# Глава двадцать седьмая

Ливо Эри

Винсент и Лиатрис расставляют все точки над "Ё"

Глава двадцать седьмая

Испытания огнем


"Это все - испытания, посланные мне свыше", - думал Винсент, глядя в голубые глаза мальчика напротив. - "Я должен был кое-что понять. И я понял".

Да, он действительно осознал один важный момент. Тогда, много-много лет назад, мать умерла не по вине этого голубоглазого мальчишки по имени Итес. Просто настал ее черед. Итес вообще не был виноват в чем-то, что произошло в жизни Винсента. Просто Императору было проще свалить все на него, чтобы не испытывать этого ужасного чувства вины.

Медленно он встал на ноги, взял из рук Итеса тарелку, наполнил ее до краев и поставил перед ним.

-Ешь, брат. Набирайся сил. Они тебе еще пригодятся, - сказал он, с улыбкой растрепал волосы мальчика и под его озадаченный взгляд вышел из дома.

Оказавшись снаружи, он увидел вовсе не тот привычный двор и бескрайнее Ледяное море. Император оказался на заснеженном поле, на дальнем конце которого полыхала зарница. Память тут же услужливо подкинула Винсенту то, что произошло в ту ночь. Именно тогда он встретил маленького рыжего мальчика, который затем стал ему не только приемным сыном, но и тем, кому Император доверил свое Истинное Имя.

-Калеб, - шепнул Винсент и со всех ног, то и дело проваливаясь в глубокий снег, бросился к деревне. Тогда, полтора года назад, ему удалось спасти мальчика из огня благодаря тому, что он мог летать. И еще с помощью синеволосой музы Алисы, которая так кстати оказалась рядом. Сейчас он был один. И он понимал, что ему теперь нужно пройти через огонь.

Пламя пожара опалило брови и ресницы Винсента, едва тот приблизился. Он тут же отпрянул, оглянулся в поисках того, что помогло бы ему пройти. Но вокруг не было ничего. И лишь на расстоянии пятнадцати футов от пожара лежал снег.

Из-за стены огня, перекрывая его рев, донесся детский плач. Винсента пробрало до костей от его звука. Он позвал мальчика по имени, но плач не прекратился.

-Сейчас, Калеб, я иду. Подожди немного. Я спасу тебя. Пообещал Император и бегом направился вокруг горящей деревни. Найти лазейку не удавалось: огонь взял поселение в кольцо, не намереваясь кого-либо из него выпускать - и впускать в него тоже. Но это не входило в планы Винсента. Так, оказавшись перед низкой постройкой, меньше всех охваченную пламенем, он остановился. Подпрыгнул, цепляясь руками за хрупкую черепицу, подтянулся на руках и оказался на раскаленной крыше.

Вокруг бесновался огонь. Он уже прожег крышу в нескольких местах, поэтому Император не стал задерживаться и ждать, когда она обвалится. Он быстро пересек ее и спрыгнул на землю.

Здесь было жарко. Огонь ревел и лизал стены и крыши домов и хозяйственных построек. То тут, то там лежали обугленные тела животных, домашней птицы и людей. Винсент двинулся меж ними, быстро, стараясь не задерживаться. Он вглядывался в каждое лицо, в каждую замершую фигуру и вспоминал, как в тот момент прожигала его ненависть. Та, что сотворила это, была некромантом одного из высших разрядов. Она мстила. Собирала свою жатву. И Калеб чуть было не стал ее жертвой.

Он был единственным, кого удалось спасти тогда. И Винсент надеялся, что сможет спасти его и сейчас. Император ускорил шаг. Он уже едва ли не бежал, вспоминая дорогу к дому, где нашел Калеба.

Впереди и чуть правее раздался плач. Ребенок звал маму или отца. Он был напуган. Император направился на звук и вскоре вышел на центральную площадь деревни. Здесь, у небольшого фонтана, сжавшись в комочек, сидел рыжеволосый мальчик.

-Калеб! - крикнул Винсент. Мальчишка поднял голову, посмотрел на Императора бирюзовыми глазами.

-Папа! - сказал он, протянул руки к нему. И, едва Император прижал ребенка к себе, как пламя вокруг взметнулось ввысь, на мгновение закрыв собой все, что их окружало. А потом все разом исчезло - и горящая деревня, и тела людей и животных вокруг, и фонтан, и маленький рыжеволосый мальчик.

Теперь Винсент стоял посреди широкого коридора. Он сжимал в руке меч, а за спиной, вцепившись пальцами в его рубашку, стояла принцесса Лиатрис.

-Отис, нам надо уходить. Отец и братья задержат их. Уходим.

-Нет, Лиат, я не пойду, - так же, как и всего несколько месяцев назад, Император повторил эту фразу. - Я должен помочь твоим родным. Я должен защитить тебя.

Одновременно и впереди, и позади послышался шум. И вот, перед глазами Винсента и Лиатрис появились люди, облаченные в кожаные доспехи с алыми лентами повстанцев. Одновременно Император и принцесса обернулись и, увидев позади себя воинов с такими же повязками, не сговариваясь, нырнули в ближайшую комнату.

Эта была гостевая спальня Винсента, любезно предоставленная королем. Заперев дверь на засов и пододвинув к ней шкаф, Император схватил Лиатрис за руку и кинулся к окну.

Комната находилась на третьем этаже. Под ней были одноэтажные пристройки с покатыми крышами и, падая, можно было бы разбиться.

-Нет, Отис, постой. Есть другой выход, - крикнула Лиатрис, потянула его за собой в глубину комнаты.

-Лиат, - он решил не следовать за ней, как сделал это в прошлый раз. - Я знаю, чем это закончится. И мы должны пойти другой дорогой.

-Что? О чем ты?

Дверь позади вдруг вздрогнула. Затем еще раз.

-Повстанцы вот-вот будут здесь, принцесса. - Сказал Император и посмотрел вниз. - Мы должны выйти через окно. Ты доверяешь мне?

Он посмотрел в глаза девушке, и та испуганно кивнула.

-Вот и славно. Иди сюда.

Он заключил Лиатрис в объятия и, открыв ставни, прыгнул вниз. В то же мгновение дверь слетела с петель и в комнату ввалилась разъяренная толпа. Но они застали только открытое окно и едва колышущиеся занавески.

Винсент упал на бок, тихо охнул, когда боль прошила его тело, но принцессу из своих рук не выпустил. Они вместе скатились по наклонной крыше, а затем рухнули в сугроб прямо под ней.

Некоторое время Винсент не выпускал девушку из рук. Он чувствовал, как рядом с его грудью бьется ее сердце, он ощущал ее дыхание на своей шее и не хотел выпускать.

-Отис... - проговорила принцесса. - Ты в порядке?

Она зашевелилась в его объятиях, и он не без сожаления выпустил ее.

-Да, все хорошо. - Соврал мужчина, тогда как боль после падения разливалась по его телу. - Идем. Нужно спасти тебя.

-А отец? Как же он?

-Сначала ты. Потом - все остальные.

-Хорошо, - Лиатрис кивнула и последовала за Винсентом. Он, пригнувшись, быстро продвигался вперед по заснеженному саду. То тут, то там слышались крики людей и звуки сражения. В воздухе пахло гарью - это горел королевский дворец. Наконец, они оказались у дальней стены, ограждавшей сад.

-Куда дальше? - Лиатрис озадаченно посмотрела на Винсента.

-Я подсажу тебя. Переберешься через стену. Там тебя будет ждать мой друг. С лошадью. Ты заберешься в седло и поскачешь прочь. Поняла?

-А ты?

-А я... попробую все исправить.

Лиатрис прищурилась, глядя на него. Она всегда так делала, когда пыталась прочесть его мысли. И, вместо того, чтобы как-то смутиться, Винсент притянул ее к себе и поцеловал в макушку.

-Иди, Лиат. Я найду тебя, кем бы я ни был, где бы ты ни была, что бы ни случилось. Поняла меня, родная?

-Да. - Она кивнула, сжав рубашку на его груди.

-Тогда ступай. И помни: я люблю тебя.

Винсент отстранился, поцеловал девушку в щеку и подставил ей руки. Та на мгновение задержала свой взгляд на нем, кивнула, робко улыбнулась и поставила ногу на его руки.

-Вот они! Держите их! - послышались голоса, а затем раздался топот ног по каменным дорожкам сада. - Не дайте им уйти!

-Быстрее, Лиат, уходи, - Винсент помог ей взобраться на стену и кивнул ей.

-До встречи - шепнула она и скрылась на той стороне.

-Когда бы она ни случилась, - шепнул Винсент и посмотрел в глаза одного из повстанцев. Тот остановился и сделал знак своим людям остановиться также, а затем склонился в низком поклоне.

-Извините, господин, не признали.

-"Господин"? - тут же раздался голос со стены. Император вздрогнул, поднял голову и увидел искаженное злобой лицо Лиатрис. - Так это твоих рук дело?

Кто-то из воинов поднял лук, нацелив его на принцессу, но Винсент покачал головой.

-Я же велел тебе уходить. - Сказал он горько. - Ты не должна была знать об этом.

-Ты все спланировал! Это все твоих рук дело! Ты, мерзкий предатель! - Девушка уже спрыгнула со стены и двинулась на него. Она выглядела иначе. На ней было другое платье - не то дорогое, в котором она бежала. А обычное шерстяное, которое носят простолюдинки. Она сжимала пальцами рукоять стилета, больше похожего на коготь хищной птицы. В ее серых глазах стояли слезы.

-Говорил, что любишь, а сам плел заговор за спиной моего отца! Тебе мало было просто заполучить меня! Ты... ты не достоин жить! Ты должен умереть!

Девушка со слезами на глазах кинулась к нему, занесла над головой клинок, и резко опустила его вниз, метя в сердце мужчине. Но в дюйме от своей груди Винсент перехватил ее руку и сжал запястье.

-Позволь мне все объяснить, - сказал он, глядя в глаза принцессе.

-Нет. Я не хочу слушать тебя!

-А придется, душа моя, - Винсент наклонился к девушке, заглянул ей в глаза. - Только совсем недавно я понял, кто за всем этим стоит. Я не хотел убийств. Я исполнял волю своего отца. Я должен был принести в Хаттенлид и Хиб справедливость. А для этого необходимо было свергнуть того, кто сеял вокруг себя казни и разрушения. При твоем отце процветали гильдии воров и убийц, а темные маги легально творили зло то здесь, то там. Просто потому что король принимал их подачки и сам пользовался их услугами.

-Ты лжешь, - принцесса покачала головой. - Он не мог совершать подобное.

-Мог, Лиатрис. И он должен был поплатиться за это. Я не хотел его убивать. Да и не я убил его. Мой, до недавних пор, друг и Советник Райвин сумел принять мой облик. Он собрал повстанцев. Он организовал нападение. Не считаясь со мной, с твоей семьей, с жителями Хаттенлид. Да, тогда пролилось немало крови. И вся она - на моей совести. Но я спас самое главное, самую важную свою драгоценность - тебя.

Принцесса недоверчиво посмотрела на него.

-Что ты городишь, убийца?

-Я в последний момент узнал о том, какие цели преследуют повстанцы. И я принял единственно верное решение - спас твою жизнь. Ты - наследница Хиб. Ты должна сидеть на моем месте и руководить страной. И я с готовностью уступлю это место тебе. Если ты простишь меня и вернешься ко мне.

Он смотрел в глаза девушке, вспоминая все, что они вместе пережили. Все те недолгие моменты счастья, которые были у них. Каждую их встречу, начиная тем балом в честь ее семнадцатилетия и заканчивая помолвкой.

-Когда я сказал тебе, что люблю, я не лгал. Я готов сложить свою голову ради тебя. И тогда, и сейчас. А теперь... теперь я отпущу твою руку. А ты можешь сама решить, убивать или пощадить.

Он действительно разжал пальцы, опустил руку и посмотрел в глаза девушке. Та не смогла выдержать его взгляда. Лиатрис выпустила из рук стилет и, едва тот рухнул на заснеженную землю, прижалась к груди Императора и заплакала. Винсент обнял девушку за плечи и коснулся ее волос пальцами. Так они и стояли посреди заснеженного сада, под перекрестными взглядами повстанцев. Девушка, не в силах остановиться, плакала на груди Винсента, а тот гладил ее по волосам и тихо, нежно называл по имени.


И тут пространство вокруг них вздрогнуло и мириадами осколков осыпалось на землю. Они стояли посреди огромного зала с черным мраморным полом и темно-бордовыми стенами без окон. Впереди, всего в пяти десятках шагов, высился сложенный из костей трон. На нем сидела женщина. За ним - нависла Черная Гончая. А перед ним стоял, обнажив меч, Итес.

-Винсент! - знакомый голос окрикнул его, и Император обернулся. Это был Олессан. - Слава богам, это ты. Тут, видишь...

-Вижу. - Император кивнул. - Вы с Лиат стойте здесь. Мы с братом сами во всем разберемся.

-Нет, Отис! - Лиатрис вцепилась в его руку. - Я не отпущу тебя! Вдруг ты...

Он взял лицо девушки в ладони, заглянул ей в глаза и улыбнулся.

-Все будет в порядке. Обещаю. - Он поцеловал ее в губы. - А теперь, будь хорошей девочкой, просто постой в сторонке и отдохни.

Принцесса кивнула, и Император, кивнув Олессану, направился туда, где сейчас разворачивались главные события.


Гончая, словно ртуть, перетекла из-за трона и выросла перед Итесом. Оскалившись и зарычав, она тут же атаковала. Ее мощная лапа загребла воздух в том месте, где только что стоял Черный дракон. И тут же дернулась назад, когда ледяная сталь клинка Императора полоснула по ней.

Гончая обиженно взвыла, уставилась на нового врага и вновь пошла в атаку. Не смотря на свои размеры и кажущуюся неуклюжесть, двигалась тварь на удивление быстро и даже грациозно. Она действительно напоминала больше ртуть, чем живое существо. Атаковала, уворачивалась, вновь била, взлетала в воздух, припадала на пол, вертелась волчком и просто меняла свои позиции. Все это делалось невероятно плавно, и найти брешь в ее защите ни Итесу, ни Винсенту не удавалось.

Иноода смотрела на это представление с легкой улыбкой на губах. Ей нравилось развлечение, и сейчас она получала истинное удовольствие.

Но улыбка исчезла с ее губ, когда Гончая вдруг взвыла от боли. Это Итес, все же изловчившись, взобрался ей на спину и вонзил один из своих мерзких клинков прямо над правой лопаткой твари. Гончая тут же словно взбесилась, взбрыкнула, попыталась сбросить Черного дракона - и тут же получила обычным, но оттого не менее смертоносным клинком Императора промеж глаз.

Вновь Междумирье наполнилось полным боли криком своего детища. Гончей удалось сбросить со своей спины Итеса и отшвырнуть его в сторону с одним лишь эфесом меча в руках. Но пока она была занята одним братом, второй не терял времени. Винсент, поднырнув под крыло твари, подрезал ей сухожилия острым клинком и тут же словно бы утек в сторону, избегая удара лапой.

Гончая обиженно ревела и металась из стороны в сторону, то и дело натыкаясь на мерцающую сталь и достойный отпор.

Спустя всего лишь несколько минут черная тварь, тихо скуля, уже лежала на месте. Из множественных порезов на ее теле текла кровь, пачкая собой мраморный пол.

-Это будет тебе уроком, Иноода, - выплюнул Итес, с вызовом взглянув в глаза Госпожи Междумирья.

-Не время строить из себя героя, братец. Врата вот-вот закроются, - сквозь зубы сказал Винсент и, подхватив его под руку, бросился прочь, туда, где сквозь приоткрытые створки тронного зала был заметен кусочек ночного неба Халы.