с балкона, ключи от подъезда, вы предупредили, мол, вставляй ключ "выступами" кверху. А сами, когда мы пришли к вам сегодня днём, пытались сделать наоборот.... Не было автоматизма, в ваших движениях. Не упрямьтесь, Софья Антоновна. Всё равно, я - прав. Это, не ваша квартира. Ну, наконец, женское белье, которое сохнет в ванной, не ваше. Простите, но я, всё-таки, мужчина, и размер некоторых частей женского тела определяю на глаз.... Давайте лучше перейдём к следующему пункту... - Летин "вскочил" на любимого конька. За стенами этой уютной квартиры бушевал океан проблем. Коллеги Илюхи Лагутина - прочесывали местность, в поисках убийцы Жарковой.... Косвенного, но - убийцы. Сотрудники института - гневно осуждали ужасного монстра, столь долго и ловко скрывавшего свою хищную сущность, под маской "миляги Летина"....

А здесь, в обществе этой женщины, ощущался, почти что, домашний уют. К тому же, "стресс" у Летина, довольно часто проявлялся чрезмерной говорливостью. А наличие слушательницы, согласитесь, превращает, сей недостаток в немалое достоинство. Он щёлкнул пальцами.

- Софья Антоновна, а почему вы скрываете свой истинный возраст? Скажем, от меня? Когда женщины пытаются занизить свои года, всё ясно и понятно. Но когда поступают "наоборот", возникает масса вопросов и подозрений. Я, сопровождая вас до дому, столкнулся с непонятным феноменом. Сгорбившаяся старушка, имеет мышцы спортсменки. Согласитесь, у семидесяти пятилетней бабушки, не может быть мускулатуры атлета-гиревика. Я заявляю это, как врач. Я сам, такими бицепсами похвастать не могу.... Вам, я думаю, лет сорок..., от силы, сорок пять... Я прав? Да и, вы меня простите, тот слой косметики, которым вы скрываете лицо, превращает вас в древнеегипетскую мумию. Разве, не так?

- Очень близки к истине...

- Таким образом, более уместным будет послушать, что за проблемы, у вас. Коли вы, вынуждены скрываться. Хотя, не скрою, у меня они - тоже, есть. И, весьма серьезные.

Юре захотелось рассказать Софье всю свою историю. Как-то так получилось, что ситуация в которой он оказался, им ни с кем не обсуждалась. Желание, поразмышлять вслух, прямо здесь - при Софье Антоновне, было столь велико, что зачесалось за грудиной.... Но, Юра стерпел...

Он серьезно сказал.

- Вы правы, у меня, действительно, серьезные проблемы. Но, я поделюсь ими, лишь - когда посчитаю нужным. Вы же, если хотите, можете рассказать про свои "болячки". Обещаю, чем смогу - помогу... Я же чувствую, вы - от кого-то скрываетесь. Или, от чего-то? Я - тоже. Быть может, откровенность, не повредит нам обоим? Срываю "маску". Летин Юрий Феликсович. Ах да, вы же это уже знаете.... Ну, да ладно.... Преподаю физиологию в пединституте. Холост. Точнее, разведён. От брака имею дочь. Вижусь с ней редко. Из-за этого, очень страдаю. В настоящий момент, меня хотят задержать, по подозрению в убийстве. Но я, не убивал. Верите?

- Верю. Вам, верю.

- Мне, необходимо исчезнуть на некоторое время. Пока, всё не утихнет. И милиция, не разыщет настоящего убийцу. Хоть у меня - много друзей, спрятаться ни у кого из них, не могу. Если меня начнут искать, их проверят в первую очередь....


-12-


- Ну что, Илья, ты по-прежнему считаешь, что твой Летин - ни при чём?

Лагутина передернуло.

- Послушай, Мякешин, Летин - не мой. Я, ведь, ни на чём, не настаиваю. - Упорство, с которым "старлей" пытался убедить Илью в виновности Юрки, удивляла и пугала. Лагутин спросил неуверенным тоном. - У тебя есть, что-то новое?

- Конечно, есть. И этого "нового" с избытком хватит, что бы упрятать твоего приятеля, годков на пять. А то, и поболее... Ты попроси у Дегтярёва, пусть к компьютеру на десять минут пустит, всё своими глазами увидишь.

Старлей и капитан, вместе просмотрели диск, на коробке которого, красным маркером было подписано "Сцена в лаборанткой".

- Слышь, Илюха, он ведь, сразил её наповал своей последней фразой. Давай-ка, ты у нас университетский диплом имеешь, что ему "шить" в данном случае? Он ведь старуху, в самом деле, пальцем не тронул. - Мякешин громко высморкался. Платок после этого, небрежно скомкал, и запихнул в карман брюк. Затем, пододвинулся вместе со стулом, поближе к коллеге. - Илюха, а тебе не кажется, что Летин - какой-то, странный? Ей богу, с такими - труднее всего. Явно, не наш клиент. Наших-то, на откровенные разговоры, склонять проще. Например, при помощи "Дубинатора Ивановича"...

- Даже, думать забудь... И вообще, надо разобраться...

- А в чем ещё, разбираться-то? Ты что, не слышал, как он ей - дескать, ты, шлюха старая, ваще, нюх потеряла. Дескать, я тебе, если не заткнешься, "кердык" сделаю...

- Неправда, он этого не говорил...

- Да ты пойми, ведь это ж очевидно, он запугал пожилую женщину своими угрозами. Угрозами физической расправы. Сердце у старухи не выдержало, она упала. Вот, головой об батарею и звезданулась...

- Так, недостаточно этого, Мякешин...

- Ты послушай сюда, Илья. В Алуевск прикатил родственник этой старухи. А уж одного этого, поверь мне, более чем достаточно. Псих, которого даже наш шеф побаивается. Говаривают, они вместе начинали, ещё - летёхами... Для этого полковника, разницы нет - виноват, не виноват. Коли, "родственница" померла, сажать кого-то, хошь - не хошь, а придётся.

- Скажи, вскрытие делали?

Старший лейтенант, отмахнулся, словно его спрашивали о несущественном.

- Да, делали. А что толку...

- Так может, у бабки - инфаркт. Она ведь, не молодая... Возможно, Летин и не виноват...

Мякешин вздохнул.

- Нет у неё никакого инфаркта. Вообще, старушка здоровее всех живых. Если бы, головой не трахнулась, ещё пол века прожила бы.

- А может, - не унимался капитан, - она поскользнулась? Там, случайно, пол, перед этим, не помыли, а? Влажный пол, и всё такое. Она туфлей ступила, ноги разъехались, упала, ударилась головой... Ну, это же, элементарно... Или, с утра - неважно себя чувствовала...

- Да нет, Илюха, пол там не мыли. И чувствовала себя, наша пострадавшая, отлично. Только-только, с отпуска вышла. Ну, ты ведь только что, просмотрел пленку. Всё, своими глазами видел.

- С отпуска, говоришь... Это - интересно...

Мякешин отошёл к окну, и, скрестив руки за спиной, уставился на уличный пейзаж. Думая, явно, о чём-то своем, он простоял так несколько минут. Всё это время, Лагутин терпеливо ждал, что же ещё, поведает ему коллега по отделу. Наконец, Мякешин, как-то грустно, поинтересовался.

- Он, что, твой друг? Или, кто он тебе?

Илья присел на кожаный диван.

- Мы познакомились в этом году. Он, жизнь мне спас.

Мякешин пожал плечами, и снова отвернулся. Затем, очень утало сказал.

- Про какую бабульку мы тут базлаем, Илюша? При чем тут, эта Жаркова? Лично мне, эта бабка, уже не кажется "божьим одуванчиком"... Но, на Летине - ещё один труп. Лаборантка, с их кафедры. Она, похоже, шантажировать его вздумала. Ну а он, как загнанный зверь, пришел к девахе домой, и шею вспорол ей куском стекла. Я видел, зрелище - не из приятных... Ты бы, Илюша, особо своего приятеля не защищал.... Ну подумай, на кой хрен тебе проблемы? Да и чем ты сможешь помочь? "Ахами" и "охами"? Не усложняй себе жизнь....


-13-


- Я попытаюсь, рассказать вам одну историю. Почему, попытаюсь? Потому, что вы, можете мне и не поверить. - Софья небрежно стащила с себя парик, и безо всякого стеснения, начала стирать с лица крем, ватной салфеткой. Юра не обратил на это никакого внимания. Тем более, что рассказ женщины, действительно, был весьма интересен. Она говорила, не спеша, делая иногда продолжительные паузы. - Дело в том, что я родилась, и выросла в этом городе. Между прочим, в тех самых двухэтажных бараках на Нейвинской, до которых мы так и не дошли, когда вы провожали меня домой. Правда, в пятнадцатилетнем возрасте, мы с мамой уехали...

- С мамой? А что, у вас есть кто-то ещё? В смысле, тот - кто, с вами не уехал?

- Можно сказать, что на тот момент - у меня не было никого.... Хотя в городе, и остался человек, причастный к моему появлению на свет. Отец. Он остался со своей новой женой. То есть, с моей мачехой. И, с моей сводной сестрой. Своей падчерицей. Когда родители развелись, мне было пять лет. Мать уехала в Ригу, с молодым инженером. Оттуда, в Краков. Там, у мамы родная тётя. Эта тётя переехала в Польшу, ещё до войны. На маму, я - не в обиде. Понимаю её. Отец - неотесанный бурлак, а её новый муж - изысканный аристократ. И, я об этом узнала позже, отец часто её избивал. Иногда, до полусмерти....

Софья встала из-за стола и покинула кухню. Отсутствовала она долго. Юра успел вскипятить чайник, и опустошить чашку бодрящего чая. Спать сегодня не придется. Понятно дело, совсем в "другом" смысле...

Вернувшуюся в кухню спортивного вида женщину, симпатичную коротко стриженую блондинку, Юра воспринял, как дочь Софьи Антоновны. Но, опять же, саму метаморфозу - воспринял равнодушно. Софья ловко заскочила на диван с ногами, и продолжила.

- В новой семье отца, мне пришлось - не сладко. Сказку про Золушку, не забыли? Так вот, всё в точности про меня. Один - в один... Вот только, принца не было. Мне, доставалось - и от мачехи, и от своей "не родной" сестрички, а потом - и от отца... Несколько раз, убегала из дома... Не хочу даже, вспоминать.... Самые худшие годы моей жизни. Наконец, мать приехала, и забрала меня с собой....

Было заметно, что женщине неприятно, вспоминать своё детство. Софья подошла к холодильнику, вынула оттуда бутылку с какой-то прозрачной жидкостью. Откупорила, понюхала. Поморщившись, поставила бутылку на место. Хотела спросить о чём-то Летина, но промолчала.

Юра понимающе улыбнулся.

- Что, сходить за "коньяком"?

Благодарный взгляд, был ему ответом.

А ещё через двадцать минут, сидя уже в большой просторной комнате, за зеркальным журнальным столиком, Юра наполнял микроскопические рюмки янтарной жидкостью, пахнущей самогоном.

- Итак, Софья Антоновна, я жду с нетерпением продолжения рассказа.

- Ах, да.... Знаете, давненько я не сидела вот так, с приятным, понимающим мужчиной...

Они просидели почти что, до утра. Юра рассказал женщине про себя, про свою работу. Про науку, которой занимается не ради денег. Про научные конференции, на которые - не часто, но ездит. Про Настюху, про Лариску, про многое другое... О том, что в настоящий момент, он разведён, Юра умолчал. Фрау Могилевская - "самка", ещё та... Выдают глаза. От еле уловимых намёков, может перейти к активным действиям.

Не время, - твердо решил Летин. Побуду "ортодоксальным"семьянином. От женатого мужчины, неэтично требовать ухаживаний...

Он, так и уснул, полусидя-полулёжа на софе. Фрау Могилевская заботливо накрыла его пледом...


-14-


- Гурон, я не доеду... Тормози, плохо мне...

Белая "девятка" с визгом притормозила около недостроенного торгового павильона. Женщина выскочила, и побежала к лежащим на обочине, железобетонным панелям. Выйдя из машины, и куря одну сигарету за другой, Федор нервно пинал по переднему колесу "ВАЗ-2109". Это, была их третья остановка. Как и в две предыдущие, Федор-Гурон был вынужден дожидаться, когда у Ланки прекратится рвота. Они возвращались домой из столовой профессионально-технического училища ╧30, где Лана заказывала поминальный ужин. Двадцать человек, среди которых преобладали сослуживцы матери, сразу после похорон поехали в столовку. Ланка нажралась, как свинья. Цеплялась, к словам выступающих. Чуть, драку не затеяла. Да, собственно, какая разница, что о ней, будут думать эти люди? Пошли они все, к дьяволу. Но, двух мнений быть не может - Ланкину мамашу коллеги по работе не любили...

Однако не это беспокоило Гурона. Во время одного из перекуров, он отправился курить в коридор, вслед за остальными мужчинами. Расположившись по соседству с компанией "сослуживцев" Нины Алексеевны, Гурон прислушивался, о чем те говорят. И узнал он из услышанного разговора, что Юрий Феликсович Летин - не выходит на работу, и никто не знает, что с ним случилось. Два раза, на кафедру, приезжали из милиции. Видимо, тоже ищут... Знать, водились за Летиным "косяки", намного серьезней, чем его наезд на Ланкину матушку. Видать, своей "борзотой" оскорбил он кого-то, из "дерзких". А тот, церемониться не стал. Приехал к наглецу, да и сделал ему "кердык". Жаль вот, махинацию с обменом "сорвал"....

Гурона, вновь охватило беспокойство. А не оставил ли он каких-либо следов во время визита, в квартиру на Попова. Собственно, кроме дверных ручек, он ни до чего и не дотрагивался.... Нет, нет, и ещё раз - нет! В квартире "победителя пенсионерок", всё - чисто. Никакого "палева" быть не должно...

Ланка вынырнула из-за кучи кирпичей, и не спеша, подошла к машине.

- Вроде бы, отпустило. Дай сигарету.

- Ты бы, не курила. Опять, блевать начнёшь...

- Дай! - Настойчиво повторила Лана.

Спорить с ней, сегодня было бесполезно. Даже, опасно. За какой-то "тухлый" поминальный ужин в зачуханной столовке, она заплатила восемь тысяч! С ума сойти! Верка, заведующая столовкой, мозги пудрила, - "в пол цены, Светик, в пол цены...". Хрен там, в пол цены. Поди, накрутила ещё, своих интересов, сука...

Мамкины сотрудники утверждают, что Летин куда-то, словно испарился. А чего, голову-то ломать? В бега он подался, это - ежу понятно. Дядя Вася из Прогорска пообещал, что судить "козла", будут показательным судом....

Забравшись в машину, Лана попросила Гурона, включить печку. Стоя на ветру, и изгоняя из себя остатки "поминального ужина", она сильно замерзла. Дома, надо будет обязательно принять горячую ванну. И выпить кофе с коньяком. Опять, с коньяком..., - Лана застонала. - У-у-у, алкоголичка чертова...

Она скорчила кислую мину, и уставилась в боковое окно, в надежде, отвлечься от "кутерьмы" последних дней.

"Мама умерла... А не связана ли её смерть, с тем письмом, которое пришло, незадолго до окончания её отпуска? Помнится, она очень испугалась... Когда Ланка вошла к ней в комнату, мать положила конверт под матрас, и села на него. Интересно, письмо уничтожено? Приедем домой, первым делом - надо будет, его разыскать..."

Они проехали микрорайон Глебовский, до дома оставалось - минут десять небыстрой езды.

"Куда исчез отец? Неужели, пропажа отца, "письмо", и смерть матери, - это звенья одной цепи. Связанные между собой, какой-то страшной тайной. И что означает эта фраза, - "гадалка сказала, ищите на Нейвинской..."

Прокручивая в пьяной голове подобные предположения, Светлана и не подозревала, насколько она права...


-15-


"Здравствуй, отец!

Я не знаю, жив ли ты? Прошло, столько лет. Когда ехала в ваш город, думала, что запросто, приду в твой дом, который был когда-то и моим, и скажу: "Здравствуй, папа...". Но, сойдя на перрон, я сразу почувствовала, что в этом городе - проживает ОНА... Каждый метр земли здесь, пахнет ЕЮ. Только, я увидела здание вокзала, сразу же вспомнилась ЕЁ страшное лицо... ЕЁ лицо, для меня - всегда было страшным. Я не могу придти в дом, где живёт эта женщина. Ты знаешь, кого я имею в виду...

Отец, за время, прошедшее с тех пор, когда мама увезла меня отсюда, я ни разу о тебе не вспомнила. А ведь, когда-то, любила тебя больше, чем маму. И с тобой осталась, когда она укатила в Прибалтику, тоже добровольно. Тогда, я тебе - ещё была нужна...

Но, произошло так - как произошло... Увлечение ЭТОЙ женщиной, затмило в тебе всё остальное.... Ты лишился меня. Благодари ЕЁ, свою жену. Не могу называть её иначе....

Как бы там ни было, но у меня к тебе - дело. Мне необходимы мои "метрики". Дело в том, что пол года тому назад, мамы не стало. В последнее время, мы жили в Кракове. Мама владела домом, доставшимся ей от тёти Алисы, её старшей сестры. Тётю Алису ты должен помнить. Она к нам часто приезжала, когда вы с мамой - были вместе....

Впрочем, тебе всё это - ни к чему. После тебя, официального мужа у мамы не было. По закону, дом - мой. Но на него, претендует ещё один человек, племянник тёти Алисы. Мы судимся с ним, уже несколько месяцев. Адвокату "племянника" удалось убедить судей, что мои претензии - необоснованны. Частично, они правы. Я прибыла в Польшу, значительно позже матери, и к тому времени, уже успела сменить фамилию... (Об этом "браке", знать тебе - не обязательно). В общем, от тебя мне нужны, моё "Свидетельство о рождении", а также - письменное заверение, что сам ты, на домик в Кракове не претендуешь. А что бы, думалось тебе побыстрей, обещаю, что на "комиссионные" - десять тысяч баксов, ты можешь смело рассчитывать. Причем, исключительно - "наличкой"...

Предлагаю встретиться, в том самом домике...

Твоя дочь Софья".


Это письмо было адресовано Антону Тихонову. Он его получил. И прочитал. И призадумался. Дочь? Софка? Возможно... Антон знал, что последние годы, Арина, его первая жена, проживала в Кракове. Даже, видел её как-то. Правда, издалека. Когда, ездил на похороны отца Нестора...

Это должно было когда-нибудь произойти. У Аринки, больное сердце. "Митральный порок", после перенесенной ангины... Какой, нахрен, Краков. Осталась бы здесь, я ведь, помогал бы... Комнату на Нейвинской, ей оставил. Хоть и в бараке, но зато - пятнадцать метров... Бараки те, под "снос" шли... Дождались бы, квартиру престижную получили б....

Справедливости ради отметим, что те бараки на Нейвинской, не снесли до сих пор...

Вообще-то, тот, кто написал это письмо, неплохо осведомлён. И этот "кто-то", страстно желает со мной встретиться. Легенду подготовил, неплохую. Прознал, про некоторые "нюансы" отношений, между Софьей и Ниной. Впрочем, узнать всё это, можно лишь от самой Софки.

Одного, не учел автор данного послания. Того, что Софья - "левша". Это всегда бросалось в глаза. По почерку, и в особенности - по наклону букв. Однако письмо, которое он извлек из почтового ящика, было написано "правшой". Скорей всего, женщиной. Но, уж никак, не Софьей...

Раз, это - не Софья, значит - началось... Впрочем, мне повезло, - резюмировал Антон Тихонов. Имевший в определенных кругах - кличку "Тихон"... Предупрежден, значит - защищён...

Письмо это пришло задолго до того, как оно попало в руки Нины Алексеевны. Жены Антона Тихонова. Работающей старшим лаборантом кафедры физиологии Алуевского пединститута.

Стресс, возникший после прочтения письма, заметила даже Лана. Заметила, да тут же, забыла... Содержание послания ей было неизвестно. От кого пожаловал в их дом этот конверт, Светлану также, интересовало мало. Своих проблем, тьма... Взять, хотя бы, этого дебила Гурона... Когда же удастся, его бросить...

Гурон, которого Светка считала "дебилом" (правда, дебилом, имеющим неплохие "постельные" данные), проявил, большую прозорливость, нежели его "легкомысленная" подруга. Производя в очередной раз ревизию карманов Антона Степановича, Светкиного отца, он обнаружил мятый конверт. Ни одной, из систем "скорочтения", Гурон не владел. Поэтому, ему пришлось закрыться на длительное время в туалете. Там, сидя в позе Роденовского мыслителя, он, читая "по слогам", вникал в суть изложенного на бумаге. Вывод Гурона был прост. Светкин батя, имея дочь на стороне, получил от неё "предъяву". Мол, коли ты, по жизни - "козёл", так давай, хоть на старости лет, сделай доброе дело. Напиши "откупную", получишь - десять тонн зелени. Сумма, неплохая. Неплохая, в первую очередь тем, что Светка - про неё не знает. Ланкина "сводная сестрица", забивает Антону "стрелбан". Необходимо проследить Антона, дождаться получения им "бабок", и наехать на "козла"....

Положив письмо "на место", Гурон устроил настоящую слежку за Светкиным отцом. Имеющий криминальный тип мышления, и не умевший "зарабатывать" никак иначе - кроме, как "отнимать чужое", Федор отнёсся к случайно обнаруженному письму, как к подарку судьбы. Отказаться от "десятки тонн", может лишь идиот. Антона, надо "делать"...

В то время, когда эти мысли зарождались в голове алчного Гурона, "благополучие", ещё не покинуло семью Жарковой Нины Алексеевны. Сама "глава семейства" (а Нина Алексеевна - была "главой"), уже второй месяц, как наслаждалась очередным отпуском. Антон, заканчивал работу над очередным "заказом"...

Антон зарабатывал на хлеб, изготовлением хитроумных замков и засовов на двери. Причем, этими дверями, чаще всего, закрывались фешенебельные виллы, дорогостоящие квартиры и "замки", отреставрированные и приобретенные кем-то, из новых "хозяев жизни". Заказчиками известного мастера, часто оказывались наши соотечественники, живущие ныне за рубежом. Германия, Польша, Чехия...


-16-


Гурон "повёл" Ланкиного отца, от самого дома....

Держаться на расстоянии, позади ворюгана, и, одновременно, не упускать его из виду, было нелегко. Осторожный Антон перестраховывался, через каждые десять метров. То, остановится, прикурить у встречного прохожего. То, заглянет в какой-нибудь "минимаркет". Ботинки перешнуровывал, раз пятнадцать. И всё, оглядывался...

Гурон знал, что за "бизнес" кормит Ланкиного папашу. Но знал он и другое. А именно, то - что прежде, чем начать изготавливать "хитроумные" замки под заказ, его "номинальный тесть" вскрыл их, несметное количество. Мастер знал - каким, должен быть идеальный замок. А "идеальный", это - недоступный для злоумышленника.

Во всем мире, да и у нас, в последнее время, "суперзамки" потеряли былую популярность. Обеспеченные люди, всё чаще стали доверять безопасность своего жилища - хорошо обученной охране, сложным системам сигнализации, бесконечным "гирляндам" видеокамер и т.д. Замок с "секретом", сделанный "под заказ", это - произведение искусства. Это, если хотите, средневековый мушкет, из которого невозможно стрелять, но который - висит на самом видном месте. Это - всё равно, что скаковой жеребец Орловских кровей, стоящий в стойле, лишь для показа гостям. "Суперзамок" должен быть, и всё! Так надо! По "рангу", положено!

Ведь, не зря, такие люди, как Еникей, отец Нестор, и, даже, Тенгиз, приобретая новый дом или "замок", тут же приглашали из России, известного мастера. Несмотря на то, что неприкосновенность жилища вышеупомянутых людей, надежно защищена, уже одним их именем. Даже здесь, в Европе.

Таким образом, уголовник со стажем, вставший, как он считал сам, на праведный путь, весьма часто ездил в Европу. Один раз, приходилось летать, даже в Китай. География владений некоторых наших соотечественников расширяется с каждым годом....


Антон остановился около дощатого вагончика. Сей вагончик, был поставлен здесь очень давно. Лет, наверно, двадцать пять тому назад. Сперва, являлся домиком-раздевалкой для строителей. Чуть позже, когда стройка так и не началась, вагончик трансформировался в "распивочную" для бездомных. В последнее время, будка превратилась в "гадюшник". Но, даже отправлять естественную надобность - было предпочтительней под открытым небом, нежели - в пропахшем фекалиями, домике на колесах.

Антон, прежде чем подойти к будке, минут пятнадцать понаблюдал за ней издалека. Не обнаружив ничего подозрительного, он подошел поближе. Сразу за "домиком" строителей, брала свое начало улица Нейвинская, крупнейшее в Алуевске сосредоточение бараков "под снос". Антон приготовился ждать. "Лже-Софья", тоже - должна подойти сюда. Сегодня, Антон планировал, лишь провести "переговоры". В смысле, что б знать - чего, куда, как.... Ну, а передачу денег, они произведут в другом месте. В более людном. Разногласий с законом, он сейчас, вроде бы, не имеет. Ему бояться, нечего. С заказчиками, вроде бы, тоже - всё чисто. Того, кто явиться на свидание с ним, он вынудит, сперва - рассказать всю правду. Кто, откуда, зачем? А за попытку "обмануть", потребует увеличения "комиссионных". С "десяти" тысяч, до - "двадцати". Естественно, "Бакинских комиссаров"... Антон настолько увлекся обдумыванием вариантов поведения, что не заметил, что около дощатого вагончика - он не один.

- Скажите, Нейвинская, 4 - это, на какой стороне улицы?

- Не знаю, - не задумываясь, ответил Тихон. После чего, отойдя на несколько метров, разглядел женщину, которая к нему обратилась.

Пожилая дама, одетая так, будто бы, только что прибыла из XIX века, смотрела на него, в надежде получить ответ. Она уже приоткрыла рот, дабы пояснить свой вопрос, но так и замерла. "Замочный" мастер, прищурившись, "зыркнул" на даму. Зыркнул, зло. Что-то в ней, показалось ему знакомым. Глаза? Рот? Голос? Трудно сказать...

Антон грубо повторил.

- Не знаю. Я, не местный.

В "четвертом" доме, по Нейвинской, он проживал сам. Ещё, с Ариной и Софкой. Потом, когда Софкина мать укатила вслед за своим ветреным инженеришкой в Ригу, Антон с дочерью перебрались к Нине, в её благоустроенную квартиру. Когда же, это было? Нинкина Светка, как раз - в первый класс пошла. А Софушка - тоже, в первый. Но, в "музыкалку". У Антона с детства была мечта, его дети должны играть на музыкальных инструментах. Рояль купить не сумели. С деньгами в то время, была напряжёнка. Хорошей работы, не было. А позади, несколько лет лагерей...

Софья закончила музыкальную школу, затем - Рижскую консерваторию по классу скрипки. В дальнейшем, дочь выступала с различными музыкальными коллективами, самым известным из которых, был симфонический оркестр Краковского оперного театра.

В 1998 году в Кракове, Антон видел Софку, выступающей на фестивале симфонической музыки.... Концерты, приуроченные к какому-то юбилею, проводились под открытым небом, на центральной городской площади, именуемой Главным Рынком. В тот раз, он к ней не подошёл ....

Становилось зябко. Антон извлёк из внутреннего кармана пальто бутылку водки, огляделся по сторонам, и отпил из горлышка. Приятное тепло мгновенно растеклось по внутренностям. Ожидание, вмиг стало веселей.

Быть может, для особы, назвавшейся в письме Софьей, и тридцать тысяч - не деньги. Понятно дело, что речь - об американских долларах. Впрочем, так ли это много? За установку "суперзасовов" на все двери огромного готического "замка", Тенгиз заплатил ему - двадцать пять тысяч, неучтенной налички. Это был, пожалуй, самый солидный заказ, за всё время его работы. Но, и работал он в тот раз - почти что, полтора месяца...

Так неужели, на всю Европу, не нашлось бы ни одного толкового изготовителя засовных устройств? Конечно же, такие специалисты, здесь были. Но "зажившие кучеряво", выходцы из России, старались поддерживать "отечественного" производителя. Тем более, бывшего лагерного кента... Да и дешевле была она, "продукция" Антона Тихонова. Чем, скажем, аналогичные замки, но с логотипом старинной европейской фирмы.

Гурон, выкуривший уже пол пачки сигарет, неожиданно обнаружил, что за Антоном "наблюдает" некая дама. По возрасту, лет шестьдесят пять. А может, ровесница Ланкиной мамаши. Теперь, правда, уже покойной...

Тётка была разодета, как Петербургская "модница" начала прошлого века. Ух ты, даже муфта, при ней. Когда, женщина "упала на хвост" Антону, и, сколько она уже за ним следит, Гурон сказать не мог. Но то, что она следит за отцом Светки весьма основательно, было совершенно ясно. Теперь, они оба - около дощатой будочки. Кажется, разговаривают... А может, уже - "дела" решают. Вот так, на некотором расстоянии друг от друга. Что бы, никто не вычислил, что они знакомы...

Внимание Гурона привлекла компания выпивших мужиков, направляющихся к вагончику. "Эти, бухать идут. Пока, не напьются какой-нибудь гадости, типа "Родничка", не покинут домик. Скоты"...

Антон посмотрел на часы. Он стоит здесь, уже десять минут. Никто к нему не подходит, никто не предлагает поговорить по душам. Может, "мутка"? Но, чья? И, зачем? Его окружила подошедшая компания. Антон мог, конечно, разогнать эту пьянь, но среди подошедших мужчин, он узнал Шалого. С Шалым, судьба его сводила в Свердловске, на "пересылке". А во второй раз, один барак "топтали"...

Сейчас, Шалый находился на последней стадии социальной деградации. Однако это нисколько не принижало уважения к нему, бывших лагерных кентов. Выжить в зоне, и остаться при этом человеком, сможет не каждый. Шалый - смог. А то, что по "бухаре" прикалывается, так это - его личное дело. Он, "заслуженный"...

- Шалый, ты ли? Ну, держи, старина, - первым протянул руку Тихон.

- О-о-о, кого я вижу... Пацаны, - Шалый обернулся к своей компании. - Кореш мой, Тихон. - И тут же повернулся обратно, к Антону. - Слышь, Тихон. По "маленькой", ты мне не откажешь!

Они оба, были тех "понятий", согласно которым, отказать в принятии по "маленькой" - всё равно, что оскорбить....

Компания дружков двинулась дальше, в мрачные подворотни улицы Нейвинской, а двое старых корешков, заскочили в вагончик. Бывшие солагерники, не виделись уже несколько лет. По "сто", за это дело, сам Бог велел...

Гурон терпеливо дождался, когда пьяная компания скроется из виду. Но в будке, остался ещё один, из их шоблы.... Ага, вот и он. Озирается по сторонам.... Кажется, заприметил "своих". Сорвался с места, кинулся догонять.

Но, Светкин отец - так и не вышел. Гурон кинулся к дощатому домику. Вбежав вовнутрь, он, чуть не закричал.... На полу, высоко запрокинув голову, лежал Антон Тихонов. Его светлое полупальто было расстегнуто. Однако ножа, или иного орудия убийства, рядом не было. Не приближаясь к распростертому телу ни на шаг, Гурон попятился к выходу.... Смотреть на лицо покойника, ему не хотелось...

Свою неудавшуюся попытку "гоп-стопа", Гурон скрыл от Ланы. Это - лишнее, - посчитал он. Даже про письмо, не сказал ни слова. У Ланки не было ни малейшей привязанности к отчиму. А тот факт, что Антон Тихонов приходится Светлане не родным отцом, в семье Нины Алексеевны воспринимался всеми довольно спокойно. Отношения падчерицы с отчимом, легко укладывались в формулу: "Не тронь меня, и я тебя - не трону".


-17-


Их союз, словно был списан с мелодрамы, о жизни итальянской мафии. Она - начинающий преподаватель ВУЗа. Очень амбициозная, и очень высокомерная. Он - прожженный уголовник, "домушник" с солидным послужным списком.

Хорошо ли это, или плохо, но подобных союзов - в последнее время, тьма... "Таких", это значит - между людьми, стоящими на разных полюсах правового пространства. Она, хоть и законченная стерва, но - законопослушна. Впрочем, если понимать под "законопослушна" - послушание законам, то в данном случае - речь о законах, установленных ею самою.

Антон - в прошлом, "домушник", а ныне - "прославленный" изготовитель сверхнадёжных замков, был известен в определенных кругах, как Тихон. Известен, правда, больше - за пределами Алуевской области, и даже России. Причем, что характерно, его "услуги" оказывались востребованы, как правило, в Восточной Европе. То есть, у бывших "наших"...

Надолго, Тихон уезжал не часто. К таким поездкам, его властная жена относилась спокойно. Впрочем, не скрывая - случись что-то с Антоном, расхлёбывать, ему придется самому. И одному.

Тихону нравилось подчиняться Нинке. Неуправляемый в любой другой обстановке, дома он напоминал, отгулявшего своё, бродягу.

С Ланкой, не было никаких отношений. Даже, не разговаривали. Ланкин ухажёр, натуральный "баклан". Что-то пыжится, пытается нагнать жути на окружающих.... Дешёвка...

Когда Нина Алексеевна и Антон Степанович начали проживать совместно, у обоих из них, "на руках" было по дочери. От предыдущих браков. Софья и Света, подругами не стали. Да, собственно, и не пытались, подружиться. Обстановка в семье Нины Алексеевны царила довольно "холодная". То есть, никто ни за кого не заступался....

Когда Антон не приходил домой ночевать, Нина Алексеевна устраивала ему "взбучку". Антону это нравилось. И в следующую ночь - он снова, не приходил.

Когда пропал Антон, Нина Алексеевна решила, что муж - снова балует. Именно поэтому, она особо и не расстроилась. Когда же, со дня пропажи Тихона прошла неделя, Нинель запаниковала. Но придумать, как ей следует поступить, она - так и не смогла. Брак с Антоном, официально оформлен не был. Совместных детей у них нет. Имущества - тоже. Да и, чего уж греха таить, "прошла любовь, завяли помидоры"...

Так или иначе, но заявлять в милицию о пропаже "гражданского" мужа, Нина Алексеевна не стала. "Быть может, укатил в командировку?", - успокаивала себя она....

Успокаивала, пока - не стало, самой.


-18-


Черный джип "Форд" притормозил около стоявшей на обочине "Тойоты". Из внедорожника вылез крепкий молодой человек в длинном, до самых пят, кожаном плаще, и подошёл к водителю "япошки". Молодой парень за рулем, полудремал, уронив голову набок. Рядом, также пребывая в анабиозе, развалился его спутник.

- Пацаны, не замерзните, - миролюбиво поприветствовал отдыхающих Джордан, водитель "Форда". - Без "работы"? - Участливо поинтересовался он.

Парни сразу же "проснулись" и, вытянув шеи, начали оглядываться по сторонам, и протирать глаза. Джордан видел, что те - притворяются, что на самом деле - они не спали. Однако ему было, все равно. "Спектакль" длился несколько секунд. Наконец, водитель "Тойоты" поинтересовался.

- Время сколь?

Джордан заглянул в дисплей сотового телефона, болтавшегося на груди.

- Половина первого.

- Ух ты! - Второй пассажир "Тойоты" щелкнул пальцами. - Емеля, сейчас народ с обеда и на обед поедет. Давай, поближе к мосту подкатим. Оттуда, вся трасса просматривается...

- Ну давай, пацаны, с Богом, - пожелал на прощанье Джордан. Затем, спохватившись, сообщил. - Мы, на 62-м километре, около Муллинской птицефабрики, "Волжану" обогнали, "ГАЗ - ....". Скоро, он здесь появится. Видать, из столицы катит, номера - московские. Водила, похоже, "лошок". "Получать" с него будете - мне "долёху" заслать не забудьте. За "наколку"...


Бизнес парней, сидевших в "Тойоте", заключался в следующем....

Припарковав свою "япошку" в кювете, ребята высматривали, с кого из проезжающих водителей, можно поиметь денег на "ремонт своего авто". Ожидаемый "кандидат" должен иметь, более-менее приличную "тачку", ну и конечно же, являться человеком, не способным противостоять "наезду" двух крепких парней. Емеля, бывший водитель такси, умудрялся "подрезать" жертву настолько виртуозно, что у милиции, никогда не возникало подозрений, в преднамеренности ДТП. Правда вот, милицию-то, никогда не вызывали. Поскольку, по обоюдному согласию с "распоясавшимся дорожным лихачам", нанесшим "Тойоте" серьезные "увечья", инцидент разрешался на месте. Путем выплаты пострадавшему Емеле, некоторой суммы денег...

Дабы не нарваться на тех, кто сам - сделает тебя должником на всю оставшуюся жизнь, Емеля и его напарник, выбирали машины, не очень крутые. Но и не зачуханные тарантайки, с коих нечего взять. Часть, заработанного таким образом, сдавали в "общак". Сами же, считали себя действующими бойцами группировки Славы Колчака.

Водитель такого автомобиля, как "Волга-ГАЗ....", по мнению парней, поучаствовать в возмещении нанесенного ущерба, вполне, мог. Ну, а большего-то, и не надо...

Бежевая "Волга-ГАЗ...." (именно та, которую порекомендовал парням Джордан) неслась по Ключевскому тракту со скоростью 100 км/ч. За рулем, сидел Терентий Хачатуров, армянин по национальности, но русский - по паспорту. От фамилии Хачатурян, он избавился совсем недавно. Работница Менделеевского ЗАГСа г. Москвы, содрала с него за это - 300 долларов. Не так уж и много, - успокаивал себя уроженец солнечного Ленинакана. Ныне, правда, житель Москвы... Хотя, кто-нибудь, возможно, с этим не согласится. Всё-таки, фамилия-то, по большому счету, не изменилась. Хачатуров, Хачатурян... Какая разница? И за это, платить 300 баксов?

Впрочем, друзья и знакомые называли его по-прежнему - Тофик...

Участившиеся дорожные знаки и указатели, как бы, напоминали, скоро - город.

Исколесив пол России, автомобиль приближался к Алуевску, конечной цели своего путешествия. Почему, конечной? Да потому, что в Алуевске проживал Тихонов Антон, человек, которому предназначалась "посылка". Выехав из Москвы, почти что - месяц тому назад, Тофик успел заехать в каждый областной центр, повстречавшийся на его пути. В общем-то, именно наличие в каждом городе большого числа родственников, сделало эту поездку весёлой и запоминающейся...

- Поды, заждалысь меня? Плачут всэ. Вай, куда это наш Тофик подэвался? - Водителю "Волги" нравились собственные шутки, и он, отнюдь, не печалился... Посему, на обгонявшую его "Тойоту", поначалу, внимания не обращал. Не обращал, правда, до тех пор, пока парни, сидевшие в ней, не стали прижимать Тофика к "правому бордюру". Удивившись неслыханной дерзости алуевских "гонщиков", Тофик нажал на газ, и вырвался вперед. Издав при этом, издевательский клич автомобильным "клаксоном"...

Водитель-профессионал Терентий Хачатуров, неоднократный участник автогонок, мастер спорта международного класса, проделал всё это, играючи....

Емеля недовольно засопел. Но также, нажал на "газ".

- У него, что - форсированный движок? Погоди, щас..., - водитель "Тойоты" нервничал, и в этом состоянии, был смешон.

Сидевший с ним рядом напарник, оживился. Он, специально подзуживал приятеля, подливал "масла в огонь".

- Слышь, Емеля, а ведь, сделал тебя москвичок наш, а? Как мальчишку...

Скоро, город. А перед мостом через Межву - пост ГИБДД. "Менты" для москвича - стопроцентное спасение. Он это знает. Надо настичь "козла", ещё до поста...

Но очень скоро, Емеля понял, догнать "Волгу" им не удастся.

- Он, иногородний. Значит, поедет по "указателям". А это, всегда - один и тот же маршрут. Мост, улица Кирова, всё - по Ленина, до пересечения с Комсомольским проспектом. Так что, не "гнать"! Не уйти ему!


-19-


На одном из постов ГАИ, расположенных перед въездом в город, дежуривший лейтенант остановил "Волгу" с московскими номерами. Автомобиль двигался по направлению "в город". Водитель "Волги" не нарушал правил, просто молодой офицер упивался своей властью на дороге, а "пощипать" москвича - считал "делом чести". Велико же было его удивление, когда вышедший из автомобиля мужчина, направился ни к нему, а в противоположную сторону. И не просто "направился", а натурально побежал.

Молодой "летеха", какое-то время пребывал в замешательстве. Что делать? Палить в воздух? Бежать за водителем? Возвратиться к пульту, и связаться с "отделом"? Отогнать "Волгу" на "стоянку штрафников", а об инциденте, сообщить при сдаче дежурства?

Признав последний вариант наиболее правильным с точки зрения собственной безопасности, лейтенант обыскал салон "трофейной" "Волги", но ничего "дельного" - ни прав, ни документов на машину, ни путевого листа, - не обнаружил. Повозившись немного с замком, он открыл багажник. И обнаружил там, огромный черный дипломат. Дипломат был, не из дешёвых. Дорогая кожа, два цифровых замка, ручка из слоновой кости с золотым обрамлением в виде змейки. Однако удивляло в "чемоданчике" другое. И даже не то, что весил он, никак не меньше пятидесяти килограммов. К ручке из слоновой кости, были прицеплены "наручники". Рядом с ними, на бесцветной леске колыхались два маленьких ключика. Но, увы, от наручников.

"Золотом набит он, что ли?", - невольно подумал лейтенант. Первым, да и пожалуй естественным, его желанием, было - открыть дипломат. Если бы, замки были попроще, он бы так и сделал....

Однако работник автоинспекции знал, одно дело - ходить дембельской походкой по шоссе, и придираться к каждой "неиномарке", и совсем другое - его "самодеятельность" с вещдоками. А дипломат и машина, квалифицировались, как "вещдоки". К тому же, министерский вид "кейса" обязывал, относиться к этому вещдоку, с особым "почтением". Было решено, ни к чему не прикасаться, а машину отогнать на "стоянку"...

Отогнав автомобиль с проезжей части в кювет, лейтенант вернулся на свое "рабочее место", к пульту. Поднявшись в застекленную будку, возвышающуюся на бетонном постаменте, он связался с "дежурным", и сообщил ему о странном поведении водителя московской "тачки".

- Отгони на "штрафную стоянку". В рапорте всё опишешь. Машину, будем "пробивать" по нашим базам. Может, в "розыске" значится. - Вникать в проблему глубже, для "дежурного" значило - размениваться на мелочи.

Вернувшись в автомобиль, лейтенант обнаружил, что за время его отсутствия, чемоданчик - "спёрли". Наверняка, водитель вернулся? А может, кто-то из проезжавших мимо, "скозлячил"... "Бог дал, Бог взял", - успокаивал себя молодой сотрудник ГИБДД.

Водитель - "сделал ноги", дипломат - никто, кроме "постового" не видел... Было решено, в рапорте, ничего не сообщать о пропавшем чемоданчике. Очень скоро лейтенант забыл, и о задержанной "Волге", и о, убежавшем водителе....


В "девятке", следующей за "Волгой" с московскими номерами, сидели Атос, Кисель и Вьюга. Все трое симпатизировали Гилмору. Естественно, полагая, что благосклонность Гилмора обеспечит достаточный "иммунитет", в любой жизненной ситуации....

Заметив, что "волгарь со столичным фейсом" привлёк постового мента, парни заинтересовались и притормозили, метрах в двадцати от поста ГИБДД. Жуликоватый Атос, истосковавшийся по "адреналину" и признанию коллег, увидев, что мент в своей будке разговаривает по телефону, прокрался в "арестованную" машину, и забрал дипломат....

Виртуозность, с которой это было проделано, делала честь, даже признанному жулику.

"Девятка" снова неслась по шоссе. Пассажиров одолевало любопытство, что - в чемоданчике? А вот "казённый" вид кейса, парней поначалу напугал.

- Слышь, Атос, а ты уверен, что по поводу этого "чемоданчика", у нас - "канителей" не будет? Лично я, не очень. С какой стати, скажите мне на милость, эти "браслеты" на ручке? Поди, машина какого-нибудь правительственного "шишки"?

- Ага, - вставил весёлый Атос, - член правительства увидел мента, обосрался от страха и сиганул в лес!

- Да, не "гони" ты, Кисель. - Подхватил Вьюга. - Бабло, тоже в таких кейсах перевозят. Надо вскрыть чемодан. Если внутри - бабло, раздербанить по честному....

Кисель "поднялся" на Вьюгу.

- А что ты скажешь Гилмору? Ты не забывай, когда тебя "колчаковские" долбили, "работать" не давали, к кому ты побежал? А? То-то.

- Кисель дело говорит. - Подытожил Атос. Чувствовалось, что он здесь, главный. Почесав красный нос, Атос молвил. - Поедем в "Потёмкинъ". Гилмор, наверняка, там....

Но тут, "поднялся" Вьюга.

- Пацаны, может быть, это "подстава"? Сперва, надо проверить, что лежит в дипломате, а уж потом, докладывать о нём Гилмору... Иначе-то, "облажаемся"...

"Девятку" плавно обошла малиновая "Тойота". Обошла, и начала притормаживать. Вскоре, оба автомобиля "встали".

- Далеко ли, путь держите, пацаны? - Выскочивший из "Тойоты" Емеля, направился к "жигулям". Одновременно, подавая знак своему напарнику, что бы тот - звонил "пацанам". А что делать? "Волгарь" - их добыча. Следовательно, всё, что в ней лежит, тоже - их. Но, это ещё надо доказать, троице, едущей в ВАЗ-2109...

Наблюдая из своей "тачки" сцену у поста ГАИ с самого начала, Емеля с напарником изошли на дерьмо. Охреневшая "синева" покушается на их добычу. Сами-то, думают - что творят? Но, хорошо - всё то, что хорошо кончается. Чемодан будет неплохой компенсацией за безрезультатные гонки по шоссе....

Однако Атос знал, чем заканчиваются подобные встречи с пацанами Колчака. И потому, сдав чуть-чуть назад, дал по газам, и обошёл "Тойоту" Емели. Его самого, ударив бампером...


-20-


- Вы понимаете, Юра, в будке той, лежал труп. Но, это был труп совсем другого человека. Ни моего отца. Хотя одежда на нём, была - точь в точь, что и на том мужчине, который явился на встречу со мной...

- Мужчине? - Юра поднял на неё глаза.

- Я не видела своего отца - 100 лет. Для меня, он, всё-таки, "мужчина"..., - "выкрутилась" Софья.

В тамбуре электрички, кроме неё и Юры никого не было. Юра слушал размышления женщины. При этом курил, пуская кольца дыма кверху.

Они направлялись в селение Озёрское, Буртаевского района.

- И знаете, что интересно, на убитом, была одежда моего отца. - Софья прищурилась. Словно вспоминала, как выглядел труп в том вагончике, на улице Нейвинской.

Казалось, Юра не слушал. Он молча смотрел на проносящийся за окном "товарняк". Довольно равнодушно, спросил.

- Как вы считаете, он узнал вас?

Софья задумалась.

- Не знаю. Но, не думаю. Прошло много лет, и, вы же видели ту бабульку, в которую я перевоплотилась...

- Да-а-а, - протянул Летин. - Папаша той Софьи Антоновны, вряд ли, может проживать в нашем городе.

Софья насторожилась.

- Это, ещё почему?

Она уставилась на Юру. А тот, не спеша, затушил окурок, и, выпустив дым, пояснил.

- Да потому, что папа той миловидной бабушки, скорей всего погиб при штурме Зимнего дворца. Во время Октябрьской революции 1917 года.... А может, и при взятии Бастилии...

Следует заметить, что на этот раз внешний вид Софьи вполне соответствовал образу сорокалетней жительницы Кракова. Коротенькая дублёная шубка, высокие блестящие сапоги, заправленные в них джинсы. На голове у женщины, ничего не было. Её беловолосый ёжик, переносил её в возрастную группу, скорей внучек, нежели - их бабуль. Электричка остановилась на станции "Дубки".

- Не знаете, сколько мы стоим? - Софья, глядя в окно, выискивала здание железнодорожного вокзала. - А тут что, "вокзалов" не бывает? Уже который раз останавливаемся, а всё, то - в лесу, то - в поле...

- Послушав вас, Софья, невольно начинаю подозревать, что большая часть вашей жизни прошла в Европе.... И, что в Алуевске - вы, впервые. - Юра посмотрел женщину. Его удивила, её реакция на сказанное им. Он пояснил. - На этой "ветке", остановки, через каждые пять-десять минут... А живём мы, в Алуевске, то есть - на Урале. Понимаете? Здесь, места - лесистые...

Юра легко согласился, когда Софья его попросила, съездить вместе с ней до деревни Озёрское, Буртаевского района. Желание, хотя бы на время - покинуть город, было велико. Велико настолько, что он, даже не поинтересовался, что именно может заинтересовать жительницу Кракова, в глухом селении, на границе Алуевской и Пермской областей...

Софья уже знала, что Летин - "скрывается". "Подробности", на которые "расщедрился" Юра, её удовлетворили.

А укатить куда-нибудь из Алуевска - основания у Летина, были.

Позавчера, он осмелился, набрать рабочий телефон Илья.

- Аллё, - ответил, похоже, тот старлей, который допрашивал Юру. Его фамилия, кажется - Мякешин.

Услышав, что звонящего интересует Лагутин, старлей небрежно зажал ладонью телефонную трубку, и зловеще зашептал, обращаясь к Илье.

- Илюха, тебя. Кажется, это - твой Летин. Тяни время, "держи" его на телефоне, как можно дольше. А я, побежал к Гоше Рузавину. Узнаю, с какого "номера" поступил звонок. Поликарпыч с машиной, как раз - здесь...

Мякешин, услышав голос Летина, разволновался настолько, что зажал ладонью, не "микрофон", а "наушник". Таким образом, что Юра - всё слышал. Не дожидаясь, когда "пригласят" Лагутина, он положил трубку.

"Всё, Летин! Теперь, ты - один. Что делать? Не знаю.... Самое страшное - то, что я не могу доказать свою невиновность, ни в случае с Жарковой, ни - с Галкой... Жалко девку, её-то, кто?"....

Всё это время, Летин проживал в квартире, у Софьи. Если, кого-то "это" интересует, то, спали они - в разных комнатах...

На улицу без надобности, Юра не выходил. Целый день, либо - смотрел телевизор, либо - сидел за компьютером, который, к счастью, здесь - также имелся. Софья, ежедневно куда-то уходила. Принимая всякий раз, образ старушки. Юра, на время, обуздал своё любопытство. Пока что, собственные проблемы - его занимали, несколько больше.

В том, что в лаборантской комнате, находился кто-то ещё, - Летин был уверен на 100%. Кто именно, знала, очевидно, Галя. За что, её, поди, и убили... Я, по-прежнему, остаюсь самым желанным подозреваемым. Можно сказать, "хрестоматийным". Ненавидел пожилую сотрудницу. Оказавшись с ней, тет-а-тет, не сдержался, "врезал". Она упала, скончалась. Галя, что-то знала. Я и её - убил...

Узнав, что спасти Жаркову, так и не удалось, Юра загрустил. Ведь, только она, смогла бы сказать во всеуслышанье: "Летин, тут - ни при чём. Он, конечно, порядочный подонок и мразь... Шутка ли, пробирки за собой, никогда не моет. Ну, и мне, бывает, дерзит. Но, упала я, господа следователи, без его помощи...".

Но, Жаркова такого, уже никогда не скажет. Нет её, больше...

Простояв всю дорогу в тамбуре, Юра и Софья облегченно вздохнули, увидев на очередной станции доску, с надписью "Ст. Буртаевск., Свердл.ж.д.".

- Софья, мы приехали. Если верить "расписанию", нам предстоит "трястись" на рейсовом автобусе до самого "Озерского". Автобус уходит в 11.00. На часах, "пол третьего". Мы опоздали. Если, я не поймаю попутку, будем искать, куда попроситься на ночлег...

- Юрий, это обязательно? Может, попытаемся найти какую-нибудь машину? Я заплачу...

Летин, ничего не ответив, поплелся к избушке, выполняющей функции железнодорожного и автобусного вокзалов, магазина, общественного туалета и переговорного пункта. Размеры домика, казалось, не позволяли разместить в нем, даже какое-то одно, из перечисленных учреждений...

Зайдя внутрь, спутники обнаружили, что здесь же располагается и привокзальное "кафе". Кстати, на три столика, и достаточно уютное. Юра с Софьей проголодались. Было решено, прежде, чем двигаться дальше, чего-нибудь съесть...

Близился вечер, а вопрос с "транспортом", решён не был. Везти до Озерского, не соглашался ни один водитель. Из тех, кого удавалось остановить на шоссе. Хотя, большинство машин, завидев "голосующую парочку", вообще, даже не снижали скорость.

- До утра простоите, тута. Никто, в Озёрку не повезёт. - Проходящая мимо женщина, затягивала потуже белый платок на голове. - Там, за Озёркой, - продолжила она, - Гришка с Валентином живут, в своей берлоге. Они сегодня, у Вани Корячинца, на юбилее. Домой поедут, вас и захватят с собой. Правда, поздненько они поедут. Но, других-то, нету...

- Вы уверены? Что, никто больше нас не повезёт? - Юра оглядел с ног до головы женщину, и поинтересовался. - Поясните. Там - что, дороги нет?

- Дорога-то есть, да - хреновая она. - Не прекращая движения, отозвалась женщина. - Кроме Григория, никто не повезёт. Гришка с Валентином, если им заплатить, так и не туда, увезут...

- Заплатим, - в один голос заверили Софья с Юрой. - Сколько скажут, столько и заплатим, - весело пояснил Летин.

Тётка, так и не останавливаясь, коротко бросила.

- Ждите около отворота на ферму.

Подъехавший к ферме через полтора часа ГАЗ-69, очень походил на те, в которых герои телесериала семидесятых "Следствие ведут знатоки", гонялись за нарушителями социалистической законности.

В ГАЗике сидело двое. Мужчины, удивительно походили на людоеда из мультфильма про кота в сапогах.

Мужики, не разговаривали. Лишь, хмуро поглядывали в зеркало заднего вида. Тишина в "козлике" царила до тех пор, пока Летин, не поинтересовался:

- Мужики, ехать-то, далёко, или как?

Фраза была произнесена достаточно миролюбивым тоном. Прозвучала, как приглашение к неспешному разговору.

И тут, сидевший за рулём мужик, обозначил своё отношение, к таким вот, приехавшим из города "людишкам".

- А ты, чё, куда-то торопишься? Я, дык, не очень...

Оба здоровяка заржали, и Летину стало, "не по себе".

Ситуация усложнялась тем, что Юрий Феликсович - был, не один. При Софье, в любой ситуации, необходимо оставаться мужчиной. Юра, не очень воинственно, поинтересовался.

- Что, от скуки "прёт"? Бывает....- И, просвистев какую-то мелодию, пояснил. - Ты на дорогу смотри, орёл! Если, не поспеем в срок, комиссионных лишу. Понятно?

"С этой публикой, нужно - именно так. Если показать им, что боишься, сожрут без соли. Наглость же, потенциальной жертвы, их деморализует". Юра продолжил в "том же духе".

- Ну что насупился, зёма? Не умеешь ты, братан, уступать "силе". Потому что, дальше свого "Зажопинске" - ничего не видел. Потому-то, так и живёшь. Кого, монтировкой огреть, на кого - зыркнуть так, что б обосрался от страха... Ну и что?

- Гаврилу с "шиномонтажного", не знаешь? - Вдруг спросил здоровяк, сидевший за рулём. - Сам-то, где робишь?

- Не "на шиномонтажном", - сухо заметил Летин. Затем, словно устав от чего-то, признался. - Да нет, ребята, я - врач. "Фельдшер", по-вашему.

Водитель, услышав слово "врач", метнул взгляд на своего "однояйцового" близнеца. Детинушка "справа", посмотрел на "братца", и понимающе подхватил.

- Слышь, зёма, а ты - каких наук врач? Педиатрия, или, всё больше, по "общей"?

Что такое "по общей" в понимании таежных жителей, Юра не знал.

- Ребята, я закончил мединститут. Я - врач. Есть такая профессия... Как называется "по-вашему" - не знаю.

Всю оставшуюся дорогу, "братья" многозначительно переглядывались. Наконец, машина остановилась в темном лесу. Здоровяк за рулём остановил машину, и безапелляционно сообщил.

- Приехали! "Зелёная" стоянка. - Затем, посмотрев на Софью, пояснил. - "Перешнуроваться", надо. Задняя резина - "никакая". Я, живым, хочу доехать...

Уже давно, начало темнеть. Но братья, "перешнуровываться" не стали. Они исчезли в зарослях ельника. Фары погашены не были, и путешественники, молча смотрели на два жёлтых луча света, на грязной дороге. Это, ещё не "край света". Какая-то дорога, всё же, была. Снега, во всяком случае, на ней, почти что - не было.

Софья, спокойным тоном, спросила у Юры.

- Как вы думаете, они что-то замышляют?

Юра прищурился, словно мог что-то увидеть в лесном мраке. Обречено вздохнув, согласился.

- Скорей всего.

- Что делать?

- В школе, читал произведение под таким названием. Дан ли был ответ в той книжке - не помню. Короче говоря, "ноги делать" надо. И, как можно, быстрей...

С этими словами, Юра открыл дверцу со своей стороны....

Но вылезти наружу, ему не удалось. Потому, что один из "брательников", появившийся внезапно из темноты, довольно увесисто врезал ему в челюсть. Удар был нанесен, прямо в подбородок. Летин "отключился", на коленях у Софьи...


-21-


По груди "прибежала" струйка холодной воды. Видимо, его пытаются напоить. Юра открыл глаза. Незнакомая женщина поднесла к его высохшим губам тяжеленный ковш, умудряясь удерживать его одной рукой. Юра сделал глоток. Вода была ледяной. Он молча опустил веки. Для говорящего, на любом языке мира, это означало - "Пить, больше не хочу. Опусти мою голову на подушку, и расскажи, где я". Женщина, лицом - очень напоминала калмычку. Впрочем, каждый житель планеты Земля, своим лицом - кого-то напоминает....

Под головой, Юра почувствовал жесткую подушку. Женщина встала, и отошла. Теперь, стало возможным, разглядеть её "в полный рост". Лицо, грубое. Но, по-своему, сексуальное. Этакая, "пещерная леди". На вид, лет тридцать. Хотя, руки у этой, в общем-то, симпатичной бабы, напоминали "клешни" столетней старухи. Жилистые, даже - какие-то, "корягообразные".

"Скорей всего, я нахожусь, в одном из "леспромхозов". А в леспромхозах, женщины не имеют привилегий в выполнении работ по дому. Собственно, здесь всё население, так или иначе, задействовано в "валке леса". Это, столь же очевидно, как и то, что все жители побережья, так или иначе, задействованы в обеспечении землян "дарами моря". Там - рыба, здесь - лес. Тысячи "не срубленных" кубометров осины, сосны, ели...

Юра провел языком по небу. Ощущение, "наждак по напильнику". Всё-таки, надо попробовать, произнести какое-нибудь слово.

- Пить..., - прошептал он.

Сперва, Юра не обратил на это внимания, но сейчас, он заметил, на лице женщины отсутствовали какие-либо эмоции. Маска "мертвеца"

Женщина взяла со стола тяжеленный ковш с водой, и, совершенно легко, поднесла его ко рту Летина. На этот раз, Юра пил до тех пор, пока не напился. Он снова, опустил веки.

Попытался "прокашляться". У него, получилось.

- Скажите, где я нахожусь. И, кто такая - вы? За воду - спасибо. Очень вкусная. Итак, населенный пункт, в котором мы находимся, называется - ....?

"Пещерная" женщина молча посмотрела на Юру, и, не сказав ни слова, отвернулась и вышла.

То, что на стенах не развешены шкуры убитых животных, а в углу комнаты - не сидит на привязи прирученный волк, Юру, скорей удивило, чем обрадовало. Однако, и это было совершенно очевидно, он - в глухущей глухомани.

В избу вбежала "калмычка", а за ней, быстрыми шагами вошёл один из "братьев" с ГАЗика, кажется, водитель.

- О! - Обрадовано воскликнул он. - Не работаешь, говоришь, на "подшипникомонтажном"? Молодчик! - Он, повернувшись к женщине, небрежно скомандовал. - Накрой на стол.

Через несколько минут, на столе появились - бутылка водки, откупоренная банка шпрот, огромная миска с квашеной капустой, и каравай самоиспеченного хлеба.

Здоровяк наполнил до краев два стограммовых стаканчика. Один из них, пододвинул к Летину. Коротко скомандовал.

- Пей. До дна.

"Калмычка" кинулась, было, передавать стопку лежащему Летину, но мужик на неё гаркнул.

- Пшла вон! Пусть сам, поднимется, и выпьет. Чё, он - не мужик, что ли? Мне - нахрен, такой доктор, которому стопарь - к хайлу подносить нужно... Пшла вон! Его Борька, слушать - совсем не будет....

Женщина безропотно вышла. Теперь, они сидели напротив друг друга. Юра не знал, ни - где он находится, ни - кто перед ним сидит. Ну, скрывать от Летина это, похоже, никто не собирается. В этих местах, закон - тайга, а прокурор - медведь. Собственно, что за местность, за пределами этой избы - Юра не видел. Но манеры и выражение лица здоровяка, подсказывали, Летин - не в центре Манхэттена.

Юра силился вспомнить, последние минуты, которые он прожил, будучи в сознании. Софья. ГАЗ-69. Братья-людоеды. Удар по голове...

Думать, было больно....


-22-


- Извините, пожалуйста, вы не подскажете, где проживает Аглая?

Невысокая женщина, которой был адресован вопрос, остановилась, и повернула голову. В глазах - недоверие, даже, какая-то подозрительность. Лана поёжилась под пронзительным взглядом, но взгляд - не отвела.

- Я, Аглая. - Сказала женщина, и засеменила в сторону скосившейся набок избы. Её домишко был, самым неухоженным и старым в микрорайоне Коровино. Но это, отнюдь, не угнетало пожилую женщину. Впрочем, если бы Аглая брала с посетителей деньги, она могла бы давно уже, уехать отсюда в самый престижный район города...

Лана догнала "ясновидящую" - ещё не старую женщину, но сгорбившуюся, явно, по-старушечьи.

- У меня, к вам - дело...

- У всех, дела...

- Понимаете, я потеряла отца...

Аглая ещё раз внимательно осмотрела "просительницу" и остановилась.

- Скажи, твоя мать - не приходила ко мне?

Обрадовавшись, тому, что её признали "своей", Лана достала из сумочки фотографию и протянула её Аглае. Та недовольно поморщилась, но на фото не взглянула. Строго произнесла.

- Не здесь...

Жарковой Свете пришлось просидеть в избушке минут двадцать. Хотя на общение с ней, ясновидящая потратила не более пяти минуты. Но, прежде чем заняться разглядыванием принесенной фотографии, Аглая раскрыла банку тушёнки, разогрела овощное рагу, и сварила кисель. Всё это, принёс вчера самый поздний посетитель, приятный мужчина лет тридцати... Быстро, почти что по-армейски, поев, она сняла с печки большущий алюминиевый чайник. Вылив из него горячую воду в тазик, помыла за собой посуду. Всё это было проделано молча, словно в комнате никого больше не было...

Взглянув на снимок, женщина-экстрасенс вздрогнула. С фотографии на неё смотрела её недавняя посетительница. Всё тот же недобрый взгляд, все те же, плотно сжатые губы...

Начавшаяся болезненная пульсация в висках, напомнила приход той женщины, матери сегодняшней посетительницы.

- Какие у тебя вопросы? То, что она мертва - ты знаешь. Что еще, хотела бы ты узнать?

- Но тот, кто её убил, - жив, и может повторить "подобное", много раз.... - Поколебавшись немного, Лана отвела в сторону глаза, и тихо произнесла. - Помогите мне, наказать этого человека? - Она выложила на стол маленькую фотокарточку Летина, вырезанную, кажется, из общего снимка. Когда-то, этот мужчина с мамкиной кафедры, Светлане очень нравился. Она, помнится, разглядываю общий снимок кафедры физиологии, неоднократно спрашивала, женат ли он? Мать, в такие минуты, ругалась "трёхэтажным" матом. У Антона, поди, научилась. Один раз, она визжала так, что из ванны, голышом и в пене, выскочил испуганный Гурон...

Аглая даже не глянула на снимок.

- Послушай, женщина, я не судья, и не палач. Мне никто не давал права "наказывать", я сама - грешна. Откажись от мести, прости всех тех, кто причинил тебе боль. Только так, можно помочь. И им, и себе.... - Она посмотрела на фото, и замолкла. Помолчав недолго, взяла снимок в руки и поднесла поближе. Не прекращая вглядываться в лицо на фотографии, продолжила. - Этому человеку сейчас, очень плохо. Ему самому нужна помощь. Он, далеко... Скажи, за что, ты хочешь его наказать?

- Я хочу отомстить за смерть матери...

- Выброси из головы... Он ни в чём не повинен...

Лана заерзала на стуле, хотела что-то сказать, но внезапно, разревелась.... Она не плакала так, по настоящему, уже много лет. Ясновидящая смотрела на неё понимающе. Дескать, поплачь, будет легче... У тебя в сердце - столько грязи, как же тут не поплакать...

- Мертвым - не поможешь. А жить, надо ради живых..., сказала Аглая, провожая Свету. - Отца-то, не нашли? Я помню, говорила твоей маме, что бы поискали на Нейвинской...

Простояв у калитки до тех пор, пока Лана не скрылась за крайними домами, Аглая решила принести в избу воды. С этой целью она сняла со стены, тут же рядом с "парадной" дверью, огромное коромысло, и направилась, было, в сторону колодца. Но внезапно, над самым ухом громко прозвучал вопрос.

- Ну что, нашли своё зеркало?

Рядом с женщиной "вырос" мужчина в милицейской форме. Она узнала его, довольно приятного мужчину. Когда, перед "женским" днём обокрали соседей, милиция обошла всех в округе, а это - двенадцать, рядом стоящих домов. Были они, и у Аглаи. Аглая не разбиралась в знаках отличий на погонах, но этого милиционера она выделила за его вежливость. Из всей опер группы в тот раз, он был единственным, кто обращался к ней на "вы". Аглая, проникнув к нему уважением, пожаловалась, помнится, на потерю зеркала. Старое округлое зеркало, размерами с блюдце, женщина, всякий раз, подкладывала под фотографии, которые ей приносили.

Видимо, до сих пор не поймали вора, - подумала Аглая, стараясь, выглядеть приветливо. Мужчина, широко улыбаясь, взял из рук ясновидящей коромысло. Навесив с обеих его сторон по большому оцинкованному ведру, он скрылся за калиткой. Заправив бак во дворе до краёв, милиционер строго погрозил пальцем пожилой женщине, и весело подмигнул.

- Да с такими способностями, как у вас, найти зеркальце в четырёх стенах - раз плюнуть. Поищите, получше....

И вдруг, совершенно не осознавая свои слова, Аглая произнесла.

- Холодильник и стиральная машина - в доме у Солончихи, это - второй с краю, а остальное - видимо, уже продали...

Почему, эта, непонятно к чему относящаяся фраза, "слетела" с её уст, женщина объяснить не могла. Она и впрямь, никогда не была у соседей, которых обокрали. Даже, не знала их в лицо...

Милиционер посерьезнел, но, ничего не сказав, развернулся, и направился в сторону автобусной остановки. Он не оглядывался, но Аглая знала, что он обдумывает её последние слова...


-23-


Братья Григорий и Валентин рано лишились родителей. Отца, вообще - не помнили. C матерью, жили до определенного возраста, пока их не определили в интернат...

Выживать в этой жизни, приходилось самостоятельно. Братишки закончили "восьмилетку" в Гайнском интернате, там же - обучились на егерей.

Там же, схлопотали по первому "сроку"...

Погодки, вернувшись в родные места, первым делом - решили вопрос с жильем. Они, "тупо" заняли чью-то охотничью сторожку. Можно сказать, отобрали. И, заодно, накостыляли какой-то Алуевской братве, прибывшей, "на халяву" пострелять лося. Группу "карателей", незамедлительно примчавшихся из города, ставить на место самозванцев, братья обстреляли из двустволок... Короче говоря, из-за дряхлой избушки, оставаться без головы, никому из "городских" не захотелось....

Руки, у братьев - были, и, за пол года, они отстроились и расширились. Старший, Гришка, обзавелся "гражданской" женой. "Обзавёлся", это значит - отнял в придорожном трактире у какого-то "заблудившегося" дальнобойщика. Женщина безропотно перешла к новому "хозяину". Правила кочевой жизни допускали, и такой способ создания "семьи".

Все работы по дому вела Гана. Все, без исключения. Оба мужика, муж Гришка и его брат Валя, не считали нужным, помогать ей. И без их помощи, Гана - со всем справлялась играючи.

Чем занимаются мужчины, её особо, не интересовало. Те, уходили из дома, на несколько дней. Возвращались - уставшие, молчаливые, злые. С ней не разговаривали. Она поочередно мыла каждого в бане, после чего, братья спали беспробудно целые сутки.

Всё то время, пока братья находились в очередной отлучке, немногословной Гане приходилось коротать вечера "в одиночку"...

В одиночку?

В том-то и дело, что - не совсем, "в одиночку"...

Было у братьев, одно несчастье на двоих. Их младший брат - Боря.

Вообще, Боря - не был "стопроцентно" родным братом. Отец, всё-таки, у него - был другой. А вот матушка, у Григория, Валика и Борьки - была одна. И если Гришка с Валиком - являлись "погодками", то Борис - отставал по возрасту, аж, на одиннадцать лет. Оттого и свалилась весточка о нем на головы братьев, как мешок с кирпичами.

Имея о брате информацию, весьма приблизительную, Григорий и Валентин, всё же, отправились в Пермь, в местную областную психиатрическую больницу, откуда им пришло сообщение о Борюсике....

Все обитатели "третьего мужского отделение" пермской областной психиатрической больницы, пациенты и медперсонал, называли Борю - Борюсиком.

Никогда раньше, братья не виделись со своим "младшеньким".

Пока Валентин дожидался заведующего отделением, что бы тот поставил свою подпись на документах по "выписке", Гриша опросил кое-кого из "третьего мужского отделения". И вот что, ему удалось выяснить.

"Третьим мужским", называлось "отделение судебно-психиатрической экспертизы". Отделение являлось закрытым, и в прямом, и в переносном смыслах. Территория, вокруг отдельно стоящего корпуса, тщательно охранялась наружной и внутренней охраной. Все сотрудники отделения экспертизы, являлись мужчинами и, хоть и носили белые халаты, имели милицейские звания.

Например, прапорщик Марьин, один из дежуривших на КПП санитаров.

- Забирать будете? - Только и спросил он, после долгого изучения документов, представленных Григорием.

- А что, можно - не забирать? - Гришка сразу понял, что его понесло - "не в ту сторону". Он попытался, исправиться. - Мы с братом, живём вдвоем. Места - всем хватит.

- Да ты, это тёще своей расскажи! Про брата-акробата. На кой, оно мне? - Прорычал "прапор", отправляясь на второй этаж, за вещами "выписываемого".

Спустившийся вместе с ним обезьяноподобный крепыш, на "брата" - похож не был. Но, "единоутробный родственник" - это свято... Да и кто, ещё поможет "несчастному"?

У Бори, всё было большое. Большие зубы, большие губы, особенно - нижняя, крупные уши, руки, ноги... Однако и Гриша был "не маленьким".... Удивляло, другое. Лицо Бори постоянно менялось. То, оно напоминало лицо "затюканного" страдальца, а то, превращалось в маску персонажа "театра ужасов". Владение мимикой, у брата было феноменальным. Увеличенные надбровные дуги и выпирающие скулы, делали Борю, похожим на ужасного "гоблина". Грубая кожа лица образовывала складки, отчего, он выглядел намного старше своих лет. А было ему, в пору "воссоединения" братьев, 25 лет. Четверть века. Мужик, в полном расцвете сил! Походка широкогрудого, но сутулого Бори, очень напоминала передвижения огромного орангутанга. Достаточно было одного взгляда, что бы понять - силушка в Борюсике заключена немереная.

Каким образом Борюсик оказался в психиатрической клинике, братья так и не выяснили. Собственно, лишь однажды, Григорий вспомнил, случайно услышанный в далеком детстве, разговор матушки с бабкой Прасковьей. Бабка Прасковья, срывалась на мат, отговаривая мамку от этих родов.

- Ты подумай, дура, сколь тебе годков-то! Родишь урода, не раз меня вспомнишь...

О пророчествах бабки Прасковьи Гриша вспомнил, едва заметил улыбку Бори, когда того выводил с КПП прапорщик Марьин. Младший брат, раздувая ноздри и пуская ртом пузыри, восторженно разглядывал, пришедшего за ним "дяденьку", с ног до головы. При этом несчастный братишка, трясся всем телом, и издавал трудноописуемые звуки....

Малообразованным братьям, запись в истории болезни Борюсика, ни о чём не говорила. А гласила та запись, буквально следующее: "посттравматическая энцефалопатия, деменция средней степени". Любой медик расшифрует это так: "слабоумие, вследствие механического повреждения головы"....

Валентин, дождавшись заведующего отделением, попытался, было, выяснить, что за хворь, у их "младшого".

Врач говорил, тщательно подбирая слова. И постоянно следил за реакцией Валентина на сказанное.

- Видите ли, у вашего брата, была тяжелейшая черепно-мозговая травма. Где, и при каких обстоятельствах - никто не знает. Сам он, тоже - особой многословностью не отличается. После таких травм, чаще всего - не выживают. Но Господь, сжалился над Борисом. Конечно же, взамен, придется потерпеть.... Как говорится, за всё - надо платить. Ваш брат изменился. Изменился, главным образом, интеллектуально. Но.... Не забывайте, что степень компенсации психического дефекта в известной мере зависит от обстановки, окружающей больного. В привычной жизненной ситуации интеллектуальный дефект меньше заметен. Он, как бы, скрыт образовавшимися в течение жизни автоматическими навыками и шаблонами поведения. Опять же, необычная обстановка, сложная ситуация - способствуют более явному проявлению слабоумия. Создайте брату уютную домашнюю обстановку. Не перегружайте его излишними интеллектуальными решениями. Не надо. Возможен срыв.... В такой ситуации, обостряется агрессия. Вы знаете, ваш брат, замешан в убийстве.... Его ведь к нам привезли из Калининградской больницы интенсивного наблюдения. В той больнице, содержатся преступники на принудительном лечении. В "уголовном деле", как мне кажется, замешаны крупные военные чины. Там, многое - так и осталось невыясненным. Борис, бывает, молчит подолгу. Иногда, несколько недель. В общем, ничего не удалось доказать. Но, как медик, с полной уверенностью заявляю, что, то убийство, в котором его подозревают - он совершить мог.... Впрочем, в заключение судебно-психиатрической экспертизы, я подробно изложил свои выводы по результатам тестов. Следователь, сердобольный попался. У него, у самого - сестренка, с синдромом Дауна...


Жизнь братьев, после присоединения к ним Бори, заметно усложнилась. Дело в том, что за братом, требовался уход. И даже не уход, а серьезный контроль. Ну, не стали бы Борюсика держать в психбольнице, будь он - нормален...

О том, чем занимался Боря все эти годы, Гриша с Валей, попытались расспросить его, в первый день. В ответ, Борюсик, или хохотал идиотским смехом, или впадал в бешенство.

Врач при выписке, предупредил.

- У вашего брата - возможны "срывы". Приступы немотивированной агрессии, в том числе. Старайтесь, не оставлять его одного. Хотя бы, в первое время. Иначе, он таких делов, вас "наворотит". И, между прочим, с него - не "спросишь"...

В Уголовном кодексе Российской федерации есть статья 19, которая гласит: "Уголовной ответственности подлежит только вменяемое физическое лицо, достигшее возраста, установленного настоящим Кодексом".

А в статье 21, сказано: "Не подлежит уголовной ответственности лицо, которое во время совершения общественно опасного деяния находилось в состоянии невменяемости, то есть не могло осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими вследствие хронического психического расстройства, временного психического расстройства, слабоумия либо иного болезненного состояния психики".

Ну, словно, специально для Борьки, "статейка" в Кодекс включена...

Уезжая по делам, оставлять Борьку под контролем Ганки, братья опасались.

Было решено, содержать его в отдельном доме. Соблюдая те же правила изоляции, что и в больнице. Собственно, второй дом, целиком построенный братьями, очень подходил под "домашнюю клинику". Да и размерами, он намного превосходил "халупу", в которой жили сами братья. Оба дома надежно скрывались от нежелательного глаза. Вдоль дороги, располагались плотные ряды густых елей....

Но беда, как говорится, не приходит одна. К весне, состояние Бори резко ухудшилось. А этому, предшествовала его пропажа. Да, да, Боря - на время исчезал. Причем в самом прямом смысле...

Братья, уехав в очередной раз по делам, отсутствовали целую неделю. И ровно на этот срок, покидал свой домик Борис. Где он находился всё это время, видимо, навсегда останется тайной. Пропажу, заметила одна лишь Гана. Не заметить, не могла. Ведь именно она, ежедневно кормила "душевнобольного", и меняла ему "судно". Исчезновение Бори, предполагало наличие какого-то скрытого лаза, или потайного хода... Двери-то, Гана закрывала на два замка. На окнах - решетки. Но Боря, тем не менее, ушёл.... Хоть, и вернулся. Через неделю.... Как исчез, ничего никому не сказав, так и появился, тихо и незаметно. Гана решила, об исчезновении Бори, братьям не рассказывать.

Григорий, едва братья по прибытии шагнули за порог своего двора, вошёл в избу, где спал Борюсик. Брат лежал на печи, и похрапывал.... Облегченно вздохнув оттого, что в эту поездку дома ничего не произошло, старший брат отправил Гану, растапливать баньку.

А к обеду, до братьев дошло страшное известие. Минувшей ночью на железнодорожной станции было совершено зверское убийство путевого обходчика. Точнее, обходчицы. 55-ти летняя женщина, готовилась через неделю выйти на пенсию. Убийца, по заключению судмедэксперта, насиловал жертву четыре (!) часа. Избивал, и насиловал. Даже, уже мертвую...

Боря, по заверениям Ганы, даже с печи не вставал. Так и лежал целыми днями. Даже "опорожнялся", тут же, в ведро...


-24-


- Тебя, как звать-то?

Жёсткий взгляд Григория, и тон, которым был задан вопрос, как бы объяснили - "ху ис ху". То есть, кто тут - задает вопросы, а кто - отвечает на них. Летин равнодушно повертел в руках стакан с "горилкой". Не спеша, ответил.

- Юра. - И тут же, попытался "перехватить" инициативу разговора. - Полностью, Юрий Феликсович. Но, не это - главное. А главное, где я нахожусь? И почему, я - здесь? А самое главное, почему я здесь, не по своему желанию? Я - что, в плену?

Григорий наигранно усмехнулся. И глядя в пол, серьезно сказал.

- Ты тут, особо не умничай. Ты находишься здесь, по одной единственной причине. Потому, что ты - врач. Ещё вопросы есть?

Юра удивленно посмотрел на "дикого" мужика. Поинтересовался.

- Вы считаете, что одного этого - достаточно, что бы бить меня в челюсть, "вырубать", тащить в тьму тараканью? Поверьте, я - не единственный врач в этой стране. И, даже, в этом городе... Что за дикость, в конце концов? Немедленно доставьте меня туда, откуда привезли! Где, в конце концов, Софья? Ну, та женщина, которая была со мной...

Григорий попытался "изобразить" удивление. Дескать, слова Летина ему не понятны. Получалось, плохо...

- Какая женщина? Ты же, был один...

Юра застонал от бессилия. "Знакомый прием. Сейчас, все они будут, перебивая друг друга, доказывать, что со мной никого не было, и что, вообще, я явился сам, и попросился на ночлег...".

Молчание Летина, Григорий воспринял, как смирение со своей участью. Он одобряюще похлопал Юру по плечу.

- Вот это, по-нашему, по-мужицки! Сам-то, с каких мест будешь?

- Из-под Роттердама, - не задумываясь, ответил Юра.

Его ответ, "мужика" устроил.

"С вами - всё ясно", - сделал заключение Юра. "А, собственно, что ясно-то?".

- Послушайте, объясните мне толком, где я нахожусь, как сюда попал, и что вам от меня нужно. Я согласен, искать компромисс. Естественно, разумный. Говорите, слушаю вас внимательно.

Гриша, не пытаясь скрыть самодовольную улыбку, уселся поудобней. И налил им обоим, по "второй" стопке. Протянул Летину, наполненную до краев "соточку".

- Держи, что ли...

Они выпили, не закусывая. Юра заметно захмелел. Двести грамм водки, в его состоянии - не мало...

Григорий налил снова. Выпил сам, но Юре не предложил. Занюхал рукавом, и, глядя Юре в глаза, "сквозь зубы процедил".

- У меня есть брат.

- Я это знаю, ты - не нервничай. Да я же, вас обоих видел. Кстати, вы очень похожи...

- Не перебивай. У нас с Вальком, есть ещё один брат. Борис. Он - болен.

"Мужик" начал заикаться. Значит, сейчас скажет о самом главном. Из-за чего, они меня и "выкрали"... Юрины предчувствия подтвердились. Гриша, глядя в пол, невнятно промычал.

- У нашего Бори - несчастье. Он - серьезно заболел. Но, понимаешь - какое дело, вести его в райцентр, показывать тамошним "коновалам", у меня нет ни времени, ни возможности.... Как бы тебе объяснить... Короче, Борька, не совсем соображает. Мы с Вальком, его из Перми привезли, с тамошней больницы. Боря, порой, подолгу не разговаривает. Как будто, никого не узнает. А нам с Валентином, кровь из носу, а каждую неделю - необходимо по работе, отчаливать на 3-5 дней. Подсекаешь, в чем - проблема?

- "Подсекаю", - честно признался Летин. - Вам, не с кем оставить вашего брата, который, к тому же, не совсем - "в себе", так?

- Так! - Обрадовано подтвердил Григорий. "Врач" начинал ему нравиться. Схватывает на лету, понятливый. - Ну так, что? По рукам?

Юра улыбнулся.

- Так ты, хоть бы изложил, суть проблемы! Как я понимаю, ты хочешь, что бы я поработал у вас сиделкой? Извини, старик, но моей квалификации - для такого дела, будет многовато. - Юра давно уж понял, что с этим "лесным жителем", необходимо во всем соглашаться. Только так, можно будет, отсюда сбежать. Его, похоже, хотят заполучить в качестве бесплатной, и вечной няньки-сиделки. Юра, изобразил на лице, сочувствие и заинтересованность. - Тут, тебе сможет помочь, какая-нибудь старушка-пенсионерка. Оно, и подешевле будет. Я-то, много запрошу...

- Сколько? - Не стерпел Григорий. - "Много", это - сколько?

"Похоже, что у этих "дремучих дровосеков" - деньги, действительно, водятся. Может, обозы грабят на дорогах? Внешностью, только на это и годятся...". Юра загрустил. Невозможно, придти к "консенсусу" с этим "таёжным Бармалеем". Как быть? Хорошо хоть, наручники с кандалами на него не надевают. Значит? Значит, удастся бежать. А пока, необходимо, со всем соглашаться. Но, куда же, всё-таки, подевалась Софья?

- Что от меня требуется, конкретно?

- В последнее время, Боря становится всё хуже и хуже. Мы с братом, ничего понять не смогли. Я привез сюда фельдшера, со Студеного Лога. Тот, прописал Боре - инсулин...

- Что, так сразу - инсулин? А почему, ни.... Хотя, ладно, рассказывай дальше.

Из дальнейшего рассказа, Юра понял, младший брат мужиков с ГАЗика - когда-то где-то сильно получил по голове. В результате этого, сделался "недееспособным". Что ж, бывает. При этом, то - агрессивен, то - скрытен. Но с недавних пор, у Борюсика (как называют своего брата лесные Робин Гуды), развился сахарный диабет. "Братья", конечно же, об этом и не догадываются, но диабет, скорей всего, также - следствие черепно-мозговой травмы. Боря-Борюсик нуждается в ежедневных инъекциях инсулина. Собственно, именно за этим, Юра сюда и доставлен. Обязанностей, на него навешивают - две. Следить за братом, во время отсутствия Гришки с Валентином, и колоть ежедневно Борьке инсулин.

По выражению глаз Григория, Юра понял - для того, такая постановка вопроса - единственно верная, и всех устраивающая. Включая Юру.

- Сколько вы будете, мне платить?

- Столько, сколько захочешь. Я не шучу.

- По вашему жилью не скажешь, что вы - сказочно богаты. Посему, мой гонорар, видимо колеблется, где-то, между - бутылкой водки по субботам, и "стольником" - в конце каждого месяца?

Вместо ответа, Григорий встал и вышел в "предбанник" избы. Вышел, и тут же вошёл обратно. Подошёл, и разложил на столе перед Юрой несколько запаянных полиэтиленовых кульков. В каждом из них лежало золото. В некоторых кулёчках - песок, а в остальных - небольшие самородки...

Юра присвистнул.

- Ого. Я, оказывается, имею дело с золотодобытчиком.

- Через месяц, ты получишь золота столько, сколько сможешь с собой увезти. Я не шучу. Но для этого, этот месяц, ты должен быть здесь. Следить за Борькой. И вообще, у тебя - нет выбора.... Через месяц, надеюсь, все мы отсюда уедем. И я, и Валька, и Борюсик. А пока, поживи здесь...


-25-


Куда же, подевалась Софья? Этот вопрос, на данный момент, занимал Юру более всего. Остальные проблемы, а именно - "уголовное дело", которое на него завели, и это беспардонное пленение в семье "таежных вурдалаков" - волновали его также, довольно остро.

И всё-таки, исчезновение Софьи, доставляло наибольшую душевную боль.

"Быть может, её - уже, нет в живых? Гоблины, поди, умертвили "гостью из Кракова", любящую переодеваться в одежды своей прабабушки. Ну, тогда, особо улыбаться им - нет смысла. Впрочем, смысл-то, как раз, в этом случае, самый, что ни на есть, прямой... Остаться в живых, и сбежать при первом удобном случае - чем, не смысл?

Когда Юру повели знакомиться с Борюсиком, Гана проводила его жалостливым взглядом. Этот взгляд Юра прочитал "по-своему": обратно, он может не вернуться...

Посреди комнаты, прямо на дощатом полу, сидел детинушка невероятных размеров. Хотя, судить о его росте, было, пожалуй, рановато. Он же, всё-таки, сидел на полу. Однако, крупные голова, подбородок, нос, уши, конечности, подсказывали - рост Бори, никак не может быть меньше двух метров. Впрочем, тот факт, что этот здоровяк является младшим из братьев, выдавался его лицом. Было совершенно очевидно, Борюсику ещё нет и тридцати....

Первое, о чём подумал Летин, глядя на "больного", это то, что его лицо, отнюдь, не выглядело лицом конченого идиота. Следы былого интеллекта явственно читались, и в его взгляде, и в мимике, вообще. Но, откуда в его глазах эта агрессия? Он ведь меня видит, первый раз в своей жизни! В конце концов, коли уж, "башню рвёт" у их братца по серьезному, какого хрена, вообще, его выписали из стационара.

Гриша подошёл к "младшенькому", нагнулся к нему, и потрепал за ухом.

"Словно, дрессированного цербера", - подумал Юра.

Между тем, старший из братьев, стараясь говорить убедительным тоном, предложил Борюсику, как-то прореагировать на их приход к нему в избу.

- Борь, встань. К тебе тут, доктор пришёл. Посмотреть тебе хочет. Ну, вставай, вставай, не ленись. Только посмотрит, и на сегодня - всё...

Юра коснулся плеча Григория. Дескать, дальше - я сам. И повернувшись к "больному", присел перед ним на корточки.

- Ну, что нас беспокоит? - Спросил Юра, "прокручивая" в памяти, симптоматику раннего диабета. - Есть ли, сухость во рту? Жажда? Кожный зуд? Кровоточивость десен? Как - мочишься? Как - аппетит, сон? Может, фурункулез замучил?

- Ты спроси, про головные боли... У него, в последнее время, усилились боли...

Юра повернул голову, и строго посмотрел на Григория. Дескать, в ваших подсказках я не нуждаюсь. Но, повернуться обратно, к Борюсику, он не успел. Поскольку "больной", выждав подходящий момент, набросился на "доктора". Кисти его рук, словно стальные клещи, сомкнулись на шее Юры... Силушка в Борюсике заключалась немереная. Летин мгновенно потерял сознание...

Очнулся он, лежа, в той же самой койке, где впервые "пришёл" в себя, уже, будучи в "плену"...

Рядом с ним хлопотала Гана. Было заметно, что женщина, искренне переживает за Юру.

Летин попробовал, повертеть головой. Это, удавалось с трудом. Да-а-а, силы у этого дебила, как у мамонта. А может, он сломал мне шею? Летин вновь, проверил, насколько ограничен объём движений в шее. При наклоне вперед, возникала сильнейшая боль, и Юра, даже вскрикнул...

Гана, находясь рядом, тут же, начала взмахивать руками, и бормотать что-то на незнакомом языке. "Она, похоже, в самом деле - калмычка", - подумал Юра. В институте, у него был однокурсник. Его звали Олег. Внешне - натуральный калмык. Но, по паспорту - русский. Его, помнится, так и называли, "Олег-русский"...

- Гана, что произошло? Он что, конченный отморозок? Почему, они его не сдадут в психиатрическую клинику? Что говорит твой муж, по этому поводу?

Гана заплакала. Она ревела беззвучно, видимо, хозяин приучил, плакать без слез и без звука. То, что хозяином Ганы, был Гриша, она и не скрывала. Сам Гриша, хоть и считал эту женщину женой, обращался с ней, как с рабыней...

- Брат Григория - сущий дьявол. Я, даже не говорю уже ничего Григорию. До того, как у нас поселился этот сатана, муж относился ко мне, намного лучше. Держи, - Гана протягивала Юре ковшик, на этот раз небольшой, с домашним квасом.

Даже глотать, и то - было больно. Видимо, ещё чуть-чуть, и этот вурдалак оторвал бы голову.

Рядом с избой послышались мужские голоса, а вскоре, в дом вошли братья. Григорий, постояв пору минут у входа, вышел в предбанник. Валентин подошел к койке с лежащим Юрой.

- Ну, с крещеньицем! Это, первые десять лет - трудно, а потом - привыкнешь... Вон, у неё спроси, - Валёк указал на Ганку. Налил себе полный стакан мутной жидкости, выпил, поморщился. Посмотрел на Летина, от души расхохотался, и вышел.

Когда дверь за мужчинами закрылась, Гана снова села на край кровати, где лежал Юра.

- Вы, ещё многого не знаете. Их младший брат, чудовище - каких свет не видывал. Представляете, он меня насиловал трое суток без остановки. Откуда, в нём столько...? Я побоялась рассказать Грише, он бы меня убил... Не его, а меня. - Женщина зарыдала, и уткнулась лицом в платок. Потом, словно они, об этом и говорили, спокойным тоном произнесла. - Завтра, они уезжают опять. Я это знаю. Вас, самое меньшее - на трое суток, закроют с этим чудовищем в одной избе. Даже я, не смогу вас выпустить, случись что. Советую, взять с собой какой-нибудь острый предмет. Мало ли, что...


-26-


Кровать в этом доме была намного мягче и шире. Григорий привел Юру около десяти вечера, и свет здесь, уже не горел. Ничего не сказав, старший брат, постоял немного, и ушел. Тщательно закрыв за собой дверь на два замка.

Поначалу, Юрке показалось, что в доме никого нет. Когда глаза привыкли к темноте, он выбрал широкую кровать у окна, и, не раздеваясь, лег спать. Спать? А получится ли? А что, может - не получиться? Ну, это - кому как...

Где-то поблизости, возможно, крадется монстр. Быть может, того и ждет, когда Юра заснет. Впрочем, что бы "замочить" Летина, монстру - без разницы, спит Летин, или - бодрствует. На Летина, у "младшего" брата, хватит одного мизинца. Медведь, он и есть - медведь. В природе, случай, довольно распространенный. Силушки, как у носорога. Ума, к сожалению, тоже, как у этого африканского животного...

Прошло, часа два, а "чудовище" на Летина, до сих пор, так и не напало...

Может, "минотавр", не такой уж, и неуправляемый? Может, старшего-то, слушается? Старший брат, очевидно, дал команду - пока что, не убивать. Поистязать немножко - можно, а уж "кончать" гада, необходимо в последнюю, в третью ночь. Как семинариста Фому, из "Миргорода"...

Юра постепенно уснул. Того, что все это время - за ним ведется наблюдение, он не заметил. Когда Юра перестал ворочаться, и его дыхание сделалось ровным, из-за печки вышел Борюсик. На нем были надеты - больничные шаровары и пижама. Гигант подошел к койке, на которой лежал Летин. Минут пять, разглядывал его. Затем, миролюбиво, прикрыл Юру одеялом, и отправился на второй этаж.

Борюсик не спустился вниз даже утром, когда за Летиным пришёл Валентин. Юра долго разглядывал, появившееся за ночь, одеяло. Откуда оно взялось? Впрочем, вчера, думалось больше, не об этом...

Что ж, "эксперимент" прошел удачно. Вчера, Валентину с трудом удалось, убедить Григория, "познакомить Борьку с докторишкой". Григорий, был "не прошибаем".

- Валя! Рано! Он же, убьет его! Ты что, не видел, как Борька набросился на этого урода, когда я их знакомил? Не-е-е, братец, необходимо подождать...

- Чего ждать-то?

- Да, блин, того! Когда, нам, действительно, нужно будет ехать...

- Ты пойми, в том ведь - вся соль! Мы-то, будем здесь, в соседней избе. Если что, "выдернем" парня оттуда. А если, всё пройдёт - баско, так - в следующий раз, надежды будет поболее!

Ночь прошла спокойно, и Валёк ликовал. Гриша же, его оптимизма - не разделял.

- Ну и что? Что ты этим доказал? Валя, я смотрю, для тебя лучше, Борьку - обратно к коновалам отвезти! А ведь он, страдает! Мало того, что в дебила превратился. Так, диабет прицепился, как у матери....

- У мамы - что, был диабет? Сколько её помню, всегда была - здоровей здоровых... Мы-то с тобой, думаешь, в кого, такие лохмадеи вымахали? Слышь, Гринь, а этот-то, хворый, не шибко на нас похож, а? Может, подстава? Может, прознал кто-то, про "тему" нашу? Ты, как думаешь?

-Валёк, не забывай, он - тоже, в "доле". Он - наш брат. И я, братишка, уже достаточно нагрешил в своей непутевой жизни. Не хочу добавлять к этому дерьму, ещё и Борькины страдания... Хотя, изначально, я ведь не хотел его забирать из Перми. Боялся тебе в этом признаться, а сейчас - говорю, как на исповеди...

Сегодня вечером, Григорий и Валентин уедут по "работе", на три дня. А Юру - на весь этот срок, закроют в доме с Борюсиком.

У Борюсика, действительно, был самый натуральный сахарный диабет. Причем, какой-то "скоротечный"... Еще совсем недавно, если верить Ганке, он насиловал её в течение трех суток. При сахарном диабете - такое, возможно лишь во сне. Во всяком случае, на той стадии, которая - у Бори. Но делать ему обычные инъекции - Юра отказывался.

- Он же, меня задушит. Причем задолго до того, как я наполню шприц инсулином... Необходимы компактные "шприц тюбики". Сегодня, их выпускают многие зарубежные фирмы. А может, и "наши" - уже наловчились. Вот и постарайтесь для брата, проявите смекалку. Фильм "Брат-2", небось, видели? А у вас, будет - "Брат-3". И я, "четвертый". Слава Богу, "не брат"...

- - -

Если вчера ночью, во дворе царил "штиль", то сегодня - завывания ветра, почти не умолкали. И сегодня, хоть об этом и смешно говорить, первая ночь полнолуния. Время дьяволов и вампиров...

Всё это, конечно же, бабкины сказки. Хотя...

Сверху доносится скрип половиц. Не спит, душегуб. Поди, замышляет какую-то мерзость...


-27-


- И что бы духу твоего, у меня на станции - не было!

В дверях опорного пункта милиции железнодорожной станции "Кедр", стоял небритый старшина в мятом кителе, и, срываясь на визг, орал на молодую цыганку, прячущую под сотней цветастых юбок какую-то рваную бумажку. Очевидно, заменяющую ей, "документы". Как только милиционер замолчал, к опорному пункту подъехал сине-желтый УАЗик. "Из районного", - глядя на номер машины, определил старшина.

Из машины выскочил возбужденный лейтенант. Он суетливо подбежал к старшине, грубо оттолкнул цыганку, и, весело подмигнув, спросил.

- Ты, тут - старший?

Немолодой старшина, знающий не понаслышке - чем могут заканчиваться подобные приезды коллег в ночное время, вытянулся по стойке "смирно", и доложился по "уставу".

- Старшина Курбатов. Ответственный "дежурный" по станции "Кедр". Буртаевский райотдел линейной милиции.

- Вольно, старшина, вольно! Давай, веди в свои апартаменты, разговор есть.

Из УАЗика вылезли два сержанта. Открыв заднюю дверь автомобиля, они вывели на "свет божий" симпатичную, модно одетую женщину лет сорока, очень похожую на иностранку.

Лейтенант подмигнул старшине.

- Видал, кого я привез? Как ты думаешь, кто это?

Старшина мучительно ломал голову, как бы ему спрятать начатую бутылку водки, стоявшую на подоконнике. Откуда ж ему было знать, что приедут с "района"? Знал бы, конечно же, так - не борзел. Сейчас заметят "пойло", составят рапорт...

- Ты чё, так загрустил? - Из моложавого лейтенанта, энергия так и пёрла. Он налил себе из графина полный стакан воды, и жадно отхлебнув из него, посмотрел на старшину. - Показывай, где у тебя - "городской". Наш-то, Ефимыч, мля, "скупердяй"! Уже второй год прошу, что бы "рации" нормальные у шефов выпросил. Ребята с "четвёртого", давно получили. А мы? Где там? Наш-то, "главный", себе на "фазенду" - новый японский минитрактор приобрел. Всем отделом ездили, контейнер разгружать. Кстати, у вас на станции, и выгружали.... Ничо, а? Вот так, старшина, и живём. "Они" - японскую технику в личное пользование приобретают, а мы... Да ты, поди, лучше меня всё знаешь. Я, понимаешь, подозрительную "тётку" задержал, а со "своими" - связаться не могу. Может, оставим у тебя, бабенцию? Временно, а? Обратно поеду, заберу. Понимаешь, мне в Жванёво быть надо - кровь из носу... Там, деятель один, как напьется - пол деревни терроризирует. Он в Афгане отслужил, "контуженный".... Бывает, что стреляет... А тут, такое дело! Может, она - шпионка? Да нам-то, какая разница? Но, за бдительность, по голове - не стукнут. Я - прав, старшина? У тебя, в "клоповнике" - места есть? Если, шушера привокзальная, пинка под зад, и на улицу! Думаю, наша "птичка" - стоит, как минимум, служебного поощрения. Не кисни, твою фамилию - тоже отметят. У тётки-то, японская аппаратура, прикинь! Это - уровень, я тебе скажу. Такой аппаратуры, даже у наших "спецов" ты не увидишь. Тетенька, понимаешь, прогуливалась вокруг "Восточной зоны", и, очевидно, готовилась снимки делать. А там ведь, "законсервированные" объекты. "Четвертый", "шестой", "одиннадцатый"... Ну и (я тебе об этом не говорил), в Кондырёво, "москвичи" работают. Демонтаж ядерной шахты производят. Прикидываешь? Мы бабенцию заметили, она - "гаситься". Я ей, - иди сюда... Она - в кусты! Прикинь? Мои парни - за ней. Ты знаешь, с трудом поймали. Да и то, потому, что она подвернула ногу. А так бы, хрен поймали! Попросили предъявить документы. И вот тут-то, началось самое интересное. Она, представляешь, видать "под нервами", предъявляет мне паспортину какой-то старухи... Ты, прикинь! Самой, лет сорок, не более, а паспорт - на семидесятилетнюю старуху. Зачем? Я тебя спрашиваю, - зачем!? Но, паспорт - не придраться. Всё, как положено. Прописка, все печати...

Старшина начал заикаться.

- Да я, товарищ лейтенант, всё больше, по пьяным на вокзале. Да "зайцев" - другой раз, бывает, приводят.... А паспортистка наша, Мила Рагулина, так та - в леспромхозовской конторе, по вторникам и четвергам...

В комнату к "дежурному" завели миловидную даму. Маленькая комнатенка, площадью - не более десяти метров, едва вмещала - дежурного старшину, прибывшего летёху, двух красномордых сержантов, и "задержанную". На даме были надеты наручники.

Лейтенант властно приказал.

- Сядь. - И указал на потертый диванчик около стены. Софья выполнила его волю. Лейтенант, уже в который раз набирал телефон своих, "районных". Но связь, как обычно в это время суток, отсутствовала, даже, малейшая. Летеха выругался, и вновь обратился к женщине. - Ты говоришь, что приехала к родственникам. Почему же, не можешь их назвать?

- Так вы, и не спрашивали. Набросились, я думала, насиловать будете. Особенно, эти..., - Софья кивком указала на молодых красномордых сержантов. И, обращаясь к ним же, добавила. - А вам, молодые люди, хочу дать совет. Уж коли, пьете всякую дрянь, так хоть, закусывайте. В машине, невозможно дышать. И ещё, я в последний раз, предлагаю вам - отпустить меня, и извиниться за доставленные неудобства. Ваши извинения, товарищ лейтенант, хотелось бы услышать в первую очередь... А вы, молодые люди, прошу вас, не подходите ко мне, ближе, чем на пять метров. Ну, честное слово, несёт от вас, как из помойного ведра... Закусывайте, ребята. Пожалейте "клиентов", которых задерживаете...

Сержанты заерзали, каждый на своем стуле. Их отсчитали, словно провинившихся "школяров". И кто отсчитал-то? Какая-то, столичная "соска".... Но, ничего в ответ не сказали. Лейтенант строго посмотрел на них, и обратился к задержанной.

- Ты, давай-ка, не изображай из себя "борца за права человека". Тут тебе, не столица. Мы вот сейчас, со старшиною, покинем вас не надолго. По своим делам, а их у линейной милиции, на каждой ж.д. станции - полным-полно. А Санька с Игорьком, с тобой тут останутся... А? Ты почитаешь им лекцию, о том, что и как надо пить, заступая на дежурство.... - И тут произошло такое, что, даже пожилой старшина, втянул седую голову в плечи. Лейтенант, швырнув в стену стакан, из которого пил воду, вскочил, и, завизжал. - Встать, шалава! Парни, я сейчас отлучусь. Ты, - он повернулся к старшине, - пойдешь со мной. Ну а вы, - лейтенант посмотрел на мордастых сержантов, - не переборщите тут, понятно. Снимите первичные показания, составите протокол задержания. Но, на "черновик". Неизвестно ещё, может её - ни к нам... - После этого, "старший наряда" посмотрел на часы. - В вашем распоряжении, пол часа. Сана, я схожу к начальнику станции, постараюсь - дозвониться оттуда. Ну а вы, не переусердствуйте! Понятно?

Едва "начальство" покинуло помещение "опорного пункта", один из сержантов закрыл поплотней двери, и остался стоять около входа. Второй же, подойдя к задержанной, зловеще "промурлыкал". - Видишь, как в жизни бывает. Ты думала, что будешь меня жизни учить, и "строить". Оказалось, наоборот. Я тебя, поучу. - И, скривив рот в злой ухмылке, сержант зашипел. - Что, сучья рожа, "оттянемся"...

До этого, двадцатитрехлетнему сержанту Александру Баранову, ни разу не приходилось задерживать таких женщин. Контингент, с которым работали, и он, и все его коллеги с линейного отдела милиции, представлял собой - сообщество спившихся обитателей железнодорожных станций, местного направления. Для того, что бы общаться с этой публикой, ему не требовались "галантерейные изыски" и "японская" почтительность. Чему удивляться, милиция в глубинке, вершители закона.

Однако эта дама, была - как бы, "из другого теста". Её "связи" и возможности, никому не известны... Вообще-то, об этом - "ломать голову" летёхе...

И действительно, задержанная, даже не "повела бровью". Словно, и ни ей, была адресована последняя фраза сержанта.

Летеха, хитрован, сам - сдрейфил "беспредельничать". А если что, он - и про дело не знает. Всё, на Саньку с Игорем спишет... Ну ладно, хватит думать...

- Ну-ка ты, соска. Щас тебе, в натуре, придется - побыть "соской". От слова "сосать". - Оба сержанта заржали так громко, что заглушили диспетчершу, объявляющую в "громкоговоритель", об изменениях в расписании поездов. Не надо было, быть тонким психологом, что бы понять - смех "служителей закона", был наигран и жалок.

И тут, Софья "продемонстрировала" всем присутствующим, что, иногда бывает с людьми, пренебрегающими народной мудростью "не зная броду - не лезь в воду". Щуплая столичная дамочка, в считанные доли секунды вскочила с дивана, и оказалась, рядом с тем сержантом, который остался у двери. Того, что произошло в следующую секунду, никто не понял. Однако прозвучавший хруст шейных позвонков, внёс ясность - формулировка обращения к родным сержанта Гаркалина, будет содержать такие строки: "погиб при выполнении задания"...

Второй сержант, со словами, - "я так и знал", потянулся к поясной кобуре, за пистолетом. Софья в прыжке нанесла ему сильнейший удар острием сапога, в точку, расположенную, чуть пониже кадыка. К вратам господним, второй сержант прибыл, через несколько секунд, после Гаркалина...

А ведь, на даме - были наручники... Сейчас, они валялись на полу, вместе со связкой ключей одного из сержантов.

Когда лейтенант со старшиной вернулись в "опорный пункт", никого, кроме двух мертвых сержантов, в ней уже не было.

Летёха, свалившись на колени, взвыл, и начал колошматить головой об пол. Старшина перекрестился, и, махнув на всё, достал из-за шторы недопитую бутылку, и присосался к "горлышку"...


-28-


Если вчера ночью, во всей округе царил "штиль", то сегодня - завывания ветра, почти не умолкали. И сегодня, хоть об этом и смешно говорить, первая ночь полнолуния. Время дьяволов и вампиров...

Всё это, конечно же, бабкины сказки. Хотя...

Со второго этажа, донёсся скрип половиц. Не спит, душегуб. Поди, замышляет какую-то мерзость.... Впрочем, такому бугаю, и замышлять - не надо. Спустился вниз, свернул "пленнику" шею, вот и всё. Ну, можно потом, голову на шампуре поджарить. А можно, и не жарить. Папуасы, например, не жарят...

Скрип половиц усилился. Открылась дверь, где-то там, наверху. Послышались шаги. Они приближаются. Ого, он, кажется, спускается.

Юра притворился спящим. Тот, кому хоть раз в жизни, приходилось притворяться спящим, знает, как трудно при этом, скрыть дрожание ресниц.

"Поди, проверять будет, сплю ли я. Надо было, лечь на живот. Теперь, уж поздно...".

Борюсик подошёл к кровати, на которой лежал Юра, и склонился над ним. "Больной" вёл себя, отнюдь, не как конченый идиот. Во всяком случае, про "ресничный тест" выявления симуляции сна, он знал. Юра мобилизовал всю выдержку и хладнокровие. Он сконцентрировал волю на мельчайших мышцах, ответственных за колебания ресниц. "Покой. Покой. Моё дыхание - ровное. Я - спокоен. Моё тело - расслаблено. Я - не чувствую конечностей... Приятное тепло, растекается по организму... Я - спокоен... Да отвали ты, образина, сплю я....".

Весьма нелегко, давать себе подобные "установки", ощущая на лице, дыхание громилы Борюсика. Плюс ко всему, от него несло каким-то, непонятным запахом. Может, алкоголем? Ого, Борюсик - шизофреник с "инсулин зависимым" диабетом, страдающий, к тому же, хроническим алкоголизмом. Довольно необычная "триада"....

Быть может, у Юры получилось "изобразить спящего", а может - Борюсик имел проблемы со зрением, однако - "имитация сна" удалась. Юра приоткрыл один глаз, и посмотрел на удаляющегося "мамонта". Движения Бори, своей плавностью и естественностью выдавали - "младший брат" уверен, что за ним никто не наблюдает, и что Юра, погружён в сон.

Через какое-то время, вурдалак вернулся, и в очередной раз за сегодняшнюю ночь, удивил Летина. Он начал посыпать кровать, на которой "спал" его "гость", каким-то порошком, имеющим запах хвои. Израсходовав на это весь "наперсток", в котором был принесён порошок, Борис вновь вышел из комнаты. Через какое-то время, Юра начал зевать.

Так, вот оно что! Порошочек-то, "сонный"... Хм-м, его действия, уж всяко, выходят за рамки способностей примата. Сие, есть этап, некой единой программы. Составленной, между прочим, в голове вот этого неандертальца. А может, "детинушка" - просто, всех удачно дурит? Так сказать, разыгрывает. Что бы, к какому-нибудь празднику, сбросить с лица "маску дебила", и сказать, - простите вы меня брательники, а ведь я - нормальный... И ведь, действительно, когда он забывается, мышцы лица расслабляются, и исчезает схожесть с неандертальцем...

Хорошо бы, коли так. Впрочем, всё это - фантазии. Бессердечное чудовище, чуть жизни меня не лишило....

Юрий Феликсович, как врач, знал, что симулировать психическое заболевание, просто невозможно. Сверхсовременные компьютерные тесты, позволяют выявить любого обманщика. Даже, самого хитрого и умного. Но "братика-то", содержали, как "душевно нездорового", в пермской областной психиатрической клинике... Там ведь, "спецы". Почему же тогда, "психобольной" - психически здоров?

Борис, вновь появился в комнате. Глаза Юры давно привыкли к темноте, и сейчас, все движения Бори были хорошо различимы. Похоже, что больной, о Юре уже забыл...


-29-


В Верховный Суд США.

Заявление независимой группы Алана Корфа.

"Защищая интересы доктора Ричмонда Файера, обвиняемого Конгрессом США в причастности к подготовке террористического акта, созданная нами группа провела собственное расследование. Выявленные факты, документы, заявления официальных лиц, позволяют с полной уверенностью утверждать, что суд над Файером - есть ни что иное, как попытка, отвлечь внимание общественности, от действительно тревожных тенденций и настроений в сегодняшнем мире.

Мы утверждаем, что причастность к "делу доктора Файера" двух русских, не может служить поводом к признанию "доклада Конгресса", законченным и готовым к слушанию в суде. Следственная комиссия соглашается, что исчезнувший со складов подразделения "WS-1" "портативный элемент U-N-02" является абсолютной копией аналогичного устройства, под названием "ядерный чемоданчик РУ-115", производимого в России и способного поражать до 100 тысяч человек. Однако комиссия категорически настаивает, прибор, который, якобы, собирался приобрести у "русских" доктор Файер, не имеет ничего общего с "тем", который пропал из арсеналов подразделения "WS-1".

"Комиссия" располагает документами, согласно которым, вышеупомянутый "прибор" изготовлен гражданином России - Широковым Борисом Львовичем. Причем, изготовлен самостоятельно или "кустарно", то есть, не на "соответствующей" производственной базе.

В эпоху "холодной войны" и США, и СССР создали артиллерийские снаряды с ядерной "начинкой". Возможно, допустить, что подобный снаряд может быть использован для создания переносной атомной бомбы. Однако для того, чтобы эта бомба взорвалась, требуются дополнительные устройства - например, мощные батареи и взрыватели. По данным Российско-Американского Совета по Ядерной Безопасности, при нынешнем уровне развития военной науки допустимо создать переносную атомную бомбу, которая будет весить 70 кг и даже меньше. "Комиссия" же, хочет "расширить" вывод, сделанный Российско-Американским Советом. Сегодня, изготовить портативную ядерную бомбу, возможно, причём не в рамках "государственной программы", а - "самостоятельно", или "подпольно". В свете печальных событий, обрушившихся на американцев 11-го сентября, данная проблема приобретает глобальную актуальность. Причём, не только для Соединенных Штатов.

В 1996 году Монтерейский Институт Международных Исследований - одна из ведущих исследовательских организаций США в ядерной сфере - опубликовал доклад, в котором содержалось утверждение, что КГБ в 1970-1980-е годы обладал неопределенным количеством подобных взрывных устройств, которые в случае начала войны предполагалось использовать для совершения диверсий против стран Запада. Мощность подобных устройств составляла 3-5 килотонн. Институт основывает свои доклады на информации, исходящей, в том числе, из академических кругов.

В 1997 году известный русский генерал и политик заявил делегации Конгресса США, что Россия "потеряла" 84 - 132 атомные бомбы чемоданного размера. Позже он уточнил, что из имевшихся 250-ти - потеряно "более 100" таких бомб. В другом заявлении, была приведена информацию, что всего было изготовлено от 100 до 500 "ядерных чемоданчиков".

В 1998 году Леонид Чапроев, бывший агент ГРУ, в 1992 году перебежавший в США, под присягой заявил комиссии Сената и Конгресса США, что, во время своей разведывательной деятельности на территории США, по приказу ГРУ он должен был подобрать места для закладки портативных ядерных зарядов. Чапроев не исключил, что подобные устройства были доставлены на территорию США. Он сообщил, что не знает, сколькими "ядерными чемоданчиками" обладают российские спецслужбы и какова их мощность. По словам Чапроева, "карманные" атомные бомбы предполагалось использовать в случае начала войны для разрушения военных баз, арсеналов, командных центров США.

В 1999 году была опубликована книга "Под покровом щита" еще одного перебежчика - Валерия Милютина, который несколько десятков лет копировал внутренние документы КГБ. Он передал этот архив британским спецслужбам. Милютин утверждал, что подобные заряды были установлены в США (в штатах Нью-Йорк, Калифорния, Техас, Монтана и Миннесота), а также в Западной Европе (Бельгия и Швейцария), Израиле, Турции и Японии. В 1999 году глава ФБР Луи Фри заявил, что ФБР проверяет эту информацию, но не может сделать выводы об ее истинности или ложности.

Актуальность всего вышеизложенного усиливается участившейся информацией о том, что агенты Саддама Хусейна рыскают по всему миру в поисках возможностей, купить или украсть устройства, подобные советскому изделию РУ-115...".


Софья пролистала несколько страниц. Она делала это изящно, не слюнявя палец. Остановившись на предпоследней странице, фрау Могилевская вновь погрузилась в чтение....

"Комиссия" всецело одобряет заключение г-на Хаффенса, начальника стратегической лаборатории в 9 отделе УППНИР. (УППНИР - Управление Перспективного Планирования Научно-исследовательских Работ, одна из самых секретных структур в министерстве обороны США. Там создается оружие будущего). Господин Хаффенс согласен, изготовление "портативной атомной бомбы" возможно, не только "теоретически". Увы, существует проблема так называемых грязных ядерных взрывных устройств. Их опасность крайне велика. Такие устройства террористы и экстремисты могут изготовить самостоятельно, приобретя на ядерном черном рынке необходимые расщепляющие материалы. Такой рынок, как это ни прискорбно, существует. А изготовить ядерное устройство не сложнее, чем сделать "пояс шахида". Ядерного взрыва, конечно, не будет, но будет сильное радиоактивное заражение...".

Жанна Штольц бросила листы с отпечатанными на них результатами проделанной работы. Бросила небрежно на кровать, и пошла на кухню, делать себе бутерброд и кофе. Часы на стене, показывали полночь. Она погрузилась в воспоминания...

Подготавливая доклад для этого придурка Корфа, Жанка проделала колоссальную работу. Она не спала по несколько ночей, не ела неделями, вступала в сомнительные контакты, навещала "небезопасные" ведомства... Но! Но, у неё получилось! Корф, читая черновик "заявления", по-кошачьи мурлыкал, и почёсывал хищную горбинку на своём носу....

Жанна Штольц не была профессиональным журналистом. Она являлась частным детективом. Имея диплом Московского политеха, казалось бы, такое невозможно... В смысле, кормиться на "ниве" частного сыска. Пожалуй, в России в наши дни - всё возможно. Но, вот ведь в чем "парадокс" - Жанна являлась гражданкой Польши. И проживала она в городе Кракове....

О том, что профессия частного детектива сопряжена с серьезным риском, известно даже ребенку. Но, для Жанны - это ничего не меняло. Решение было принято. Напомним, что родилась и сформировалась Жанна Штольц в СССР, и первое слово, прозвучавшее на польском языке, она услышала, лишь в возрасте двадцати лет.

Понятно дело, что подобное решение, на "ровном месте" не возникает. Но, слава Богу, в 90-е годы, всю Европу, а вместе с ней и Краков, заполонили выходцы из бывшего "союза". Находясь в чужой стране впервые, и тем более, пытаясь творить здесь какой-то бизнес, очень желателен "консультант", который: а). Говорит по-русски б). Говорит по-польски. в). Знает в совершенстве всё то, что связано с Польшей - её законодательство, географию, быт, обычаи, повадки коренных жителей, места сбора "нужной информации", всех местных "русскоязычных адвокатов" и т.д.

Что касается "владения русским языком", - выше было сказано, что Жанна имела диплом об окончании Московского политехнического института. Напомним, что обучение в этом ВУЗе испокон веков, велось на русском языке. Что касается второго и третьего "пунктов" - Жанка, вот уже скоро как пятнадцать лет, проживала в Кракове. Такова "се ля ви". Папа - высокопоставленный советский офицер, возглавлял подразделение, расквартированное в Гданьске. Даже первый муж Жанки, был старлеем из отцовского полка. После "развода", сперва, работала "таксистом". Потом, открыла "собственное дело" - преподавала "рукопашный бой", в Клубе на Раллсау. Это, в Варшаве. Слава Богу, красный пояс каратэ-до, полученный ещё на третьем курсе, создавал ощутимую рекламу её "клубу"...

Жанна начала помогать "русским", решать их дела в Польше. Начала, и, внезапно, у неё - стало получаться. Отношения между "местными" и "приезжими" углублялись, принимали всё новые формы. Стали возникать конфликты и споры. Постепенно, услуги "гида" плавно трансформировались в то, что называется "детективной деятельностью". Заказчиком её последнего "расследования" явился некий господин Корф. Большего, знать о "клиенте", Жанне - чаще всего и не предлагалось. Но она, знала. В Штатах прошёл громкий судебный процесс по делу некого доктором Файера, который, якобы приобрел у русских портативную атомную бомбу. В том, что бомба являлась настоящей, сомневаться не приходилось. "Сделка", которая должна была состояться в Кракове, не состоялась. И всё же, "взять" с поличным всех участников предстоящей сделки, не удалось. Обоим "русским", удалось скрыться. Есть подозрение, что уйти им, помогли польские власти....

Загадочный мистер Корф, проявив свою, по-американски "чистосердечную заинтересованность" проблемами Файера. Он нанял Жанку. Та, должна была "нарыть" абсолютно всё, что хоть "как-то", может касаться этого дела. Причем отразить результат расследования, необходимо в форме заявления-протеста, который юркий Корф, планирует использовать, неизвестно каким образом. Но то, что отправлять в Верховный Суд США данную петицию он не намерен, было ясно - как, "дважды два". Под чьим авторством увидит свет данная "исследовательская работа", получателя "гонорара" волновать не должно. Об этом, побеспокоятся без него. То есть, без неё. Без Жанки....

Тема, поначалу, Жанку немножко вспугнула. Было ясно, что коли "бомба" - из России, делом уже занимается КГБ. Она прекрасно помнила, что означает аббревиатура КГБ. Помнила она также и то, чем занимается данная "полумифическая организация". Что на уме у нанявшего её прохиндея, было не совсем ясно. Но имелись основания подозревать, что "работа", заказанная Корфом, точнее - её результат, будет продан какому-то американцу, за сумму, в десять раз превышающую гонорар Жанны.... Впрочем, считать чужие деньги - есть признак дурного тона...

..."Подхваченная" ею тема "ядерных чемоданчиков", неожиданно получила весьма "неординарное" развитие...

И вот, она в России.... Даже не верится. Думала, тот Первомай в Сокольниках в 1985-м, это последнее, что осталось на всю жизнь, из воспоминаний о России...

...Работа по сбору "материала" уже была закончена, когда...

Корфа она обнаружила у себя дома убитым, вернувшись вечером со "светской" вечеринки. До этого, с "заказчиком" они виделись всего лишь один раз. Общались, в основном, через "всемирную паутину". На данной форме общения настоял заказчик, суетливый коротышка, с остренькими усами. Знать адрес Жанны, он - не мог. Все разговоры, велись по телефону. Любые названия районов и улиц в их разговорах, произносились в "зашифрованном" виде. "По-другому", госпожа Штольц не могла. Нынче, исполнилось вот уже десять лет, как она занимается частным сыском.

Труп Корфа лежал в центре комнаты. Коротышку задушили. Задушили - не здесь. Сюда привезли, уже труп. Для устрашения...

А еще через два дня, на телефон офиса позвонили, и назвали с точностью до миллиметра то место, куда она, спрятала труп Корфа....

Вчера же, ей позвонили, и начали с обычных слов.

- Жанка, привет! Или, тебе, по-прежнему, больше нравится - Джакуня?...

"Откуда ему известно это имя? Вацлав, - только он называл меня так, - умер ещё в 1989-м...".

- Почему ты молчишь, "коробочка"?

"А откуда, известно это? "Коробочкой" меня называли до четвертого класса... Так-так-так... Жигалов Серега? Да нет.... Хонкин? Марат? Стоп! Пацаны в классе, вообще, об этом прозвище не знали... Фрида Альбертовна, преподающая девчонкам "Домоводство" в московской школе ╧ 106, любила так называть Жанку..."

Из трубки послышалось.

- Жануль, ты сегодня - как неживая.... Ни за что, не поверю, что те страстные ночные крики в варшавской "Астории", и это "мямлянье" - родились в устах одной и той же женщины...

"Суки, они меня "писали"... Так-так-так, чей "заказ" я тогда выполняла...."

- Аллё, Ёжик, очнись! Скоро сообщу, где мы встретимся. Салют, красавица... - "Позвонивший" положил трубку.

Обращение "Ёжик", родилось уже позже, когда Жанка начала коротко стричься. Это произошло здесь, в Кракове. Друзья детства и юности, знать про "Ёжика", не могли....


-30-


Юра лежал с закрытыми глазами, прислушиваясь к малейшим шорохам. Шагов Борюсика не было слышно, и желание открыть, хотя бы один глаз, невыносимо "зудило" в сознании. Но Юра, не мог не учитывать того факта, что у "примата", в клетке которого он заперт, интеллект, всё-таки, присутствует. Вопреки утверждением его ближайших родственников. Вполне возможно, что Борюсик притаился в двух метрах от кровати, и ждёт не дождётся, когда Юра откроет глаз. Хищнику нужен повод, вонзить в горло жертвы свои острые клыки...

Всё-таки, решив рискнуть, Юра открыл левый глаз. Открыл, - сказано нескромно. Он лишь, слегка разомкнул ресницы, образовав узкую щелочку. При таком "обзоре", разглядеть готовящегося к прыжку зверя, было невозможно. К тому же, койка, на которой он лежал, стояла у самого окна, и оттуда, заметно "поддувало". Левая половина лица, во всяком случае, озябла. Юра, осмелев, открыл глаз пошире, затем - оба глаза. Комната была пуста.

Скрип половиц в предбаннике заставил Юру вновь, притвориться спящим. Впрочем, самым трудным, было не это. Самым трудным для Юры, было - как раз, противоположное. То есть, не уснуть бы на самом деле... Хвойный порошок, что не говори, а действовал....

Ориентируясь по звукам, Юра определил, "чудовище" держит в руках листы бумаги. Вряд ли можно спутать с чем-то, знакомое до боли шуршание. Тем более, преподавателю института, с солидным трудовым стажем...

"Хм-м, "приматы" владеют письменностью? Чей вы воспитанник, милейший? Дурова? Семьи Берберовых? Юрия Куклачёва?"

Борюсик шуршал бумагой очень долго. Из этого следовало, "младший брат" перечитывает чьи-то (быть может, и свои) записи, и информация, заключенная в этих "листах", для него весьма важна...

Но ведь, "степень слабоумия" Бори, исключает вообще, саму возможность такого поведения.

"Боря делает много "шевелений", и при этом он находится, по-прежнему, в центре комнаты. Такое впечатление, что "младший брат" хочет спрятать какие-то "документы". Но, почему - здесь? А, скажем, не в предбаннике? Или, вообще, не на крыше?

Что ж, видать, причина прятать здесь - есть..."

Летину так захотелось посмотреть, чем занят Боря в эту минуту, что он, даже заскрипел зубами... И, приоткрыл один глаз.

Борис осторожен. Но это, не зашуганность шизофреника, обколотого сульфазином. И это, не ожидание притаившегося идиота...

Юре захотелось, повернуться на правый бок. Так будет, лучше видно. Но, такая поза, обязательно вызовет, повышенное внимание Борюсика.

Словно, переживая увлекательное сновидение, и чмокая губами, как это делают спящие дети, Юра повернул голову набок. Выждав несколько минут, осмелился открыть, сперва один глаз, затем - оба.

В комнате, опять никого не было. То место на полу, откуда не отходил Борис, было прикрыто длинным половиком. Даже от окна, то есть, с Юркиной кровати, было заметно, что под половиком - что-то лежит. "А может, мне кажется?", подумал Юра. В темноте-то, всякое привидеться может. Так может, проверить? Боря не может появиться внезапно. Его приближение, обязательно проявится скрипом половиц. До койки, можно допрыгнуть за долю секунды. Успею! Юра мысленно измерил расстояние, отделяющее койку от подозрительного утолщения под половиком.

Осторожно встав, и не издав ни малейшего шороха, Летин прокрался к заветному месту. Так и есть, "подозрительное утолщение", при извлечении из-под половика, оказалось тонкой ученической тетрадкой. Такие тетрадки, во времена Юркиного "школярства", продавались по цене, одна копейка - за тетрадку...

В комнате темно. Ничего не разобрать. Ого, тетрадь исписана, почти что, полностью... Это в очередной раз, заставило Юру, пересмотреть свое мнение об уровне интеллекта Борюсика. Понятно, что он, так же, как и я - находится в вынужденной изоляции. Похоже, надеется, что заточение временное. И посему, ведёт какие-то записи. Всё, вполне логично...

Неизвестно, что - заставило Юру посмотреть на окно. Во всяком случае, никаких подозрительных звуков от окна не исходило. Но "тяжесть" чьего-то взгляда, Юра почувствовал сразу, как вышел на середину комнаты...

Стоявший за окном Борюсик, был серьезен. Его осознанный взгляд, как бы, спрашивал: "Зачем? Ну разве тебя не устраивало так, как было? Чего тебе ещё нужно? Ведь я же, тебя не трогаю!"

Боря исчез мгновенно. Окно, вновь превратилось в непревзойденный шедевр Малевича. Правда, поделенный металлической решеткой на квадратики. Даже луна, куда-то исчезла. А ведь, "полнолуние" не закончилось.

"Ничего себя, - подумал Юра. - Мне, надзирателю, выход за пределы избы - запрещён, а у "этого" - свои ключи"...

Через несколько секунд, этот зверь будет здесь... Юра осмотрел комнату в поисках какого-нибудь острого предмета. В темноте, это - бесполезно. Да и вряд ли, в доме агрессивного психопата, братья оставят холодное оружие. Ганку он не послушался. Ножа с собой не взял. И правильно сделал. Перед "вахтой", Григорий его тщательно обыскал...


-31-


"И всё-таки, этого милягу, которого сцапали деревенские мужики, жалко. Зачем, он им?", - думала Софья, стоя перед зеркалом, и прилизывая свой мальчишечий "ёжик". Она вспоминала, обстоятельства её приезда в Россию....

...С позвонившим незнакомцем она встретилась в кафе за Главным рынком. Место было назначено мужчиной, и добраться до него, Софье предлагалось пешком. И, обязательно, одной. Напоминать о втором условии, подумала Жанна, может, лишь дилетант.

Жанна направлялась в кафе "Варна", и, всё ещё пыталась, вспомнить всех своих знакомых прошлого. А не может ли всё это, быть розыгрышем? Чьим-то, по доброму, "глупым" розыгрышем...

К этим улицам, выложенным средневековым булыжником, она привыкла, как к знакомым и родным с детства. И всё-таки, красивейший город Польши, это - Краков. С этим, не будет спорить, даже житель Варшавы. В Кракове проживает около миллиона жителей, и он носит название первой столицы Польши и "города студентов". Символ Кракова - Дракон. По легенде, когда-то - это чудище обитало в здешних местах, изрыгало огонь и требовало на завтрак невинных девиц. Потом, естественно, нашелся рыцарь, победил дракона, и все закончилось свадьбой. Однако сработал извечный исторический парадокс, символом города стал не победитель, а злодей.... Всё почести злодею и растлителю невинных девушек.... Впрочем, сейчас дракон выглядит вполне мирно. По памятнику лазают дети, бесстрашно дергают его за хвост и зубы. Опять же по легенде, но уже современной, пламя из каменной пасти вырвется тогда, когда мимо дракона пройдет юная девственница. А статуэтки бывшего чудовища туристы увозят в качестве сувенира, к себе на родину....

Дух старины витал здесь в каждом квартале. Средневековые улицы Кракова никто никогда не перестраивал, все осталось, как было: брусчатка на мостовой, крыши на домах, Главный Рынок (именно так называется центральная городская площадь). Огибая Ратушную башню, в окнах которой - каждый час появлялись живые герольды, Жанна заметила слежку. Молодой человек, лет 30 - не больше, не особо скрываясь, следовал за ней по пятам. "Хм-м, даже не прячется.... Вполне возможно, что вы, ребята - на "государевой" службе".

Кем был Корф, Жанка - так и не выяснила. На террориста, вроде бы, не похож. Резидент иностранной разведки? Коммивояжёр? Торговый агент? Бандит? Всё, отпадает...

А этот, что следует по пятам, ведёт себя так, словно прослушал университетский "курс молодого шпиона"... Впрочем, являясь, скорей всего - "двоечником".

Около перехода на площадь, как обычно, скопление народу. "Этот", не отстает. Если перейти площадь - попадешь в Цукенницу - крытые торговые ряды, которые построили еще в 14 веке. Там до сих пор торгуют - дорогущими сувенирами. И польские продавщицы по тридцать раз втолковывают непонятливым англоязычным покупателям: "Это у русских - матрешки, а у нас - ляльки".

Жанка глянула на часы. Время поджимает. От Вавеля - возвышенности, на которой находится королевский дворец, - до Главного Рынка идти 15 минут. Это, если идти быстрым шагом, и не глазеть по сторонам. А поглазеть, хочется. В смысле, есть - на что...

Незнакомец, "тридцатилетний" глазастый брюнет, подсел тут же, как только, она заняла столик "на двоих", рядом с игровыми автоматами. Его привычка, постоянно жевать несуществующую жевательную резинку, сразу бросалась в глаза. Жанна, могла поклясться чем угодно, раньше, с этим человеком она не встречалась. Мужчина, ей не понравился сразу. Не понравился, своей "важностью"...

- Жанна, здравствуйте - ещё раз. По дороге - всё "чисто"? Ну ладно. Вы ведь у нас, с 1993-го, в "частных детективов" играете, так?

Жанна оценивающе смерила его взглядом, и совершенно спокойно спросила.

- Кто вы?

Молодой человек, усмехнулся, зачем-то посмотрел на свои ботинки, и, глядя куда-то в сторону, вновь начал "жеваться". Он неожиданно перешёл на "ты".

- Называй меня просто, - Игорь. Впрочем, мы видимся - первый и последний раз. Я - лишь, как бы, введу в курс дела...

- Откуда, вы знаете про меня?

Игорь не удержался, и начал тихонько смеяться. Постепенно, беззвучные колыхания плеч, перешли в залихватский, пошлый хохот. Внезапно, он остановился, и серьезно заметил.

- Милая моя, а ты, сама-то - все это время, чем занималась? - Незнакомец впился в неё злым взглядом. Сдвинутые брови и нахмуренный лоб, делали его похожим на убийцу. Но внезапно, вдруг подмигнул ей, и снова, начал смеяться...

"Под кокаином он, что ли? Ржёт, как придурок! А в глазах-то, намёк - на "крючке" ты у нас, девочка...".

Жанна терпеливо дожидалась, когда мужчина "навеселится досыта". Одновременно, она изучала его, и обдумывала, о чём - говорить можно, а о чём - нельзя... Она закурила, и стала глазами искать официанта. Игорь опомнился.

- Что тебе взять? - Он аккуратно разложил перед ней "меню"...

Жанка, так и не могла понять, с кем - имеет дело. С представителем государственной спецслужбы? С агентом оппозиционных "силовых структур"? Или, с "действующим бойцом", одной из организованных преступных группировок?

Незнакомец много пил. За то время, пока они здесь сидели, а прошло-то, всего пол часа, он уже выпил бутылку коньяка. А между тем, "выпившим", и тем более пьяным, отнюдь не казался. "Если даже, он - не под кокаином, так то, что из России - это точно. Только там, так умеют и любят пить...".

Игорь извлёк из кармана спички (весь мир уже давным-давно пользуется одноразовыми зажигалками), достал одну из них, обгрыз до толщины иглы, и начал, ковыряться в зубах.

"Чего уж тут ломать голову? Стопроцентно, парень - из России..."

- Жанна, я давно за вами наблюдаю. Вы проделали огромную работу. - Молодой мужчина извлёк из папки несколько листов бумаги. Окинув беглым взглядом записи, он протянул их Жанне. - Ознакомьтесь. Здесь всё, до единой "запятой", - ваша работа... Естественно, это - "ксерокопии".... Жанна, вы работали на Корфа, а хоть знаете - кто он такой?

Жанна выпрямила спину. "Начинается...", - подумала она.

- Мне, нет дела до моральных, религиозных, политических, прочих взглядов и пристрастий "заказчиков". Также, мне наплевать, какой они, сексуальной ориентации. Я - профессионал, и...

- Я в этом не сомневаюсь..., - успел вставить Игорь.

Жанна гневно на него посмотрела. Дескать, попрошу, не перебивать...

- Я - профессионал. Я - вне политики. Есть заказ, есть аванс - я работаю. Работаю, как умею. Что вам от меня нужно? Чьи интересы вы представляете?

Молодой мужчина широко зевнул, и "потянулся". Затем, усмехнулся, покачал головой, и жестом пригласил официантку. На ломаном "польском", он заказал ещё одну бутылку коньяка.

"Коньяк его не берёт. Значит, точно, под кокаином. При этом, сам - русский.

- Вам, что-то взять? - Поинтересовался Игорь, когда официантка приняла его заказ.

- Нет, спасибо. - Ответила Жанна, и посмотрела на часы. - Вообще-то, вы так настаивали на встрече, я думаю, не для этого. - И пояснила, заметив, что Игорь, не наполнив свой бокал до конца, поставил бутылку на стол, - ...не для того, что бы напоить меня, и склонить к пьяной откровенности. Говорите, зачем настояли на встрече...

Вместо ответа, Игорь расстегнул молнию на куртке. И извлек из внутреннего кармана записную книжку. Что-то насвистывая, он полистал её, и, очевидно, найдя нужную страницу, без всякого объяснения, начал читать.

- Алан Корф, Георгий Плиешу, Марк Роумберг, Вилли Райтер..., продолжать? - Игорь поднял на неё глаза. - Всё это - один и тот же человек. Даже у них, - молодой мужчина небрежно указал большим пальцев куда-то назад за своё плечо, - то есть, в самих Штатах, он объявлен "террористом номер два". После, Усамы бен Ладена. Впрочем, с этим "гуманистом всех времен и народов", ваш друг - знаком лично, и весьма неплохо....

- Надеюсь, вы не арестуете меня за связь с террористом? - Сделала попытку пошутить, взволнованная Жанна.

Мужчина усмехнулся.

- Всё зависит от вашего благоразумия. Несложная акция - гонорар. Исключительно, в долларах. Согласны, поработать на меня?

Но Жанна, словно не слушала его. Она неуверенно возразила.

- Но, почему же, в "своем заявлении", Корф ратует за ужесточение контроля над созданием малогабаритных ядерных зарядов? Ведь, именно такое оружие, мечта всех террористов мира.

- А почему вы решили, что господин Корф преследует именно эти цели? Глупышка, - Игорь впервые позволил себе фамильярный тон. - Алана Корфа вы интересовали, как "ищейка". Он не мог, не "засвечиваясь", собрать весь материал, который собрали вы, никому неизвестная эмигрантка. И неважно, в виде чего вы оформите свои выводы, в форме обращения в Госдепартамент, или - как студенческий реферат, в виде матерных частушек на чувашском языке, или - как письмо покойному президенту Рузвельту.... Вполне возможно, что Корфу нужен ажиотаж, вокруг "атомного чемоданчика". Он - хитрая лиса, способен и на многоходовые операции... Кстати, господин Ричмонд Файер, отбывающий пожизненное заключение в Нью-йоркской окружной тюрьме, "правая рука" Корфа. Вот так-то, комсомолка Жанна... Вы ведь, состояли в ВЛКСМ? - Сидящий напротив неё "агент", извлек из кармана пластинку жевательной резинки, небрежно развернул, и положил к себе в рот. Обертку, не скомкал, а сложил вчетверо и оставил на краю стола. "Парень - из России...", - усмехнулась Жанна. Игорь посмотрел на неё удивленно, дескать, разве - что-то не так? Затем, пожав плечами, продолжил. - Корфа интересовали два человека. А по сути, интересовало "то", что они могут ему предложить. Вот и всё. Слушайте. - И прежде, чем начать свой рассказ, Игорь снова выпил полный стакан коньяка...

"Удивительное дело. Он - не пьянеет. Сто процентов - агент спец подразделения. У них, это совершенно точно, широко используются "фармсредства", позволяющие пить, и не пьянеть"

У "агента" была интересная манера рассказывать. Вроде бы, и не торопился. Но вместе с тем, говорил ровно, без пауз и остановок. Как докладчик на собрании. Жанна делала вид, что её особо не волнуют его "переживания". Однако становилось ясно, она влипла в малоприятную историю...

В России, славящейся испокон веков Кулибиными и Левшами, жил-поживал, но добра - не наживал, некто Широков Борис Львович. А "не наживал", по весьма интересной причине. Он, изобретал "атомную бомбу"....

Последователь Игоря Курчатова появился на свет в 1977 году. А в возрасте 24 лет, он стал первым человеком в мире, кто "в одиночку" изготовил самую настоящую атомную бомбу.... "Первым", и что - особенно важно, "единственным". А государство, в лице соответствующих служб и ведомств, "проворонило", как у него "под носом", никому неизвестный физик, не попросив в помощь даже гвоздя, самостоятельно изготовил, боеспособную единицу "оружия массового уничтожения"...

- Он что, гений? - Поинтересовалась Жанна.

- Да нет, обычный. Как все. Хотя, впрочем, не совсем - как все... Степень кандидата наук, например, получил, когда ему - ещё не исполнилось двадцати двух.... Но при этом, уже имеет судимость за уголовное преступление. Какое, узнаете позже. - Игорь уставился на пустой бокал, и задумался.

Жанна осторожно прикоснулась к его плечу.

- Продолжайте ...

А дальше из рассказа Игоря следовало, что помочь господину Широкову продать "уникальный товар", вызвался некто Тихонов Антон Степанович, уголовник с приличным стажем. Тихонов периодически совершает поездки в Европу, к бывшим друзьям по многочисленным отсидкам в лагерях... Чаще всего, ему приходится бывать в Кракове.... Естественно, что знакомых в криминальной среде, у него хватает...

- Тихонов, не обманул. Он-то, и нашёл Алана Корфа. Нам известно, что Тихонов настаивал на "предоплате", хотя бы, частичной. Есть подозрение, что он хотел.... Сегодня, в России, это называется - "кинуть". Оставить у себя и товар и деньги. Вор-рецидивист сразу смекнул, что, за такой товар, платят в валюте и золотом. И что, такой товар, приятней продать несколько раз...

В кафе зазвучала музыка. Игорь срывался на крик.

- Положение, в котором оказалась, некогда самая величественная страна, не может радовать. Распродали всех и всё. Лес, нефть, электроэнергию, пушнину, золото, алмазы, самолеты, вооружение, всё - что можно... Ведущие политологи во всем мире едины в мнении, сегодняшний бардак на планете, есть следствие развала Советского Союза... Ну, это - так, к слову... - Игорь, с горечью, посмотрел, хватит ли коньяка на полный стакан. Успокоившись оттого, что - хватит, продолжил. - "Инициативная группа", которую я представляю, и члены которой, в скором будущем - будут иметь численное превосходство во всех наших законодательных и финансовых структурах, попыталась сорвать их сделку, и "конфисковать" страшный товар. Но нам, это не удалось. Произошла утечка информации на "запад", скорей всего по вине "фигурантов". "Покупателя" арестовали поляки, и передали его ФБР-овцам. А "товар", так и не нашли.... Самих же "продавцов", ни того, ни другого, взять не смогли. Они, словно испарились...

Молодой человек закурил, и обиженно "надулся".

- Наши московские "оппоненты", зная к тому времени о Широкове всё, дождались его в Москве, и "взяли" - прямо у него же дома. Короче, его куда-то далеко, и, судя по всему, весьма надежно, упрятали. Вот он-то - нам и нужен. Его, предстоит отыскать, во что бы то ни стало....

Жанну стало знобить. Она, пристально вглядевшись в лицо Игоря, спросила.

- Игорь, вы кто?

Женщина была уверена на 100%, что перед ней, самый обыкновенный бандит. Однако от одной лишь мысли, насколько расширился круг интересов Российской братвы, становилось "не по себе"...

Молодой человек ответил не сразу. Подумав немного, и спрятав во внутренний карман записную книжку, он улыбнулся.

- Видите ли, Жанна, помимо властных структур, "устанавливающих" конституцию и прочие государственные институты, в современной России есть "организации", члены которых, по-настоящему переживают за будущее родной страны. Уже сегодня, имеется несколько противостоящих друг другу "групп", не желающих принимать участие в той "пляске демонов", которая сотрясает "одну шестую часть суши". Мы не боремся, за реставрацию "прошлого". Но мы считаем, что будущее должно быть "созидающим", а не "разрушающим"...

Несмотря на всю пространность и "воздушность" затронутой темы, Игорь уложился, ровно в пять минут. "Поди, несколько раз отрепетировал...", - подумала Жанна.

На лице у Жанны застыло выражение, отдалённо напоминающее усмешку. Дескать, ну-ну, - какую сказочку, ещё расскажешь? Заметив это, Игорь поморщился.

- Жанна, я далёк от надежды, что вы поверили, хотя бы одному моему слову. Это, что касается вашего вопроса, "кто я такой". Я давно за вами наблюдаю, и вы - мне нравитесь. Как это ни странно, но наиболее меня устраивает то, что вы - давно не живёте в России. Казалось бы, это - "минус". Но, тут уж, как посмотреть. Не хотелось бы, с первых минут, слышать от вас такие слова, как - "мафия", "политический заговор", "государственный переворот"... Этого, прошу вас, не надо. Акценты расставите сами, когда окажетесь в России.... Вы ведь, СССР покинули, ещё при Горбачёве? Хм-м... Вовсе не обязательно, мне верить. Но, выполнять то, о чём я вас попрошу, не бесплатно - естественно, вы уж, будьте любезны. А посему, уж согласитесь, какая-то "легенда", ведь, быть должна. Так что, коли вам наплевать на политические оттенки, давайте будем считать оба, что я вас нанял. Вы же, как изволили выразиться сами, "профессионал". Называйте величину гонорара. Даже не зная ваших аппетитов, заранее соглашаюсь. По рукам?

Жанна внимательно посмотрела ему в глаза. "Заказчик осмеливается на подобные откровения лишь тогда, когда он уверен, как только "работа" будет выполнена, исполнителя - устранят. По современной терминологии - "терминируют". Разве я похожа, на наивную чукотскую девочку?"

Прочитав её мысли, молодой человек посерьезнел, и добавил.

- Жанна, как говорят герои кошмарных триллеров, "у вас - нет выбора". Если вы не будете вести "двойной игры", мы отстанем от вас, сразу же, как заполучим Широкова.

- А Тихонов?

- Этого - "убрать". И немедленно! В первую очередь! Через него, возможна "утечка"... Завтра же, вы вылетаете в Россию.

- ???

- Не беспокойтесь. Для вас приготовили "легенду". Всё, очень "стройно" и красиво. Поедите, как дочь, этого самого Тихонова Антона Степановича. Он не видел её - сто лет. Она, как раз, проживает в Кракове. То есть, проживала...

Жанна подняла на него глаза.

- Позавчера, она погибла в автомобильной аварии. - Глядя куда-то в сторону, пояснил Игорь. - Какой-то, пьяный, кажется.... Жалко девушку, всего-то, сорок лет. Почти что, как вам...

Жанна "вспыхнула", но мужчина, призывая сдерживать эмоции, поднял руку.

- Успокойтесь! Мы не можем рисковать. В том числе, рисковать вами.... Постарайтесь, это понять. Сегодня же, не позднее полуночи, вы должны выучить "легенду", что бы - от зубов отскакивала... "Москва", усиленно прячет Широкова. Пока что, он помещён в психиатрическую клинику "закрытого типа". Куда именно, сообщим позже. "Позже", потому что, в настоящий момент - не знаем сами. Наши люди, работают. Что касается "уголовника", которого предстоит ликвидировать, он проживает в городе Алуевске. Есть на Урале такой город. Пол миллиона - население. Областной центр. Город - мало, чем отличается от десятков подобных. Те же самые, роскошь вперемешку с нищетой. Те же самые бандиты, обирают тех же самых "спекулянтов". Пардон, по-новому - коммерсантов. Те же самые интриги на верхних этажах власти, переходящие в "бои без правил", с трансляцией по центральным телеканалам. Ничего не изменилась. Кстати, у вас, у самой-то, в России кто-то есть?

- Уже нет. Одна я. - Поспешила ответить Жанна. "Не хватало ещё, что бы я вам, про папку рассказала.... Не дождётесь... Старик - заслужил спокойную старость...".

О том, что в городе Коломна Московской области, проживает её отец, генерал-майор запаса, - Игорь, конечно же, знал. Услышав отрицательный ответ, он "понимающе" закивал головой. Потом, как бы, размышляя о чём-то своём, произнес.

- Что, уже умер? Да-а-а. Стары, наши родители. Стары, и беззащитны. А смерть, она же - злодейка! Никого не щадит, "горбатая с косой". Сиротинушками круглыми, нас с вами - оставляет. У меня-то, у самого, тоже ведь, родных - шаром покати. Один, я.

Жанна, поняла всё...


-32-


То, что деревенские мужики захватили Юру, Жанну волновало, почему-то, намного больше, чем поиски самого "господина Широкова". Да, собственно, от неё-то, мало что зависело.

Когда, от удара водителя, Летин "отключился", и его голова оказалась у неё на коленях, была допущена главная ошибка. Вместо того, что бы молниеносно выскочить из машины, она начала "приводить в чувства" Юру.

"Это, подруга, "первый" симптом того, что "неровно дышишь" ты, в его сторону. Увлеклась ты, Жаннулька, аж сопли распустила...".

Тогда в лесу, она так и не поняла, каким образом оказался рядом "второй". А когда ощутила на шее удавку - было уже поздно.

В её голове пронеслись воспоминания давнишних тренировок. "...Ни в коем случае, не паниковать! Действовать, спокойно, но вместе с тем, решительно и методично. Набрать в лёгкие, побольше воздуха, дышать экономно и носом. Максимально напрячь жевательные, кивательные мышцы, мышцы затылка. Подбородок, что есть силы, прижать к груди...".

Очнулась она, лёжа под елью. В марте, в лесу - полно снега. Собственно, он здесь - везде. Иначе, её - покусали бы муравьи. Горка, на которой она лежала, была ни чем иным, как муравейником, зимующим под снегом.

Софья проверила карманы. "Сотовый", ключи, японская цифровая фотокамера - всё на месте. Значит, их "целью" - был изначально Юра...

Весьма интересный мужчина. В городе, прячется у меня. Выехали к "чёрту на кулички", причем по моему маршруту поехали, никто и ничего не готовил заранее. Даже не поинтересовался, куда едем. Так его, оказывается, и здесь - только и ждут...

Что-то, мне везёт в последнее время на "суперменов". Впрочем, удивляться - не приходится. Все последние годы, "варилась" среди аферистов, ловкачей, "беглых", бандитов... Понятно, что критерий оценки мужиков, сместился в соответствующую сторону. В смысле, чем круче - тем лучше.... Так, что ли? Фу ты, глупости, какие....

Тогда, в лесу, Софья, обдумав ситуацию, попыталась, найти выход на дорогу. Это, удалось ей, наполовину. Она наткнулась на, похоже, заброшенный объект, огороженный колючей проволокой. На ограде, через каждые пятнадцать метров, висела табличка, с изображенными на ней костями и черепом. Знакомая символика, - подумала Софья. Здесь, где-то поблизости, должна быть какая-нибудь дорога...

"Подхвативший" её наряд милиции, внёс окончательную ясность. Она находится там же, куда и приехала. Не хватало, лишь Юры...

"На станции, я "наследила". Но, "нянчиться" с этими сопляками в форме, времени не было...".

Раньше, Софье не приходилось, убивать. Однако, и это удивляло, сержантов - ей не было жалко. "За что меня задержали? Там - что, секретный объект? Раньше, насколько я могу судить, менты не были, столь кровожадными. Впрочем, раньше - всё было по-другому...".

Софья зря сетовала на "метаморфозы", происшедшие в родной стране за время её эмиграции. К "обновленной" России Жанна Штольц адаптировалась, уже на вторые сутки своего пребывания в Алуевске. Квартиру в "элитном" доме, предоставили они же, "мафиозники"... Во, засранцы! Они, что - всесильны? Если эти парни, пытаются влезть в сферу оборота неучтенного ядерного оружия, совершенно очевидно, что поддержка у них - на самых "верхах".... Ладно, пока что, буду выполнять инструкции. Велики ли шансы, остаться в живых после выполнения задания? Не велики, но есть. Короче говоря, буду присматриваться. А вот для этого, нужно срочно ехать обратно, разыскивать Юру... Парадоксально, но он - единственный мужчина, кто согласится мне помочь. Единственный, на всю огромную страну. А ведь, мы - почти незнакомы.... Если бы менты не сцапали меня, я бы его уже нашла. Чёрт! Я ведь "засветилась" в Буртаевске. Ничего, "мафия" должна мне помогать....

И, действительно, всё это время, Софья чувствовала на себе, чьё-то пристальное внимание. Временами даже, ей казалось, что и во время совершения интимных физиологических актов, далёкий "некто", развалившись перед экраном монитора и пуская слюни, делает у себя в журнале какие-то пометки.

Было решено, возвращаться в Буртаевский район, и разыскивать Юру. Как это сделать в чужой стране, и незнакомом районе, Жанну Штольц не волновало. Существуют единые алгоритмы поиска нужного человека, независимо от того, где производится поиск. Решено было, ехать в "образе" семидесятилетней дамы, Могилевской Софьи Антоновны. Быть может, тамошние милиционеры "старушкам" руки не выкручивают?

В электричке на этот раз, пассажиров - почти что, не было. Софья заняла место в середине вагона, и уткнулась в окно. За окном, не кончался сплошной хвойный лес. О том, что в России столько хвойного леса, она не знала и до своего отбытия в Восточную Европу...

Студенты, вошедшие в вагон, и проследовавшие на свободные места у окна, напомнили ей её однокурсников.... Сколько, интересно, этим парням? Наверное, на третьем курсе? Или, на четвертом? При виде "кусочка" собственной молодости, внутри - потеплело.

"Какого чёрта ты, старая вешалка, не плюнула в лицо этому Игорёше, не послала его в даль дальнюю, и не уехала куда-нибудь, скажем, в Америку? Да ты, дурочку-то, не изображай. Испугалась ты, Жанна, натурально. Оно, не мудрено. Русская мафия, самая страшная в мире, и она, оказывается, есть - не только в кино...".

Софья не могла оторвать глаз от трёх двадцатилетних парней, разместившихся, недалеко от неё. Надо бы, подсесть к ним. Расспросить, может, подскажут "короткую дорогу", от станции "Буртаевск" - до нужной деревни.

Хоть Софья, и не объявляла Летину цель своей поездки в Буртаевский район, она, эта цель, между тем, была. Тихонов Антон, а точнее его "ликвидация", временно перешли в список задач второго плана. Последнее сообщение от куратора заканчивалось такими строками. "В Алуевской области, на станции "Буртаевск" в селении Озёрское проживают братья Широковы, Григорий Львович - 1962 года рождения, и Валентин Львович - 1963 года рождения. По непроверенной информации, "объект" находится у братьев Широковых. В случае подтверждения информации, "объект" - изолировать, и немедленно сообщить своё местопребывание!"

Софья глянула на компанию соседей, сидевшую от неё, "через два окна". Парни незатейливо обменивались впечатлениями своей молодой жизни. Софья невольно улыбнулась. Ничего не меняется, - подумала она. Всё так же, студенты из области, на выходные едут домой. Что бы за воскресенье, отъесться "на неделю вперёд", отстираться у матушки, и "облегчить" кошелёк родителей на "энную" сумму. Студенту, деньги нужны. Веселушки в общаге, девочки, а сейчас, наверно, и девочки "по вызову"... Не-е-е, такого сынка-студента, нам не надо...

Особенно выделялся светловолосый юноша в коричневом драповом полупальто, с "пошленькой" родинкой на щеке. Оба его спутника говорили лишь тогда, когда молчал блондин.

Полюбовавшись на молодёжь, и особенно - на блондина, Софья закрыла глаза, и стала прокручивать в голове всё, с самого начала. Итак, некий российский гражданин Широков Борис Львович, изобрёл и изготовил ядерный заряд, который, попытался продать на "запад". Или, на "восток"? Впрочем, наплевать, какая разница! Пытался продать.... С помощью моего, блин, "папаши", Тихонова Антона Степановича, был найден покупатель. Это, гражданин Америки - Ричмонд Файер, террорист с "мировой известностью". Сделка - сорвалась. "Фэ-бэ-эр-овцы", при поддержке поляков, арестовали Файера, но "товар" - не изъяли. А Широков с Тихоновым, "ушли". Корф, соратник несостоявшегося покупателя заряда, осужденного в Штатах за "терроризм", нанял меня. Что бы я, прощупала эту "тему", и составила "убедительное резюме". Но..., - Софья открыла глаза. В вагоне, по-прежнему, никого, кроме неё и компании студентов, не было. Она сделала глубокий вдох, и опустила веки. - Две мощных группировки, внутри России и за её пределами, ведут самую настоящую войну. Безжалостную, с человеческими жертвами, и со страшными последствиями.... Обе группировки, имеют серьезную поддержку со стороны властных структур. Причём, на всех уровнях. И "те", и "другие", хотят "держать" при себе, изобретателя портативной атомной бомбы. Мол, для каких целей - пока что не ясно, но в будущем - быть может и пригодится. Я же, очутилась, словно, меж жерновов... Широков Борис находится в руках "одной" из этих группировок. В смысле, надежно спрятан. Я, получается, отправлена сюда, людьми из "второй". Те - "первые", мы - "вторые"... Или, наоборот? Что происходит? В этой стране, ведь - нет "гражданской войны". Ведь существуют, и исправно функционируют - единая Конституция, президент, правительство, Государственная дума. Почему же, всё население поделено на "белых" и "чёрных"? А может, есть и "зеленые", "пестрые", "синие"?

- Станцию проспать, не боитесь?

Софья открыла глаза. Как к ней подсела эта троица, она не услышала. Эта "фривольность", ей не понравилась.

- Не просплю, не беспокойся. Чем, обязана? Какие-то, проблемы?

Парни молча разглядывали бабушку, в одеяниях "модницы позапрошлого века". То, что Софья прочитала в глазах двадцатилетних парней, её - не удивило. А вот, будь ей "за семьдесят" на самом деле, вопрос, очевидно, возник бы. Двадцатилетние парни, с вожделением рассматривают семидесятилетнюю старуху? Нонсенс!

Но, никакого "нонсенса" нет. 70 лет - это, по паспорту. Внешне же, не более "полтинника". Плюс, что самое важное, мальчики переживают период гиперсексуальности.... Распылить нерастраченный флирт хочется, вот и заигрывают юноши, с кем придётся.

Блондин, с наигранной вежливостью, поинтересовался.

- Далеко ли, путь держите? - И тут же, отбросив дурашливый тон, очень "по-свойски" подсел рядом, обхватил Жанку за плечи, и, несколько виновато, произнес. - Извините. Едем домой, на "побывку". Подурачиться, хочется. Если обидели, скажите. Сразу, отсядем...

Софья улыбнулась.

- Да нет, теперь уж, я вас не отпущу.... Сидите, парни. Тем более, мне, возможно, понадобится ваша помощь. - За окнами вагона, простиралась сплошная темень. Не видно было, даже рядом лежащих рельсов. Лишь, зеркальное отражение ночных пассажиров... Софья, находясь вблизи от "блондина", боялась даже, посмотреть ему в глаза. Стало, невыносимо трудно, сдерживать дыхание ровным и неглубоким. Груди вздымались, как поршни мотора, стремясь сорвать на спине, "фиксатор" бюстгальтера. Приятное тепло "вспыхнуло" внизу живота, по спине "пробежала молния"... Несмотря на эту дурацкую родинку на щеке, парень воспринимался мужественным самцом. Софья забыла, куда, зачем и за кем она едет. Такое, с ней происходило впервые. Хоть, "синим чулком" она никогда и не была. - Мне нужна станция "Буртаевск". А оттуда, хотелось бы попасть в селение Озёрское...

- Ха, мы - как раз, оттуда..., - чуть не подпрыгнул один из юношей. Но, мгновенно, осёкся. Под ледяным взглядом "блондина".

Софья, не заметив недовольство обнявшего её парня, обрадовано "заворковала".

- Как здорово! Вы проводите меня? - Получилось, несколько наигранно. "А вдруг, они заметят мою "неестественность"? Скажут, совсем рехнулась старуха, малолеток "снимает"...". Умерив немного, "изображенный на лице наив", она повторила вопрос. - Вы проводите меня?

- Да. Мы вас проводим. - Ответил беловолосый молодой человек. И прижал женщину покрепче. - Мы отведём вас туда, куда вы пожелаете. Причём сделаем это, самой кротчайшей дорогой. Алик и Стас - уроженцы здешних мест. Республика Коми, Советский Союз, ферштейн? А я, - парень обворожительно улыбнулся, - прибалтиец. Похож?

- И зовут тебя, наверно, Йёганн? Так?

- Нет. Меня звать Сергеем. А вас?

Софья улыбнулась. Парень, очень напоминал ей, популярного русского киноактера, фамилию которого она не помнила. Он, помнится, играл в российском телесериале про "гардемаринов"...

С парнями она разговорилась легко. Точнее, с одним из них. С "блондином". Всё-таки, сорок и двадцать, это возраста - не самые далёкие друг от друга. Учитывая, родство "социумов". Ребята учились в каком-то, Алуевском ВУЗе. В котором, именно, Софья не поинтересовалась. Институт, и институт - какая разница.

Когда они сошли в Буртаевске, темень достигла, почти что, ночной "насыщенности".

- Есть короткая дорога, через "седьмой" объект, - сообщил Сергей.

Софья тут же вспомнила про "нумерацию" каких-то загадочных объектов, слежку за которыми, ей "шили" менты.

- Что за объект? - Поинтересовалась она у "главного".

- Да никто толком не знает. Военная зона, а что в ней - одному дьяволу известно...

- Почему, дьяволу? - Спросила Софья. Крылья её носа колыхались, а глаза заволоклись туманной пеленой. Прикусывая нижнюю губу, она излучала глазами "намёк"...

Однако Сережин "опыт" отношений с женщинами, видать, дальше анатомических познаний не простирался. Читать по лицу женщины "её готовность", он не умел. И посему, несколько отстранившись, пожал плечами. - Не знаю. Это - тоже, известно, лишь ему одному, дьяволу...

Софья, уже пожалела, что так откровенно, демонстрировала парню свою готовность к сближению. "Ты, что ж это, шалава, делаешь? Ведь, едешь - за "одним", а перед этим - задницей крутишь...".

Конечно же, женщина - не была "шалавой". Но, от парней - повеяло её молодостью, а в молодости, такое поведение для Жанны - было естественным.

Они отправились пешком, через лес. Алик со Стасом, "по-Сусанински", впереди, Сергей - замыкал. Софья - между ними. Когда они углубились в лес, километра на два, Софья спросила у себя, - по каким ориентирам они движутся? Однако Луна, и сохранившийся до сих пор снег, позволяли, не превратиться этой ночке в непроглядную тьму. Несмотря на "неплохую физическую форму", Софья быстро устала.

- Долго, ещё? - Недовольно поинтересовалась она у "проводников".

Идущие впереди парни, стали растерянно переглядываться, как бы спрашивая друг у друга, как ответить. Хотя было и темно, взгляд одного из них, ей удалось перехватить. Увидев глаза парня, Софья - всё поняла. "Как же я сразу, вас не распознала, ребятки?"

Она сделал рывок в сторону, но - провалилась в снег. Пока, вылезала, все трое окружили её кольцом.

- Вы угадали! - Довольный своей "остроумной" шуткой, отозвался блондин. - Но это, ничего не меняет. Всё - остается в силе...

Он не успел договорить. Потому, что носок Софкиного сапога, застрял у него в промежности. Женщина, так и скакала вокруг блондина на одной ноге.

Парню было очень больно, но он терпел. И..., всё же, не вытерпел, и ударил женщину по лицу. Софья, свалившись от удара в снег, попыталась тут же встать, но, не ощущая опоры, "утонула" в снегу ещё глубже. Она молниеносно оценила "весь расклад", и ей захотелось выть. Кто, эти парни? Неужели, это про них Игорь говорил - "они"?

Подумать на эту тему, помешал сильный удар в спину. Удар был нанесен, не со всей силы, женщина - упала. А "блондин", подскочив, и подтягивая Жанну за волосы, уже бил коленом в лицо....

Софья, предвидя этот удар, подтянула подбородок к груди, и "приняла" колено нападавшего, своим лбом. Многого, между прочим, избежала, благодаря этому приему. Обхватив ногу парня обеими руками, она потянула на себя, одновременно, толкая его головой...

И вот уже, "блондин" барахтался в снегу, а Софья "кормила его снегом", и наносила удары по лицу. Вырубить подонка, она смогла бы с одного удара. Но, женщина до сих пор была в растерянности. А не может ли поведение парней, быть своеобразным проявлением их молодецкой удали. Некий, абсолютно беззлобный акт "заигрывания". А эти "двое", идущие впереди меня, ещё не решили, кому флиртовать с тетенькой... Женщина, уже стала сомневаться. "Всё-таки, понадеялась я на себя, а ведь за столько лет-то, наверняка - не только отвыкла от "родного юмора", но и разучилась понимать некоторые "мужские" эмоции. Парни, наверняка, шутят. А я - в очередной раз, ошиблась".

Подтверждением тому, что она не ошиблась, и что парни - не шутят, явился мощный удар по голове, нанесенный сзади. Кто это, Стас или Алик, ей было всё равно.

"Если останусь в живых, никогда не забуду Буртаевский район Алуевской области... Здесь что, нападают на всех, вновь прибывших? "Аномальная зона", блин...".


-33-


От побоев, у Юры до сих пор ныли телеса и конечности. Его избиение не было "выплеском" чьей-то слепой ярости. Напротив, удары по Летину наносились, с хладнокровной методичностью. Разве что, не приговаривая: "Получай, сука!"...

Да, кстати, Летина избил, отнюдь, не Борюсик. Когда произошла безмолвная ночная сцена в избе, Борюсик забрал из-под половика "бумаги", и отнёс их на второй этаж. Больше, за всё время Юркиного "дежурства", он не спускался...

А избили Летина, приехавшие с "работы" братья. Избили, непонятно за что. Собственно, бил один Григорий. Валентин, ударил пару раз ногой, уже по лежавшему на полу Летину... Спасибо Грише, что по лицу не бил...

Гана, все три дня Юркиного заточения у "монстра", с замиранием сердца следила за соседней избой. Приехавшему мужу, она первым делом пожаловалась на Борюсика, неоднократно выходившего за пределы дома... О том, что Боря выходил из дома и раньше, она не сказала ни слова.

- Ты, уезжая, хоть бы проверял, может у него есть ключ ...

Таким тоном, Гана разговаривала с "мужем" впервые. Грише, ничего не оставалось, как избить и её. Ганке, видать, досталось больше, чем Юрию. Она, даже не выходила из спальни. Три дня, пока братья находились дома после поездки, все работы в доме выполняли они. Юра же, был предоставлен самому себе. Впрочем, убежать он, не мог. При движениях, боли многократно усиливались.

К Борюсику, Гриша пошёл лишь на второй день. Пробыл там, около часа. Вернулся возбужденный и злой.

- Слышь, ты, доктор, мать твою! Я привез инсулин в шприц-тюбиках. Борька, уколы будет делать сам. Но ты, всё равно - должен присутствовать "при нём", пока здесь не будет нас с Валькой. Понял? Не бойся, всё - остается в силе. Получишь, за свою "работу". За вчерашнюю взбучку, тоже, заплачу.... Так что, выше нос, лекарь-пекарь...

Сегодня утром, братья уехали опять. На этот раз, в избу Борюсика, Летина привел Валентин.

- Ты, хоть понял, за что тебе от Гриши досталось? - Спросил он, стоя в дверях, и готовясь закрыть замок на ключ.

Юра, даже не повернул голову в его сторону. Дверь захлопнулась. Послышался поворот ключа. Один, второй, третий...

Интересно, что сейчас делает Борюсик?

И тут же, наверху послушались шевеления. А вскоре, "ужасный монстр" спустился на первый этаж. Он подошёл к койке Летина, и осторожно присел на край. Взгляд - осознанный, глубокий, ёмкий... Лицо молодое, но "изрытое" глубокими морщинами. У парня - богатая мимика, как у артиста.... Видеть, Борю в таком состоянии, было непривычно и, немножко страшно. Казалось, это - есть начало, чего-то нового, какого-то очередного испытания...

- Тебя звать Юрой? - Спросил Борис.

Летин мог поклясться, что прозвучавший голос принадлежит человеку, даже, не просто - нормальному, а скорей - довольно неглупому. Иногда, это ясно, даже по, столь незатейливой фразе.

- Вообще-то, Юрием Феликсовичем, - недовольным тоном поправил Юра.

Борюсик замолчал. Но, не уходил. Затянувшаяся пауза стала тяготить Юру, и он смягчился.

- Ты что, сам - делаешь себе инъекции? Раньше-то, не приходилось "ставить уколы"? Хочу дать совет, меняй места вкола. А то, разовьется липодистрофия. Там, куда вводишь инсулин. А ещё, следи за тем, что кушаешь. Не был бы твой брат таким зверем, я бы составил примерный рацион. - Юра подумал, и добавил. - Если, конечно, мне предоставят кое-какую литературу, или "интернет"....- Летин немного помолчал. - Но, судя по всему, "драчливость" - фамильная черта вашей семьи. Вообще-то, истории известны случаи. Братья Кличко, например. Не слышал, про таких боксеров? Правда, те - боксируют на ринге. И бьются - с равными себе противниками. А твой брат привык, я вижу, выбирать спарринг-партнера, меньше себя, в два раза. Сам-то, как боров. Впрочем, вы - похожи.

- Он мне не брат, - внезапно прервал его Боря.

У Летина от такого заявления, волосы на голове стали подниматься дыбом. "Как же так? Что это? Очередная головоломка? А на кой хрен, простите за выражение, она мне нужна? Мне, что - не хватает своих проблем? Я и здесь-то, между прочим, нахожусь - в плену. А там, в городе, меня - разыскивает милиция. А может, и не только "она"... Ухажёр Жарковской дочки, настроен, весьма недоброжелательно...".

Борюсик, видать, понял, что поторопился, "срывать маску". Было заметно, что "внутри него", бурлит нешуточная "борьба". "Раскрываться" перед Юрой, или - не делать этого.

"Что ж, попытаюсь ему помочь...".

Внезапно Юра спросил.

- А что за порошок, ты рассыпал на моей кровати, в ту ночь? Я - чуть не вырубился. С трудом перетерпел, и не уснул. Пахнет, кажется, хвоей...

- Так, хвоя и сеть. - Оживился "физик". - Только, высушенная и перемолотая. С неё - всегда, спать хочется...

Юра усмехнулся.

- Я, между прочим, сразу понял, что ты - никакой не "больной". Во всяком случае, "психически". Когда, для сокрытия какой-то тайны, прибегают к услугам "психушки", любому понятно - дело пахнет "керосином". Я прав?

Борюсик огляделся, и махнул рукой.

- Не то слово... - Внезапно, он перешёл на "вы". - Юра, вы меня простите, за..., ну, за "рукоприкладство". Я - в отчаянии.... - Боря "запнулся". Похоже, он вновь засомневался, а стоит ли, делиться с Летиным "правдой"? Но, очевидно вспомнив, что против его воли, Юра отсюда никуда не уйдёт, решился. - Эти два "урода" - никакие мне, не братья. Но они, сами - того не знают. Их брата, очевидно, такого же ублюдка, как и они, давно уже нет в живых. Выбор пал на этих придурков, лишь по одной причине. Меня - "прячут", а они - удачно вписывались в "легенду". Понимаете, у нас совпадают фамилии. Григорий и Валентин носят ту же фамилию, что и я. И, что - самое главное, у них тоже, был когда-то младший брат. Которого, звали - так же, и которого, они никогда не видели. Полное совпадение количества братьев, их имен, и - примерно, возрастов. Такое совпадение возможно, лишь в нашей многомиллионной стране. Собственно, лишь это, и определило, почему я сейчас - нахожусь, именно здесь. Те, от кого меня прячут, обладают достаточными возможностями, что бы разыскать Широкова Бориса Львовича, в любой точке страны. И, пожалуй, за её пределами. Но, и у этих, что прячут меня, похоже, возможностей - не меньше. - Боря замолчал. И тут же, словно спохватившись, добавил. - Ну и, конечно, всё это будет продолжаться лишь до тех пор, пока мне не надоест. Просто, надо, немного выждать.... Выждать, нам с вами..., - добавил Боря, внимательно посмотрев Юре в глаза. - Если вы, конечно, не откажетесь, мне помочь. Ну, а гонораром за вашу помощь - будет освобождение из этого "ада"... Как я понимаю, здесь - вы, против своей воли. По рукам? Вы - местный? Сумеете, найти - как выбраться из этой дыры?

Юра не спешил отвечать. Он молча смотрел за оконную решетку, и думал. Лишь сейчас, он заметил, что на окне, рядом с которым располагалась его кровать, имеются шторки. Даже не шторки, а две, встречно развешенные, полоски белой материи. В данный момент, правда, заправленные за гвоздики, торчащие с каждой стороны от окна. Весьма уместная деталь, - подумал Летин. На окнах, и шторки, и занавески... Боря, перехватив его взгляд, поспешил задёрнуть занавески. Потянувшись к одной из них, он склонился над Летиным, и Юру вновь, обдало тем же странным запахом. Тем самым, что и в его первое "дежурство" в логове "Минотавра". Этот запах, Юра принял в тот раз, за винный перегар. Сейчас же, он отчетливо ощущал, от Борюсика несло ацетоном. Довольно характерный, между прочим, симптом для сахарного диабета.

- Борис, ты болен. Поверь, диабет - нехорошая болезнь. Не смертельная, конечно, но, исключающая такой образ жизни, какой выбрал себе ты...

- Я, не выбирал, Юра. - Он впервые обратился к Летину по имени. - Я ведь, уже сказал, меня здесь прячут. От кого - я не знаю. Кстати, кто "прячет" - мне тоже неизвестно. - Боря отвёл в сторону глаза. - Всё произошло так быстро, не успел опомниться - как оказался, сперва в больнице, затем - в другой, третьей и так далее. Ну а, когда нашли "этих", меня объявили их братом. Меня, заметь, никто не спрашивал - хочу ли я этого, или - не хочу. В последние годы я, вообще, не понимал, по каким "законам" мы живём. Кто устанавливает эти "законы", и кто, вправе с нас спросить, за их несоблюдение? Понятие "государственность", развалилось, как карточный домик. Сегодня - каждый, сам по себе, и за себя. К этому, принуждает жизнь. Я, изобретатель, физик, кандидат наук, Лауреат премии Бостонского университета, между прочим, такой премии в России - ни у кого больше нет.... - Боря, не просто, рассказывал. Он декларировал. - Так почему же я, не имею права поставить свой старенький "Москвич" рядом с подъездом? Да потому, что там - место Аркаши, с четвертого этажа. Ведь, видите ли, стоя в другом месте, его "BMW" не будет улавливать сигналы от дистанционного пульта... - Боря развел руками, словно прилежный школьник, незаслуженно обиженный строгой учительницей. - Почему я, не нарушивший ни разу в своей жизни закон, вынужден довольствоваться созерцанием красивой жизни сегодняшних хозяев...

"А вы - демагог, сударь", - подумал Летин. И тут же спросил.

- Боря, а так ли ты законопослушен? Ведь, насколько мне известно, торговать ядерным оружием, разрешение тебе никто не выдавал...

Услышав, про "ядерное оружие", Широков взрогнул.

- Я имею в виду свою прежнюю жизнь... Собственно, я - ничего не изобрёл.... Когда меня "пнули" из отдела, я сперва запаниковал. Потом, устроился вахтёром в общагу. Но, на жизнь - не хватало. А потом.... А потом, я встретил Кузю, однокурсника... Он-то, и надоумил меня, заняться тем, за что меня содержат здесь, в этой дыре. Сам Кузя - физик-ядерщик. Как и я же... - Боря с размаху "врезал" кулаком себе по колену, и в отчаянии, развел руками. - Мы стоим в очереди на "трёхкомнатную", уже сто лет. Ещё, папа - был жив... - На глазах у Бори, выступили слёзы. При виде этих слёз, у Юры защемило сердце. "Да-а-а, что-то, ты совсем расклеился, старина...". Боря высморкался. - Я, сперва не понял, что смерть папы - это намёк. Намёк, мне. Или, "призыв" к большей сговорчивости. Поначалу я, ещё сомневался, а стоит ли? Но, когда не стало Кузи, я твердо решил, коли, в мире - нет ничего святого, стоит ли, порхать ангелочком над всей этой грязью. Над "грязью" и несправедливостью. Нам навязывают звериные законы. Что ж, будем их соблюдать. Совесть, конечно, временами, воет по ночам .... Но я, ни о чём не жалею. Жалею лишь, что нет сейчас, ни папки, ни Кузи, ни Маринки с Олежкой....

- Жена?

- Подружка, и её сынишка. Их, тоже - убили.... Впрочем, во всем виноват я один. А сейчас, казалось бы, и терять-то уж нечего. И вроде, должно быть "на всё - наплевать", но..., - Боря "запнулся". Он растерянно, мял пальцы рук. Очевидно оттого, что сильно нервничал. - Юра, мне не хочется умирать. Я никогда, никого и ничего не боялся. Я, даже в Кракове, не хотел бежать, когда нас "накрыли" американцы. Двоих-троих придушил бы, да и пулю, со спокойной совестью, в лоб себе пустил. А сейчас - словно, что-то надломилось внутри. - Борис положил руку себе на грудь. - Откуда-то "отсюда" исходит этот страх.... И душит, душит, душит...

Летин внимательно слушал откровения Бори. "Понимаю тебя, старик, - думал он. Не всякому дано, денно и нощно "валять Ваньку". Изображать идиота, даже не каждый разведчик сможет. Тут, особый дар нужен. Он, только у артистов. И у некоторых политиков. "Разум", если он есть, всегда наружу просится.

- Борис, я не держу на тебя зла, за причиненную мне физическую боль. Честное слово, в моем отношении к тебе, нет и тени обиды. Но..., но помогать тебе, я не буду. - Юра внимательно посмотрел Борюсику в глаза. - Не буду, пока - не узнаю всей правды. От начала, и до конца. Ты сетуешь, что ничего не понимаешь. В смысле, кто тебя прячет, от кого прячет... Боря, у меня - хватает собственных неясностей. Обременять себя, ещё и твоими? Боюсь, не "потяну"... Так что, будем разбираться, каждый - со своими проблемами. Времени у нас - не ограниченно. Твои "братья", вернуться не раньше, чем послезавтра. Думаю, успеем решить любую задачку. Даже, для десятого класса... Но, ты - свою, а я - свои...

Борюсик недоверчиво на него посмотрел, и скорчил "рожу неандертальца". Точно такую же, с которой впервые встретил Летина. Они оба, от души расхохотались...

Юра встал с кровати. Спина, грудь, ноги - разрывались от боли. Борюсик смотрел на него, не зная, как себя вести. Наконец, Юра сказал.

- Боря, от меня, такого - как сейчас, пользы мало. И вообще, понимаешь ли, - я, человек маленький. А также - робкий, скромный и физически не развитый. Какой, из меня помощник или компаньон? До сих пор не пойму, каким образом, я здесь оказался.... В город - мне нельзя. Чем же, тебе помочь-то? И, честно признаться, твой рассказ...

- Вы не верите мне? - В голосе "физика-ядерщика" прозвучало отчаянье.

- А ты сам, поверил бы?

Борис ничего не ответил. Он, опустив голову, и даже, втянув её в плечи, поплелся к себе, на второй этаж...

Через час, он спустился. Всё так же, подошёл к Летинской койке. И всё так же, сел на край.

- Что сделать, что бы вы мне поверили?

- Да неужели, это так важно? Ну, считай, что я тебе верю. Но помочь, всё равно, ничем не смогу...

Борюсик схватил Юру за плечи. И прижал к подушке.

- Кто мешает вам, вернуться в город?

- Не знаю, - равнодушно ответил Юра. - А тебе-то, какая разница?

Однако Борюсик продолжал, крепко его удерживать, и прижимать к подушке. Юра посмотрел ему в глаза.... Борис был вынужден, его освободить. Юра, всё так же - безразлично, как бы, размышляя вслух, произнес.

- Видишь ли, есть труп, который хотят "повесить" на меня. Даже, два трупа. По первому - особенно усердствует, некто полковник Бурденко. Он возглавляет горотдел милиции Прогорска.... Судя по всему, он - родственник погибшей Жарковой.... По второму трупу, ситуация, ещё более запутанная... В общем, это - мои проблемы, занимайся - своими. Их у тебя, тоже - будь здоров...

Но Борис, уже не слушал его. Летин опомнился лишь тогда, когда захлопнулась входная дверь. Боря снова, пошёл в "самоволку"...

Оба последующих дня, Летин не видел Борюсика. Он даже не знал, в доме тот, или - нет...

К исходу третьих суток, Боря "появился" на первом этаже, но к Летину не подошёл, а сел около телевизора. Включая поочередно каждую программу, он нервничал. Видать, пытался что-то найти.... Но в Озерске, "ловилось" лишь ОРТ. На всех остальных каналах - ничего. Кроме, пронизывающего до зубной боли, шипенья. Наконец, Борюсик вскочил, и, набросив на спину бушлат, куда-то отправился. Видать, опять, в самоволку.... Вернувшись через полтора часа, Боря закрыл замок на входной двери, спрятал куда-то отмычку, и с триумфальной важностью вошёл в комнату. Бросив небрежно на кровать скомканную газету, он отправился к себе, на второй этаж.

- Почитайте "криминальную" колонку, на третьей странице, - бросил он через плечо. - И готовьтесь, к отбытию в Алуевск. Пока что, туда. Это ближайший город, откуда есть связь с "внешним" миром...

Юра развернул газету. На третьей странице, сразу бросался в глаза "жирный" заголовок. Он жадно впился глазами в текст.

"Очередное громкое убийство в Алуевской области"

"На этот раз в милицейские сводки попал г. Прогорск. Здесь убит начальник городского УВД полковник Бурденко. ЧП произошло примерно в 18:55 по московскому времени. Убитого полковника обнаружила в своем кабинете секретарша. Примечательно, что огонь велся с улицы - убийца выстрелил жертве в голову из пистолета прямо через окно. Преступник пользовался "глушителем", и выстрела никто не услышал. Пуля попала в висок, милиционер скончался до приезда врачей. Киллер смог беспрепятственно скрыться с места преступления. Его поиски результатов не дали, несмотря на то, что уже через 10 минут после происшествия в городе была введена спецоперация "Перехват". Орудие убийства пока не установлено. Судя по гильзе, найденной во дворе здания, преступник использовал пистолет Макарова. Невыясненными остаются мотивы преступления. У следствия пока нет оснований, полагать, что убийство связано с коммерческой деятельностью погибшего. Впрочем, оперативники "прорабатывают" все версии, в том числе, и эту. Работа продолжается. По факту убийства прокуратура возбудила уголовное дело, опрошены десятки свидетелей....


Юра встал с кровати, и направился к лестнице, ведущей на второй этаж. Туда, он шёл впервые. На втором этаже, было три двери. За которой из них - Борюсик, Юра понял сразу. Войдя к "атомщику", Юра бесцеремонно подсел к Боре на кровать. Точно так же, как это делал тот, спускаясь вниз, к Юре.

- Слушай меня внимательно, "законопослушный учёный-атомщик". Я что, просил тебя вмешиваться в мои дела? Тем более, таким способом! Ты ругаешь "мафию", а сам-то ты - кто? Ты хочешь удивить меня, наличием у тебя поддержки, этих всесильных поддонков? Полковник, требующий моего ареста, не сделал ничего такого, за что его - необходимо убивать. Ты пытался разжалобить меня, своим "пионерским" видением "добра и зла", разве - не так? А сам - ради дешевого бахвальства, подло шепнул кому-то, мол, "пацаны" в натуре, надо бы, удивить моего постояльца. Дескать, пусть видит, с какими людьми, "хату" делит. - Юра сплюнул, прямо на пол. Посмотрел на "младшего брата". Тот опустил голову. Жалостливый Летин, смягчился. - Я - не физик. И в школе, имел - "три с минусом". Так что, для начала - подумай, как ты будешь мне объяснять, что ты - не шарлатан, и изобретенная тобой бомба - не "фикция"...

- Юрий, да я...

- Не перебивай, я не закончил. Второе, что ты должен уяснить - никогда, я повторяю - никогда, не изображай при мне "матушку Терезу". Мол, мухи в своей жизни не обидел, всего лишь один раз согрешил-то, всего лишь один.... Ну, подумаешь, ядерную бомбу смастерил. Одну ведь, не десять. Ну, какая мелочь, продал её ...

- Да не продали ж, я ведь рассказывал...

- Помолчи. - Юра строго посмотрел на Бориса, и тот (так вот, оказывается, как с тобой надо разговаривать), насупившись, втянул голову в плечи, и начал, виновато шмыгать носом. - Тебе, видите ли, некуда свой "Москвич" поставить... Вместо того, что бы пойти, и по-мужицки решить вопрос с соседом-бандюганом, ты, словно злой "гений", закрываешься на кухне, и начинаешь, колдовать над своими мензурками. Дескать, всех накажу! Всем - кровушки пущу! Коль уж, на доброе дело - толку нет, устрою я вам вторую Хиросиму!

Юра увидел на окне, раскрытую пачку "Беломора". Всё это время, находясь в "гостях" у "радушных" Гриши с Валей, он курил одни папиросы. Схватив пачку, и подкурив немедленно папиросу, сделал несколько глубоких затяжек. Сразу же, закашлялся. Посмотрел на "физика". Тот сидел на краю кровати, низко склонив голову.

- Борис. Завтра приезжают Григорий и Валентин. Пока они будут здесь, осуществлять побег - глупо. К нему же, надо подготовиться. Согласен? Ни ты, ни я - мест этих не знаем. Так что, давай, договоримся. Мы уйдём - во время их следующей "командировки".... А пока, всё остается - по-прежнему. Мы с тобой - пациент и врач. Лады?


-34-


За пол часа мимо неё не пронеслось ни одной машины. Знать, права была женщина, порекомендовавшая им "людоедов". Она божилась, что машины в сторону селенья Озерское не ходят. Тем более, ночью.

Софья посмотрела на свои руки. Было темно, и увидеть кровь, она не смогла. Когда она, только вышла к дороге, вдали показался легковой автомобиль. Поначалу, хотелось остановить машину, и уехать подальше от этого страшного места. "Но, на одежде, возможно, кровь этих подонков?". Она опустила руку, и отвернулась....

Парней, всех троих, пришлось убить. Ножом. Софья оттягивала такой исход, до последнего момента... Она до сих пор, не хотела мириться с фактом, что совсем недавно, лишила жизни троих юношей. Троих студентов. Таких же молодых парней, как и те, что провожали её когда-то домой после танцев. Точно таких же, как и те, что дарили ей цветы. А дважды, на "втором" и "третьем", такие же парни из-за неё, даже подрались...

Что им было от меня нужно...?

"Получив по голове", и, чуть не потеряв сознание, Софья, всё-таки, мобилизовалась, и метнула растопыренную кисть в лицо "блондина".... Молодой человек взвыл, и схватился за глаза. В следующее мгновенье, женщина выхватила нож, и вскоре, отбросила его от себя, словно раскаленную подкову. Она лишила жизни, всех троих...

"Жаннуля, не будь дурочкой. Ты ведь, нож с собой взяла - не для того, что бы картошку им чистить. Возникла ситуация, ты действовала по обстановке.... В конце концов, ты - защищалась..."

Софья решила идти через лес. До того места, где остались трупы парней, она добежала, на одном дыхании.

Тела юношей лежали, всё так же. "Смерть наступила сразу. Хорошо. Парни не мучались".

Софья нахмурилась. "Почему же, я их не обыскала?"

У всех троих, она обнаружила новенькие "Макаровы". У двоих - на заплечных кобурах, а у Сергея - за поясом сбоку. Двое из парней, имели при себе и книжечки, с золотистым теснением "ФСБ"...

Любой житель России, побывавший хотя бы однажды на Арбате, без особого трепета смотрит на удостоверения КГБ, МВД, ФСБ и т.д. Но Жанна, покинула Россию в 1985-м...

Да вы, ребятки, и не студенты, вовсе.... А ведь, такие молоденькие. И уже, робите на "хозяина". И чего ж вам от меня было нужно?

У всех троих, имелись сотовые телефоны. Однако в глухомани данный вид связи не действовал.

Только сейчас, Софья подумала, а ведь я для них - старовата.... Даже, без всех этих "переодеваний"...

Так почему ж, они ко мне привязались? - Страшная догадка всё-таки подтверждалась. - Неужели?...- У Софьи похолодало в животе. Она попятилась. Всё быстрее и быстрее.... А через несколько минут, она неслась вглубь леса, чудом умудряясь не исцарапать ветками лицо.

Когда усталость впервые напомнила о себе. Жанна находилась далеко, и от дороги, и от того места, где покоились тела парней.... У "студентов-фээсбэшников", она конфисковала лишь один "ствол". А надо бы было, забрать все. Ещё неизвестно, какие сюрпризы и встречи, ждут впереди...

Когда в Кракове она спросила у Игоря, положен ли ей "ствол", тот, лишь рассмеялся ей в лицо. А потом, очень серьезно сказал.

- Жанна, а тебе оно - надо? Ну, все эти "канители"? А "канители", обязательно будут! Если ты, не перестанешь "играть в шпионов". Ты - едешь, в обычную, "отпускную" поездку. Как будто бы, "ни о чём". Остановишься у "подруги". Если, почувствуешь на себе, чьё-то повышенное внимание, дай сигнал мне. Вообще-то, знать о тебе - "они" не должны. - Кто такие, "они" - Игорь никогда не пояснял. Это предполагало, что Жанна, политически грамотная девочка. И что она, понимает, кто - "красные", а кто - "белые". В конце того разговора, Игорь, уже "по-отечески", потрепал её за щёку. - Не рискуй без надобности. Даже дамскую булавку, иметь при себе - глупо. В той стране, куда ты едешь, булавка - считается холодным оружием. - Он усмехнулся. - И не только считается, но таковым и является. Ну, будь же умной девочкой. Ты же - частный детектив...

"Я выполняю распоряжения Игоря... Игоря? А он, представляет интересы "группы лиц", стремящейся к власти. Господина Широкова прячут "те", кто "рука за руку", с власть имущими. Следовательно, "вне закона" - я, а не они...".

Вполне возможно, что специально обученный разведчик умеет в темном ночном лесу, определять стороны света, и проводить более сложную "навигацию". Но Жанна, не была "разведчиком". Она была детективом-самоучкой, даже не имеющим "лицензии"...

Почувствовав, что теперь-то уж трудно чем-то навредить, Софья решила идти прямо, не сворачивая...

Она и не знала, что движется "правильно"...

- - -

"Золотые прииски - предприятия, занятые добычей золота из коренных и россыпных месторождений", - сказано в "Путеводителе по Уралу и Сибири", изданному в 1897 году.

В Алуевской области, промышленная добыча золота началась в 1823 на речушке Левая Коса, но прерогативой государства - она никогда не стала. Испокон веков, мужички, те - что пошустрее, были не в силах, игнорировать сей "подарок природы". Частные прииски стали развиваться в 30-40-е гг. прошлого, простите - позапрошлого, века. Золотодобыча состояла из нескольких операций: добыча золотоносных песков, их транспортировка и промывка. До конца 19 века в губернии добывалось в основном россыпное золото. Добыча золотоносных песков велась "открытым" способом. Главными орудиями на земляных работах были лом, кайло, лопата. На промывке песков, к ним присоединялись: ручные станки, грохоты, ваштерды, чаши....

В 1850 в Алуевской губернии было около пятидесяти приисков, а старателей - насчитывалось свыше 10 тысяч человек.

В нашем веке, большинство приисков иссякло. Об остальных - попросту, забыли. "Дурь" из мужика российской глубинки, вышибли, сперва - "коллективизацией", ну а потом.... А потом, богатые земли были отданы военным. То здесь, то там, в непроходимых лесах на Севере области, сегодня встречались огороженные колючей проволокой "зоны". О назначении этих зон, оставалось лишь догадываться. По всей видимости, на засекреченных территориях - размещались подземные шахты с ядерным ракетами... Тут уж, простите, не до приисков...

В настоящий момент, в Алуевской области существовала лишь одна золотодобывающая артель. Частная. Подпольная, то бишь - неучтенная, государством. Неизвестно, каким способом братья пришли к этой затее, но на этой золотоносной жиле, они хозяйничали вдвоем.

Отсидев, как положено, по два "срока", братья вернулись на родину. Закончив строительные и обустраивающие дела, они, ни с того, ни с чего, вдруг начали уезжать неизвестно куда и зачем.... Отсутствовали дома, чаще по три-четыре дня, и вновь возвращались.

Одновременно, в доме стало появляться золотишко. Аккуратно разложенное в полиэтиленовые кулечки. В те дни, когда братья были "не на выезде", они вечерами без устали любовались скопленным богатством, завалившись на печи. И что-то считали, считали, считали. Гана делала вид, что ей - нет дела до "увлечения" мужчин, но того, что она думает по поводу золота - никто не знал.

К алкоголю, братья были равнодушно. Однако "в меру", но пили. И "напару", лупили Ганку. Было бы, "за что". Под "мухой", ломать голову - "за что", как правило, не приходилось. Сильны в российском мужике традиции предков...

Братья возвращались домой. Уставшие и, без того, дикие, они, подобно двум ледоколам, рассекали снежные завалы ночного леса. Добираться до дома в столь необычное время, да ещё и "напрямую" через лес, заставила травма кисти, полученная Валентином под вечер. Устанавливая палатку на новом месте, чуть ниже по реке, средний брат раздробил себе кисть обухом топора. Колышки для палатки он мог заколачивать с закрытыми глазами. Что с ним произошло сегодня? Может, устал?

Не имея при себе, элементарных бинта и йода. Братья засобирались домой, "на ночь глядя". Размозженную кисть, обернули Гришкиной майкой.

До станции оставалось не более трех километров. Оттуда они доберутся на ГАЗике, оставленном во дворе у Трофимовны. Что ж, придётся будить бабу.

Григорий первым нарушил молчание.

- Валь, болит?

Брат не ответил. Даже, не обернулся. Григорий, только и успевал, идти за ним "след в след". Через несколько метров, "старший" повторил вопрос.

- Валя, ты - как? Дойдёшь? Или, сделаем остановку? Полегче, будет.

Валентин, всё так же - молча, остановился, развернул раненую кисть, выругался. Посмотрел на Гришку, и выругался снова.

- У нас - водка есть?

Они выпили по пол бутылки. Почти что сразу, захмелели. Пили из горлышка, не закусывая. Без закуски, под вечер - уставшему мужику, много и не надо. Гриша, "пригубив" остатки, и выбросив пустую бутылку за молодые ели, поделился с Валентином.

- Я в последнее время начал замечать, что братишка-то наш, выздоравливать начинает. Тебе, не кажется?

- Нет, не кажется. - Валентин, по-прежнему, был зол. Хоть боль и смягчилась немного, от принятого алкоголя. - Мне кажется, что баба твоя на "постояльца" нашего заглядываться стала...

Гриша, лишь сплюнул, и негромко пробубнил.

- Вернёмся, обоих - "замочу"...

Затем, Григорий задумался, как бы, взвешивая, говорить Валентину о каких-то своих догадках, или - не говорить. Наконец, он решился. - Слышь, Валь, мне Трофимовна, знаешь, что сказала? К ней, мужичёк какой-то заходил. Ну, не то что бы мужичок, а так - дедок старенький. Короче, - дядька один, пожилой.

- Ну и чё? - Безразлично отозвался брат.

- А то, что интересовался тот дедок, нашим брательником, младшеньким.

- Ну и чё? - Валя был, не прошибаем.

- А то, - Гришка начал терять терпение, - что интересовался дедушка тот, могилкой Борькиной. Борька-то наш, ещё в 90-м году помёр! Вот так! А дедок этот - его отец! Наш отчим, то бишь... - У старшего брата было такое выражение лица, будто бы во всей этой вскрывшейся "правде", виноват в первую очередь, Валентин.

Но Валя лишь сплюнул на снег.

- Ну и чё?

- Чё-чё! Я сразу заприметил, что Боренька наш, скорей, "дурочку включает", нежели, в самом деле - "с февралём". Он ведь, вроде как, и говорить-то, толком не умел. А тут, я узнаю, что он и пишет-то, грамотней нас с тобой, вместе взятых!

Теперь, на снег сплюнул Гришка.

Валентин, мгновенно забыв о боли, зашипел.

- Кто знал о золоте? Кроме, Ганки?

- В-в-валь, т-т-ты ч-ч-чё, бр-ратка? - Григорий начал заикаться. - Никто не знал, в натуре...

Казалось, средний брат его не слушает.

- А может, Трофимовна? Хотя.... - Валентин опять, хитро прищурился. Этого прищура Гришка боялся во все времена. - Гриша, а ведь Боренька, в наше отсутствие, из избушки-то, мля, на курьих ножках, всё-таки, выходит. И ты об этом знал. Просто не мог, не знать. А мне, своему родному брату, и компаньону, ни слова. Его, что, Ганка твоя выпускала?

- Да ты, поди, и меня в чём-то подозреваешь? - Григорий, молча, хватая ртом воздух, описывал своими руками-граблями непонятные движения. Наконец, он, словно придя в себя, скомандовал. - Быстрей! Убью! Обоих!

Они вскочили, и устремились в хвойную "мглу".

... Софья, "вдавившись" всем телом в снег, боялась шелохнуться. Хвойный пучок от ветки, над её головой, неприлично щекотал шею. Приходилось терпеть. Эти - убьют, не раздумывая.

Но, мгновенно, она вскочила на ноги. Как понять, убьют? Кого, убьют? Бориса Широкова?

- Стоять! - Её звонкий голос, был многократно повторён эхом. От прозвучавшей команды, даже у неё похолодело всё внутри.

Валентин, не испугавшись, а скорей - удивившись, остановился, и повернул свое веснушчатое лицо к женщине. И тут же, свалился, сраженный выстрелом из "Макарова".

"Оказывается, убивать пистолетом, ещё проще... Какие глупости! Где, второй брат?"

Но Григория, и след простыл. Напрасно, Софья пыталась определить, в каком направлении тот скрылся. Она вглядывалась в хвойные ветки, пытаясь найти среди них, надломленные. Однако, очень быстро поняв, что авторы "вестернов" брешут, повествуя о "следопытских" возможностях североамериканских индейцев, отказалась от этой затеи. Она лишь, ещё больше заблудилась, и теперь, обессиленная лежала на снегу. Рассматривать ночное небо, ей нравилось всегда. В эти минуты, глядя на россыпи звезд, Жанна поняла, что действовать теперь, она будет по "своему" сценарию. По собственному....


-35-

Наверное в каждом областном центре есть такие места, которые, по мнению большинства его жителей, уродуют лицо родного города. В Алуевске, таким местом все по праву считали улицу Нейвинскую. Ранее, в "докирпичную" эпоху, она простиралась от ворот Бахаревского завода, старейшего в городе предприятия, до спуска на железнодорожный мост через Межву. Ныне, когда все подступы к реке в этом районе давно уже застроились "современными" пятиэтажками, улица сократилась, до нескольких десятков метров.

Дряхлые одноэтажные бараки, составляющие основной и единственный вид постройки на Нейвинской, давно "просились", под гусеницы бульдозера. Сколоченные "на скору руку", уже после свержения Романовых, они олицетворяли "спартанскую" неприхотливость пролетариата. Раньше, городские власти неоднократно собирались, как-нибудь обозначить историчность сих мест. Если уж не памятник, так хотя бы - повесить какую-нибудь мемориальную доску. Впрочем, впоследствии "отцы города" отказались от этой затеи. Дескать, а кому оно надо?

Гурон брезгливо разглядывал дощатые постройки. Удивлял, ни столько их "убиенный" вид, сколько то, что во многих бараках, до сих пор жили люди.

"Где же тут, Нейвинская, 4? Ланка сто раз, словно склеротику, называла этот адрес. Якобы гадалка, намекнула кому-то, что Антон исчез где-то здесь. Он проживал в этом доме до того, как снюхался с Ланкиной матерью. Неудивительно. Выходец отсюда, не дегенератом - быть не может...".

Гурон заблуждался. Много видных людей вышло отсюда, из недр российской глубинки. Академик Василевский, летчик-космонавт Андроненко, нынешний ректор Военно-медицинской академии, генерал-лейтенант Хворостов, многие другие - все они родились и выросли в этих неприметных бараках.

Когда-то, и у Гурона были знакомые в этом районе. В начале девяностых, самая сильная в городе бригада "наперстничков", состояла из парней, выходцев с улицы Нейвинской. Возглавлял её, помнится, Аркаша Лобов, по прозвищу Атос. Постепенно, люди уезжали отсюда в новые микрорайоны, оставляя на память о себе старые комоды и заваленные газетами коридоры. Но Гурону, почему-то, казалось, что Атос, по-прежнему живет здесь. Года полтора тому назад, они виделись. Неважный вид имел Аркаша Лобов. Отталкивающий вид был у бывшего предводителя, некогда могущественной шайки наперстничков.... "Свалившиеся на голову" большие деньги, сломали, охочего до выпивки Атоса. Потом - "зона", затем - бродяжничество, алкоголизм.... Тридцать пять лет, для хронического алкоголика - возраст, довольно серьезный.

Гурон напряг память. "Арканя жил, кажется, в тринадцатом доме. Мы ещё прикалывались, помнится, по этому поводу. Дескать, счастливый номер..."

Однако сейчас, найти "четвертый" и "тринадцатый" дома, было невозможно. Ни один из бараков, не имел вывески с нумерацией, и Гурону, несколько раз, хотелось махнуть на все рукой. "Махнуть", и пойти пить пиво. А Ланке объяснить потом, что ничего, мол, "подозрительного", не увидел. Да и не мог он, ничего увидеть....

В тот день, когда слежка за Антоном привела его к этим баракам, Гурон подумал, - а обитаем ли сей район вообще? Компания, "предводитель" которой заходил внутрь вагончика вместе с Антоном, проследовала именно сюда. Но, куда они пошли, дальше?

Заметив на одном из домишек, наполовину оторванную табличку, Гурон поспешил разобрать, что на ней написано. Хм-м-м, этот дом - одиннадцатый. Значит, интересующий нас барак - следующий, после сгоревшего "купеческого" магазинчика.

Гурон прошел мимо заброшенной голубятни, и остановился. Откуда, появилась эта неприятная пульсация в висках? Может страх?

Заходить внутрь, не хотелось. Дверь, выходящая на улицу, была заколочена. В каждом бараке, имелся и запасной выход. Но для того, что бы к нему подойти, Гурону пришлось бы перелезать через забор.

Федор постоял немного у заборчика, и, злобно сплюнув на дверь, полез на сугробы...

Как и предполагалось, задняя дверь была открыта. Гурон вошел в барак. Леденящий душу скрип половиц, и взметнувшийся к потолку столб пыли, "впечатлили" его настолько, что пришлось взять в руки обломок швабры.

Гурон вошёл в крайнюю комнату. Из всех, которые имели двери, это - наиболее походила на "обжитую".

Так и есть, войдя, он услышал за спиной, чей-то скрипучий голос.

- Гур-р-рон...

Прозвучало его "погоняло", хотя в комнате - никого не было. Впрочем, то, что в комнате - никого нет, как раз, нисколько не удивляло. Поскольку, находиться в ней, было делом нелегким. Заполнявшее комнату зловоние, исключало такую возможность, в принципе. Но тем не менее, голос повторился.

- Гур-р-р...

Гурон, бросился на колени, и втиснул свою голову между кроватью и полом. Никого. Быть может, есть ещё одна комната? Раньше, бывать здесь, не приходилось. Один раз, кажется, провожали Аркашку, но внутрь барака, никто из пацанов, не заходил.

- Гур-р-р-рон...

Федор вскочил с пола. Неужели, ему мерещиться? Он негромко поинтересовался.

- Кто здесь?

И тут, его взгляд упал на дальний угол комнаты, заваленной домашним хламом. В ворохе грязного тряпья и бумаг, абсолютно сливаясь с их фоном, лежало существо, мало похожее на человека. Но, прозвучало ведь, его погоняло, "Гурон"! Значит, с существом они знакомы...

- Ты кто, брателло? - Гурону было трудно смотреть на изъеденное язвами лицо, и багровые, словно обожженные, руки. Волосы у существа, бывшего некогда человеком, почти что выпали, а глаза провалились настолько глубоко, что воспринимались, как две зияющие глазницы. От существа пахло испражнениями и рвотными массами. Губы несчастного, были покрыты белым налётом. Преодолевая брезгливость, Федор присел на корточки, рядом. - Слышь, ты чё? От "мусоров", "гасишься"? - Мировоззрение Гурона исключало иную причину, доводить себя до подобного состояния.

Существо попыталось что-то сказать, но вместо звуков, изрекло страшное хрипенье. Гурон вышел, и набрал в ржавый чайник воды из оцинкованного бака, стоявшего в коридоре. Вернувшись, он поднес горлышко чайника к губам страдальца.

- Братецелл, попей, тебе будет лучше...

"Братецелл" склонил голову набок, и вытянул трубочкой потрескавшиеся губы. Он пил очень долго. Большая часть воды, утекла на пол. Наконец, уже более разборчиво, заговорил.

- Найди Гилмора... Скажи ему, что "чемоданчик" - у нас. Передай, что Атос - не "крыса"... А "загаситься" - вынудили. Меня вычислили "колчаковские".... - Атос долго пытался проглотить слюну. Наконец, у него получилось. - Умру я сегодня. До твоего прихода, несколько дней провалялся без чувств. Какой сегодня день - не знаю.... Кисель, он самый первый сдох, предложил товар "располовинить", и поделиться с пацанами Колчака. Но, Гилмору об этом не говори. Помер Кисель.... - Рассказчик, снова, долго "глотал" слюну.

Это ужасное существо и есть Атос? Но, что с ним? Может быть, проказа? По мнению Гурона, самым страшным недугом человечества являлась "проказа".

Скорчив брезгливую гримасу, Гурон запустил свою руку в карман Атоса. Тот, этого не почувствовал. Федор извлек нетолстую стопку денег. Пересчитал. Впрочем, не так уж и мало. Полторы тыщи, всё-таки, на дороге не валяются.

- Но нам, "проказа" не страшна! - Заявил невидимому оппоненту Гурон, вытаскивая из-под вороха белья кожаный кейс. "Ого, тяжёлый! Килограммов, пятьдесят!". Не прикасаясь к дипломату, он обернул его несколькими слоями газетной бумаги, и прихватив под мышку, покинул умирающего Атоса...

Двигаясь по направлению к Ланкиному дому, Гурон обмозговывал ситуацию. А подумать, было о чём. Необходимо понять, что для него важнее? "Покровительство" Гилмора и, разумеется, "работа" при нём, или само, "содержимое" чемоданчика? "Работа" с Гилмором, обещала неплохую перспективу. В прошлом, палатки на рыночном "пятаке" бомбила бригада, в которой состоял и Гурон. Может, намекнуть Гилмору...?

Заглядывать внутрь кейса, было боязно. Перед глазами до сих пор "маячило" изъязвленное лицо Атоса...


-36-


Бар "Потёмкин" открылся в прошлом году, но уже успел, снискать себе завидную популярность. Немало тому способствовало его месторасположение. Горожанин, любящий провести вечер среди себе подобных, в уютном, похожем на большую охотничью сторожку, зале, вряд ли найдёт себе, что-нибудь, более подходящее. Тем более, бар находился за пределами города, в 15 километрах от моста через Межву, прямо по Ключевскому тракту. Он и замышлялся-то поначалу, как кемпинг, нечто, вроде гостиницы для дальнобойщиков. Собственно, бывший хозяин "Потёмкина", строя заведение, ориентировался именно на такой размах... Лес, окружающий дом с надписью "Потёмкинъ", также, добавлял соответствующий колорит. Многими посетителями, близость высоченных елей, воспринималась, как намёк на годы жизни, проведенные на лесоповале... Собственно, не знавшие вкус тюремной баланды, сюда и не заходили.

Учитывая контингент завсегдатаев бара, можно смело согласиться, "Потёмкин" был обречен на популярность, ещё не открывшись. Дело в том, что владельцем названного заведения являлся некто Гилмор...

В середине восьмидесятых, это имя не сходило с уст горожан. Затем, Гилмора посадили, за убийство начальника Кировского РОВД, подполковника Гольченко.

Отсидев, от звонка до звонка, Ахмаров Гельмутдин Рефхатович, по кличке Гилмор, вернулся в родной город. Здесь его хорошо помнили. Помнили и боялись. Практически, все. Абсолютно, все...

За Гилмором устойчиво закрепилась слава конченного отморозка. В криминальном мире, "таких" - не любят. Но, считаться с "такими", увы, приходится. Причём, всем. Независимо от положения, занимаемого в городе...

Собирая "долги", образовавшиеся за время его длительной "командировки", Гилмор обратил внимание на заведение, строящееся за городом. Идея ему понравилась, и вопрос "собственничества", вскоре был решён. Естественно, в его пользу. Вот так...


Бар "Потёмкин" гудел. Ни одного, незанятого стола. Даже подойти к барной стойки, было непросто.

Единственный официант, Саша Беринг, едва успевал заменять пустые бутылки на столах...

Гости заведения, все без исключения - люди судимые, считали нормальным, выражаться нецензурно. Хотя, никто не "перегибал палку". Боялись хозяина бара. Гилмора.


В самый разгар всеобщего веселья, приехал "хозяин". В зал тихонько вошёл маленький, невзрачный мужчина, лет сорока пяти, пятидесяти. Шея тонкая, голова - абсолютно лысая. Вошедший шарил глазами по залу, словно искал, к чему бы придраться.

Все посетители, прекратив галдеж, повернули головы к вошедшему. Тот, убедившись, что его слушают, сморщил маленькое восточное лицо, и прокашлявшись, спросил.

- А чё это, вы тут делаете?

Десятки пар глаз стали тщательно изучать выражение его лица. Важно было понять, произнесенная фраза - шутка, или - начало очередной "предъявы" кому-то из присутствующих...

Пауза затянулась, но, до сих пор, никто не осмеливался поприветствовать "хозяина заведения". Гилмор был непредсказуем, и в ответ на доброжелательное приветствие, он мог "выкинуть", что угодно. При этом, чувствуя, что от него ждут пояснения, отнюдь, не спешил делать подсказку. Думая, очевидно, следующее: "Ну что, суки, прищурились? А как, пока я, за подлянску душу срок мотал - умников из себя изображали? Галдели наперебой, остановить невозможно было... Праздники праздновали? У-у-у, животные..."

Однако, в конце концов, видимо решив, что нагонять жути - хватит, Гилмор хищно улыбнулся, и сплюнул на пол родного заведения. Дескать, всё нормально, Продолжайте, гулять и дальше...

И тут же, от каждой из присутствующих компаний, посыпались приглашения, отужинать за их столом. Отвечать на подобные предложения, Гилмор не считал нужным.

Он закрылся в своем директорском кабинете, и вызвал Сашу Беринга. Тот, появился сразу. Войдя, сразу же доложился.

- Звали, директор?

Директор, не глядя на него, спросил.

- Колчаковских, не было?

- Нет. Но, у входа, по-моему, его "тачка"...

- "Форд", джипер? Это - не его машина. На нём, Джордан ездит. Хотя, какая разница? Все они, пионеры-комсомольцы, сыны "гондона"... На джипарях, мля, ездят, важняки... Что ни машина - "блатной" номер. Наверняка, у ментов выпрошенный. Или, купленный... Такие они, падлы, замусарёные... Ну ладно. Ты знай, должна подъехать "кодла", от Колчака люди... Накрой мне и гостям в моём кабинете.

Ожидая Колчака, Гельмутдин Рефхатович, по кличке Гилмор, неоднократно выходил в зал. И тут же, в ресторане воцарялась тишина. Старому уголовнику это нравилось, и он, специально, задерживался подольше. Щуплый и нескладный, он, казалось, не боялся ничего. Никого и ничего. В недалёком прошлом, не задумываясь, хватался за "перо" всякий раз, сталкиваясь с непониманием или несогласием. Об этом знали, и без нужды, уголовника не дразнили.

Колчак появился внезапно. Сперва в бар вошли четверо молодых парней в длинных кожаных плащах. Каждый из них, держал правую руку в кармане. Намёк? Понты? А если, не понты?

Так или иначе, но присутствующие в зале, старались не пялиться на вошедших. Парни встали по двое, с обеих сторон от директорского кабинета, и скрестили руки, чуть пониже талии.

Следом за ними появился Колчак. Он, в отличие от Гилмора, на посетителей, даже не смотрел...

И всё же, каждый выпивающий в этом зале, думал сейчас об одном. Что, не поделил с хозяином "Потемкина", молодой бандит. Впрочем, хоть и молодой, но уже - "на положении"...

Сопровождали Славу хмурые парни в длинных кожаных плащах и темных очках, "a la Коза Ностра". Все, как на одно лицо. Появление на людях в таком сопровождении, по мнению Колчака, вполне соответствовало его статусу.

Надо сказать, что в команде Колчака, ему подражали все без исключения. Сдвинутые брови, отсутствие малейших следов доброжелательности, плотно сжатые губы - одним словом, "свинец" на лицах...

Гилмор, в полную противоположность своему молодому коллеге, был невысок, хил, морщинист, и абсолютно лыс. Передвигался он в сопровождении, не менее крепких парней. Правда, его бойцы, одевались попроще. Стиль чикагской мафии 30-х годов, был крайне чужд уроженцу здешних мест Ахмарову Гельмутдину. А вот феномен "клановости", прослеживался и в его семье. Причём, довольно наглядно. Все его родственники, братья, сестры, дяди, тёти, естественно - папа с мамой, отсидели, не по одному сроку. Некоторые, сидели до сих пор. Кто-то, умер. Кого-то, убили... Сам Гилмор, как представитель династии потомственных "нарушителей закона", превзошёл всех своих родственников. Даже до отсидки, его имя, котировалось достаточно высоко. После срока же, который он отбыл "смотрящим" на Верхоланской пересылке, с Гилмором вообще, не желали иметь, ни разногласий, ни непоняток. Этот, ничего не боится, ни "зоны", ни могилы, - вздыхали оппоненты матерого уголовника. Уж лучше, не ссориться с психом...

Колчак молча вошёл в кабинет, и молча подсел к директорскому столу, напротив Гилмора. Поморщившись, отодвинул от себя подальше дорогую фарфоровую пепельницу со вчерашними окурками. Изущающе осмотрел кабинет. Скорчил разочарованную гримасу. Всё это, было прелюдией к серьезному разговору, который сейчас должен состояться. Изучив обстановку в кабинете, Колчак повернулся к Гилмору. Его дерзкий, не скрывающий агрессии взгляд, встретился с насмешливым прищуром хозяина кабинета. Терпеть насмешку в глазах "старикашки", Славе было тяжко. Как хотелось сейчас, встать, обойти стол, и "замочить" эту мразь одним ударом. И всё же, стиснув зубы, он процедил.

- Твои люди забрали то, что принадлежит мне....

Гилмор слушал его, и добродушно улыбался. Мол, я слушаю, излагай дальше. Слава Колчак, являясь парнем дерзким и прямолинейным, не ждал такой реакции. Он готовился к встрече с другим Гилмором, со "злым и страшным муркопевом", каким его описали ему. Не умея, говорить долго и красиво, "гость" решил, что суть вопроса - изложена, и пора заканчивать. Колчак подытожил.

- Короче, разберись, кто это сделал, и верни "дипломат"...

Дурашливая улыбочка этого "лысого шута" окончательно вывела его из себя, и Слава встал. Тут же, Гилмор перестал улыбаться. Его глаза приобрели обычную колючесть, усилились морщины на лице, губы побелели, загуляли желваки. Быть может, кто-нибудь другой на месте Славы, и испугался бы. Но, даже если бы за дверью не стояли, не знающие страха "бультерьеры" в кожанах, Колчак всё равно, не ушёл бы отсюда, не добившись признания справедливости своей "предъявы"...

- Чемоданчик, мой, - повторил Колчак "ледяным" тоном

Его собеседник от удивления даже хлопнул себя по колену.

- Так забери его, я - не против. Мне он, ни к чему. Да у меня, и нет его, ты же видишь... - На лице Гельмутдина опять, "нарисовалась" издевательская улыбочка.

Слава "закипал", но чем больше он закипал, тем более дурашливой становилось физиономия Гилмора. "Старичок" просто издевался над ним. А ведь появился в городе, вроде бы, недавно. Грохнуть его прямо здесь, в его же кабинете? Людей у него, нет. Путных-то.... Весь зал - сплошная пьянь. Нормальные пацаны, сюда и не ездят. Одни "синие". Да и, пожалуй, их "коммерсы"...

Слава сел обратно на стул.

- Где "дипломат"?

Гилмор закурил папиросу. Курить не хотелось, однако он знал, что Колчак не выносит табачного дыма. Боксер, мля, хренов...

- "Дипломат", у меня. - Спокойно сказал Гилмор, хоть он и не знал, о каком "дипломате" идёт речь. Однако этот парень, перепутав всё на свете. Приперся сюда, осмеливается "предъявы" делать. Надо его на место ставить. Гилмор повторил. - "Дипломат", у меня. Но я, его не отдам. А если ты и впрямь тот, за кого себя выдаешь, то тебе надо, ни ко мне. Тебе надо к нашему президенту. Того, что тебе надо - у него много. Попросишь, должен дать. Я-то ведь, с людьми попроще, привык вопросы решать. А к "большим людям", у меня - тяги нет. Стесняюсь я их. Потому, что обижают они меня, необразованного. Последнее что есть, отобрать хотят.... Если, скажут мне люди, - Гельмутдин, отдай "дипломат" Славе Колчаку, - я так и сделаю. Только не слышу я, что бы мне, кто-нибудь такое сказал...

Люди, которые давно знали Гилмора, наверняка, удивились бы, наблюдая эту сцены. Их смутила бы, его "сдержанность". Ужасный и страшный Гилмор, выслушивает нелестные слова в свой адрес, а их "автор", до сих пор не валяется на полу с торчащей из глазницы рукоятью ножа...

- Саша, зайди. - Позвал "директор" Беринга. А молодому бандиту, повернувшись к нему, спокойно пояснил. - Слава, ты иди. Я узнаю у своих людей, действительно ли, всё так, как ты говоришь... Ну а потом уж, будем разговаривать...

Заглянувшему в кабинет официанту, Ахмаров сделал знак рукой. Что может означать этот жест, вряд ли, кому-то известно. Однако Беринг понимающе опустил веки, и исчез за массивной дубовой дверью...

Наверное сейчас, самое время, размазать по стене эту мразь. Слава сжал кулаки, и сделал шаг в сторону Гилмора...

В эту минуту, послышалась возня около кабинета. Спустя пару секунд в кабинет ввалилось человек десять. Половина вошедших, в руках держали обрезки чугунных труб. Завсегдатаи заведения, за директора "Потёмкина", пошли бы и на танки...

Колчак уехал, а Гилмор - так и остался, за своим директорским столом. Ему только что, была сделана "предъява". И кем сделана? Каким-то молокососом! Гельмутдин, когда его "закрывали" в 1987 году, уже был - Гилмором... А кем в ту пору был этот юный беспредельщик? Он же, и школу-то в то время, ещё не закончил!

Гилмор открыл дверцу письменного стола, и выдвинул поочередно все три ящика. Они были пусты. И лишь в нижнем, лежал пистолет. Повертев его в руках, директор забросил оружие обратно, и снова позвал Беринга.

- Саша, прошмыгнись по залу, узнай, кто и когда в последний раз видел Атоса...

Через пять минут, Ахмаров Гельмутдин знал, что Атоса, Вьюгу и Киселя, никто не видел, около недели.

"Что ж, оно понятно. Парни "помыли" чей-то кейс с "баблом". "Отрываются" сейчас, поди, по полной программе... Молодцы..."

Вновь, вызвав Беринга, Гилмор наказал.

- Саня, надо узнать, кто из людей Колчака - "сидел". Узнай поподробней. Кто, где, когда, статья, срок, "масть", "погоняло", как сидел, короче - всё, ты знаешь...


Следует заметить, что, и Гилмору, и Колчаку, на "упомянутый" чемоданчик, по большому счету, было наплевать. Но исход спора за право обладания им, так или иначе показывал, чьи требования должны выполняться безукоризненно, а чьи - могут быть и проигнорированы... Столкнулись "птенчики" двух лидеров, а согласно военной науке, исход любого конфликта решается не на полях сражений, а в "высоких" штабных кабинетах.


-37-


- Вы думаете, мои деяния, могут вообще, коим-то образом повлиять на ход развития истории? Неужели, "слон", раздутый из махонькой "мышки", оказался столь "безразмерным"? Ну, это же смешно, утверждать, что я - изготовил что-то новое. Вам напомнить, что за шесть десятилетий в мире появились восемь стран-обладателей, и ими было произведено в общей сложности около 125 тыс. боезарядов... А мне заявляют, ты изготовил бомбу... Да, изготовил. Но её порядковый номер - 125 001... Юра, ну вы-то, ей Богу, не уподобляйтесь всему этому "детскому саду"... Атомная бомба, ай-яй-яй, какой ужас... Вы знаете, что недавно "за океаном", группа ученых-ядерщиков продемонстрировала Сенату США "настоящую" атомную бомбу (судя по всему, "пушечного" типа), собранную целиком из деталей и материалов, купленных легально. Ученые, просто продемонстрировали, насколько сегодня легко, изготовить столь грозное оружие... Вы только вдумайтесь - атомную бомбу "пушечного" типа изготовили из заготовок, приобретенных в обыкновенных магазинах! А это, вам скажу я, не моя, "пуколка"... Неужели, даже после таких примеров, кто-то посмеет утверждать, что это я - "выпустил Джина из бутылки"?

- Боря, не паясничайте. Вы забыли о моем предупреждении? Не надо пытаться, выглядеть "святым". У вас, не получится...

Борюсик, сделал украдкой несколько шевелений губами. Так делает всякий, не имеющий аргументов, но не желающий, признавать свою неправоту...

Юра продолжал.

- Боря, у нас - мало времени. Но, не это - самое печальное. Самое печальное то, что я - не физик-ядерщик. Уровень моих познаний в обсуждаемой области, вряд ли соответствует таковому, скажем, у сельского учителя. Что там, учителя, последний двоечник - более компетентен в вопросах физики ядра. Борис, постарайтесь ввести меня в курс, простым обобщающим языком... По принципу, "глупому - достаточно, а умному - знать, не обязательно"... Как можно, меньше "терминов" и "формулировок"...

Ободрившись от мысли, что его - больше не будут "журить", словно провинившегося стервеца, Боря затараторил.

- Современный уровень достижений в сфере разработки ядерных боеприпасов в принципе позволяет создать "ядерные чемоданчики" весом в 15-20 кг. Но для этого понадобится не высокообогащенный уран или плутоний, а трансплутониевые элементы, имеющие не только малую критическую массу, но и малый период полураспада. Это повлечет за собой, во-первых, необходимость разработки новых технологий вооружения, создание новых производств, которые по сравнению с существующим оружейным материалом имеют баснословную цену. Такие легко переносимые "ядерные чемоданчики" были бы настолько дороги, что оказались бы не по карману любому государству. Кроме того, они имели бы очень короткий срок эксплуатации вследствие быстрого распада ядерной начинки - не больше 3-4 месяцев. К тому же короткоживущие элементы имеют, как правило, гораздо более мощное радиоактивное излучение, что приводило бы к облучению личного состава. Овчинка выделки не стоит. Никто на современном этапе не стремится разрабатывать такие устройства. Но, Юра, они ведь и не нужны. Всё, намного проще и эффективней...

Боря схватил со стола графин, и отпил из него добрую "треть". Пока Юра - здесь, это делалось, уже не в первый раз. Неутолимая жажда. Полидипсия, - кажется, так называется этот симптом сахарного диабета... А ведь его, надо лечить. Кем бы он, ни был. "Наивным злодеем", или "шизофреником-правдоискателем".

Утолив временно жажду, Боря возмущенно "загундосил".

- Я остановил свой выбор "на грязной бомбе". Что это такое? Это - обыкновенное взрывное устройство, начиненной радиоактивной "начинкой"... В качестве начинки, легко сгодятся радиоактивные вещества, широко применяемые в медицине, в промышленности, в различной контрольно-измерительной аппаратуре и так далее. Учитывая тот факт, что многие тысячи таких источников утеряны, не следует особо удивляться, если и вы - завтра соберете "атомную" бомбу. Вы не поверите, но сегодня существует "чёрный рынок", где без труда - можно приобрести расщепляющие материалы.

Юра молча слушал Бориса, но заставить себя, вникать в "услышанное" - он не мог. Очень уж отвлекали, собственные проблемы. Наверное, сейчас - самое время, бежать отсюда. Неизвестно ещё, что - ждёт нас завтра. В каком расположении духа, будут братья. И вообще, они - на выдумки хитры. Может, и не пустят меня больше к Борису. Боря - вроде бы, адекватен. Труден, конечно, как ребёнок. Ну, не оставлять же его - братьям-неандертальцам на съедение...


-38-


То, что Юрку переводили из избы в избу одетым, то есть, в своих же, пуховике и кожаной кепочке - явилось очень даже кстати. Стоя сейчас на куцем перроне станции "Буртаевск", он, всё же, ощущал себя "человеком". Чуть-чуть побаливали бока, но в свете его освобождения, это не рассматривалось, как что-то важное.

Внешний вид Бори, оставлял желать лучшего. Даже, по меркам "тьмы тараканьей". Станция "Буртаевск", как и все прилегающие на сто километров окрестности - являлась "тьмой тараканьей". На "учёном-ядерщике" были надеты, светло-коричневый бушлат, валенки с калошами, брезентовые брюки и солдатская зимняя шапка, с которой, правда, была снята кокарда. На темной, то есть освещаемой единственным фонарем, станции - кроме них никого не было. В самом здании "станции", всё той же многофункциональной конуре, спала парочка "беспризорников". Все четыре стула, имевшиеся здесь, были трансформированы в два, рядом стоящих топчана....

Бомжеватого вида мужички, поначалу, вызвали некоторое подозрение. Всё-таки, прокормиться и выжить, не имея абсолютно ничего, легче, всё же, в городе. Транспортная милиция, цыгане, начальник вокзала, отсутствие "стеклотары" в нужном количестве..., да мало ли неудобств, вдали от центра.... Другое дело в городе. Здесь, бомж, давно уж признан, как "класс". Интересы бомжей учитываются сегодня всеми "слоями" и "прослойками"... Поразмышляйте на досуге, и вы поймете, что это - действительно так.

Быстро забыв про подозрительных безпризорников, Юра вновь впал в размышления.

Куда они сейчас поедут? К нему - нельзя. Фрау Могилевская, пропала в этих беспролазных лесах. Сколько раз, Юра пытался завести разговор о ней, с кем-то из братьев. Братья злились, а один раз, Юру сильно избили.... Быть может, женщину убили? И я, в этом случае, как "пленник" - ценней вдвойне. Свидетель, всё-таки.... Неужели, убили? Вновь, начинается сплошная полоса "страшных смертей"... Жаркова, Галя...

Включать, даже мысленно, в этот список Софью, Юре не хотелось. Да что там, не хотелось. Он боялся этого, и обращался к Всевышнему с просьбами, облегчить её участь.... Какую? Так вот, знать бы, в какую историю она угодила. Неизвестность, вновь стала пугать...

Юре казалось, что рядом с ним находится Маугли. Которого, ни разу в жизни не видевшего город, впервые повезли в областной центр. Летина, всё же, порой выдавали черты "провинциала"... Боря, "коренной москвич", вообще не думал, куда его повезут. Юру, это несколько "задевало".

- Боря, я тебе говорил, но повторюсь. Мы едем в Алуевск. Это - областной центр, расположенный на реке Межва. Я в нём родился и вырос. У меня в этом городе - пол миллиона знакомых и друзей.... Но, понимаешь, мне негде тебя приютить... Моя ситуация, ты про неё знаешь, не менее напряженная и запутанная.... Как бы тебе объяснить? Ты как долго, намерен у меня жить?

- Да не бойся ты так, Юра. Только свяжусь со "своими", и меня, тут же заберут...

"Глупый, наивный человек. Уж, лучше бы, ты был - невменяемым. Разве не от "своих", ты только что совершил побег? У "братьев", ты был, всё-таки, хоть в относительной, но - безопасности. Понятно, что Гриша с Валентином - эти два "валенка", компания, не самая подходящая для столичного ученого-ядерщика.... Так ведь, они-то, и не знают, о своей миссии. К братишкам тебя, как раз, твои "дорогие покровители" и определили. Убегая от двух неумытых вурдалаков, ты бежишь - от мафии.... Но думаешь, что спешишь на свидание к "заботливым кураторам"... Видимо, походил в "ермолке дурака", дураком и стал...".

Юра, уже дважды заходил на станцию, посмотреть расписание поездов. Следующая электричка, обязана была прибыть в "двенадцать сорок". Через десять минут...

Боря, уже давно выплясывающий на перроне энергичный твист, наконец, не выдержал, и побежал через железнодорожные пути к близлежащему лесу. Впрочем, лес был единственным, что "близ лежало" вообще...

- Юра, я больше не могу. Сейчас, точно, лопнет...

Летин не успел даже, предостеречь физика, что бы тот, не углублялся далеко в лес ...

Проводив взглядом Борю, Юра вновь, начал расхаживать взад - вперед, под единственным, тусклым фонарем. Посмотрев на часы, убедился, что до прихода их электрички - осталось пять минут. "Борис, вроде бы, "по малому" отлучился. Почему же, так долго?"

Юра снова вошёл в здание, и подошел к окошечку кассы. К месту будет заметить, что пожилая женщина в окошечке, помимо продажи билетов, давала "справки по расписанию поездов", и торговала "горячими", чаем и домашними пирожками...

- Скажите, пожалуйста, "на двенадцать сорок" - не опаздывает?

- По расписанию..., - не раздумывая, ответила кассирша.

Юра снова посмотрел на часы. До прибытия электрички, осталось две минуты. А Бори, всё ещё - не было. Летин направился к выходу.

Оба "бездомных", синхронно перевернулись на другой бок, и громко захрапели. Того, что произошло в следующий миг, Юра сперва не понял. Поначалу, донесшийся с улицы сигнал, он принял за гудок локомотива. Увидев же в единственном окне, выходящем на перрон, два жёлтых "глаза", он узнал ГАЗик братьев-людоедов.

Мозг заработал лихорадочно... Оглянувшись и увидев, что здесь имеется ещё одна дверь, выходящая на противоположную сторону, Юра метнулся к ней...

- Закрыта. - Не поднимая головы, и не открывая глаз, пробасил один из отдыхающих "бродяг". - Ключи у Зойки. Но, она не даст.

Не дожидаясь объяснений, столь странного поведения кассирши, Юра подскочил к "бомжам". Бесцеремонно толкнул одного из них, и пристроился рядышком, положив под голову кожаную кепочку... Затем, вскочил, снял пуховик, вывернул его на "левую" сторону, и снова надел на себя. О том, что его действия неправильны, Юра подумал сразу же, едва плюхнулся рядом с неприятно пахнущим мужчиной. Но, что-либо переигрывать, было поздно.

В крохотную клетушку, с кассой, круглым столом под трапезу, "залом ожидания" - четырьмя стульями со "спящими" на них тремя мужчинами, вбежал Григорий.

"Почему он один, без "второго"?", - подумал Юра. "Скорей всего, Валентин рыскает по перрону. Вышел Борис из леса, или нет? В принципе, события развивается, в полном соответствии с законами остросюжетного триллера. По правилам жанра, в эту самую минуту должна подойти электричка... Хм-м, а ведь она, будет стоять всего лишь три минуты..."

Донесшийся издалека сигнал локомотива, как бы пояснил: время пошло!

К счастью, Григорий не стал изучать лица "спящих". Попытавшись взглянуть на крайнего, он поморщился, от ударившего в нос едкого запаха. Старший брат выругался, и, проворчав непонятную фразу: "Да не-е-е, чё они, ваще, что ли?", поспешил к поезду...

Юра, тут же вскочил и подбежал к окошку. Электричка уже стояла на путях. О статусе Буртаевска, как населенного пункта, наглядно говорил тот факт, что из тринадцати вагонов пригородного поезда, на перрон не вышел ни один пассажир...

"Случись что, никто искать не будет...", - печально констатировал Летин. "Успею, не успею?"

Выскочив из кассы и, закричав, правда про себя, "Бонзай!", Юра помчался к последнему вагону. Почему к последнему? Он был ближайшим, к тому месту, где скрылся в кромешной тьме ночного леса Борюсик. Ну и что тоже немаловажно, у этого вагона, была открыта дверь в тамбур. Несясь, сломя голову, к поезду, Юра напрягал слух, пытаясь определить: есть ли за ним погоня. Или, Гриша не обратил внимания на бомжа-спринтера?

Пробегая мимо "Пункта милиции", Летин даже не глянул, что его дверь опечатана. Зачем ему знать о том, что в последние несколько суток, станция оставалась без милицейского надзора. Собственно, это и было причиной наплыва "бомжей". А старшину Курбатова, вместе с лейтенантом, третьи сутки допрашивали в Вижайской прокуратуре... Сменщик старшины, прапорщик Гарбузов, вторую неделю отлеживался в ЦРБ - центральной районной больнице, с переломом бедра, - следствие неудачной вылазки на рыбалку. Прокурорский следак опечатал комнату, где произошла трагедия, и, оставив зачем-то кассирше свой рабочий телефон, укатил на станцию Кряжи. Там, после недельного запоя, повесился участковый....

Состав тронулся, и Юра, впервые подумал, а что будет с ученым-физиком, если его, оставить одного? То есть, бросить... Пропадёт?

"Должно ли тебя это волновать, Летин? Сам-то ведь, тоже - не бессмертный..."

Боря появился, метрах в пятидесяти от того места, где он вступил в лес. Об этом приходилось догадываться, по расплывчатым очертаниям чего-то "двухметрового".

"Он что, столь щепетилен в выборе ёлочки, под которую "сходить"? Мне, "сиволапому провинциалу" - не понять". Смерив взглядом расстояние, от Бори - до крайнего вагона, Юра понял, на "эту" электричку - физик не успеет.

У Юры ещё была возможность заскочить на подножку.... Ещё, можно успеть, догнать состав, и как-то зацепиться... Но... Всё!

- Поезд ушёл, - простонал Летин. Впервые в своей жизни, Юра употребил эту фразу, "в прямом смысле".

Юра остановился. Он смотрел, то на Борю, то на уходящий состав, и ему становилось грустно....

А вот, и Борькина "родня", обозначилась... Почему же, так не везёт? Откуда ж, появился Гришка? - только сейчас подумал Юра. - Они же должны были, приехать завтра...

От ГАЗика, стоящего по-прежнему с включенными фарами, отделился, и двигался в направлении Юры "старший брат". Двигался - бегом... Поначалу, надетый наизнанку пуховик, всё-таки сбил с толку Гришку....

Скорей "рефлекторно", чем осознанно, Юра бросился "наутёк". Он бежал по натоптанной тропке, рядом с путями, постоянно оглядываясь. Сейчас уже, Юра нисколько не сомневался, что, убегая - он поступает правильно. В руках у старшего брата, распознавался какой-то малоприятный предмет, очень похожий на топор.

О том, что городской житель, в 99% случаев - физически слабей своего сельского собрата, сказано немало. Правильно сказано. Нисколько, не наврано...

Но, удивительно себя повел Боря. Вместо того, что бы не "посрамить честь" доблестных рыцарей плаща и кинжала, "дружбой" с коими он так гордился, и броситься на защиту своего врача-спасителя, ученый-ядерщик пустился наутёк...

Подлость его поступка, придала силы Летину. У него открылась "второе" дыхание...

- Догоню, придушу..., - задыхаясь, цедил он сквозь зубы, очевидно забывая, что удирающий - крупней его в два раза...

Ноги утопали в снегу, и это - создавало основное препятствие передвижению. Конечно, темнота - также, не способствовала "бегу с препятствиями", но вскоре, Юра понял, что от Гриши он оторвался. Хоть к Борьке, не приблизился, ни на метр... Выглядевший в бушлате, "крупным колобком", ядерщик, как оказалось, бегал довольно быстро...

Теперь, они бежали по лесу, отдаляясь от железнодорожных путей. В каком направлении - разобрать было невозможно... Временами, казалось: сейчас - сердце выскочит из груди. Наконец, окончательно потеряв Борю из вида, Юра остановился. Он дышал открытым ртом, испуская огромные облака пара. Голову кружило, и первое время после остановки, в глазах - двоило. Известно немало случаев, когда подобный бег - становился причиной смерти... Юра нагнулся, разгреб рукой верхние слои снега. Зачерпнув рукой полную пригоршню, "умыл" лицо. Темнота, "ослабленная" снегом и луной, позволяла охватывать пространство вокруг себя, метров на пять в радиусе. Что происходило дальше, увидеть было невозможно. Без прибора ночного видения. Слух, расширял "контролируемую зону", метров до пятнадцати. В любом случае, внезапного нападения - не получится...

Ещё плохо соображая, и не вникая в свои действия, Юра подбежал к невысокой ели, и начал её "ломать". Молодая елочка, "ломаться" не хотела. Бросив затею, обзавестись "первобытным" орудием, Летин снова, побежал в лес...

Уже давно потеряв ориентиры, Юра двигался, не придерживаясь какого-то маршрута. Что называется, куда глаза глядят...

Вскоре, глаза привели Юру, на берег, не очень широкой речушки. Последние остатки льда, зеркально поблескивали, то тут, то там. Эта праздная серебристость, как-то - не вязалась с кошмарной "дремучестью" леса.

Испокон веков и тысячелетий, человека тянуло к реке. Здесь, он чувствовал себя в относительной безопасности. Здесь, он приобретал возможность уйти от наземных недругов - в воду, а от водных - на сушу. От человека, река не спасает. Это, институтский преподаватель понимал. Но и скитаться, остатки своих лет по дремучим лесам, желания у Юры не было. Хотелось, как можно скорей, закончить "веселую" вылазку в Буртаевский район. Но, похоже, своё "хотение" придётся согласовать и с остальными участниками "марафона". Естественно, что рано или поздно, все выйдут к реке.

Но, за час следования вдоль берега, никто ему не повстречался. Полоска берега была неширокой, и пройти навстречу незамеченным - невозможно. Быть может потому, что Летин - двигался, вниз по течению?

До его слуха, донеслось журчание воды. Прежде, даже двигаясь рядом с водой, этих звуком Летин не слышал. Постепенно, журчание усиливалось. Неужели, впереди - водопад? Мы же, не в Северной Америке.... Хотя, при чём тут, Северная Америка?

Впереди, начинался крутой спуск. Настолько крутой, что воспринимался, как обрыв. Очевидно, в доисторические времена, в это место упал огромный метеорит. А может, миллионы лет тому назад, здесь вообще, было дно океана.... Следовать и дальше вдоль реки, не являясь при этом спортсменом-скалолазом, значило - остаться тут навсегда со сломанными конечностями. Зарычав от досады, и развернувшись на 180 градусов, Юра поплелся обратно. Туда, откуда - так долго шёл. Вообще-то, метрах в пятидесяти отсюда, в глубине леса, имелся довольно пологий спуск. Ведущий, как раз, к главной "стоянке" старателей Григория и Валентина. Но, разве мог Летин, об этом знать?

Пройдя половину, дороги до того места, где он вышел к реке, Юра хотел, было, сделать маленький привал, но что-то подозрительное впереди, привлекло его внимание. Впереди, около самой воды, лежало нечто большое и темное.... Приготовившись к очередному сюрпризу, Юра направился к подозрительному "предмету"...

Борюсик лежал на спине. На его бушлате не хватало нескольких пуговиц. Видать, попросту, оторваны. Брезентовые брюки, прежде заправленные в валенки с калошами, были задраны. Почти что, до колен. Пальцы рук - сжаты в кулаки. До побеления. Других "следов борьбы", не видно. Кроме, естественно, главного. У Борюсика отсутствовала голова...

Человеческое тело, не является идеально однородной субстанцией. Даже "практикующий" хирург, вряд ли смог бы, определить "на глаз", каким способом обезглавлен Борис. Отрезали? Отрубили? Предмет, в руках у бежавшего Григория, очень походил на топор. Но, даже, если Григорий и отрубил Борюсику голову, куда он её дел? Ведь, не в качестве же трофея, отнес он её домой, показать Валентину и Гане. А может, голову Боре отгрыз медведь? В лесах Алуевской области водились и волки, и медведи, и росомахи...

Видеть обезглавленного ученого, даже ему - врачу, было жутковато. Тело заканчивалось зияющим кровавым отверстием, в том месте, где к шее должен крепиться череп. Неровные, рваные края раны, нисколько не исключали и такую смерть, - Борюсика переехал поезд. Ну а потом, тело принесли сюда и бросили на берегу. А куда подевали голову? Юра поежился. Изучая топографическую анатомию, наш великий соотечественник, хирург Пирогов, для приготовления ровных "распилов" трупа, предварительно замораживал его, помещая на некоторое время в ёмкости со льдом... У Бори же, шея, вмещающая кровеносные сосуды, нервные стволы, гортань, пищевод - представляла собой "на срезе" - сплошное месиво, темно-багрового цвета.

Холодок пробежал по спине. Летин воровато огляделся. Казалось, что из-за деревьев, образующих эту непроглядную темень, на него глядят сотни пар глаз....

Юра попытался, немного оттащить тело Бори от реки. Даже без головы, в ученом - было килограммов сто двадцать. Никак, не меньше...

Темнота, нервный стресс, отсутствие времени, - всё это не позволило Летину, как следует оглядеть труп. Иначе, он бы заметил небольшое черное пятно с неровными краями, на бушлате в области спины... Если бы, конечно, перевернул труп на живот...

Потом, Летин долго шёл. Куда, он не соображал. Шёл прямо, совершенно не глядя под ноги.... Сколько он шёл? Десять минут? Час? Два?

Он вышел, на какую-то трассу. Впрочем, назвать "трассой" неширокую полосу вырубленного леса, было бы, пожалуй, преувеличением. Однако, вполне различимые следы протекторов, как бы подтверждали, машины здесь, хоть иногда, но ходят. Дорога ведёт, неизвестно куда, и неизвестно откуда...

"Почему же, ночью - так светло?", - подумал Летин, и только сейчас, обратил внимание на луну. Вспомнив, что Луна сегодня - полная, подумал: "А может, Борю убил оборотень?". По спине, вновь пробежали "мурашки".

Ожидать на дороге появление какого-то транспорта, мог только безумец. Юра посмотрел направо, налево. Поистине, "зеркальная" одинаковость, - подумал он. Встав лицом к луне, Юра поплелся в неизвестность...

В 6.00. в пустой вагон электрички, следующей в направлении Алуевска, вошёл худощавый мужчина с темными кругами на лице. Вывернутый наизнанку пуховик, выглядел, довольно сносно. Словно, так и задумано. Молодцы, китайцы! Обо всём позаботились...


-39-


Илья вприпрыжку переходил улицу. Он отдежурил сутки, но усталости не чувствовал. Настроение было приподнятым. Пожалуй, впервые, с того дня, когда произошла вся эта история с Юрой.

Кем сегодня они приходятся друг другу?

Друзьями? Вряд ли. Слишком мало времени прошло с тех пор, как они познакомились. Да, при чём тут - мало, не мало? Не в этом дело. Юра неплохо относился к капитану. И, что особенно не давало покоя Лагутину, его отношение к Илье - не менялось. А ведь Илья уже успел, проигнорировать некоторые просьбы институтского преподавателя....

И всё же, благополучие Юры, было далеко не последним, что волновало Лагутина в последние дни. Особенно, тяготил тот факт, что он, капитан Лагутин, сотрудник того самого подразделения, в котором на Юру заведено "уголовное дело" - ничем не может помочь!

Подбегая к кафедре судебной медицины Алуевского мединститута, Илья посмотрел на свои ботинки. Они не были вычищены до блеска, и это, немного огорчало капитана. С Люськой, они знакомы не первый год, и молодая женщина ему нравилась. Люська, простите, майор Мерзлякова, вопреки утверждениям авторов детективных сериалов, отнюдь не была спившейся и прокуренной старухой, выглядевшей не лучше самих "пациентов" морга. Она не материлась, на каждом шагу. И заглотать стакан неразбавленного спирта, всем, кто заглядывал в "анатомичку", она, отнюдь, не предлагала. Людмила, будучи симпатичной, высокой женщиной, преподавала судебную медицину в мединституте.

Повод, заставивший Илью примчаться сюда, того стоил. И был, сей повод, связан с Юрой. Старлей Мякешин, сослуживец Лагутина, в последнее время, когда речь заходила об убитой лаборантке с Юркиной кафедры, непроизвольно начинал, потирать руки. Видать, мысленно, уже передавал "дело" следователю. Напрасно. Ему ведь было сказано: "Торопиться, не надо"

Люське, проводившей вскрытие, он сегодня позвонил сам.

- Людмила Аркадьевна? Вы не забыли о моей просьбе?

- Как же, как же, Илюша, заходи, как и договаривались, около двух.

Люська была, "специалистом с большой буквы". Её протоколам, заключениям, выводам, доверяли, что называется, "не задавая лишних вопросов".

Илья, минут пять прогуливался по секционному блоку, когда рядом с ним, неожиданно, словно из пустоты, выросла Люська. Патологоанатом, врач высшей категории, а вскоре, по всей видимости, и кандидат наук. На следующий год запланирована защита её кандидатской диссертации.

- Илья, за то, что как всегда, с опозданием - прости! Я, и так, на полторы ставки ишачу. У меня же, ещё и институтские группы. А скоро, предзащита... Девушку начала "смотреть" Надежда Юрьевна, и надо же, нашу бабу Надю срочно вызвали, принимать экзамен, на "факультете усовершенствования"... Ну и..., ты же знаешь, бардак везде - один и тот же. Короче, видишь ли, у убитой под ногтями обнаружены следы материи. Какая одежда была на подозреваемом, так же, как и то, кто является подозреваемым, это - ваша работа. Выводы делайте сами. Химики, подробней всё опишут. По своей же части, хочу сообщить следующее. Под ногтями у убитой, присутствует эпидермис, то есть - наружный слой кожи, и..., пляши Илья, ей Богу - пляши! Жертва защищалась, и, она же женщина, исцарапала нападавшего, до крови. Заключение, вкратце, такое: если обнаруженная кровь принадлежит убийце, то ищите человека с "первой группой". У самой убитой - "четвертая"...

- Людмила Аркадьевна, шоколадка - как обычно, с меня.... Большое, вам, спасибо! Мой интерес к делу обусловлен тем, что оно напрямую касается одного, близкого знакомого....

Но Людмиле Аркадьевне, до объяснений Ильи, не было дела.

- Илюшка, всё! Я побежала...

Люська исчезла, так же внезапно, как и появилась...

О том, что у Юры Летина - третья группа крови, и отрицательный резус - Лагутину, приходилось слышать от него же самого, ни раз, и ни два...

Обрадовавшись тому, что версия о причастности Летина к убийству девушки, рассыпается как "карточный домик", капитан побежал в отдел. "Шутка ли, 50% обвинения - одним махом снимем..."

Если на встречу с Люськой, Илья шёл вприпрыжку, то путь до отдела - он проделал, пританцовывая.

Однако старлей Мякешин, оптимизма коллеги не разделял. Он вообще, никак не прореагировал на Илью, восторженно ворвавшегося в кабинет. Старший лейтенант был занят просмотром старых "уголовных дел". Он нехотя оторвался от бумаг, и глянул на часы. Потом, словно, только что заметил Лагутина, посмотрел внимательно ему в глаза. Но, всё-таки, выслушал. Скривив "кислую" физиономию, почесал живот.

- Илья, ты чё - самый умный? Или, в адвокатскую контору перешёл работать? Я же, тебе сказал, от Летина - держись подальше. Иначе, там и для тебя "статья" найдётся... "Укрывательство" или "недоносительство"....

Что Лагутина удивляло в старлее Мякешине, так это то, что он абсолютно не знал УК. Есть опера, которые, наизусть процитируют вам любую страницу Уголовного Кодекса... Старлей, был их противоположностью...

- Не своим ты делом занялся, Илюша, не своим.

- Перестань. У меня, официальное заключение патологоанатома. Так что, не упрямься, старлей, а слушай, чего тебе старшие говорят...

Но старлей, слушать его не стал. Он пошёл в буфет на первом этаже, взять чего-нибудь, перекусить.

Только он вышел, зазвенел телефон. Лагутин поднял трубку.

- Аллё, Лагутин у телефона...

Телефонная трубка пропела женским голосом.

- Извините, пожалуйста, у меня - ваш номер на визитке.... Это, случайно, не вы - занимаетесь делом об убийстве Жарковой Нины Алексеевны?

- Я, - невольно вырвалось у Ильи. Но он, тут же добавил. - Но, не "об убийстве". Вы поймите, об этом - речи не ведётся. Речь идёт о возможном, я ещё раз подчёркиваю - о воз-мож-ном, "непреднамеренном" убийстве...

В эту минуту вернулся Мякешин, с двумя половинками холодного рыбного пирога. Его рот был полон, и он, молча передал Илье - его "долю". Сам же, занял свой стол, и опять углубился в чтение "уголовных дел"...

Илья перевёл дыхание. И прижав поплотней трубку к уху, бодро произнёс.

- Ну-ну, смелей же! Я вас слушаю...

- Вообще-то, это я вас слушала....

Придти в отдел, Светлана Львовна не захотела. Илья, с удовольствием подхватил её "каприз".

- Конечно, конечно, я подъеду к вам, говорите адрес...

Мякешин, оторвавшись от чтения, пристально взглянул на коллегу. Лагутин, как ни в чём не бывало, озорно подмигнул ему...

Илья, переступив порог квартиры, сделал вид, будто бы, увидев хозяйку - он "напрочь" забыл о цели своего визита. Порхающая из комнаты в кухню, и - обратно, Лана специально надела этот прозрачный наряд. Платье своей откровенностью, заставляло любого мужика, чувствовать себя "виноватым". В телефонном разговоре, Лана попросила милиционера, придти к ней, не в милицейской форме...

- Понимаете, соседки-старухи, такие сплетни раздуют... Мол, и притон - у меня, и то, что я - "неработь", рыночная спекулянтка... Давайте уж, в гражданской одежде. Ну а тут, ограничений нет. Хотите, в джинсах и свитере, хотите - в строгом костюме... Но, прошу вас, не в форме...

Внимательно рассмотрев Илью, женщина, видимо, осталась им довольна.

- Меня, можете называть - Лана. Или, Света. Хотя на работе, я не приветствую "запанибратства". Вам - можно. А вас, простите, как звать-величать? Вы поймите меня правильно, не хочется, в домашней обстановке, "товарищ старший лейтенант", язык запутается...

"Вообще-то, капитан", - хотел поправить её Лагутин, но вовремя сдержался. "У неё - визитка Мякешина. Что ж, побуду немного Валерой. Хотя, я совершаю должностное преступление...".

"Не расслышав" её последнего вопроса, Илья "по-деловому" поинтересовался, есть ли в доме "настоящий мужик". Получив отрицательный ответ, он снял в прихожей пиджак, засучил рукава рубашки, и отремонтировал оба выключателя в большой комнате. Затем, прошёл на кухню, и, никак не объясняя свои действия, перетащил холодильник от стены, на середину кухни. Развернул его, и начал подтягивать и ослаблять фиксирующие болты... Поставленный на место холодильник, уже не грохотал, как трактор.

Наточив на кухне все, пять ножей, полив цветы во всех комнатах, Илья задумался. Предстояло решить, чем же, всё-таки, заняться в первую очередь - отрегулировать "слив" на стиральной машине, или вынести оба мусорных ведра? Выбрав "второе", лже-Мякешин надел пиджак, переложил содержимое вёдер в полиэтиленовые мусорные пакеты, и направился к выходу...

- Светлана Львовна, меня - не терять. Вынесу мусор, и вернусь.

Через пол часа, хозяйка и гость пили чай.

Они выпили по две чашки чая, капитан съел два куска пирога, а хозяйка, так и не начинала говорить о причине, побудившей её, встретиться с милиционером. Любого другого, Илья, давно бы уж, поторопил. Но, с этой женщиной, время летело незаметно. Наконец, Лана смущенно улыбнулась, и, протягивая гостю полотенце, предложила.

- А хотите, мы можем немножко выпить?

- Нет, спасибо. Это - лишнее. Светлана Львовна, нельзя ли, перейти к делу?

- Да, конечно. - Женщина вскочила, и тут же, села обратно.

Илья заметил, дочь Жарковой, нервничает. Он её не торопил. Это важно, не торопить рассказчика. Пусть, всё продумает и "взвесит". Надо проявить терпение, дождаться....

И он дождался. Светлана заговорила.

- Мою мать жестоко..., - но, увидев, как нахмурился Илья, она поправилась. - Мать умерла. Виновного в её смерти, так и не наказали. Отец - ушёл из дому, и не вернулся...

- Когда? - перебил её капитан.

- Незадолго до смерти мамы.

- Заявили?

Лана растерянно захлопала глазами.

- Я - нет, а мама - не знаю... Она, последние дни своего отпуска - от окна не отходила... Вы знаете, гадалка сказала маме, что отца надо искать, где-то на Нейвинской. Папа раньше жил там... Видимо, поэтому, ему и предложили, встретиться именно там...

- Кто, предложил?

Света вышла из-за стола, но скоро вернулась. И протянула капитану, сложенный вчетверо, лист бумаги. - Незадолго до своего исчезновения, отец получил вот это письмо.

Прежде, чем его развернуть, Илья внимательно ознакомился с бумагой. Идеально гладкая, лощеная, в клеточку. Ого, даже водяные знаки имеются. Лист, вырван из блокнота. Именно из блокнота, а не из тетради.

Быстро пробежав глазами текст, Лагутин посмотрел на Лану. И спросил.

- Был ли конверт?

- Не знаю.

- Надо поискать. Это, очень важно. - Илья ещё раз прочитал письмо. - Я могу, забрать это с собой? Скажите, какие между ними были отношения? Я имею в виду, ваших родителей.

Лана задумалась.

- Между мамой и отцом (кстати, он мне - не родной), были странные отношения. Понимаете, отец - настоящий мужик. Простой, как три рубля, и надёжный - как..., - Света запнулась, подыскивая подходящую аллегорию. - Надёжный, как.... Понимаете, если он сказал, то - сделает, во что бы это ему не встало. Умрёт, а слово своё сдержит. Он, раньше, "блатным" был. Сидел. Кажется, ни один раз. Я его, иногда, так и называла - Антон... - Женщина извлекла сигаретную пачку, закурила. Сделав несколько затяжек, она продолжила. - Мать же, напротив, была требовательной, по интеллигентному требовательной, женщиной, со множеством противоречий и контрастов....

- "Не обидевшей в жизни, даже мухи", - подсказал Илья, вспомнив прежние отзывы Ланы о совей матери...

- Я не противоречу себе. - Довольно резко огрызнулась Лана. Затем, смягчившись, пояснила. - Понимаете, хоть она и была доцентом, а он - уголовником, руководила им она, а не наоборот. И, что меня всегда удивляло, Антону нравилось, подчиняться матери... Но, вместе с тем, "главным" в их паре, всегда оставался он. Короче, я - ни об этом.... Мать могла прочитать письмо тайком. Адресовано-то, оно было Антону. А он, я это точно знаю, ни за что не поделится с ней своими проблемами. Настоящий мужик, короче говоря.... Не то, что этот... - Светка, чуть не проболталась про Гурона.

Илья насторожился.

- Вы, кажется, что-то хотели сказать....

Но, Светлана молчала. Начать разговор, ради которого и был, приглашён милиционер, было непросто. Она замкнулась, и, даже не пошла, провожать гостя до прихожей...

Илья уже дотронулся до дверной ручки, когда из комнаты донеслось.

- Товарищ старший лейтенант..., - женщина начала говорить, но запнулась на полуслове.

"Так-так-так", - подумал Илья. Значит, о самом "главном" - о том, ради чего и замышлялась эта встреча, она мне ещё не сказала. Что ж, время есть. Только, торопить её не надо. Можно вспугнуть сей хрупкий порыв. Просила, избавить её от упоминаний звания и должности, и сама же - "товарищ, старший лейтенант...".

Илья не спеша, вернулся в комнату, и сел на прежнее место. После чего, положил себе в тарелку кусок пирога, и подлил чаю. Чай уже остыл. Ничего, под интересный рассказ - пойдёт.

Наконец, Лана, словно разродилась.

- Он мне угрожает! Он - страшный человек! Вы должны его арестовать! Немедленно! Поймать, и арестовать! Я знаю, это он его убил..., - у женщины, похоже, начиналась истерика.

Илья смотрел на женщину, и не узнавал её. Во всяком случае, перед ним сейчас, сидела совершенно не та, с кем он начинал чаепитие. Глаза Ланы сузились в две колючие точки. "Линия Купидона", окаймляющая губы, вытянулась в тонкую полоску, отчего рот казался заклеенным. Женщина, почти визжала.

- Это он! Он убил! Он! Пусть, не выдумывает! Он убил!


Лана постоянно прокручивала в голове тот день.

Как обычно, она мыла пол в квартире. Как обычно, заканчивала - двигаясь задом к выходу. Как обычно, в этот момент вернулся Гурон. Не "как обычно" было то, что Федор держал в руке огромный кожаный дипломат. "Блин, припёрся... У него, что - нюх, что ли? Приходит всегда, когда я - в такой позе". Как всегда, домывать пол, пришлось через двадцать минут. А вот потом, Гурон не стал требовать пива в постель. Он оделся, сходил в прихожую, и вернулся оттуда с бутылкой дорогого коньяка.

Светка подумала, - "Откуда у него деньги? "Конина", похоже, французская. И, при этом, не "бодяга". "Косаря" полтора в бутике стоит - как пить дать.... Гурон, точняк, новой подружкой обзавелся. И, не одной..."

Гурон, очень важно, усадил Светлану за стол в большой комнате, за тот самый, где сейчас они сидели с милиционером, налил себе и ей по полной рюмке коньяка, залпом выпил и торжественно произнес.

- Знаешь, с кем я сейчас буду работать?

Лана, давно устав от "крутизны" своего приятеля, обречено вытерла пот со лба.

- Ну, с кем? С доном Карлеоне? Или, с Аль Капоне?

- Дура! - Федор налил себе вторую. - Я сейчас, буду работать с Гилмором. Слыхала?

- Ну, слыхала, ну и что? Мне-то, какая радость с того? Ты бы лучше, денег в дом принес. А работай - хоть с Гилмором, хоть с доном Карлеоне...

Гурон, не прочитавший за свою жизнь ни одной книжки, не знал, кто такой дон Карлеоне. Упоминание незнакомой фамилии, его "задело".

- Ты, не умничай! На рыночном "пятаке", у самого входа, все палатки, возможно, отдадут мне. Понятно? Плюс - у меня ещё и твоя есть...

- Как это, "есть"? Ты чё, Гуроша, всё попутал? Как это, "есть"? Это, у меня - "есть"! А ты - прихлебатель чёртов, ни копейки от тебя не вижу....

Договорить она не успела. Никогда ранее, не поднимавший на неё руку, Гурон, на этот раз, не стерпел, и врезал наотмашь...

Лана, свалившись со стула, завизжала на весь дом. Второй удар, положил конец крику. Женщина замолчала, боясь "получить", ещё раз...

Гурон, не был похож на себя. Он расхаживал по комнате, тяжело дыша. Лана на него не смотрела, но ей казалось, что из ноздрей Гурона сейчас, должен исходить огонь, как у Змея Горыныча...

- Короче, шлюха, готовься "работать"....

Лана проревела всю ночь. Слезы обиды душили её. А ведь, удивляться, было глупо. Кто такой Гурон? Натуральный "бандит-рекетир", не может у него быть общих интересов с ней, с мирной предпринимательницей...

Писать на Гурона "заявление" в милицию, Лана боялась. Спалит, чего доброго, все палатки...

Что ж, ладно, Гуроша.... Ведь жил ты, сука, припеваючи.... Ни за что, деньги получал. Таких, как ты, я - найду, тыщу....

Вспомнив рассказ Гурона, про его визит к мамкиному обидчику, Лана пережила "озарение". Ведь, он в подробностях рассказывал про обнаруженный труп. Как пришёл к Летину, как увидел там, его мертвого, с ножом в груди...

Ладно, Федя. Вини самого себя.... Не захотел ты жить нормально, получай, сука...

Лана всё рассказала капитану. Естественно, обращаясь к нему - "товарищ старший лейтенант". Да ей-то, собственно, было - всё равно. Лейтенант, капитан, Мякешин, Лагутин.... Какая разница?

А вот, Лагутину, было - не всё равно.... Покинув женщину, он, только о том и думал, как поступить. Противник всяческой "самодеятельности", Илья привык, действовать легально. Сколько раз, с Юркой спорили, по этому поводу. Этот случай, видать, представился не зря.... В конце концов, первый визит к Юре, я сделаю - ни, как сотрудник милиции. Просто, схожу, как приятель.... А там - посмотрим...

А если, всё - что рассказала Жаркова-младшая, окажется правдой? Что потом? Как мне, объяснять свою осведомлённость?

Наплевать! Что-нибудь предприму!

Лагутин подумал немного, до какой остановки - меньше идти, и заспешил в сторону трамвайных путей. Илья вспомнил, что заходя в подъезд, он отключил свой "сотовый". "И правильно сделал", - подумал он, услышав знакомую трель, как только - включил свой сотик.

- Аллё...

- Лагутин? Срочно, в "отдел"! На Гренадерской - стрельба. Наши, все там. Там - половина городского начальства. Давай, мухой...

Капитан узнал голос Аркашки, "дежурного", сменившего его сегодня утром. Он посмотрел на часы, и нахмурился.

- Арканя, еду...

"Интересно, во сколько, я освобожусь? Неужели, поход в Юркину квартиру - откладывать назавтра?"...


Об одном, Лана ничего не сказала Илье Лагутину. О том, что приходя к ней в свой последний раз, Гурон оставил "на время", тяжеленный чемодан, завернутый в материю. Отыскав у Ланки мамкин дорожный саквояж, он освободил его от тряпья, и закрыл в нём на "молнию" то, что приволок с собой.

- Пусть полежит в кладовке. Никому не показывай. Поняла? И не вынимай.


-40-


Гурону ничего не стоило, пренебречь любыми правилами жизни. Чему удивляться? От, забравшего "последнее" у умирающего, такое - вполне ожидаемо. В том числе, ему было наплевать на гигиену и санитарию. В любую секунду, он мог открыть дипломат..., да хотя бы, монтировкой!

А ведь там, на "замках", похоже, уже имеются следы недавнего вскрытия. И остались они, явно, не от ключа. Но, "сокрытое" за дорогой кожей, запросто могло оказаться и неслыханным богатством, и неизлечимой заразой. Ужасающий вид Атоса впечатлял настолько, что "право первого шмона" чемоданчика - Федя мысленно уступал Гилмору.

Вчера вечером, Гурон вернулся около девяти. Ужасно болели голова и горло. За день, его несколько раз вырвало. И ещё... Нечто странное происходило с кожей рук и лица. Она, то горела, то теряла чувствительность. Внешне же, кожный покров на этих участках стал бронзово-красным, словно покрылся густым загаром...

К вечеру Гурон ощутил, такую слабость, что понял - он заболел. Слабость нарастала ежеминутно, и было решено, идти к Ланке...

Придя, первым делом проверил, на месте ли чемоданчик. Убедившись, что "награда за умение ждать и не высовываться", покоится на месте, Гурон прилёг. И вот тут-то, его начало поташнивать. Во рту появился неприятный металлический привкус. Не выдержав, он, едва успел добежать до ванной... Начинало лихорадить. Ощущение жара сменялось ознобом, во всем теле появилась сильная дрожь. Сознание, то исчезало совсем, то приходило, в виде "летящих людей". В "летающих", он узнавал старых дружбанов, самых близких своих "пацанов". Равиль, Рудик, Олежка, Андрей.... Так, они ж, сдохли все.... Гурона затрясло. Тело, словно окунули в прорубь на Межве. Вновь начало трясти....


Утром Федор не помнил, просыпался ли он ночью, или, спал без чувств. Ко вчерашним неприятностям присоединились сильные боли в животе и понос. За ночь, Гурон несколько раз "сходил под себя". В довольно маленькой комнате, скрыть подобный "казус", было невозможно. С трудом открыв глаза, он увидел, что в комнату "вплывает" Света. Она парила словно приведение, и лицо её, было "бронзового цвета"

Несколько раз беззвучно открыв рот, Гурон прохрипел.

- Это ты, шалава, меня заразила! На рожу-то свою, глянь в зеркало. Что за сифилис мне подарила? Говори сука, не то по стенке размажу...

Но Гурон не смог бы размазать по стене, даже сонную муху. Поскольку в таком состоянии, тягаться с мухой - было сложно. Даже, с "сонной". Впрочем, и Лану, не было необходимости, размазывать по стене. Она и без того, на ногах стояла с трудом.

Её вырвало прямо на пол, рядом с диваном, на котором умирал Гурон. Не вытираясь, с остатками рвотных масс на лице, она "свалилась" на Гурона...


-41-


Посетители вагона-ресторана, мирно жующие и запивающие, невольно обратили внимание на парочку, появившуюся только что.

На женщине, явно - привыкшей одеваться в более строгие наряды, красовался новый джинсовый костюм. Скорей всего, надетый, впервые. Мужчина, выглядевший несколько моложе своей спутницы, был облачен в толстый свитер, и отутюженные брюки. Парочка, видать, села в поезд недавно. Или, уже приготовились, выходить на одной из ближайших станций. Все пассажиры поезда на время поездки переодеваются в трико, домашние халаты, тапочки. Для многих, это - особый шик, прогуляться через весь состав до вагона-ресторана, в "триканах" с оттопыренными коленками, и в больничной пижаме с отпечатанным на рукаве инвентаризационным номером...

Мужчина и женщина, занявшие столик в середине вагона-ресторана, были, не из таких...

"Меню", предложенное подошедшей вразвалочку официанткой - женщина даже не раскрыла.

- Принесите, пожалуйста, чего-нибудь поесть, - просто попросила она девушку в белом передничке.

Служительница "железнодорожного общепита", недоуменно пожала плечами. Отойдя на несколько метров, она, через плечо бросила.

- "Комплекс", что ли? Так бы и выражались. Умники, блин...

Парочка, никак не прореагировала на "колкость" работницы ресторана. Женщина в джинсовом костюме, что-то рассказывала своему спутнику. Тот, слушал её внимательно, не перебивая.

За соседним столиком, шёл оживленный пьяный спор. Ругань двух молодых людей разносилась по всему вагону-ресторану, и уже многие присутствующие знали, что парней звать Никита и Сергей. И что они, едут в Москву - доказывать "козлу" Гайворонскому, что тот - не умеет работать. И, что его последний телепроект - "фуфло" и "лажа"... Официантка нервно поглядывала в их сторону, и, уже в который раз, хотела встать, и подойти к "возмутителям спокойствия". Но, в последний момент, видать, передумывала, и садилась обратно, на высокий табурет перед кассовым аппаратом. Ей, уже давно надоело, слушать без конца одну и ту же фразу: "Дурак ты, Никита, что такой удачный "клип", уничтожил, словно последнее фуфло..."

Перед тем, как отправиться в столицу, Никита уничтожил все материалы, имевшие хотя бы косвенное отношение к, так и не увидевшей эфир, истории Жарковой и Летина.

На кой хрен, мне из-за этой дуры, за решетку садиться. Она ведь, сама на меня накинулась, словно мегера.... Я, и пальцем её не тронул...

В последнее время Никита много пил. А с недавних пор, к нему присоединился и Сергей....

Компаньоны ехали в Москву, "поймать вдохновение". Тема передачи, у него есть! Перед самым отъездом в столицу, в редакцию поступил один интересный звонок. Ребятки, уже трудятся. Сержа, забираю с собой. Его работа - в "монтажной". А пока, полечит нервы, вместе со мной....

Сегодня, железнодорожный транспорт, популярен - как никогда. Очевидно, вследствие относительной приемлемости цен. Оттого-то, купить билеты - удаётся не всегда и не всем.

Фирменный поезд "Парма", сообщением "Пермь-Москва", пустым не казался. Софье, стоило большого труда, "скупить" всё купе, целиком. Впрочем, нет - не труда. Пришлось лишь, немного переплатить...

Софье, было необходимо, довести Бориса "живым". Именно в этом, состояло её задание. Про Антона, она уже забыла. Он был ей, мало интересен. Убили, не убили - об этом, пусть Игорь беспокоится. Но, задолго до того, как они заняли уютное купе фирменного поезда "Парма", ещё в Буртаевском лесу, лёжа на снегу, и глядя в звездное небо, она знала, что очень скоро, вставит в "сценарий" Игоря, некоторые правки. Легко вписавшись в жанр "боевика", Жанна очень скоро поняла, что противостоять "группе лиц", возомнивших себя "мафией", она - в состоянии. Вся работа, в смысле - серьезная работа, выполнена ею одной. Без чьей-либо помощи. Более того, приходилось самостоятельно принимать решения в экстремальных ситуациях. А ведь её, к этому не готовили... Короче говоря, её "гонорар" - требует пересмотра. Бориса Широкова, она отвезёт в Забельск (где когда-то проходила практику), а уж оттуда, "выйдет на связь" с Игорем.

...Увидев в строительном вагончике на ул. Нейвинской труп, да ещё и переодетый в одежду Антона Тихонова, женщина запаниковала. Значит, люди, которых Игорь называет "они", где-то поблизости. Они, что, её "ведут"? А может и её-то, выбрали, как "показательную злодейку". Которая, в конце этих "захватывающих гонок", просто - погибнет от пули. Но, не от "дуры", а, от выпущенной из табельного оружия, молодым и политически грамотным "комитетчиком". Подвиг парня отметят, и ему - присвоят очередное звание сотрудника Госбезопасности...

Она, и Юру, приняла сперва за человека, которого направили "они". Как никак, он сам, подошёл к ней, у "перехода". А затем, обнаружив, что какой-то молодой нахал, пристегнул к пуховику Летина микрофон, фрау Могилевская сказала: "Да-а-а, и этот - подстава..." Но, очень скоро, Софья поняла, что этот приятный во всех отношениях мужчина, абсолютно "не в курсе" истинной цели её приезда в Россию.

Удивительно, что молодые люди в электричке, не вызвали у неё ни малейшего подозрения... Интересно, какое у них было задание? И почему, ребята не достали пистолеты? Хотя бы, с целью устрашения. Недооценили парни, старушку...

...Поплутав по Буртаевском лесу, и выйдя неожиданно к реке, она увидела весьма душещипательную картину. Около самой воды стоял мужчина в ватнике. Не просто стоял, а как бы, готовился к бою. Причём, к последнему, в своей жизни. Чем был вызван его "пессимизм", ломать голову не пришлось. На него надвигался бугай, державший в руке огромный топор. Софья сразу, узнала в бугае - того, "второго". То есть, Григория. Которого, она, так и не догнала. Вспомнив разговор братьев в лесу, фрау Могилевская без труда определила и то, кем является, этот, отступающий к воде "колобок".

Выстрел прозвучал в тот самый момент, когда Григорий занёс топор высоко над головой. Глаза Софьи, уже адаптировались к темноте, отчего, нажимать повторно на курок - не понадобилось. Крупный мужчина рухнул, как подкошенный.

Дальнейшие действия Софьи были стопроцентным экспромтом, хотя всё и выглядело, тщательно подготовленной акцией. Направив пистолет на Бориса, она скомандовала:

- Раздевайся.

Скорости, с которой тот начал выполнять её команду, мог позавидовать любой призывник-новобранец.

- Поменяйся с ним одеждами, - пояснила она, опустив пистолет.

Когда "физик" проделал всё, что от него требовалось, Жанна подняла топор.

- Если не можешь смотреть, отвернись. Но сделать это, надо. Пойми, по другому, нельзя...

Борис отвернулся. Софья занесла топор, держала его очень долго, но, так и не смогла, ударить... Она умоляюще посмотрела на Бориса.

Тот, проделал всё очень быстро. Обезглавив "старшего брата", переодетого в бушлат и штаны Борюсика, он выбросил топор в реку. Приняв от Софьи полиэтиленовый кулёк, именуемый в народе - "майкой", он положил туда отрубленную голову и несколько булыжников, найденных тут же, на берегу. Всё это, тщательно завязал, и выбросил на середину реки....

...Поезд подъезжал к Забельску. За пол часа до прибытия в этот небольшой приволжский город, они сидели в купе, уже одетые и обутые.

Всю дорогу, Борис был кроток и послушен. Память, то и дело, возвращала его к "происшедшему" на берегу. А в воображении, невольно рисовалась страшная картина. Он "видел" женщину, почему-то похожую на бабу Ягу, которая пыталась отрубить голову молодому царевичу.... Она наносила удар за ударом по бычьей шее парня-молодца, однако тот - оставался с головой. И тут, царевич вырвал из рук окаянной ведьмы меч, а спустя мгновенье, трухлявая старушечья головёшка укатилась в болото... Почему, в болото? И почему, царевич? Глупости....

Борис принадлежал к тому типу людей, которые, пережив сильный стресс, превращаются в легко управляемых послушников. Со временем, впечатления от пережитого притупляются, и они, эти люди, вновь обретают - "уверенность в себе", "упрямство" и "самостоятельность". К моменту появления Юрия у братьев, Боря - успел подзабыть недавние кошмары. Он не помнил, например, как неизвестные люди схватили его в Москве. Прямо, у него дома. Как, незнакомый лысый мужчина в кителе полковника, долго и нудно объяснял перепуганному "физику", что ему, Борису, придётся некоторое время, пожить вне дома. Это, якобы, требуется, ввиду опасности, нависшей над молодым учёным... Тогда же, для него была придумана легенда про "закрытую черепно-мозговую травму"...

Сейчас, он находился под впечатлением недавней сцены у реки. Происшедшее доказывало, им занимаются серьезные люди. А посему, уж лучше слушаться. До поры, до времени...


Добираясь с железнодорожного вокзала в центр города, и проезжая мимо двухэтажного "супермаркета", Софья попросила водителя "такси", остановиться. Оставив в залог десять долларов, они с Борисом вышли, и направились в магазин. То, с какой лёгкостью в отделе компьютеров Софья "выбросила", почти что, две тысячи баксов за ноутбук, не ускользнуло от внимательного Бори. Он прекрасно понимал, что вся катавасия разыгралась вокруг его "скромной персоны". "Если за компьютер, этот никчемный "кусок железа", для одного-двух "выходов" во всемирную сеть, дама выкинула две "тонны", сколько же может составлять её гонорар, за мое сопровождение? Думаю, сумма - впечатляет. И почему, в таком случае, у меня, исполняющего роль "ценного груза", пустые карманы?"...

Однако в гонораре за свои труды, величину которого Софья обязательно поднимет в два раза, "для Бори" - не было заложено ни единого цента...


Набрав с "сотового", телефон Игоря, Жанна прокашлялась, и уверенным голосом произнесла.

- Мне, пожалуйста, "зама".

Женщина знала, что трубку поднимет сам Игорь, но инструкции требовали, именно такого начала разговора. Своего рода, "пароль".

- Слушаю, - отозвалась "трубка".

- Игорь, - она легко разговаривала с ним на "ты". - Во-первых, не пытайся меня найти...

- Жанна, что за дела? Почему ты так долго не выходила на связь? Ты - где? Где - "объект"? Что происходит?

- Подожди, не тараторь. - Софья сделал паузу, как бы, обдумывая что-то. - Игорь, - повторила она. - Не пытайтесь нас искать. Это - бесполезно. Связь - через "инет". На прежние адреса... Меня не устраивает мой гонорар. А тебя? Не торопись отвечать, подумай. Хочется услышать твое мнение. Да не торопись. Подумай хорошенько. Учитывай, что последнее слово - моё...

Но, Игорь её перебил.

- Пожди, при нём были какие-нибудь бумаги? Журнал, тетрадь, листы...

О "бумагах", София слышала, впервые.

- Об этом, ты меня не инструктировал. Речь шла об "объекте". Он, у меня. В настоящий момент, приходит в чувства. Так что, с этим - пока, всё... - Софья кокетливо закатила глаза. Она представляла, что Игорь - находится рядом. Он сейчас, стоит по стойке "смирно", и с вожделением смотрит на неё... Удовлетворенная "картинкой", она продолжила. - А теперь, Игорь, выполни и ты, мою просьбу. Мне нужен номер домашнего телефона одного человека. Жителя Алуевска. Запомнишь, или продиктовать по буквам? Фамилия - Летин. Звать, Юрой. Юрий Феликсович. Примерно, "сороковник". Работает, в пединституте... Узнаешь, позвони. По другим вопросам - не звони. Позвоню сама. Всё. Отбой.

Она нажала на "сброс", и положила телефон в сумочку.

Ей стало весело. Во время телефонного разговора Игорь показался ей, растерянным, и каким-то, нелепым. А ведь, всегда, столько важности на себя нагонял. Ноздри раздувал, будто бы, именно он, руководит, всем этим сообществом реформаторов. Реформаторов-террористов, - подумав немного, поправилась она.

А на душе, была такая благодать. У неё - получается!

"Может ли он, определить мое местонахождение, по телефонному звонку? Вряд ли. Это, дорогой мой Игорёша, увы, невозможно...".

Порадовавшись, беспомощности куратора, она быстро, очень профессионально, подключила ноутбук, установила с диска несколько программ, и, с увлечением, начала "долбить" по клавиатуре.

Забронировав через интернет, номера в гостиницах Москвы, Петербурга и Нижнего Новгорода, Софья проверила электронную почту, "отключилась", и пошла, принять душ. Борюсик, всё это время, валялся на широкой кровати, и щёлкал пультом телевизора. Телевидение города Забельска транслировало три программы. На двух из них, в настоящий момент шли сериалы. Пытаясь, одновременно вникать в содержание обеих "мыльных опер", Боря, то и дело, переключал каналы.

На кресле, зазвенел "сотовый" Софьи. Борюсик, нехотя оторвавшись от телевизора, встал, и, пройдя через всю комнату, вынул из дамской сумочки телефон. Подумав немного, он решил, заодно провести и ревизию сумочки. Но, помешал раздраженный голос Эммы.

- Ну, скоро ты?!

Физик, держа телефон на вытянутой руке, проследовал в ванную комнату. Дверь не была закрыта, и молодой мужчина вошёл...


-42-


Летин второй день жил дома. Последствия недавней поездки, в виде, насыщенных картинных воспоминаний, волновали его всё меньше и меньше. А вот, как решать грядущие проблемы, связанные со смертью Жарковой, и, очевидно, Галки - он не знал. Вариант - "пойти и сдаться", его не устраивал, по нескольким причинам.

Ну, во-первых, да собственно, и в последних - он не виноват. Уже на этом, можно ставить жирную точку. Однако не идти в милицию, имелись и другие причины. Например, Юра знал совершенно точно, что его приход, с целью - поговорить по душам и расставить все точки над "i", будет воспринят милицией, и в особенности, старлеем Мякешиным, как "явка с повинной"... Мол, - "Ну что, Юрий вы наш Феликсович? Устали, бегать от нас? Давайте, с самого начала, и как можно подробней...".

Лёжа на диване в своей комнате, Юра, уже который час, изучал потолок в маленькой комнате, прямо над своей кроватью. Фигурная трещина на давнишней побелке, воспринималась им, в зависимости от настроения, то - как изображение ушастой собаки, то - как ветвистое дерево. Сегодня, ему казалось, что с потолка на него смотрит Софья....

Куда же она подевалась? Что, с ней? Почему иностранка, со столь увлекательной легендой, так легко подпустила его к себе? Дамочка, не проста. Эти, её переодевания?

Вдруг, Юра вскочил как ужаленный, и помчался в прихожую. Здесь, в одном из многочисленных карманов пуховика, лежала Борькина тетрадка.

Юра, вернувшись на диван, развалился поудобней, и принялся изучать записи, сделанные Борюсиком во время своего заточения у братьев. На каждой странице - множество формул. От банальных, типа "F = mа", до совершенно фантастических, растянутых на пол страницы. Несколько страниц изрисовано простенькими рожицами. Имелись, и записи. Почерк, плохо разборчив. Скорей всего, написано в спешке. Некоторые утверждения, весьма интересны. Но, все они - вряд ли, касаются физики. "А Морозова, считала меня кретином.... Дура! Девочка моя, я могу владеть тысячами таких, как ты...". Или, "Если бы Олега Горбунова не убили в Чечне, он бы, все равно - долго не прожил...". Или, такая надпись: "Феоктист, ты - труп, я обещаю. Вот только, вернусь домой. Когда, буду с деньгами".

Видать, находясь подолгу в одиночестве, парень, и в самом деле - тронулся умом....

Так, а что у нас, тут? - Юра дошел до предпоследней страницы. Внизу, мелким шрифтом был выведен список из нескольких фамилий. Фамилии располагались столбиком, одна над другой....

1.Шиловский.

2.Ахметов.

3.Гольдфельд.

4.Нарильская

5.Кудоев

6.Григорян

7.Архангельский....

Всего, перечислено двадцать пять человек. Напротив каждой, написан номер телефона. Напротив некоторых - по два номера. Номера - семизначные. Москва, или Питер? Москва, Боря - москвич... Некоторые фамилии, подчёркнуты. Некоторые - зачеркнуты. Например, зачеркнутыми оказались, встречавшиеся уже в этой тетрадке - "Горбунов" и "Феоктистов".

Хм-м, это что, "журнал приговоров". Приговоров, своим обидчикам. Странно, Борис не воспринимался "мстителем".

Вообще-то, он ведь любой свой поступок объяснял с позиции "обиженного". Старенький "Москвич" - некуда поставить, с предоставлением квартиры - дело встало....

А может, изготовление "заряда", это - ни столько, попытка поправить материальное положение, а своеобразный вызов всем тем, от кого настрадался в прошлом? Всё возможно. То, что Боря не ординарен, заметно не вооруженным глазом. Жалко, бедолагу... Лежит сейчас, на пустынном берегу, без головы....

Пролистав тетрадь в последний раз, Юра бросил её на диван. Но, тут же, снова схватил в руки. Пролистал, ещё раз. Не хватало последней страницы... Интересно, была ли она прежде?

И только сейчас, Летин заметил исчерченную вдавленность на тоненькой обложке, оставшуюся, видимо, от сильного нажатия шарикового стержня. Очевидно, на вырванном листе была сделана какая-то запись. Записка? Письмо? Ну, не для туалета же, вырвал Борюсик страницу. Так-так-так... Вдавленные линии прерывались, и приходилось "достраивать" их, опираясь на собственную фантазию. А если, на свету? Кое-какие буквы, и даже слова, удавалось разобрать. Но, увы, далеко - не все. Схватив карандаш и лист бумаги, Юра переместился на кухню. Он с увлечением, достойным юного следопыта, занялся расшифровкой "следа-отпечатка", от надписи, сделанной Борюсиком. И сделанной, скорей всего, уже после того, как Летин держал в руках "труды" физика....

Терпение, а также, умение фантазировать, вскоре позволили ему, иметь перед собой весь текст. На последнем листе, перед тем, как его вырвать, Боря написал письмо. Письмо, Рите. Знакомой? Подруге? Любовнице? Во всяком случае, в списке из 25-ти фамилий, она - не фигурировала. А вот это, не факт. Фамилия-то, её не известна. Вполне возможно, что Рита - Гольдфельд? Или, Григорян? Маргарита Григорян.... Звучит? Конечно... Ну ладно, фамилия, пока не нужна.


"Рита, здравствуй.

Пишу тебе - впервые. Это непривычно. Никогда больше не буду писать. Если, конечно, меня не посадят. Не пугайся, я шучу.

Пишу, потому, что не хочу звонить. Твой телефон может прослушиваться.

Мне не удалось, толкнуть "изделие" в Кракове. Только "засветился". Всё испортил тот идиот, которого порекомендовал Шиловский. Но я, не в обиде на Виталия Константиновича. Привет ему, передай. И пусть успокоится, на его коттедж в Малаховке я не претендую. Хоть и обещал, что он будет моим. Не верил, старик Шиловский, что я - найду деньги.

Знакомые отца, спрятали меня надёжно. Край света. Ритка, не поверишь, хутор твоей бабушки - Беверли-Хилз, по сравнению с той дырой, где меня содержали все это время.

Со дня на день, всё закончится. Только получу деньги, сразу же свалим в Краков. Я присмотрел там, домик для нас. Тебе, понравится.

Жду Тофика, он должен подъехать со дня на день. Вместе, с "изделием". У меня, поменялись планы. Так, даже лучше...

Очень плохо мне было, Ритка. Видать, болезнь серьезная... Но, сейчас, всё - позади. Думаю, что скоро увидимся. Короче, всё. Жди, с "победой".

Борик.


Ха! У Бориса всплыло, ещё одно имя. Борик. Звучит? Звучит...

Жаль, что там - на берегу, я его не обыскал. Наверняка, оригинал данного письма - лежит в одном из карманов "стройбатовского" бушлата, надетого на Боре...

Возникает два вопроса. Кто такая, Рита? И, что такое, "изделие"? Впрочем, что такое - "изделие", догадаться несложно. К нам в Алуевск везут "малышку"? Нонсенс...

Юра подключил домашний телефон. Он, тут же зазвенел. Зачем включил? Что, ждешь кого-то? Ответить? Не стоит! Скорей всего, проверяют, дома ли я...

Но, любопытство, своё взяло. Юра схватил трубку.

- Я слушаю...

- Аллё, Юрий Феликсович? Здравствуйте, дорогой мой! Почему у вас, так долго не отвечал телефон? Где вы были? Неужели, только что вернулись?

Мгновенно забыв про Борькину тетрадь, Летин восторженно воскликнул.

- Софья? Пани Могиле..., простите, фрау Могилевская? Где вы находитесь? И что произошло там, в лесу? - Звонку Софьи Антоновны, он искренне был рад.

Женщина заметила это.

- Юра, неужели, вы и в самом деле, рады меня слышать?

Летин, даже здесь, на "этом конце провода", почувствовал, как на "том" - у Софьи, потеплело всё внутри. И ещё, он заметил, что женщина была пьяна. Она не прекращала ликовать.

- Ой, я не могу, какой же вы, всё-таки, золотой! Как у вас дела?

- Всё нормально, - заверил Юра. Обсуждать свои проблемы с Софьей, ему не хотелось.

- Юрочка, я рада, что у вас - всё хорошо! Честное слово, очень рада! Я немножко выпила, но мыслю - трезво. Прощайте, непознанный мужчина... - Софья, видать, выпила - не мало. Она долго икала, после чего - стала повторяться. - Юра, вы решили свои проблемы? Жаль, что не смогла, вам помочь. И сейчас, не могу. Разве что, деньгами... - Дама, "крякнула", словно её - только что, "осенило". - А ведь вы, помогли мне, Юрий Феликсович. И я должна, с вами поделиться. Как только, "заказчик" расплатится со мной, обязательно, вспомню о вас. Перечислю вам, немного американских денег. До свидания, непознанный мужчина...

Положив трубку, Софья расхохоталась, и налила себе полный бокал. Её распирало, от озорства и веселья. Через пять минут, она уже не помнила, кто такой Юра, и, "ваще, почему ей не оказывают знаков внимания..."

- Молодой человек, вы будете, ухаживать за своей дамой? - Могилевская попыталась дотянуться до Борюсика, что бы ущипнуть его. Ей, это не удавалось. Борис, выполняя роль кавалера, спустился в ресторан вместе с ней. Насчёт "своей женщины", Софья не оговорилась. После того, как Борюсик отнёс ей в ванную "сотик" и задержался там, данное уточнение было допустимо.

"Молодой человек" - безмятежно похрапывал, положив голову в тарелку с салатом. Телефонного разговора он не слышал. А то бы, наверное, вскочил, и, хлопнув себя ладонью по ляжке, обрадовано воскликнул.

- Ба! Уж не тому ли Юрию Феликсовичу вы звонили, который давеча, потерялся на железнодорожной станции?

- - -

В номере было темно и душно. Впрочем, голова болела не из-за этого. Никогда раньше, так не напивался.... Интересно, сколько сейчас, на часах? Во рту было сухо, собственный язык казался наждачной бумагой. Что его разбудило? Боря повернул голову, и увидел, спящую рядом Жанну. Женщина храпела. При каждом выдохе, её верхняя губа забавно колыхалась. Это напоминало бульканье кипящей воды. Борюсик поморщился и сдернул с себя одеяло. Затем, встал и отправился в ванную. Проходя мимо трюмо, он расслышал странное жужжание.

"Виброзвонок сотового телефона! А где он?". Жужжание доносилось из Жанкиной сумочки, лежащей на трюмо. Схватив телефон, Боря занырнул в ванную...

Он поднес трубку к уху, и глухим, но уверенным голосом произнес:

- Аллё.

Последовала непродолжительная пауза, после чего, трубка строго поинтересовалась:

- Борис Львович?

Звонил Игорь Юдин, которого Боря, естественно, не знал. Игорь, всё-таки, решив поговорить с Жанной "по душам", отыскал на своем телефоне её номер, и нажал на "автодозвон"...

О таком везении, он не мог и мечтать. Жанкин "номер" отозвался мужским голосом. Неужели, это - ОН? Времени на раздумье не было. Понадеявшись на удачу, Игорь, как можно, более требовательно, спросил.

- Борис Львович?

Боря растерялся. Хмель моментально выветрился. "Эта сучка божилась, клялась, что о нашем, в смысле - о моем местопребывании, никто не знает.... Но сюда - звонят, и более того, звонящий спрашивает Бориса, то бишь меня! Кто это? Знакомый отца? Непохоже...".

- Кто вы? - Голос Бори, чуть заметно дрожал. Впрочем, не очень сильно. Почти что, неуловимо. Но от Игоря, это не ускользнуло. И потому, в очередной раз, понадеявшись на удачу, он "развязно" доложил.

- Майор Семагин, с "пятнадцатого"...

В "пятнадцатом управлении", действительно, работал майор с такой фамилией. Игорь об этом знал.

Боря мысленно назвал майора Семагина - "тупицей", послал его на известное количество букв, но вслух, честно признался.

- Я вас не знаю.

- Я только что разговаривал с твоим отцом. - Последовала пауза. - Боря, заканчивай ты, "дуться". Папа, давно уже, не сердится на тебя. Более того, он уверен, скоро, тебя можно будет возвращать в Москву. Так что, "малышку" можешь отдать нашим людям. Скажи, где она, я отправлю "группу"... - О том, что Борю скрывает отец, Игорь знал с самого начала. Ну, не смог бы простой смертный, так его упрятать. И замести все следы. Здесь, даже полномочий "депутата" - мало. А вот, "депутата, работавшего раньше на Лубянке" - пожалуй, будет в самый раз...

Ответа не последовало. Теперь Борис был уверен, звонивший - блефует. Какой участливый благодетель. "Папа, давно уже не сердится на тебя...". Никогда в жизни, папа не будет обсуждать эту тему с посторонними. "Дуется" - "не дуется".... Бред, какой-то. Помочь мне, попросить может. Не постесняется. А вот, что бы делиться с кем-то, про наши отношения? Да никогда в жизни. Этот - никакой не "папин знакомый". "Охотник". И нужен ему - я, Широков Борис Львович. Точнее, моя "малышка". Но этот бравый майор, очевидно, начитался в детстве шпионских детективов. Он бы ещё, Штирлицем назвался....

Борис решил, быть "честным" до конца.

- Майор, я не в курсе последних новостей. Честное слово, самому интересно, где сейчас "малышка". Вся информация - у того, кто ею занимался... - Борис Широков, закатил глаза в потолок, силясь придумать, "кто же занимался бомбой?". Наконец его "осенило". - Майор, а где сейчас Летин Юрий Феликсович? Разве, не ваши инструкции он выполнял? Вообще-то, он мне не докладывал, что именно, планирует предпринять дальше. Увы, это - всё, что я могу вам сообщить. До свидания. - Борис нажал, на "сброс".

Игорь Юдин выругался, и швырнул телефон в стену. Он давно уже, научился попадать в пухлую плюшевую подушечку, висевшую над диваном... В голове нарастала ритмичная пульсация: Летин, Летин, Летин...

А Боря долго рассматривал свое отражение в большом круглом зеркале, и ему становилось грустно. "Интересно, известно ли этому майору, что месяц тому назад, Тофик вывез "малышку" из Москвы, и направился в сторону Алуевска. Прошёл месяц, а его - до сих пор нет. Словно, сквозь землю провалился. Быть может, он что-то перепутал? Или, не имеет возможности связаться с Антоном? По причине того, например, что "зэчара" - в запое? Хотя, во время поездки в Краков, склонность к выпивке за ним не замечалась. Почему же, не отвечает телефон Тофика?"

Боря снова попытался связаться с Тофиком, но набранный им номер - "молчал"....

Его беспокойство нарастало. А может, эта "сучка" за моей спиной ведёт "двойную" игру? Она ведь клялась, божилась - о нашем проживании здесь, никто не знает... А ведь, собственно, она мне больше не нужна. Даже, как женщина...

Борис на носочках прокрался в комнату, где спала Софья. С минуту, её разглядывал. Ни малейшего вожделения. Скорей, отвращение...

Стараясь не шуметь, он обыскал её джинсовый костюм. Денег нет. Порылся в бумажнике, найденном в сумке. Хм-м... Не густо. Неужели, компьютер - она купила на последние деньги. И ведь, почти не работала на нём, дура... Так...

Взгляд Бориса упал на небольшой органайзер, лежащий на столе, сразу за монитором. Это - интересно, у мадам - два паспорта... Так она, "не по-детски" шпионила! За мной? Или, всё-таки, за "железом"? Да какая разница! - Боря извлёк перетянутый резинкой пакет. Его лицо расплылось в довольной улыбке. Когда-нибудь, он обязательно, напишет книгу о своих приключениях. Недавние проблемы, показались ему сущей мелочью....

Когда Борис покидал гостиницу, в каждом из карманов его замшевого пальто, покоилась "пачка" сто долларовых купюр

- - -

Юра обдумывал свой недавний разговор с Софьей. Его "домашний", она не знала. А ей ли принадлежит, услышанный только что голос, понять было сложно. Звонили с "сотового", и качество связи оставляло желать лучшего. Юра снова выдернул телефонный шнур из розетки.

Если это - фрау Могилевская, значит у неё - всё хорошо. Летин улыбнулся. Интересно, что подразумевается под "непознанным мужчиной"?

Юра включил телевизор. На "первом", приехавшие со всего СНГ люди, поочередно задаривали ведущего популярной передачи, бочонками с красной икрой, туркменскими халатами, русскими матрешками, тульскими самоварами и так далее. Один чудак, подарил даже, водолазный костюм. Зрители в студии радовались как дети, когда к подарку прилагалось что-нибудь алкогольное. Вот оно, настоящее гулянье! Вот он, настоящий праздник! Праздник "знаний, переодеваний и алкоголя"...

"Некий Тофик должен привезти в Алуевск ядерную взрывчатку? Зачем? По-моему, других боевых действий, кроме как, "таковых" с моим участием, в Алуевске не предвидится... А может, с целью продажи? Вполне возможно. В этом случае, фраза - "И пусть готовится, освобождать свой котедж в Малаховке.... Не верил, старый, что я - найду деньги..." - становится, вполне понятной".

Юра переключил канал. По "второму" - "Новости". Хм-м, что там, в мире делается? Летин проследовал на кухню. Лишь сейчас он понял, чего ему - так не хватало, во время проживания в Буртаевске. Конечно же, чая!

"Получается, что у Борюсика, в Алуевске есть сообщник? Хм-м-м, о нём, он ничего не говорил... Да и вообще, Летин, есть ли у тебя уверенность, что всё то, о чем поведал "физик" - правда?"...

Из комнаты доносился голос телеобозревателя. Юра, слушая "в пол уха" последние известия, сделал себе бутерброд, налил чая, и вернулся к телевизору. По "третьей" - транслировали бокс. По "МузТВ" - чернокожие рэперы упражнялись в речитативе под звучание "Князя Игоря" Бородина. На НТВ - Джеки Чан, в одиночку побеждал "сборную мафию мира". При этом, наглядно доказывая, что акробатику, также, можно отнести к восточным единоборствам. Юра "вернулся" на второй канал. Но в "Новостях", уже сообщали погоду...

Летин чувствовал какое-то странное, нарастающее беспокойство. Чем оно вызвано? Волнение, от звонка Софьи? Или, вновь вспыхнувший в памяти, труп Борюсика? А может, прочтение предсмертного письма физика-ядерщика? Да нет же! Ведущий теленовостей произнес, очевидно, фразу или слово, которые могли его насторожить... Но, какую фразу? Какое слово?

Сейчас он будет мучаться до тех пор, пока не поймет, что же именно, так его привлекло...

Он дождался программы "Время". Посмотрел её от начала до конца, но ничего "стоящего", не увидел...

Услышав, донесшийся с прихожей, скрежет металла в замочной скважине, Юра вздрогнул.

- Начинается, - подумал он, и на носочках, отправился на кухню. Порывшись в духовке, выбрал чугунную сковородку, и так же, на носочках, прокрался к входной двери. Оставалось ждать.

"Злоумышленник" пытался проникнуть в квартиру, путем подбора ключей. Что бы, всё - "чисто", без взломов и прочих повреждений. А может, меня успели "запеленговать" во время телефонного разговора с Софьей? Неужели, так? Впрочем, зависит от того, кто мной интересуется. Если милиция - то, возможно. Если, мафия - то, на кой я ей сдался?

"Несанкционированный" гость, похоже, подобрал подходящую отмычку. Дверь стала медленно открываться. Даже, очень медленно. После очередного увеличения щели на сантиметр, следовала продолжительная пауза. Гость, очевидно, хотел убедиться, что дома - никого нет. А может, не хотел будить хозяина. Что бы, застигнуть врасплох. Или, сделать свое грязное дело незаметно. Что делать? Залезть под одеяло, и притвориться спящим? Ага, что бы никогда больше не проснуться?

Дверь продвинулась, ещё на пару сантиметров. Из образовавшегося просвета, показалась рука в черной перчатке. Судя по размеру кисти, нежданный гость - был "косая сажень в плечах"...

Юра занес сковороду, в ожидании, когда же покажется голова. Он стоял, не шелохнувшись, и очень напоминал игрока в бейсбол...


-43-


Лев Леонидович, как обычно, встал в 7 часов утра. Настроение было неважным, и очень болела голова. Запив таблетку "цитрамона" пепси-колой, он упал в кресло и схватил телефон. Несколько раз, безрезультатно набрав один и тот же номер, швырнул трубку на "софу".

Приняв душ, и почистив зубы, Лев Леонидович просмотрел вчерашнюю почту. Письма, которого он ждал, среди прочей корреспонденции - не оказалось. Пройдя на кухню и порывшись в холодильнике, Лев Широков махнул на всё рукой и заварил себе крепкий кофе. К кофе он пристрастился, ещё работая на должности секретаря райкома ВЛКСМ. Растворимый кофе, в то время, являлся дефицитом. Шестирублевая баночка ароматного бразильского кофе ("Нескафе Классик", рядом не стоит), считалась лучшим презентом... Ящики его рабочего стола, были полностью завалены баночками с порошковым кофе...

"Капустина - сотру в порошок! Он же обещал, что к концу прошлой недели - я увижу сына...". Лев Леонидович, словно бык, глядел налитыми кровью глазами на заварочный чайник. Он думал, на кого - перебросить ответственность за Борькины "чудачества". Стервец, решил за моей спиной, ядерным оружием торговать! Ведь я ему, и место на кафедре, и квартиру в центре Москвы, и тачку иностранную, а ему - всё мало! Всё, Борюсик, твоя "лафа" закончится! Сейчас, ты будешь, как все! Только бы удалось, "замять" это дело без последствий...

Но, кого же сделать "козлом отпущения"? Подходящих кандидатур не было.

Из комнаты донесся мелодический перелив телефонного звонка. Лев Леонидович, словно спринтер, сорвался с места, и в "считанную секунду" - оказался в комнате, около оставленного на софе телефона.

- Я слушаю! А-а-а, - разочаровано протянул он. Звонил губернатор одной из областей. Умолял, вывезти "мусор". Его звонки не прекращались, уже два месяца.... - Перезвони мне завтра. - Коротко обрезал Лев Леонидович. Или, нет. Свяжемся, на следующей неделе. Я, сам позвоню...

"Что ж, ехать к Капустину, придётся мне самому". Лев Леонидович, после того, как уволился из "пятнадцатого управления", в здании бывшей конторы, появлялся неохотно. Однако найти Капустина, нигде, кроме, как на ул. Б. Лубянка, д. 1/3, было невозможно...

Заказав по телефону водителя, Лев Леонидович принялся надевать пиджак с депутатским значком...


-44-


По сей день, Летин любит вспоминать "тот" случай. В живой природе - такая реакция, разве что, у богомола....

Хоть Юра и нанес удар внезапно, в самый последний момент чугунная сковорода встретила на своем пути серьезное препятствие - локоть Ильи Лагутина. Облаченный, в рукав кожаной куртки. Так или иначе, но тяжёлая сковорода "прошла" вскользь.

- Юрка, это я, успокойся! - Вырвалось у атакованного гостя.

- Привет! - От пережитого напряжения, Летин тяжело дышал. Он опустил сковороду. - Ты, почему не позвонил?

- Я звонил. Много раз. - Поспешил, возразить Лагутин. - Мне тут сообщили, что ты валяешься в собственной квартире, с перерезанным горлом. Кому я буду звонить? К тому же, у тебя "сотовый" отключен. За, неуплату...

Это было правдой. В настоящий момент, сотового телефона у Юры, вообще, не было. Остался, в Озёрском.

Они заговорили не сразу. Напряжение обоих, усиливалось ненужной паузой. Ненужной, и долгой...

- Илья, я выгляжу нелепо? Ты - это, хочешь сказать? Нервы, ни к чёрту... Проходи. Сперва, на кухню. Без чая, говорить с тобой - трудно. Я бы сказал, невозможно. Извини, конечно, за прямоту....

Последнюю фразу, Юра "бросил" через плечо. Лукаво ухмыляясь. Приходу Ильи, он был рад. И, осознав это, успокоился. Есть такая поговорка: "Помощи - не прошу, но умоляю - не мешай!". По исходящему от Лагутина биополю, Юрий Феликсович понял, что тот - эти условия принял...

Юра мог рассказать о своих приключениях за три минуты. А мог, повествовать в мельчайших подробностях, и "не уложиться" в пять часов. Была выбрана "золотая середина": вопрос - ответ, вопрос - ответ... Тем более, слушатель являлся работником милиции....

Рассказ Летина, немало впечатлил Илью.

- Что думаешь, делать дальше? - Очень "нейтрально" спросил капитан. Он, не настаивал. И, даже, не советовал. Он - спрашивал.

Шторы на окнах были плотно задернуты, что позволяло, сидеть при включенном освещении.

- Илья, неужели ты думаешь, что мне - своих забот, мало? Хоть я и не могу, ни думать о том, в чьи руки попадет "изделие" Борюсика. А ведь "оно", будь уверен, в чьи-то руки, обязательно, попадет. Конечно же, история интересная. Скорей, не интересная, а страшная. Даже, очень. Случись она с кем-нибудь другим, ни за что, не поверил бы. - Юра вздохнул. - Ты, лучше, скажи, - "охота" за мной, не прекратилась? Сам-то хоть, веришь мне? Ну, что, ни в случае с Жарковой, ни - с Галькой, я не виноват. Скажи, - находясь здесь, ты рискуешь? Если да, то попрошу покинуть мою квартиру. Илюха, пойми меня правильно. Это жертвы - ни к чему. К тому же, ты - ничем помочь не можешь. - Юра сложил чашки в раковину. - Ну что, поедешь домой? Уже поздно...

Ответом на вопрос, послужили последующие действия Лагутина....

Приятели разговаривали, не совсем уж, шёпотом. Но, тем не менее, оба услышали шорох, донесшийся из прихожей.

- Вас, сколько человек? - спросил Юра у милиционера. Но, увидев реакцию Ильи, понял - действуют "третьи силы"...

Летин, был вынужден констатировать, "незваный гость" действовал ещё более профессионально, чем Илья. Это, конечно же, огорчало...

Но...

Илья сориентировался молниеносно. Обладателям таких кулаков, как у него, чугунные сковороды не требуются. С проворностью дикой кошки, бесшумно, он проник к входной двери.

Капитан находился, в отличной физической форме. Хоть, и прекратил, заниматься в "Спартаке".

Неизвестно, отчего это зависит, но сегодня - фортуна улыбалась тем, кто находился по ту сторону двери....

Пришедший, был неплохим "рукопашником". Отдавая предпочтение хитроватым и, каким-то витиеватым способам нанесения удара, он выдавал, свою принадлежность, к "восточной школе". Это удивительно, но внезапность нападения, не помогла Илье. А может, для приверженцев "восточного" толкования жизни, внезапного врага - вообще, не бывает?

Гостю, на вид - было, лет тридцать, тридцать с небольшим... Решительный, и самоуверенный. Мастерски дерется....

Илья обрушил на пришельца свой железобетонный кулак, едва тот, показался из-за двери. Но кулак - провалился в пустоту, и капитан, подхваченный инерцией собственного удара, "вылетел в подъезд".

Летин с табуреткой "на голо", бросился на парня. И наткнулся лбом, на нечто, по твердости сопоставимое с чугунной сковородкой. Натренированный кулак, может вызывать подобные ассоциации...

Во-первых, Юра ощутил сильнейшую боль. Хотя, казалось бы - кость, чему - болеть-то? В глазах - всё слилось в единый, серый фон. Сотрясся, причем с не меньшей силой, и шейный позвоночник... Потеря сознания была непродолжительной, однако за это время, "хороший боксер" Илья Лагутин, одержал победу над "очень неплохим каратистом", и, "последний" - лежал сейчас рядом с Юрой. Естественно, связанный. То сеть, в наручниках...

Хм-м, Илюшкин кулак всё же достиг желанной цели.

Первым делом, Юра встал. Его покачивало. Знать, ударили грамотно.

- Илья, кто это? - первым делом поинтересовался он, кивая на пришельца.

- Не могу знать, Юра. Он, не представился.

- А это, смотря, в каком значении. От твоего удара, возможно, он давно уже "преставился".

Однако парень, довольно быстро пришёл в себя. То, что он, не выглядел подавленным или испуганным, говорило, о многом.

Лагутин обыскал пришельца. Из-за пояса - извлёк пистолет. Ого! Господин "Вальтер". Его "шпионская" модификация. Та, что немного поменьше. Кстати, из такого оружия застрелилась Светлана Аллилуева. Этим же пистолетом пользовался небезызвестный агент 007. Во внутреннем кармане - красная книжечка с золотым теснением. Юдин Игорь Анатольевич.... Майор. Так он - что, "конторщик"? Действительно, начинается..... Кто ещё, к Летину пожалует? ГРУ? Агенты "Массад"? ФБР? Красная книжеца частично объясняла "спокойствие" гостя. Глядя на своего "победителя", он спросил.

- Боксировал? Я говорю, раньше - боксировал?

- Слышь, ты! Для начала, выбери-ка, более подходящий тон! - Илья всё ещё тяжело дышал, и отвечать на вопрос парня - не собирался. Капитан призадумался, пощипывая подбородок. Он взглянул на Юру, и, указав глазами на кухонную дверь, проследовал туда первым.

- Куда его теперь? Давай, вызову наряд... - спросил он у Юры.

- Илья, ты хочешь, что бы я отсюда переместился в камеру? Давай, действуй! На мне - два "трупа". Плюс - этот, припёрся без приглашения, да ещё и с пистолетом...

- Ну всё, всё! Юра, всё! - сдался милиционер, видя, что Юра "заводится". - Предлагаешь, отпустить? Или, пусть живёт у тебя? Выгуливать его будешь. На цепочке, как песика. Одно хорошо, в квартиру к тебе, ни один воришка не залезет...

- Илюша, ну зачем ты такой, "чёрно-белый". Пойдём, побеседуем с мужичком. Разве можно принимать какое-то решение, не зная, кто он? И какие его цели? Может, паренек пришёл, свою дружбу предложить? Ты об этом, не подумал? - Юра вопросительно посмотрел на Илью.

- Конечно, подумал. И даже решил, что это - скорей всего, так и есть. Только вот, почему же он это делал тайком? Готовил сюрприз?

Юра не ответил. Он вернулся к "пленнику". Подошёл к окну, и отодвинув шторку

- Ну что, давайте знакомиться. - Бодро предложил он, "гостю", и, первым, представился. - Юрий Феликсович. Как зовут вас, можете не говорить. Мне - не интересно. Как неинтересно и то, кем является вон тот мужчина, у дома напротив. Он дожидается вас, и, очевидно, ломает голову, почему не выходит его напарник? - Боковым зрением Юра отметил, его последняя фраза - на гостя подействовала.

Тротуар, у дома напротив - хорошо освещался фонарями, но он был пуст. Однако, коли, парень "клюнул", значит он, и в самом деле - "не один"...

Юра вернулся на кухню.

- Илья, освободи его.

- ???

- Освободи. Так надо.

Илья протянул ключи.

Освободив пленнику руки, Юра направился к выходу. Открыл дверь, и вышел в подъёзд. Закурил. "Освобожденный", видимо, чувствуя, что с ним хотят поговорить, остановился, спустившись на несколько ступенек вниз.

Юра, убедившись, что его готовы слушать, заговорил.

- Ребята, вы - обознались. Я - не тот, кто вам нужен. У меня, своих проблем - по горло...

Упоминать Софью, братьев, Борьку, не следовало. Однако совершенно ясно, визит этого каратиста, напрямую связан с кем-то из них. А может быть, со всеми сразу. Сделав глубокую затяжку, Юра продолжил примирительным тоном. - Возможно, наши "орбиты" - где-то пересеклись. Но я про это ничего не знал. Плюс - забыл. Так что, я - безвредный. Оставьте меня в покое. - Напоследок, он взглянул в глаза "чекисту". - На меня - вы впустую тратите время. Ты - "солдат", я это вижу. Передай своему шефу, что я - готов с ним встретиться. Всё...

Но, парень не уходил. Он поднял голову. Печально улыбнулся, и произнес.

- Про "сообщника", неплохо придумано. Но я, пришёл один. - После этих слов он развернулся, и поскакал вниз.


Едва, Юра закрыл дверь, на него набросился Илья.

- Ты, в своем уме? Что за ведомство, представляет наш галантный гость, надеюсь, понимаешь?

- Именно поэтому, я его и отпустил. От них не укроют, даже стены твоего отдела.... Илья, с ними - можно только разговаривать...

Лагутин посмотрел на правый кулак, осторожно потрогал набухшие костяшки.

- Но, арестовали-то, мы его, а не наоборот....


-44,5-


- Подъём в телевизионных войсках! - голос Сержа прозвучал как клич "дежурного по роте".

Никита со стоном открыл сперва один глаз, потом - второй.

- Где я?

- Ты у меня дома, командор, просыпайся. Пора работать, хватит бухать...

Через пол часа, Никита через силу поглощал гренки с сыром, приготовленные Сержем. Он, то и дело, умоляюще поглядывал на компаньона, в надежде, что тот сжалится, и нальет, хотя бы, сто грамм...

В конце "завтрака", директору программы "Территория правды" была выдана бутылка пива. Схватив её обеими руками, "телешоумен" залез с ногами в кресло, и молча вылакал всю ёмкость, не отрываясь от горлышка.

- Дай ещё. - Уже более бодрым голосом попросил он, едва последние капли "Толстяка", пробежав по матовому стеклу, сползли к нему в рот.

- Хватит! - Строго ответил Сергей. - Никита, ты знаешь, что у нас - мало времени? И потом, Сакуль не станет смотреть на твои былые заслуги. Ему нужна "тема". Как он выражается: "Парни, сделайте "мясо", и у вас не будет проблем, с интересной, высокооплачиваемой работой...". Останемся без работы - пропадём... Пойми, пьяница, у нас - не так уж много местных "телеканалов". А перебираться в Москву, я не намерен. Гайворонский не даст, "раскрутиться". Ни тебе, ни мне. Так что, давай уж, дружище, работать....

А "тема" наклёвывалась, действительно, интересная. В редакцию телепрограммы поступил "многообещающий" звонок. Некая "доброжелательница" весьма откровенно, предлагала сделать жертвой очередного выпуска "Территории правды" свою соседку, пенсионерку из микрорайона Коровино. По имевшимся у неё сведениям, нигде не работающая соседка торгует наркотиками. Скорей всего, героином. Причем, её "точка" процветает. О чем свидетельствует непрерывный поток клиентов, в любое время суток...

Наряду с неоновой рекламой, компьютерами, мерседесами, небоскребами, иностранными инвесторами, лизингами и кредитами, новизну в современную жизнь города, в известной мере, вносил и героин. Современная молодёжь, включая самую юную её часть, не "торчала" от водки и вина. Выдержать "кислотную" дискотеку до утра, под "портюхой" - невозможно. Очень быстро, практически в каждом городе, установился баланс между "предложением" и "спросом". Выстроились ветвистые дилерские цепочки, сформировались пункты приобретения, и пункты употребления... Количество пациентов, поступающих в "реанимации" города, с героиновой "ломкой", если и не росло, то было высоким и стабильным. Торговля "смертью", оказалась - бизнесом достаточно "демократичным". Сегодня, белым порошком торговали - цыгане, студенты, бармены, официанты, милиционеры и т.д. Отыскали свою "нишу" на этом рынке, и многие пенсионеры.... Для них, продажа нескольких доз "зелья", с лихвой компенсировала "несерьезность" пенсий и пособий...

- Одевайся. Я - на машине. Сегодня, формируем группу. Пора Бароевых вытаскивать из "отпуска"... Братья, без работы - в отчаянии. Занимаются видеосъемкой свадеб и похорон. Ты, прикинь?

По дороге до телецентра, Никита, всё-таки, выпросил у коллеги банку безалкогольной "Баварии"...


-45-


Он подошёл незаметно, словно - вырос из пустоты. Коротко представился.

- Игорь.

Руки, не подал. Лацкан кожаной куртки, по-заговорщецки, не отогнул. Дескать, думай сам, кто я и откуда... А может, считает, что кожаные куртки, только у "гэбэшников"?

А-а-а, ну конечно! Ведь это именно он демонстрировал вчера артистичное владение "восточной акробатикой". И, всё-таки, пал от смертоносного кулака Ильи. Значит, "шеф" - он и есть...

- Где будем беседовать? - Спросил Игорь.

В "развернутом" виде вопрос прозвучал бы так: остановимся в баре, или пойдём в зал?

Они встретились около ресторана "Колумб", на Малой Ямской. Игорь был, категорически против этого места. Его не устраивали, места скопления праздной публики. Казалось бы, он-то, от милиции не прячется... Впрочем, кто знает?

"Каратист" позвонил рано утром. Юра дал понять, он пойдет на встречу с незнакомцем лишь в тот ресторан, который предложит сам. Почему, в ресторан? А куда? В театр? В музей? В планетарий?

В "Колумбе", он появлялся и раньше. Некоторые из официанток, наверняка, помнят его.

- Я не хочу, подвергать себя риску. Вы, понимаете? Предлагаю ресторан "Колумб", на улице Малой Ямской.

- Согласен...

Они заняли столик, около огромного аквариума, полного диковинных рыбок. Некоторые из которых, завидев двух подошедших мужчин, уткнулись носами в стекло.

- Пельматохромис крибензис, - улыбнулся Летин.

- В смысле? - Удивленно взглянул на него Игорь.

- В смысле? - Переспросил Летин. - А в том самом, что - не ждите от меня каких-то откровений. Вряд ли они уместны, при включенном диктофоне.... А "пельматохромис крибензис" - это попугайчик. Рыбка такая, аквариумная, из семейства цихлидовых...

- А-а-а, - понимающе протянул "гэбист". Казалось, что самоуверенный красавец, когда-то инструктировавший Жанну, и этот, "посеревший" мужчина с нервными глазами - два, абсолютно разных человека. - Юрий Феликсович, говорить - придётся мне. "Писать" себя самого, у меня нет ни малейшего желания. Так что, про диктофон можете забыть. А вот вы, - Игорь внимательно посмотрел на Юрия Феликсовича, - вы, просто, представить себе не можете, Юра, с какой "грязью" вам пришлось соприкоснуться. Я имею в виду, Бориса Широкова. Разговаривать, нам предстоит - о нём. Хочу сразу поставить условие, - вы не должны задавать дурацких вопросов, типа: на кого ты работаешь, и "кто у нас, на самом верху"...

- Пардон! - возразил Летин. - Этот вопрос я задам вам в первую очередь. Извините, если прервал, продолжайте...

Игорь улыбнулся.

- Уж коли я вас нашёл, будьте спокойны, я "оттуда" - "откуда" надо. - Его улыбка исчезла. - А ведь я, смотрю за вами давно. С того самого момента, как вы помогли госпоже Могилевской, перейти через улицу. Ваши разговоры с ней мне слышать, так же, приходилось. Квартиру-то, предоставил я. Софья - мой агент. Контакт с вами, у этой блудливой самкой - единственный, и я, разглядел в вас - человека, весьма неглупого. А неглупые люди, вопросов, подобных вашему - не задают. Уж, кто-кто, а вы-то, должны понимать, не любые знания - полезны. Некоторая информация - крайне вредна. Особенно та, которая касается нашего ведомства. Но в любом случае, мы с вами - партнеры.... Скажите, вы давно живете в этом городе? - Вдруг спросил он.

- Я родился здесь. А при чём тут, это? - Сказал Юра, подумав: "Хорошо, что между мной и Софьей, не было близости...".

- Да нет, ни при чём, просто... Вы не знаете, есть ли у Широкова в этом городе знакомые? Или, знакомый? - Игорь взял в руки бутылку, и заглянул в горлышко, словно, надеялся, увидеть там "суфлёра". Потом, вдруг, очень быстро заговорил. - Юрий, вы умный человек, и я, не хочу вас обманывать. Потому, что вы - не тот человек, которого можно обмануть...

- Начинаете с комплиментов? - Прервал его Летин. - Коли, начинаете с комплиментов, значит, последует просьба. Или, предложение. Вы, похоже, начитались Карнеги. Прекратите, умоляю вас. Комплименты действует, далеко не на всех. Тут, со стариком Карнеги, я не согласен в принципе...

Игорь замолчал. Юра смотрел на него, и пытался обнаружить, хоть малейшие признаки опьянения. За то недолгое время, пока они тут сидели, "кожаный" выпил, почти что, в одиночку, бутылку коньяка. Однако пьяным, он не казался.

Внезапно, "гэбист" схватил Юру за локоть.

- Где, "малышка"? -

Юра удивленно расширил глаза.

- ???

- Не прикидывайтесь дураком, Юрий! Вы прекрасно меня понимаете. Что вам успел сообщить Широков? Где находится он сам?

- Думаю, что там же, на берегу..., - растерянно произнес Летин, освобождая рукав. - Вы - в порядке? Человек, которым вы интересуетесь, тоже - не всегда, походил на "нормального". Особенно, поначалу. Хотя, мне показалось, что он - больше, хотел выглядеть душевнобольным, нежели - являлся таковым на самом деле. Но, разве вы - не в курсе, ему отрубили голову....

- Когда?

- Может быть, ещё спросите - кто?

Юра вкратце описал ему "картину", увиденную на берегу той злополучной речки.

Игорь посмотрел на него внимательно, почесал нос.

- Юрий Феликсович, давайте-ка, по-хорошему, а? Я не спрашиваю, кто вы такой, и откуда вы, такой умный. Я предлагаю, в кротчайший срок, предоставить мне информацию о "малышке"...

- Какой ещё, "малышке"? Вы - ничего не перепутали?

Игорь выругался, встал, и отправился к барной стойке. Там, он извлек сотовый телефон, и долго с кем-то разговаривал. Всё это время, Юра "прикидывал", чего от него добивается этот человек? Что именно, обозначал незнакомец словом "малышка", ему было ясно. Но, при чём тут он? От всех этих "спецслужб", надо бы, держаться подальше. А Софья? Она - что, с самого начала, охотилась за Борей и за его дурацкой "игрушкой"?

Вернувшись, Игорь некоторое время сидел молча. Потом, словно о чём-то вспомнив, он внимательно посмотрел на Юру.

- Скажите, вы - обеспеченный человек?

На такие вопросы, Летин не отвечал. Промолчал он, и в этот раз.

Игорь же, молчать не собирался.

- Нам нужна та "игрушка", которую изготовил, и пытался продать, Борис Широков.

- А при чём здесь, я?

- Вы находились с ним в контакте. Вы единственный, кому он мог передать информацию, о её местонахождении. Я имею в виду бомбу. Этой информацией, вы владеете. Не отпирайтесь, я знаю о вас всё. Софья Могилевская - это Жанна Штольц, не более... Никакая, она не наследница. Сюда её отправил я. И "легендой", её снабдил тоже я. Ей был обещан неплохой гонорар. Кстати, аванс она получила сразу. Но дамочка, очень быстро вышла из-под контроля. Она затеяла свою игру. Захватила Широкова, и скрылась в неизвестном направлении. Сперва, устранила моих людей. Которые, кстати, обеспечивали её охрану. Представляете, какая волчица? Не тешьте себя иллюзией, вы не могли видеть труп Бориса. Поскольку, я разговаривал с ним лично. Правда, по телефону. Они с Софьей, в другом городе. Скорей всего, вас - "провели". В общем-то, Могилевская свою задачу выполнила. В смысле, ту - которая перед ней ставились. Сейчас, она - отработанный материал. Шлак. Подлежащий, зачистке. Юра, вы достаточно долго с ней общались, я имею в виду Могилевскую. Быть может, она успела поведать вам, о каких-то своих планах?

Юра улыбнулся, и направил на москвича указательный палец.

- А ведь вы, вовсе не тот, за кого себя выдаете.

- В смысле?

- В прямом. Если вы - сотрудник той могущественной организации, которая борется за безопасность государства, то, моя ли помощь вам нужна? Смешно подумать, КГБ просит помощи у...

- Во-первых, не КГБ. Не произносите больше эту аббревиатуру, по сей день, "леденящую душу" большинству наших соотечественников. - Игорь застенчиво улыбнулся, и добавил. - Причём не только, соотечественников. Но, разве вы не согласитесь, что все мы - агенты. И каждый - выполняет свою миссию. И отвечает за её выполнение он тоже, лишь перед самим собой... Что такого, что наши личные интересы, порой, в унисон совпадают с интересами государства?

- Стихов не пишите? - Юра усмехнулся. И пояснил. - Попробуйте себя в поэзии. У вас, получится. Я чувствую. Особенно, вам удалась фраза: "что из того, что интересы государства и гражданина - совпадают". Сами придумали? Ни у кого, не слизали? Правда, очень оригинально...- Юра встал. - Послушайте, вы, "борец за безопасность государства", каждый, должен заниматься своим делом. До свидания...

Поначалу Игорь растерялся, но, вскоре, взял себя в руки, вскочил, и догнал Юрия Феликсовича. Галантно раскланявшись, вернул его, и усадил на прежнее место.

"Что ж, его нужно, во что бы то ни стало, убедить. Он длительно общался с Жанной. А потом - с Борисом Широковым. Этот Юрий Феликсович, достаточно не глуп. Во всяком случае, обмануть его - не просто. Наверняка, он знает всё то, о чём пытались умолчать Жанка с Широковым... Этот Летин - настоящая находка... В случае чего, на него можно будет свалить вину за "провал".... Его же самого, "залегендирую" под "прибалта" Серёжу. Разумеется, с последующей "зачисткой". Телефоны парней не отвечают, очень давно. Вряд ли, они живы...", - пронеслось в голове, у Юдина Игоря. Его речь стала спокойной и ровной.

- Хорошо! У меня с собой, есть кое-какие газеты.

Юра посмотрел на него, как на чокнутого. Что нисколько не смутило "выступающего".

- Давайте, выборочно, полистаем их. Ну, например вот эту... - "Москвич" извлек из кожаной папки, с которой пришел на встречу, несколько газет и журналов. - Ага, вот... - Он зашевелил губами, желая сперва проверить, нужную ли публикацию он нашел. - Читаем. Газета "Слово". Рубрика - "криминал". Ага, вот. "18-го января 2002-го года депутат Государственной Думы, лидер Политического блока "Мы - будущее", Широков Лев Леонидович стал жертвой хулиганского нападения. Он был избит неизвестными в лифте собственного дома на ул. Янтарной. Нападавших, было двое. Судя по всему, хорошо тренированные боксеры...". И так далее, ага, вот. "Лев Леонидович, наотрез отказался ответить на наши вопросы, но по полученной в Пресс-службе МВД информации, стало известно, что к деньгам (около двух тысяч американских долларов) и драгоценностям, нападавшие не прикоснулись...". - Игорь нахмурился. Затем, его морщины разгладились, он подобрел. - А, вот, самое главное. Читаем... "Референт Широкова настаивает, нападение на политика - чистая случайность. И с профессиональной деятельностью депутата, никак не связана...". Ну что? - Игорь уставился на Юру так, как смотрят на судью, ожидая его вердикта. Казалось, его удивляет, отсутствие реакции со стороны Летина. "Должной" реакции.

Юра долго терпел его взгляд, пока, наконец, не выдержал.

- И что же, после этой статьи, я должен голышом пробежаться до набережной Межвы и обратно, с воплем "Эврика!"?

"Важность" москвича, начала его забавлять. И вдруг, до него "дошло"....

Юра вспомнил, что именно, так насторожило его дома, когда по телеку шли "Новости". Конечно же, в "Новостях", упоминали фамилию Широкова. А ведь у Бори, фамилия - тоже, Широков! Хм-м, а ведь этот стервец утверждал, что он - сиротинушка, и что, кроме старенького "Москвича" - иных радостей в жизни не имеет...

"Гэбист", сдаваться - не собирался.

- А если я вас сообщу некоторые интересные детали?

- Например?

- Например? Например... Как вы думаете, почему эта статья была единственной реакцией прессы на покушение? Куда же, подевались зубастые журналюги? В отпуск укатили? Или, подались в большой бизнес? Речь-то ведь идет о депутате Государственной Думы! Вы понимаете? И, тем не менее, кроме сей куцей заметки в межвузовской газете "Слово", ни единой буковки на эту тему в прочих изданиях. Это, в наше-то время? Когда народ, только этого и просит. Почему? А? Хотите знать? - И не дожидаясь, когда Юра ответит "Да", направил на него свой указательный палец. - Да потому, что господин Широков является председателем специальной закрытой комиссии. "Комиссии", по захоронению ядерных отходов. Подчёркиваю, "специальной"! И при этом, "закрытой"! Понимаете? Эта "комиссия", по сути, контролирует доставку ядерных отходов к местам "захоронений". Факт нападения на депутата, решили утаить от общественности. А почему? Ведь, если разобраться, это ли, не реклама "думскому" функционеру? Но Широкову, ни к чему лишние разговоры и кривотолки. Понимаете, сей инцидент, наводит кое, на какие мысли. Мол, коли уж напали, а денег не взяли, значит - есть за что, наказать депутата. Значит, водятся за ним грешки....

Юра его перебил.

- Каким это образом, он предотвратил распространение информации на страницах периодической печати?

- Хороший вопрос.... А вот тут-то, самое время, рассказать подробней про этого человека. Между прочим, папаши вашего Бориса...

- Почему это, моего? - Тут же возмутился Летин.

Игорь на него не обратил внимания. Он продолжал.

- "Первичную" карьеру, Лев Леонидович сделал в КГБ. Куда пришёл, откуда-то из провинции, где он работал первым секретарем райкома ВЛКСМ. Службу "тащил" в "Пятнадцатом Управлении". "Пятнадцатое Управление" занимается охраной государственных объектов. В 1999 году, Лев Леонидович, уходит из "конторы". А к 2000-му, создает политический блок, с довольно скромным и неброским названием, "Мы - будущее"... Имея к тому времени на погонах, по три "полковничьих" звезды. Не слабо? В ФСБ у него осталась масса знакомых, на всех уровнях. К тому же, что самое важное, Лев Леонидович умеет излагать свои просьбы так, что ему не отказывают.... А его-то бывшие сослуживцы, умеют закрыть рот любому....

- А вы-то сам, ни его бывший сослуживец?

- Я - "оттуда", если вы имеете в виду это... Но, именно поэтому, я сейчас и сижу здесь с вами...

Они оба замолчали.

- О каких "захоронениях" вы говорили? - Прервал Юра тишину.

Игорь молчал. Официантка принесла коньяк. На этот раз, в графинчике. При ней, говорить - не хотелось. Едва она удалилась, он снова налил себе, и выпил. "Абсолютно не пьянеет", - подумал Юра. Игорю захотелось "отрыгнуть". Он долго с собой боролся, но, сдержаться не смог. Почувствовав облегчение, заговорил.

- Начиная с 1955 года, в мире построено около 500 атомных подлодок. Более половины из них выведены из боевого состава флотов. В России из 249 построенных АПЛ отслужили свой срок 185 субмарин. Большая часть из них стоит у причалов, рискуя затонуть. Что делать с лодками, их реакторами и отработанным топливом? А куда девать ядерные ракеты, попавшие под "разоружение"? Разумеется, речь не идёт, о "железе"... Куда девать "смертельную начинку"? Этот вопрос волнует сегодня всех. При Государственной Думе создан специальный комитет, курирующий вопросы технического контроля над радиоактивным "мусором", его транспортировку, и последующее захоронение. Об этом "проекте" говорилось и говорится очень много, на речь сейчас - о другом. Понимаете, по сути, в стране появился "склад" неучтенного ядерного сырья. "Склад", это я - так, образно...

После этого, то есть, во время "пригубления" очередного графинчика коньяка, Игорь поведал историю, во многом, повторяющую рассказы Борюсика. С той лишь разницей, что сам Борюсик, представлял себя бедным инженеришкой из нищего конструкторского бюро. К тому же, оставшимся без работы, "круглым сиротинушкой". Юра вспомнил, как физик крушил воображаемого врага, рассекая кулаком воздух, и приговаривая при этом: "Отца, я им никогда не прощу...".

А папашка-то его, оказывается, жив-здоров, и при этом, в Государственной Думе...

- Юра, не будьте таким "трудным". Всё - ясно, как день. Отец, по сути, "главный", кто обеспечивает доступ к отработанным "урану" и "плутонию". Сын - "физик-ядерщик", кандидат наук, с начинающейся шизофренией. К тому же, судимый. Широков-младший - подонок, каких Земля не видела. Впрочем, он - действительно, закончил МГУ, кандидат наук. Вы сами понимаете, для детей такого папаши, открыты двери любого ВУЗа. Но, Борюсюк, генетический дьявол. Два года тому назад, на него, завели уголовное дело. Вооруженный грабёж, изнасилование и нанесение "тяжких телесных", повлекших смерть. Поссорился с кем-то из приятелей, пришёл ночью к нему домой, избил, изнасиловал на его глазах жену, и забрал с собой японский магнитофон... Представляете? Физик-ядерщик, с кандидатской степенью. Не хило, а? Короче, годков на двадцать, тянуло. Думаете, посадили? Что вы! Разве можно, "посадить" сына Льва Леонидовича? Никогда! Более того, Борис остается в Москве, и получает, практически в личное пользование, лабораторию в НИИ, и цех в Мытищах, "законсервированный" с 1959-го года. Без ведома отца, Боря с группой единомышленников, изготовляет бомбу. Нет, это - не та, многотонная проржавевшая бандура, подвешенная под крылом бомбардировщика. Его бомба - компактна, и я думаю, "благородно" оформлена. Какой-нибудь чемоданчик или кейс, с которым можно войти в любое учреждение современного мегаполиса... - "Рассказчик" сделал паузу. Сделав несколько глотков, он продолжил. - Борис пытается продать "бомбу" в Европе. Сделка сорвалась, об инциденте стало известно Широкову-старшему. Друзья и соратники депутата, помогли "спрятать" Борю. И, естественно, то - что он изготовил. Понимаете, Борис Широков - не один. Но, он - единственный, кто попал в поле зрения нашей службы. Выведать об остальных, до сих пор - не представлялось возможности. У меня нет официальных полномочий, и это - самое обидное. Мне и моим парням, на каждом шагу, вставляли палки в колеса. Ведь, фактически, мы не имеем никакой официальной поддержки. Шутка ли, все затраты по поискам "бомбы", ведутся из кармана частного лица....

- Кто это, такой щедрый и такой богатый?

- Вам, этого знать - не обязательно. От вас требуется вспомнить (если вы забыли), что говорил Широков Борис, по поводу "малышки"...

- - -

Летин вернулся домой, под вечер. Они просидели в ресторане весь день. Игорь, так и не опьянел. А ведь выпил...., Юра потерял счет бутылкам.

От Юры сотруднику службы безопасности требовалось ни много, ни мало, - он хотел, что бы Летин отыскал "малышку". Именно так называл Игорь, изготовленную Борей бомбу. Доставить в Краков своё детище, Борюсик не смог. Да и не пытался. Наверняка, не так просто, провезти "малышку" через таможенные посты. Которые, оборудованы сотнями сенсоров, способных идентифицировать портативное ядерное устройство.

Сегодня смертоносный груз находится в России. Но, где?

А вот это, предлагалось выяснить Юрию Феликсовичу.

Но, почему, именно ему? Ведь он, даже не "крайний"! Разве "государственная безопасность", не располагает многочисленными службами и сотрудниками, могущими, если потребуется, прочесать до миллиметра, всю территорию России? В конце концов, есть представительства ФСБ в регионах. Есть, спутники, могущие обнаружить любой, даже миниатюрный предмет, и тщательно его изучить. Размерами, хоть со спичечный коробок...

Нет, всё - не так просто. Скорей всего, "наверху" ведутся кулуарные трения, интриги и так далее. Дать официальный ход расследованию мешают, как статус депутата Широкова, так и щекотливость самой темы...

Что делать в таких случаях? Ну естественно, как обычно, вызывать Юрия Феликсовича Летина, и ставить перед ним задачу...

Подходя к своему подъезду, Юра захотел заорать на весь двор:

- Пошли вы все к чёрту! Оставьте меня в покое! Я не убивал Нину Алексеевну и Галю! Я не знаю, где находится, спрятанная Борей бомба!

От истерики, в таких случаях, спасает лишь коньяк, или женская ласка. Ни того, ни другого, позволить себе - Юра не мог...


-46-


Но, куда же подевался Антон Тихонов?

Получив письмо от "дочери", приехавшей из Кракова, он серьезно призадумался. Идти, не идти? Было решено, идти, но прежде чем вступать в контакт, присмотреться к ней издалека.

Направляясь к месту встречи, указанному в полученном письме, "замочных дел" мастер приглядывался, нет ли за ним слежки. Уверенный в том, что женщина, подписавшаяся его дочерью, таковой не является, Антон вдруг подумал: "А может, началось? Может, меня вычислили, и.... ".

Этот столичный "пузан", которого он свёл с американцем, привёл на "хвосте" полицию. Еле, "ноги сделали". Во время остановки в Бресте, в их поезд, вместе с таможенниками ввалились люди в штатском. Они очень внимательно осмотрели каждого пассажира, но тех, кого искали, не обнаружили. Всё-таки не зря, идя на встречу с американцем, Антон нацепил очки и приклеил усы. То же самое, кстати, он заставил сделать и Бориса. Собственно, свидетели в своих показаниях, наверняка, упоминали двух мужчин, в очках и с усами. Пожилого блондина и темноволосого молодого человека (Борюсик, кроме всего прочего, напялил черный парик)....

...Антон не спеша двигался по тротуару, и вглядывался в лица прохожих. Существует негласное правило, на "стрелку" надо явиться чуточку пораньше. Убедиться, в отсутствии подвоха. Ну и посмотреть, нет ли за тобой "хвостов". Имевший несколько "ходок" в места не столь отдаленные, и оттого, матёрый, словно волк, Тихон довольно быстро заприметил слежку. О том, что слежку ведёт Гурон, он и не думал...


... Антон простоял около вагончика, уже десять минут. Никто к нему не подходил, никто не предлагал поговорить по душам. Может, "мутка"? Но, чья? И, зачем? Обратившуюся к нему с вопросом женщину, он не вспомнил. Но тот факт, что дама интересовалась его бывшим адресом, в совокупности со слежкой и полученным, якобы от Софки, письмом, насторожил Антона. "Надо, рвать когти", - подумал он....

Его окружила подошедшая компания. Антон мог, конечно, разогнать эту пьянь, но среди подошедших мужчин, вдруг узнал Шалого. С Шалым, судьба сводила в Свердловске, на тамошней "пересылке". А во второй раз, один барак "топтали"... Сейчас, Шалый находился на последней стадии социальной деградации. Однако это нисколько не принижало, уважения к нему со стороны лагерных кентов. Выжить в зоне, и остаться при этом человеком, сможет не каждый. Шалый - смог. А то, что по "бухаре" прикалывается, так это - его личное дело. Он, "заслуженный"...

- Шалый, ты ли? Держи, старина, - первым протянул руку Тихон.

- О-о-о, кого я вижу... Пацаны, - Шалый представил Антона своей компании. - Кореш мой, Тихон. - И тут же повернулся обратно, к Антону. - Слышь, Тихон. По "маленькой", ты мне не откажешь!

Они оба были тех "понятий", согласно которым, отказать в принятии по "маленькой" - всё равно, что "руки не подать"....

Компания дружков двинулась дальше, в мрачные подворотни улицы Нейвинской, а двое старых корешков, заскочили в вагончик. Бывшие солагерники, не виделись уже несколько лет. По "сто", за это дело, сам Бог велел...

Шалый, спившийся обессиленный старик, даже не сопротивлялся. Поменявшись с трупом верхней одеждой, Антон выскочил из вагончика, и побежал трусцой, якобы, за компанией Шалого.

"Хвост" - на прежнем месте. Значит, я не обознался. А на кой хрен, мне эти "разводы"?

Антон перешёл сквер Уральских добровольцев. За ним никто не следит. Значит оторвался. Значит, трюк с Шалым - удался. А куда сейчас? Домой, нельзя! Ни в коем случае... Дома появляться, рано. Необходимо понять, откуда "ветер дует". А может, всё померещилось? Старым ты становишься, Тихон, "гонишь" по малейшему поводу.

И действительно, он начал паниковать. Страх, преследовавший с самого Кракова, вновь, заполыхал огнём в поседевшей голове. Что сейчас? На кой леший, оно мне было надо? Антон, последними словами костерил Борю. Дескать, вот блин! Связался, с "юродивым"!

Возможно, Антон и подзабыл, но связаться с Борюсиком, его заставила безмерная любовь к деньгам....

Побродив бесцельно по городу, Антон забрел в ресторан "У Назара". Ватник Шалого, сдавать в гардероб, постеснялся. Бросил его на подоконник, рядом с женским туалетом. Посетителей в зале - единицы, и это - вполне устраивало. Необходимо было, подумать. А для этого, нужна тишина. Хотя бы, относительная. Хотелось выпить. Но Антон знал, в выпившем состоянии, он осмелеет. А осмелеет, значит - потеряет осторожность, и "спалится". "Котелок", должен варить по-трезвому. В "зону", на старости лет, не хочется...

Всё-таки заказав пива с бутербродами, Тихонов решил, он будет сидеть здесь до тех пор, пока чего-нибудь не придумает... Бутерброд за бутербродом, исчезали в недрах его желудочно-кишечного тракта, но голова - функционировать не начинала.

Дожевывая очередной бутерброд, Антон вновь, жестом подозвал официанта.

- Принеси мне, грамм, "дцать", - многозначительно произнес он, подбадривая упитанного "мальчика" в белоснежной рубашке и черной бабочке, парой скомканных "стольников". - Боль залить хочу, - пояснил Антон парню, сидевшему за соседним столиком, и наблюдавшему за отношениями официанта с "клиентом".

- Батя, чё, какие-то проблемы? - С готовностью вступиться за дедушку, отозвался тот, видимо, завсегдатай ресторана. Парень пришел в ресторан только что, но уже был "под хмелём". Он обрушил "мегатонны" гнева на упитанного официанта. - Ты чё, "мышь", дедулика обижаешь? У меня - самого, дедок на фронте погиб. Понятно тебе, "свиное рыло"? Благодаря им, дедкам нашим, моему и этому, войны щас нету...

Официант, являясь профессионалом "до мозга костей", терпеливо выслушал рассуждения двух, подружившихся "пацифистов", и умчался выполнять нехитрый заказ. В этот момент в кармане у весьма нетрезвого парня, зазвенел телефон.

- Аллё, кто это? Как твоя хамилия? А-а-а, привет, друганя.... Давай, сюда! Возьми кого-нибудь, с собой... Понял? И деньжат, Виталик, захвати.... Я сказал, с Левинсона получим - "бабки" верну. И возьми побольше, что бы - хватило. Что бы, "коротко" не было... Ну всё, братаня, отбой. - Парень ловким движением спрятал сотовый телефон во внутреннем кармане куртки.

...Софья в недоумении разглядывала свой "сотик", откуда доносились короткие гудки. "Какой Левинсон? Какой Виталик? Он, что - "бухой"? Коньяк дует ведрами, и не пьянеет, а сейчас - лыко не вяжет...".

Софья позвонила Игорю, что бы рассказать ему о своей несостоявшейся встрече с Антоном Тихоновым.... Не зная, что Антон Тихонов в этот самый момент сидит перед её "куратором". В смысле, рядом, за соседним столиком...

А "куратор", делая маятникообразные раскачивания оттопыренным мизинцем, уже обращался к пожилому соседу.

- Слышь, а вас по батюшке-то, как звать-величать, прикажете? Меня - Жэкой...

Хотя парень и был изрядно выпившим, но от него повеяло чем-то родным, и Антон не отказался подать руки. Нехитро представился.

- Звать - Антоном, откликаюсь на "Тихона". Подсаживайся, за мой стол. Чай, вдвоем-то, веселей, тоску разгонять..., - пояснил он свой порыв.

Через пол часа, "друзья" уже общались, как старые "кенты". Аж, общих знакомых нашли...

- Антоха, - парень в "кожане" пытался встать, но всякий раз, его ноги подкашивались, и он плюхался обратно на свое место. - Антоха! Ты - "отлить", не желаешь?

Прямолинейность, с которой был задан вопрос, ещё раз подтверждала, Жэка - парень, в доску свой!

Из туалета, Игорь Юдин вышел один. Держа в руках швабру. С её помощью он заблокировал дверь, обозначенную буквой "М". Спокойно осмотревшись по сторонам, поправил молнию на куртке, и независимым шагом, направился к официанту. Протянув полноватому парню пятидесятидолларовую купюру, пояснил.

- Туалетом пользоваться нельзя. Опять, "каналью" прорвало. Скоро приедет "сантехник", устранит неполадки. Выпустишь его, через "запасной". - Закончив свою речь, он вручил работнику ресторана ещё один "полтинник"...

Выйдя из кабака, Игорь оглянулся на вывеску, и поморщился. "Дер-р-ревня...", - выругался он, и пошёл прочь. Двигаясь по направлению к тому месту, откуда "вёл" Тихонова, "гэбист" набрал несколько цифр на своем "сотовом".

- Прибалт? - Игорь, не сбавляя шагу, огляделся, нет ли кого-нибудь поблизости. - Сережа, слушай и запоминай. Улица 25-го Октября. Ресторан "У Назара". Мужской туалет. Вынесешь то, что там лежит, и до вечера, попридержи "это" - в машине. Я позвоню сам.

Закончив с Прибалтом, он набрал телефон Софьи.

- Из дома - носу не высовывай! Отлежись недельку. Придёт время - всё узнаешь.... Телефоном, временно не пользуйся! Мой - у тебя высвечивается. Всё! Отбой!

Игорь быстрым шагом спустился на площадь Октябрьской революции, и пошел вдоль трамвайных путей. Он шёл, и ругал последними словами "краковчан", свидетелей бегства Широкова и Тихонова. У Игоря были ксерокопии показаний двенадцати человек. И ведь никто из них не заметил, что у одного из беглецов, на правой руке - шесть пальцев. Впрочем, сам Игорь, обнаружил данную аномалию у Тихонова, лишь в ресторане. Да и то, сидя с ним за одним столом... От основания мизинца, почти что под прямым углом в сторону, отходил, коряво изогнутый отросток, очень похожий на "шестой" палец. Назвать "такое" - уродством, язык, пожалуй, не повернулся бы. К тому же, данная аномалия встречается, не так уж и редко....

Второе, - на правой руке имелась татуировка - "Тихон". Почему же и это - нигде не прозвучало?

Игорь остановился, достал "сотовый", и задумался. Почесав переносицу, он, наконец, решился, и набрал междугородний телефон. Ответили сразу. Юдин узнал голос давнего друга, Юсупова Фердула.

- Фердул, как жив-здоров? Привет, я - вкратце. Залезь в "эмвэдэшную" базу, найди мне Тихонова Антона Степановича, 1942 года рождения. Он "чалился" несколько раз, поэтому информация - быть должна. Нашёл? Посмотри в "особых приметах". Сказано ли, что-то про его "шестипалость"?

Юсупов очень быстро отыскал всё то, что от него требовалось.

- Игорек, так и есть. На правой руке у твоего дружка - не пять, а целых шесть пальцев. На этой же руке, татуировка - "Тихон"... Его на Ныробской "командировке", так и прозвали - "шестипалый". Однако впоследствии, всё же, закрепилась кличка - "Тихон"...

Сомнений не было. Он убил "Тихона". Хотя, устранение Антона Тихонова не являлось главной целью его командировки, настроение Игоря было приподнятым. "Процесс" пошёл. Или, что одно и тоже, "лёд тронулся". "Тихона" - убрали, осталось - найти Широкова. А через него, и "малышку". Ну и конечно, "подчистить" за собой. "Случайно посвященных", быть не должно. А "депутат", пусть сам воспитывает своего сынка.

Он остановился, посреди какого-то сквера.

- Фердул, дорогой! Где хошь ищи, а найди мне "связь". Просмотри все "источники", но выясни, могли ли встречаться ранее, Тихон и Широков-младший. Звони сразу, как чего-нибудь "нароешь" ...

- - -

Микроавтобус "Газель" с тонированными стеклами бесшумно подкатил, к служебному входу в морфологический корпус мединститута. С водительского сидения выпрыгнул на асфальт светловолосый парень. Он направился к зданию, но, посмотрев на часы, вернулся, и снова забрался в салон "Газели". Трижды нажал на "сигнал", и приготовился ждать. Через пару минут служебная дверь распахнулась, и оттуда выскочил маленький, плюгавенький мужичок в темно-сером, бывшем когда-то белым, халате. Он замахал руками, показывая водителю, куда тому подогнать микроавтобус.

Ильичёв Егор работал сторожем в морфологическом корпусе Алуевского мединститута уже двадцать лет. В своё время, давным-давно, он поступил на первый курс этого ВУЗа. Сбылась мечта Жоркиных родителей - на сыне не оборвется старинная врачебная династия...

Однако через месяц после начала учебы, пьяного Жору обнаружили в одной из учебных комнат кафедры анатомии. Да не просто пьяного, а спящего на полу, в обнимку с трупом столетней старухи. Его выгнали на следующий день. А ещё через день, завели уголовное дело по факту "сексуального глумления над трупом". Шуму было, лучше не вспоминать. Жорику грозил "адский ужас" в одном из исправительно-трудовых учреждений, да всё обошлось. Однако юношеские предпочтения, видать, "сориентировали" парня на всю оставшуюся жизнь. Сразу же после исключения из ВУЗа, Жорик устроился лаборантом на кафедру.... Какую бы вы думали? Правильно! На ту же самую! На кафедру "нормальной анатомии".

Со временем, Егор переехал в трупохранилище. Жить в одной квартире с вечно недовольными родителями, не получалось. Работа на кафедре, ему нравилась. Обжечь труп паяльной лампой, накачать в него через бедренную вену раствор формалина, и, напоследок, бросить на три недели в ванну - собственно, это было главным, чем занимался Жорик. Готовые трупы, согласно учебному расписанию групп, поднимались лифтом наверх, и развозились на каталке, по учебным аудиториям. К запаху формалина, Егор привык быстро. К "коллективу" - тоже. Помимо подготовки трупа к учебным занятиям, необходимо было, захоронить всё то, что от него останется после занятий и зачётов. "Трупный материал" хоронился, после тщательной распилки на множество фрагментов. Егор справлялся, и трем девушкам-лаборанткам не приходилось, ему помогать....

"Прибалт" подкатил "Газель" к самому входу. Вдвоем со сторожем, они извлекли из микроавтобуса труп Антона, и очень быстро внесли его в здание.

Жорик, без конца, прерывал ночную тишину, всевозможными пояснениями или комментариями. А порой, и вопросами.

- Слышь, а я тебя раньше не видел. Ты чей? Колчаковский, или "правобережный"?

- Я - наш, - сухо пояснил Сергей-прибалт, и, улыбаясь, пояснил. - Республика Коми, Советский Союз, ферштейн? Вопросы, майн Герр?

"Да пошёл ты!", - подумал про себя Жорж. "Тоже мне, "мой хер" выискался. Щас вот, звездану ведром по чайнику, мало - не покажется", - сторож мечтательно покосился на противопожарный щит. Но вслух, спросил.

- По "маленькой", или - сразу, в ванну?

- Сразу. А по "маленькой", выпьешь потом, с кем-нибудь другим. Показывай, где тут, лифт в подвал?

- Так мы - в подвале. Клади "его" сюда, прямо - на пол. Одежду забирать, будешь?

Блондин, не ответив, развернулся, и направился к выходу.


Неприятный, самоуверенный парень уехал, а Егор Ильичёв не мог перебороть нарастающее беспокойство. Жора чувствовал, что уехавший - не тот, за кого он его принял. Да и тот, который позвонил сегодня днём, получается, тоже - не Колчак...

Слава Колчак, сменивший не так давно Витьку Кувалду, снова, начал наведываться к Жорику в подвальчик. А первый раз, он побывал тут, ещё в прошлом году. Когда парни из его бригады, по его же указке, забили насмерть сожителя Славкиной матери. Нужно было прятать труп, и кто-то вспомнил, что в мединституте, в резервуаре с формалином - ему, самое место... Очень скоро, нашёлся человек, лично знакомый со сторожем морфокорпуса, алкашом Жориком. Напоить Ильичёва, не составило особого труда. Сорокалетний мужчина употреблял всё, что горит. Когда Жорик очнулся, ему ненавязчиво доложили, что за время пребывания в "нирване", тот успел проиграть ребятишкам Славки Колчака пятьдесят тысяч долларов. Примечателен тот факт, что Жорик, никогда в своей жизни не играл в карты. Однако он нисколько не смутился, когда бойцы Колчака, взахлеб и перебивая друг друга, рассказывали ему хронологию недавней игры. Как, поначалу, Джордан и Емеля - проиграли "пятнажку" в "храпа". Как потом они же, но уже в "секу" - "сделали" Георгия, на "полтинник". Добрый Слава пообещал, что "скосит" Жоржу долг с 50-ти, до 10-ти тысяч, и при этом, разрешит, погашать его частями. Ну а взамен за такую доброту, сторож будет обязан, время от времени, прятать "безвременно усопших", в своих ваннах с формалином. В любом медицинском институте, при кафедре анатомии, имеется собственное "трупохранилище", время от времени пополняемое "учебным материалом" - неопознанными трупами из городского морга.


В полночь, в служебную дверь позвонили. На улице была непроглядная темень, и Жора взял с собой фонарь.

- Кто там? - Поинтересовался он, подойдя к двери.

- Свои! - Отозвался с улицы знакомый голос.

Голос принадлежал Славке Колчаку. Жора поторопился открыть.

- Славик, проходи. Что, так поздно?

- Ты приготовил емкость? "Подъедет" - семейная пара. Он и она. Каждый - килограммов по сто. Так что, подумай, куда ты эти "тушки" пристроишь...

- Слава, я..., - у Ильичева задрожал голос. Только сейчас он вспомнил, что позавчера звонил сам Славик Колчак, и что он просил "подготовить место". До сих пор, Жора считал, что речь шла именно о том трупе, который лежит сейчас на полу в соседней комнате. Теперь, становилось ясно, что кто-то "под шумок", всучил ему "левого жмура". - Слава, - наконец, "выдавил" лаборант, - всё готово, как ты и велел...

- Молодец! Погаси свет на первом этаже. А сам, жди у входа. Минут, через двадцать - будут. Машину Джордана знаешь? Ну, черный, такой, "Форд", джипарь 97-го года..., Бэ - Е - три однёрки... Передай, пусть мне позвонит...

Времени оставалось, в обрез. Нужно избавляться от последнего "дядьки". Куда его? Он ведь даже, его не раздел. Кинувшись стаскивать одежды с уже закоченевшего трупа, Жора запнулся, и больно ударился коленом об кафельный пол. Он взвыл от боли. Сегодня все и всё - были против него....

Подтащив труп Антона к наполовину "наполненной" ванне, Ильичёв задумался. Хм-м, а куда я буду укладывать 100-килограммовых мужичка и техану? Да-а-а, влип ты, Георгий... Ладно, не паникуй! "Этого", в последнюю очередь...

Егор оттащил труп Антона обратно, в свою подсобку. После чего, вернулся к ваннам. Он обхватил руками здоровенную бутыль с формалином, и попытался сдвинуть её с места. Однако силы куда-то подевались, и сторож отказался от своей затеи. Он сел на маленький табурет, и заплакал. Ему стукнуло сорок лет. Это ли не возраст, подводить итоги? Но, итогов - нет. Есть страшная правда - жизнь прошла впустую. Он, сын известных в городе врачей, помогает убийцам заметать следы преступления. А вот вам, кукиш! - Егор направил на дверь, за которой недавно скрылся Колчак, две фигушки.

Послышались шаги. Где-то далеко, но уже - в подвале. По характерному шорканью кожаных тапок об кафельный пол, Егор определил, к нему идет Петюнин Олег. С Олегом, они начинали, на одном курсе. Но Олежка, являлся в настоящее время, доцентом кафедры нормальной анатомии, и при этом - кандидатом медицинских наук. Тогда, как он, Жорик, - рядовым лаборантом той же кафедры, с устоявшейся репутацией алкоголика и некрофила...

Дверь "подсобки", в которой находился Ильичев, распахнулась настежь. Вошел Дед Мороз. Самый настоящий, в атласном халате, и такой же шапке, с золотыми цифрами "1984". В руках у Деда Мороза были бутылка водки и большущий бокал. Запах перегара, исходивший от "гостя из Лапландии", почувствовал даже вечно пьяный Жорик.

Как и предполагал лаборант, Дедушка Мороз оказался Олегом Николаевичем Петюниным. Друзьями они никогда не были, но Олег, был, пожалуй, единственным на кафедре, кого Жорик, по настоящему уважал.

К ночным пьянкам на кафедре анатомии, все относились, как к проявлению старейшей традиции, берущей начало, со дня основания Алуевского медицинского института. Сегодня ночью, как и вчера, как и позавчера, как и всегда, на кафедре "глушили спирт"...

- Егорка, стакан готовь. Пить из "своего", не дам. Ты - сифилитик. А у меня, жена, сам понимаешь. Ну, кому я сказал? Готовь емкость!

- Олег Николаевич, я сейчас не могу...

- Ну тогда выбирай, что с тобой сделать - утопить в твоих же ваннах, или просто, дать по шее..., - Олег Петюнин, был беззлобным человеком. Он не стал бы делать с перепуганным Жорой, ни того, ни другого. Но и отступать так просто, кандидат медицинских наук не привык. Он налил полный бокал, и протянул его Ильичёву. - Пей, паскуда, пока не передумал.

Осмелевший Жора принял из рук бывшего однокурсника "ёмкость", "прошевелил" губами "спасибо, Олег Николаевич", и выпил всё до последней капли.

- Какой я тебе, Олег Николаевич.... Впрочем, как вам будет угодно, сир.... - Олежка заметил лежащий на полу труп. Он не мог оторваться, от его правой руки, лежащей ладонью вниз. - Слышь, Жора, у меня что - в глазах двоится? Неужели, подошло время, завязывать с водкой? Хотя, при "двоении", было бы десять пальцев. Жора, ну-ка посчитай сколько пальцев, "пять" или "шесть".

- Ха, - Жора изрядно опьянел, - действительно, Олег Николаевич, шесть...

- Какой я тебе, Олег Николаевич.... Впрочем, как хочешь.... И, смотри-ка, какая, симпатичная "тату". "Тихон". Звучит? Слышь, Егорка, эту клешню - мне! Понял! Пете Лобову с "гистологии" - даже, не показывай. У него, представляешь, коллекция уже.... Хотя, зачем нам откладывать? Давай-ка, друганя, я её сейчас и заберу.... А? Литра спирта - за мной...


Через час, радостный оттого, что нашёл себе, занятие до утра, - Олег Николаевич Петюнин увлечённо препарировал шестипалую кисть мужчины. На прозекторском столе, на расстоянии вытянутой руки, были расставлены - круглая банка, емкости со спиртом, лоток с иглами и шовным материалом, ну и, конечно же, новая бутылка "Русской". Занимавшийся в прошлом гиревым спортом, Олег имел комплекцию, позволяющую, пить водку литрами...

К утру, макропрепарат под названием "Кисть шестипалого мужчины", был готов. Или, почти готов. Осталось лишь, несколько раз поменять в банке спирт...


На одной из ближайших "межкафедральных" пьянок, Олег подарит банку с заспиртованной шестипалой кистью, Юрию Феликсовичу Летину, своему давнему приятелю. А Юра отнесёт её к себе в институте, и пополнит кафедральный музей, ещё одним экспонатом.... Это произойдёт за день, до выхода из отпуска Жарковой Нины Алексеевны...


-47-


Летин курил, лёжа в постели, и смотрел в потолок. Наполненная ванна давно остыла, и идти, наполнять новую - не хотелось. Сильно болела душа. Про такое состояние, прозаики пишут: "Хоть в петлю лезь...". В голове, полный "сумбур". Юра ощущал наплыв проблем, но как-то сформулировать план своих действий - он не мог. Оттого, и вставать - не хотелось. Спать, тоже. Летину было плохо. Но, разве мог подумать Юра, что и его "паршивое состояние" можно усугубить? Как это, усугубить? - воскликнул бы он. - Хуже-то, ведь не бывает!

Оказалось, что бывает...

Телефон зазвенел ровно в десять часов утра. Илья? Возможно. Вчера, мы не созванивались. Быть может, он и звонил, а дома - никого....

- Аллё? - Обречено вздохнул Летин. Дело в том, что только он поднес микрофон к уху, как понял - звонит Лариска. Бывшая жена.

Юрий Феликсович, "холостячил", третий год. В прошлом, он имел семью, и жил с женой и дочкой. После развода, его дочурка Настя проживала в другой семье, и с другим "папой". Юра же, после развода переехал в "трёшку" на Попова, принадлежавшую раньше его родителям. Ларка, ещё до знакомства с Юрой, имела шикарную квартиру в центре города, которая у неё и осталась. Так что, угрызений совести за излишние квадратные метры, Юра не испытывал.

На встречи с Настюхой, Юрий Феликсович, время находил всегда. Отменяя порой, мероприятия довольно серьезные. Но у Лариски, его бывшей жены, со "временем", были вечные проблемы. У неё никак не получалось, предоставить Юре возможность, повидаться с дочерью. Это, как выражалась она, "выбивает" из общего графика. Самому же, являться в дом её нового мужа, значило для Юры - выступать просителем. А этого, Летин избегал всегда. Да и вообще, видеться с "действующим" мужем своей бывшей жены, никому не доставит радости.... Юра даже не интересовался, чем занимается её нынешний супруг. Сказать по правде, это - ему было не интересно.

В последнее время, Лариска опять, стала звонить часто. Видать, с "новым" - не "лады". Забавная тенденция, как только у Ларки происходил скандал в семье, она тут же начинала названивать Юрке, напоминать ему, "о загубленной молодости" и т.д.

Поводом для утреннего звонка, могла послужить очередная ссора с нынешним супругом. Юра повторил, теперь уже, более уверенно.

- Аллё...

- Передай своему тупорылому дружку, что он - ни в моем вкусе...

У Ларки сохранилась манера, начинать любой телефонный разговор так, словно предыдущий, состоялся пять минут тому назад. Никаких вступлений, никаких пояснений и преамбул. Как будто, Юра до сих пор живёт её проблемами. И он, как минимум, в курсе, что на этот раз волнует его бывшую супругу. Самую мудрую и самую последовательную женщину в мире...

- Лариса, - как можно спокойней, произнес Юра. - Успокойся, и поясни, что тебя так огорчает...

Однако за Ларису ответил мужской голос.

- Юра, мне очень жаль, что мы с вами, не договорились вчера. Я имею в виду, не договорились без всех этих, "недозволенных" методов. Вы же понимаете, чьи интересы я отстаиваю, находясь в вашем городе. Ну, будьте же, радушны...

Вне всякого сомнения, голос принадлежал его "новому знакомому". Юра, не слышал. Мозги "затуманились". Казалось, вокруг - ничего нет. Ничего и никого. Темнота... Лишь, вдали слегка дрожит тусклый прямоугольник света. А сотни маленьких головок в "темном кинозале", молча уставились на экран. В ожидании, начала захватывающего триллера...

Юра встряхнул головой, и снова заставил себя, вдуматься в слова "гэбиста".

"Начался шантаж. Лариска - у них. Так ведь, она - не моя жена. У неё же, есть муж. Как его? Крас-с-сота! Я даже не знаю, как его звать... Знаю, только, что моложе меня - лет на десять. Ларку, вроде бы, любит. Настюху - не обижает... А может, они - "разбежались"? Да нет, я бы знал. Так почему же, чёрт возьми? Хм-м, как вообще, "гэбист" узнал про Лариску? И где, Настюха?".

Юра, стараясь говорить спокойно, произнес.

- Передай трубку моей жене. - На слове "моей", он сделал ударение. Пусть считает, что Ларка - действительно, жена.

- Вот это, разговор, - обрадовался Игорь, и тут же, передал трубку Ларке. Она, только этого и ждала.

- Ты слышишь меня? Короче, с тобой у меня будет разговор особый. А пока что, пусть твой ублюдок отпустит меня... Ты научись, решать свои проблемы самостоятельно. И что бы меня - не дергали! Понял! И верни все мои фотографии..., - Лариску "понесло"...

- Где Настя? - Отрезвляющим тоном повторил свой вопрос Юра.

Однако Ларка не унималась:

- ... вместе жили, покоя мне не было, развелись - то же самое... Мне - что, уехать из этого города? Но тогда, - Летин, я тебе это обещаю, - Настюху ты, больше не увидишь...

"Да-а-а.... У них с Настькой, моя фамилия.... Как я об этом не подумал. Чего уж проще, отыскать в полумиллионном городе моих родственников...".

Юра повторил свой вопрос.

- Где Настя?

За три года, прожитые врозь, Ларка окончательно разучилась "слушать"...

- ...а корчит-то из себя, интеллигента, мля! "Кандидат медицинских наук", блин, с ума сойти! Так, "не кандидаты", хоть деньги домой носят! Слышишь, ты...

- Лариса, ну успокойся. Давай, когда всё это закончится, мы посидим с тобой где-нибудь, и я тебя выслушаю. Сейчас же, от тебя требуется одно - сказать, где Настя...

Ему ответил, все "тот" же, мужской голос.

- Юрий Феликсович, с вашей дочерью, всё в порядке. Не переживайте. У меня самого - дочь. Я, не причиню вашим родным неприятностей.... Если, конечно, мы с вами - поймём друг друга...

У Летина тряслись ладони, а в горле застрял "ком". Но он, всё-таки, держа трубку двумя руками, прошипел.

- Я жду тебя на том же месте. Через час - будь там. Всё. Стой.... - Юра немного подумал, и, наконец, проглотил "комок". - Игорь, не буду ничего говорить. Будет "очень плохо", если я посчитаю, что ты был недостаточно доброжелателен с дочерью.....- Летин немного подумал, и добавил, - ...и, с женой...

Он правильно оценил ситуацию, - думал Юра, спеша в ресторан. Знает, что в милицию, я не сунусь. Хотя, что ему - милиция? Наверняка, в городе - имеет серьезную поддержку, в лице "кожаных" коллег из местной, региональной "конторы". А ведь мог, меня сцапать с их помощью. Причём, на любом этапе. И вообще, на кой ему Софья? Ведь, он - "государство в государстве"! Что-то тут не чисто...

Хм-м, скорей всего, не на хозяина робит этот хлопчик. Видимо, какой-то свой интерес у него имеется. Вот и занимается самодеятельностью, прикрываясь "красной книжечкой с золотыми буковками"...

Когда Летин вошёл в ресторан, Игорь был уже там. На занимаемом им столике были выставлены фрукты, и, конечно же, коньяк. Он что, давно тут? А с кем, Лариска и Настя?

- Здравствуйте Юрий Феликсович....

"А настроение-то, приподнятое.... Радуется, поди, что перехитрил меня? Ну, это ты зря. Во-первых: ещё не вечер. А, во-вторых, сейчас посмотрим, что ты мне предложишь..."

- Игорь, перестаньте паясничать. Будьте взрослее. Где мои родные?

- Не беспокойтесь, я помню о ваших предупреждениях.

Юра повторил.

- Где Лариса и Настя? Пока вы не ответите, я не успокоюсь. Где Лариса и Настя?!

- Успокойтесь Юрий. Они в "квартире". В удобной просторной квартире. Где, есть всё. Видик-шмидик, ди-ви-дюшник, музон и так далее... Там нет автоматчиков, наручников, колючей проволоки. Клянусь. После того, как мы закончим наш разговор, я наберу их номер.... - Заметив, как Юра встрепенулся, "гэбист" поднял ладонь. - Но! После того, как поговорим мы. Поговорим и, надеюсь, договоримся

Юра, подскочил к нему, и начал стучать по столу указательным пальцем. Будто бы, указкой, по парте нашкодившего школяра....

- Слушай, ты, "кэгэбэшник" хренов! Настюхе прописаны корригирующие очки, находиться без них - можно, не более часа. Если, я узнаю, что сейчас она без очков....

- Юрий Феликсович, - поспешил, успокоить его, Игорь. - Ей Богу, вы - как маленький. Не беспокойтесь, очки - на ней. Я же понимаю, дочь, и всё такое...

Юра успокоился, и плюхнулся на стул. Он закурил. Пальцы рук заметно дрожали, дыхание было глубоким. Налив себе немного коньяка, Летин выпил, после чего, растер виски. Он окончательно, пришёл в себя...

Пожалуй, к месту будет сообщить, что у тринадцатилетней Насти Летиной, зрение было идеальным. Как, и у её отца, Юрия Феликсовича. В их семье, вообще, никто и никогда не носил очков...

"Так-так-так... Настюха, не у них... А ведь, она и не может быть у них. Поскольку, находится сейчас в Перми. Как же я забыл? Вся их секция - там, с показательными выступлениями. Несколько дней тому назад, Ларка звонила, и просила, поучаствовать в "затратах", на автобус, гостиницу, питание и т.д.... То, что Настьки нет в городе, просто здорово!

Однако Ларка, всё-таки, у них. Впрочем, Ларка - не моя жена. Но, мать моего ребенка. Я за неё, в ответе..."

- Игорь, вы - кто? Захватываете мою семью, а у самого - "красная книжеца" в нагрудном кармане. Она, кстати, с красным знаменем - цвета одного.... Захват ни в чем неповинных людей.... Или, принадлежность к спецслужбам оправдывает любой метод?

- Полно, полно... Ну, не выжать вам из меня слезу, Юрий Феликсович. К тому же, драматизируете вы, дорогой, ситуацию... - Игорь очень долго говорил "не о чём", явно, наслаждаясь своим красноречием. А его речах появились вальяжные словечки, типа: "дорогой мой", "милейший", "а это - как вам угодно" и т.д. Он ощущал себя победителем, а посему - был великодушен...

Юра его не слушал. Человек наслаждается победой, не надо ему мешать. Неужели, считает, что я - в силах помочь? Надо подумать, что можно вообще, сделать в подобной ситуации. Впрочем, вариант - один. Нужно делать так, что бы господин "чекист" продолжал ликовать. Со всем соглашаться, и бессловесно "следовать" его инструкциям...

Но, где же, Ларка? Поговорить с ней по телефону, не удалось. Игорю позвонили на "сотовый", и он заторопился...

- Юрий Феликсович, я - исчезаю....

- Пардон, ты обещал, что я поговорю с женой...

Но Игорь, подняв вверх ладонь, остановил его.

- Не упрямьтесь, не идёт вам это. Подумайте о своей семье. Да и вообще, Юрий Феликсович, нахрен оно вам надо? Я-то, другое дело. Это - моя работа. Широков? С ним, тоже, всё ясно. А вы-то, вы-то? Чего вы ждали? Благодарности? От морального-то урода? Софья, та тоже - конченая дрянь... У этой, вообще, мозги - между ног расположены... Крайне аморальное существо.... Но, вы-то? Вы-то? Как в этой "упряжке" оказались вы - молодой, красивый, умный мужчина, - не понимаю. Отдайте "то", что я прошу, и бросайте вы "этот вид спорта". Ей Богу, "это" - не ваше...

Оценив поначалу интеллект Игоря, достаточно высоко, Летин, видимо, дал маху. Лишь глупый человек льстит, воспевая твои (на деле, абсолютно, не присущие тебе) черты. "Молодой, красивый...". Умный, подчеркнет то, что, хоть и "скромным намёком", но всё же, в тебе присутствует ...

Юра возвращался домой. Что ж, задача - ясна. Будем действовать. У него в запасе, три дня. Максимум - четыре. В ДЮСШ, сказали - секция художественной гимнастики возвращается, через три-четыре дня. Встретить Настюху, должна мать. Ничего, время есть...

Одно хорошо, Игорь снабдил его сотовым телефоном и деньгами...


-48-


Что происходит? Обнаружить бомбу, и доставить её в срок, нереально. Она ведь, хоть и самодельная, но всё же, боеспособная единица оружия массового уничтожения. И не смотрите вы на то, что у нас - их изготавливают кустари-умельцы. В мире, лишь несколько держав являются обладателями ядерного оружия. А поиски бомбы, доверили никому неизвестному преподавателю из глубинки... Возможно ли такое? Хм-м, только, в мечтах пацифиста. Парень, в открытую называет себя "агентом КГБ" (эта организация держала в страхе весь земной шар), и при этом, снисходит до "торгов" со мной, с человеком, даже по Алуевским меркам, "малоприметным"...

Нет, Игорь, явно не тот, за кого себя выдает. Но, кто? Шпион? Предатель Родины? Мафия? Пытающаяся, завладеть "малышкой"... Хм-м.... Не правда ли, многообещающее начало?

Юрий Феликсович ошибался. Игорь, действительно, являлся сотрудником ФСБ. Но работал он, ни на Борькиного отца, а как раз, наоборот, состоял в команде его разоблачителей. Ни секрет, что независимо от политического строя и социального обустройства общества, кулуарная борьба в эшелонах "власть имущих", не прекращалась никогда. В разные периоды истории эта "борьба" с одинаковой силой сотрясала: покои Ивана Грозного, дачу в Кунцево, трибуны главных теннисных кортов страны... Именно в результате такой "борьбы" на престол входил, каждый очередной правитель Руси. Причём, не всегда им оказывался "царь"...

Та же самая борьба не прекращается и, этажом пониже, в государственных учреждениях, службах и структурах. А это - Дума, КГБ, МВД, Минобороны...

Нынешний депутат Государственной думы Широков Лев Леонидович, развернувший весьма прибыльный бизнес на захоронениях ядерных отходов, в прошлом, работал в ФСБ. Обладая депутатской неприкосновенностью, он "в довесок" к этому, умудрился сделать своими помощниками несколько бывших коллег. Работающих до сих пор в "конторе". Не за просто так, конечно. Формулу "ты - мне, я - тебе", депутат государственной думы помнил и уважал...

Принять Широкова в официальную "разработку", не представлялось возможным. До сих пор не было известно, кто именно из нынешних сотрудников ФСБ оказывает ему поддержку. Следовательно, поиски Борюсика и "малышки", приходилось вести "неофициально". Это и создавало основные трудности. Майору Юдину то и дело, приходилось включать в игру "статистов". Для которых "работа", как правило, заканчивается их же "зачисткой". Пуля в голову, яд в коньяке, пьяный водитель...

На сегодняшний день, главное - это "бомба". Упущен самый подходящий момент. Когда, Широков-младший, отсиживался в Буртаевском районе. Сейчас, он в бегах. Причём, от людей своего папаши - тоже. Сейчас, Борюсика не выловить... Да он, пока и не нужен. То есть, нет смысла, тратить на него время, выходить на прямой контакт, засвечиваться самому (вполне возможно, что за физиком ведут постоянное наблюдение). Наверняка, общаясь с Летиным, Широков его "пометил". Сделал это незаметно, что бы потом, в любое время - найти его. Физик-ядерщик сейчас в том положении, когда свой человек в незнакомом городе, для него - много. Связь с Антоном утрачена. Ввиду его перемещения в мир иной.

Время идет. Неизвестно, что ещё выдумал Широков Борис. К тому же, на близившейся встрече президентов США и России, обсуждению проблемы "неучтенного ядерного оружия", планировалось уделить наибольшее внимание. Естественно, что, если "малышка" себя проявит, независимо от того, в какой точке земного шара это произойдет, диалог двух руководителей существенно затруднится.

Перед соответствующей структурой Контрольной службы ФСБ была поставлена и вторая задача. Конечно, негласно, как и "первая". А именно, найти документальное подтверждение фактам, оказания помощи Широкову сотрудниками ФСБ.

Майор госбезопасности Юдин Игорь Анатольевич являлся сотрудником федеральной службы безопасности. И он, должен был выполнить обе задачи. Это, являлось его работой....

Однако и то, что затраты на поиски "бомбы", ведутся из кармана частного лица, тоже было правдой. Его поездка, как и все связанные с ней издержки, оплачивалась группой думских депутатов. Цель у "народных избранников" была одна, разоблачить своего думского коллегу, лидера политического блока "Мы - будущее". С обязательным "скандалом" и комментариями в прессе. Зачем им понадобилось "устранить" Широкова, майора не интересовало. Зная, что лишняя информация вредит, Игорь не стремился вникать в политические мотивы "заказа".

В ведомстве, где служил Игорь, было принято, выполнять поставленную задачу любой ценой. Традиция, заложенная первыми "чекистами".... Причем положительный исход операции, оценивается значительно выше, чем человеческая жизнь. Естественно, чужая....

Но, вернемся к Юре Летину...

Нет! Нет! Нет! Так вопросы не решаются! Юра решительно вскочил с дивана, и прошёл в ванную. Приняв душ и побрившись, он оказался на кухне. Надо бы, чего-нибудь съесть, - подумал Юра, и поморщился. Не хочу... Надо! Не могу... Можешь! Надо!

Вскоре со сковороды, на него озорно поглядывали три желтых глаза...

Плотно перекусив, Юра начал одеваться. Находясь в этих стенах, подхлестнуть свою активность - получалось, с трудом. Необходима смена обстановки. Смена обстановки и "маски" на лице. Летин, отбрось ты свою "интеллигентность"! Хотя бы, на время. Вежливому просителю, сегодня не верят. Потому, что сегодня, не верят никому. Сегодня не объясняют, сегодня стреляют.

Последняя аллегория Юре не понравилась. Своей правдивостью.

Выйдя на улицу Попова, он направился к трамвайной остановке. Затем, словно о чём-то вспомнив, резко свернул к проезжей части улицы. Махнув всего лишь один раз, Юра тут же, был вынужден выбирать, между синим "опелем" и белой "семеркой". Выбор пал на "нашего". Почему? Дешевле.

- В институт, на Голева. - Сообщил он молодому парню, лет восемнадцати, забираясь в ВАЗ-2107..

- В мед, что ли? - Жуя резину, поинтересовался тот.

- Там - один. - Думая о чем-то своем, сухо заметил Юра. И тут же добавил. - Я тороплюсь.

Надо отдать должное "профессионализму" молодого водителя, до мединститута они добрались за сорок пять минут. "Пешком", на это затрачивается минут сорок...

- Подождёшь? - Безразлично спросил Летин.

- Сколько? - Недовольно спросил парень.

Не поняв, что, тот имеет в виду, "деньги" или "время", Юра ответил расплывчато.

- По "счетчику".

Когда через сорок минут он покидал институтский корпус, белая "семёрка" всё ещё стояла у обочины. Растолкав задремавшего парня, Юра по-деловому назвал адрес.

- Серебрянский проезд, четыре...

"Вообще-то, надо бы поменять извозчика. Этот, плетется, как черепаха...".

Они ехали по улице Куйбышева, и Летин вспоминал слова Борюсика: - "...такие бомбы опасны, так как возможно облучение личного состава...".

Если бомба в Алуевске, то вполне возможно, что кто-то...

В институте Юра встречался с Ромой Баландиным, доцентом кафедры радиологии. Рома обзвонил нескольких своих коллег, после чего, вполне авторитетно заявил: в больницы города не поступил ни один больной с признаками лучевой болезни. Несколько бывших "чернобыльцев" проходят обследование в окружном госпитале, но у них - отдаленные последствия облучения...

"Видать, "малышка" до сих пор дремлет. Что ж, как говорится, и на том спасибо"

Они ехали домой к Ромке Баландину. Олеся, жена Ромки, вручит Юре армейский прибор ДП-5, для определения уровня радиации в окружающей среде. Армейский дозиметр, до недавнего времени состоявший на вооружении в войсках, Ромка Баландин "слямзил" на военной кафедре, ещё будучи студентом. У Ромки, однокурсники подозревали клептоманию. Он крал абсолютно всё, что плохо лежало. При этом, жадным никогда не был, и отдавал друзьям, даже последнее... Вынести прибор ДП-5, с кафедры военной подготовки, весьма непросто. В карман-то, его не положишь. Ромка - смог. У японцев в "восьмидесятые" широкое распространение получили индивидуальные дозиметры, размером с шариковую ручку. ДП-5 был "нашим". Габариты, как обычно, выдавали. Зато, молотком не сломаешь...

Как изменился город за последние десять лет, - невольно подумал Юра, когда "семерка" вырулила на центральные улицы. Сплошные магазины, машины и реклама... МТС, Би-Лайн, Sony, сауна, Борис Моисеев, городской фестиваль авторской песни, Opel, Властелин колец, Туры в Египет... Вот, пожалуй, интересное объявление - "Эскорт на весь день. Лимузин, охрана, VIP-сопровождение"....

Когда они въезжали во двор девятиэтажного дома, Юра посмотрел на часы. Прогресс налицо, на дорогу до Ромкиного дома молодой водитель затратил "всего лишь" тридцать минут (на трамвае - пятнадцать)....


Выйдя от Баландиных, Юра, повертел в руках полевой дозиметр ДП-5. С таким прибором, лет двадцать тому назад, рядовой срочной службы Юрий Летин неоднократно ходил "дежурным химиком-дозиметристом" в наряды по полку.

Ну, и что мне делать сейчас? Бегать по городу в поисках бомбы, с дозиметром на груди? Тогда уж, и противогаз надо бы надеть....

В кармане запиликал сотовый телефон. Кроме "гэбиста", позвонить никто не мог. Юра сам, не знал номер "своего" телефона.

- Я слушаю, - рявкнул Летин.

- Юрий Феликсович, - заговорила трубка голосом майора. - Как ваши успехи?

- А что ты хочешь от меня услышать? Банду международных террористов я ещё не обезвредил? "Малышку", не обнаружил? Даже, не начинал искать. Меня, понимаешь, этому никто не учил, и вообще... Тебя-то, я понять могу. Тебе, по Уставу, положено под пули лезть? А я? За какие грехи должен я, участвовать во всем этом "дерьме"? Игорь, ну ты же трезвый мужик! Я знаю, дураков в вашей конторе не держат. Если ты отпустишь Ларку и Настю, и будешь со мной дружить, найдём мы твою "малышку", не переживай..., - Летин "сорвался", и заорал в трубку. - Слушай, ты, майор! Где моя жена и дочь? Почему, я до сих пор не могу поговорить с Ларисой? Ты не выполняешь своих обязательств...

- Юрий Феликсович! - Резко перебил его майор. - О каких обязательствах вы говорите? Вы что же, думаете, я буду вас уговаривать? Надо мной, между прочим, тоже - есть люди. И они, спросят с меня весьма строго. В случае невыполнения задания, меня ждут большие неприятности. Так неужели вы считаете, что я - недостаточно решительно настроен? Полно вам, Юра, будить во мне зверя. На вас же и отразится. В смысле, на ваших родных.

После таких признаний, впору было помолчать. А о чём, сказать-то?

Немного успокоившись, Юра заговорил первым.

- У нашего фигуранта был "подельник". Мне необходимы его "данные"...

- Зачем? - Не дал ему договорить Игорь. - Юра, это тупиковый путь. Ошибочный. С человеком - "работают". Вы можете навредить... - Сообщать институтскому преподавателю о том, что Антона Тихонова давно уже нет в живых, не следовало. - Юра, у вас мало времени. Постарайтесь, это понять....

Теперь перебил его Юра.

- Слушай, майор! Ты напрасно думаешь, что в милицию - дорога мне закрыта. Не упрямься, можешь переборщить. И тогда, искать "малышку" - будешь сам.

Юра несколько раз повторил "про себя" услышанные имя и адрес....


Бывать в гостях у Нины Алексеевны, не приходилось ни разу. А ведь о том, что "подельник" Бори является мужем его "добродушной" приятельницы Жарковой, Юра не знал. Посему, дом из серого кирпича, в котором проживал Тихонов, не вызывал никаких тревожных ассоциаций.

Тревожную ассоциацию вызвала троица в чёрных плащах, выходящая из второго подъезда. Ребята, наверняка, поехали на съемки очередного выпуска "Криминальных новостей". Впрочем, нет, эти - не "кормятся" съемками в "массовых сценах". Эти, зарабатывают себе на жизнь другим. Чем именно, несложно догадаться по их лицам...

Один из парней, нес крупный дипломат из натуральной кожи. Забравшись в здоровенный джип, троица укатила. А Юра, проводив их взглядом, вошёл в подъезд. Но тут же выскочил, и снова взглянул на удаляющийся джип. Три однёрки, "блатной" номер...Хм-м, не от Антона ли они спустились?

Он поднялся на нужный этаж и позвонил в дверь. Интересно, чем занимается Борькин "подельник"? Может, тоже, физик? Невольно вспоминалась сцена из к/ф "Джентльмены удачи". Когда, "младшие научные сотрудники" Хмырь, Косой и Василий Алибабаевич, дожидались на даче "доцента"...

В это время, большинство квартиросъемщиков - на работе, и потому, слышимость была достаточной. Приложив ухо к двери, Юра обнаружил, что в квартире кто-то есть. Однако, доносившийся из-за двери шорох, явственно подтверждал, открывать ему не хотят. Или, не могут. Хм-м..., - Юра недовольно поморщился. Из-за двери пахло фекальными массами. "Соседи-то, не чувствуют, что ли?"...

Летин позвонил несколько раз, и поплелся на выход. Если бы сейчас он включил прибор ДП-5, и замерил радиационный фон в подъезде, то, скорей всего, уже нёсся бы сломя голову, подальше от этой двери...

Но, увы, прибор Юра забыл в машине, на которой его подвозил частник...


-49-


- Джордан, а чё, без Славяна-то, мы никак не сможем заглянуть вовнутрь? - Вадик Коломна небрежно похлопал по крышке огромного дипломата, стоявшего на столе "директора".

Джордан, уже устав от настырности Коломны, невозмутимо покачал головой.

- Вад, не "гони". Да и "пацаны", ещё не все подошли...

Секретарша Танечка, любовница Вадика Коломны, пришедшая в офисе пять минут назад, никак не могла позвонить домой. Её "сотовый", словно "сошёл с ума"...

- Вадька, - девушка обиженно поджала пухленькие губки, - у меня не работает телефон. Дай, пожалуйста, свой, надо домой позвонить...

Бригада Колчака, состояла из действующих "сотрудников" охранного агентства "Меркурий", имевшего своим офисом здание бывшего банка "Алуевск-Кредит". Банк когда-то развалился. А владелец помещения, "проиграл" пацанам Колчака по-пьяни пятьдесят тысяч долларов. Ничего, не напоминает? В погашение своей задолженности, проигравшийся коммерсант был вынужден, сдавать весь этаж охранному агентству "Меркурий". Наличие офиса, позволяло пацанам Славки Колчака - ощущать себя социально адаптированными гражданами. Дескать, у нас - не шаляй-балтай. Мол, даже не сумлевайтесь, всё - как у людей. Работа, зарплата, офис...

Хотя, понятно дело, ни у одного из "пацанов" не было даже "трудовой книжки".

Вадим, один из приближенных Колчака, сидел перед большим зеркалом, и выстригал из ноздрей волосы.

- У меня не работает телефон. - Упрямо повторила Танечка.

Прервав любимое занятие, Вадим заскрипел зубами и протянул подруге свою "мобилу". Вслед за этим, только он поднёс ножницы к оттянутому из левой ноздри густому пучку волос, за спиной, вновь раздался недовольный голос Танечки.

- Так твой, тоже не работает...

- Дай сюда, - Вадим вырвал из рук девушки телефон, и посмотрел на дисплей. Экран искрился...

- Пацаны, - растянуто пробасил он, - у кого, "мобила" работает?

Присутствующие "пацаны" повынимали сотовые телефоны, и в комнате начался галдеж...


Большим черным дипломатом, парни Колчака завладели довольно скоро. В последнее время, "работы" - почти что, не было. Объезжать, как в былые времена, каждого коммерса, и "снимать" свой процент, мог сегодня, лишь начинающий, и при том неорганизованный, рэкетир. Славе Колчаку, "всё" привозили в офис. В последнее время сам он, упорно искал выход на кого-то из "власть имущих". Для этого, заводил знакомства с известными в городе бизнесменами, политиками, банкирами... Даже, на "стрелки" не ездил. А зачем? Джордана, как и Вадьку Коломну, в городе знают все. Эти, в состоянии, разговаривать на любом уровне. "Воров" в сегодняшнем Алуевске нет. Они, вообще, подолгу не задерживались. Казалось бы, воевать не с кем. Времена Колгана, Валеры Липатыча, Помора - давно прошли, - любил повторять Слава Колчак. Хоть Кувалда, официальным приемником которого считал себя Слава, и проводил в жизнь "воровскую политику", сам-то он, больше тяготел к "пацанским методам хозяйствования"... И, кстати, в последнее время Кувалда целиком перешёл на "бизнес"...

Гилмора, Колчак воспринимал, как застрявшую в горле кость. Изначально, всем было ясно, сосуществовать мирно, эти "двое" никогда не смогут...

И вот, кажется, подвернулся случай...

Сам "дипломат" Колчаку нужен не был. Но, как всегда, сработал извечный бандитский принцип: "оно" - мне не надо, но "оно" - моё. В таких делах, даже одиночный случай "уступки", противная сторона может воспринять, как "правило".

Очень скоро, поиски привели пацанов из "Меркурия" на улицу Нейвинскую. Кто-то из них до сих пор помнил, что когда-то, здесь проживал Атос.

Отыскав умирающего Атоса, бандиты сумели разобрать в его рассказе лишь одно слово, - "Гуро-р-рон"... Гурон являлся рыночным "падальщиком", и услыхав его имя, у всех зачесались кулаки.

Поиски Гурона отняли несколько дней. У своей подруги, этой вислозадой торгашки с рынка, он прописан не был. Своё жильё, комнату в "сталинской коммуналке", давно не навещал. Опросив около пятидесяти рыночных торговцев, "банде" удалось, наконец, вычислить палаточницу с центральных рядов, Жаркову Светлану Антоновну. Но, трудность заключалась в том, что ни Гурона, ни Жаркову Светку, в эти дни никто не видел. Допросив вульгарную кадровичку из администрации рынка, парни Колчака узнали нужный адрес.

В том, что Атос и Гурон выглядели очень похоже, никто не узрел чего-то подозрительного. Сама "торгашка" выглядела пободрей, но и с ней - поговорить было сложно.

- Ладно, пацаны, чемодан у нас, а с "этих двух", - Джордан брезгливо посмотрел на умирающую парочку, - мы ещё спросим...

Терпеть невыносимое зловоние, концентрировано наполнившее квартиру Светки, у пацанов - не было сил.

Джордан, курирующий дисциплину в бригаде Колчака, твердо решил, дипломат не вскрывать, пока не появится Славка... Но тот, как обычно, "задерживался"...

А пока, в офисе охранного агентства "Меркурий", не умолкал хохот. Веселились "пацаны", пришедшие сегодня утром на работу. Главным, здесь был Джордан. Свою кличку он получил за высокий рост, и смуглую кожу. Джордана звали Марат Гушаев. В отсутствие Славы Колчака, все решения принимались, лишь с его непосредственного одобрения....

Вообще, утреннее веселье в "офисе" - только "чёрствый сухарь" не признал бы обоснованным. Вчера, пацаны Джордана привезли сюда большущий чёрный дипломат. Привезли, и оставили. Дабы сегодня, вместе со Славой, всесторонне изучить занятный трофей. С самого утра, кто-то из присутствующих заметил, что - перестал работать телевизор. Но и это, было не самым смешным. Выключив телевизор, "пацаны" стали свидетелями настоящего чуда. Даже у не работавшего "Панасоника" экран светился, то переливами северного сияния, то одиночными, но очень частыми вспышками, похожими на мерцание звезд в небе.

Изобретательные на выдумки пацаны, решили усложнить фокус. "Дипломат" вынесли в соседнюю комнату. А здесь, оказывается, уже перестали работать оба компьютера. Программист Женя, очень похоже пародировал Шурика из "Кавказкой пленницы". Он встретил коллег словами.

- Птичку жалко...

Сегодня утром, когда он вошёл в эту комнату, галчонок Яшка, уже лежал в своей клетке лапками кверху...

- Суки! Вам что, трудно покормить птенца?

Обнаружив же в кормушке и корм, и воду, Женя непонимающе развёл руками, и сходил за коньяком. Весь сегодняшний день он посвятит оплакиванию пернатого друга... Джордана и Вада программист встретил будучи изрядно "под шафе".

Джордан гневно посмотрел на него, и строго сказал.

- Иди домой. Завтра поговорим.

Программист Женя поплелся домой. По дороге, он зайдёт в магазин, закупит несколько бутылок спиртного, и пропьянствует дома в одиночку несколько дней. Забегая вперед, скажем лишь, что из всех, присутствующих в офисе сегодняшним утром, он - единственный, кто не умрет от лучевой болезни. А вы, о вреде алкоголя...

В 12.00. в офис позвонил Колчак.

- Джордан, захвавти с собой Вадьку, ещё кого-нибудь, и приезжай ко мне. Я - на даче. Обязательно, захвати Емелю. Есть базар.

Облегченно вздохнув, "первый зам" вскочил, и скомандовал.

- Вад, Емеля, на выход. Славик ждет нас у себя на даче. Поедем на моём..., - он бросил водителю связку ключей. - Заводи, я сейчас выйду... Танька, дай какую-нибудь таблетку от головы... Кто знает, сегодня магнитные бури есть?

Сообщать по радио о "магнитных бурях", придумал, очевидно, далеко не глупый человек. Представляете, насколько сократилось благодаря этому, количество обращений к кардиологу, терапевту, невропатологу и т.д. Дескать, чего вы хотите? Ходите тут, врачей от дела отрываете! Сегодня же, магнитные бури! Так что, сиди дома, не дёргайся...

В 12.15. огромный темный джип Джордана отъехал со стоянки, и вывернув на проезжую часть, влился в идущий из города поток машин. До дачи Колчака - ехать, не более тридцати минут...


-50-


- Аллё, Илья? Не разбудил?

Через пару секунд трубка проворчала голосом капитана.

- А сам-то, как думаешь? Впрочем, на такие мелочи, как чей-то сон, ты давно уже не обращаешь внимания ... - Илья громко зевнул. - Давай, не тяни резину. Чего хотел?

Юра задрал голову. Настенные часы показывали "пол третьего ночи".

- Илюшка, на пенсии отоспимся.... Прости, конечно, я увлёкся. Думал, что отнесёшься с пониманием...

Лагутин взорвался.

- А вот этого, Юра, не надо. Я, между прочим, давно уже слушаю. Что случилось?

По доносящемуся из трубки бульканью, Илья понял, - Летин пьёт чай. Наконец, он заговорил.

- Илья, скажи мне честно, насколько трудно для тебя, прямо сейчас, "пробить" по номеру машины, её владельца?

- Вообще, не трудно. Как, два "пальца об асфальт". Диктуй "номер", через пять минут перезвоню... - Лагутин окончательно проснулся.

- Черный джип. Кажется, "Форд". Государственный номер - "блатной". Три "однёрки", буквы - не помню...

- Так я тебе сразу отвечу. Ездит на ней - Джордан, он - "колчаковский". А оформлена "тачка", скорей всего, не на него. Если тебя интересует, жди. Сейчас, отзвонюсь...

- Да нет, Илья, достаточно. Скажи, кто такие - эти "колчаковские"?

- Тебя что, опять "понесло"? Слушай, Летин, своей смертью ты не умрешь. Отступись, заляг "на дно". Скоро, у Мякешина - отпуск. Я что-нибудь придумаю...

- Да нет, Илья, меня не "понесло". Спасибо. Сейчас, ты мне скажешь всё, что знаешь сам про этих, про "деникинских", и можешь...

- "Колчаковских", - поправил Илья.

Юра рассмеялся.

- Ну а дальше, Илья? Так хорошо начал...

Юра с удивлением обнаружил, что про "колчаковских" - Илья знает, не мало. Хорошо это, или плохо? Пожалуй, и то, и другое. "Плохо", вытекает из того, что, всякую "мелочь", капитан милиции в памяти хранить не станет. Следовательно, "бригада" заслуживает того, что бы о ней "знали". Ну а чем, обеспечивает себе "известность" любая преступная группировка, гадать не приходится. Ежу понятно, что - ни бесплатной раздачей молока пенсионерам и малоимущим... Впрочем, в том, что Илья владеет информацией о банде, есть и свой "плюс". Знать о "противнике" всё, это ли не залог успеха?

А вот в том, что на арене появился новый противник, Юра теперь не сомневался. Потому что вчера, побродив бесцельно по улицам, он вернулся к дверям "тихоновской" квартиры. И не прогадал! А может, наоборот...

Когда Юра прикоснулся к двери, она бесшумно приоткрылась. Запах людских испражнений, резко "ударил" в нос. Он вошёл в коридор, а затем - и в комнату. В комнате было пусто. Пройдя в спальню, он застыл. Поскольку, на полу, рядом с широкой кроватью, лежали тела мужчины и женщины.

- Смотри-ка, как, всё похоже, - обратился он к мужскому трупу. Впрочем, безо всякого злорадства.

Перед ним лежали, дочь Жарковой и её приятель. И, как сказал бы старший лейтенант Мякешин, "с невыясненными следами насильственной смерти"... Помимо следов страдальческих мучений, сама кожа на их лицах, имела неестественно синюшный цвет. Следовательно, в "прижизненном" состоянии, она была багрово-красной. Их, замордовали? Непохоже. Синева на лице, имела бы неодинаковую насыщенность. Значит, отпадает... Неужели, удушье? Или, отравили? Да нет, то, что эту парочку били, явствует из положения их тел. Вряд ли убийца срывал свою злость, на "мертвых"...

Летин обошёл всю квартиру, и, не найдя ничего подозрительного, вернулся обратно. Закурил. "Человек привыкает ко всему, даже - к трупам...", - печально подумал он, посмотрев на пальцы своих рук. Дрожания в пальцах, не было.

"Но ведь я отчетливо слышал какие-то звуки, когда приходил, час назад!"...

Нагнувшись к телам, он проверил температуру их кожных покровов. Хм-м, ещё тёплые... Да-а-а, похоже, совсем недавно, они были живыми.

И тут, Юра выругался, и хлопнул себя ладонью по лбу. Как же так, ведь это - жильё Антона Тихонова!? Если, конечно, верить "комитетчику"... А почему ж тогда, здесь - "эти"? Так-так-так... Может ли Борькин "подельник" приходиться родственником, этим двум? Бывший муж Жарковой? Да нет, Жаркова и двадцать лет назад - была Жарковой. У неё, не может быть мужа-уголовника... Скорей всего, отец парня...

Дочку с любовником замучили, когда я стоял в подъезде, за входной дверью?

Юра схватился за телефон, но, словно обжегся, и бросил трубку обратно, на аппарат. Вынув из кармана носовой платок, тщательно протер все поверхности, к которым прикасался.

Вышел в прихожую и посмотрел в глазок. Меня никто не видел. Или, видел?

Хм-м, - неожиданная "связь", не давала покоя. Жаркова - Тихонов. Нина Алексеевна - Антон Тихонов... Это невозможно! Почему? По "кочану"! Для Жарковой, даже "заяц-безбилетник" являлся "особо опасным преступником". А Тихонов-то, насколько я информирован, закоренелый рецидивист, "клейма" негде ставить. Каким образом происходило их совместное "проживание", трудно себе представить....

Юра вспомнил, как на пике своей словоохотливости, старший лейтенант Мякешин употребил странную фразу.

- Ваша несдержанность в общении с женщиной, которая совсем недавно потеряла мужа, привела к трагедии...

"...которая - совсем недавно, потеряла мужа...". Тогда, в милицейском кабинете, Юра не стал "зацикливаться" на фразе. Но Мякешин, ни разу не произнес вслух слов - "гражданин Жарков" ... А ведь, казалось бы, жена - Жаркова, следовательно, муж - уж никак не Тихонов... Хотя, неодинаковость фамилий - ни о чём не говорит...

Спрашивая у Ильи про "черный джип", Юра, почему-то, был уверен, что машина принадлежит Тихонову. Как известно, в наше время, "былые заслуги", порой, обеспечивают некоторым рецидивистам безбедную старость. Тихонову - что-то, около шестидесяти... Интересно, как он выглядит? Если Тихонов - имеет отношение, прежде всего, к Жарковой - наверняка, в этом доме есть его фотография.

"Перерыв" весь дом, Юра не нашёл ни одной совместной фотографии, доцента Жарковой с каким-либо мужчиной. Или - одна, или - с дочерью, или - на каком-то празднике, или - институтские... Оппаньки, а почему же, из этой кафедральной фотографии вырезано моё лицо? И кто это сделал? Нина Алексеевна? С какой целью? Что бы потом, мне "выковыривать" гвоздиком глаза? Получая при этом несказанное удовольствие. Почему, не делать это, прямо на общем снимке? Что бы, остальные "не видели"? Да нет, на душевнобольную, Жаркова не походила. Конечно, её психика требовала коррекции, но, думаю, парочка таблеток "релашки" ежедневно, смогла бы, существенно улучшить настроение, окружающим её людям.

Вспомнив, что в прихожей валяется сумка Нины Алексеевны (этой сумкой она однажды, чуть не убила кафедральную кошку Мадонну), Юра сходил за ней. Вывалив содержимое сумки на стол, он сразу же, увидел маленькую черно-белую фотокарточку. Со снимка на него смотрело мужественное, даже волевое, лицо. Сдвинутые брови, в совокупности с выраженным подбородком, придавали лицу "типичное" выражение. "Этот - уголовником, быть может", - подумал Юра, и направился к выходу. Проверив напоследок, всё ли он протер платком, покинул квартиру Нины Алексеевны Жарковой. И Тихонова Антона? Возможно. Скоро, узнаем...

Юра знал, куда он направится после посещения этого дома. Эх, жаль, отпустил паренька на "семёрке". Да почему же, зря? Нового, поймаю...

Никуда больше, Летин вчера не заходил. Всё-таки, согласитесь, даже на "супермена", вид смерти - действует. А Летин, суперменом не был. Он не был, даже "клиническим медиком", которому в силу своей профессии, сталкиваться со смертью, время от времени, приходится. Если, чья-то смерть наступила, как следствие игры, одним из игроков которой ты являешься, страшно вдвойне.

Он смог заснуть, лишь, после разговора с капитаном.

- Илья, отбой! Спокойной ночи..., - Юра замолк на полуслове. После непродолжительной паузы, он очень серьезно произнёс. - Спасибо тебе, Илюха.... Держись сам. - И положил трубку.


-51-


Лейтенант Ракчеев Виктор Борисович, вчерашний выпускник Горьковского автодорожного института, очень скоро забыл, и о задержанной "Волге", и об убежавшем водителе, и о пропавшем "дипломате"... Он даже не мог сказать точно, когда это произошло, на позапрошлой неделе, или - на прошлой...

Ему напомнили об "инциденте", позвонив в пол десятого вечера на домашний телефон.

- Лейтенант Ракчеев? Виктор Борисович?

- Да. А кто, вы?

- Майор Шевелов, отдел внутренних расследований. Лейтенант, будьте дома, никуда не уходите. Я отправлю за вами машину. Это, по поводу вашей недавней находки. Я имею в виду черный кожаный дипломат. Ну, вспоминайте, автомобиль "Волга-ГАЗ" с московскими номерами. Скажите, кроме дипломата - в машине ничего не было? Кстати, вы с кем-то обсуждали это происшествие? Ну, я имею в виду, родных, близких. Может, с подругой? - Спустя пару секунд, звонивший предположил. - Или, с женой...

"Откуда, они могли узнать о "дипломате"? Может, это - "подстава"? Отдел внутренних расследований, всё-таки...".

Видимо, заметив его замешательство, "телефонная трубка" успокоила.

- Ничего страшного. К вам, у меня - несколько банальных вопросов...

- Простите, товарищ майор, за заминку.... А жены у меня нет. Развёлся, в прошлом году. Да и подругой, увы, пока не обзавелся. А о том случае, и сам-то, уже позабыл. - У лейтенанта, словно, "отлегло" от сердца. Он повеселел. Неизвестность, она ведь всегда, мучительна. Он поторопился, заверить. - Да-да, конечно же, я одеваюсь.

Ему захотелось, предстать перед сотрудником отдела внутренних расследований - понятливым, исполнительным и честным.

"Надо заканчивать с "поборами" на дорогах, - подумал лейтенант Ракчеев. - Надоело, вздрагивать от каждого звонка ... В Кировском отделе ГИБДД, двоих инспекторов "закрыли". За "взятки"...".

Осознание очищенности и начала новой жизни пришли к лейтенанту. Захотелось даже, не ждать людей майора Шевелова в квартире, а выбежать во двор, им навстречу. Дабы, не отнимать драгоценное время у сотрудников столь серьезного ведомства....

Однако в последний момент, решив, что это - "перебор", Ракчеев остался, ждать в квартире. И, зря. Быть может, остался бы жив.

Его труп обнаружила соседка, отправившаяся в шесть часов утра, выгуливать собаку, и обратившая внимание на распахнутую дверь...

- - -

Дача Колчака находилась в Алёшихе. В том самом квартале, где застраивались нынешние богатеи. Впрочем, кирпичный трехэтажный дом, вряд ли был его единственной, недвижимостью за чертой города.

Джордан, Вадим и Емеля, добрались сюда, минут за сорок. Колчак встречал их лично на специально заасфальтированной площадке, перед домом. Кроме Славкиного "мерса", машин не было.

- Парни, давай в дом. Скоро подъедет Гилмор, он позвонил сегодня утром. Сегодня ночью, кто-то спалил его бар.

У приехавших, отвисли челюсти. Джордан взволнованно прижал ладонь к груди.

- Славян, ты знаешь, из наших - никто не мог. Я, ручаюсь...

Вадим же, лишь расхохотался. Он, всё-таки, где-то выпил.

- Ты бы, Джордан, не ручался, коли сам - из офиса не вылазишь. Посмотри-ка, на тех, кто только нынче к нам примкнул. Эти, словно "бультерьеры". Ни фига, не соображают, хуже "мусоров"...

- Ладно, всё! - Обрезал Колчак, поднимаясь в дом. Пацаны проследовали за ним. Джордан, едва они вошли в дом, разложил на столе дипломат, и повернувшись к Колчаку, гордо произнес.

- Вот он, чемоданчик...

- Что в нём? - тут же, спросил хозяин дачи.

- Без тебя не открывали, - с гордостью, сообщил ему дисциплинированный "заместитель".

Колчак недоуменно пожал плечами, но ничего не сказал. Он сам, подошёл к столу, и попытался поднять крышку дипломата.

- Там - ключи, Славик, - заботливо подсказал преданный Джордан.

Наконец, замочки щелкнули "дуплетом", и дипломат открылся. Прямо из-под крышки, Колчак извлек, довольно тяжелый, металлический лист. Повертел его в руках, и, присвистнув, отложил в сторону.

- Здесь какой-то прибор..., - растерянно посмотрел он на парней.

Джордан, виновато поджав губы, подскочил к столу, и заглянул внутрь кейса. То, что он увидел, действительно, напоминало какой-то электроизмерительный прибор. На передней стенке тёмного металлического ящика, имелся один единственный переключатель, и застекленное окошко, расположенное прямо над ним...

- Славян, я - ни при делах, тут - Емеля, что-то напортачил...

Они услышали, что к дому подкатил автомобиль. Колчак неторопливо закрыв дипломат, поставил его на подоконник, и задвинул жалюзи.

- Пойдём, встретим "муркопева". - Слава извлёк из ящика стола большой черный пистолет. Он старался быть веселым, но парни видели, их "главный" волнуется.

Во дворе, рядом с Колчаковским мерседесом и джипом Джордана стояла темно-вишневая "Volvo", с невыключенным двигателем. Через тонированные стекла, не было видно, сколько человек сидит в салоне. Однако колчаковские понимали, что с такой серьезной "предъявой", в одиночку не ездят. Дверцы "Volvo", не открывались. Собственно, это было в духе Гилмора. Тонкий психолог. Специально тянет, пытается вывести из "себя". Значит, приехал, либо - "базарить по серьезному", либо - меня "мочить"...

Колчак начал терять терпение. Он тихонько шепнул Джордану.

- Вы с Вадькой, берите тех, кто на заднем сидении. Ну а я, водилу, и того - кто рядом будет...

- Слава, так чё, "мочим"? Они мимо двух постов проезжали...

- Не гони, Джордан, машину отгоним за лес. С цыганами, я договорюсь. Её, эту "вольвушку", ни один ГАИшник не опознает, так что - успокойся...

Колчаку надоело ждать, и он, мобилизовав всю свою решительность, сам открыл переднюю дверцу...

Из салона, прямо к его ногам вывалился маленький лысый Гилмор. Маленький, лысый и мёртвый. Распахнув оставшиеся три дверцы, работники "Меркурия", обнаружили, что с Гилмором, никого больше не было. Кроме, естественно, водителя. Колчак и Джордан переглянулись. После чего, Слава со всей силы ударил себя кулаком по колену.

- Суки! Это, скорей всего, "мусорская" подстава. Я знал, они давно, хотят нас столкнуть лбами. Под это дело, Гилмора даже, выпустили на год раньше! Надо делать ноги, сейчас сюда менты припрутся! Вадька, ты сядешь с Емелей в "Volvo", а мы с Джорданом, каждый - на своей...

О "дипломате", оставленном на подоконнике, никто из них не вспомнил.

Колчак заорал.

- Автандил, где ты?

Из баньки, труба которой уже начала испускать дымок, выскочил здоровенный бородач, по пояс голый. Слава, вставляя ключ зажигания, обратился к нему.

- Автандил, друганя, уберешь тут всё. Приедут "менты", нас - здесь не было. Меня ты не видел со вчерашнего дня. Как только "мусора" уедут, отзвони мне на "мобилу". - И повернувшись к Вадику Коломне, скомандовал. - На веранде стоят канистры. Возьми с собой. Обе. Кто его знает, может, цыган не найдём. Придется "тачку" Гилмора спалить. Вместе с ним и водилой. Времени, что-то выдумывать, скорей всего не будет...

Трудно сказать, чья из машин взорвалась первой. Колчаковский "мерс", или джип Джордана. Всё произошло настолько быстро, что через какое-то мгновенье, все три автомобиля полыхали единым пожаром. А рядом, по асфальту "катался" Емеля. Его одежда горела. Джордана отбросило взрывной волной на ограду, и он лежал неподвижно с окровавленной головой....


-52-


Офис охранного агентства "Меркурий", он нашёл довольно быстро. Помогло то, что здание находилось в центре города. Всё-таки раньше, здесь располагался банк "Алуевск-Кредит", а ни один банкир не развернёт своё "детище" в трущобе...

Впрочем, то, что Юра не ошибся адресом, выдавалось ещё одним обстоятельством... Всё пространство перед парадным входом в здание было загромождено машинами, носилками, милицией и медиками. Чуть поодаль от дверей, через которые выносили носилки, накрытые простынями, стоял крупный мужчина, в шинели до пят и полковничьей папахе. Юркий майор шустрил около полковника, стараясь предугадать направление его следующего взгляда, и исходя из этого, сменить свое расположение по отношению к нему. "Юрок" не умолкал.

- Группа Радкевича, это новый капитан с "убойного", прибыла только что с дачи их "босса". Некто, Колчак... Слышали, наверно, товарищ полковник?

Высокий милицейский чин, важно надув щеки и причмокивая губами, лениво спросил.

- Что, на даче?

- Пять трупов. Трое - с "колчаковской" бригады, - майор указал рукой на вывеску "Охранное агентство Меркурий", - ребята с этой фирмы. Трупы ещё двоих, сильно обгоревшие. Проводится идентификация на кафедре "судебки". Судя по всему, в одну из машин, кем-то была заложена взрывчатка...

- Опять, война?

- Возможно. Вы, товарищ полковник, очевидно, ещё не знаете, сегодня ночью на Ключевском тракте, сожжен бар "Потёмкинъ". Это заведение принадлежало Гилмору.... Помните такого?

Стоя "по соседству" с милицейскими чинами, Юра закурил. "Гилмор... Где-то, я о нём слышал.... Ладно, вспомню потом. Предположим, я заявился бы в фирму "Меркурий" - не сегодня, а вчера. Что-то, от этого - изменилось бы? Не думаю... Разве что, на одного пострадавшего было бы больше... Пострадавшего? Из "Меркурия" выносят трупы. Так и говори, на одного трупа... Вполне возможно, что Антон Тихонов, успел побывать и тут...".

Уверенность Юры в том, что "третьей мишенью" Борькиного подельника, может стать он сам, нарастала с каждой минутой. Во всяком случае, Тихонов на данном этапе, волновал его больше, чем всё остальное.

"А не может ли оказаться так, что он сейчас, наблюдает за мной? Очень даже, может...". Постояв ещё пару минут неподалёку от офиса "Меркурия", Юра, непринужденно зевнул, и медленно поплелся в направлении трамвайной остановки.

"Необходимо, затеряться в толпе. Что тут, по близости имеется? ЦУМ! Лучше, не придумать!"

До ЦУМа можно дойти пешком. Всего, две остановки. Заодно, незаметно понаблюдать за "слежкой", если таковая имеется. Прохожих в это время, не так уж и много.

Дважды заскакивая в попадавшиеся минимаркеты, Юра пытался просмотреть улицу. Однако, ничего подозрительного он не обнаружил.

ЦУМ, 4-хэтажный "муравейник" современного города, вполне возможно, замышлялся авторами проекта, как средства "ухода от погонь"... Стоя в отделе "Игрушки", Юра рассматривал китайских плюшевых медвежат, и вспоминал - от кого, он слышал о некой ясновидящей, якобы, проживающей в Алуевске. Так, это Лариска и рассказывала... Лариса...

Интересно, как бы я себя вёл, если бы сейчас - по-прежнему, был мужем Ларки? Наверняка, бегал бы, "прыгал", делал много лишних, ненужных "телодвижений". Оно понятно, я бы нервничал, а волнение, как известно, парализует логику. Нет, и ещё раз, нет! Потерпи, Ларанька, потерпи милая. Меня ведь, терпела, столько лет...

Игорь, не "садист". Хоть он, меня и прижал, его методы оправданы "статусом" сотрудника госбезопасности. Меня он, похоже, "оценил", достаточно высоко. В смысле, явно, "купился", на некоторые мои "достоинства". Или, недостатки? Игорь - не дурак. Он понимает, что я ему не верю. И всё-таки, доверил мне, найти "малышку". Это означает, что меня "зачистят"... Игорь - "гэбист". Даже, если он здесь, не по заданию "конторы". С самого первого появления на "арене боевых действий", у меня дома, он заявил о себе, как о профессионале. Да и "корочки" у него, скорей всего, не поддельные... Хм-м, меня-то, может и "зачистят", но какой резон, после того, как всё закончится, "убирать" Ларку? Она-то, не представляет, никакой опасности...

За щитом с перечнем отделов второго этажа, приютился какой-то мужчина. Летину было видно, лишь его ноги. Мужчина. Высокий. Размер ноги - "тридцать три, тридцать четыре". Судя по фасону обуви, мужичку - к "шестидесяти", или, даже перевалило давно. Юра, сдвинув кепку на брови, направился, обойти щит, дабы взглянуть своему преследователю в лицо...

Увы, за щитом - оказались двое. Бородатый студент-переросток, держал на руках, лицом к себе, веснушчатую "сокурсницу", а та, в порыве, восторга от "крутости" своего бойфренда, обхватила его ногами... "Влюбленные" спорили.

- Юрик, ну Юрик! Ну давай, сперва - к Никитке, к Трегубчику, а? Он из столицы недавно вернулся... Ну, Юрик... Ну, там будут все наши... Никитка новую передачу готовит, напросимся, а?

Юра косо посмотрел на "тёзку". Тот, "таял" в блаженстве. Хотелось крикнуть его подружке, - разве ты не видишь, он согласен...

Юра поплелся из ЦУМа, "в открытую". "Оборвать хвосты", не получилось. В каждом втором, Юре "виделся" Антон Тихонов. Он перестал обращать внимание на людей. "Задышалось" намного легче. Во всяком случае, он вновь, смог обдумывать ситуацию, в которой оказался...

"Когда у Ларкиной сестры пропал муж, "моя" с Ленкой, всё в Коровино ездили... У той бабки, имя интересное... Глафира, Матрёна..., кажется, Алилуя... А такое, есть? Но то, что на "А" - совершенно точно. Алла? Да нет! Много мудрёней, то имя".

Всю дорогу до микрорайона Коровино, бывшим всю жизнь - самой обыкновенной деревней, Юра вспоминал имя той ясновидящей. "Арина, Анна, Андромеда, Альфия, Агафья, Ария, Альфа, Аллопеция... Впрочем, нет, "аллопеция" - это плешивость..."

Деревня Коровино, состояла на сегодняшний день, из двенадцати, четырнадцати домишек, в стиле "незатейливой славянской простоты". Многие домишки, давно были разрушены, напоминая о себе зияющими "пробелами". Нумерация, естественно, сохранена в "первородном" виде, а не в шахматном порядке... А разве это, что-то меняет?

Сориентировавшись, очень приблизительно по памяти, Летин шагнул во двор избушки, выделяющейся среди всех этих, в общем-то - не "хоромов", особой бедностью. Там он столкнулся с выходившей во двор женщиной.

- Вы - Аглая, - возбужденно спросил Юра, и сам удивился своему вопросу. "Конечно же, имя ясновидящей - Аглая!".

- Да, это я. Заходите.

Женщина вела себя так, будто бы она знала, что именно сегодня, и именно в этот час - к ней в дом пожалует Юрий Феликсович Летин, собственной персоной. Ясновидящая встречала так, абсолютно всех. Никто не приходил к ней с "радостью". Всех, вела в её дом - беда....

Эта комната напоминала Юре далёкое детство, когда он вместе с родителями, каждое лето ездил в деревню к бабушке. Те же наличники на окнах, те же цветастые половики, тот же рой мух, над столом с сахарницей... Мухи? В марте? Так это ж, в деревне...

Сидя за столом и ожидая хозяйку дома, Юра снова, задавал себе вопрос, - каким образом я, кандидат медицинских наук, человек, отрицающий "нечистую силу", смогу ей поверить?

- Фотография, с собой?

Юра, чуть не вздрогнул. К столу подошла Аглая. Летин протянул ей снимок Тихонова. Если, конечно, это был он.

Аглая долгое время смотрела на снимок. Так считал Юрий. Который в это время, не поднимая глаз, разглядывал свои башмаки. Но Аглая, смотрела мимо снимка Антона. Она изучала Юру...

Лицо пришедшего мужчины, она видела и раньше. Именно его - просила "наказать" недавняя посетительница, за смерть матери... Но он, не убивал её мать... В то время, он находился далеко, и сам - был в опасности...

- Спрашивай, - напомнила Аглая, о цели его визита. - Что тебя интересует? - Она опять взглянула на фотографию Тихона. - Этот мужчина мертв.

Юра, встал со стула.

- Вы уверены? - У него чуть не вырвалось, - "Где он сейчас?". Но Юра промолчал.

Тем не менее, Аглая, словно читала его мысли, сообщила.

- Его уже искала одна женщина. Его жена. Я не сказала ей, что мужа больше нет...

- Кто эта женщина?

Аглая непонимающе посмотрела Юре в глаза.

- Какая женщина? Та, которая искала мужчину на фотографии? Та женщина работает в институте....


-53-


И всё же, Юра до сих пор относился к информации, полученной у Аглаи, с некоторым недоверием. Однако едва женщина, посмотрев на фотографию Ларисы, заговорила о "большом количестве старинных предметов и картин", он сразу понял, речь идет о квартире, где проживала Софья. Когда же та заявила, что прямо на неё летит "огненный конь", его уверенность стала стопроцентной. Он сам, помнится, мог часами любоваться фарфоровым "пегасом", выполненном, чуть ли ни в натуральную величину, и стоявшим, прямо на полу, у окна...

Лару держат, у Софьи... Хм-м... Это выглядит, казалось бы, вполне логичным ходом. Действительно, зачем "огород городить", снимать дополнительные квартиры? Но ведь я, об этом "месте" знаю. Более того, бывал там лично. И Игорю, это известно.... Очень похоже, что "гэбист" готовит мне засаду.... Но, какая ему радость, устраивать мне засады, если я выполняю его же работу? Зачем, исполнителю собственного задания, вставлять палки в колеса? К тому же, "комитетчик" имеет возможность "воздействовать" на меня, не прибегая к различным засадам и хитростям...

Позвонить бы туда, но, вот досада, я даже не поинтересовался номером "домашнего" телефона Софьи...

Покидая Аглаю, Юра протянул ей две "новенькие" купюры.

- Я не хочу вас обидеть, но не знаю, как по-другому, выразить свою признательность. - Не дожидаясь, когда женщина их возьмет, положил деньги на стол. Посмотрев ей в глаза, сказал. - Простите, что поначалу, не верил вам. - Юра очень естественно улыбнулся и обнял женщину...

Если бы знал он, какие чувства терзали в эти минуты ясновидящую. Сердце Аглаи бешено билось, словно стремилось вырваться из груди. Этот мужчина, был так естественен. Он, не лицемерил. Не прятал жалость за "ободряющей" улыбочкой. Не врал, с "честными" глазами. Но, даже, находясь рядом с Юрой, Аглая не могла понять, что его ждёт... Даже тех, чьи фотографии ей приносили, она "чувствовала", намного отчётливей. Как бы, "энергетически" насыщенней. А этот, хоть и находится рядом, но постоянно "пропадает", словно испаряется, или растворяется в воздухе... Его ждут серьезные неприятности, может быть сильная боль...

- Я, буду молиться, что бы Господь, дал ему сил... - тихо произнесла женщина, глядя через оконное стекло, на удалявшуюся фигуру Летина...

Отсюда, до дома, в котором проживала Софья, быстрее всего, доехать на машине. В пятнадцати метрах от дома Аглаи, стояла белая "двенажка", ВАЗ-21012. Юра подошёл, и спросил у водителя.

- Выбраться отсюда, поможешь? Вообще-то, надо, на другой конец города. Недалеко от Нейвинской - новые дома, знаешь?

- "Соточка".

- Годится...

Забравшись в машину, Юра напоследок посмотрел на хмурую серость деревни Коровино, и закрыл глаза. Он чувствовал, что там, где ему надо быть, могут ожидать самые различные сюрпризы. Пусть, нервная система немного отдохнет. Народное утверждение "все болезни - от нервов", не лишено правоты. Пулю, её ведь тоже, чаще получает тот, чьи нервы не выдерживают. Когда, от убедительных речей, человек переходит к малоубедительным "телодвижениям"...

- Командир, я - "обсох". На "заправку", заедем?

Юра открыл глаза.

- Куда, заедем?

- Бензин, говорю, кончается. Пополнить запасы, надо бы...

- А-а-а, давай. Если знаешь, что в таких случаях надо делать - действуй... А я, немного посплю. - Летин вновь, закрыл глаза.

Его "бросило" вправо. "Завернули? Зачем? Что, по дороге-то, ни одной "заправки", не предвидится? Обязательно надо, ехать куда-то на "дальнюю"?". Но, вскоре, он снова, погрузился в обдумывание своего положения....

Тихонов - мёртв. К нему, ещё обязательно вернёмся. Но, позже. Когда выкраду Ларку. Если, конечно, у меня получится...

Когда Юра, открыл глаза в следующий раз, они стояли на светофоре, около "первой" аптеки. Ага, уже, на Большевистской. Скоро, приедем...

- Милейший, не подскажешь, который час? - Спросил Юра у водителя, широко зевая.

- К "трём" приближается, скоро подъедем.

Как понять, "к трём приближается"? Мы же, выехали, и часу не было...

.- Аллё, командир, мы где, столько времени катались?

- Да мне, пришлось, к "гаражникам" на Тихую заезжать, "резину" менять...

Какую резину? Где менять? Всё равно, что Юра бы ему сказал: "Братан, извини, мне пришлось заехать к "корешам" во "вторую клиническую", провести сеанс дарсонвализации на область правого мыщелкового отростка..."

Юра забыл про свои недовольства, едва они проехали мимо торгового центра, прямо во двор знакомой "двенадцатиэтажки"... Неожиданно, зазвенел сотовый телефон у водителя.

- Слушаю. Да. Уже здесь. Да. Не знаю. Поглядим. Через две минуты перезвоню...

Юра расплатился с водилой, и направился к подъезду. Он старался, идти не спеша, как можно, медленнее. Разговор водителя с "неизвестным", ему не понравился. Так разговаривают, когда хотят скрыть от присутствующих содержание разговора. Даже, тему... Почему он не уезжает? Хочет убедиться, что я войду в подъезд. Но ведь там, замок. Софья, помнится, с трудом справлялась. Из подъезда выскочила белая болонка, а следом, на расстоянии длины поводка, взъерошенный хозяин.

- Не закрывай, - крикнул ему Юра, и побежал к подъезду. Вбежав, и захлопнув за собой дверь, Юра не пошел наверх, а прильнул к замочной щели. Его "извозчик", никуда не уезжал. Он оживленно разговаривал по телефону, время от времени, поглядывая на подъезд. Наконец, он спрятал телефон в карман, и медленно отъехал от дома. Подождав ещё пару минут, Юра осторожно открыл металлическую дверь, и внимательно осмотревшись, быстрым шагом направился в рюмочную, расположенную в соседнем доме. Заняв столик у окна, он заказал кофе и рюмку коньяка, и приготовился наблюдать. Ждать, пришлось не долго. Очень скоро, к подъезду подъехала машина "скорой помощи"...

"Что-то, с Ларкой?"... Он вскочил, и бросился к выходу. Но, глянув напоследок в окно, остановился. Поскольку, к подъезду, следом за "скорой", подъезжал милицейский УАЗ...

Вернувшись за свой столик, Юра закурил, и "прилип" к окну. Ждать, пришлось недолго. Два здоровых санитара, на носилках, от одного вида которых - у Юры окончательно испортилось настроение, вынесли накрытый простынёй труп. Подойдя к машине с медицинской символикой, первый санитар решил развернуться и перехватить носилки. Получилось, крайне неловко. Простыня начала, медленно "сползать" с покойника, и сердце Юры Летина взволнованно застучало...

Этого - не может быть!

На носилках, не подавая признаков жизни, лежал "фээсбэшник" Игорь...., Разглядеть с такого расстояния, каким способом его умертвили, было невозможно. Юра, боясь не успеть, достал свой "сотовый", и набрал "гэбиста". Ага, вызов пошёл. Не отвечают. Летин внимательно смотрел в окно, на людей, через скопление которых, только что, прошли санитары. И тут, Юра увидел, как один из милиционеров, кажется, майор, запаниковал. К нему подскочил капитан, и два сержанта. Они оживленно говорили между собой, и все смотрели на нечто, в руках майора. Вполне возможно, что у него - телефон Игоря. Наконец, трубка недоверчиво произнесла.

- Аллё...

Летин смотрел в окно, и видел, как с прозвучавшим "Алле", синхронно шевельнулись губы майора, поднесшего к уху телефон. Изменив голос, Юра спросил.

- Пригласите, пожалуйста, Снегина с "шестого" участка...

Он видел, как в жуткой панике, завертелись головы "оперов".

- Да. - Наконец "призналась" трубка. И, немного подумав, добавила. - Я вас слушаю...

Юра нажал на "сброс"...


-54-


Юра нажал на "сброс", и, подошёл к "стойке". Всё ещё глядя на окно, он заказал себе сто граммов коньяка, и двойной кофе. Положив сдачу в карман, и пройдя к своему столу, вдруг явственно ощутил, что "картинка" за окном - чем-то ему не понравилась. Вновь прильнув к высокому стеклу, он не поверил глазам. Рядом с кафешкой, прогуливался взад-впред, некий мужчина, в сером замшевом пальто. Мужчина, достаточно крупный... Подробнее, из-за спины - разглядеть невозможно. Стараясь скрыть охватившее волнение, Юра обошёл несколько столиков. И посмотрел на подозрительного дядьку из другого окна. Но, и отсюда, лица "серого", он не разглядел. Мужчина, очень напоминал Борюсика, но ведь у физика, в момент их последней "встречи", головы не было. У этого же, голова, ни только - на месте, так ведь, она - прикрыта. Тонюсенькая лыжная шапочка, имела тот же цвет, что и замшевое пальто. Казалось бы, чего Юре стоит, выйти и, обняв милягу "ученого", пьяно-радостно заголосить:

- Борька! Ты ли это?

Но, было "нечто", что Юре существенно не понравилось. А именно то, что взгляд Борюсика был прикован к подъезду, в котором недавно произошла трагедия. Такая заинтересованность, легко объяснялась, например, причастностью Бори к убийству Игоря... А что? Более логичного объяснения, подыскать трудно. У Широкова, имеются все основания, отомстить майору, за собственное преследование. Возможно, Игорь - не только, сорвал продажу "малышки". Быть может, именно из-за него, "учёного" прятали у "братьев-людоедов"..."

Не желая испытывать судьбу, Юра решил ждать до тех пор, пока Борьке не надоест, торчать здесь, и он не уйдёт...

Подходя в очередной раз к барной стойке, заказывать коньяк, Летин поостерегся. Спору нет, "смелости", алкоголь добавляет. А вот, способность мыслить, он отнимает напрочь ...

Своей спиной Юра ощутил, что в кафе кто-то вошёл. Повернув голову в пол оборота, он - не удивился. Потому что, по иному, быть и не могло! В маленькую частную харчевню, вошёл "младший брат" Буртаевских людоедов, Борюсик - собственной персоной. Он занял крайний столик, у входа в заведение. Подозвал официантку, попросил принести клюквенный морс. Девушка, расширив от удивления глаза, внимательно посмотрела Боре в лицо. Она хотела понять, пьян тот, или трезв. Но, не обнаружив в посетителе других странностей, пообещала принести апельсиновый сок.

- Пойдёт...

По голосу Широкова-младшего, Юра понял, что тот, мучается... Интересно, ставил ли он себе инсулин? При его состоянии, пропускать инъекции, крайне нежелательно... Тем более, пить апельсиновый сок.

Неужели, на берегу лежал не он? А кто? Видать, прав был Игорь, отзываясь о Широкове, как о "генетическом дьяволе". Вполне возможно, а скорей всего - так и есть, со мной, учёный не был до конца откровенным...

Юра допил кофе, но подойти за новой чашкой, он не решался. Как и подозвать официантку к себе. Естественно, того требовала конспирация. "За ним, кровавым шлейфом тянется несметное число убийств. Не думаю, что для серийного убийцы имеет какое-то значение, четное число людей он отправил на тот свет, или - нечетное..."

Итак, кто умертвил родственников Жарковой, и всех последующих "фигурантов", разобрались. Схема, могла быть такой. Тихонов "кидает" Борю. С такой внешностью как у Антона, не "кинуть" - невозможно. Борюсик, ничего и никому - не прощает. Однако Антон, если верить Аглае, мертв. Но карающий, жаждущий смерти, меч уже занесен, и на чьи-то головы, он обязательно опустится. На чьи, по большому счету, для Борюсика не важно.

Юра отправился в туалет. Выйдя из туалета, он долго мыл руки, склонившись над умывальником. А сам, в это время смотрел в зеркало, висевшее над раковиной. Впрочем, делать это приходилось осторожно, не выдавая себя.

Выйти из кафешки незамеченным, пожалуй, не получится. Но, как долго планирует здесь находиться Боря? Он - в чужом городе, нужны ли ему бесцельные шатания по улицам? Заберёт "малышку", и свалит... Скорей всего, к Рите. О чём обещал ей, в письме...

Закрывшись в туалете, Юра набрал телефон Ильи. Слава богу, трубку взял он сам.

- Илья, нужна твоя помощь...

Сине-желтый УАЗ, подъехал через десять минут. За рулём, сидел сам Илья. Молодец, капитан Лагутин!

Летину показалось странным то, что Боря вел себя спокойно, когда его выводили из кафе. Не "бузил", и не скандалил. Вел себя так, будто бы был уверен, что это - чья-то ошибка, и что она скоро будет исправлена. До тех пор, пока милицейский "воронок" не увез Бориса, из своего укрытия Юра не выходил...

Покинув убежище, он тщательно осмотрел стол, за которым сидел Борис. Увы, ничего подозрительного не обнаружил...

"Необходимо, срочно, побывать в психиатрической клинике. Борюсика, держали в отделении судебной экспертизы. Возможно, что-нибудь о нём удастся узнать именно там... Но, сперва надо отыскать Лариску".

Юра набрал сотовый телефон бывшей жены. Он "молчал"...

Интересно, смог бы я, будь Лариска до сих пор моей женой, оставить её освобождение" на потом"? Думаю, что да. То, что происходит вокруг меня, это не вспышки независящих друг от друга событий. Всё, связано между собой. И даже "наезд" на меня со стороны старлея Мякешина, как это ни странно, вытекает из всеобщей "кутерьмы"... Связь, пока что, не совсем видна, но она есть.


-55-


То, что за рулём милицейского "УАЗика" сидел сам Илья Лагутин, говорило о многом. Во первых, о том, что эта акция - неофициальная. Илья - законник, не станет он посвящать в свои "выкрутасы", даже сержанта-водителя. Репутация "честного мента" - для него, превыше всего. Всё - сам. "Это" нельзя обсуждать. "Это", в крови...

- Назовите ваше имя и домашний адрес. И, пожалуйста, представьте подтверждающий документ.

Кроме капитана и "задержанного", в кабинете никого не было. Сейчас надо молиться, только об одном. Что бы "нечистая", не привела сюда Мякешина. Илья не нервничал. Хороший боксер, это, прежде всего - "стальные" нервы.

Но и задержанный, не нервничал. А ведь Илья заметил, что тот пребывает, далеко ни в лучшем состоянии. Тем не менее, мужчина в лыжной шапочке, извлёк из внутреннего кармана паспорт, и небрежно бросил его на стол, перед капитаном.

Илья раскрыл документ.

- Колядников Андрей Андреевич? - Лагутин испытывающе посмотрел на мужчину, которому адресовал свой вопрос.

Тот спокойно ответил.

- Там написано правильно. Ударение в фамилии расставили верно. Если вы, это имеете в виду...

Отыскав сведения о прописке, Илья поднял телефонную трубку. В течение нескольких минут, он выяснял у девушек с "паспортного", действительно ли в Алуевске есть такой адрес, и проживает ли по "нему" - некто Колядников Андрей Андреевич. Получив утвердительный ответ, он поблагодарил сотрудниц "смежной службы", и вернул документ владельцу.

- Скажите, Андрей Андреевич, вы где-то работаете?

- Конечно. Кто ж сегодня, будет бездельника кормить? Агентство недвижимости "Конкрет", исполняю обязанности директора. Временно. Можете позвонить, спросить. Но, мы хоть и работаем на этом "рынке" уже давно, получили лицензию лишь на прошлой неделе. А тут ещё, с регистрацией, столько ждать пришлось. Не понимаю, зачем через Москву всё делается, а? - "Задержанному" было плохо. Несмотря на это, он с горечью на лице, призывал капитана, восстать вместе с ним, против чванливых чиновников. Это, придавало его словам особые "правоту" и "справедливость". - Вот вы, представитель власти, объясните мне, что происходит? Почему я, предприниматель из Алуевска, для того, что бы делать свой бизнес у себя дома, должен получать разрешение на это, аж в самой столице? Скажите мне, это справедливо? - Он немного помолчал. Потом, сделав глаза хитрыми, зашептал. - А вообще, я знаю, почему вы меня задержали. Это вам Шарыгин "накапал". Ведь, так? Ну всё, вы не "отпираетесь", значит, так и есть... Да не брал я его "калькулятор", не брал! Ну, как он понять-то, не может? Эх, Шарыгин, Шарыгин... Вы уж его просите, он ведь, маму осенью похоронил.

Андрей Андреевич смущенно опустил голову.

Капитан, на всякий случай позвонил в "справочную", но там, действительно, данных на агентство "Конкрет" не имелось.

- Говорите, номер вашей "фирмы".

- Четыре-два-четыре-девять-восемь-один...

На том "конце", ответили сразу. Мужской голос, не очень приветливый. "Тройка", по пятибалльной системе.

- Агентство недвижимости "Конкрет"?

- Да.

- Могу я, услышать Андрея Андреевича?

- К сожалению, Андрей Андреевич отсутствует. С обеда, ещё не вернулся. Назовитесь, я наберу вас, когда он появится...

Лагутин положил трубку.

Отпустив задержанного, и, разумеется, извинившись перед ним, капитан начал расхаживать по кабинету. Похоже, у Летина не выдерживают нервы. Где уж тут, выдержат? Он ведь, не Рэмбо... Почему ж, он сам-то, не появился? Ах да, он же "бегает" от Валерки Мякешина. А куда ему звонить? Жаль, что он нашёл меня, на "рабочем". Позвонил бы на "сотовый", я бы, его номер узнал...

В кабинет вошел старший лейтенант Мякешин. Он насвистывал мелодию, состоящую из одной ноты, и абсолютно синхронно отстукивал её ладонью по бедру. Это свидетельствовало, у старлея отличное настроение.

- Илюха, привет! Чего на рабочем месте делаешь? Ты же, после "суток".

- Привет, привет. Да вот, зашел, кое-какие бумаги занес...

Неожиданно, Мякешин приставил к столу Ильи дополнительный стул, и, сев на него верхом, поинтересовался.

- Слышь, ты никогда, ничего не слыхал про передачу "Территория правды"?

- Ну, идёт такая на "местном", не более... А что?

- Да нет, ничего... - Валера вновь начал насвистывать мелодию из одной ноты...

Вечером того же дня, состоялся разговор между Юрой и Ильей. Илья сразу понял, что Летин думает о чем-то другом. Никак, не о предмете их обсуждения. Во всяком случае, информацию о том, что в кафешке он обознался, Юра воспринял спокойно.

- Илья, надеюсь, я тебя ни очень, поднапряг, а? Пойми меня правильно, твой сосед по кабинету, не успокоится до тех пор, пока меня не арестует. Не обманывай себя мифами, о, якобы, существующем между вами взаимопонимании.

Илья не нашёлся, что ответить.

- Юрка, будь осторожен...


-56-


На то, что все телефоны в тетрадке Борюсика - семизначные, Юра обратил внимание сразу. Добыть кое-какую информацию о Боре, можно, позвонив кому-то из его знакомых. Юра выборочно набрал несколько московских номеров. Однако, объяснить внятно, почему житель никому неизвестного Алуевска, интересуется Широковым Борисом, он не смог. Но Летин, обнаружил в том списке, и "местный" номер. Состоящий из шести цифр, он выглядел "белой вороной", и принадлежал человеку, с интересной кличкой "Лобес". А чем черт не шутит, - воскликнул Юра, и по "номеру", поискал в компьютерной базе его владельца. Увы, не нашёл! Телефона с таким номером в Алуевске не было. Во всяком случае, не значился ни за кем, из частных пользователей. Хм-м-м... Начало, неплохое. Лобес, Лобес, Лобес... Лобисимов? Лобисцин? Лобеспьер? Такой фамилии, кажется, нет... А Лобочевский? Такая - есть. Но эту ли фамилию, носит "в миру" чувачок по кличке Лобес? Вариантов - "тьма"...

Юра ещё раз изучил весь список. То, что перечисленные в списке люди обозначались, кто - по фамилии, а кто - кличкой, ни о чём не говорило. Как мне удобно, так и пишу... И в конце концов, "шестизначная" система нумерации, ни только в Алуевске... Ладно, с этим - повременим...

Гораздо большую озабоченность, в настоящий момент вызывали два обстоятельства. Исчезновение Лариски, и, появление в городе Бориса. Ведь, Илья задержал именно его. Или, как пишут в кляузах на высокопоставленных мужей - "мужчину, похожего на господина Широкова"...

Прежде, чем попасть к братьям в Озёрск, Боря побывал в психиатрической клинике, в Перми. Ну и что? Не в Бостоне, ведь... Неужели, у меня "в родне", не найдётся ни одного знакомого врача-психиатра?

Сапунов Толик, его бывший сокурсник, работал нынче в областной психиатрической больнице, и информацию о пациенте Широкове, предоставил Юрию в считанные секунды. Непонятно зачем, сказал: "Юра, я на тебя надеюсь ...". И с покаянным видом, достал из высоченного шкафа потрепанную временем папку.

Юра не верил своим глазам, до последнего момента. Он вырвал "папку" из рук сокурсника, и прочитал вслух.

- Широков Борис Львович... - Очень быстро отыскал последнюю запись, и посмотрел на дату. - Толян, Широкова выписали 27 мая одна тысяча девятьсот девяносто первого года? Так значит, во всяком случае - в то время, он являлся жителем нашего города?

- А что тут особенного? - Не понимающе переспросил Сапунов, забирая у Юры "историю болезни". - У нас, Юра, все - жители нашего города и области. Сейчас, я найду тебе адрес нашего Борюсика...

- Его, что, уже тогда так прозвали?

- Он сам, себя так назвал. В первый же день. Вошёл в столовую, врезал самому здоровому санитару в пах, и, улыбаясь, сказал, - я, Борюсик. А сам - пятнадцатилетний пацан. Высокий, правда. Санитары, подрабатывающие алкаши с наркологического отделения, за такое - запросто могли, почки отбить. Я его и спас в тот раз... - Толя замолчал, и вновь зашуршал бумагой. Отыскав нужную запись, заведующий отделением прочитал вслух.

- Улица Карла Маркса, 15 - 15..., это - за бывшим "Детским миром".

Юра, о чём-то подумав, усадил Толю, за его рабочее место.

- Я хочу, поговорить об этом. Ведь я хотел, что бы ты звонил в Пермь, наводил справки по моему "фигуранту"... Всё - намного проще. Поговорим?

- Ну, что ж, поговорим. - Важно начал Толя Сапунов, перелистывая всевозможные бумаги, справки, записи... - Я хорошо помню, этого мальчика. У меня, по-моему, ещё интернатура не была пройдена, когда он поступил к нам в отделение в первый раз...

После окончания института, Анатолий Васильевич Сапунов сразу же распределился в областной психоневрологический диспансер, и довольно скоро - стал заведующим отделением.... Многих удивил его быстрый карьерный рост, но никто, лишних вопросов не задавал. Широкова, Толя вспоминал, как одного из своих первых пациентов.

- Понимаешь, Юра, я-то, как раз, всем доказывал в то время, что Широков - никакой не "больной". Что он, самый обыкновенный симулянт. Парень "косил" шизофрению. Надо сказать, весьма, похоже, получалось. Правда, это касается лишь его артистических данных. "Валять дурочка", он - мастер. А что касается, собственно болезни, которую приходилось симулировать, так здесь - я его сразу вычислил. И хотел, было, дать пинка под зад и выкинуть из отделения, но...

Толя встал и закурил. Насколько Юра помнил, раньше Сапунов никогда не курил.

- Что было дальше?

- Ничего. Больной пролежал в отделении пару месяцев. А потом, его забрали.

- Кто?

Толя рассмеялся. Было заметно, что неискренне. Не мог он рассказать Летину о том, что сам, той весной, был пойман на выдаче "липовых" справок призывникам в СА. Избежать суда, ему помогли. А потом, с психиатром Сапуновым, "поговорили". Очень убедительно, попросили не усердствовать с постановкой "правильного" диагноза.

- ..., подполковник, который со мной беседовал, помнится, напоследок, угостил меня американской сигаретой. Я в то время, ещё не курил. Он замахнул стакан спирта, причём, сам попросил. Отрыгнул, и улыбнулся. Спросил, - а оно, вам надо? Подумайте, говорит, о карьере. Дескать, у нас плодотворное будущее....

- "Плодотворным", бывает сотрудничество...

- Да, конечно, - согласился побледневший Сапунов.

Юра, глядя в одну точку на стене, спросил.

- Подполковник, из КГБ?

- Летин, я ничего не знаю. Я говорю, как есть. Голые факты. Уже после, я узнал, что Широков обвинялся в совершении какого-то страшного преступления. Кажется, двойное убийство. - Толик извлек из письменного стола пол бутылки спирта. - Ты, будешь? - С надеждой в голосе спросил он у Летина.

Видя, что сокурснику надо снять стресс, Юра выпил треть стакана. "А ведь ты, старина, бухаешь не "по-детски". - Подумал он, разглядывая "сосудистые" звездочки на лице психиатра. Дрожь в пальцах рук, Летин объяснял поначалу этой же причиной. Он понимал, что за "просто так", выдачу "липовых" больничных справок никому и никогда не прощали. Особенно, в то время... Толю, Юра не осуждал. Хоть и понимал, на "этом" его сотрудничество с "рыцарями меча и кинжала", очевидно, не закончилось...

Поблагодарив Толю Сапунова, Юра покинул территорию больницы. В кармане запиликал "сотовый". Оставшийся у него телефон "гэбиста", он мог использовать по своему усмотрению. Пока, разумеется, на счету есть деньги... Однако, звонить на этот "номер", никто кроме Игоря-гэбиста не мог. А Игорь, мёртв. Юра посмотрел на высветившийся, на дисплее "номер". Софья?

- Да! - Рявкнул он в трубку.

- Юрий Феликсович, здравствуйте! Не ожидали?

Это, действительно, была Софья. Он честно признался.

- Не ожидал.

- Вообще, это - здорово, что я вас нашла, - пояснила она свою радость.

- А вот я, например, не разделяю вашей радости. - Причастность Софьи ко всем неприятностям последнего времени, становилась, всё очевидней и очевидней. Уже давно, эта женщина не была Юре, столь же симпатична, как в первые дни их общения... Странно, - ещё совсем недавно, он искренне за неё переживал...

"М-м-м... Софья - с Игорем! А Игорь - доставил мне уйму хлопот... Ларку-то, я так и не нашёл... Если бы, Софья была со мной откровенней, удалось бы избежать многих проблем. В том числе, и смертей..."

- ...Юрий Феликсович, вы меня не слушаете... Как, насчёт, отужинать вместе...

Юра прокашлялся.

- Софья... Фрау Могилевская... Уезжайте в Польшу. Вам удалось, меня немножко попользовать. Удивляться не приходится, у вас - неплохой учитель. Жаль, его уже нет в живых... Но он, тоже, успел меня попользовать... - Юра посмотрел на часы. - Софья, вы - страшный человек. Но, одно меня утешает. Ваши деяния, просто не могут, остаться безнаказанными. Это - закон диалектики... И ещё..., я рад, что все вы - облажались! Не звоните мне больше!

- Юра нажал на "сброс"...

- - -

Деревня Коровино - издавна, имела статус "дремучего захолустья"... Скитаться здесь в темное время суток, занятие, не для слабонервных. Стайки голодных бездомных собак - наименьшая из опасностей, поджидающая здесь путника... Летин приближался к общественной бане. Если идти напрямую, получится быстрее. Однако, преодолевая заросли кустарника, можно сильно пораниться. Острые шипы боярышника, ранят одинаково - и зимой, и летом.

Огибая баню, ни как обычно - с левой стороны, а, двигаясь напрямую, через облысевшие заросли боярышника, Юра почувствовал, что он в кустах - не один. За ним ли это следят, и откуда ведётся наблюдение, понять сразу, не получалось. А может, показалось? И всё-таки, выходить на открытое пространство, Юра поостерегся. До дома Аглаи, он дойдёт сквозь толщу зарослей. Так - спокойней, к тому же - намного ближе...

Небо заволокли темные тучи. "Дождя-то, нам как раз и не хватало...". Впрочем, дождя, скорей всего, не будет. Однако темные тучи, в совокупности с грязно-серым снегом, делали пребывание в этом районе, тягостным. Кусты росли вплотную друг к другу, и имели высоченный рост, поэтому, Юра немного изменил направление. А когда вышел из "укрытия", обнаружил, что дом Аглаи он прошёл. Решив устранить возникшую "погрешность", так же, внутри зарослей, он пошёл обратно. Сделав первый шаг, Юра вдруг заметил шевеление где-то рядом. Застыв в неподвижной позе, он вгляделся в темноту. Справа от него, раздвигая колючие ветки, кто-то пробирался к дороге. Оттуда же, донесся негромкий кашель. Кажется, мужчина...

Юра присел на корточки, и приготовился ждать, как ещё, проявит себя незнакомец. Ждать, пришлось долго. Незнакомец, притащил с собой какой-то ящик. Или, портфель. Так, во всяком случае, показалось Юре. Этот скиталец, похоже, планирует задержаться здесь надолго.... Вспыхнула короткая огненная точка. Наверное, зажигалка? Через некоторое время, до Юры донёсся запах хорошего табака...

То, что Борюсик не курит, Юра помнил. Но, чем чёрт не шутит? Вдруг, начал...

Внезапно, словно чего-то, испугавшись, "сосед" зашевелился, затушил сигарету, и покинул своё место. Юра поднялся с корточек. Опустив воротник пуховика, он направился к дороге, раздвигая руками колючие ветки...

Смешной и нелепой будет любая попытка, восстановить посекундный хронометраж того, что произошло потом. Какой-то острый предмет просвистел над головой Летина, но уже после того, как он "поднырнул" под скосившийся набок куст. Нагнись он, на тысячную долю секунды позже, его голова сейчас, валялась бы где-то рядом. Не пытаясь разглядеть лица нападавшего, Юра выскочил из зарослей, и помчался в сторону домов. Преодолевая желание укрыться в первом попавшемся, он добежал до "нужного" дома, и, заскочив во двор, чуть не сбил с ног подошедшую к калитке женщину. Нежно поддерживая Аглаю, он провел её в дом, и задвинул щеколду.

- Извините, я всё вам объясню позже.

Юра прошёл к окну, отодвинул шторку, и, приблизив лицо к самому стеклу, просмотрел видимую часть улицы. Видимо удовлетворенный результатами разведки, он задернул поплотней занавеску, и присел к столу.

- Здравствуйте. Это - я.

Аглая тоже, присела. Она смотрела на Юрия и ждала каких-то "объяснений". Сегодня, этого мужчину она "чувствовала". Сегодня, он был "рядом". Но в то же время, она видела и то, что он, а точнее - его "судьба", находится, где-то далеко. Она не могла сконцентрировать свое внимание, на каком-то конкретном элементе окружающей его ауры. В её "восприятии", "судьба" Юры соприкасаясь с огромными шарообразными сгустками зла. Иногда, эти расплывчатые шары наслаивались один на другой, и тогда, Юра "пропадал". А затем вдруг, "всплывал" поодаль... "Он - одновременно, и "охотник", и "жертва". Надо понять простую истину, - нельзя находиться между "ягнёнком" и "львом", и не превратиться в кого-то из них... Он делает много лишнего, ненужного. Расходует свою энергию "впустую"...

- Я знала, что ты придёшь снова. Постарайся, на время "исчезнуть". Поверь, ты не сможешь на что-то повлиять. Но я вижу и чувствую, на тебе - сильная защита. Даже я, не могу проникнуть внутрь твоих переживаний. Чувствую, что хочешь, мне что-то сказать, дать какой-то совет, но не хочешь обидеть... Так?

Летин проглотил слюну, и облизал губы.

- Совет, дать хочу. А обидеть, ни только - не могу, но и - не вижу оснований... Постарайтесь, без надобности не выходить из дома по вечерам. Хотя бы, в течение этой недели...

Аглая тихо произнесла.

- За домом следят. Я это знаю. Это началось, задолго до тебя. Людей портит жадность. Подлость, пороки, искушения - всё вторично. На первом месте, жадность..., - она замолчала. - Потом, вздрогнув, взяла Юру за рукав. - Ты, тоже, не ходи через кусты. Иди по дороге, мимо бани... - Она замолчала.

Женщина смотрела ему в глаза. Она считывала с ауры, окутывающей Юру невидимой плёнкой, его ближайшую судьбу. Многие, ей не верили, называя, то гадалкой, то знахаркой, то шарлатанкой, и, даже, спекулянткой... Будучи бессильной, перед многообразием земных чудес, официальная наука нашло наиболее удобное для себя объяснение, взаимоотношений материи и сознания. Исключив любую иную связь, между временем, пространством и массой, ученые запретили "инакомыслие" в естествознании. Инквизиторские преследования оппонентов, занимают многих ученых мужей гораздо больше, нежели сама наука. Но совершенно очевидно, что существуют, нематериальные носители сжатой информации о биологическом объекте. Например, волновые, или энергетические. Или, какие-то, другие... Неизвестные сегодняшним физикам.

Юра чувствовал, что Аглая волнуется. Похожее состояние испытывал он сам, впервые выходя к "больному", один на один...

Аглая затаила дыхание, и уставилась в одну точку.

- Ты хорошо знаешь город?

- Да, неплохо. А что?

- Тогда, вспоминай, - большой круг, а в его центре, огонь...

- ???

- Да. Огонь. Я не могу объяснить по-другому. Пламя, огонь, свет... - Аглая начала нервничать. Она, как бы всматривалась "закрытыми" глазами, внутрь себя, ища там источник видений. А губы, тихо шептали. - Много людей. И никто - не спешит, никто - не уходит... Погоди, погоди... Дракон. Кажется, дракон... У него изо рта - столб огня... - Женщина умоляюще посмотрела Юре в глаза. - Ты не должен туда идти. Там - зло. И его, много...

Аглая встала, и тут же, села обратно. Затем, словно вспомнив о главном, протянула руку.

- Дай фотографию. Я знаю, ты не нашел жену. Но я в тот раз, тебя не обманула. Её увели оттуда, чуть позже. Ты не успел.

Женщина поднесла ладони к фотографии. Затем, начала описывать ими странные, причудливые пасы, шевеля при этом губами. Последнее, делалось, по привычке. Конечно же, Аглая не была шарлатанкой. И то, что женщина подробно описывала объекты и события, происходившие вдали от неё и с неизвестными людьми, не было "фантастикой". Она не могла объяснить сама, каким образом проникают в её сознание картинные образы. Но всегда, быть может - с неодинаковой силой, но она видела фрагменты жизни, человека на фотографии. Иногда, было достаточно, посмотреть на фото. Иногда, ощутить его ладонью, не прикасаясь. На всякий раз, едва Аглая прикасалась к самой фотографии, "изображение" исчезало. - Вижу женщину. Это она. Скажи, родинка около пупка есть?

- Да, и одна - на левом бедре... - Начал, было, Юра, но вовремя спохватился.

Ясновидящая посмотрела на него с укором.

- "Твоя". Лежит в воде... Не бойся, она - расслаблена. Я не чувствую никакой "защиты"... Она - вне опасности... Вокруг неё, повсюду - твоя аура, твоя оболочка...


-57-


Лариса открыла глаза. И сразу же, зажмурилась. Ей в лицо были направлены два ярких фонарика. "Кто это? Неужели, менты? Вот, позор! И где это я лежу?".

Лариса лежала на лавке, внутри остановочной будки. Каким образом, она оказалась здесь, женщина не помнила. Последним, что возникало без искажений в её памяти, был разговор с этим беспардонным мужчиной, который не отпускал её домой. Появившись у них на работе, и представившись "сочувствующим", он уговорил её, посетить один адрес. Квартира, якобы, часто использовалась бывшим Ларкиным мужем, для встреч с многочисленными пассиями. Поверила? Поверила! То, что у Юры для этих целей есть своя, собственная "трешка", ей и в голову не пришло. Как и то, что по состоянию на сегодняшний день, её мужем является не Летин. Одержимая идеей "разоблачения", она почувствовала азарт охотника. В результате чего, сама оказалась в плену. В том, что всё это - выдумки бывшего мужа, Лариска была уверена, на все "сто". Шутка, в его стиле. Сперва, заманить, сыграть на какой-то твоей слабости, а потом, как ни в чем не бывало, подмигнуть и рассмеяться... Он и раньше, от любой ссоры, уходил именно так...

Однако бывший муж не появлялся очень долго...

Когда, этот похожий на "революционера" мужчина, вернулся после долгого отсутствия, Лара спросила.

- Когда закончатся эти издевательства надо мной?

- Если вы считаете, что пребывание в этой квартире - издевательство, то, не смею вас задерживать. Примите извинения, по поводу причиненных неудобств...

Чем вызвана такая перемена в настроении мужчины, понять было трудно...

Больше, ничего не вспоминалось... Я, там и уснула? Да нет. Кажется, вышла из подъезда сама... Потом, какой-то частный сектор, дома, стройка... Шприц... Укол... Укол?

Ларка вновь, попыталась открыть глаза.

- Да уберите же, этот дурацкий свет! Кто-нибудь, помогите мне встать!

Свет погас. Его источником, являлись фары автомобиля. Разобрать "марку", было невозможно. По обе стороны от капота, стояли крепкие парни, всего - кажется, четверо. Сейчас, они меня изнасилуют? Или, не будут? Да нет, скорей всего, будут!

Чем дальше, возраст отделяет женщину от её изначальных, "пьянящих" форм, тем более логичным ей кажутся подобное предположения.

- Что вам нужно? Предупреждаю сразу, я буду кричать! - Лариска забилась в угол. Данная будка, помимо того, что было остановкой, являлась также, и общественным туалетом. От запахов Ларку тошнило, но "отдаваться" без боя молодым насильникам, женщина не собиралась.

К ней подошел симпатичный молодой человек, и протянул руку.

- Поднимайтесь. Ваш муж просил, отвезти вас домой. К нему, домой. Но он, не оставил адреса. Если вы не желаете воспользоваться "колесами", мы - уезжаем. Выбирайтесь сами... Впрочем, в таком состоянии, нельзя ездить общественным транспортом.

Парень говорил очень ровно, приятным голосом. Спокойно, но при этом - довольно убедительно. Остальные "насильники", забравшись в автомобиль, лениво поджидали водителя...

Попова, 130. Там приходилось бывать, ещё задолго до замужества с Летиным. Все-таки, прежде чем в ЗАГС идти, Ларка умудрилась два аборта от него сделать... А ведь, здорово было в то время! Готовились к экзаменам... Не вылезая из постели... Красота. С кем же ещё, мне было так же интересно и весело? Пожалуй, ни с кем...

Ребята довезли её до самого подъезда. Хотели сопроводить до квартиры, но она отказалась. Сообщив, что ей - заметно лучше. Те, пожелали здоровья, и умчались. Даже, денег не взяли...

Парни, не оглядываясь, вернулись в свой автомобиль, и спешно уехали. Поездку сюда оплатила некая "заезжая штучка". По возрасту - ровесница этой, а по фактуре - Европа "отдыхает".

- Придет в себя, самостоятельно. - Наставляла "работодательница". - Ни в коем случае, не тормошите её. Никаких пощечин, холодной воды и так далее... Очнется, предложите - отвезти домой..., и запоминайте адрес. Адрес сообщите мне. За все, про все - сто баксов. Действуйте. Деньги, разумеется, после работы...

Каким образом эта дама, дотащила "пьяную" до остановки, остается лишь догадываться. Та, которую отвезли, лыко не вязала. А алкоголем, вроде бы, не пахнет...

Ларка своим (!) ключом открыла Юркино жилье. Относительный порядок в прихожей, она восприняла, как оплеуху. Наверняка, баб водит...

Проверила, имеются ли изменения после её последнего несанкционированного проникновения в эту квартиру.

"Новый компьютер купил. А всё, денег нет...".

Наполнив ванну, она залезла под воду и вытянула уставшие ноги...

Журчание воды, создавало приятный звуковой фон. Женщина закрыла глаза. И стала, медленно погружаться в "нирвану". Уровень воды поднимался всё выше и выше. Вот, уже закрыты колени, грудь, подбородок. Теперь, оба уха находятся под водой, и звук подающей воды, стал восприниматься, по-другому... Ларка заснула...

Как долго она пролежала в ванной? Наверно, минут сорок? Где же, Летин? Нарверное зря я сюда пришла? Выскажу ему всё потом!

Приняв ванну, женщина подсушила волосы, нашла в шифоньере какой-то халат, и прилегла на диван. Затем встала, и поискала в холодильнике спиртное. Не нашла. Снова прилегла. "Немного полежу, и поеду домой. Настька, всё равно, с "показательных" ещё не приехала...". Лариса снова, погрузилась в сон.

Открыв глаза, она не могла понять, - что её разбудило? Сколько она проспала на этот раз?

И только она задала себе этот вопрос, послышался звонок в дверь. Видимо, звонок - второй. Первый, меня и разбудил. Нехотя встав с дивана, Ларка прошла в прихожую, и посмотрела в глазок. За дверью стояла незнакомая женщина. "Начинается", - подумала Ларка. И открыла дверь.

Пришедшая, была её ровесницей. Или, чуточку помладше. Что вы хотите, разве ж Летин, будет встречаться со старухами, - с "гордостью" за мужа констатировала Ларка, и тут же, мысленно добавила, - козёл!

- Вы, только меня простите, ради бога, - начала, позвонившая в дверь дама. - В своё время, мне порекомендовали вашего мужа, как консультанта...

- И по каким же вопросам, он собирался вас консультировать. - Не дала ей договорить Лара. - Насколько я помню, он мог дать дельную консультацию, лишь по одному вопросу. Да и то, в последнее время, начал отставать от ритма жизни... А что, хотели вы?

- Видите ли, я и ваш муж - коллеги. В смысле - занимаемся одной и той же научной проблемой. Но он - в Алуевске, а я - в Челябинском государственном университете. Сегодня я приехала с научной конференции, из Бостона. У вас - проездом. Уезжаем завтра, в двенадцать ночи. В Бостоне я читала доклад, который целиком был посвящён научным экспериментам Юрия Феликсовича. Вашего мужа. Это, по "крови"... Короче, ему причитаются деньги. Пять тысяч долларов... Вы позволите, войти?

- Заходите, - по-хозяйски распорядилась Лариска. - Как, вас зовут?

- Софья Антоновна. Вам муж, ничего обо мне не рассказывал? - Софья еле сдерживала улыбку. Она ликовала. Тезис "Деньги - ключ к сердцу любой женщины", работал безотказно...

- Нет, не рассказывал. - Покидая прихожую, Лариса бросила через плечо. - Тапки, на обувной полке. Не забудьте погасить свет.

О том, что дома - её, быть может, ждёт муж, не "бывший" - а "нынешний", Лара не думала. А что вы хотите, 25% Летинского гонорара, по закону, причитаются ей. Не ей, конечно, а Настюхе, но это - одно и то же...


-58-


- Илья, сядь, пожалуйста, чуточку правей. Не хочу светиться, вон перед той белокурой мадам. Валюха, с "четырнадцатой" кардиологии. С Олежкой Петюниным ходила, до третьего курса. Девушка без комплексов..., - Юра сделал глубокую затяжку, и затушил сигарету. - Вообще-то, давно - не девушка. У неё - трое внуков...

Юра нервничал. И, из-за этого, много говорил. Такое, бывало с ним всегда, перед каждым серьезным делом... Предстартовый мандраж, - говорила его мама.

Ресторан "Конго" собирал гостей. Вот она, черта нашего времени - посещение ресторана, но не с целью, поужинать. А с целью - порешать наболевшие проблемы. Возможно, сегодня и здесь, "всё" закончится.... А закончится ли? Быть может, самое интересное, только начинается?

Темнокожая официантка, принесла горячее.

- Когда в последний раз принимал пищу, уже и не помню, - пожаловался Летин, и набросился на шашлык. Срывая с шампура куски горячего мяса, он успевал ворчать. - При чём тут, "Конго"? Почему, не назвать заведение, скажем, "Узбекистан"? Или, "Нидерланды"?

Сходить в ресторан, предложил Юра. Предложение прозвучало в телефонном разговоре, и Илья не видел в этот момент лица своего друга. А то бы, он наверняка обратил внимание на хищный блеск, то и дело появляющийся в его глазах.

Поход в кабак, не был для Юры способом, разогнать тоску. Здесь, он узнает сегодня, кто же всё-таки..., впрочем, загадывать, рано.

Налив себе и капитану, по "полной", Юра вопросительно взглянул на Илью.

- Чего-нибудь, скажешь? Скажи, сделай приятное. Тебе, Илюша, надо бы, почаще выступать "на людях". Генералом ведь, поди, скоро станешь? А у генерала, вся работа из этого и состоит, - говорить, говорить, говорить... Представляешь, ты говоришь, тебя - слушают... Ладно, я, кажется, не о том...

В его кармане зазвенел сотовый телефон. Юра посмотрел на "номер", высветившийся на дисплее, и отключил "мобильник". Звонила Софья. Слышать её, Юре было неприятно.

Они немного помолчали.

- Илья, скажи, у старшего лейтенанта Мякешина - как, с раскрываемостью?

Капитан Лагутин задумался, потом, вдруг рассмеялся.

- Юра, а тебе - зачем? - И, не дожидаясь Летинских пояснений, сообщил. - Вообще-то, он ведь - не "следак". У "оперов" - своя статистика, свои показатели... Но ты, прав. После того случая, ну, у вас в институте, он, действительно, блестяще закончил два дела. Причём, оба - безнадежные "висяки"... Да, и знаешь, на днях, он задержал Кулешова, убийцу Лакаева, и.о. директора филармонии. А ведь там, "стопроцентный глухарь"... С тобой одним - у него сложности.... А почему ты спрашиваешь? - Наконец, удивился он.

- Да нет, просто... - Юра снова, задумался о чём-то своём. Затем, предположил. - А может, он обозлился, что я порчу ему показатели?

- Нет. Вряд ли. Сегодня не те времена. Хотя, конечно, нам достается от начальства, когда долго не сдаем "дело"... - Подумав немного, Илья очень тихо произнес. - Юра, я не хотел тебя ставить в известность, но у Мякешина - есть пленка, на которой заснята, та "сцена" в лаборантской комнате. Когда, всё "это" произошло, - пояснил он, после некоторой паузы.

Летин недоуменно посмотрел на Илью.

- Почему, ты скрыл от меня? - Юра старался тщательно подбирать слова. - А, ну да... - Он понимающе замолк. Дескать, чего я требую? Ты ведь, не должен мне помогать. Хотя, я-то с тобой был всегда откровенен...

- Да не дуйся ты, Летин. Во-первых, ты пропал...

- А во вторых?

- А во вторых..., - капитан замолк, пытаясь говорить убедительно. - А во вторых, по той "записи", тебе ничего не "пришьёшь", по ней - ты не виноват...

Юра оживился.

- Мне необходимо на неё взглянуть...

- А вот это, Юра, пожалуй, невозможно. Плёнка у Мякешина. А он, да будет тебе известно, даже мне, показал её, всего лишь один раз...

Юра встал и, обойдя вокруг стола, сел на место. Жестикулируя, словно читая студентам лекцию, он произнес.

- Пойми, Илья, возможно, вы чего-то не разглядели. Понимаешь, я же лучше вас всех знаю Жаркову. Быть может, мне будет достаточно, посмотреть на её лицо, уловить направление её последнего взгляда, ну, каким-то образом что-то понять....

Лагутин взволнованно замахал руками.

- Юра, дорогой ты мой человек, здесь - я бессилен. Ну, чего хочешь, проси, а от просмотра пленки, придётся отказаться.... Ну, не могу я с этой просьбой обращаться в Валерке. Не могу.... - Илья, видать, уже пожалел, что завёл разговор о "плёнке". Он постарался отвлечь Юру от тревожных мыслей. - Кстати, посмотри, заходит какой-то бородач. Это - он?

Юра глянул на входящего в зал седого "цыгана", и покачал головой.

- Да нет, Илья, "наш" - значительно моложе...

Но Илья уже заботливо интересовался.

- Юра, тебе положить мяса.

Юра рассмеялся.

- Положи, Илья, положи. Можешь, ещё и перчика прихватить... О! Спасибо... И, пожалуйста, "зелени" - побольше. "Жена была довольна мужем - был подан сельдерей на ужин", - процитировал Юра, кого-то из популяризаторов огородных растений. И отправил в рот по небольшому пучку - петрушки, кинзы и сельдерея.

Оба, увлеченно "закусывали". Распорядок дня, каждого, исключал такую возможность - есть, когда хочешь, и сколько хочешь. О том, что бы кушать ещё и - то, "что хочешь", Илья и Юра, давно уж не мечтали. Один - холостячил, второй - жил с женой-мегерой. Которую, ничего, кроме денег в доме не интересовало.

- Юра мы долго здесь будем сидеть?

Юра немного подумал, и налил, по полной рюмке.

- Илья, зачем мы здесь, и что нам предстоит делать, я расскажу тебе, чуточку попозже, когда подтвердится одно моё предположение. А пока, ешь, пей, отдыхай, и делай всё, что захочешь... Кстати, "вольная программа" может распространяться и на ту сексапильную шатенку, завидев которую, ты поинтересовался, как долго мы будем здесь находится...

Илья виновато заулыбался, пряча от Юры глаза. Но тот, не обращая на него внимания, спросил.

- Капитан, ты взял пистолет, как я просил?

- Ну конечно, Юра...

- Я думаю, он не понадобится. Хотя, вполне возможно, достать его - тебе, всё-таки, придётся. Как ты и догадался, сегодня мне может понадобиться "прикрытие". Быть может, и не понадобится...

Начиналось оживление. Для каждого ресторана, время начала "всеобщего движения" - строго индивидуально. Везде - "по своему"... В "Конго", сия "константа" равнялась "девятнадцати часам - тридцати минутам".

Официантки забегали пошустрей. Участилась стрельба шампанским. Кое-где, начались выяснения отношений на "повышенных" тонах. Коллектив музыкантов, целиком, состоящий из полуголых танзанийцев, наяривал какую-то мудреную композицию, на десяти барабанах. Очевидно, что-то, танзанийское. Возможно, у них на родине, эта популярная "тема", называется "Блюз убегающего стада". Понятно дело, что речь - о стаде слонов...

- Так, Илья, теперь - максимум внимания. Обрати внимание, в зал входит здоровяк. Видишь его? - Сам Юра видел всех входящих в зал, через отражение в зеркале, висящем за спиной у Ильи. Илья же, сидел к входу лицом. Заметив "входящего", он опустил глаза. Юра комментировал. - Он занимает столик, прямо перед сценой. Смотри, это - его столик. Видишь, даже не дожидаясь "заказа", обе официантки "зашустрили"? Это говорит о том, что он тут, постоянный клиент. Борюсик, поесть любит. У Братьев, впрочем, он ел поскромней.

Теперь, Юра был уверен, в ресторане - Широков Борис Львович. Изобретатель портативного взрывного устройства. Ядерного. Которое, судя по всему, на сегодняшний день - в Алуевске. Но, нашёл ли его Боря?

На сцене, начинался коронный номер ребят из Африки. Под душещипательную композицию, исполняемую, опять же - на одних барабанах, в зал спустился факир, с факелом в руке. Время от времени, подходя к каждому из столов, он подносил огонь ко рту. И тут же, выдувая на факел какую-то жидкость, выбрасывал высоко в потолок столбы пламени. Словно, из "огнемета"...

Факир начал проделывать свой фокус за деньги. Публика, только этого и ждала. После сегодняшнего вечера, половину заработанных денег он отдаст музыкантам. Половину оставшихся, отложит. Что бы, подкопив "круглую" сумму, отослать на родину. Там - семья. Шестеро сыновей. Жена. Беременна, седьмым. Всё будет хорошо. "Всё будет хорошо"... Этот русский фильм он смотрел недавно по телевизору, будучи в гостях у друзей из вьетнамского общежития...

Когда на столе была расставлена вся закуска и выпивка, к Боре подсел какой-то кавказец. А вот, и Тофик! Да это же, тот самый водитель-извозчик, который как-то подвозил меня к дому Софьи. Теперь понятно, почему он так "секретничал". Ведь, дожидался, гад, пока я не закрою за собой входную дверь. Значит, ловушку мне готовили, изуверы... Ну конечно, едва я "поднялся" в квартиру, к дому подъехали "менты" и "скорая". А Игоря убивали, пока я спал в машине этого Тофика... Якобы, он "менял резину"... Собственно, я почти что был уверен, что "гэбиста" убил Боря. Боря - психопат, такие, не прощают.... Да-а-а, как тесен мир. А ведь, нашёл Борюсик пропавшего "партайгеноссе", Тофика. Дружок-то, ещё тот. Натуральный "абрек". Глаза злые, того и гляди, за нож схватится... К сожалению, я этого не понял в тот раз. Иначе, ни за что, не сел бы к нему в машину.

Подошедший, бросил на стол связку ключей. Они, на машине? На той самой? Это интересно. Возможно, отсюда поедут к месту постоянной дислокации... Удастся ли, выследить?

Борюсик и его спутник, о чем-то оживленно спорили. Тот, что подсел позже, ни на секунду не умолкал. Он, то и дело, повторял неприличный жест, адресуя его некоему виртуальному оппоненту.

- Тот, что мордастый - Боря, и есть. Тебя, он не знает, так что - веди себя раскованней. Следи за его движениями. Боря - главный негодяй, он на всё способен. Впрочем, второго - я не знаю. Хоть и вижу его, не впервые. Судя по всему, негодяй - не меньший...

Илья смотрел на Юру, и улыбался.

- А почему ты решил, что наш "подопытный" меня не знает? Но, я ещё раз повторяю, Юра, у него на руках подлинные документы на имя Колядникова Андрея Андреевича. И в офисе, трубку снял кто-то из сотрудников...

- Илья, - перебил его Летин. - Этот сотрудник, в настоящий момент, сидит рядом с Борей. То есть, с Андреем Андреевичем... - Юра с трудом, сдерживал улыбку. - Взгляни, перед тобой, вся фирма - "Андрей Андреич энд Тофик"...

Сохраняя внешнюю невозмутимость, и Боря, и его спутник, ужинали, нахмурив брови. Это означало - любые попытки отвлечь их от трапезы, ни к чему хорошему не приведут. Мол, дайте пожрать спокойно! Дескать, будьте людьми! Жизнь в тайге закончилась, пора бы уж, и очеловечиться. Однако пьяный шум за соседними столами, их особенно не отвлекал.

Юра снова обратился к Лагутину.

- Илья, расслабься. Не будь столь скованным, мы - не на "задании". Понимаешь, у меня есть серьезные основания предполагать, что сегодня здесь нечто произойдет. Поскольку, ресторан, не на территории вашего района, ты здесь - не на работе. Понял? Но пистолет, на всякий случай, сними с предохранителя...

По мере убывания закусок на столе, "парочка" у сцены, принимала, всё более "деловой" вид. Было заметно, что оба - воспринимают сей кабак, родным домом. И, видимо, в силу этого, не оглядываются по сторонам, не шарахаются от каждого взгляда, не стараются говорить шёпотом....

Время шло. В зале нарастал галдёж, как на рынке. Заведение, экзотическое, а собравшиеся - чтят славные традиции отечественного виночерпия. Скоро, начнут крушить посуду, и бить друг другу морды....

Летин ошибался. Люди, отдыхавшие в этом заведении, за те деньги, которые они здесь оставят, имели право вести себя так, как им заблагорассудится. До мордобоя, слава Богу, дело доходило, не часто.

У "интересующей" пары, на столе поменяли приборы. Принесли десерт и бутылку вина. Кажется, крепленого. Глупцы! После водки, собираются пить вино. Впрочем, чему удивляться. Парням завтра, не на работу. Поди, планируют, оттянуться сегодня, "по полной". А интересно, на какие деньги? Быть может, "малышку" - Боря уже "толкнул"? Но, почему же он - до сих пор, ни в комфортабельном салоне авиалайнера, летящего на Баден-Баден? Вместе с Риткой.... А может, ждет деньги? Типа, "стулья - вечером, деньги - утром"...

И Боря, и Тофик, уже ни по разу, сходили в "мужскую" комнату. А на протяжении последних десяти минут, вернувшись в очередной раз из туалета, они что-то обсуждали на "повышенных тонах". Боря, развернувшись вместе со стулом на 180 градусов, подозвал официантку, и попросил её, принести бумагу. Теперь, компаньоны увлеченно что-то рисовали на бумажных салфетках, принесенных официанткой. То и дело, отбирая друг у друга ручку, и делая бесконечные правки в общем рисунке, друзья решили сделать паузу, и "поискать истину". Они "чокнулись", и каждый, подцепив на вилку кусочек сыра, приготовился выпить. Боря, почти поднес бокал к губам, как его, потянула за рукав подошедшая официантка. Она нашла более плотную бумагу, и, готовая заполучить причитающуюся "десяточку", стояла рядом с их столиком. Физик-ядерщик, лишь благодарно кивнул чернокожей девушке, и, по прежнему держа в руке бокал, повернулся обратно к своему спутнику. А тот, уже лежал лицом в недоеденном салате, и пускал носом кровавые пузыри...

Илья, хотел, было, вскочить и кинуться к их столу, но его задержал Летин.

- Илюша, не надо. Это, не твой "участок". Здесь, парни - не хуже ваших работают. Разберутся, - чего, куда, как, и найдут убийцу...

- А кого искать-то, Юра? Неужели непонятно, твой Борюсик, только что, у нас с тобой на глазах, отравил своего компаньона. Мотивы? Не знаю. Хочу узнать, но ты - не даешь...

- Илья, не будь таким трудным. С чего, ты решил, что Тофика отравил Боря? Они ведь, в туалет - вместе отлучались...

- Это, в последний раз. А перед этим, приятель твоего Бориса - один уходил. Я точно помню. И ведь, заметь, они с тех пор - первый раз пьют.

Юра покачал головой.

- Во-первых, говори тише. А во-вторых, ты, я вижу, внимательно смотрел за их столиком. Так почему же тогда, не заметил, что и официант, в их отсутствие, подходил к столу. Менял приборы, забирал грязную посуду.

- Пардон, Юра. Бутылку, они открывали сами. А точнее, открывал Борис. И разливал по бокалам, тоже он... - Илья задумался. А ведь яд, Боря мог подсыпать во время отсутствия напарника. А "тост", предложить после совместного отправления потребностей... Похоже, что "акция" продумывалась заранее. Однако Боря не учел "одного". Того, что за ним, наблюдают...

Тем временем, Тофика взяли за руки и за ноги, и отнесли в кабинет директора. Директор, тоже гражданин Танзании, в этот момент выступал в составе ансамблю барабанщиков. Прежде чем он, поверх ожерелья из зубов гиены, набросил смокинг, и пришел в свой кабинет, прошло какое-то время. Далее последовали, звонки в милицию, вызов "скорой помощи", причитания гардеробщицы бабы Кати (единственной, "нетанзанийки", в штате заведения "Конго"), шёпот зевак...

Но, куда подевался Борюсик? В кабинет директора он прошёл вместе с мужчинами, отнесшими туда труп его компаньона. Выходил ли он после этого в зал, ни Юра, ни Илья, не заметили. Связки ключей, на столе - также, не было.

- Выскочить, посмотреть, какая из машин отъезжает?

- Давай, Илья! Останови, любой ценой!

Через десять минут капитан вернулся. Ни одна машина за это время от ресторана не отъехала....


-59-


Идти, становилось, всё трудней. Окружающая "действительность" расплывалась в глазах. У него кончился инсулин. Но ведь, приехав в Алуевск после Озерского, он обходился без инъекций, гораздо дольше. Что же, сейчас? Заболевание не может прогрессировать так быстро... Видимо, напрасно я пренебрег советами этого "доктора". Не следовало в ресторане, жрать всё без разбору...

Оставив Софью одну, в "холодном" номере гостиницы города Забельска, но, прихватив с собой найденные у неё деньги, Широков Борис Львович не раздумывая, отправился в Алуевск. Здесь - Тофик, здесь - "малышка", здесь - Ритка, здесь, наконец - "доктор Летин"...

Вернувшись в "город своего детства", он, всё чаще и чаще, задумывался о враче, "нанятом" братьями. Летин Юрий Феликсович. Не мог он оказаться там случайно. Никак, не мог! Почему же, я ему поверил? Ведь, неприятности начались сразу, как появился он...

Человеку свойственно, оказавшись в "полосе неудач", искать виновника своего "невезенья". Люди с "наполеоновским комплексом", подвержены этой привычке, в значительно большей степени.

Почему же, я поверил Летину? Что меня в нём подкупило? Как вообще, такое могло произойти, что я рассказал ему, практически, всё?

Дышать стало ещё трудней. Он перешёл на другую сторону улицы. Вдруг показалось, что окружающие смотрят на него с удивлением. Почему, на меня все так смотрят? У меня, что - изо рта, пена идет?

Стало казаться, что по телу пробежалась стайка щекотливых насекомых. К кожному зуду он привык. Но сейчас, зуд стал нестерпим. И дыхание... Воздуху не хватало. Ему стало безразлично, смотрят ли на него окружающие...

Упав на асфальт, расцарапал подбородок и лоб. Но, боли не почувствовал. Падал, словно в замедленной съемке... А потом...

А потом - круги. Много кругов, ещё больше, ещё... Пока, наконец, "изображение" не исчезло совсем...

Когда Боря открыл глаза, ничего, кроме кафельных стен и штативов с капельницами, вокруг себя не увидел. Очень скоро к его койке подбежала медсестра.

- "Судно" на полу, под кроватью. Скоро вам сделают "капельницу". А потом, подойдёт Катя, скажете ей все свои данные. При вас не было документов. С вашей болезнью, нельзя покидать дом, не имея при себе паспорта... В "диабетической" коме, к нам часто привозят....

Я упал, прямо на улице. Когда, возвращался домой из "Конго"... Тофика, нет. Туда ему и дорога. Одно интересно, этого "шута", на экспертизу повезут? Его паспорт, у Ритки. Не найдут...

Одного, Боря не мог себе простить, вспоминая их побег от братьев-людоедов. Того, что в спешке, оставил под половицей свою тетрадку. Не то страшно, что - оставил. Страшно, если её прихватил с собой "врач". А он, скорей всего, "прихватил". Архангельскому и Разепину, да и Нарильской Свeтке, поступали какие-то странные звонки. Мол, звонящий, интересовался мной.... Зачем вообще, я завёл эту тетрадку? Да понятно, зачем. Боялся, что могу окончательно, превратиться в "клинического идиота"... Кто, может звонить по "междугороднему", и интересоваться мной? Уж во всяком случае не эта "сексоохотливая" мадам Софья. Ну и имя... Она обо мне, практически, ничего не знает. Если бы я это понял сразу - ни за что не поехал бы в её зачуханый Забельск... Только время потерял...

Ладно, буду действовать по обстановке.

В палату вошла всё та же медсестра. Перед собой она катила столик на колесиках. На столике - тарелки с кашей, стаканы, хлеб, масло... Завтрак, - догадался Боря. Так, сейчас - утро? Из "Конго" я сиганул вечером... Где же пробыл всё это время? Где, где... Видать, здесь и пробыл...

Надо бы определиться, с "очередностью" своих последующих действий, запастись инсулином, да и делать отсюда ноги ... Покупатель на "малышку" найден. Если бы, я был уверен, что тетрадку осталась в доме Григория Широкова, я бы, хоть завтра - укатил в Москву. Но, "чуйка" подсказывает, в моих записях, наш врач всё-таки порылся...

Одного этого подозрения, Борису Широкову вполне хватало, что бы оправдать устранение "доктора Летина". Он - последний, кто сможет впоследствии, напоминать об этом нелёгком "турне", Москва - Краков - Алуевск - Москва... Не дай Бог, ещё и шантажировать вздумает...

Жаль вот, не "убрал" Софью. Смалодушничал... Был под воздействием, только что пережитого оргазма... Но, эта тётка - не страшна. Не думаю, что в её интересах, вредить мне. Она, сама - "шабашница". И на момент своего появления, уже была запугана "конторскими". Надо же, повезла меня "прятать", аж в Забельск. Алуевск-то, чем не устроил? Здесь, между прочим, населения - пол миллиона жителей. При всем желании, не найдёт никто... В конце концов, её интересуют деньги. А они, у меня скоро будут. Впрочем, Софья, поди, про меня уже забыла.

Того же самого, к сожалению, я не могу сказать про "врача". Летин, с его амбициями "вселенского мудреца", после моего бегства обязательно начнет восстанавливать "как всё было". Вести себя "чистюлей", нет смысла. "Наказываю" Летина, получаю "бабки" за "малышку", забираю Ритку, и "рву когти". Сперва, в Москву. А там, видно будет. Самый главный, и самый трудновыполнимый этап, помириться с отцом. И, разумеется, не попасться его людям. Они, если меня и ищут, то делают это, скорей всего, где-нибудь в Питере, или Калининграде. Но, не найдут. Папины "вояки", скорей всего, уже доложили папе, что прочесали весь Питер....

Боря свесил ноги с кровати, и негромко позвал.

- Девушка, кто-нибудь, зайдите, пожалуйста...

На его просьбу, никто и никак не прореагировал. Боря нехотя встал, и накинул на себя одеяло, вышел в коридор. Коридор, также выстланный кафелем, имел длину, достойную крупного стационара. Почти что напротив его палаты, через широкий коридор, располагался кабинет с указателем "Ординаторская". А на следующей двери, красовалась табличка "Профессор".

Борис вернулся в свою палату. Его костюм, как и вся остальная одежда, находились здесь же. Переодевшись и причесавшись, он направился в "профессорский" кабинет. Борис ожидал увидеть лысого и бородатого дедушку в очках, сказочно доброго, и с явными признаками старческого маразма. Велико же было его удивление, когда в дверях он наткнулся на высокую и статную даму, сорока лет. Элегантный темно-бордовый костюм, был одновременно, и достаточно строг, и чертовски сексуален...

- Не могли бы вы, уделить мне парочку минут...

Хозяйка кабинета подняла на Борю строгие глаза. Заглянувший мужчина (очевидно, родственник кого-то из больных), её взгляд выдержал.

- Заходите, - коротко бросила посетителю профессор Рябчевская Ольга Ивановна, заведующая кафедрой эндокринологии. - Присаживайтесь, - она указала на стулья, расположенные вдоль стены.

- Здравствуйте, - ещё раз. Я - с просьбой. Весьма, деликатной просьбой. Постарайтесь, меня понять... В ваше отделение, меня, привезла "скорая...". Видимо, подняли на улице. Я пропустил, всего лишь две инъекции... Неужели, заболевание развивается с такой скоростью? - Боря рассмеялся. Затем, обхватив свой подбородок пальцами, заговорил очень быстро. - Я - ещё молод. Но, успел - достаточно много. Я - ученый. У меня - нет ни малейшего повода, цепляться за жизнь. Но, сами понимаете, могут сработать рефлексы. И тогда - ломается воля, человек начинает "надеяться"... Не хочу, быть "слабым". Вы знаете, для меня - важно, что бы те, кто "останется", не видели моих унижений. А для этого, мне необходимо знать правду. Я выживу?

Женщина-профессор внимательно изучала его. Это продолжалось несколько минут. Мучительную паузу, "больной" - также, выдержал. Она встала, и вышла из кабинета. Вернулась достаточно быстро. Принесла "историю болезни", заполненную на Широкова, при его поступлении в отделение... Ознакомившись с результатами анализов, профессор встала, и за руку отвела Бориса поочередно, в рентгенкабинет и в биохимическую лабораторию. Во время процедур и хождений из кабинета в кабинет, они разговорились. Выяснилось, что профессор, родом из Москвы.

... профессор Рябчевская закурила. Сегодня она отменила утренний обход. Отменила, из-за этого больного. Сейчас у Ольги Ивановны на руках имелись все необходимые анализы, и результаты биохимических тестов. Она смотрела на мужчину, сидящего перед ней, и пыталась понять, хочется ей говорить ему правду, или не хочется... А правда была такой, парень - умрет... И очень скоро. Но он, об этом пока не знает. Сказать? Так он и просил, вроде бы... Но это - не гуманно... Почему? Не гуманно - лишать человека права, "знать о себе правду "...

- Вы умрете. Поджелудочная железа поражена опухолью. Отсюда, ваш диабет... Удивляюсь, что до этого, опухоль себя никак не проявляла... - Ольга Ивановна безнадежно посмотрела на Бориса Широкова. - Скажите, к Чернобылю, никакого отношения не имеете? - "Зачем я спросила про Чернобыль. Он ведь молодой..."

За годы работы на кафедре, профессор Рябчевская наблюдала нескольких больных со схожей, скоротечной формой диабета. Причина одна - опухоль в поджелудочной железе. Эти больные, либо служили на атомной подлодке, либо в своё время, устраняли последствия аварии на Чернобыльской АЭС...

Молодой мужчина постарался, не измениться в лице. Впрочем, его внутренняя борьба выдавалась любым движением и взглядом. Успокойся, Боря... А зачем? Теперь-то, уже - всё равно! Надо ли, изображать благородство? Сдерживаться и прятать злобу - казалось бы, смысла нет. Он умрет. Значит, скоро - в сырую землю... Ну и что! Ползать у кого-то "в ногах", и цепляться за жизнь, я не буду! Никогда!

Больнее всего было осознавать, что останутся все эти Летины, Софьи, Ритки, отцовские холуи, прочие полулюди...

Дудки! "Профессорша" развязала мне руки... Что ж, она - тоже умрёт ... Но не сейчас. Сейчас, она будет мне помогать...

К чёрту "покупателя"... Я не буду, продавать "малышку"... К чёрту! Все к Черту! И отец! Вместе со своими холуями...


-60-


Юра заскочил домой только утром. Да и то, лишь затем, что бы принять душ, и переодеться. За время его отсутствия, в квартире кто-то побывал. И не просто побывал, а принимал ванну, жарил гренки с яйцами, пил вино, и оставил полную раковину немытой посуды...

И вот ведь, что интересно, вчера здесь побывали женщины. Именно женщины. И причём, не одна, а минимум - две. Обе чашки от чайных пар, измазаны губной помадой. Но одна помада - темно-синяя. А другая, огненно алая.... В пепельнице - груда окурков.... Ага, "LM", суперлайт... На фильтрах, помада...

Что ж, теперь он уже не сомневался в правдивости любых утверждений Аглаи... "Твоя жена - лежит в воде... Не бойся, она - расслаблена. Я не чувствую никакой "защиты"... Она - вне опасности... Вокруг неё, повсюду - твоя аура, твоя оболочка...". После это заявления "ясновидящей", Юра сразу понял, речь идёт о его квартире на Попова... У Лариски - до сих пор, есть ключ от этой "хаты". Она и раньше, сюда "заглядывала" в моё отсутствие. Стремление "знать о моей личной жизни всё", доминировало в этой женщине во все времена. Я делал вид, что не догадываюсь об её визитах. Собственно, мне от неё прятать нечего. У себя-то, дома...

Но здесь присутствовали две женщины. Одновременно, или последовательно? Тёмно-синяя помада, "LM-суперлайт"... Помада и сигареты - Могилевской... Впрочем, Ларка - тоже, курит "LM"... Софья? С Ларкой? Этого не может быть!!!

Думать об этом - некогда. Обмозгую потом, а пока - принять душ, и позавтракать!

Но, принять душ, не пришлось. Как, и позавтракать. В семь тридцать завизжал телефон. Юра, стоя у входа в ванную комнату голышом и с полотенцем через плечо, выругался, и вернулся в комнату, к телефону. Трубка "молчала". Он заорал.

- Да-а-а!

- Летин, ты чё орёшь? "Кончаешь", что ли?

Звонила Вера, диспетчер с центральной подстанции "Скорой помощи"....

- Юр, по твоему запросу - "кот наплакал"... За всю ночь - один диабетик. Но - именно такой, какой тебе и нужен. Подобрали на Калужской. Правда, поначалу его оставили в травматологии на Леонова, у него, понимаешь - "фейс" покарябан... Но, ничего страшного, до свадьбы, говорят, зарубцуется... А потом, отвезли в "областную", на кафедру...

Юра заорал в трубку.

- Верка, ты - гений! Ты - самая гениальная женщина! С меня - коньяк и ночь великой любви...

- Болтун! Но, про "ночь", я не забуду...

Летин "метался" по комнате, собирая свою одежду, разбросанную, только что...Итак, Боря - в больнице. А может, это - не он. Может, и так. Но, "отталкиваться", больше не от чего. Вчера в "Конго", у него был болезненный вид. Правда, жрал он, что называется, "от вольного". Помнится, я про его аппетит, что-то говорил...

К Юркиной "радости", заведовала кафедрой "патологии эндокринной системы" - его знакомая, некто Ольга Цветаева. Сейчас у неё, правда, фамилия мужа...

Летин, разыскивая под креслом левый носок, одновременно рылся в записной книжке. Наконец, он набрал телефон кафедры.

- Аллё, здравствуйте, мне бы "профессора".... Ольга, ты?

- Господин Летин? Кого я слышу!

Ещё какой-то год тому назад, она бы, наверно, положила трубку, услышав его голос. Нехорошо они расстались. Хотя, в принципе, любовниками - никогда не были. На гулянке по поводу "защиты" Олега Петюнина, их однокурсника, Ольга выпила чуть выше нормы, разревелась, и заманила Летина к себе в постель...

С мужем, она в то время, уже не жила. По мнению Ольги, Юра в тот раз повел себя, ни как джентльмен. А именно, отказался от еженедельных встреч с женщиной, которую, якобы, наиболее устраивал в качестве "любовника". Дескать, я - "профессор", мне и выбирать... Юру такая перспектива в то время мало привлекала, и он....

Сколько же лет прошло?

- Оля, ты по-прежнему, на меня сердишься? Ну прости, глупого, отнесся по-мальчишески...

- Да ладно тебе, Летин, корить себя. Ты сам, прости. Старую, вечно озабоченную женщину... А в последнее время, ещё и озлобленную. Чего звонишь? По делу? Или...

- Оля, давай встретимся...

В ожидании её ответа, Юра даже зажмурился.

Если бы, на "том конце провода", был установлен дисплей, Ольга бы решила, что до Летина, наконец-то, "дошло". И что он, понял свою ошибку...

Рябчевская не захотела вспоминать, тот неудавшийся "роман"... Неожиданно она ответила.

- Давай. Приезжай, прямо сейчас...

- - -

- Летин, да как ты не понимаешь, он - "больной"! И для меня, "это" - в первую очередь! Ты понял? Боль-ной! Ему осталось жить - месяца два-три... - Посмотри сам. - Она протягивала ему стопку бумаг. - Здесь снимки, анализы, заключения специалистов... Сама, лично, весь стационар оббегала...

Ольга Ивановна, даже в гневе, была прекрасна. Юра любовался бывшей однокурсницей.

- Оленька, для меня - он, тоже, "больной". И тоже, в "первую" очередь. Но у этого больного, не сегодня - завтра, появится желание, уйти из этой жизни с "салютом". Хоть этим, "вписать" себя в историю. И у него, поверь, такая возможность есть! Терять-то ему, как ты понимаешь, нечего. Мне необходимо узнать, где он прячет "бомбу"...

- Так, спроси у него, и успокойся!

- Ольга, дорогой ты мой человечек, да разве ж, он скажет? Его ведь надо вынудить, поделиться информацией о местонахождении бомбы...

- Юра! - Ольга почти что, кричала. - Юра, ты меня не понял. Мне не чужды проблемы, о которых ты так красноречиво повествуешь. Меня не устраивает лишь одно. То, что этим занимаешься ты, а не "специальные" люди. Почему тебе, опять, "больше всех надо"?

Юра посмотрел на Ольгу невеселыми глазами, и, немного успокоившись, отошёл к окну. Он простоял, глядя вниз, очень долго. Ольга Ивановна уже начала нервничать, "а не сказала ли я чего-то лишнего?"...

Юра заговорил, не оборачиваясь.

- Ольга, кто - кто, а ты-то, знаешь меня очень хорошо. Так? И тебе известно, что Летин Юра - лодырь и бездельник. И что он, никогда и ни за что не станет чем-то заниматься, если это "что-то" - сможет за него сделать кто-нибудь другой... И уж коли я, при такой жизненной позиции, всё же не валяюсь на печке, а пытаюсь что-то изменить, рискуя при этом жизнью, поверь, дело - того стоит. Ольга Ивановна, ты бы знала, как я устал. И как я хочу махнуть на всё рукой. И отправиться домой, спать, спать, и еще раз - спать...

В кабинет заглянул молодой врач.

- Ольга Ивановна, в шестьсот второй палате, пустует одно место. Давайте, - он заглянул на бумажку в своей руке, - больного Колядникова, переведём оттуда в "четырехместную", а сюда - обеих старушек с "тиреотоксикозом", из "женского"...

Юра вскочил с дивана, куда переместился только что, и из-за двери, замахал руками, привлекая внимание Рябчевской Ольги. Она посмотрела на него, и, поняв, чего хочет бывший однокурсник, ответила заглянувшему доктору.

- Да нет, Лёня, никаких перестановок, не надо. Ты лучше, выписывай Морковкину, хватит ей отлеживаться. Будет возникать, скажешь - я распорядилась...

Морковкина Зинаида Юрьевна была женой директора супермаркета "Бонжур". Мафия...

Едва закрылась дверь, Ольга набросилась на Юру.

- Ты чего задумал? Только посмей! Юрочка, ну ни здесь, я тебя умоляю...

Впрочем, Рябчевская Ольге уже знала, что Юрка сделает так, как, посчитает нужным. А у неё, даже не спросит. Помешать ему, она не в силах. В женщине вскипала обида. Ведь, предоставлялся случай, отверг он Ольгу... А сейчас, "указывает".... Даже разрешения не спрашивает... Наглец!

Юра вознёс руки к небу.

- Да пойми ты, Ольга, что у этого больного, имеется обида на весь белый свет. Он запросто, может "поквитаться" с несколькими десятками тысяч, ни в чём невиновных людей. А ты мне, - "больному может стать хуже"... - Юра выругался. - Я тебе обещаю, ничего ему не будет, от "скополамина". Откачаем, если что. Кого-нибудь с "реанимации" пригласишь, для подстраховки....

- Ещё чего не хватало! Юрка, мне тут лишние глаза и уши, ни к чему! Понял!? Всё - сам! Так и знай! Я давно уже жалею, что вообще, позволила себя уговорить... Делай всё сам... Но, случись что, ты действовал самостоятельно, не поставив меня в известность.

- Ладно, ладно, сам... - Летина это устраивало, естественно, больше. Ему тоже, лишние зрители, ни к чему. - Оля, мне надо узнать, где находится "малышка". Ещё чуть-чуть, и будет поздно. Ты спрашиваешь, почему мне - "больше всех надо"? Да потому, что нельзя допустить, что бы погибли тысячи ни в чём не повинных людей. Подумай, среди них есть и твои близкие... С некоторых пор, для меня это - не просто, высокопарные слова. Если есть возможность сорвать его планы, почему этим не воспользуюсь? Ты советуешь, сложить руки, и пассивно ждать, когда произойдёт непоправимое? Смогу ли я после этого жить? Для чего?

Юра Летин предлагал, ввести Боре "скополамин", после чего - задать ему несколько вопросов. Раньше, он это знал точно, скополамин широко использовался при допросах, в качестве "сыворотки правды".

- Ольга, обещаю тебе, за всё - отвечу. Тебе не придётся, кому-то что-то объяснять...

- Я надеюсь...

Юра, подождал немного, давая Ольге время, осознать и смирится с "участью" невольной участницы вечернего шоу... На том, что бы "допрос" Борюсика провести поздним вечером, настояла также, она. Меньше, посторонних глаз и ушей...

- А теперь, Оля, мне необходимо за ним понаблюдать. Скажи, где это легче всего сделать?

- Юр, - профессорше, опять захотелось покапризничать. - А может, вызовем милицию? А?

Пусть они, с ним и побеседуют...

Юра устало вздохнул.

- А он им скажет, что ничего не знает, и вообще, будет жаловаться в Международную комиссию по правам человека.... Понимаешь, условно-то, у него никакой бомбы нет. Более того... - Юра хотел сказать, "...он сын депутата Широкова", но вовремя сообразив, что от этой информации - Ольга окончательно "загрустит", передумал. - Более того, кроме него, о местонахождении смертоносного чемоданчика никто не знает.

Было решено, перевязку Борюсику сделать в "большой" операционной. При падении он расшиб лоб, и рана требовала ежедневного ухода. Из стерилизационной комнаты, отделенной от просторного зала "зеркальным" окном, можно было наблюдать за всем, что происходит в операционной. Правда, слышать при этом, лишь окончания слов. Юра затаился, стараясь не пропустить ни одного звука. Впрочем, за время обработки раны и последующей перевязки, "больной" не проронил ни единого слова.

Побросав инструменты в "почковидный" лоток, и сняв с себя резиновые перчатки, Ольга Ивановна приготовилась позвать Катю, постовую медсестру. Больного, необходимо сопроводить до его палаты.

- Ваша рана на голове, могла быть намного серьезней. Как же так, забыть об очередной инъекции? Тем более, идёте в ресторан, едите всё, что предлагают... Нельзя, так... Ни вчера ведь, заболели...

- Так получилось, я же объяснял. - Борис, лёжа до сих пор на каталке, незаметно пробежал взглядом по всем "кафельным плиткам" и зеркалам этой просторной комнаты. Наибольшее подозрение вызвали два зеркала над умывальником. За умывальником - комната. Когда он заходил сюда, она располагалась справа. Так и есть, сразу за умывальником... Оттуда, кажется, кто-то следит ...

Боря вскочил на ноги, и направился к раковине. "Я хочу пить", - пояснил он испуганной Рябчевской. Но открыв кран, даже не смочил губ. Приставив лицо вплотную к кафельной плитке, и, чуть ли не вынюхивая каждую, физик тщательно изучил места стыков. После этого, он поднес лицо к самому зеркалу. Юра, находясь внутри "стерилизационной", видел вблизи себя, настороженные глаза Бори. Иногда их взгляды "встречались". Юрию, во всяком случае, казалось, что Борюсик смотрит прямо на него. И ещё, Летин уловил на лице физика злорадную ухмылку. А может, ему показалось...

День тянулся, как никогда, долго. Ольга, естественно, волновалась больше всех. Всех? В задуманной "операции", кроме неё и Юры - участвовать, никто не будет. Она и он. Она - на 0,2%. Коэффициент участия Юрия Феликсовича в предстоящей акции, должен будет составлять 99,8%. Так, во всяком случае, было обещано Ольге Ивановне. А посвящённых, никого быть не должно. К такому решению, Юра и Рябчевская пришли обоюдно. Единственное, что до сих пор вызывало у Юры некоторые сомнения, это то, что он не предупредил Илью. Вообще-то, на то были серьезные причины. Илья, до сих пор не мог избавиться, от ощущения себя - "преступником" и "оборотнем в погонах". Спекулировать его добрым отношением ко мне, я не имею права, - решил Юра. Посему, если ситуация усложнится, Лагутина мы подключим. А пока, мне хватает одной Ольги, с её "охами", да "ахами"...

Ольга сидела на диване, и массировала свои икры.

- У тебя, Юрка, ноги не болят? Ах да, ты же никуда не ходишь... А мне, веришь, приходится иной раз, побегать... Если тебе не трудно, налей мне кофе. Во сколько, начнём?

Профессор Рябчевская, уже давно чувствовала себя "рядовым солдатом" рядом с полковником "интриг и махинаций", Летиным Юрой. Минуты тягостного ожидания сближают, от этого - никуда не деться.

- Юрка, ты нашёл ЕЁ?

- Не понял. Как понять, "ЕЁ"? Истину в вине, что ли? Пока - нет. Ещё, нет. Время от времени, ищу. В последнее время, всё реже и реже. Мне перестало нравиться, состояние опьянения...

- Да нет, я не про это. Скажи, нашёл ли ты, ту, единственную женщину, которая..., которой..., ну, которая - всего одна на белом свете?

Юра задумался. "Вот, куда тебя понесло... Видимо, всех женщин этот вопрос волнует. Особенно, после "сорока". Тот ли "мужик" был с ней рядом, на протяжении самых "вкусных" лет жизни?"

- Слушай, старая, будет время - отвечу на все твои вопросы, обещаю. Но, в другой раз. А пока, отдохни.

В 21.55., Юра растолкал Ольгу, "дремлющую" за своим столом.

- Ольга Ивановна, подъем! Ну-ка, топни своей профессорской ножкой, заставь всех "двуногих" на этаже, содрогнуться от страха! Зови "сестричку", пора Борю "колоть"...

Но очень скоро выяснилось, что медсестра, куда-то исчезла. Ольга Ивановна не поленилась, сходила сама до сестринского "поста". На столе у Кати, не было даже записки... Рябчевская вернулась в кабинет, злая.

- Катька, куда-то запропастилась! Вообще, никого из девок нет, хоть самой идти, колоть скополамин... Куда, хоть, его колют?

- Оля, не чуди. Если ты пойдёшь к нему со шприцом, он всё поймёт. С "перевязкой-то", мы - малость начудили. Профессор перевязок не делает. Боря же, не дурак. С ним в свое время, в судебно-психиатрической экспертизе "поработали"... - Юра поздно понял, что болтнул "лишнее".

- Где, где? - Рябчевская насторожилась. В эту минуту, благодаря своему острому носику, она походила на хитрую лису...

- Потом расскажу. Давай-ка, приглашай кого-то из медсестер с соседних "постов", пора начинать...

Ритку, приятную блондинку в огромных очках, дежурившую этой ночью в урологии, Юра проинструктировал лично.

- Введёшь всё это ему под кожу. - Он протянул её шприц, наполненный раствором скополамина. - Остальное, я сделаю сам... - Повернувшись к Ольге, Юра усмехнулся. - Да не бойся ты так, Ольга Ивановна. После скополамина, он ничего не будет помнить. Поэтому, на тебя - никому не пожалуется. Как и на меня... Впрочем, если у тебя имеется "мескалин" - наркотик из кактуса "пейот", можно отказаться от скополамина. Также, в качестве "сыворотки правды" в разных странах, и в различное время применяли - марихуану, ЛСД, пентотал натрия, пока, наконец, не изобрели "полиграф". Или - "детектор лжи"...

Юра не успел договорить. В профессорский кабинет, поставив укол больному из 602 палаты, вбежала Ритка.

- Ольга Иванова, я - уже. Больной спит. Даже, глаза не открыл. Если что, зовите. С радостью помогу. А пока что, я побежала...

Когда за девушкой закрылась дверь, Рябчевская "взмолилась".

- Юра, а может отвезти его куда-нибудь, а? Олеська Ефименко в "шестой" инфекционной, отделением заведует. У них там, вообще, - "проходной двор"... Давай, его туда, а? Там и проводи свои эксперименты, никто мешать не будет. А я, Юра, что-то, боюсь... Не дай бог, кто-нибудь узнает про нашу самодеятельность... Всем попадет! - Ольга паниковала.

Юра на неё зашипел.

- Ольга, ты не изменилась. Опомнись! Ты же, не студентка. Ты - профессор! Это от тебя должно, "попадать" кому-то... Ну, перестань. Возьми-ка, кроссворд. Успокоишься быстрей...

Юра вошел в палату. Левая кровать была аккуратно заправлена. На правой, спал Боря. Подсев сбоку, Юра отогнул край одеяла. Развернул спящего к себе лицом. И вздрогнул... Перед ним лежал незнакомый мужчина. Немолодой. 60-65 лет, никак не меньше.

А за спиной, раздался бодрый голос Широкова Бориса.

- Все стареют, Юрий Феликсович. Абсолютно, все и всё. Вы не ошиблись. Там, действительно, лежу я. Я, но - мертвый. Вы так долго ко мне собирались. Я не выдержал тягостного ожидания. И умер. От разрыва сердца. Перед этим - состарился на сорок лет. А с вами говорит "душа" умершего Бориса. - Раздался мелкий смешок. Впрочем, "весёлого" от этого смеха, было мало.

Только сейчас Юра понял, как глупо он "попался"....

О том, что я нахожусь здесь, не известно никому, кроме Ольги. Та дрожит, боится каждого шороха. А о том, что новый больной - ядерный террорист, и к тому же - сын депутата Государственной Думы, вообще, никто не знает...

И всё-таки, сдаваться без боя, Юра не собирался. Он втянув голову в плечи, набросился на гориллообразного физика. Побороть "колосса", он не надеялся. Цель была иной, наделать, как можно больше шума. Хм-м-м..., шума? Ночью? А кто, услышит-то? Ольга? Так она, поди, уже перекрывает этаж, что бы сюда никто не проник... Как же, её ведь могут обвинить в пособничестве "государственному преступнику", Юре Летину...

Обвившись всем телом вокруг ноги Борюсика, Юра вцепился зубами в ляжку. И принял на голову "многопудовый" кулак... В ответ, Летин применил "запрещённый" прием, что есть силы ударил Бориса в промежность. Тот взвыл, и второй раз, опустил свой многопудовый кулак на голову Юры...

- Юрий Феликсович, будешь дёргаться, придушу..., - он набросил Летину на шею скрученную канатом простынь. Юре ничего не оставалось, как успокоиться, и прислушаться к словам физика.

Они оба тяжело дышали. Юра чувствовал, что его попытки вырваться отсюда силой, ни к чему не приведут. Борис был намного сильней, и терять ему, вот уж действительно, было нечего.

- Чего ты хочешь? - Боря сплюнул на пол. Ещё совсем недавно, он жаждал встречи с Юрой. Но сейчас, отбив всего лишь одну атаку, он понял, было бы намного лучше, если бы Летина вообще не существовало в природе...

- Мне нужна "малышка". - Юра старался говорить спокойно и убедительно. - Отдай мне "малышку", и я, помогу тебе.

Боря "шмыгнул" носом. И горько усмехнулся.

- А я не нуждаюсь ни в чьей помощи. В твоей-то, уж точно.

- Ошибаешься, Боря. Именно в моей, как раз и нуждаешься. Поскольку, без меня, ты не сможешь выбраться из Алуевска.

- А оно мне надо? Какая разница, где подыхать? - Он всё ещё не верил, что вот этот, субтильный мужичок, пытается "требовать"...

- Подумай. А я, пока, подожду в кабинете профессора... - Юра попытался встать на ноги.

Боря не позволил ему, сделать это.

- Ошибаешься. Там, подожду я. А тебе, придётся побыть здесь....


-61-


Около Юркиной квартиры стоял капитан милиции Лагутин Илья. "Где он? Намекал, что от меня, возможно, потребуется помощь. Сам же, словно сквозь землю провалился".

Илья решил, "проникнуть в квартиру несанкционированно"... Милиционеру на это потребовалось три минуты. "Домушник-профессионал" укладывается в пять, пять с половиной...

"А ведь, боялся ты, Илюша, обнаружить Юркин труп...", - признался Лагутин, обходя пустые комнаты.

Просмотрев последние телефонные разговоры, капитан переписал в блокнот "номера", сохранившиеся в памяти телефона. "Пробил" через коллег, кому принадлежат данные "номера". В 7.30. был звонок с центральной подстанции "скорой помощи". Это интересно. Летин вчера, звонил при мне какой-то Верке, диспетчеру со "скорой"....

Капитан позвонил на "скорую". Ему сообщили, что диспетчер Николайцева Вера сегодня отдыхает, после суточного дежурства....

Второй телефон, принадлежал кафедре эндокринологии мединститута. Кафедра располагалась на базе областной клинической больницы. Все попытки, дозвониться туда, оказались безуспешными. Если в течение дня, от Юры не поступит ни одного сигнала, поеду в институт. С кафедрой эндокринологии - его последний разговор. Причём, Юра позвонил туда сам...

Юрка, так и не появился. Илья с работы, прямиком направился в больницу. Отделение эндокринологии, вместе с одноименной кафедрой, находились на шестом этаже главного корпуса. Не доверяя больничным лифтам, капитан дошел до нужного этажа по лестнице. Едва он шагнул в отделение, из профессорского кабинета, ему навстречу шагнула представительная женщина в белом халате, накинутом поверх строгого темно-бордового костюма.

Капитан Лагутин улыбнулся, и спросил.

- Всё ли у вас нормально?

Женщине его вопрос не понравился. Это, Илья заметил сразу. Именно поэтому, он и дальше, развивал начатую тему.

- Я потерял одного человека. Его фамилия Летин. Имею все основания предполагать, что он находится где-то тут, у вас.

Женщина, которая кстати так и не представилась, замахала руками.

- Что вы, что вы... У нас занимаются педфак и санфак - пятикурсники, а с лечфака, приходят субординаторы... Все остальные - осенью... До середины апреля, ни одной учебной группы... Так что, мы, почти что, отдыхаем...

Илья, не дослушав взволнованную зав кафедрой, улыбнулся и пошёл на другой этаж лечебного корпуса...

Юре, о визите капитана милиции, Ольга Ивановна не сказала ни слова.

Илья побродил по этажам. В большинство отделений, его попросту не пустили... Нет, нет и нет! Не надо пытаться, обнаружить здесь, в областной больнице, что-нибудь подозрительное. Для меня тут, всё - подозрительное. Например, вот этот дядька, которого повезли на каталке, очевидно, в морг...

Или, вот женщина, у неё перебинтована вся голова. Подозрительно? Мне - да. А для медиков, повязка на голове - столь же обычна, как, скажем, "заколка" на галстуке...

Пойду туда, где от моих умений и навыков, какой-то толк, да будет...

Повторно проникнув в квартиру Летина с помощью той же отмычки, Илья почувствовал себя, "в своей тарелке"...

После его первого проникновения в эту "трёшку", в ней ничего не изменилось. Волос, прицепленный к двери и косяку - на месте.

Итак, что мы имеем? Почти что, ничего не имеем... Юра пробыл дома совсем чуть-чуть. Даже, не переоделся. Его повседневные джинсы, так и валяются скомканными в кресле, вместе с темным свитером. Юра сам, как-то раз выразился.

- Самая удобная одежда. И на праздники - в ней, да и в гроб положат, видимо, в этих же джинсах и пуловере...

На кухне, в раковине - гора немытой посуды. На самом верху, две чашки. Из обеих - пили женщины. Причем, женщин было две. Помада на сигаретных фильтрах, как и на чашках из-под чая, двух цветов - темно-синяя и ярко-красная, почти, алая. Чашки валяются в раковине небрежно. Вообще-то, женщины в обычных условиях, посуду за собой моют. Что же было необычного в этом раз? Быть может, их вспугнули. А может, поступила срочная команда, ехать туда-то и туда-то...

А зачем же, тогда Юра, вообще, утром заходил домой?

Илья ещё раз просмотрел телефонные звонки, поступившие Юрке сегодня утром. Один из номеров его насторожил. Выписанный на клочке бумаги последний, он показался ему знакомым. Во всяком случае, раньше Илья встречал этот телефон...

Капитан "хлопнул" себя по лбу, и выругался. Он вспомнил "номер", обнаруженный в памяти аппарата. Это был домашний телефон старшего лейтенанта Мякешина...


-62-


Катька не сразу вспомнила, как она очутилась здесь, под кроватью, да ещё и со связанными руками и ногами....

Что ж, попробую по "кускам", восстановить события сегодняшнего вечера. Как привезла с "приемного покоя" каталку, с вновь поступившим больным - помню. Хм-м-м..., а что было после этого? Выключила телевизор в холле, позвала всех на ужин... - это, тоже помню...

Что, дальше? Больной Пилипенко, из 607 палаты, попросил сопроводить его до туалета... Лидка, дежурившая предыдущие сутки, заставляла его, пользоваться "уткой"... Жалко мужика. Как никак, на телевидении работает, погоду сообщает каждый вечер... Сжалилась над ним. Повела, в общий туалет. Ну не может он, делать "это" в палате, при всех...

Проходя мимо "шестьсот второй", услышала, что меня зовет молодой мужчина, которого привезли сегодня ночью... Я вошла в палату...

Так так-так... А куда я Пилипенко дела?

Катька напрягла кисти руки, дабы, немножко ослабить веревки, обхватившие её запястья. Это, ей удалось. В качестве "канатов" были использованы обыкновенные бинты. Для тех, кто не знает, - из обычного бинта, можно связать веревку, которая выдержит и танк.

Хм-м... А ведь, даже слезу пустил, уговаривал принести бинты...

Наконец, Катька выдернула из узлов за спиной, обе руки. Освободив их, ослабила остальные вязки, и вынула изо рта кляп. Естественно, также, изготовленный из бинта...

Девушка осторожно выглянула из-под койки. Перед этим она определила, что на кровати, под которой она лежит, кто-то есть.... Но, в этой палате - две кровати. И на второй, также, кто-то лежит. Она уже собралась вылезать из-под "своей", как за дверью, из коридора послышались голоса. И чьи-то шаги. Заскочив обратно, она еле успела закрыть глаза, и спрятать руки за спину. Увидела ноги, подошедших, к палате. Мужчина и женщина. Туфли Ольги Сергеевны, чулок в крупную клетку, тоже её. А сопровождает её?

- Да ты не бойся, тут всё - чисто. Юрий Феликсович, вы ещё не уснули?

Катька узнала голос этого больного, с сахарным диабетом. А кто же такой, Юрий Феликсович? У Пилипенко из 607-й, кажется, другие инициалы...

Но почему, больной из 602-й, интересуется состоянием сна какого-то Юрия Феликсовича? Пусть даже, тот - Пилипенко? И как вообще, он посмел?! Попросил поискать его очки на полу, он их якобы уронил недавно... А я - дура, уши развесила... На нем же не было очков! И посетителей у него - не было. За весь день, ни один не пришёл...

Я вошла в палату, нагнулась, встала на колени... А вот тут, он на меня набросился... Кажется, я не сопротивлялась... Дура! Обрадовалась даже. Вроде как, назло Гришке своёму. Так ведь, больной-то, поначалу, мне понравился. Полноват, малость. Зато, глаза - умные... Дура! Ой, какая дура...

Он, кажется, схватил меня за шею... Очень скоро, я стала задыхаться...

Две пары ног, отправились неизвестно куда, но дверь после их ухода, осталась открытой. К счастью, по коридору везли кого-то на каталке, и дверь, дабы не мешалась, прикрыли. Катька опять, осталась в палате одна. То есть, она и двое этих - лежащих на койках...

Казалось бы, почему, когда к палате подошли "диабетик" с профессоршей, не вскочить на ноги, и не броситься к Ольги Ивановне на шею?

- Ольга Ивановна, миленька, как здорово, что вы меня отсюда забрали....

Меня связал "диабетик". Я это отчетливо помню. И после этого, Рябчевская разгуливает с ним по отделению, и принимает сомнительные доклады, обо всех спящих и бодрствующих на этом этаже? Она, с ним? Что происходит?

А происходило, следующее.

Вечером, - но не перед ужином, а после, - медсестра Катя повела больного Пилипенко в общий туалет в конце этажа. Ну и, проходя мимо 602 палаты, была окликнута её обитателем, молодым мужчиной с "сахарным диабетом". И ведь, вот непруха, больной Пилипенко вошёл в 602-ю вместе с ней. Впоследствии, его и уложил на своё место Борис. Из всех медсестер, "физика" в лицо, знала лишь одна - Катя. Следовательно, подмену - не заметят...

Связав Катю, и поблагодарив её мысленно за предоставленный "муляж" на себя самого, Боря встал за мойку, в самый угол палаты... Надо было, брать ситуацию в свои руки, и он приготовился ждать подходящего момента...

Сегодня утром, глядя в окно, Боря вычислял, в каком районе города он находится. С высоты шестого этажа, "физик" случайно заметил спешащего в стационар мужчину. Характерной походкой, подвижными руками, пуховым пальто и кожаной кепочкой, мужчина очень напоминал.... Да нет же, этого не может быть! Увы, это было так... К нему спешил Юрий Летин...

Что это? Удача или крах?

Конечно же, удача!

Иначе, он не сидел бы сейчас в этом уютном кресле, и не ласкал бы, дрожащую от страха (а может, и страсти), эту приятную женщину. К тому же, профессоршу. А были ли у меня в прошлом "профессорши"? - подумал Боря, прижимая плотнее, сидевшую на коленях женщину.

Ольга Ивановна боялась дышать. Ей казалось, что лишь в случае её беспрекословного подчинения, ситуация сможет саморазрешиться положительно. И наоборот, начнешь тягаться с этим бугаем, лишь себе навредишь. Свяжет всех, как Летина. Выскочку Летина. Я ведь, говорила ему, что с пациентом можно договориться... Придурок!

Она, так и считала, во всем виноват Летин. Во всяком случае, именно он сейчас, воспринимался Рябчевской, главным "отрицательным персонажем" случившегося.... Выскочка!

Её мысли прервал голос Бориса Широкова.

- Ну что, Ольга Ивановна? Одни мы с вами остались в комнатенке этой, а? Может быть, сольем воедино две величайшие науки, физику и медицину? Обещаю, что после этого, ваше отношение к дисциплине, представляемой в предстоящей "связке" мною, существенно улучшится...

Ольгу начало "знобить" ещё сильней. Ей не давало покоя слово "связка"... Почему-то, вспомнились "собачьи свадьбы". Даже, зубы застучали....

- Андрей Андреевич, вам пора ставить укол. Давайте, я схожу за лотком...

- Давай. Но, вдвоем. Одну, я вас не отпущу... И сперва, вы мне кое-что расскажите. - Боря поискал глазами графин с водой. У него начиналась жажда. Не найдя, подошёл к раковине, нагнулся, и попил прямо из крана. Вытер губы рукой, и издав при этом какой-то чмокающий звук, продолжил. - Кто такой, этот человек, который лежит сейчас в моей палате?

- Летин, что ли?

- Да. Именно, Летин.

- Да что о нём говорить-то? Летин, как Летин. "Балабол", порядочный.... Постоянно шутит. Иногда, ни к месту. Бабам, он никогда не нравился... - Мстительная Рябчевская, всё-таки, не могла забыть, что когда-то, была отвергнута Юрой....

- Так он, просто, врач?

- А кто, ещё-то? Вообще-то, он - не совсем, врач. Преподает "физиологию человека" в пединституте. Защитил диссертацию. Давно уже.

Боря поглаживая подбородок, молча смотрел, куда-то за окно. За окном была беспроглядная темень. В голове Бориса зарождался "дьявольский" план. Но, в том-то и дело, что, лишь "зарождался". Все предстоящие действия, ещё не сформировались в какую-то логическую цепочку. Но, так или иначе, они вытекали из нескольких "фатальных" моментов...

Первый. И самый важный. Его дни сочтены. Страшно ли, это? Нет. Ты обманываешь себя, Боря, тебе - страшно. Твои внутренности дрожат от осознания "конца"... Конца? Конца? Я - молод. Но жизнь моя не "обрывается". Она - "заканчивается". Удивительно, но именно это "уточнение", успокоило Юру. Я развивался, и успел, очень многое. Ну, разве ж, это не показатель, в 25 лет - я готов "противостоять" государству. И ведь, мне никто не помогал. Не помогал, стать таким, какой я есть... Значит я, прошёл полный "цикл" жизни, лишь благодаря себе! Дальше, в моей жизни - вряд ли будет "что-то", что сможет меня увлечь, удивить и восхитить... У меня было всё. Я был, и наверху, и на самом "дне". Я - кандидат наук. Я - изобретатель. "Учёный муж"... Но я, и уголовник. Есть судимость. И статья, не позорная... Нормальная, мужицкая статья, всё - как положено. У меня было много женщин. И все они меня любили... И я, любил их всех....

Матовая пелена заволокла его глаза, а в углах рта, выступила пена... Мелкая дрожь в пальцах нарастала, и он сжал кулаки. Из недр гортани донеслось глухое рычанье... Ольга захотела вскочить, но сильные пальцы Бориса сомкнулись на её плечах... Сейчас, сейчас это произойдет... Ну же! Ну! Ну? Что такое? Как же...

Ему, не "хотелось".... Неужели, всё? Докторишко, помнится, упоминал, о "мужских слабостях" при диабете... Оппаньки! Вот вам ещё одна причина, не цепляться за жизнь, и "уйти" с достоинством...

Внезапно он вскочил и оттолкнул от себя перепуганную женщину. Его, словно осенило. Ну, конечно! Всё произойдёт именно здесь! В этом городе, и в этой больнице! Меня, словно древнеегипетского фараона, будут сопровождать в последний путь многотысячная свита. Все, кто находятся в радиусе нескольких десятком километров. Все действующие лица заключительной серии моего "турне", уйдут из жизни вместе со мной. Прихватив с собой, разумеется, несколько десятков тысяч, ничего непонимающих зрителей....

Алуевск станет третьим городом в истории человечества, пострадавшим от ядерного оружия. Два - японских, один - наш, русский. А я, буду вторым человеком на земле, принявшим решение, применить ядерное оружие против человека... Первым, как известно, был американский президент Трумэн. Вторым и третьим, могли стать Хрущёв и Кеннеди, во время известных событий в Карибском заливе.... Могли, но не стали. И того, и другого, скоро забудут. Уже сейчас, многие не помнят. А меня, будут помнить. Потому, что я - "второй". А в этом тысячелетии - "первый"...

Близившаяся смерть его не пугала. Она, увлекала... Он превратит свою кончину, в общероссийский траур. Боря отчетливо представил свою фотографию на страницах всех мировых изданий. Он прославится в одно мгновенье. Его будут помнить...

Ну и, немаловажно то, что он сам насладиться созерцанием чьего-то страха. Страха в глазах людей, которым он сообщит, об их скорой смерти. Такую "ломку" в человеке, не сыграет ни один артист. Вальяжный и респектабельный, становится нижайшим существом. Животным, способным пойти на любые унижения, лишь бы, его пожалели... Благородство, честность, соучастие, вмиг исчезают, уступая место подлости, низости, обману...

Конечно же, я привезу "малышку" сюда, в стационар. Я не буду, подобно исламским фанатам, делать какие-то заявления и обращения.... Ничего этого не будет, по одной единственной причине. Если отец, узнает - где я, он сделает всё возможное, что бы меня задержать и изолировать. И у него, получится. У него, к сожалению, есть такие возможности...

Боря внимательно посмотрел на профессоршу.

- У вас есть выход в "интернет"?

- Да, конечно. - Ольга Иванова кивнула в сторону компьютера, стоящего у неё на столе.

"Это здорово. Я отправлю папе на "емелю" прощальное письмо. Точно такое же, отправлю ещё кое-кому. Во всяком случае, к моменту объявления в утренних новостях о ядерном взрыве в Алуевске, фамилию того, кто это сделал, будут знать очень многие....

Борис подсел к компьютеру, включил его. Пока шла "загрузка", повернулся к Ольге Ивановне.

- Мне будет нужен транспорт. Лучше, с водителем...

- В нашей больнице, всю ночь дежурит "перевозка", микроавтобус....

Через несколько минут, профессор Рябчевская звонила в гараж стационара,

- Аллё, кто сегодня дежурит? - Дождавшись, когда ей ответили, Ольга Ивановна, попросила. - Ребята, подгоните машину к заднему входу в стационар. Кто звонит? Звонит профессор Рябчевская.... А вот это, не ваше дело. Наша кафедра - клиническая, и мы также как все, принимаем участие в лечебном процессе... Почитайте, приказ "главного"...

Согласно приказу главного врача, дежурный водитель, безоговорочно подчинялся, помимо главврача и дежурного по стационару, заведующим клинических кафедр, базирующихся в их стационаре.

Ольга "собирала в дорогу" Борюсика. При этом, участливо наставляла.

- Скажите водителю, что б сильно не гнал. Дороги-то, неважные. Плюс, гололёд и темень...

- Так, сама и скажешь...

Рябчевская, открыла рот от удивления.

- Разве, я поеду с вами?

Борюсик расхохотался.

- А разве, нет?

Он, склонив голову набок, начал внимательно разглядывать стоявшую перед ним женщину. "За идиота меня считает"... Однако, посмотрев на часы, решил не "развивать" эту тему.

Борис вызвал лифт на шестой этаж, и заблокировал его, втолкав между задвижными створками огромный стул. Теперь, лифт будет стоять здесь вечно. Впрочем, вечно, не надо. Они вернутся через пару часов...

Закрыв ключом оба входа на этаж, они покинули "отделение"...

Часы показывали 00.15....


-63


...Капитан "хлопнул" себя по лбу, и выругался. Он вспомнил эти шесть цифр. Это был домашний телефон старшего лейтенанта Мякешина...

Кто и по какому поводу, мог звонить из квартиры Летина, домой Валерке Мякешину. Сам Юра? Исключено. Этого, быть не может. Он не пойдёт "сдаваться", не поставив в известность меня. Хм-м... А если, это сделали "существа", отпечатки губ которых остались на окурках и чашках? А кем они ему приходятся? Спросить у Валеры? Мол, Мякешин, "колись", что за "тётушки" тебе звонят, такие симпатичные? Из квартиры твоего "лучшего друга" Юры Летина... А если...? Да нет, этого не может быть... Не мог Мякешин, арестовать Юрку прямо здесь, у него в квартире. Засада? Этим, во всяком случае, частично объясняются немытые чашки в раковине. Но, неужели, бойцы ОМОНа или СОБРа пользуются губной помадой? Да и, в конце концов, про "засаду", знал бы весь отдел. Включая меня.

Лагутин в который раз, осматривал ванную комнату. На то, что одна из зубных щеток стоит в стакане кверху щетиной, он обратил внимание сразу. Но пока, не находил, как к этому "зацепиться". Однако...

Сам Летин - так, никогда не сделает. Следовательно, это сделала, одна из дам. Но...

Но, зачем чистить зубы, если пришёл сюда только утром. Утренняя чистка зубов, как правило, предполагает и предшествующую "ночёвку"... Или? Или, квартира использовали лишь утром? В качестве "дома свиданий"? Да нет, не "или". Кто-то из этих дам, а скорей всего - обе, заночевали эту ночку здесь. Интересно, знал ли Летин, что не придёт домой до утра? А если знал, поделился ли он с кем-то? Спросить, не у кого...

Но!!! Даже я, попал в квартиру, не сразу. Не думаю, что бы Юркины подруги, из тех, кто проникает в чужое жильё при помощи отмычки... Значит? Значит, у женщин был ключ.

Вторым человеком, имеющим ключ от этой квартиры, может быть, только Юркина жена... Настоящая, или бывшая. Настоящей, в смысле - официальной, нет. Вообще-то, Летин особо не афиширует свою личную жизнь. Какая-то подружка, наверняка, имеется. А подружка, может иметь собственный ключ...

Выходя из квартиры Юры Летина, Илья заметил, глазок на одной из соседних дверей, то "затемняется", то "светлеет"... Кто-то подглядывает, за происходящим в подъезде... Очевидно, любопытная старушка-пенсионерка. "Дежурства" у дверного глазка - достойная замена, временно не выходящей в эфир "Территории правды"...

Покинув квартиру Летина, Илья, как ни в чем не бывало, подошёл к двери с подозрительным глазком, и нажал на звонок. В ответ - тишина... Нажал второй раз... Третий...

Наконец, за дверью не выдержали. Сперва послышался скрежет засовов и замков. А потом, перед Ильёй "вырос" веснушчатый паренёк, лет пятнадцати. В больших круглых очках, и с перевязанным горлом. Паренёк заболел, не ходит в школу... Чем заняться будущему космонавту, футболисту, банкиру, рэкетиру? Конечно же, постигать людские тайны, через замочную скважину. Илья мысленно представил себя пятнадцатилетнего, шпионившим за обитателями подъезда... Ему стало смешно. Парень виновато хлопал глазами, не понимая, чего ожидать от милиционера.

- Ты почто, повязку не меняешь? - Бинт на шее мальчика, давно уже стал черным. - Давно тут стоишь?

Парень шмыгнул носом.

- А чё, нельзя?

- Почему же, конечно можно. Вот я и спрашиваю, давно ли ты наблюдаешь за подъёздом? Между прочим, хорошим делом занимаешься, хвалю. Видел ли ты, кто выходил из "сороковой" квартиры?

- Вы выходили. А потом, снова, пришли. А ещё раньше, выходил дядя Юра. Он тут и живёт. Но пришёл он тоже, утром. Рано утром. Мама ещё не ушла на работу...

- А где работает твоя мама?

- А вам, зачем?

- Да так, просто... Может, впустишь? Кстати, как тебя звать?

Парень пробубнил: "Артём" и, ничего больше не сказав, пропустил капитана.

... Через пятнадцать минут, Лагутин опять, мчался в свой родной отдел.

От мальчика, Илья узнал немало. Юру навестила его бывшая жена. И она, была не одна. Вместе с ней, покинула квартиру незнакомая женщина, примерно того же возраста, что и Юркина супруга... "На ней были классные джины, и улётная "косуха" из черной кожи...". Правда, ушли они, ещё до того, как вернулся "дядя Юра"...

А может, здесь - иной вариант? Например, бывшая супруга заявилась к Юре с очередной "предъявой", мало ли что, может не устраивать бывшую жену. "Отсуживает" квадратные метры, требует увеличения ежемесячной "матподдержки" на ребёнка, может, просит - "сойтись" обратно? Консенсус, не достигнут, и разъяренная женщина звонит Мякешину... А ведь, "копая" под Юру, он, наверняка, успел познакомиться со всем Юркиным "окружением". Поди, визитки свои, раздал всем без исключенья. Кстати, там ведь, и его "домашний" указан.

Илья вынул из портмоне визитку Мякешина, конфискованную у Жарковой Светланы Львовны, во время визита к ней под видом "старлея"...

Так и есть, оба Валеркиных телефона. И домашний, и рабочий...

Да, Юрка! Что ж это тебе, так не везёт-то? У Валерки, поди, новый "компромат" на тебя появился. Наши жены - хранители огромного числа "тайн", многие из которых, можно смело "пускать в дело"...

Что ж? Сейчас, в любом случае - в "отдел". Для начала, надобно "пробить" телефон и адрес бывшей Юркиной женушки. Если получится, встретиться с ней. Что-то, я ни разу не слышал от него, о бывшей семье... Вообще-то, будь у них, всё - "в ажуре", он бы обязательно, хоть однажды, да проговорился про бывшую жену...

В отделе, не хотелось привлекать внимание своего соседа по кабинету, и поэтому, первые полтора часа, Илья занимался "работой"...

Едва Мякешин вышел в коридор, Лагутин подскочил к компьютеру. На прошлой неделе, в их кабинете установили компьютер. Правда, пока, один - на двоих... Раньше, приходилось бегать к дежурному, а там - полно глаз...

Летина...

Летина Лариса...

Пятнадцатилетний Артём, Юркин сосед, кажется, обронил такое имя... тётя Лариса... Неужели, я так торопился, что не переспросил?

В компьютерной базе числились всего три женщины, с фамилией "Летина". Неужели, у Юрки - такая редкая фамилия? Никогда бы, не подумал... Три "Летиных"... Нужного возраста - одна. Она же - Лариса.

Переписывать адрес он не стал. Так запомнил.

Когда старший лейтенант Мякешин вернулся в кабинет, Ильи, там уже не было...


-64-


Несмотря на то, что сегодняшняя ночь не была "полнолунной", через лобовое стекло хорошо просматривалась вся улица. Способствовало тому в немалой степени то, что в некоторых домах, до сих пор горел свет. Преследуемый "объект", два часа тому назад скрылся в подъезде старинного четырёхэтажного дома, стоящего напротив бывшего магазина "Детский мир". "Преследуемым объектом" являлась миловидная особа тридцати пяти-сорока лет. Очень спортивная, и очень независимая. Если б только Илья знал, в каких старушек умеет перевоплощаться Жанна Штольц.... Она же - Софья Антоновна.

Впрочем, имена "Софья" и "Жанна", капитану Лагутину, ни о чём не говорили...

Илья посмотрел на часы. Дамочка отсутствовала, уже два часа. Однако покидать свой наблюдательный пункт, капитан и не думал. Юру Летина он "потерял". В смысле, "не нашёл". Целый день его телефон не отвечал. Вечером же, вместо привычной серии длинных гудков, трубка неожиданно "рявкнула".

- Аллё...

- Юра, ты? - скорей по инерции, спросил Илья. Ему ответил не Юра, и Илья это понял сразу.

Однако трубка нагло "заметила".

- А-а-а, проснулся, "соколик"... Ну, потерпи ещё чуть-чуть, осталось недолго...

От такой вопиющей наглости, Илья чуть не разбил вдребезги свой сотовый телефон. Но стерпел, и снова набрал Летина. Однако, на все его последующие наборы, Юркин телефон не отвечал.

Дамочка, скрывшаяся в подъезде, последняя "зацепка".

С Юркиной бывшей супругой, он застал их около высотной коробки, на Островского. Этот адрес, Илья нашел в паспортной базе. До дома Летиной Ларисы, "домчался" за пятнадцать минут.

Мирно "воркующая" парочка у второго подъезда, наиболее подходила, под описание пятнадцатилетнего Артёма, Юркиного соседа. Особенно, благодаря коротко стриженной блондинке, в улётной "косухе" из черной кожи...

Когда дамы расстались, а это произошло через пятнадцать минут после того, как он подъехал к дому, капитан растерялся. Кого "вести" дальше? - вопрос, от правильного ответа на который, значило очень многое. Ладно... Летина Лариса - "засвечена". Про "вторую-то", вообще ничего не известно... Значит, "поведу" её...

Всё последующее время, на протяжении нескольких часов, Лагутин неотступно "следовал" за коротко стриженой блондинкой. Прежде, чем привести Илью сюда, она долго плутала по городу, заходя в самые различные места... Аптека, "металлорынок", два адреса на Полтавской...

ВАЗ2106 - числившаяся за Поликарпычем, прапором-водилой, была единственной машиной в "отделе", не размалёванной милицейской символикой. Собственно, это и определило выбор капитана Лагутина... Жаль вот, форму не переодел, - то и дело, сокрушался капитан.

Становилось холодно. Даже в машине. Прогревать двигатель, значит - привлекать внимание... Илья поежился, и поднял воротник.

Интересно, в какую квартиру она пошла? После её исчезновения в подъезде, ни в одном из окон - свет не зажёгся. Однако это ни о чем не говорит. Окна могут выходить, и на другую сторону...

"А-а-а, проснулся, "соколик"... Ну, потерпи ещё чуть-чуть, осталось недолго...", - эхом откликалось в памяти...

И он вспомнил этот голос. Ну, конечно! Да как же, я не понял это сразу?!

По Юркиному "номеру" - отвечал Борюсик... Ошибки быть не может. Это - Боря. Он же, Колядников Андрей Андреевич, директор агентства недвижимости "Конкрет". Офис которого, находится по адресу ... А какой, у его конторы адрес? А телефон? Четыре-два-четыре-девять-восемь-один, - Илья, закатив глаза, медленно произнес вслух телефон "Конкрета"...

Набрав номер "справочной", Илья прокашлялся, и очень внятно, но с некоторой вальяжностью в голосе, поинтересовался.

- Девушки, "двадцать пятому" с Ленинского, нужен адрес по "телефону". Читаю, - четыре-два.....

На сегодняшние сутки по городу был установлен пароль - "двадцать пять", и девушки с коммутатора знали, звонит - "свой". То есть, сотрудник "органов"... Ответ последовал скоро.

- ...42-49-82. Улица Карла Маркса, дом - 15, квартира - 15... Телефон - частный, числится за Маргаритой Игоревной Лобес. Прописана по адресу, она же...

То, что этим адресом сегодня уже "интересовались", девушку-диспетчера со "справочного бюро УВД" нисколько не смутило.

Капитан Лагутин, с какой-то лютой остервенелостью вцепившись в руль, ругал себя последним матом. Его терзало ощущение допущенного "промаха". Почему же, я сразу не "пробил" как следует этого Колядникова-Борика? Что же это? Моё упрямство? Нежелание, признать Юркину правоту? Дорого может обойтись, Илья, твоё упрямство.

Дело в том, что вот уже два часа, он находился, почти что, рядом с этим домом. Карла Маркса, 15...

"Ладно. Над этим, покумекаю завтра. Когда , высплюсь". К концу рабочего дня, у Лагутина "притуплялась" способность думать. Что это? - беспокоился капитан. Последствия боёв на ринге, или изнуряющий график работы?

Неожиданно, задняя дверь резко отворилась и в салон, прямо за его спиной, кто-то заскочил... Капитан, поначалу вздрогнув, мгновенно взял себя в руки, и обернулся. Но разглядеть того, кто к нему подсел, Лагутин не успел. Так как, ощутил сильнейшую боль под левой лопаткой, и солоноватый привкус во рту... Асфальт под колесами "шестерки" начал раскачиваться, вместе с домами, фонарными столбами, скамейками и урнами для мусора... Илья погружался в темноту...

- Я же говорил тебе, держаться подальше от всего этого..., - донесся откуда-то из далека голос старшего лейтенанта Мякешина.

- - -

- Как тебя звать? - плюясь и морщась, спросил Юра. Он никак не мог избавиться от противных ниток, оставшихся во рту, после "кляпа". - Ты зачем под кровать залезла?

Пока Катя освобождала Юру от узлов, она рассказала ему, каким образом, на койке Борюсика оказался больной Пилипенко...

Хм-м, он "запугал" Ольгу (сделать это, не так уж сложно), и она сейчас, выполняет функции его ординарца. Или, секретаря-референта-переводчика... Впрочем, если ума хватит - сумеет сбежать от "депутатского сыночка"...

Депутатского сыночка? В этом - что-то есть...

Юра отделил от спинки кровати гнутую трубу, и направился в кабинет профессора Рябчевской. Кабинет не был закрыт на ключ. Они, где-то рядом?

Юра осматривал кабинет. Задержав взгляд на телефоне, он на секунду задумался, и тут же подскочил к столу. Первым делом набрал Илью. Телефон долго не отвечал. Наконец, Илья "снял" трубку. Последовала долгая пауза. Юра надрываясь, орал.

- Илья! Илья! Где ты? Илья! Ну, ответь же!

Тихий голос Ильи, похожий на стон, как бы извиняясь, произнес.

- Юра... Ты был прав... Прости, я не поверил тебе... Он поп-п-пытается... Он попыт-т-тается.... Юра, он тебя-я уб... Он... те....

Больше, Лагутин ничего не сказал. Что означали его слова "ты был прав"? К каким моим действиям и поступкам могла быть отнесена данная фраза? Я был прав... Прав? В чём? В том, что не взял с собой в больницу его, Илью? Или в том, что сразу настаивал на "аресте" Борюсика? А кто меня хочет убить? Борюсик? Почему же, он не сделал этого раньше?

Из коридора донесся непонятный шум. По мере приближения к кабинету, в котором находился Юра, шум становился разборчивей, превращаясь во вполне различимые звуки. То, была ревущая белугой Ольга Ивановна. Юра выскочил в коридор. Прямо на него надвигалась ничего невидящая профессорша. Она ревела навзрыд.

- Они не поверили мне... Меня назвали "пьяной дурой"... Сволочи! Гады! Не даром их, называют "ментами"... Я же умоляла его, этого, с усами, блин... - Ольга беззвучно хватала воздух ртом, не зная, каким обидным словом назвать сотрудника милиции, принявшего её за "пьянчужку"...

У женщины начиналась истерика. Юра, вздохнув, видимо оттого, что не знал иных способов приводить в чувства, отвесил ей звонкую пощечину, подвел к раковине и умыл холодной водой. Всунув ей в руки полотенце, скомандовал.

- Рассказывай.

Ей удалось сбежать от "больного", на отвороте, с Плеханова на Карла Маркса... Ольга утверждала, что "больной" тащил её в пятнадцатый дом... От страха, у Рябчевской притупилась способность, мыслить реально. Убежав от Бори, она не придумала ничего лучшего, как обратиться в ближайший медвытрезвитель (!!!)...


-65-


В 22.00. Лев Леонидович, ещё не спал. Настроение, как обычно в это время суток, было неважным. К тому же, очень болела голова. В последнюю неделю, он выпивал по пачке "цитрамона" в день. "Ребята" предлагали достать чего-нибудь "посерьезней", но Широков не хотел подсаживаться на "химию".

- Возрастное, - отшучивался он, отказываясь от предложений знакомых медиков, обследоваться в одной из центральных клиник. - Само пройдёт...

Запив таблетку "цитрамона" пепси-колой, он упал в кресло. Ещё вчера, ему необходимо было представить черновик "отчёта работы комиссии". Писать не хотелось. И поручить, было некому. Скрипя зубами, Лев Леонидович потянулся к клавиатуре компьютера...

Зазвенел "сотовый". Кто может звонить в это время? Посмотрев на дисплей телефона, пожал плечами. Высветившийся номер он видел впервые.

- Аллё...

В трубке, молчали. Широков повторил, уже громче.

- Аллё!

- Лев Леонидович?

- Какого чёрта... Кто вы? И откуда вам известен этот номер?!

- Не кричите. - Спокойно ответила трубка. - Выслушайте меня внимательно. Вот тогда, можно будет покричать. В два голоса...

Лев Леонидович прижимая одной рукой трубку к уху, второй, ловко манипулировал "мышью" компьютера. Он вывел на экран монитора программу для отправки e-mail-сообщений.

"Захар, пробей "номер" с которым я сейчас говорю по "сотовому". Звонок - междугородный. Свяжись с "нашими", узнай, кто сейчас - отвечает за "регионы". Поспеши. Лёва"

А обращаясь к "трубке", Широков спросил.

- Кто вы такой, и откуда звоните.

- Из Алуевска.

- Ого, "землячки" беспокоят. Сколь там у вас сейчас, на часах? Разница, кажется, два часа с Москвой?

Широков "отстучал" одним пальцем, очередное сообщение Захару. "Захар, на меня "вышли", с Алуевска. Подключись к "линии", не пропускай ни единого слова. Прежде, чем что-то предпринять, сообщи мне на "емелю"...

- У "нас" - "первый" час... - Трубка "прокашлялась". - Лев Леонидович, вы давно видели Бориса?

- Какого Бориса? Если вы имеете в виду Моисеева, то, кажется, в начале месяца. На концерте, посвящённом женскому празднику...

Юра взорвался.

- Послушайте, вы, народный избранник! Мне дела нет до вашего сына, как и до вас самого! Но ваш сын, при поддержке такого именитого папы, держит под угрозой ядерного взрыва, весь город. Если вам наплевать на жизни людей, подумайте о своей карьере... Местные "менты", не могут принять всерьез информацию, о наличии в городе "атомной бомбы"... Их понять можно. Это, действительно, какой-то нонсенс. Ваши бывшие коллеги, как мне кажется, намного порасторопней... К тому же, в Алуевске - вы начинали...

- Что вам обо мне известно? - тут же выдал своё волнение "депутат".

- Ничего. Кроме того, что жили вы раньше по адресу Карла Маркса 15-15... По всей видимости, Боря сегодня ночью появится там. По моим прикидкам, там же находится и его "игрушка"...

- Молодой человек, вы уж, пожалуйста, не забывайте, с кем - разговариваете... Ваши "прикидки", для меня - малое утешение. А ведь вы хотите, что бы я - вмешался в "процесс", находясь за тысячи километров от Алуевска...

Юра устало произнес.

- Да перестаньте же, дурака валять! Времени - в обрез, но оно - есть. Вы начинали в Алуевске, у вас здесь - связи... Да что я, учить вас буду, что ли, народного-то депутата...

Трубка начала "трещать", и тут же, связь оборвалась...

Положив трубку, Юра закурил. Но, вспомнив, что времени у него - в обрез, помчался к выходу.

- Никто не расходится. Всех впускать, никого не выпускать! Телефон не занимать, могу позвонить в любую минуту. Звонки мне - переадресовывайте на "сотовый". Если позвонит Илья, обязательно узнайте, где он находится. О-бя-за-тель-но! - Не оборачиваясь крикнул он. - Ольга, номер моего телефона, на твоем настольном календаре... Да перестань ты, терзать себя! В случившемся, твоей вины нет. Я - это подтвержу. Так что, успокойся. Ничего тебе не будет. Наш город, очень скоро, может взлететь на воздух. Тебя, я вижу, это волнует несколько меньше.... Волнует! Но... меньше... Я пошел исправлять чужие ошибки...

Сотовый телефон Широкова-старшего, Юра узнал у Толи Сапунова. Психиатр-однокурсник знал, что от ночных звонков Юры Летина ожидать чего-то "позитивного", нельзя. И всё же, проклиная всё на свете, пошёл на служебное преступление. Майор госбезопасности Анатолий Васильевич Сапунов, сообщил Юре все телефоны Широкова, какие только сумел найти...


-66-


Тема, которой в настоящее время занимался весь коллектив программы, по предложению Никиты, получила название "Баба Гера". Главную "героиню", разработали настолько грамотно, что Никита уже дважды позвонил находящемуся в Москве Сакулю. "Ефим, децел потерпи. Скоро мы заткнем за пояс этого выскочку Гайворонского..."

Раис, старший из братьев Бароевых, наотрез отказался вести съемку в неизвестных районах и в ночное время суток. Его напугал инцидент, происшедший в зарослях боярышника, в микрорайоне Коровино. Ведя скрытую съемку "объекта", он заметил продвижение в кустах подозрительного незнакомца. Раис понял сразу, это - не его "фигурант"... И всё-таки, было решено переждать. Но незнакомец, начал настоящую охоту за младшим Бароевым. Удирая, Раис, чуть не лишился дорогущей "соньки", профессиональной камеры за полторы тысячи "баксов"...

Тем не менее, время поджимало, и, плюс ко всему, дело "клеилось". На сегодняшний день, было заснято огромное количество материала, а "концы" с "концами", свести - не получалось. Всплывали всё новые и новые участники, и Никита, вообще, несколько раз хотел изменить саму тему, очередного выпуска программы...

На этот раз, на ночную съемку, друзья поехали вдвоем. Они сидели в салоне "девятки". "Пока, не высовывайся", - всю дорогу наставлял Никита. Он чувствовал, приближение "развязки".

- Серёга, я чувствую своей задницей, скоро мы закончим. Сейчас и здесь, нечто произойдёт...

Способность "чувствовать задницей", отличает профессионалов высочайшего уровня, от людей, случайных на телевидении.

Они перебрались сюда прямо с деревни Коровино, где вели съемку всё последнее время. После того случая с Раисом, Никита распорядился, - на "съемку", отправляться "по двое"...

- Слышь, Серж, ты бы уж начинал, что ли, с отснятым материалом знакомиться. В последнее время, в "монтажной" - вообще, не появляешься...., - недовольно проворчал Никита, всматриваясь в тьму двора.

- А ведь я, на "ночные съемки" с тобой, не рвался. У меня, между прочим, забот хватает и без этого. Но и тебя, одного отпускать - не хочу... Сам же сказал, пошёл "шестой уровень"...

В своё время, начиная карьеру "телескандалиста", Никита Трегубов составил своеобразную "памятку", в которой предложил, различать задания операторов по сбору материала для телепередачи, по степени риска. От "первого", до "шестого" уровня. Делалось это, вот для чего...

Само собой разумеется, что снимать на видео старушку, торгующую семечками, - не сложно. Особенно, из салона автомобиля, с тонированными стеклами. Да ещё, если старушка та - слепая и глухая. Другое дело, когда объект - не только зрячий и "ушастый", но он - ещё и вооружен. А также, крайне не желает, что бы его снимали на видеокамеру....

В случае со "старушкой", справится и дилетант. А вот во втором, нужен профессионал "высокого уровня"... Такой, какими являлись Никита и Серж.

Заступив на "съемку" в этот раз, друзья сразу же, заметили, что дом, за которым они наблюдают, покинул некий мужчина. Переглянувшись, и молча кивнув друг другу, Никита с Сержем, дождались, когда ночной посетитель "торговки героином" скроется за баней. И лишь после этого, Серж завел мотор "девятки". Темный цвет автомобиля, как и профессионализм водителя, позволили не "засветиться", и сопроводить "субъекта" до самой улицы Карла Маркса. Преследуемый мужчина вошёл во второй подъезд.

- Никита, как тебе - соседний дом? По-моему, вид с чердака - что надо...

Никита вышел из автомобиля и задрав голову, прикинул, какое оттуда расстояние до "объекта", и достаточный ли радиус обзора ...

- Вот что, Серж, давай-ка отгоним машину в соседний двор, а сами - поднимемся на чердак...

Так они и сделали...

Ожидание тянулось, как никогда, долго.

- Никита, давай, я схожу в тот подъезд.

- Серёга, засветишься... И тогда, всё - "коту под хвост"...

- Никита, не "гони"! Не засвечусь! Ну, не до утра же, нам с тобой здесь сидеть. Замерзнем, в конце концов...

Поднявшись до третьего этажа, Серж обратил внимание, что дверь пятнадцатой квартиры закрыта не до конца. Подумав немного, он решил, войти вовнутрь. Свет в квартире, горел во всех комнатах. Было накурено, что указывало на то, что ещё совсем недавно, здесь кто-то был...

Откуда-то, послушался стон. Кажется, женский. Серж метнулся туда. В маленькой комнате горел лишь слабый настенный светильник, около не расправленного дивана. На диване лежала молодая женщина, с явными признаками тяжелого отравления. Она беззвучно шевелила губами. Бедняга, видать, на героине - уже давно. Худая, словно скелет, обтянутый кожей. Изъеденное язвами лицо, нездоровая худоба, землистая кожа рук и шеи. Уже, начали выпадать волосы. Глубоко проваленные глаза и морщинистость лица, делали её, похожей старуху. Губы, были покрыты белым налётом. Преодолевая брезгливость, Серж присел рядом с диваном, на корточки...

- Да-а-а, довела ты себя, милая ..., - промычал телевизионщик, разглядывая несчастную. Глаза девушки еле заметно приоткрылись. Серж поинтересовался, - ты меня слышишь?

Ответа не последовало. Было непонятно, спит она, или - бодрствует. От кровати, на которой лежала незнакомка, несло чем-то непритяным. Серж невольно поморщился. У неё - бесцветные глаза. Бесцветные и мертвые. Темнота не позволяла ему понять, что на деле, у Риты - глаза зелёные. По причине всё той же темноты, Серж не заметил ещё одну пару зелёных глаз, смотрящих на него из-за оконной шторы... Спрятаться за занавеской, Борис умудрился в самый последний момент. Велико было его желание, свернуть шею этому "нелюдю". Но, возможно, "холуй" заявился не один...

Серж, всё ещё разглядывая несчастную девушку, набрал телефон Никиты.

- Ник, тут, похоже, притон... Давай, сюда! Захвати "камеру"...

Никита заговорил очень быстро.

- Серёга, срочно делай ноги, к подъёзду приближаются какие-то люди. Машину они оставили на углу дома. Я начинаю "снимать"... Перебеги на этаж выше, или спрячься на чердаке. Как поднимешься на крышу, посигналь мне фонариком...

Едва Серж покинул пятнадцатую квартиру, снизу послышались шаги... Поднималось несколько человек. Они спешили...

Пробежав по чердаку, и покинув дом через 4-й подъезд, Серж очень быстро оказался на крыше соседнего дома, рядом с Никитой.

- Ну и как? - Поинтересовался тот, не отрываясь от объектива. Его "камера" была направлена вниз, на подъезд соседнего дома, где некоторое время тому назад, скрылись нежданные визитёры...

- Гиблое дело, - ответил Серж. - В "пятнадцатой", дама загибается. Кажется, от передозировки. На "герыче" - похоже, уже давно. Выглядит, как столетняя старуха. Вонизм - такой, аж глаза щиплет.

Не мог знать "компаньон Никиты", что у девушки из пятнадцатой квартиры - развернутая форма лучевой болезни...

- Серега, молчи! - Ник оживился. - Смотри внимательно на подъезд. А лучше, расчехляй свою камеру. И дублируй меня.

Стоявший на углу, черный "Гранд Чероки" тронулся с места. И подкатил ко второму подъезду.

- С ума сойти! Тут орудует настоящий "картель!" - Восторженно комментировал Никита. - Оппа! Смотри, смотри! Камеру включил? Вот он, заветный чемоданчик! Серж, точно такие же, мы с тобой видим в фильмах про колумбийских наркобаронов. Уверен, внутри - пакетики с белым порошком...

- Колумбийцы, торгуют кокаином. А наша бабулька - герычем. Это большая разница. Те, кто принимает кокс, по трущобам, типа деревни Коровино, не шастают. Кокс - это элитный наркотик...

- Кончай, Серж, умничать! Какая разница - кокс, герыч? Одно название - "наркота". Синоним - "смерть"... Чего уж тут неясно?

Из подъезда вышли двое мужчин. Один из них, державший в руке огромный дипломат с белеющей в темноте ручкой из слоновой кости, прошел в машину. Второй, остался у подъезда, держать дверь открытой. Очень скоро сверху спустились, ещё двое. Они конвоировали крупного мужчину, если судить по лицу, достаточно молодого. Лет - 25, не больше... "Арестованный" не сопротивлялся, хотя наручников на руках - у него не было. Правда, конвоируемый пытался, что-то объяснить, сопровождающим его хмурым дядькам. Те, однако, его не слушали... Вообще, данная "картинка", своей "мрачноватостью" вызывала невеселые ассоциации с 37-м....

Никита и Серж переглянулись, и надолго замолчали.

- Как ты думаешь, - наконец, прервал паузу Серж, - существует ли в природе, какая-нибудь защита от этих хмурых дяденьков? - Он кивнул в сторону отъезжающего джипа. - Эти, из-под земли достанут, покажись рожа любого из них, в экране телевизора... Короче, Никита, мы - опять влипли. - Серж закурил, сворачивая аппаратуру. - Никита, предлагаю, историю с торговкой герычем, ограничить деревней Коровино, и парой-тройкой её постоянных клиентов. Давай уж, не будем влезать в сферу "большого наркобизнеса". Раздавят, только мокрое место останется. Ты же понимаешь, там в обороте миллионы долларов... Вставать на пути у таких парней, даже серьезные службы побаиваются.... - Заметив кислую гримасу на лице компаньона, Серж поспешил добавить. - Да ты не дрейфь! Тема-то, у нас - другая! И она, я тебе скажу, удалась! Ну, ты подумай, там - столько отснято...


Широков Борис Львович покидал город на черном джипе "Гранд Чероки". Региональное управление ФСБ по Алуевской области, на звонок "земляка" среагировало правильно. И, что главное, оперативно...

Нерадивый "сыночек" будет, доставлен в Москву и передан папе. Через месяц ему будет сделана серьезная операция в одной из клиник Швейцарии. После операции, он умрёт на третий день, так и не приходя в сознании...

Так, уйдёт из жизни физик-ядерщик, сумевший изготовить в одиночку атомную бомбу, и не сумевший её взорвать... "Малышку" деактивируют, и впоследствии, взорвут в одной из шахт на Таймыре...


У двоих сотрудников регионального Управления ФСБ по Алуевской области, из тех пятерых, что доставили на "Гранде Чероки" Бориса Широкова и дипломат с "малышкой" в Москву, вскоре разовьется лейкемия. Также, от действия проникающей радиации... У остальных, врачи диагностируют легкую форму лучевой болезни. Со всех троих оставшихся в живых, будет взята "подписка о неразглашении"...


-67-


Покинув больницу, Юра долго решал, позвонить Лариске, или сделать это позже. На несколько часов, он совсем позабыл о ней. А ведь, изначально, "поиски" Бори и его "малышки", были инициированы её похищением. В больнице же, Юра ощутил, что исходящая от этой истории смертельная опасность, стала приобретать колоссальные масштабы. Действительно, Боря - тот человек, которому уход из жизни под грибовидный взрыв своей "малышки", сможет компенсировать "непруху" последних месяцев.

Юра набрал телефон бывшей жены. Лариска ответила сразу.

- Аллё, - её голос ему показался спокойным и ровным.

Он нажал на "сброс". Ларка дома. И это - главное. Её новый муж, то есть тот, кто должен её успокаивать после пережитого, наверняка, лежит сейчас рядом с ней, и безмятежно дрыхнет....

Выяснять, что делала бывшая жена у него дома прошлой ночью, он также не стал. Быть может, зря. Ларка, наверняка, поделилась бы с ним информацией, о сегодняшней отправке в Челябинск группы научных сотрудников тамошнего университета. Среди которых, его поклонница и очень приятная женщина, доцент Могилевская Софья Антоновна. А также, строгий руководитель группы Тихонов Антон Степанович...

Ларка - дома. Осталось, найти Илью...

Юра шел быстрым шагом в направлении центральных районов города. Ему необходимо попасть на улицу К.Маркса. В том, что "действие" переносится туда, он был, почти что, уверен....

Проходя мимо здания бывшего Детского мира, Юра остановился. Он не мог найти зажигалку. "Как только закончится вся эта история, обязательно брошу курить", - наверное, уже в тысячный раз, пообещал себе Юра. И, извлёк из пачки сигарету...

Но, ни спичек, ни зажигалки - не было. Выразив своё недовольство глухим ворчанием, он выбросил сигарету, и двинулся дальше... У высоких дверей бывшего магазина для детей, зловеще шевельнулась расплывчатая тень. Образуясь в результате падения света нескольких ночных фонарей, тень выглядела настолько расплывчато, что Юра, не сразу понял, что же может быть её источником...

И тут, от старинного здания отделился человек в длинном пальто. Кажется, мужчина... Юра, всё ещё думая о зажигалке, оставленной в больнице, направился навстречу ночному прохожему.

- Простите, оставил дома зажигалку, а ночью - нигде не купишь... - Приближаясь к мужчине, он пытался его разглядеть. Но источник света, огромный плафон уличного фонаря, "горел" как раз "над головой" незнакомца. Юра слезившимися глазами вглядывался в его лицо, но понять, кому оно принадлежит, не получалось. Настораживало то, что мужчина - также, сменив направление, двигался сейчас в его сторону...

- Да ради Бога! - бодро ответил он. - У меня, та же проблема. Но, как раз - наоборот, зажигался есть, а сигареты, увы, кончились. Не угостите?

Где же я мог, слышал этот голос? - подумал Летин, теперь уже приглядываясь к одежде мужчины, идущего ему навстречу...


-68-


Передвигаться целый день, то пешком, то на частнике, Софья устала. Так, она не уставала, даже слоняясь по Буртаевскому лесу в поисках Бори...

Бори... Этот московский пижон, всё-таки, умудрился, её обмануть. Усыпил бдительность, и "сделал ноги"... Захватив, большую часть наличности... Но, кое-что, осталось. Не хранить все деньги вместе, - железное правило любого предусмотрительного человека. Софья была человеком предусмотрительным....

Фрау Могилевская фыркнула от собственных умозаключений. Дескать, как же, была бы предусмотрительной, не вляпалась бы, во всё это дерьмо! Предусмотрительная, блин, выискалась!

"Винтарь" с оптическим прицелом, она приобрела на "металлорынке". Конечно же, приходилось рисковать. Но парни, которые помогли отвезти домой жену Летина, пообещали, что если она обратиться к Ванею, и при этом сошлётся на них, "торговец-подпольщик", скостит, процентов двадцать... Видать, ребятишки, в "доле"...

Ваней, хмурый здоровяк, предложил ей разборную винтовку, не то - немецкую, не то - австрийскую. Для кого кроме киллеров может выпускаться подобное оружие, Софья затруднялась предположить. В любом случае, десять тысяч рублей, или, почти что - триста баксов, за "пристрелянное" (согласно заверениям Ванея) оружие - было недорого...

На рыночной площади, ей показалось, что оранжевая "шестерка", очень уж часто попадается ей на глаза. Она, в качестве отвлекающего маневра, посетила два дома на улице Полтавской.... Так и есть, "шестерка" следует именно за ней. Знать бы, кто - в ней.

В любом случае, отказываться от своего плана, Софья не собиралась. Сегодня, последняя ночь, её пребывания в Алуевске.

"Приключения" Софьи, слава Богу, подходят к концу. И хотя, обещанных денег она не заработала, фрау Могилевская не чувствовала себя проигравшей стороной... Как никак, осталась в живых, а это - главное. Аванс, полученный от Игоря, был истрачен. Её личные деньги, прихватил с собой Борюсик, когда оставил её одну в Забельске. Оставшихся денег, едва хватало. И всё-таки, покидать этот город, оставив здесь "главную улику", - было бы непростительной ошибкой. Возможно, даже, роковой.

Она до сих пор не могла отойти от "хлестких", подобных удару нагайкой, слов институтского преподавателя. Такое, мог сказать лишь человек, знающий истинную цель её приезда в Россию... Господин Летин - человек не простой. Этот, не менее опасен, чем сам Игорь-фээсбэшник. Конечно же, вероятность того, что Летин будет её шантажировать, крайне мала. Но, если хочешь жить спокойно - не поленись, уходя, "подчисти" за собой...

Последние слова Летина, до сих пор больно резали её слух.

- Уезжайте в Польшу. Вам удалось, меня немножко попользовать. Удивляться не приходится, у вас - неплохой учитель. Жаль, его уже нет в живых... Но он, тоже, успел меня попользовать... Вы - страшный человек. Но, одно меня утешает. Ваши деяния, просто не могут, остаться безнаказанными. Это - закон диалектики... И ещё..., я рад, что вы - облажались! Не звоните мне больше!

Сегодня, она выполнит последнюю "акцию". Заключительную. Самую удачную, из всех за всю поездку. Почему, самую удачную? Да потому, что, от начала до конца, она разработала её сама. А ни какой-то там, Игорь... Только бы Летин, "клюнул на приманку"...

Приехав в город, и вернувшись в квартиру, в которой она жила, Софья наткнулась на труп Игоря. Мужчина был зарезан. Это было первым сюрпризом. Кто мог убить "гэбиста", Софья, даже не задумалась. Ни тогда, ни сейчас... Дескать, удивляться не приходится. Мол, работа твоя, такая. Рядом с трупом, в соседней комнате, билась в истерике эта дура, Летина Лариса... Смешно, идиотка костерила на чём свет стоит, своего супруга, называя его последними словами. Многие из которых, - Софья достаточно разбиралась в мужчинах, - не соответствуют действительности...

О такой удаче, Могилевская не могла и мечтать. Вот он, подарок судьбы! Или, "сюрприз номер два".

Вколов ей лошадиную дозу скополамина, Софье удалось, нанять каких-то парней. О данном препарате, кстати, в один из первых вечеров их общения, её рассказал сам Юра. Много интересного поведал ей в своих рассказах доктор Летин... Вообще-то, он - интересный мужчина. Даже, убивать такого жалко... А может... Да нет, Жанна, оставлять его, нельзя...

Попросив компанию парней, доставить домой Ларису, она уже накидала в голове план своих действий. Ребята, с поставленной задачей справились. Отвезли "перепившую" женщину. И заработали сотню баксов. Заодно, ребята подсказали, где можно приобрести приличный "винтарь". Узнав о том, что требуется винтовка с "оптикой", парни опешили. А водитель, восхищенно присвистнул: "Круто!"

Летину Ларису она "развела", что называется, "lege artis". Или - "по всем правилам искусства". Софья, знала про Юру, немало. Из его же, собственных рассказов. В том числе, и про то, что Летин занимается наукой. А именно, свертываемостью крови. Летинская жена, "проглотила" сию легенду, не жуя. Очевидно, сработала алчность...

Расставшись на следующий день, она предупредила жену Летина, что в полночь, с площади около бывшего "Детского мира", автобус увозит их группу домой, в Челябинск. Причитающиеся Летину деньги, он сможет получить у руководителя их университетской группы, профессора Тихонова Антона Степановича...

- Так и передайте мужу, - несколько раз повторила она, - деньги, у Тихонова Антона Степаныча...

Конечно же, Летин сразу поймёт, кем является его "коллега из Челябинского универа", Могилевская Софья Антоновна. В особенности же, Юре, наверняка, будет интересно, взглянуть на профессора Тихонова Антона Степановича...

Услыхав эти фамилию, имя и отчество - Летин, просто не сможет, не придти к 00.00. на площадь, перед "Архивом облисполкома". Это здание на ул. Карла Маркса, знают все. Поскольку раньше, в нём располагался магазин "Детский мир"... Для Летина, должно быть, Антон Тихонов - один из самых загадочных персонажей всей этой истории. О нём, он много слышал от меня. Проигнорировать данную "приманку", он не сможет...

Софья всё просчитала верно. Кроме, одного. Не могла она знать, что Лариса Летина в настоящее время, живёт с другим мужчиной. И, что она, всё расскажет своему новому мужу. И ведь, расскажет-то, абсолютно про всё. Про Летина, о котором рассказывала и раньше, по поводу и без оного. Про научную конференцию в Бостоне. Про гонорар, причитающийся бывшему мужу. Про 25 процентов, которые она обязательно с него потребует. Про "старшего группы с Челябинска", Тихонова Антона Степаныча...

Как ей показалось, от преследования - уйти удалось. Наиболее подходящим местом для прицельной стрельбы, она посчитала, крышу одного из четырёхэтажных домов, стоящих по улице К.Маркса. Место было выбрано, не случайно. Софья помнила, что Юру Летина преследуют "менты" из Ленинского райотдела. Нехорошо будет, если на "труп", приедут именно они. Его опознают, в два счета. Она навела справки, - бывший магазин "Детский мир", находится на территории Дзержинского района... Это даёт некоторую надежду, милиция идентифицирует труп Летина, не раньше утра. Раньше утра, такое - не делается... Если, конечно, Летина кто-нибудь, не узнает... К тому времени, Софья будет, далеко от Алуевска... Билет на поезд, уже куплен... Кстати, неплохая мысль, про "лицо"... Стрелять, надо в голову...

Стрельба - была "вторым" видом спорта, которым когда-то, Софья занималась всерьез. "Первым", о чём было сказано ранее, было "каратэ"...

Заняв место за невысокой печной трубой, облагороженной под стилистику современного города, Софья извлекла из чертежного тубуса, сложенную вдвое винтовку. До 00.00, время было. А я ведь, даже не пристрелялась, - подумала она. А вдруг, Ваней подсунул "фуфло"?"

Прикрутив "глушак" (да, да, именно, "глушитель", приобрела она "в довесок" к "плётке", у торговца оружием Ванея), Софья стала разглядывать в окуляр "оптического прицела" площадь около Детского мира. Сюда должен подойти Юрий Феликсович Летин.

А вот и он...

К массивным входным дверям областного архива, подошёл мужчина. Кажется, не Летин. Определенно, не Летин. Абсолютно, не Летин.... А может, и Летин...

Настроив оптику на винтовке, Софья постаралась рассмотреть мужчину повнимательней. Нет, определенно, она его видит впервые. А чего ж тогда, он припёрся? Может, у него тут свои дела? Всё возможно... Ладно, до полуночи ещё есть немного времени...

Так и есть, мужчина уходит. И куда же он направляется? Хм-м, было же ясно сказано, около бывшего "Детского мира". Хотя, сказано-то, не ему.

Софья, не отрываясь от оптического прицела, осмотрела дворы соседних домов, насколько это позволял обзор с крыши.

Ого! Интересное кино начинается...

Во дворе одной из прилегающих "четырехэтажек", стояла оранжевая "шестерка", от которой сегодня она так виртуозно "ушла"...

Мужичёк в длинном пальто, движется, как раз к машине. Может, она - его и есть? В таком случае, за мной следил именно он. Но, кто это?

Хм-м, если это его машина, почему же - он подбирается к ней, как-то неестественно? Будто бы, крадётся. А это ещё, что такое?

Софья подкрутила колесико на объективе прицела. Ну конечно, так оно и сеть, мужичок-то - не "случайный пассажир". Сейчас она хорошо видела, у мужчины в руке блеснул металл. Нож, - чуть было, не присвистнула она. Да-а-а, действительно, Россия - не Краков. Хотя, в общем-то, и там, совершаются преступления...

Мужчина в длинном пальто, как-то резко заскочил в салон. Причём в машине скрылась сперва его правая рука. Та, в которой - нож. Нетрудно было догадаться, что когда он вылез из салона, в машине остался, минимум один труп. Судя по времени, которое понадобилось убийце, количество трупов, действительно, вряд ли превышает эту цифру.

Ночной злодей аккуратно прикрыл за собой дверь "шестерки", и оглядевшись по сторонам, вернулся на "своё" место. Ага, значит - вот так! Да ты, как мне кажется, убиваешь не впервые. Волнения столько же, словно, сходил помочиться под кустик. Софья помнила, после убийства сержантов на станции, а потом - и троих "студентов" в лесу, она очень долго "приходила в себя". А этот, читает объявления на дверях здания...

К Софье вдруг, опять пришло беспокойство. Даже серийный убийца, увидев чью-то смерть, невольно начинает, "примерять" её к себе...

Софья навела "оптику" на тротуар, "вливающийся", в площадь перед "Детским миром". Туда приближался Юрий Феликсович Летин... Пардон, он идёт мимо... Оппа, они увидели друг друга, и о чём-то говорят... Хм-м, Юра направляется к "длинному пальто", держа в руках сигарету. Видать, будет прикуривать...


-69-


Они подошли друг к другу почти вплотную, прежде чем Юра понял, кто - перед ним. Старший лейтенант Мякешин протягивал Юре зажигалку, глядя на него из-под густых черных бровей. Юра, естественно растерявшись, принял из рук блюстителя закона жёлтый "Criket", и, прикурив, вернул его хозяину.

- Благодарю..., - Юра силился вспомнить, как зовут по имени отчеству этого мента, но так и не вспомнил.

Мякешин, не снимая перчаток, принял из рук Юры зажигалку, и положил её в полиэтиленовый кулечек. Кулёчек, затем, спрятал в кармане, своего длинного двубортного пальто.

- Кстати, не сказал, эта зажигалка валялась на полу, рядом с трупом вашей лаборантки Галины. А теперь, на ней - ваши "пальцы"...

Юра пожал плечами, и протянул ему пачку сигарет.

- Ты, кажется, курить хотел? Держи...

Мякешин, боясь, что этот жест - есть некая ответная хитрость, отказался.

- Не курю!

- Ну, тогда, пока.

Юра развернулся, и пошёл прочь.

Старлей тут же его окликнул.

- Стой!

Юра обернулся.

- Чего, ещё?

Старлей, растерявшись от столь пренебрежительного тона, "ткнул" воздух кулаком, и зло произнёс.

- Слышь, Летин, я, все равно, тебя "закрою". Тебе не доказать свою непричастность к этим двум убийствам...

Его правая рука опустилась в карман. "Не обратить" внимания на данный жест, Юре стоило немалых усилий. Иначе, хана... Страх, и без того присутствовал. Если "концентрироваться" на устрашающих движениях собеседника, возникают трудности со способностью говорить вообще....

Юра понял, Мякешин имеет в виду "убийства" Жарковой и Гали. Однако ответил невозмутимо, и даже, как-то устало.

- К каким "убийствам", старлей? Ты, что-то путаешь. Я не знаю, ни о каких убийствах... И запомни, я не должен ничего доказывать. Доказывать, это - твоя работа. Это, если по "закону". - Юра рассмеялся, и добавил. - Вообще-то, если по "закону", то я могу рассказать о гораздо большем количестве убийств. Более того, могу назвать того, кто их совершил...

- И кто же?

- Ты.

- Ты чё мелешь, скоморох!?

Юра впервые видел Мякешина, "выведенного из себя". Дабы охладить его пыл, Летин продолжил.

- Я имею в виду, убийства Гилмора и Колчака, о которых говорит весь город. Хотя, ещё раз повторяю, убийств было намного больше. Взять, хотя бы, "последнее". Я говорю об отравлении в "Конго"... Или, в "высотке", на двенадцатом этаже... Кстати, "хозяева" того майора, которого ты убил, такого - не прощают... - Юра метнул окурок в ближайшую урну, но не попал. - Мне, одно непонятно, "старлей". Зачем ты это делаешь? Кому и за что мстишь? Бандитам? Так ведь, ты и сам - такой же бандит... Только, гораздо страшней. А может, ты мстишь властям, "строю", человечеству? Но зачем тогда, носишь форму милиционера?

Он оставил Мякешина, и побрел своей дорогой...

- - -

Софья нервничала. Она не заметила, что начала вслух комментировать происходящее внизу, на площади перед бывшим "Детским миром". По периметру "квадрата" правильной формы, выложенного крупными бетонными плитами, горело несколько ночных фонарей. Обзор был достаточно широким, но Софью, интересовал лишь маленький "пятачок", на котором стояли мужчины. Два "мужа", - пошутила она...

- Он прикуривает... А этот, смотрит на него, как на врага.

Хорошая немецкая оптика, позволяла различать такие детали, как выражение их лиц. Точнее, лицо Летина она видела хорошо, а вот, у его собеседника, была видна лишь макушка. Кстати, лысеющая...

Ориентируясь на мимику Летина, Софья пыталась понять, о чём разговаривают мужчины. Каков характер их отношений? Знакомы, не знакомы? Вроде бы, Юрий Феликсович спокоен, его мимика убедительна и, она располагает... А ведь я, сама, почти влюбилась в него... Интересно, хотел ли он физического "сближения" со мной? Во всяком случае, прямых намеков, не делал. Странно, неужели, я ему не понравилась? Его жена, нисколько не привлекательней ... Может, у него проблемы? Вряд ли. Он неоднократно смотрел на меня так, будто бы в тот момент, мысленно мной обладал ...

Софья мечтательно закатила глаза...

Не получив должного, денежного и морального удовлетворения от "поездки", женщина в эту минуту, находила утешение в бурных фантазиях, захлестнувших её воображение... А ведь в старости, оглядываясь назад, я буду измерять прожитую жизнь, вот такими мужичками, теми, общение с которыми пережила в прошлом. Наверняка, все бабы, став беззубыми, толстыми и никому не нужными, выстраивают в памяти всех своих мужчин, по рейтингу...

От длительного нервного напряжения, в качестве разрядки, могут порой возникать вот такие сентиментальные "провалы"...

Она вспомнила, какие у него были глаза, в момент произнесения фразы: "Простите, но я, всё-таки, мужчина, и размер некоторых частей женского тела определяю на глаз.... "

Он же, раздевал меня взглядом...

Собственно, поначалу Софье постоянно казалось, что под "личиной" скромного интеллигента с умными глазами, скрывается извращенный опытом шалунишка. Очень скоро, она отбросила эти глупости...

В Летине её привлекла, его естественность и непринужденность. Он не делал дешёвых, приторно-пошлых комплиментов. Он не пытался хвастать победами на любовном фронте. Самое ненавистное качество в мужиках....

И в то же самое время, он не воспринимался, совсем уж, "мягким". За вежливой учтивостью, чувствовался мужчина, способный на поступок...

На время, Софья забыла, зачем она здесь, и какая роль отводится Летину в предстоящей "акции"... А может, "потеплевшая" от приятных воспоминаний, она умышленно оттягивала тот момент, когда жизнь Летина оборвётся движением её указательного пальца?

Вновь, положив винтовку на "опору" из шифера, и приставив глаз к окуляру прицела, она посмотрела на освещенную площадку перед "Архивом"...

Что это?

Летин, кажется, покидает "длинного"... А что делает тот? Хм-м, да он - не унимается... Неуловимое движение рукой, и снова, этот пугающий блеск металла... Опять нож? Приятель, а ты, действительно, киллер. "Не убивать", видать, уже не можешь...

Юра же, уходил, ничего не подозревая. Софья через окуляр прицела, выискивала точку на его спине, куда она вгонит пулю...

Глядя на уходящего мужчину, узнавая его походку, сутулость, подвижные руки, она пыталась пробудить в себе ненависть к этому человеку, злость, обиду...

Хм-м, раньше, это удавалось...

Так раньше, и "мишенью" выступали другие...

Сосчитав мысленно до "двадцати", она резко наводила прицел на спину Летина, и начинала, постепенно увеличивать силу нажатия на курок... Но, как только, до крайнего положения курка оставался микрон, она отдергивала правую руку, и снова, считала до "двадати". Такое повторилось несколько раз. Наконец, фрау Могилевская "решилась"...

Она переместила взгляд на бегущего за Летиным, мужчину в длинном пальто... Вот он перехватывает нож, в положение "вниз клинком"... Неужели, Юрий Феликсович ничего не слышит... Что быстрее, достигнет его спины? Моя пуля или нож "длинного"?

Софья зафиксировала ствол винтовки, и, остановив дыхание, медленно нажала на курок...

Что с ней произошло в последний момент, женщина так и не смогла понять...

Очевидно, наши движения регулируются не только головным мозгом. Вполне возможно, что они осуществляются и под воздействием импульсов, идущих от "души". И видимо, последняя "команда", поступившая на указательный палец её правой руки, была именно "оттуда"...

Впервые в жизни, в Софье - "проиграл" профессионал. Но впервые, в ней - "победил" человек...

Не сразу справившись с нахлынувшими эмоциями, она снова посмотрела вниз. На бетонных плитах лежало неподвижное тело мужчины в длинном черном пальто...

Рядом с трупом, никого не было...


-70-


- Не исключено, что Боря с Тофиком нашли "малышку", благодаря прибору, выпрошенному мной у Ромки Баландина...

- Что за прибор? - Оживился Илья.

- ДП-5, войсковой дозиметр. Я ведь, по рассеянности, оставил его где-то... Вполне возможно, что в машине у Тофика. Да-да, именно он, оказался тем водителем-частником, который подвозил меня от дома Аглаи, к "высоткам", рядом с Нейвинской.... - В армии, я с таким прибором ходил в наряды, дежурным дозиметристом по полку.

Друзья находились у Юры Летина дома. Его кухня, давно уже превратившаяся в мини-офис, воспринималась обоими, как самое удобное место в квартире. И, не мудрено, именно здесь, как правило, происходили все деловые разговоры, встречи, "приемы"... Здесь, под рукой всегда имелся чайник с кипяточком, и картонная коробка с ароматными пакетиками чая. Сообразить бутерброд, здесь было намного проще, чем, например, в ванной комнате, или прихожей... Наличие вытяжки, делало курение в кухне, не столь ядовитым, как, скажем, в спальне. Были здесь и прочая офисная атрибутика: пепельницы, телефоны, телевизор, холодильник с напитками... Одно время, даже компьютер стоял на обеденном столе. Но теснота "хрущёвских" габаритов, вынуждала определиться, или - или...

Илья встал, подошёл к окну, и приоткрыл форточку.

- Юра, ты бы поменьше курил.

Лишь вчера Лагутина выписали из больницы. Нож, к счастью, не достиг сердечной сумки. Но, серьезно повредил плевру и легочную ткань.

- Юра, рано или поздно, но я всё равно, должен тебе сказать вот о чём. - Илья задумался, словно, подыскивал подходящие слова. - Хочу сказать сразу, я мало верил в положительный исход этой истории. Как видишь, ошибался. Теперь, каюсь...

- Капитан! И ты называешь "это" - положительным исходом? Меня, между прочим, собираются увольнять с работы!

- Радуйся, что остался жив...

- Ну да, хочешь сказать - не погиб от пули, так умрёшь с голода, так что ли?

- Нет, не так. Видишь ли, Юра, я - человек служивый, и привык любые свои действия подчинять какому-то единому плану. У тебя же, сплошные экспромты... Участвуя вместе с тобой в какой-то заварухе, трудно предугадать, что ты предпримешь в следующую минуту... И сам ты, не всегда, что-либо объясняешь...

Илья замолчал, и Юра не стал его расспрашивать.

Однако не обсуждать события последних дней, было невозможно. Илья, встал, отлучился на некоторое время, и вернулся с видеокассетой.

- Я переписал это с диска. Всю ночь сегодня просматривал дома, но делать какие-то выводы - не берусь. Поглядим, вдвоем?

После нажатия на "Play", друзья долгое время видели, лишь горизонтальные полосы на темном фоне. Внезапно, на экране появилась лаборантская комната. Юра узнал свою кафедру. Повсюду развешены учебные плакаты, расставлены стеклянные емкости с человеческими органами, "батареи" пробирок, микроскопы... Вот, в кадре появилась Галка. Затем она вышла из комнаты.

- Илья, это - лаборантка Галя...

- Я знаю. В её смерти Мякешин также подозревал тебя.

- Я должен, что-то объяснять?

- Нет, не надо. У убийцы - другая группа крови. И резус фактор - положительный... Смотри дальше.

Изображение несколько раз исчезало, и появлялось снова. Было ясно, съемка ведётся "тайком". Вот, обзор объектива сузился. Теперь, были видны лишь застеклённые полки, висевшие на стене. А вот, к ним подошёл мужчина в белом халате...

- Ага, вот и я. - Юра оживился и закурил сигарету. Заснятое на плёнку, ему нравилась. Он остановил Илья, попытавшегося прокрутить пленку вперед. - Илья, не спеши, посмотрим всё... Послушай, я начинаю подозревать, что всё это - "монтаж". Посмотри, съемка ведется из разных мест. А ведь в комнате в тот момент, если кто-то и был кроме нас, то находился он - за висящими плакатами. А это, посмотри, - Юра встал и ткнул пальцев в угол экрана, - вот здесь. Там, двоим-то, не уместиться. Вторая камера, я думаю, была размещена вот тут. - Юра, дождавшись, когда Илья "прокрутит" плёнку немного вперед, указал на экране ещё одно место. - Смотри, смотри - заходит Жаркова...

В лаборантскую комнату вошла Нина Алексеевна. На ней, как и на Летине, был надет белый халат. Взглянув туда, где стоял Летин - она неприязненно поморщилась. Но, ничего не сказала.

А Юра, по прежнему, стоял у навесных полок.

- А ведь ты, даже не обернулся. Вы что, не здоровались? Так и продолжаешь, что-то искать у противоположной стены... Слайды, что ли? - Похоже, Илья тоже увлекся. - Так, теперь смотри внимательно...

Изображение несколько раз, то пропадало, то появлялось вновь.

Прослушав диалог между действующими лицами видеоролика, Юра настолько распсиховался, что сбегав на кухню, притащил оттуда бутылку вина и два бокала.

- Выпей, - он протянул Лагутину полный бокал итальянского вермута, - успокой нервы.

- Да у меня, спокойны, - еле заметно, одними кончиками губ, улыбнулся капитан милиции.

- Кому пришло в голову, вставить сюда эту ересь? Сказанное-то, адресовывалось Мадонне... И прозвучало это, уж никак не в лаборантской. Мадонна - наша кафедральная кошка. Кстати, очень потешная. Старая уже, лет десять ей. Но, блудливая, словно юная куртизанка... - Юра включил перемотку вперед. - Вообще-то, прием оригинальный, но, если уж вставлять сюда какой-то текст, то уж никак не обращение к кошке... - Юра снова включил воспроизведение.

Он вскочил со стула, и ударил себя кулаком по колену.

- Смотри, Жаркова падает... Ну-ка, Илья, прокрути чуточку назад!

Просмотрев повторно "падение" Жарковой, Юра прошелся на комнате. Затем, взяв у капитана пульт от видика, опять прокрутил плёнку назад, и снова просмотрел этот фрагмент.

- Ты что-нибудь понял? Такое впечатление, что Жаркова пала от пули киллера.... Похоже, правда? А я, ты посмотри, даже головы не повернул. А вот это, я хорошо помню...

На экране, Юра повернулся к упавшей женщине, и скривив лицо от изумления, подбежал к ней....

Друзья просмотрели пленку несколько раз. Естественно, что Юру больше всего интересовали последние кадры, а именно те, на которых было заснято падение Жарковой. Он всматривался в каждую клеточку её лица, пытаясь определить, куда в тот или иной момент, был направлен её взгляд....

Уже в который раз, он "включал" кульминационную сцену в лаборантской. Лицо Жарковой, то начинало дергаться, то застывало неподвижной маской. Оно вытягивалось, становилось приплюснутым, округлялось. И всё это время, выскочившие из орбит глаза, были устремлены в одну точку... Продолжив мысленно направление её взгляда, Летин пытался предположить, какая из стоявших на столе банок смогла, так заинтересовать пожилую женщину....

А Жаркова, уже хваталась за голову, и пыталась дотянуться до металлического столика с выдвижными ящиками. Однако движения её рук не были обдуманными. Обыкновенный обморок, - прокомментировал Юрий Феликсович. Навалившись на стол всем телом, она сдвинула стол к мойке. Сама же, лишившись опоры, рухнула на плиточный пол... Сразу после этого, Летин обернулся, и замер. Он подбежал к упавшей женщине, и схватил её запястье.

- Илья, прокрути ещё раз. Я хочу понять, что же, все-таки, так повлияло на нашу Нинель...

Закрыв глаза, Юра вспоминал, как располагались стоящие на лабораторном столе, стеклянные банки.

- Илья, я кажется начал кое-что понимать... Кстати, ты не торопишься?

- Нет, а что?

- Жди меня здесь, я скоро вернусь. Если хочешь, можешь помыть посуду...

Юра, действительно, вернулся довольно быстро. Он вошел в комнату в верхней одежде и уличной обуви. Поставил на стол здоровенную сумку. Вынул оттуда цилиндрическую банку, и также, поставил её на стол. Рядом с сумкой.

В банке "плавала" человеческая кисть.

- Илья, ты помнишь этот макропрепарат?

- Конечно, помню. Ты ведь его показывал...

- Да, я помню. Но ты, капитан, меня лжеинформировал в тот раз. Сказал, что эта кисть, принадлежала отпетому негодяю Гилмору. Который якобы, давно умер... - Юра достал из кармана пачку сигарет, но обнаружив, что она пуста, скомкал и выбросил в пепельницу. Лагутину же, сказал. - Эта кисть принадлежала Тихонову Антону Степановичу, мужу Жарковой. И надпись "Гил" - это то, что осталось от татуировки "Тихон"... И главное, у Тихонова Антона, действительно, на правой руке было шесть пальцев... Муж Жарковой ушёл и не вернулся, примерно, месяц тому назад. Согласись, не самый приятный вариант, встретить после долгой разлуки своего возлюбленного... Естественно, Нина Алексеевна увидев то, что осталось от близкого человека, потеряла сознание а падая вдобавок ко всему ударилась головой... Вообще, непосредственной причиной её смерти явилась закрытая черепно-мозговая травма... Я тут, не причём...

Они оба замолчали. Юра взял со стола страшную банку, и спрятал её в сумку. После чего, добавил.

- Каким образом данная кисть попала в мединститут, вряд ли нам удастся когда-нибудь выяснить. Но мне, её подарил Олежка Петюнин, а он, ты знаешь, в людоедстве замечен не был...

Они снова замолчали. Каждый ждал, когда же они начнут говорить про Мякешина. Юре не терпелось узнать, как продвигаются поиски убийцы "старлея". Илья же, жаждал выяснить, каким образом Юра "вычислил" Валеру Мякешина...

Юра посмотрел на Илью, и улыбнулся.

- Ладно, я вижу, ты себе места не находишь. Хочешь знать, за что я "зацепился"? Узнаешь. Но, чуточку позже. - Он взял программу телевидения, лежавшую на журнальном столике, и взглянул на часы. - Через полтора часа, Илья, мы увидим одну занятную передачку. Думаю, тебя она заинтересует... Вот тогда-то, я и поведаю тебе "леденящую душу" историю, про... - Юра задумался. А потом, очень серьезно сказал. - А вообще, ты знаешь, та "история" - про всех нас...

Юра "переключился", на местный телеканал.


-71-


Отутюженно-ласнящийся Никита Трегубов выбежал на сцену, и озарил присутствующих белозубой улыбкой. Студия "взорвалась" долгими аплодисментами. Он, поднял вверх обе руки, и поклонившись, поприветствовал, собравшихся в зале. Сверхчувствительный микрофон в виде маленькой "булавки", при попадании направленных лучей на лацкан его фрака, походил на каплю жемчуга. Всё это, вместе с нарастающей барабанной дробью, и сосредоточенными лицами операторов по обе стороны сцены, создавало атмосферу праздника. Зрители в студии возбужденно загалдели, уже в который раз, приветствуя популярного телеведущего.

- Добрый вечер! И вновь, мы в студии! И вновь, мы попытаемся, заглянуть через замочную скважину в "святая святых", в личную жизнь наших сограждан. Кто скажет, что "это" - безнравственно? Если наша личная жизнь - безупречна, мы и не скрываем её от окружающих... Не правда ли? - Никита Трегубов окинул взглядом, собравшихся в зале. - А, если....? - Он строго нахмурил брови, и погрозил пальцем, сидящим на последних рядах, - ...вот тогда-то, и начинается работа моих друзей и коллег из передачи "Территория правды". Высочайшие профессионалы своего дела славно потрудились и на этот раз! Обещаю, что сегодня, всех нас ожидают сюрпризы! Скажу честно, многие видеоматериалы, даже я, увижу впервые...

Зал вновь, дружно зааплодировал своему любимцу. Казалось, толпа готова аплодировать абсолютно всему, что произносит "миляга-ведущий". Даже глупость, легко бы простилась этому "лапушке".

- Итак, внимание на экран. К нам в студию поступил телефонный звонок....

На большом экране в центре студии, появилась черно-белая фотография пожилой женщины. Собравшимся, предлагалось послушать, кто и по какому поводу позвонил в редакцию программы на этот раз. В студии раздался многократно усиленный телефонный звонок. Звучала магнитофонная запись. Вскоре, зуммер прервался сочным щелчком, и присутствующие услышали голос позвонившей. Было заметно, что женщина волнуется. Она говорила много ненужных слов, постоянно повторялась....

Кажется, не "липа", - облегченно вздохнул Юра. Телевизионные передачи "Территория правды", шоу Артёма Гушидзе "Большой Гуш", "Двери", "Большая чистка" и прочие, он не смотрел, считая их плохо отрепетированными спектаклями. Чаще всего, "пошлыми". Создатели подобных телешоу, своё дело знают. Любой взрослый человек имеет "наркотическую" тягу, к всякого рода "разборкам", скандалам, "поливанию грязью", особенно, если это происходит на глазах у многочисленной толпы. Нашего жителя, хлебом не корми, дай поглазеть на публичную склоку...

Тема сегодняшней передачи обещала быть серьезной. Речь, на этот раз, велась о наркомании. А точнее, о торговцах смертельным "зельем"...

Взволнованный голос сообщал...

- Здравствуйте. Звонят вам жители микрорайона Коровино. На нашей улице, вовсю идет торговля наркотиками... Занимается этим, жительница одного из домов, по Емельяна Ярославского... Мы, жильцы микрорайона, неоднократно обращались в милицию... Но, дело в том, что женщина, о которой идёт речь, имеет в милиции покровителя... Он, наведывается к ней, почти что, каждый день.... Помогите, пожалуйста... У нас - дети, а к ней - целыми толпами.... И днем и ночью...

Юра, чуть убавил звук, и обратился к Илье.

- На Емельяна Ярославского, за баней, живет "ясновидящая" Аглая. Приятнейшая во всех отношениях женщина. Люди идут к ней за помощью. Конечно, не толпами, но о ней, знают... Лично я, хоть и "не верил", но тоже, побывал в её доме. И убедился сам, она, действительно, обладает паранормальными способностями. И за это..., - Юра выругался. - Сейчас ты увидишь, с каким упорством, на неё "катит бочку ", эта оскотинившая публика?

Юра вновь прибавил звук у телевизора. "Ведущий", видимо упиваясь своей популярностью, стоял сейчас в центре студии, и позой, напоминал "статую Свободы"...

- Мы встретились с позвонившей нам женщиной, и сегодня - она у нас в студии... Итак, знакомьтесь - Валерия Игоревна Шепелева...

Из-за кулис, воровато оглядываясь, на сцену вышла не очень старая женщина. Она заняла крайнее кресло, и скрестив руки на груди, уставилась на "ведущего". Дескать, я готова.

"Ведущий" ликовал. Он обращался к гостье, как к своей старой знакомой.

- Валерия Игоревна, расскажите пожалуйста подробней, что вас привело в студию...

- Так ничо не привело, - не дав ему договорить, оживилась женщина. - Вы ж, сами и попросили приехать... - Она вновь начала озираться по сторонам, ища подвоха...

Как бы давая ей время освоиться, Никита Трегубов вновь обратился к "залу".

- Мы установили наблюдение за домом, где, как утверждает Валерия Игоревна, вовсю торгуют героином. Наши операторы вели съемку в разное время суток... Двое агентов, под предлогом приобретения "дозы", пытались войти в контакт с жительницей подозрительного дома... Увы... Все наши попытки, закончились неудачей. И мы пошли другим путём, а именно, попытались вникнуть в "тайны" микрорайона Коровино, путем наблюдения за домом и опроса людей, выходящих оттуда. Но и здесь, нас ждало разочарование. Далеко не каждый наркоман, и все вы это понимаете, идет на общение с телевизионщиками. Однако сотрудники ток-шоу "Территория правды" - сделают всё возможное, что бы докопаться до истины. Так давайте же решим вместе, - удалось ли им это? Итак, внимание на экран.

На экран вывели изображение. И Юра увидел знакомый дом. Скромная калитка, скосившийся заборчик, ветхая избёнка... Юра выругался. Как-то раз, в поселке Южный Карьер, ему показывали дом одной цыганской семьи, сделавшей себе состояние на перепродаже гашиша... Вот они-то, действительно, "наркодельцы"... Да как, у кого-то хватило ума, поверить в эти враки про Аглаю и героин?

Юра убавил звук.

- Илья, не могу спокойно смотреть на эту "блевотину"... Ты раньше-то, эту "программу" видел?

- Ну, смотреть-то её, я никогда не смотрел. Разве что, пару раз, от нечего делать.... У меня, Верка - постоянно смотрит. Потом, целую неделю обсуждает поочередно, со всеми своими подругами...

Юра его перебил.

- Смотри, смотри, вот этих я знаю... - Он добавил звук. - Теперь понятно, каким образом подыскивает действующих лиц для своих "сюжетов", эта "телезвезда"...

В зал входили бородатый студент-переросток, и его веснушчатая "сокурсница", которых Летин видел как-то раз в ЦУМе. "Влюбленная парочка", помнится, рвалась к своему приятелю Никите Трегубову, "приехавшему" из Москвы....

Однако "ведущий" их представил, как семью студентов, снимающую "угол", по соседству с "наркоторговкой"...

Девчонка заговорила первой.

- Я сразу же обратила внимание на подозрительных молодых людей, вечно толкущихся на нашей улочке. Иногда, особенно поздним вечером, даже страшно на улицу выходить. Кто знает, что на уме у обколовшихся наркоманов... Обколются, и шастают по поселку до самого утра, постоянные мордобой и ругань...

Этого, говорить не следовало. "Героинщики" под кайфом, не ведут себя так, как портовая пьянь. Но девушку, к счастью незнакомую с "героиновым приходом", видимо, недостаточно проинструктировал её бородатый "приятель-хиппоза"....

Ведущий досадливо почесал нос, но "зал", кажется, не заметил этих "неточностей" в словах выступающей...

Если бы Юра Летин смотрел постоянно телевизионные ток-шоу, он бы обязательно обратил внимание на интересную деталь. На любой из этих передач, в зале присутствовали одни и те же лица. Во всяком случае, для семидесяти процентов из них, участие в подобных шоу - стало образом жизни. И, похоже, её смыслом...

Юра вновь убавил звук, и спросил у Ильи.

- Ты помнишь, я как-то, интересовался, как обстоят дела с раскрываемостью у Мякешина? - Юра подлил себе вина. Илье же, пододвинул чашку с остывшим чаем. - Перед тем, как покинуть этот мир, старший лейтенант Мякешин, и это - твои слова, демонстрировал чудеса сыскного искусства... Так?

- Ну, так, - согласился Лагутин.

- Так вот, сейчас ты узнаешь про "источник" его профессионального "вдохновения"...

А на экране, всё также, "блистал" любимец публики Никита Трегубов.

- Давайте же посмотрим, кто - этот таинственный покровитель из милиции... Поскольку нашим агентам не удалось проникнуть внутрь дома, пришлось довольствоваться наружной съемкой... Внимание, на экран...

На этот раз, съемка велась издалека. Однако присутствующие в студии, имели возможность видеть милиционера, заходящего во двор к "наркоторговке". Перед тем, как шагнуть за калитку, милиционер посмотрел по сторонам.

Юра закурил, и выпуская струю дыма, кивнул на экран.

- Узнаешь?

- А что он тут делает? В форме? И с "папочкой"... Емельяна Ярославского, это не наш район... Так ты, Юр, хочешь сказать, что Валерка тоже, подсел на иглу? "Ширнётся", и в Шерлока Холмса превращается, так что ли? Валерка, даже спиртное...

Юра его перебил.

- Смотри!

Мякешина снимали, откуда-то, с достаточно близкого расстояния.

- Откуда же? Видимо, от соседей напротив. Или, из припаркованной машины?

Было очевидно, что "старлей" покидают Аглаю, удовлетворенный. Его улыбка свидетельствовала о том, что, либо Мякешин - действительно "ширнулся", либо - получил удовольствие каким-то иным способом.

Илья, видимо, подумал о том же...

- Ей, сколько лет?

Юра покачал головой.

- Полтинник, но "это" - тут, ни при чём. - Он выключил телевизор, и, обойдя кресло, прилег на софу. - Видишь ли, Аглая - ясновидящая, и это, я испытал на себе. Она, известна всему городу. Понятное дело, что через её дом, так или иначе, "прокачивается" масса всевозможной информации об исчезнувших людях. И ведь к ней идут - с одним и тем же вопросом: "Где находится?". Аглая отвечает, каждому. Причём, с абсолютной достоверностью. Это ли, не подарок, сыскарю? Именно отсюда, Илюша, его хваленая "раскрываемость"...

- Неужели, она добровольно, за просто так, делилась "тайнами" своих клиентов? - "Кисло" спросил капитан.

- Ну, согласись, речь-то не идёт о "тайнах". Кто, чего и кому сказал, сейчас уже не важно. К тому же, для "вашего брата", запутать доверчивую и законопослушную женщину - ничего не стоит. Старлей мог установить в доме Аглаи - микрофон, датчик, "жучок", иную спецтехнику... Я пару раз пытался обыскать все "подозрительные" места в той комнате, где она принимает посетителей. Но я - не профессионал... К тому же, проделать это в присутствии женщины, которая видит тебя "насквозь", не так-то и просто.

- Вот видишь, всё-таки, не нашёл...

- Да оно и не надо. Меня удивила осведомленность старлея. Ведь он, легко находил в полумиллионном городе того, кого планировал "убрать". Действуя в одиночку, не имея официальных помощников, это - невозможно. Вот я и предположил, что на него "работает" сильный экстрасенс. Узнав, что в прошлом, милиция не раз прибегала к помощи Аглаи, я лишь укрепился в своем предположении. Недалеко от её дома, на меня было совершено покушение. Я убежал, не разглядев нападавшего. Но теперь-то, почти что уверен, то действовал старлей Мякешин. Когда же, я провел эксперимент, который, кстати - удался, моя уверенность стала стопроцентной. Ведь на Борю, Мякешина навел я. Накануне, Аглая, сама того не ведая, подробно описала "Конго", куда мы с тобой потом и пошли. "Скопление людей, огнедышащий дракон" - это про танзанийский ресторан... И тут же, словно пары ядовитого фосгена, витает угрожающая мне опасность... "Там - зло. И его, много...", - она произнесла это неоднократно... - Уверен, что Мякешин слышал абсолютно всё, о чём говорила Аглая со своими посетителями.

- Так ведь, изначально, Мякешин, решил прибегнуть к её помощи, руководствуясь, как бы это выразить поточнее, стремлением очистить город от "грязи"... - Неуверенно промямлил Лагутин. - А уж потом...

- Илья, а тебя он "пырнул", тоже - спасая город от кровожадного уголовника? Или, меня? "Гэбэшника" и Тофика - прежде чем убить, он "вычислил", через Аглаю. Так ведь, и они - не были "бандитами". Но они, оказались, в одном "клубке" со мной. И "связывала" всех нас, изготовленная Борей "малышка". Впрочем, об атомном чемоданчике, старлей не знал... Каким образом в видениях Аглаи "переплетались", я и эти люди, трудно сказать. Но, совершенно очевидно, Мякешин нашёл какой-то свой "ключик", к откровениям женщины...

- Но, почему? Почему? Ведь и меня он пытался отправить на тот свет...

Юра сделал лицо серьезным, и спокойно сказал.

- Мякешин в последнее время жил с моей бывшей женой. Жаль, что я поздно об этом узнал. А ведь мог, казалось бы, предположить и раньше. Его ревность, Илюша, была настолько велика и уродлива, что распространялась на всех, с кем я, так или иначе, пересекался. Про наши с тобой отношения он знал давно. По идее-то, тебя, он должен был "убрать" в первую очередь. Для него, ты был препятствием ╧ 1. - Юра замолчал. Он чувствовал, что Илья очень болезненно воспринимает смерть коллеги. Немого подумав, Летин заметил. - Лариске, такой муж и был нужен. Моей "бывшей", доставляло особое удовольствие, управлять мужчинами. Из-за этого, мы и не смогли, жить вместе. А Мякешин - человек служивый. Для него, "подчиняться" - образ жизни, образ мышления. Со временем, Лариска стала думать за него. Ну, а об исполнительности этого "служаки", тебе известно больше, чем кому-либо... Лишиться Ларки, означало для него - лишиться всего.

- Юра, вруби "телик". Давай, досмотрим.

- Илья, это - повторение. Передача закончится, весьма печально. Для Аглаи вызовут "скорую". Гипертонический криз. Однако Трегубов даже это сумел обставить, как торжество своей правоты. Передача-то, так и называется. "Территория правды". Кстати, ты лежал в больнице, и этого, возможно, не знаешь - на передачу подали иски, сразу две общественных организации. Сам же Никита Трегубов находится сейчас в "СИЗО". Молодой "летёха", которому были переданы "дела" Мякешина, доказал это в первый же день. Вот так. А вообще, там много чего "нарыли"...

В дверь позвонили.

- Ты кого-то ждёшь? - Лагутин вскочил с кресла, застегивая верхние пуговицы на рубашке.

Юра встал, и посмотрел на друга. Поправив покрывало на диване, он направился в прихожую.

- Да, жду. Угадай с одного раза, кого?

- Неужели... Так ты же сказал, у неё - "криз"...

- Опомнись Илья, прошло уж тыщу лет. Сам-то, в больнице пролежал, сколько?

Вошедшая женщина, не ожидавшая - что Юра не один, посмотрела внимательно на Илью и, не меняясь лице, сказала.

- Я знаю, о чём вы хотите меня спросить.... - Аглая надолго замолчала. Мужчины, не смея прервать волнительную тишину, смотрели на неё широко открытыми глазами. Восприняв это, как согласие со своей правотой, женщина тяжело вздохнула. - Его убила женщина. Она сейчас, далеко отсюда. - Нагнувшись и подняв валявшуюся на полу расческу, Аглая аккуратно положила её на журнальный столик. Затем, глядя куда-то в сторону, добавила. - Я знала, что это произойдёт. И ещё, - она уставилась в пол, - я боялась, что у меня не получится... - Подняв глаза на Юру, опустила их снова. - Один из вас должен был умереть. Оставить обоих, я не могла. Вы оба, были мне, по-своему дороги...

Уходя, женщина достала из внутреннего кармана маленький предмет, завернутый в целлофан, и положила его на столик, рядом с расческой.

- Возьмите. Это, наверно, дорого стоит.

Не дожидаясь, что ей что-нибудь скажут, она развернулась и ушла. Лишь, спустя какое-то время, друзья вышли из оцепенения.

Илья извлёк из целлофана приборчик, и показал Юре.

На широкой ладони Лагутина лежал портативный радио-микрофон...


Март,2005