# The Shadow Stone. Книга 1. глава 5

Richard Baker

Аэрон вытаскивает Кестрела и Эриале из подземелья замка Раделя. Решение старого эльфа.

Аэрон оставался на утесе, погруженный в свои мысли, пока солнце не склонилось к западу, окрашивая холодные воды внизу тысячью ярких цветов. Прощальные слова Финегала сильно обеспокоили его. Повелитель эльфов не был склонен к преувеличениям. Никогда больше не изучать магию... Аэрон не мог смириться с этой мыслью. Он изменился за год, проведенный под опекой Финегала. Он уже не был простым парнем-дровосеком, каким был когда-то. Магия захватила его разум, его сердце на таком интимном и требовательном уровне, что стала частью его самого. И он пришел к пониманию, что это только начало того, чему он, возможно, когда-нибудь научится.

Но, с другой стороны, Аэрон не мог оставаться в стороне и позволить Форосу Раделю осуществить свою месть, нанеся удар по Кестрел и Эриале. Насколько он понимал, Аэрон воздал Регосу и Форосу по заслугам, когда ранил их прошлым летом, и даже смерть Мироха была не более чем самообороной. Но пока Форос Радель был властелином страны, молодой тиран был волен делать все, что ему заблагорассудится, чтобы обеспечить собственное правосудие. Шесть дюжин воинов в замке Радель следили за тем, чтобы Радель мог толковать закон так, как ему заблагорассудится. Какой выбор на самом деле был у Аэрона?

Он повернулся и направился обратно к башне, размышляя о том, что он мог бы сделать, чтобы сравнять шансы с Раделем. Финегал сказал ему, чтобы он изучал то, что ему предстоит; раз уж он собирается бросить вызов воле волшебника, он может с таким же успехом растянуть букву прощальных слов Финегала. Когда наступила ночь, Аэрон вошел в библиотеку башни в поисках стихов о Магии и Удивлении. Заклинание изменения облика все еще было далеко за пределами его возможностей, даже если бы оно не было стерто из-за его небрежности, но в старом бардовском тексте было множество других заклинаний, которые могли оказаться ему по силам. "Мне понадобится все, на что я способен, если я надеюсь добиться успеха", - подумал он. Возможно, по меркам Финегала, я поступаю опрометчиво, но это не значит, что я не могу уделить время тому, чтобы все сделать правильно.

Он нашел текст там, где его оставил. Зажег лампу простым заклинанием, которому Финегал научил его почти год назад, Аэрон сел и начал листать книгу заклинаний в поисках нужных ему заклинаний.

***

Аэрон работал в лихорадочном темпе, не позволяя усталости или эмоциям отвлечь его. Теперь, когда он выбрал свой путь, он намеревался следовать ему, невзирая ни на какие последствия. Хотя он терпеть не мог тратить время впустую, на вторую ночь он заставил себя заснуть, готовясь к следующему дню.

В серые предрассветные часы, спустя десять дней после стычки с Мирохом и оруженосцами Раделя, Аэрон проснулся и обнаружил, что все еще один в Керхуане, без каких-либо признаков Финегала. Он обратился к глифвудам, которые приготовил, и принялся заучивать заклинания. За час он освоил шесть заклинаний одновременно, чего раньше ему никогда не удавалось. Небольшая победа показалась ему холодной и опустошенной.

Подготовив заклинания, Аэрон набил свой рюкзак провизией, взвалил на плечо лук и отправился в Мерхлин. Деревня находилась в добрых сорока милях или даже больше от Керхуана, и он воспользовался эльфийским бегом, которому научил его Финегал, чтобы преодолеть половину расстояния к заходу солнца. Теперь, когда он был в пути, ему не терпелось двинуться дальше, но он снова заставил себя прилечь и отдохнуть, пока луна не скрылась за горизонтом и не наступила самая темная часть ночи.

Перед рассветом он проснулся, собрал свои вещи и отправился в деревню на север. Он легко бежал несколько часов, раздевшись по пояс, чтобы не замерзнуть в липкой дневной жаре. Пот струился у него со лба и блестел на спине.

Ближе к вечеру он добрался до окраин Мерхлина. Поля были высокими и спелыми, кукуруза была выше его головы. Аэрон намеренно избегал усадьбы Кестрел, решив не рисковать и не столкнуться со стражниками или следопытами, наблюдающими за этим местом. Он устроился в тени леса, в миле от деревни, неподалеку от своего старого дома, и отдохнул после своих странствий.

В конце концов, долгий жаркий день сменился теплыми сумерками. Горожане по двое и по трое расходились по домам, когда начало темнеть. Аэрон подождал, пока солнце не село, час или больше, прежде чем, наконец, высунулся из своего укрытия. "Пора начинать", - сказал он себе. Стоя в тени деревьев, он посыпал себя песком и пробормотал слова заклинания невидимости. Как и прежде, двеомер, казалось, погрузил его в дымчатое темное стекло. На мгновение Аэрон испугался, что действие заклинания может испортить и его собственное зрение, но постепенно его глаза привыкли. Уверенный в своей скрытности, он двинулся в город.

Сначала он направился по глухим улочкам и пустым пастбищам к дому Кестрел, приближаясь к нему со стороны города. В окнах горел свет, но он заметил пару одетых в темное охранников, которые наблюдали за домом с небольшого расстояния. Аэрон нахмурился и бесшумно скользнул вперед, бесшумно миновав солдат Раделя. Он присел на корточки у открытого окна и заглянул внутрь.

К его удивлению, Шила Голдшиф и ее муж Торик разделяли трапезу у камина. Аэрон огляделся, чтобы убедиться, что охранники их не слышат, а затем прошептал:

- Шила? Это Аэрон. Оставайся на месте и говори тише. Охранники меня не заметили.

Дородная надзирательница удивленно подняла глаза и снова занялась своим рагу.

- Тебе не следовало приходить сюда, Аэрон, - сказала она. - Тебя убьют, как только увидят здесь.

Он улыбнулся в темноте.

- Я постараюсь, чтобы меня не заметили. Кестрел все еще в подземельях замка?

- Да. - Шила невольно посмотрела в сторону окна. - Эриале тоже. Поговаривали о том, чтобы сжечь ее как ведьму, но стражники поклялись, что видели, как ты убила Мироха с помощью колдовства, так что Радель задержал ее за участие в заговоре.

Аэрон кивнул.

- Я так и думал, что так и будет. Добро пожаловать в наш дом, Шейла. Не думаю, что он нам больше понадобится.

- Аэрон, подожди! Что ты собираешься делать?

- Прощай. Никогда никому не говори, что разговаривала со мной здесь. - Он растворился в ночи, легко проскользнув мимо стражи, и направился по открытым полям и проселочным дорогам к самому замку.

Крепость представляла собой старую башню из ракушечника, окруженную более новой внешней стеной. Нижний внутренний двор представлял собой маленький грязный дворик, окруженный переполненными конюшнями и казармами. Вторая стена защищала верхний внутренний двор, заповедник владельцев замка. Замок окружал старый ров, через который у главных ворот была перекинута деревянная эстакада. Четверо солдат стояли на страже у зияющего дверного проема, их кольчуги поблескивали в ярком свете фонаря у ворот. Аэрон остановился в дальнем конце пешеходного моста и присел на корточки у деревянной опоры, несмотря на темную мантию, которая скрывала его.

"Они меня не видят", - сказал он себе. Мне нечего бояться, пока я двигаюсь медленно и бесшумно и ни на кого не натыкаюсь. Собравшись с духом, Аэрон тихо пересек мост и проскользнул мимо стражников, оказавшись на расстоянии вытянутой руки от двоих, стоявших у двери. На какой-то извращенный миг его охватило безумное желание крикнуть на ухо сержанту охраны, просто чтобы посмотреть, как тот прыгнет, но он закрыл рот и двинулся дальше.

Оказавшись внутри стены, Аэрон бросился через внутренний двор. Внутренний двор был точно таким, каким он запомнил его по магическому испытанию, которое Финегал проводил более года назад, и у него зачесалась шея при воспоминании о петле палача. Он почти потерял самообладание, стоя неподвижно и молча посреди двора, борясь со своими страхами. После долгого раздумья Аэрон заставил себя двигаться дальше, миновав внутренние ворота, которые отделяли крепость от внешнего двора. Здесь стоял на страже только один часовой, и тот дремал, прислонившись к стене.

Внутри замка Аэрон повернул направо и скользнул вдоль стены. Он знал, что восточная башня замка служила подземельем. Он никого не встретил в гулком каменном коридоре, который вел из вестибюля в башню. Вскоре Аэрон подошел к тяжелой, окованной железом двери, ведущей в тюрьму Радель. Из караульного помещения доносились свет фонарей и негромкие разговоры.

Он протянул руку к двери, но остановился. Что подумают охранники внутри, если увидят, что дверь открылась сама по себе? И даже если ему удастся проскользнуть мимо них в подземелье, как он сможет провести Кестрел мимо них снова? Аэрон нахмурился и почесал подбородок. У него было заклинание, чтобы справиться со стражниками, но он не мог рисковать и напугать их, просто войдя внутрь. Он долго думал об этом и придумал план.

Повернувшись лицом к двери, он сжал кулак и изо всех сил ударил по крепкому дереву, отчего дверь задребезжала на петлях.

- Ради всего святого, входите уже! - раздался раздраженный голос изнутри. Аэрон не сдавался; он снова заколотил в дверь, пока не услышал скрип отодвигаемого стула. Он остановился и отступил в сторону.

Сердитый охранник с топорщащимися усами распахнул тяжелую дверь комнаты и выглянул в коридор.

- Эй, прекратите это! - Не увидев никого снаружи, охранник злобно выругался и протопал в коридор, оглядываясь по сторонам. Аэрон быстро шагнул внутрь и посторонился.

Караульное помещение было небольшим, на страже находились всего два тюремщика. Охранник, который подошел к двери, вернулся через мгновение, качая головой и ругаясь.

- Кто-то разыгрывает нас, - пробормотал он.

- Наверное, этот негодяй Дарод, - предположил второй стражник. - Я так понимаю, ты ничего не видел?

- Нет, хорек, должно быть, убежал. Но он вернется. Он недостаточно умен, чтобы провернуть трюк всего один раз.

Пока мужчины разговаривали, Аэрон обошел комнату, оценивая ситуацию. Караульное помещение находилось на нижнем этаже башни, а лестница спиралью спускалась в подземелья башни. На одной из стен на крючке висело тяжелое кольцо с ключами. Первый охранник, в конце концов, вернулся к столу, где он и второй мужчина играли в хоп-стоун фишками из слоновой кости. Других охранников не было, заключенные находились внизу. Хорошо. Аэрон занял позицию.

Стиснув зубы, он начал творить заклинание усыпления, которым овладел менее трех дней назад в библиотеке Финегала. Когда он потянулся к плетению, чтобы создать заклинание, его мантия-невидимка исчезла, но оба стражника уснули прежде, чем успели обнажить мечи против призрачного видения, стоявшего перед ними. Аэрон быстро запер наружную дверь, крепко связал охранников и заткнул им рты, а затем снял со стены связку ключей. Затем он спустился в подземелье.

У подножия лестницы он наткнулся на ржавую железную решетку. Она легко открылась, когда он попробовал открыть ее вторым ключом, и он двинулся дальше по длинному полутемному коридору, по обе стороны которого тянулись маленькие двери. -

- Кестрел? - он тихо позвал: - Ты здесь? - спросил он.

- Кто это? - Раздался слабый голос из камеры в конце коридора. Аэрон поспешил к двери и заглянул в зарешеченное окно. Внутри было темно, но его эльфийское зрение помогло ему. Кестрел поднялся на ноги, отряхивая с одежды слипшуюся солому. - Аэрон? Это ты?

- Это я, Кестрел. - Аэрон ухмыльнулся. Хотя он выглядел так, словно не мылся целый год, Кестрел, казалось, был в добром здравии. - У меня есть ключи. Я сейчас тебя выпровожу.

Старый лесничий потер руки и подошел к двери.

- Форос жаждет твоей крови, Аэрон. Лучше бы тебе вообще держаться подальше от Мерхлина.

- Я пытался, Кестрел. Но когда я услышал, что Форос посадил тебя и Эриале в тюрьму, я решил, что должен что-то предпринять. Это неправильно, что тебя посадили за то, что я сделал.

- Ерунда, парень. Во-первых, я действительно кое-что сделал. После твоего ухода я отправился прямиком к старому лорду Раделю и попытался все уладить. Фотсу совсем не понравилась мысль о том, что кто-то расскажет своему отцу твою версию истории. Он вспомнил, что, когда его отец заболел, он взял на себя управление страной. Кроме того, ты для меня как сын. Я бы отдал свою свободу, чтобы знать, что ты в безопасности, - глаза Кестрела заблестели в тусклом свете.

- Вот, я нашел подходящий ключ. - Со скрипом и щелчком замок открылся, и Аэрон протянул руку, чтобы помочь Кестрел выбраться.

Лесник потянулся и улыбнулся.

- Меч Чаззара, как хорошо выбраться из этой камеры. - Затем его глаза сузились. - Подожди минутку. Аэрон, как ты сюда попал?

- Я использовал магию.

- Магия! Но... Это верно. Эриале сказала, что ты встречался с Буреходом. Она тоже здесь. Примерно через три камеры отсюда.

Эти двое быстро нашли камеру Эриале и тихо освободили ее. Аэрону совсем не понравилось, как она выглядела; она была бледной и постоянно дрожала, ей было плохо после пребывания в тюремной камере. Она так крепко спала, что не услышала, как он вошел в ряд камер. Пока двое мужчин помогали ей подняться по лестнице в караульное помещение, Аэрон быстро рассказал о своих визитах в Мерхлин и кое-что еще за последние двенадцать месяцев.

- Поразительно, - пробормотал Кестрел. - Я никогда бы не подумал, что ты можешь владеть магией, Аэрон. Это для магов и лордов больших городов, а не для тех, кто живет здесь.

- Я лишь поверхностно изучил то, что знает Финегал. - Аэрон печально улыбнулся. - Не думаю, что после этого он снова примет меня к себе. Он не хотел бросать вызов законному правителю страны, даже такому черносердечному змею, как Форос Радель. Он не хотел в этом участвовать.

- Прости, Аэрон. - Кестрел положил руку ему на плечо. - Я бы хотел, чтобы все обернулось по-другому.

Аэрон кивнул. В караульном помещении они на мгновение остановились, чтобы спланировать свой следующий шаг. Кестрел был в хорошей форме, учитывая его тюремное заключение, но Эриале была так измучена, что едва могла держаться за стену.

- Ну что, Аэрон? что? - слабым голосом спросила она. - Тебе удалось проникнуть сюда. Что дальше?

- Во-первых, выбраться из замка так, чтобы тебя не поймали. Тогда... Я не знаю. Нам придется покинуть Мерхлин. После этого Форос будет искать нас троих.

- Я уже догадывался об этом, - сказал Кестрель. Он нахмурился. - Нам придется уходить далеко и быстро. Вероятно, безопаснее всего искать убежища в землях какого-нибудь города, такого как Сооренар или Мордулкин. Я не хочу, чтобы по моему следу шли стражники Ослина. Он оглядел комнату. Оба стражника все еще спали, хотя Аэрон связал их, чтобы убедиться, что они никуда не денутся. - Вот, Аэрон. Мы с тобой можем позаимствовать эти кольчуги и шлемы. Эриале... Ну, она явно неважно выглядит. Не исключено, что пара стражников отвезут ее в деревню, чтобы старая Мира посмотрела на нее, верно?

Аэрон согласился и опустился на колени рядом с тем, кто был поменьше ростом, снимая с него кольчугу. Парень очнулся, но, связанный и с кляпом во рту, он не мог ничего сделать, кроме как сердито посмотреть на Аэрона. Кестрел надел снаряжение другого охранника, и через несколько минут двое лесников на расстоянии могли сойти за воинов Радель.

Поддерживая Эриале, Аэрон и Кестрель осторожно покинули караульное помещение и повернули обратно к воротам крепости. В этот час коридоры были пустынны, и они никого не встретили, пока не добрались до сторожевого поста. Дремавший стражник теперь проснулся и был настороже, расхаживая взад-вперед по каменному входу. Его внимание было приковано к внутреннему двору, а не к залу позади него.

- Что нам делать? - Прошептала Эриале.

Аэрон поморщился.

- Я надеялся, что он еще спит. Я могу наложить заклинание.

- В этом нет необходимости, - перебила его Кестрел. - Я помню пару трюков из своей юности. Он вытащил из-за пояса позаимствованный кинжал и подкрался к часовому сзади. Перехватив оружие поудобнее, он левой рукой быстро сбил с головы часового шлем и обрушил тяжелую рукоять на макушку. Часовой со стоном обмяк. Аэрон поймал свой шлем, прежде чем тот со стуком упал на каменные ступени, а Кестрел опустил потерявшего сознание охранника на пол. Они подождали, прислушиваясь, но не услышали ничего, что указывало бы на то, что их заметили.

- Нижние ворота охраняют четверо, - прошептал Аэрон. - Возможно, я смогу их обмануть.

- А что насчет задней двери? - Спросил Кестрел.

- В этом замке есть задние ворота?

- У большинства есть, Аэрон. Это прямо там, на другой стороне двора. Разве ты не кричал об этом?

Аэрон покачал головой.

- Я даже не подумал об этом.

Кестрел улыбнулся в свете звезд.

- Целый год учишься, и тебе это даже в голову не приходило? Если бы я был на месте Файнгола, я бы подумала, не набили ли тебе башку камнями.

- А задняя дверь не будет закрыт? - Спросила Эриале.

- Я могу кое-что с этим сделать, - ответил Аэрон.

- Тогда это звучит лучше, чем пытаться уговорить нас выбраться отсюда, - слабо пробормотала Эриале.

Они втроем начали спускаться по широким ступеням замка и свернули налево. В казармах, окружавших нижний двор замка, горел желтый свет, и Аэрон слышал смех солдат и стук по столам в пивной замка. Кестрел повела их прямо на свет фонаря, но они прошли мимо здания к маленькой, затененной нише в стене. Глаза Аэрона быстро привыкли к полумраку. В стене была небольшая, тяжелая дверь, обшитая железными пластинами.

- Через заднюю дверь? - спросил он.

- Вот и все, - сказала Кестрел. - Тринадцать лет назад я...

- Тринадцать лет назад тебя следовало вздернуть как бунтовщика, старик, - раздался резкий голос позади них. Обернувшись, чтобы встретить угрозу лицом к лицу, Аэрон в шоке ахнул. За ними с обнаженным мечом стоял сам Форос Радель, а на шаг позади них - коренастый солдат в форме сержанта стражи. - Мориет, я благодарю тебя за то, что ты оставил часового с узлом на голове. Если бы я не заметил, что его не было на своем посту, я бы никогда не застал вас здесь.

- Форос, - выплюнул Аэрон. Он был напуган, но в то же время в его сердце кипела ярость. Годами сын лорда наемников и его друзья издевались над ним, что в конце концов вынудило его нанести ответный удар. И когда он осмелился поднять руку в свою защиту, Форос позаботился о том, чтобы все, кого Аэрон любил, пострадали из-за его неповиновения. - Отпусти нас, и мы больше никогда не побеспокоим тебя. Ты победил. Я оставлю Мерхлин с Кестрел и Эриале, и ты больше никогда никого из нас не увидишь.

- Я могу быть уверен, что ты больше никогда не побеспокоишь меня, если тебя вытащат и четвертуют. - Форос безжалостно ухмыльнулся. - Или, возможно, сожгут на костре. Это было бы вполне уместно, учитывая, что ты сделал с Мирохом.

- Аэрон, - сказала Кестрель, - Ты можешь открыть врата?

- Не беспокойся. Они заперты. - Форос усмехнулся. - Кестрель, если ты немедленно сложишь свой меч, ты и Эриале останетесь живы. Иначе я сожгу тебя вместе с Аэроном.

Аэрон облизнул губы и рискнул бросить быстрый взгляд на заднюю дверь позади них, прежде чем повернуться, чтобы не упускать Радель из виду. Они находились в нише задней двери, Радель и сержант преграждали им путь во внутренний двор, а камень окружал их со всех сторон. Всего в нескольких футах от него, в пивной, находились десятки охранников, но Форос еще не вызвал подкрепление. Он осторожно сказал:

- Да, я могу открыть.

- хорошо. - Молниеносным движением рука Кестрела метнулась к поясу. В темноте блеснула сталь, когда его кинжал, брошенный снизу, вонзился в горло сержанта стражи. Радель удивленно моргнул, но быстро пришел в себя. С гневным ревом он прыгнул вперед и нанес удар Кестрелу. Коварный старый лесничий едва успел выхватить меч из ножен, чтобы отразить атаку дворянина. - Начинай! - Кестрел хмыкнул.

Аэрон, как загипнотизированный, наблюдал, как Форос обрушил на Кестрела град яростных ударов, рубя и рассекая его со всей силы. Молодой лорд был хорошим фехтовальщиком, наделенным мощным телосложением и быстрыми руками. Кестрел был на сантиметров тридцать ниже и весил по меньшей мере на двадцать три килограмма меньше, чем Радель, и последние три месяца он провел в грязной камере подземелья. Но Аэрон был удивлен, увидев, что он на мгновение овладел собой, продемонстрировав удивительное мастерство и реакцию, даже более быструю, чем у Раделя.

- Время на моей стороне, старик, - сказал Радель. - Стража! Стража!

- Аэрон! К воротам, пока не пришли еще солдаты! - закричала Эриале. Она схватила его за руку, оттаскивая прочь.

- Хорошо, - пробормотал он. Он повернулся спиной к дуэли и снова повернулся лицом к задним воротам. Закрыв глаза, он положил руку на дверь и произнес простую фразу, вызывая в уме заклинание открытия. Кончиками пальцев он почувствовал, как старый ржавый замок поддался и щелкнул. Он надавил плечом на дверь и распахнул ее, в расширяющуюся щель ворвался порыв прохладного воздуха.

- Я нашел! - воскликнул он.

- Тогда забери отсюда Эриале, - прорычал Кестрел. - Я могу подержать его еще немного. - Он спотыкался от усталости, из нескольких небольших порезов текла кровь, но каким-то образом он все еще удерживал Фороса Раделя на расстоянии. Молодой лорд попытался обойти его, но был остановлен сверкающим острием меча Кестрел. Позади Раделя уже появились несколько гвардейцев, и еще больше приближались бегом.

- Я так не думаю, - сказал Радель. Он сделал ложный выпад, отвлекая Кестрела от защиты, и разбил клинок лесничего о каменную стену. На замахе он ударил Кестрела по голове, и тот, оглушенный, рухнул на землю. Форос поднял меч, готовый пронзить его насквозь, пока его защита ослаблена.

- Отец! - закричала Эриале.

Не колеблясь ни секунды, Аэрон потянулся, чтобы ухватиться за тугую ткань Плетения, окружавшую его. Он провел рукой по лицу, указывая на Радель, и прошептал слова заклинания.

Форос выпрямился с испуганным криком. Он пошатнулся и оперся о стену, чтобы удержаться на ногах.

- Будь ты проклят, Мориет! Что ты со мной сделал? Я ничего не вижу!

- Радуйся, что я только ослепил тебя, - огрызнулся Аэрон. Он наклонился и помог Кестрел подняться на ноги. Взревев от разочарования, Радель бесполезно замахнулась. Пока стражники замка проталкивались мимо своего разглагольствующего лорда, Аэрон втолкнул Эриале в заднюю дверь, а затем помог Кестрел. Из длинной неглубокой раны на лбу у старика обильно текла кровь, но он схватил Эриале за руку и потащил ее в ночь. Аэрон захлопнул заднюю дверь и активировал заклинание перехода. Внутри тяжелой двери щелкнул замок и сам собой закрылся. Солдаты замка забарабанили с другой стороны, но безрезультатно. Задняя дверь была спроектирована таким образом, чтобы выдерживать любые удары.

- Куда теперь? - Спросила Кестрел.

- В лес, - ответил Аэрон. - Они пойдут по нашему следу через несколько мгновений. Мы можем оторваться от них в Маерчвуде.

- Пока достаточно, - ответил Кестрел. Помогая Эриале, они поспешили прочь от неприступных стен крепости Радель и растворились в ночи.

***

Спасаясь от Мерхлина, Аэрон привел Кестрель и Эриале в ущелье, где протекал ручей, неподалеку от руин, где он впервые встретил Финегала. Аэрон вспомнил, что эльфийский маг говорил ему о безопасности скрытой долины, и это место показалось ему таким же подходящим, как и любое другое, чтобы спрятаться. К тому времени, как они добрались до ущелья, Кестрел была совершенно измучена, а Эриале смертельно больна от болезни, которой она заболела во время своего заключения.

Аэрон горячо надеялся, что Финегал будет ждать их там, но единственным признаком того, что он нашел своего учителя, была кожаная сумка, оставленная возле их старого лагеря. Внутри лежал небольшой мешочек с монетами, запечатанный воском флакон и два письма - одно адресовано ему, а другое кому-то по имени Телемахон из Кимбара. Пока Кестрел разводила небольшой костер и присматривала за Эриале, Аэрон сломал печать на письме со своим именем. В Эспруаре было написано::

"Аэрон,

Золото предназначено для того, чтобы Кестрел построил новый дом. Я рекомендую город Седан, расположенный в верховьях реки Гадюка. Король Ослина Гиракс называет себя лордом Сэдденс, но там живут свободные люди, которые не проявляют вежливости к солдатам и констеблям Ослина. Они заберут золото Кестрела без лишних вопросов. Это зелье для Эриале, она серьезно больна и должна немедленно выпить весь флакон. Прежде чем двигаться дальше, убедитесь, что она отдохнет два-три дня.

Письмо адресовано Телемахону, магистру Колледжа магов при университете в Кимбаре. Если вы хотите продолжить учебу, отправляйтесь туда и передайте ему это письмо. Он знает меня с давних пор и позволит вам учиться там. Боюсь, мне больше нечему вас научить; возможно, вы найдете там то, что ищете.

-Fineghal"

Аэрон перечитывал письмо Финегала снова и снова. Он знал, что бросил вызов Финегалу, вернувшись в Мерхлин, но в глубине души он никогда не верил, что эльфийский маг прекратит их сотрудничество из-за этого. Люди совершали ошибки и умели прощать их другим, но в последнем испытании Финегал оказался бесчеловечным и непостижимым, ведомым эмоциями и воспоминаниями, о которых Аэрон мог только догадываться. Его путешествие в древнюю мудрость Тел'Квессира закончилось. Эльфийская кровь или нет, но путь Аэрона лежал в другое место.

***

В последующие дни Эриале полностью оправилась от болезни, а к Кестрелу вернулись силы и улыбка на залитых солнцем лесных полянах. Пока его приемный отец и сестра охотились, рыбачили и устраивались поудобнее в убежище Финегала, Аэрон предпринял несколько поездок в те места, где они с Финегалом уже побывали. Эльфийского лорда нигде не было видно, и даже Керхуан был безлюден. Он вернулся в долину водопада после последнего похода, усталый и озлобленный.

Эриале разводила небольшой костер у журчащего ручья, рядом с ней сидела пара разделанных кроликов, а Кестрель сидел напротив нее, тщательно расправляя и зачищая древко стрелы. Обе подняли головы, когда Аэрон, шлепая по воде, пересек холодный ручей и присоединился к ним.

- Есть успехи? - спросил Кестрел, наблюдая, как Аэрон снимает с плеч рюкзак.

- Его нигде не видно, - ответил Аэрон. - Если Финегал не хочет, чтобы его нашли, его не найдут.

Отец и дочь обменялись взглядами. Эриале повернулась к Аэрону.

- Мы решили, что пора двигаться дальше, - сказала она. - Скоро осень, и мы захотим построить дом, пока погода еще теплая.

- Саден - хороший город, - добавил Кестрел. - Я проезжал мимо него, когда был солдатом в армии Верховного короля, лет двадцать назад. Много хорошего леса и земли. - Аэрон рассеянно кивнул, не обращая внимания на происходящее. Старый лесничий долго изучал его лицо. - Ты идешь?

Аэрон взглянул на него. Он не думал так далеко вперед.

- Я не знаю, - сказал он. За последние две недели он заблудился в своих блужданиях по лесу. Он знал, что Финегал больше не сможет учить его, но надеялся, по крайней мере, снова встретиться с ним лицом к лицу, оправдать свои действия, убедить эльфа дать ему еще один шанс продолжить учебу. Он не думал, что сможет вернуться к той простой жизни, которую вел до того дня, когда встретил эльфийского волшебника. - Было бы лучше, если бы я никогда не встретил Финегала, - сказал он вслух. - Я бы никогда не узнал, что могу потерять.

- Что ты потерял, Аэрон? - Тихо спросила Эриале.

Он вскинул руки в воздух.

- Ты не могла понять.

Лицо девушки окаменело.

- Испытай меня.

Аэрон удержался от резкой реплики. Кестрел и Эриале не заслуживали его гнева... Как и Финегал, если честно. Он сам принимал решения. В тот первый день он преследовал Финегала, умоляя эльфа показать ему, как пользоваться магией. И волшебник с самого начала предупреждал его, что Аэрону не хватает терпения и темперамента, чтобы следовать путем Тел'Квессира.

- Представьте, что в один прекрасный день вы обнаружили, что живете недалеко от моря, и что стать моряком - это ваше заветное желание. Вы находите кого-то, кто может научить вас всему, что вам нужно знать, и вы учитесь достаточно, чтобы плавать в пределах мили или около того от берега. У тебя еще нет навыков, чтобы плыть туда, куда вело бы тебя твое сердце, но ты чувствуешь запахи незнакомых далеких земель, доносимые ветром, ты чувствуешь, как волны рассказывают тебе о местах, куда они могут тебя привести, и перед тобой - великое, бескрайнее море, в котором нет ничего, кроме твоей собственной неопытности и ограниченности чтобы удержать тебя от дальних путешествий. Затем вы обнаруживаете, что вам не будет позволено узнать последнее из того, что вам нужно знать. И вот вы сидите на берегу, а море все время у вас перед глазами, дразня вас мыслями о том, что могло бы быть.

Эриале замолчала. Она обдумывала слова Аэрона, ее глаза потемнели от раздумий.

Кестрел прекратил свою работу и устремил на Аэрона долгий задумчивый взгляд.

- Кто-то скажет, что в таком случае было бы лучше встать и покинуть берег моря, - сказал он. - Возвращайтесь туда, откуда вы пришли, и довольствуйтесь тем, что вы тот, кем были рождены.

- Не знаю, смогу ли я это сделать.

- Я уже рассказывал тебе о своих днях в армии Верховного короля, до восстания Мориета. Это были хорошие дни, с крепкими товарищами и парой сражений, в которых я участвовал и выжил. Но пришло время сложить оружие и отправиться домой, что я и сделал. И все же я знал многих солдат, которые так и не вернулись домой. Они вернулись на свои фермы и в города и снова занялись своим ремеслом. Но в глубине души они все еще жили в дни своей юности. И это огорчало их еще больше, Аэрон, потому что они не могли найти в себе силы для прежней жизни и проводили дни, пытаясь вспомнить ее, - Кестрел вернулся к работе с ножом.

- Нам бы не помешала твоя помощь, Аэрон. Мне нужно будет расчищать землю, рубить лес, возводить дом. По моему опыту, хорошая тяжелая работа - это лекарство от многих недугов.

Поскольку Аэрон любил Кестрела как своего отца, он заставил себя задуматься над словами лесничего, но не мог сфокусировать изображение; казалось, каждая клеточка его тела сжималась от такой перспективы. Он сунул руку в сумку на поясе и достал запечатанное воском письмо с надписью "Телемахос", взвесив его на ладони.

- Я должен попробовать, - понял он. - Мне жаль, Кестрел, Эриале. Моя дорога не ведет к Внезапности.