# Ведьмина травка

Жорж Швецов

Начало. Первая книга трилогии. Фэнтезийная сказка для взрослых. Герой оказывается на островке среди болота. Ситуация безвыходная, но его вытаскивает оттуда ведьма Наташка. Не задаром, разумеется

Волшебная сказка, фэнтези, эротика , юмор

Глава первая Наташка


Кажется я заблудился. Вот чёрт!

Я остановился и прислушался: сердце колотилось от частого дыхания, чуть слышно шелестели литья от ветерка на берёзах, да задумчиво поскрипывали сосны.

Отдышавшись, присмотрелся к соснам, пытаясь определить северную сторону. Увы, стволы были одинаково гладкие со всех сторон. Небо было затянуто тучами, низко нависшими над кронами деревьев.

- Куда идти? - спросил я вслух.

- Туда - ответил кто-то.

Я оглянулся. Никого. Но показалось, что мелькнула тень меж деревьев. Я затаил дыхание.

Прошла минута. Только поскрипывание сосен да шелест листьев. Даже комаров не было.

- Мерещится что ли?

- Нет - ответил кто-то - Сюда иди.

Снова показалось, что меж деревьев мелькнула тень и стала удаляться

- Как скажешь - и я пошёл в ту сторону, где, как мне показалось, растворилась меж деревьев чья-то тень.

Я шёл пытаясь запомнить деревья, и стараясь шагать равномерно, чтобы не уклониться в сторону. Минут через пять остановился и оглянулся: все деревья были на одно лицо.

- Он мой, Хозяин! Я вожу его с самого утра по лесу ...

- Это мой лес, Одноглазая! Значит и он - мой.

Вот те наа! Кто-то, скрытый от меня непролазной чащей из орешника, малины и крапивы, спорил с кем-то, решая чей я?

- Эй ребята! - средь бела дня не страшно - Может я сам решу с кем мне быть, а?

Что-то ухнуло и с треском повалилось. Я съёжился и присел, втянув голову в плечи.

Но в чаще не шелохнулся ни один куст, и все деревья, вокруг, стояли на своих местах.

Холодный и скользкий страх заполнял грудь, а ноги будто прилипли к земле.

- Мил человек

Я скосил глаза вправо. В пяти-шести шагах от меня стояло существо, очень похожее на человека. Но оно не было человеком. Лохматая копна на голове с травинками, листочками и ягодами, запутавшимися в густых рыжих волосах. Светло-голубые, как выцветшее летнее небо, глаза. Густые, словно мох, нависшие брови. Босой, со сбитыми шишковатыми пальцами. В какой-то хламиде не то из веток, не то из трав - Ты кто, мужик?

- Мил человек, тебе надо уходить отсюдова, пока она не очухалась. Вона тропинка. Ступай по ней.

Я огляделся. Слева от меня, весело петляя, уходила в лес тропинка, которой, и я это помнил, пять минут назад не было.

- Это мои тропинки. Люди их не видют, пока я не покажу. Я за тобой хожу с утра, как ты в лес вошёл. Ни одну веточку не сломал. Ни одного мухомора не пнул. Таким я помогаю.

- 'Леший?!'

- Да, людской род так меня называет. Но местные кличут Хозяином.

- А там кто? - из-за кустов доносилось сопение и кряхтение, как будто боролись на земле.

- Баньша. Люди зовут её Лихо. Уходи, я ещё задержу её немного. Иди быстро, не оглядывайся и не останавливайся. Там - он махнул мохнатой рукой - Там тебя встретют и помогут выйти из леса.

Он исчез, я не успел моргнуть глазом. Не растворился. Не растаял. Исчез, как исчезает воздушный шарик, когда ткнёшь в него иголкой.

Я бежал по тропинке и считал сосны. А они встречались всё реже и реже. И наконец, вместо сосен, сначала по одной, а потом стайками пошли осинки. Сзади что-то ухнуло и я прибавил скорости. И почти сразу же уткнулся в кустарник из малины, смородины, шиповника, лабазника и крапивы так густо сросшихся, что не было даже просвета в сплошной зелёной стене.

Я осмотрелся. И влево и вправо уходила зелёная стена насколько хватало глаз. Опять ухнуло за спиной, но уже ближе и отчётливее. Прикрыв левой рукой глаза, а правой сдвинув в сторону стебли, я шагнул.

Уже горела и чесалась, обожжённая крапивой и исколотая колючками шиповника, правая рука, и всё настойчивее долбилась в темечко мысль - 'Верниись!! - когда, в очередной раз обжегшись крапивой и ругнувшись, я вышел из чащи, и оказался на небольшой лужайке.

Передо мной расстилалось болото.

- Послаал, Хозяин. Ну спасибочки - и решительно развернувшись, обмер. Зелёная стена исчезла, а вместо неё простиралось, сколько хватало глаз, болото - Морок, наваждение - я протёр глаза, но болото не исчезло.

- Не морок, и не наваждение - проскрипел кто-то за моей спиной.

Я обернулся. Передо мной стояла древняя старуха, опираясь руками на клюку, с горбом, выпирающим из лопаток. Лицо тёмное, как запечённая картошка, всё в глубоких, не морщинах даже, бороздах, с огромным, не по лицу, крючковатым носом, с выцветшими белёсыми глазами, и пепельно-серой гривой волос, нечёсаных лет эдак двести.

Ни дать-ни взять Баба Яга!

- Ведьма - проскрипела она - не обманул Лешак. Я помогу тебе. Но ... - сузив маленькие глазки, она, снизу-вверх, пристально взглянула в мои.

Показалось или нет, но в суженных, до щёлок, глазах, бесновалось зелёное пламя.

- Ты должен поцеловать меня, мил человек. Ведь я с мущщиной уже лет триста не целовалась.

В голову лезли сцены из 'Вия', но выбора не было. И зажмурив глаза, и притянув её за плечи, чмокнул в губы. Они были сочные, как спелая малина и источали медовый аромат.

Я открыл глаза.

На меня смотрела молодая женщина, с чёрными, как смоль, вьющимися и ниспадающими, на обнажённые плечи, волосами. В глазах сияли изумруды. Аккуратный и, по озорному, чуть вздёрнутый носик морщился. Кожа цвета слоновой кости. Загар, или смуглость? А на груди, и округлых бёдрах, какие-то повязки, то ли из мочала, то ли из трав.

Я обомлел, а она расхохоталась.

- Не ожидал? - она с усмешкой смотрела на меня - А теперь я тебя поцелую - и ведьма, обняв меня, впилась своими сочными губами в мои. Дрожь пробежала по телу, и зашевелился член, наливаясь кровью. Она отстранилась - Хочешь?

- 'Она ещё спрашивает, но ...'

- Знаю о чём ты подумал. У ведьмы для тебя есть кое-что - она подняла левую руку и развернула ладонь. На ладошке лежали два стебелька тёмно-зелёного цвета - Съешь один стебелёк, вырастет на вершок. Съешь два - на два вершка. Сколько?

- Пять!

Она хмыкнула и подняла правую руку. На ладошке лежали три стебелька - Ешь!

Я осторожно взял стебелёк и поднёс ко рту.

- Что ты медлишь? Если бы я хотела навредить, уже давно сделала б своё чёрное дело. Ешь!

Я коснулся стебелька губами и он тут же оказался во рту, и растаял на языке. Привкус был горьковато-сладкий, как у переспелой и подвявшей земляники. Внизу шевельнулось и затяжелело. Я наклонился к её ладони и слизнул второй стебелёк. Член, удлиняясь и тяжелея, возбуждался, наполняясь кровью. Губы пересохли, дрожь в теле нарастала, переходя в похотливый озноб. Я слизнул с правой ладошки стебельки, один за другим.

Член рос и рос, выпирая трико.

- Снимай штаны! Я уже изнемогаю.

Увлечённый происходящим, я не смотрел на ведьму. Она была голая! Груди, упругие и полные, как накачанные мячи, двоились и манили торчащими сосками. Бесстыдно раздвинутые ноги, и чёрный треугольник между ними. Я застонал от вожделения и лихорадочно, дрожащими от нетерпения руками, стал стягивать трико.

Не тут-то было!

Мне пришлось тянуть резинку трико аж до груди. И только тогда я смог снять его. Снял трусы и переступил. Ведьма вспрыгнула ко мне на грудь, опираясь руками о плечи. Испугавшись, что мы оба завалимся в болото, я напрягся и подхватил её. Но ведьма показалась лёгкой, как пушинка! Опираясь руками о мои плечи, она приподнялась ... и насадилась. Я сжимал её ягодицы, а она оседала, закусив губу. Член медленно погружался в её плоть. Сопротивление возросло.

- Помогай! - прохрипела она - и я, впившись пальцами в её бёдра, натягивал.

Вдруг я почувствовал, что член вышел из ведьминого тела! Меня передёрнуло, и скользнув рукой по её ягодицам, нащупал пальцами член, торчащий из её жопы!

- О ччёрт-ччёрт! Я проткнул тебя .... - из-под мышек заструился холодный и липкий пот.

Я отвёл в сторону руку и посмотрел. Крови не было. Ведьма, наблюдавшая за мной, отстранилась и дико захохотала. От этого хохота по всему телу побежали мурашки, а на голове шевельнулись волосы.

Она, обвив мою шею, покачивалась на члене - Ты разве не знал, что у ведьмы так? Трахаешь в пизду, а член торчит из жопы. А если в жопу, то из пизды.

- Откуда мне было знать, Наташка? - я осёкся, а у ведьмы заблестели глаза.

- Ты дал мне имя. Я обожаю тебя - она нежно прижалась ко мне и поцеловала.

А у меня уже свербило внутри, проверить то, что она сказала.

- Ддаваай! - вскрикнула она и соскочила.


Глава вторая Туман сгущается


Она стояла, наклонившись и раздвинув ноги, и двигала попой из стороны в сторону, и сверху-вниз - Ну что же ты! Суй уже!

Любуясь её формами, я чуть не позабыл, зачем она спрыгнула. Я отклонил член, целя Наташке в попу. А она, медленно пятясь назад, наткнулась и прижалась к нему анусом.

Ведьма замерла. А я медленно, плавными тычками проталкивал член.

Она тужилась, краснея ягодицами - Помогай!

И я натягивал ведьму, содрогаясь от наслаждения.

- Ааааа, вот он родимый! - я не почувствовал, как член вышел из неё. А Наташка уже дрочила его, ёрзая промежностью - Даваай! Двигай! Даваай!

Она подпрыгнула, упираясь и отталкиваясь от меня ногами, и изогнувшись словно змея, припала к члену и сосала, и лизала с таким усердием, что я от наслаждения впал в оргиастический транс.

Дальше всё происходило, как в тумане. Передо моим лицом мелькали её ноги, груди, попа. Соскочив и насадившись передом, она медленно двигалась. Член погружался и не выходил из неё. Я излился пульсирующими толчками. Наташка затихла и повисла на мне, затяжелев.

Мы лежали на лужайке. Член опал и ужался до обычного своего размера. Лицо Наташки зарозовело, глаза закрыты, на губах улыбка - Тебе пора, скоро стемнеет.

- И часто ты даришь мущщинкам энту травку?

- Мущщины не было лет триста - она навалилась на меня грудями и всматривалась в лицо - Тебе пора - повторила она и встала

Я встал.

- Одевайся.

Я взял одежду. Она смотрела, как я, медленно и нехотя, одеваюсь.

- Знаю дорогой, о чём думаешь. Но дольше тебе оставаться нельзя. Садись - ведьма наклонилась, подставив спину.

Я уселся на ведьму - 'А держаться то как?'

- Приклонись и обхвати меня.


Глава третья Царица Тридевятого Царства


Мы летели чуть выше крон деревьев. Лес кончился и пошли поля, а потом, под нами, заблестела в лунном свете водная гладь.

- Я не мог так далеко уйти? - её голова, развернувшись на сто восемьдесят градусов, обратилась лицом ко мне.

Я отшатнулся, а она оскалилась, довольная произведённым эффектом - Ты попал в Тридевятое Царство.

- Как я мог в него попасть? Я блуждал часа два с половиной, не больше. И я не пересекал моря!

- А чаща?

- Вода под ногами не хлюпала.

- Ты переместился в Тридевятое, когда заблудился.

- Как я мог заблудиться в лесу, знакомом с детства?

- Я и сама не понимаю, как это произошло. В сказочный мир, из мира реального, можно попасть, только пройдя через мир серый ... Мы резко пошли вниз. Приземление было жёстким, и кувырнувшись через её голову, я покатился по траве.

- Что?

- Ты почти дома. Вон твоя деревня.

Я осмотрелся. Впереди, шагах в пятидесяти, проходила трасса. За трассой, километрах в полутора, светилась редкими огоньками деревенька. Моя деревенька.

- Ты что-то недоговариваешь.

- Твоё появление в Тридевятом царстве не случайно.

Но её страх не передался мне. Вокруг был мир привычный и неизменный с детства. Я притянул Наташку и обнял. Ведьма вздрагивала.

- Мне пора - отстранилась она.

- Но ты ничего не объяснила.

- Расскажу. Потом. Мне нельзя надолго оставлять своё царство.

- Твоё?

- Да, я царица Тридевятого царства. Пока, мой сладкий. Скоро свидимся - она приподнялась над землёй и зависла, словно дразня своей наготой, и описав круг, взвилась вверх по спирали и исчезла.

Я перешёл через трассу, и полевой дорогой пошёл к своей деревеньке. Было темно. Поле дышало ночной прохладой. Теперь, подходя к окраине деревни, я терялся в сомнениях. Приключившееся со мной не вписывалось в мою обыденную реальность. Всего лишь полчаса назад я сидел на Наташке верхом, и мы летели высоко над землёй. Но ведь это невозможно! Я даже остановился. До крайнего дома деревни шагов тридцать. Я обернулся. По трассе, высвечивая ночь светом фар, ехал междугородный автобус. Я подходил к отцовскому дому и уже почти не терзался сомнениями. И Леший, и ведьма, и секс, и травка ... Травка. Я вспомнил, что блуждая по лесу с корзиной, захотел пить. Но воды с собой у меня не было. За лесом пробегала речушка. Но надо было выйти из леса. А я только начал грибную охоту и возвращаться не хотелось. На глаза попался щавель и я сорвал несколько стеблей, и стал жевать. Сначала вкус был с кислинкой. А потом ... Я усмехнулся, вот оно что. Вот когда я съел ведьмину травку с привкусом переспелой и подвявшей земляники. Что же это было? Может я не заметил, и вместе со щавелем сорвал стебелёк какой-то травки? Открывая калитку и заходя в ограду, я уже не сомневался: моё сказочное приключение всего лишь глюк.