# Тысяча и одна

Алекс Рэй

На старый мотив

В заведении под гордой вывеской "Багдад", под потолком разливался, подобно туману, едкий сигаретный дым. С маленькой кухни доносился дразнящий аромат изжаренных кур и восточных пряностей. Хозяин заведения, с виду сущий атаман разбойников, орудуя двумя ножами шинковал истекающее жиром мясо, время от времени утирая пот со лба широким рукавом восточного халата. Из старого проигрывателя доносились звуки дудука. Атаман раскачивал головой в такт и феска на его голове дергала кисточкой.


У окна выходящего на одну из шумных центральных улиц сидели двое "братьев". В определенном кругу они были известны как ShahRiJar, и ShahZemaN. Парни пили дурное, вероятнее всего изготовленное по рецепту Василия Алибабаевича, пиво, заедая его сочной питерской шавермой. Молодые люди оживленно беседовали.


Их беседа была о женщинах. Говорили об их ветрености и коварстве, неверности и меркантильности, .... Говорили много, смачно и попусту.

- Короче, надоела она мне. Я даже рад был, когда она хахаля себе завела.... Ну и туту я. Ну что,.. поорали, она поплакала, дал ей денег на таксо и отправил к еёйной матери. Хотел еще отвесить слегонца - все ж измена, да бабу бить.... Сам понимаешь! - распинался ShahZemaN - А без бабы все вообще легче и проще. Не мешает никто. Сам себе султан, делай чё хошь. Главное повод найти, чтоб она, вроде как сама накосячила....

- Да, моя то мне особо и не мешает, - пожал плечами ShahRiJar.

- Ну смотри, брат..., - ShahZemaN допил свое пиво и встал из за столика, - Так чё, сегодня ночью опять тяжелый бой -провинции удержать надо. Готовь технику и до встречи на "Эль-Халуфе"!

- Не вопрос! Потанкуем!

- Твоя-то не против? Чем она вообще занимается у тебя?


***

Город зажег негасимый свет своих окон. ShahRiJar проверил RaidCall, поприветствовал "братьев-соклановцев" щелкнул "Готов!". На кухне девушка налила себе кружку горячего кофе, укуталась в теплый плед, вбила в поле login "Shaherezada" и начала писать очередную сказку. За окном густела черная, чем-то похожая на арабскую, тысяче первая ночь.