# Неожиданная победа

Евгений Владимирович Ромаркин

Неожиданная победа


Я нарочно вышел пораньше, рассчитывая прийти самым первым. Вчера безразличная на вид медсестра или социальная работница сказала из окошка регистратуры: "С шести, и талонов немного". Поэтому я пришел в полшестого. Ну, думаю, наверно опередил всех, мол, откроют только в шесть, и я зайду и сразу займу свое законное место в начале очереди.

Стою, значит, у дверей гор-больницы, мерзну, трясусь аж от холода, все-таки зима. Хотя как зима, март на дворе... Потом дай, думаю, проверим, может открыто. Сам даже не понял, как такая мысль в голову пришла. И точно ведь. Захожу в холл, а там, оказывается, уже полно народа.

Холл больницы продолговатый, большой, весь в зеркалах и скамейках, полы мраморные, гардероб, все дела, с одной стороны четыре окошечка регистратуры. Об этом я как-то забыл сказать еще в самом начале моего рассказа. Талон-то я ведь здесь и брал.

Поначалу я, как такое увидел, растерялся, не знаю, что и предпринять. Стою как последний дурак. А тут и за мной женщина заходит. Кто, спрашивает, последний к узким специалистам? Нет бы мне вспомнить, что я как раз к "узкому", молчу, словно язык проглотил. Если честно, я и смысл ее слов понял только "задним числом", такое со мной уже бывало.

Как назло, один старик и сказал, мол, чего? Тетка тогда повторила. Старик отвечает: я, мол. Тут только я начал понимать, что к чему, подошел к своему окну, а там написано "узкие специалисты". В этот момент мне стало неловко и обидно. К тому же, теперь было очень глупо признать, что я тоже к "узким". Вроде ведь я пришел вперед этой женщины, но с другой стороны она уже заняла за стариком. А старик себе сидит, газетку раскрыл, как будто его ничего не касается. Хотя я понимаю, что он в своем праве: какое ему до меня должно быть дело.

Стоял я так, стоял, потом к этой женщине подошел. Говорю ей: я, мол, буду за вами, хорошо? Немного, добавляю, не понял сначала, в общем, занимаю за вами... Она ничего и не ответила, лишь головой кивнула, видимо, в том смысле, что поняла.

Тогда я стал смотреть, куда бы присесть. Можно между этим самым стариком и каким-то типом, явно деревенским - это как раз напротив моего окошечка. Можно в другой половине холла: там свободная скамейка. Теперь я заметил, что на самом деле народа не слишком-то и много, может, человек десять. Холл-то большой, на всю сотню рассчитан, а то и на 150. Это мне вначале показалось, от неожиданности, наверно, что он переполнен.

К тому же, не все посетители стояли, как я, к "узким специалистам". Хотя их не поймешь. К терапевтам точно никого нет, потому что талоны к терапевтам есть в наличии всегда. Это я слышал от кого-то из врачей, уже давненько. Но кое-кто явно приехал из деревни, а у них окошечко отдельное, "сельские жители". В этих тонкостях сам черт ногу сломает.

Ладно, сел на отдаленную скамейку, решил - буду внимательно следить, чтоб мое место никто не занял. В смысле, чтобы вперед меня никто не прошел. Стоило мне сесть, как в тот же самый момент является инвалид, самый настоящий, натурально, на костылях, и спрашивает, опять же: кто к "узким" последний. Громко этак спрашивает, на весь зал, да оно, по идее, и правильно. Мало ли что. В таких ситуациях надо повести себя правильно. Тот старик, с газетой, как потом выяснилось, и отвечает: последний я. А мне это еще и не слышно, так как я ведь отсел. И я тоже понятное дело отвечаю что я: "я последним буду", как это говорится.

Ну, тут само собой началась неразбериха. А еще женщина эта, которая, выходит, стоит между нами со стариком, решила свое веское слово сказать, не знаю, что ей там в голову пришло. Инвалид в растерянности, не понимает, кого из всех слушать: "ну кто в конце концов последний"? Я встаю, подхожу, и давай растолковывать старику, что за ним женщина заняла, а я за ней, а вот мужчина, этот инвалид, за мной, а не за ним. Вот в чем дело: он, оказывается, почти что глухой, ни черта как следует не слышит.

Тем временем людей в холле становится все больше и больше, причем новопришедшие, черт подери их всех, и не думают занимать очередь! Может, думают пройти так? Или рассчитывают, что их вызовут? Иногда ведь по вызову бывает. Выкликают фамилию, мол, такой-то, заходите. Но это если к врачу, когда уже с талоном на руках. А может, они уже вообще приходили ранее и заняли место, а потом уходили по делам и вот вернулись. Бог его знает что.

Времени уже больше шести, наверно, половина седьмого. А окошко регистратуры все не открывается, словно в насмешку. А мы вчетвером продолжаем, как идиоты, спорить. Некоторые люди, случается, как упрутся, так и не сдвинешь с мертвой точки. Но наконец нам всем удалось, с грехом пополам прийти к согласию. Постановили что инвалид за мной, а женщина передо мной, как есть, все честно.

Тут же зашла старуха и заняла место за инвалидом. Тоже, кстати, почти что глухая, в таком дурацком красном пальто, ни дать ни взять еще с советских времен. Чтоб ничего не пропустить, я остался рядом со "своим" стариком и женщиной: ухо надо держать востро. Держаться за свое законное место. Получить талон во что бы то ни стало, а потом хоть трава не расти.

Теперь людей в зале полным- полно. Кто-то занимает за старухой, они опять спорят и ничего не понимают, но главное - я точно знаю кто передо мной, и ладно. Все скамейки заняты, и в холле становится нечем дышать, а окошечки так и не открываются, черт подери всех врачей и весь этот больничный персонал. И душно, и жарко, и холодно одновременно, уму непостижимо, как это так может быть. И табаком несет, и потом, и какой-то непонятной гнилью, и лекарствами, как это и бывает в больницах. Боже упаси, одним словом.

И народа все больше и больше, и ведь все душнее и душнее становится. Сейчас бы выйти, на улице постоять, проветриться, а то удар хватит, не ровен час. Да не стоит: мало ли что-то пропущу! И не зря я так решил, потому что тут заходят два молодца моих лет примерно и встают у самого нашего окошка, да еще достали какие-то бумаги и справки, держат их в руках с таким видом, будто это щиты или копья. Мол, это наше место и мы будем первые, никому его не уступим. Может, приходит мне в голову, они уже занимали, и не стоит лезть. Только на грубость нарвешься, да и поделом. Посмотрю лучше, что там будет.

Ну и смотрю. А тут одна тетка, из тех что уже торчали тут еще когда я пришел, худющая как спичка, с жутко впалыми щеками, с серой кожей (я хорошенько ее рассмотрел, как-то даже любопытно стало, что скрывать) да еще кажется больная "трясучкой", подошла к парням и говорит, дескать с чего это они тут так встали. А один из этих архаровцев ей: нам только подпись получить, и все, не переживайте. Это мигом делается. Знаю, отвечает эта женщина, да еще так явственно, так громко, и вся трясется, знаю, вы просто вне очереди хотите пройти и талон первыми взять к окулисту. Можете идти, талонов не хватит. Видала она на своем веку и не таких еще, и не таких "окорачивала". Нет, вступает тогда второй, в серой куртке с закатанными рукавами, это в марте-то, нам только подпись получить с печатью.

И начинается спор! С руганью, с криками. Ребята, вы вперед всех не пройдете! Займите очередь! Да ничего, мы недолго... Нет, надо стоять в очереди. Положено. Все стоят, и вы постоите. И вообще, талонов нет, придете в другой раз. И так далее. Тут еще женщина из другой очереди вступилась .

Я забыл упомянуть, что мы все к тому времени уже встали у своих окошечек, хотя выдача еще не началась, просто на всякий случай. Соответственно, когда позже парни все-таки ушли, передо мной осталось пять человек. Три окошечка, кроме терапевтического, три длиннющих изогнутых из-за тесноты хвоста, и каждый дышит в затылок впереди стоящему, и каждый наверно хочет вырваться вперед всех, и думает "скорей бы все кончилось" Но я забежал вперед, парни на самом деле еще не ушли.

Короче, полезла эта женщина разнимать тех троих, "спичку" и этих парней. Причем налетела как раз на "спичку". Вы, говорит, вернее, кричит, не правы. Сама в косынке и резиновых сапогах, точно деревенская, но свою правду отстоять непременно хочет. А какое ей дело до правды, когда она не к "узким". Мне тоже это на ум пришло, хотелось спросить, да решил воздержаться. Будь что будет.

Все тело уже ломило от этого вынужденного стояния, дышать становилось все труднее, так, думал я и в обморок недолго упасть. А тут наше окошко открывается, и сестра объявляет: талонов к каждому специалисту всего по четыре штуки. Вот тебе на! Хотя, "Спичка" что-то подобное сказала ведь, когда с ребятами спорила.

Тут началась паника! Я ведь уже заметил по разговорам, что почти всем нужен окулист, как и мне, но не придавал этому много значения. А теперь, если из тех пятерых передо мной больше, чем троим, нужен окулист, то можно смело идти домой. Беда. А я столько выстоял.

Ссора у окошка правда, уже совсем утихла, и парни отошли в конец очереди, а потом и вовсе ушли, видно потеряв всякую надежду. Но первым двоим в нашей "узкой" очереди, как я случайно подслушал, нужны были талоны именно к окулисту. Шансов остается совсем мало.

За моей спиной поднялся ропот и голоса протестов, несколько человек с самого конца очереди, пришедшие видно недавно без разговоров вышли вон. И вдруг - о ужас! - я только сейчас заметил объявление: "талоны выдаются строго по полисам и паспортам". Причем на самом видном месте!

Дело в том, что свой полис я потерял еще в прошлом месяце, и как-то совсем упустил это обстоятельство из виду. Паспорт ладно, паспорт с собой, но без полиса... Я ругал самого себя на чем свет стоит: не заметить такого важного объявления, да еще когда оно у тебя под самым носом, это надо быть не просто дураком, а архикретином, ни больше ни меньше! Все утро насмарку! Два с половиной (а прошло уже столько времени) часа мучения, переминания с ноги на ногу, духоты, изматывающих нервы споров с глухими и идиотами! И теперь еще выбывать из очереди, так позорно ретироваться, на глазах у всех. Или же получить еще более постыдный отказ, когда мне ткнут в нос, мол, ты дурак, или слепой что ли?

Положение сложилось самое никудышное, просто и слов нет. Все против меня. И тут я "собрал в кулак" все остатки воли и решил: будь что будет, а талон я все-таки получу. Тем более, что еще двоим, в том числе полуглухому старику, нужен был хирург. Это я тоже подслушал, пока так стоял и психовал на самого себя.

Теперь передо мной оставалась только женщина, которая зашла после меня и так удачно успела занять очередь. Ей все-таки к окулисту. Но это не беда, талонов-то четыре. Я спасен. Но ведь нет полиса! Сейчас мой талон достанется кому-то за моей спиной. Что делать?

И вот очередь доходит до меня. Как "по наитью свыше", иначе и не скажешь, я с самым небрежным видом протягиваю в окошечко паспорт и спокойным тоном сообщаю: "к окулисту". Женщина в окошечке регистратуры раскрывает документ на первой странице и принимается заполнять данные. Я стою ни жив ни мертв: как-никак решается моя судьба, по меньшей мере, на сегодня. Ведь суметь добиться своего - это уже дело чести, и даже почти три часа мук в этом холле тут не играют роли. Но, заполнив анкету, женщина перелистывает весь паспорт и спрашивает, где полис. Не раздумывая, я улыбаюсь до ушей, и, кивнув, как бы извиняясь, произношу: "да вот выложил, так вышло, вы уж извините..."

Сработало! Женщина без лишних слов ставит в талон свою печать и, сложив листок вдвое, вкладывает в паспорт. Поблагодарив ее, я выхожу из здания с самым будничным и спокойным видом, а сам торжествую свою неожиданную победу!