# Прыжок "Лунного оленя"

Аноним Сафранов

Твердая НФ близкого прицела. С элементами кибер- и биопанка, а также космической экспансии. Близкое будущее. Многое изменилось, но люди - нет. Кто-то осваивает Космос, кто-то - не вылазит из виртуальных миров. Но утопий не бывает и в конце концов всем им придется столкнуться с неизменными вечными проблемами. Черновик, в процессе написания.

Дисклеймер: все совпадения имен и названий совершенно случайны!


Где-то на Диком Западе...


- Ну, пожалуй, достаточно! Можно подписывать! - Сэм ловко соскользнул с лошади в пыль неподалеку от дверей местного салуна. Изнутри доносились пьяные мужские вопли и женские визги, намекая на возможность веселого времяпровождения, однако его это ничуть не заинтересовало. Подпрыгивая на месте, чтобы размять слегка затекшие после долгого инспекционного объезда ноги, он прикидывал в голове основные пункты последнего отчета. В общем, писать было особо нечего, практически все недочеты по его "линии" оказались исправлены...

- Эй, ковбой, не желаешь немного поразвлечься? - окликнул его звонкий девичий голос.

Сэм, оторванный от размышлений, без особого интереса скосил глаза в сторону неожиданной помехи. "Помеха", манерно прислонившаяся к резному деревянному столбу, поддерживавшему козырек у входа в салун, оказалась вполне ничего себе. Молодая, стройная, с правильными выпуклостями в правильных местах... Правда небрежно завязанная узлом на груди рубашечка оставляла слишком много прелестей открытыми, чтобы являться исторически достоверной. Впрочем, и без этого было совершенно очевидно, что данная особа "реалка", а не "синтетка". Интересно, что это она тут тестирует, в таком-то наряде?

- Чего застыл? Тебе что, седлом яйца отбило? - особа нетерпеливо схватила Сэма за кожаный рукав со свисающей бахромой - он-то, как любой уважающий себя исторический консультант, тщательно подошел к выбору костюма для аватара - и решительно потащила в сторону конюшни. Эта условность оказалась явно не лишней, так как торчавший посреди пыльной площади шериф, из "синтетов", вестимо, уже весьма неодобрительно косился на них. Займись парочка "этим" прямо на ступенях салуна, тот бы, несомненно, принял положенные, тщательно запрограммированные создателями меры. Этот виртмир позиционировался разработчиками как полностью аутентичный, с получением соответствующего сертификата от суровой Американской Исторической Ассоциации (внештатным сотрудником которой, собственно, и являлся Сэм Винклер, нанятый для текущей инспекции), поэтому все "синтеты" вели себя в строгом соответствии с нравами эпохи. Должны были вести, если, конечно, консультанты и инспектора соответствующей специализации не зря жрали свой хлеб. Вроде бы жрали действительно не зря, по крайней мере, за время своей работы здесь в качестве инспектора аутентичности сельскохозяйственных приспособлений и механизмов (да, только такую скучную подработку смог выбить начинающий историк у престижной Ассоциации) он заметных отклонений в поведении "синтетов" не наблюдал. Да и для "реалов" тут тоже существовали методы ограничения антиисторических взбрыков фантазии...

Бойкая девица тем временем уже затащила не успевшую решить, как именно отнестись к неожиданному предложению жертву внутрь конюшни. Сэм на мгновение напрягся, собираясь вырваться из ее неожиданно сильных рук, но тут же расслабился, вспомнив, что данный мир располагается в Свободной Виртзоне и, следовательно, не подчиняется юрисдикции Северо-Американского кластера. С последней у молодого калифорнийца некоторое время назад образовался не очень приятный опыт общения. Неудачно пошутил с однокурсницей в кампусе. Говорил же покойный отец - с бабами твоему поколению не повезло! А ведь хотел просто углубить знакомство, пригласить в кафе, но та оказалась не в настроении ни для шуток, ни для кофе. Зато подать жалобу настроение не помешало... Обошлось всего лишь немалым штрафом, некоторым количеством общественных работ и записью в реестре потенциальных сексуальных преступников, но теперь он в зоне действия американских (да и европейских тоже) законов инстинктивно предпочитает держаться подальше от граждан женского пола. Ибо на второй раз без принудительной генетической кастрации сроком лет на пять явно не обойдется. Благо, альтернатив сейчас предостаточно, не зря некоторые женские организации уже тревогу бьют! Вот, например, сейчас как раз подходящий случай. Пусть без романтики, зато безопасно. Пока феминистки не протолкнули закон об уголовной ответственности мужчин за отказ от реального секса. Впрочем, пан- и полисексуалы здорово оттеснили в последнее время феминисток от политической кормушки, теперь все они спускают собак преимущественно друг на друга. Пока они дерутся, шанс остаться цисгендерным и не в тюрьме у нормальных мужчин еще остается...

- Что ж ты такой сонный-то! - горячо прошептала девица, притискивая его своим в меру объемным бюстом (как минимум, художественный вкус незнакомке при выборе аватара не изменил, в отличие от многих других "реалок") к стенке конюшни. Проскальзывавший в речи легкий акцент выдавал в его обладательнице жительницу неанглоязычного кластера. - Эй, ты вообще точно "реал"?

- А то ты не видишь! - подал, наконец, голос Винклер, покорно следовавший до этого момента за чрезмерно (с чего бы это?) озабоченной девкой. И правда, вопрос-то был сугубо риторический - в режиме бета-теста, в котором находился пока этот виртмир, данные всех персонажей автоматически отображались при взгляде в область над их правым ухом. Кстати... Сэм наконец-то решил туда взглянуть. От увиденного он чуть не поперхнулся: "Влажная Норка, мастер-настройщик межличностных и гендерных отношений".

"Боже мой! Да она и в самом деле озабоченная! Причем профессионально!" - ошарашенно подумал он. Ее коллеги, с которыми историческому консультанту приходилось сталкиваться ранее, во время тестирования многочисленных виртмиров, всегда выбирали гораздо более скромные ники. И уж точно ни разу не предлагали ему протестировать "гендерные отношения" лично. Собственно, она же должна заниматься только настройкой "синтетов", так какого черта? Не то, чтобы это было категорически запрещено временным рабочим контрактом (да кто его толком читал, в самом-то деле!), однако...

- Н-ну..! - Влажная Норка, явно оправдывая свой игривый, мягко говоря, ник, ловко сбросила верхнюю одежду, оставшись в короткой полупрозрачной ночнушке, не скрывавшей практически ничего. И по покрою абсолютно не соответствовавшей эпохе, как не преминула отметить еще не подавленная захватывающим процессом собственного соблазнения часть сознания исторического консультанта.

Сэм почувствовал нешуточное возбуждение. Все-таки развлекаться за деньги в виртдомах терпимости с унылыми профессионалками конвейерного теле-секса, вряд ли даже использующими на самом деле полный вирткостюм или, тем более, с компьютерными "синтетками" в исторических или фентезийных мирах - это одно, а приключение, подобное сегодняшнему - совсем другое! Будит какие-то совсем глубинные инстинкты, что ли... Да и в принадлежности партнерши к женскому полу тут, в сертифицированном мире, можно не сомневаться, в отличие от упомянутых виртдомов, специально созданных в восточных кластерах (подальше от западного законодательства) и никем не контролируемых!

Легкий, едва-едва различимый шум, мало кем вообще обычно слышимый, свидетельствовал, что управляемый отслеживающим мозговую активность компом силовой экзоскелет, обеспечивающий обратную силовую связь вирткостюму, выдвинул к месту действия соответствующий моменту функциональный блок. Не все пользователи докупают к стандартному экзу этот самый блок, добавляющий, мягко говоря, дополнительные степени свободы для обратной связи. Но в число таких морально стойких пользователей, не входят, разумеется, одинокие молодые мужчины! Хотя Сэм подозревал, что в это число сейчас уже вообще мало кто входит, слишком уж много преимуществ у виртуального секса. Устройства виртуальной реальности конечно еще не достигли пределов совершенства, но их последние поколения позволяют получить ощущения, уже совсем мало отличимые от реала...

Ухмыльнувшись своим мыслям, Сэм протянул руку и нежно, но сильно сжал прекрасно смоделированную грудь нежданной партнерши. Реакция девушки его слегка озадачила. Нет, она не превратилась вдруг в бородавчатую жабу - один из любимейших приколов прокачанных завсегдатаев фентезийных виртмиров, от скуки любящих жестоко подшутить над нубами. Благо, обычно не отличающиеся строгостью внутренние правила в подобных мирах позволяют сотворить и не такое... Сейчас же все было в рамках ожидаемого, но как то слишком быстро. И резко... Ее тело забилось в сильной дрожи, а с губ сорвался какой-то совсем звериный рык. Так не бывает! Он вдруг взглянул в ее зрачки, еле заметные в полуприкрытых глазах. Те беспорядочно, несинхронно дергались, то и дело закатываясь под веко. Хорошо, что настройки этого виртмира не позволяли отключать считывание лицевых параметров! Иначе эта тварь могла бы его провести!

- Ах ты ж fucking bitch! - раздосадованный открытием Сэм решительно оттолкнул девицу, уже содрогавшуюся в оргазме. - Пользуй своих "синтетов", а не меня, кайфоматка гребаная!

- Урод! - прорычала перевозбужденная "реалка", в речи которой теперь уже прорезался явный латиноамериканский акцент. - Ты не можешь сейчас уйти! Трахай меня немедленно, козел!

С этими словами она вновь похотливо бросилась на Сэма, но тот с мрачной ухмылкой встретил ее хладнокровно рассчитанным хуком справа. Аватар Влажной Норки улетел в противоположный угол немаленького помещения. "Жаль, обратная связь экзов такие удары смягчает до совсем смешной степени, иначе, возможно, выбило бы у нее дурь из головы!" - посетовал Винклер и, зло сплюнув и не дожидаясь вполне предсказуемого продолжения "беседы", подал ментальный сигнал на выход.

Сеть из десятков тысяч миниатюрных электродов, вшитых в головную часть вирткостюма, сигнал не упустила и, вместо унылого интерьера стародавней конюшни времен Дикого Запада Сэм тотчас узрел родную комнату, с верандой и потрясающим видом на океан и нависающие над ним скалы. Личная эксперт-система, уловив скверное настроение хозяина, включила тихую, успокаивающую музыку и уменьшила яркость света.

"Надо же, в третий раз уже натыкаюсь на эту гадость за последнее время! Что ж им в личном пространстве-то не сидится!" - раздраженно бросил еще не остывший от произошедшего парень в пространство. И добавил еще несколько слов из того нехитрого набора, которым обычно, после вечера, проведенного наедине с бутылкой виски, обозначал свое отношение к процессам, происходящим вокруг него отец, потомственный калифорнийский рыбак.

"Кайфоматами" прозвали людей, попавших в сети новомодного электронного наркотика. Появился он после того, как несколько лет назад шлемы и очки виртуальной реальности стали оснащаться магнитными эмиттерами, позволяющими стимулировать некоторые области мозга. В частности - двигательные отделы и вестибулярный аппарат, что, собственно, и требовалось вирт-приложениям, чтобы "обманывать" мозг пользователя, создавая ему полную иллюзию движения в пространстве. Эмиттеры, создававшие динамически меняющиеся поля сложной конфигурации, являлись упрощенной компактной моделью давно используемых стационарных медицинских, поэтому не отличались мощностью и избирательностью действия и имели весьма ограниченные возможности. Но чей-то острый ум случайно нашел способ эти возможности резко расширить. Хотя конспирологи и утверждали, что новая напасть была открыта не "случайно" и не "кем-то", а вполне сознательно выпущена в массы вполне определенными госорганизациями с вполне определенной целью - превратить население Земли в пускающее слюни легкоуправляемое быдло, Сэм в это не верил. Среди рода людского всегда находились "изобретатели", находившие на свою и окружающих голову все новые и новые способы самоубийственного ухода от реальности. А тут и находить-то ничего особенно не пришлось. Просто догадались использовать в дополнение внутривенную инъекцию раствора магнитоэлектрических наночастиц, вполне штатно применяющихся с теми же медицинскими эмиттерами для усиления эффекта, да перепрограммировать само устройство. Это позволяло воздействовать уже на любой отдел мозга. Но "кайфоматов" интересовал, разумеется, лишь пресловутый "центр удовольствий". Однако мощности эмиттеров, даже усиленной проводящими наночастицами, прикрепляющимися прямо к синапсам, не хватало для получения "чистого", ничем не спровоцированного кайфа. Поэтому приходилось пользоваться старыми, проверенными способами, эффект от которых теперь зато многократно усиливался прибором. Кто-то предпочитал в качестве "стартового" стимулятора любимую музыку, кто-то - алкоголь, кто-то - секс... Нет, магнитная и электрическая стимуляция нервных окончаний для улучшения психологического состояния и обострения чувств применялась давно и повсеместно, практически в каждом носимом гаджете, однако степень воздействия новой гадости отличалась на порядки.

Проблему составляла лишь слабая избирательность действия устройства. Наночастицы прикреплялись к нейронам мозга случайным образом, а упрощенный эмиттер не умел так прецизионно фокусировать поля, как его старший профессиональный собрат. Поэтому зачастую воздействие прибора распространялось сразу на несколько мозговых центров, что и приводило к неконтролируемым и непредсказуемым движениям частей тела. "Вот мерзость-то!" - вновь выругался Сэм, вспомнив жутко ерзающие зрачки несостоявшейся партнерши. Ввиду упомянутых побочных явлений большинство "кайфоматов" предпочитали заниматься этим предосудительным делом внутри личного виртуального пространства, привлекая в качестве партнеров "синтетов" - синтезированных компьютером персонажей. Однако некоторым уродам, видимо, недоставало остроты ощущений (хотя, казалось бы, куда уж сильнее), и они шлялись по Сети, ловя "реалов". Ладно бы шлялись только по специализированным площадкам для таких же любителей бездумного кайфа! Но нет же, обязательно надо и нормальным людям настроение испортить! Может быть, кто-то и нашел бы занимательным секс с "кайфоматом", но у Сэма эти бессмысленные трясущиеся уроды с практически отключенным мозгом вызывали лишь сильнейшее отвращение. И ведь даже жаловаться бесполезно! Привыкания использование данного устройства не вызывало, продолжительность сеанса, как и у всех коммерческих устройств виртуальной реальности, ограничивалась криптопрошивкой на базовом уровне, "хакнуть" которую нереально. Поэтому запрещать использование с точки зрения закона не имелось ни малейших причин. Только производители техники что-то там тихо пропищали насчет "отсутствия ответственности при нецелевом использовании", лишь укрепив мнение вышеупомянутых конспирологов насчет природы этой напасти...

- Сэм, могу ли я помочь? Улучшить твое настроение? - напротив грустно задумавшегося историка, мило и понимающе улыбаясь, расположилась роскошная полноватая брюнетка среднего возраста. Ее тугие формы были затянуты в скромное, но подчеркивающее достоинства фигуры платье стиля годков так семидесятых прошлого века, да и вообще вся казалась пришелицей из тех допотопных времен. Сэм никогда прежде не встречал этой дамы, но ничуть не удивился ее появлению. Просто его персональная помощница-компаньон, обычно "растворенная" в десятках личных и бытовых гаджетов, серверах Вирта и остальной Сети, благодаря доступу к показаниям всевозможных датчиков, многолетним постоянным наблюдениям и владению вообще любой информацией о нем, сочла необходимым "материализоваться" без вызова.

Аватар она выбрала сама, основываясь на его предпочтениях и текущем настроении. Он позволял ей такие вольности. В отличие от многих других, Сэм не наделял личного "синтета"-секретаря внешностью реальной поп-звезды, нынешних или прошлых эпох, которыми были переполнены банки готовых аватаров. Сейчас персонального синтета нередко использовали не только для ведения текущих дел, но и для интимной разрядки - чтобы далеко не ходить, что называется. Да и кто лучше постоянно наблюдающего за тобой, в том числе и посредством считывания мозговой деятельности, помощника знает все твои желания и предпочтения? Верно, никто. Что в сочетании с дурацкими законами неизбежно провоцирует снижение общения с реальными людьми до минимума. Многие граждане, особенно женского пола, давно бьют по этому поводу тревогу, но, похоже, уже поздно трепыхаться.

"Так вам и надо!" - мстительно ухмыльнулся Сэм, вспоминая свои недавние проблемы с противоположным полом и законом. "Нефиг было загонять нас, мужчин, в угол! Мы просто пробили дыру в стене и свалили от вас в изолированную реальность!"

- Да, Лайза! - такое имя он выбрал своей помощнице. Может быть потому, что так звали его первую "любовь" в первом классе школы, и, одновременно, не звали ни одну из его немногочисленных реальных женщин. А может быть, просто взял первое пришедшее в голову имя, он уже не помнил точно...

Дама напротив грациозно поднялась и, с прекрасно поставленным чувственным вздохом прижала его голову к своей полной груди. "Да, именно то и так, как сейчас нужно!" - успел подумать Сэм прежде, чем до конца отдаться накатывающему с неумолимостью мощного цунами желанию. Он не зря выставлял в настройках своей "синтетки" автоматический выбор внешности и темперамента. Она его никогда не подводила...


Май 2042 года, Москва.


Белокурая девушка быстрой спортивной походкой, грациозно обходя оставшиеся после только что прошедшего дождя лужи, бодро шагала по тротуару. Несмотря на выглянувшее солнце, машин на дороге было мало, а пешеходов на тротуаре - и того меньше. Сейчас мало кто вообще на улицу выходит. Если человек работает или учится - то, чаще всего, прямо из дома, если нет, то, опять же, сидит дома в Вирте. Куда ходить-то? Старшее поколение еще изредка перебарывает лень, консервативно, по старой памяти, прогуливаясь в парках или встречаясь друг с другом в немногочисленных, даже по сравнению с ее не таким уж далеким детством, кафе и ресторанах. Младшее же однозначно предпочитает Вирт. В нем есть все, причем лучше и доступнее, чем в реале. Начиная от такого древнего развлечения, как шопинг и до совершенно безопасного секса. А еще творчество всех видов, ограниченное лишь собственной фантазией, спорт, путешествия, удаленная диагностика здоровья, погружение в фантастические миры с захватывающими (но безопасными) приключениями... Да мало ли? Умаешься перечислять все стороны бесконечного Вирта! Вот только маникюр он еще не научился делать. Впрочем, при наличии средств, не проблема купить домой и соответствующий аппарат...

Девушка достигла небольшого кафе на углу улицы, являвшегося, кажется, ее целью. Приподняв полу то ли плаща, то ли длинного и слишком свободно сидящего вечернего платья (кто же разберет эту непонятную моду?) она взбежала по ступенькам и вошла в открывшуюся при ее приближении дверь. На мгновение поморщившись от холода, пока встроенные в порог заведения жерла робопылесосов очищали ее обувь от уличной грязи и влаги, прошла внутрь. Огляделась вокруг, затем заняла свободный столик у окна, еще раз внимательно обозрела зал. По нему беспорядочно летали цветастые попугаи, поминутно садясь на ветви каких-то тропических деревьев. Разумеется, летали они в дополненной реальности, умело вписанной в физический декор помещения. А вот тот человек, кого она, видимо, ждала, еще не появился. Тогда посетительница ввела заказ. Вернее, просто схватила рукой голограммы чашки кофе и любимого пирожного с заварным кремом, выбрав их среди объемных изображений других блюд, рой которых появился над столом при ее приближении. Голограммы заказанных объектов, увеличившись в размере и став ярче, остались висеть над столешницей, остальные же немедленно исчезли, уступив место надписи: "Заказ принят, доставка через 0 минут 44 секунды".

Она завороженно уставилась на бегущие цифры секунд. Когда двузначные сменились однозначными, к столику с легким скрипом подкатил смешной трехколесный робот-официант. Сгрузив поднос с заказом, он подставил экранчик подтверждения оплаты. Покупательница ткнула в него изящным пальчиком, визируя счет, и робот, пожелав ей приятного аппетита неожиданно густым мужским баритоном, укатил восвояси. Она еще раз оглянулась на входную дверь, затем отработанным взмахом кисти развернула интерфейс личной дополненной реальности. Гаджет послушно раскрыл перед глазами привычное меню Службы личной переписки. Войдя по висевшей в верхнем сообщении ссылке в новостной портал, сгребла и "расстелила" на столешнице текст указанной статьи. Отхлебнув кофе, и, отрегулировав через интерфейс кафе яркость ближайшего окна, мешавшего разбирать развернувшиеся перед глазами буквы, принялась за чтение:


Сегодня в Кремле Глава Правительства, в соответствии с результатами длительной общественной дискуссии и в исполнение ранее принятых международных обязательств, подписал обновленную редакцию международной "Конвенции об обязательном генетическом регулировании". Как сообщается, из-за трений между ее сторонниками и противниками, она пока не будет вынесена на ратификацию в Думе, однако, в соответствии с законом, Конвенция обязательна к исполнению со дня подписания, а не ратификации. Приводим выдержки из ее основных пунктов:

Часть 1.

Пункт 1.1: Запрещается любое генетическое вмешательство в человеческий организм без юридически заверенного согласия самого пациента (при условии, что он совершеннолетний).

Пункт 1.2: Запрещается любое генетическое вмешательство в организм несовершеннолетнего человека, помимо случаев угрозы его жизни (и в соответствии с решением специальной медицинской комиссии), вне зависимости от его согласия.

Пункт 1.3: Генетическая проверка эмбрионов является обязательной. При нахождении повреждений из утвержденного соответствующими инстанциями Списка Обязательных Генетических Исправлений, их исправление является обязательным, без необходимости получения согласия родителей.

Пункт 1.4: Родители имеют право на ограниченное генетическое исправление некоторых функций эмбриона, разрешенных Регулировочной Комиссией и влияющих исключительно на внешний вид будущего ребенка.

Пункт 1.5: Пол ребенка разрешено планировать, только если это второй ребенок для одного из родителей (с поправкой на соответствие местным законам).

Пункт 1.6: Допускается, при согласии носителя, использование экстракорпорального гаметогенеза, при этом исходные стволовые клетки для формирования оплодотворенной яйцеклетки могут принадлежать неограниченному числу реципиентов любого пола (с поправкой на соответствие местным законам).

....

Часть 2.

Пункт 2.1: Запрещается наделение, путем генетических манипуляций, человеческих организмов функционалом, не имеющимся в явном или скрытом виде в оригинальной природной ДНК Homo Sapiens.

Пункт 2.2: Запрещается генетическое стимулирование естественных функций организма, не подпадающих под определение из пункта 1.1, если это приводит к ущемлению других функций организма.

....

Часть 3.

Пункт 3.1: Все совершеннолетние граждане обязаны пройти полную генетическую проверку.

Пункт 3.2: В соответствии с результатами исследований, определивших прямую связь между уровнем конфликтности (как внутри общества, так и между национальными и другими группами) и наличием в обществе людей с повышенной экспрессией некоторых групп генов, ассоциированных со склонностью к насилию и авантюрным поступкам (таких, как известный под общепринятым названием ген "путешественника" и прочие), наличие подобных людей в обществе нежелательно. Однако, так как насильственное генетическое регулирование противоречит Пункту 1.1 данной конвенции, людям, страдающим повышенной экспрессией указанных генов, по достижении совершеннолетия должен быть предоставлен выбор: либо добровольно пройти процедуру генетического подавления экспрессии, либо подвергнуться частичному поражению в правах и постоянному надзору, либо покинуть зоны земного шара, на которых действует данная Конвенция.

Справка от портала правительственных новостей: Конвенция ратифицирована высшими законодательными органами Еврокластера и Североамериканского кластера, подписана без ратификации правительствами Южноамериканского, Российского, Китайского, Восточно-Азиатского и Индийского кластеров, законодательство которых фактически приведено к нормам, декларируемым Конвенцией (с рядом исключений). В большинстве независимых земных и космических поселений и непризнанных кластеров отмечаются грубые нарушения положений Конвенции. С другой стороны, исполнение Пунктов 2.1, 2.2 и 3.2 мало совместимо с условиями жизни и труда в космосе и малопригодных для проживания районах Земли.


- Ознакомилась? - раздался вдруг над ее ухом тихий, но полный уверенности мужской голос. Его голос...

- Леша! - она стремительно обернулась и чуть было по старой привычке не потянулась к его губам, но вдруг застыла, вспомнив...

Повисла неловкая пауза. Вошедший, коренастый подвижный мужчина со строгим, решительным лицом, тоже сравнительно молодой, но явно намного старше своей совсем юной собеседницы, некоторое время с хорошо видимой даже случайному наблюдателю надеждой глядел в ее глаза. Затем, не обнаружив желанной реакции, сделал над собой едва заметное постороннему наблюдателю усилие и произнес:

- Спасибо, что пришла, Ира! Ты не была обязана...

- Я не могла не прийти, ты же знаешь! Ты слишком много значишь для меня! - ее губы слегка дрогнули при последних словах.

- До сих пор?

- До сих пор.., - согласно кивнула она и, выпрямившись на стуле, сухо добавила: - Садись, чего стоишь?

Мужчина, тряхнув густой, слегка вьющейся, несмотря на относительно короткую стрижку шевелюрой, послушно последовал ее указанию и присел напротив.

- Все это время только и мечтал вновь увидеть тебя! - начал он проникновенно, положив свою широкую ладонь на ее узкие пальчики, но Ира отдернула руку и отрицательно мотнула головой, как бы умоляя: "Не начинай!".Мужчина умолк, слегка отстранившись.

- Ничего не поняла из твоего сообщения! Что у тебя сейчас происходит, Алексей? - спросила она, пытаясь увести беседу из неуместно-романтического в более деловое русло. - Откуда ты прилетел?

- Из-за Полярного Круга. С базы.., не важно! - он не стал уточнять. - Это уже неважно, потому что все кончено!

- Что кончено?

- Моя военная служба закончена! - резко бросил Алексей.

- Ты окончательно решил? - девушка не казалась слишком пораженной услышанным. - Может, еще передумаешь?

- Окончательно! Уже получил все документы и расчет!

- Новое место тебе не подошло?

- Нет! Прозябать в дыре, следя, чтобы управляющая комплексом экспертная система ничего не напутала? Там даже на кнопку не каждый день нажимать приходится! А превозмогать остается разве что климат и скуку! - зло объяснил он и грустно добавил: - Летчики им больше не нужны! Вообще, управлять напрямую больше никакой техникой не доверяют! Автоматика надежней, понимаешь ли! Вообще армия превратилась черт знает во что! А теперь еще эти новые законы!

- Но ведь есть же зоны, где не требуется проходить генетическую регуляцию?

- Вот про одну такую зону я тебе и рассказал! Кроме того, что делать, когда едешь в отпуск на Большую Землю? Опять надзор? Мне вот только интересно, если припрет, кто воевать-то будет? Одни роботы?

- Ну почему? Армия-то остается, пусть сокращенная и роботизированная? - неуверенно возразила Ирина.

- После обязательной генетической регуляции скорее - кастрированная! - недобро ухмыльнулся ее собеседник. - Воину необходим авантюризм, бесшабашность и агрессивность, которые они хотят сейчас из нас выковырять! Останутся одни "операторы комплексов" и "тактические координаторы", а не солдаты, мать их!

- Может, все же, стоило согласиться на переквалификацию в пилоты транспортников? - несмело пробормотала девушка.

- Сидеть в кабине, как пассажир, и рассматривать облака весь полет? А, забыл, еще надо проконтролировать, что наземные службы ввели правильное полетное задание! - с нескрываемым горьким сарказмом парировал Алексей. - Я боевой пилот! Я с детства мечтал управлять мощной, маневренной машиной! Самому управлять, понимаешь, а не контролировать действия автопилота!

- Все меняется, Алексей! Ты должен был понимать, что рано или поздно это произойдет! - Ирина вдруг подняла взгляд, который до того смущенно уткнула в пол, и с некоторым даже вызовом добавила: - От удаления из общества авантюристов и социально опасных людей станет спокойнее жить всем. Уже стало! Даже у нас это заметно, а в Америке и вообще... И ты прекрасно мог бы пройти процедуру подавления, ничего в ней страшного нет. А отрываться в воздухе ты можешь продолжать в аэроклубе, никто же не запрещает! Ты и раньше туда по выходным ходил!

- Спортивное пилотирование совсем не то! А после прохождения процедуры, боюсь, мне и этого не захочется. Нет, ломать свою сущность я не буду! Мы уже обсуждали это, и мне нечего больше добавить!

- Ну, как знаешь! - устало обронила девушка, вновь опуская взгляд. - Процедуру ты проходить не согласен, на постоянный надзор тоже, из армии, в которой надеялся еще найти места службы, требующие исключения из правил, ушел... Что же остается?

- В Конвенции все написано! - хмуро пробормотал ее собеседник, принимая у робота-официанта заказанную рюмку с каким-то алкогольным напитком.

- Надеюсь, не наемником на одну из этих бесконечных азиатских и африканских войнушек? - обеспокоенно вскинулась Ирина.

- Хорошо же ты обо мне думаешь! - Алексей явно обиделся.

- Извини, глупость сказала! Тогда куда? Слышала, что где-то в Африке собираются организовать коммуну для недовольных Конвенцией...

- Африканская инициатива обречена! - отрезал он. - Им не выстоять среди творящегося там вокруг беспредела. Есть и другие, более реалистичные. Даже много начинаний. Например, поселения в Антарктиде. Несколько уже основаны, другие планируются. Или еще - искусственный плавучий остров, дрейфующий в океане, вдали от юрисдикций кластеров. А еще - подводное поселение на шельфе, возле индийского побережья. Ты бы поехала со мной в одно из них?

- Н-нет.., - она даже поежилась при мысли про Антарктиду.

- Я так и думал. И тоже не хочу туда. Там тоже практически нечем заняться. Разве что в подводном... но и там все производство будет роботизировано. Лишь осознание постоянно грозящей опасности добавляет адреналину по сравнению с другими вариантами. Нет, это не мое! Что тут, что там сидеть в Вирте большую часть времени, только там еще и без удобств!. Кроме того, при успехе этих инициатив, кластера рано или поздно "нагнут" независимые анклавы. Сначала может даже и помогут развиться, чтобы "слить" социально опасный актив, но потом обязательно "нагнут"! Слишком тут всё близко...

- Тогда получается..., - ее зрачки испуганно расширились.

- Да! - с деланным равнодушием пожал плечами Алексей.- Остается Космос.

- Но это же... навсегда! - в Ирининых глазах появились слезы.

- Да, это навсегда! - согласился ее собеседник. - Без генетических изменений в Космосе делать нечего. А после них на Землю точно не пустят! Разве что под плотной охраной...

- Н-не надо.., - девушка больше не пыталась скрывать слез, ручьем лившихся по ее лицу. - Не делай этого!

Алексей порывисто обнял ее, прижался губами к полускрытому золотистым локоном уху и торопливо зашептал:

- Полетели со мной! Ну что тебя здесь держит? Родителей нет, работы нормальной не светит. Все равно будешь дневать и ночевать в Вирте. И так всю жизнь! Очень длинную жизнь, если медики не врут. В здоровом теле. Только какая разница, здоровое тело или нет, если вся жизнь проходит в синтетической реальности? ТАМ, кстати, тоже есть Вирт, тот же самый. С Луны задержка всего в полторы секунды, а с земной орбиты и вообще никакой. Так в чем проблема? Зато биологи в Космосе нужны, и очень! Сейчас такое там разворачивается! И никто не будет диктовать, как нам жить! А у нас с тобой все станет, как прежде!

- Нет! - Ирина резко отстранилась. - Нет! Я не могу! Не проси, пожалуйста! Я не хочу ТУДА!

Она, заливаясь слезами, вскочила на ноги.

- Не пропадай, сообщай новости! - всхлипывая, девушка на мгновение прижалась губами к его губам и, прежде чем Алексей успел остановить ее, почти бегом направилась к выходу.

Лишь на пороге она на секунду обернулась и очень тихо, так, что он скорее прочитал по губам, чем услышал, прошептала:

- Прощай!

Июль 2042 года, Калифорния.


Из приятной полудремы Сэма вырвал тихий, но настойчивый голос Лайзы, на груди которой он прикорнул после сеанса сексотерапии:

- Прошу прощения, Сэм, но время, проведенное тобой в Вирте, приближается к максимальному суточному ограничению. Требуется перерыв не менее восьми часов! - несмотря на извиняющиеся нотки, тот же голос, который совсем недавно звучал так чувственно, теперь явственно отдавал сухим административным привкусом. Сэм не знал, как это получалось у бездушной экспертной системы, но тон ощущался вполне отчетливо!

Спорить с жестко прошитой программой было совершенно бесполезно, и Сэм дал команду на выход. Да, шикарный дом над океанскими скалами был, к сожалению, всего лишь декорацией, его личной "стартовой страничкой" Вирта. Пусть и основывался дизайн комнаты и ее виртуальных окрестностей на реальной планировке старого родительского дома, проданного, увы, после смерти отца, чтобы рассчитаться за накопившиеся у того долги. Можно было бы даже "населить" помещение виртуальными копиями отца и матери, которую Сэм вообще с трудом помнил, но это уже слишком! Хотя многие, особенно пожилые люди, так и делали, благо новые технологии анализа рассеянной информации позволяли смоделировать близко к оригиналу не только внешность уже ушедших людей, но и основные черты их личности...

С тихим привычным шорохом разошлись в стороны десятки компонентов, составляющих хитрую конструкцию вирткостюма последнего поколения (на этом молодой человек не экономил), освобождая своего пленника. Зачмокали скрытые в недрах механизма насосы, откачивающие продукты жизнедеятельности, выделившиеся у клиента в течение многочасового погружения и чистящий раствор, которым было омыто его тело в конце сеанса. Одновременно Сэм ощутил легкую щекотку. Это лучи ультрафиолетовых лазеров мимолетно пробежались по поверхности кожи, испаряя задержавшиеся на ней капельки того самого раствора и, заодно, дополнительно дезинфицируя ее.

Дождавшись конца недолгой процедуры, он открыл глаза. Маленькая унылая комнатушка, полученная бесплатно в рамках Закона о "базовом содержании" после переезда из милого старомодного прибрежного городка, в котором он провел детство и юность, в неуютный и чуждый Сан-Франциско, сильно контрастировала со своим виртуальным конкурентом. Но ничего не попишешь, финансовое положение молодого историка по достижении им двадцатитрехлетнего возраста отличалось от такого же несколькими годами ранее далеко не в лучшую сторону. Выплата накопленных отцом долгов (на покрытие которых не хватило даже денег, вырученных от продажи дома и старого рыбацкого катера со снастями), отдача ссуд, взятых на учебу в университете и, наконец, этот недавний дурацкий штраф проделали в его бюджете все никак не зарастающую дыру. Можно было бы, конечно, по примеру многих окружающих, спокойно сидеть себе на "базовом содержании" и развлекаться днями напролет в Вирте, не мороча себе голову глупостями, но разве для этого он с отличием заканчивал университет? Да, сейчас не обязательно нужно работать, чтобы прокормить себя и обеспечить какую-никакую крышу над головой, но разве это повод вообще отказаться от карьеры, как считали почти все его соседи по бесплатной общаге? Нет, Сэм был воспитан в других традициях. Да и "базовое содержание", между нами говоря, слишком уж базовое. О навороченном "Дримбоксе 6 Про" комфорт-класса с ним можно и не мечтать, а бесплатно выдаваемые вирткостюмы - сплошное Устаревшее Угрюмое Убожество! Да и другие расходы имеются, в том числе и непредвиденные. Тот же штраф, будь он неладен!

Кстати, о штрафе. Вернее, о шедших к нему "в нагрузку" общественных работах. Изучившая дело обвиняемого судебная экспертная система, учитывая специальность подсудимого и дефицит преподавательского состава в школах, порекомендовала направить того в качестве наказания на чтение курса лекций по истории в интернатах для "трудных подростков". Ну как "трудных"... Это родители у них были трудные. Или "трудные", ведь экспертные системы службы охраны детства интерпретируют любой неясный момент всегда не в пользу родителей. Особенно на фоне постоянного ужесточения законодательства и контроля над рождаемостью. Как бы там ни было, судья одобрил рекомендацию юридического автомата, и теперь Сэму предстояло прочесть десять лекций. Вернее, семь он уже прочитал, остались последние три. Но прежде чем прочитать лекцию, ее надо написать! Вот этим ему сейчас и стоит заняться, ведь следующее посещение интерната завтра. Причем посещение физическое (черт бы побрал дурацкие правила интерната!), а не посредством Вирта.

Сэм выскользнул из разжавшихся объятий вирткостюма, спрыгнул на пол и бодро выполнил несколько гимнастических упражнений. Нет, конечности за длительный сеанс не затекли, костюм обеспечивал полную свободу движений, да еще и незаметно выполнял массаж и электростимуляцию мышц. Но привыкший с детства к спорту молодой человек всегда заканчивал погружение в Вирт небольшой разминкой. Свободного места в комнатушке размером восемь на пятнадцать футов, большую часть которой занимали комплекс виртуальной реальности, односпальная кровать и единственное кресло, практически не имелось, поэтому и упражнения разнообразием не отличались. Быстро завершив комплекс, он протянул руку к окну доставки, направив раскрытую ладонь к тому углу, где слабо помигивала пиктограмма стирки.

Спустя минуту створки упрятанной в стене системы автоматической доставки разъехались с легким шипением, и наружу выплыл по направляющим небольшой контейнер. Внутри обнаружился комплект чистого белья и одежды, отправленный в стирку вчера. Сэм, поморщившись от слишком сильного запаха чистящих веществ, всегда сопровождавшего прибытие контейнера ("...когда уже поменяют общественный стиральный комбайн на более современную модель?"), выгрузил содержимое на полку также упрятанного в стену шкафчика и вновь заполнил емкость небольшой кучкой грязной одежды. Еще с утра та была разбросана по полу комнаты, но прибиравшийся в помещении, пока хозяин разгуливал в Вирте, общий коридорный бот-уборщик, консультирующийся с личной экспертной системой-помощником постояльца, заботливо собрал ее и уложил в специальную корзинку в углу.

Контейнер с тихим скрипом уехал обратно в стену. Сэм до сих пор еще не привык полностью к такой доступности удобств. Его старый родительский дом на побережье, при всех своих само собой разумеющихся преимуществах перед этой тесной каморкой, похвастаться подобным уровнем автоматизации быта никак не мог. Что и не удивительно для древнего, почти вековой давности строения, принадлежавшего, к тому же, не сильно обеспеченной в последнее время семье. Во Фриско же он попал в один из недавно возведенных современных комплексов для "базового проживания". Их во множестве печатали автоматические строительные принтоассемблеры на месте старых кварталов. Гибкость новой строительной технологии позволяла совместить стандартные компактные комнатушки для одиночек, оснащенные встроенными продвинутыми системами бытового обслуживания, вроде автоматической поквартирной доставки всего требуемого и автоматической же уборки помещений, с разнообразием планировки и внешнего вида, включая выдерживание исторического стиля знаменитых местных фасадов. Правда, Сэму пришлось взять комнатку с окном, выходящим на невзрачный внутренний дворик. За вид на город пришлось бы доплатить. Немного, но он справедливо рассудил, что обойдется пока без излишеств. Все равно большую часть своего времени он видит перед глазами синтезированную картинку.

За эту комнату тоже приходилось платить, но совсем уж смешную сумму. Полностью бесплатное жилье также можно было получить, но оно обычно располагалось в старых, едва отремонтированных домах и подобным уровнем удобств уже не отличалось. Концепция "базового дохода", принятая большинством развитых стран мира, отнюдь не предполагала, что все будут совершенно равны, получат совершенно одинаковые унылые каморки и совершенно одинаковую одежду, как пугали ее критики, ругаясь старинными полузабытыми терминами вроде "оголтелого марксизма" и "казарменного коммунизма". Нет, дифференциация вполне себе предполагалась. Просто считалось, что любой должен иметь возможность позволить себе работать в меру желания и только в той области, к которой тяготеет. Это, по словам адептов популярной теории, должно помочь каждому полнее раскрыть свой потенциал, не опасаясь остаться без средств к существованию.

Разумеется, действительность разительно отличалась от теории. Желание работать далеко не всегда сочеталось с наличием рабочих мест в данной области. Вот как у Сэма сейчас. Уже несколько лет он пытается найти свою нишу по специальности, но получается пока не очень. Только временные подработки. Он не знал, как обстояло дело с количеством доступных рабочих мест у выбравших другую специальность, например у обслуживающего персонала роботов-ассенизаторов, ежедневно чистящих старинную городскую канализацию. И знать не хотел! Такими вещами Сэм заниматься категорически не желал. Уж лучше прозябать на "базовом доходе"! Ну, разве что жизнь вдруг крепко возьмет рукой за горло и неотложно понадобятся дополнительные средства...

А очень многие вообще не желали работать и ни к какой полезной для общества деятельности не тяготели. Естественно, таковые стояли в конце очереди, получая лишь "остатки". Впрочем, их это не сильно волновало, так как и остатки обеспечивали сравнительно беззаботное существование. Но без излишеств. Вот они и жили в полностью бесплатных старых жилищах. А Сэм, как гражданин более высокого статуса (национальное страхование как-то там подсчитывало баллы, опираясь на образование человека, количество времени, которое тот проработал за последние годы, а также другие параметры) сразу получил комнату в современном жилом комплексе. Таким незамысловатым способом государство пыталось стимулировать совсем уж обленившихся в массе граждан к хоть какой-то полезной деятельности. Пусть повальная автоматизация и снизила кардинально потребность в рабочих руках, но совсем без участия людей экономика и государство функционировать пока не могли. Хотя, судя по всему, к этому в перспективе стремились...

Молодой человек облачился, наконец, одежду, выбрав белье и легкую удобную пару из брюк и свободно сидящей рубашки с управляемыми застежками. Мимолетным движением провел пальцем по рукаву, выставляя их на автоматический режим, чтобы теплообмен сам регулировался в соответствии с внешней температурой и количеством солнечного излучения. Костюм был новенький, буквально несколько дней назад распечатанный за умеренную цену на мультиассемблере общего пользования, установленном в подвале дома. Собственно, туда он даже не спускался, выдав заказ путем выбора и персональной подгонки модели на сайте дизайнерской фирмы и получив результат через полчаса посредством системы автодоставки. Большую часть одежды добывали теперь так, и служила она недолго, до следующего сезона. Лишь несколько основательных зимних курток из нестандартных для мультиассемблеров материалов и специальных спортивных комбинезонов заводского производства, висевших у него в шкафу, пришлось заказывать прямо на фирме-производителе.

Вкусовые ощущения, симулируемые вирткостюмом, использовали, помимо электростимуляции, набор спреев, имевших некоторую калорийность, так что чувство голода удовлетворялось не только виртуально. Но, разумеется, заменить нормальное питание этот суррогат не мог, да и никто и не ставил пока подобной цели. Все равно ведь законами всех нормальных государственных образований время пребывания в Вирте ограничивалось двенадцатью часами в сутки, причем не более восьми подряд без перерыва такой же протяженности, как предшествовавшая ему сессия. И производители соответствующей техники жестко следили за соблюдением данного ограничения. А персональный ИИ-помощник, он же и надсмотрщик, "приставленный" лет семь назад специальной поправкой Конституции к каждому гражданину Североамериканского кластера, осуществлял дополнительный контроль. Поэтому времени поесть конвенциональным способом оставалось предостаточно, пусть это и бесило некоторых вирт-фриков.

Сэм надел очки дополненной реальности, представлявшие собой изящную, практически незаметную дужку с чуть выступающими вперед бугорками ретинальных проекторов. "Да, вот так и протекает жизнь современного человека! Из виртуальной реальности в дополненную и обратно!" - в который раз с некоторой грустью подумал он, вспоминая свое, значительно более наполненное реальной активностью детство. Ностальгически повздыхав, впрочем, совсем недолго и вряд ли действительно всерьез, послал мысленную команду на открытие бытового интерфейса. Хотел уже выбрать из меню автоматического кафетерия, имевшегося в общаге, что-то легкое, но прислушался к требовавшему чего-нибудь необычного желудку и решил "шикануть", заказав порцию из одного из ближайших "человеческих" ресторанов. То есть таких, где шефом был человек, а не работающий по стандартной программе кулинарный принтер. Дорого, но иногда можно себе позволить! Еще дороже стоила продукция заведений, использовавших натуральное, а не синтезированное мясо. Но Сэм, не будучи законченным гурманом, разницу во вкусу между ними чувствовал не очень остро, поэтому из последних заказывал редко. А с текущими финансовыми проблемами и вообще... Жестом он вывел инфу по имевшимся вариантам и выбрал пару блюд китайской кухни из расположенного в соседнем квартале заведения.

Не прошло и пяти минут, как за окном мелькнула тень почтового коптера, аккуратно положившего небольшой контейнер в специально размещенную с внешней стороны стены корзинку и тут же улетевшего восвояси. Одновременно в пространстве перед глазами Сэма возникло сообщение о прибытии посылки. Он послал разрешающий сигнал, и корзинка перекочевала в приемное окно по эту сторону стены. Усевшись в кресло, получатель быстро и с аппетитом умял присланную порцию.

Ну вот, теперь пора и поработать! Мысленной же командой он открыл составленный вчера набросок следующей лекции и принялся за редактирование:


Лекция номер 8 из цикла "Технологии, изменившие мир"

"Термоядерный нанореактор".

Более чем восьмидесятилетняя история попыток обуздания термоядерной энергии нашла совершенно неожиданное решение в начале двадцатых годов нашего века. Ни работы с многомиллиардными "токамаками", ни с лазерными стеллаторами, ни с другими воплощениями заумных идей физиков-теоретиков так и не увенчались уверенным успехом, однако, как это частенько бывает в науке, вмешался Его Величество Случай. Одна, совершенно далекая от проблем ядерной физики лаборатория разрабатывала новую компьютерную память на основе нанотрубок. Идея была простой, как топор: в миниатюрную, диаметром в десяток атомов, углеродную трубку, помещали проводящую частицу, а концы трубки "затыкали" электродами. Изменяя силу тока, приложенную к последним, можно было контролируемо перемещать частицу внутри нанотрубки. [Примечание автора: это реально существующий проект] Далеко не новая идея давно уже вышла из стадии теоретических прикидок, эксперименты с отдельными трубками четко показали ее жизнеспособность, и лаборатория, пользуясь новейшими, на тот момент достижениями наноразмерной трехмерной печати, перешла уже к отработке больших массивов подобной памяти.

И вот в одном из экспериментов внезапно произошло возгорание микросхемы. Причем характер поражения, представший перед очами ученых, изучавших в электронный микроскоп останки несчастного устройства, оказался весьма странным. Более всего картина напоминала серию микровзрывов, случившихся с отдельными трубками в разных участках массива. Заинтригованные исследователи стали "копать" и вскоре выяснилось, что, в результате технического сбоя, на микросхему был подан ток, десятикратно более мощный, чем расчетный. Казалось бы, дело можно закрыть, однако симуляция процесса, проведенная одним слишком дотошным аспирантом, никакого возгорания не обнаружила. Избыточная мощность должна была со временем лишь расплавить внешние контакты, сами трубки ее вполне выдерживали. Однако микросхема загорелась, к тому же практически сразу после подачи напряжения. Что-то тут было не так!

Аспирант продолжил "копать". И докопался. Выяснилось, что гелий, заполнявший внутренний объем устройства для предотвращения загрязнений, каким-то образом оказался разбавлен водородом, причем с большой примесью дейтерия - тяжелого изотопа этого газа. Поставщик, снабжавший лабораторию баллонами с гелием, оказался не очень ответственным, бывает. Но именно наличие в смеси дейтерия навело аспиранта на казавшуюся поначалу совершенно безумной мысль - а вдруг причиной повреждений являются термоядерные микровзрывы?

Коллеги, естественно, над ним посмеялись и посоветовали приложить свою неуемную фантазию к чему-то более реальному. Однако исследователь, что называется, уже закусил удила. Пригласив на помощь своего старого товарища по университетскому общежитию, подвизавшегося как раз в области термоядерных исследований, он сумел смоделировать на компьютере произошедший процесс, а затем и воспроизвести опыт в натуре. Оказалось, что металлическая микрочастица, разогнанная десятикратно превышавшим обычный током, с такой силой прижала оказавшийся между ней и электродом, выполненным из сверхтвердого материала, дейтерий, что между некоторыми его молекулами произошла реакция синтеза (впоследствии также выяснилось, что катализатором процесса оказались квантовые эффекты, возникшие из-за особой конфигурации магнитных полей, индуцированных током в соседних нанотрубках). Микровзрыв толкнул частицу к противоположному торцу, где, в свою очередь, также произошла реакция. Толкнувшая, естественно, частичку в обратную сторону. Возник некий аналог двигателя внутреннего сгорания, где роль поршня исполняла металлическая частица, а топлива - молекулы дейтерия. В подобном импульсном режиме, да еще сопровождавшемся квантовыми эффектами, пресловутый критерий Лоусона, требовавший для самоподдерживающейся реакции сверхплотной и долго удерживаемой плазмы, терял значение. Ведь упомянутый критерий статистический, определяющий вероятность реакции хаотически перемещающихся ядер, а здесь "играли" некоторые квантовые эффекты, "выстреливавшие" ядра прямо в цель, подобно снайперской винтовке. Разумеется, прореагировал очень небольшой, можно сказать ничтожный процент газа, однако энергии, выделившей в результате работы двигавшегося туда-сюда со все увеличивавшейся частотой "поршня", вполне хватило для разрушения микросхемы.

Обрадованные победой собственного разума над косной материей аспирант с товарищем раструбили о всех подробностях своего эксперимента прежде, чем ошарашенное руководство лаборатории додумалось засекретить эксперименты. Но было уже поздно. В течение нескольких месяцев десятки ведущих мировых научных центров сумели воспроизвести опыт, а затем и разработать теорию процесса. Естественно, для извлечения практической пользы конструкцию пришлось очень сильно доработать. Положительный выход энергии был относительно мал, считанные проценты, но большего бы массив нанотрубок, несмотря на примененные материалы, и не выдержал бы. Зато, при обеспечении должного теплосъема, можно было получать блоки огромной мощности при разумных массе и габаритах. И очень надежные, ведь они состояли из небольших стандартных плат, легко заменяемых в случае выработки ресурса.

На окончательную доработку технологии термоядерных нанореакторов, несмотря на ее кажущуюся простоту (дьявол, как известно, кроется в деталях!) у ведущих мировых корпораций ушло еще почти десять лет, и первые коммерческие образцы появились лишь к началу тридцатых. Но зато, благодаря исключительной дешевизне производства, быстро завоевали весь мир, почти полностью заменив собой все остальные источники энергии. Что, помимо политико-экономических потрясений, стало сильнейшим толчком к освоению космоса.

Основной причиной этого стал пресловутый гелий-3. Дело в том, что, хотя нанореакторы, благодаря открытым с их же помощью квантовым эффектам, могли осуществить практически любую из известных реакций синтеза легких ядер (о большинстве из которых прежние экспериментальные термоядерные установки даже не могли и мечтать), все они приводили к быстрому исчерпанию ресурса конструкции и требовали тяжелой радиационной защиты из-за огромного количества выделявшихся нейтронов. Все, кроме одной - реакции между ядрами "чистого" гелия-3, где на мерзкие нейтроны и паразитное рентгеновское излучение приходилось всего пара процентов выделявшейся энергии. И если стационарные электростанции или некоторые военные аппараты еще могли позволить себе работать на "вредном" топливе, то для всех остальных применений был жизненно необходим этот самый гелий-3. Которого на Земле, как известно, нет. Зато он есть на Луне. И еще дальше. Добраться же в Космос с помощью новой энергетики стало на порядки проще и дешевле, чем раньше Так мечты многих поколений фантастов внезапно стали реальностью...


Космодром "Восточный", июнь 2042 года.


Алексей, в последний раз задумчиво побарабанив пальцами по столу, кивнул сам себе и размашисто поставил подпись под документом. Самую натуральную подпись, отнюдь не электронную. На самом обычном же листе бумаги, самой обычной, привычной с младших классов школы шариковой ручкой. Вся эта старомодная обыденность резко контрастировала с красиво выведенным на "шапке" документа названием конторы, с которой он заключал соглашение: "Косморесурс". И еще резче - с содержанием договора. Основой которого являлось согласие Алексея на проведение генетической модификации организма, включающей резкое усиление его радиационной устойчивости, повышение сопротивления перегрузкам и улучшение еще десятка параметров. Без всего этого долго в Космосе не протянешь. Впрочем, последствия такого наглого вмешательства в функционировании организма тоже точно известны не были. Хоть компании-производители модифицирующих инъекций и клялись, что промоделировали все с помощью своих экспертных систем, и контроль последствий обеспечен. Последний пункт, правда, в их рекламных брошюрках был освещен как-то невнятно. Но Алексей не сильно беспокоился. Во-первых, медицина сейчас настолько продвинулась, что в случае необходимости разберет человека по молекулам и соберет заново. Ну, не буквально, конечно, но близко к этому, наглядные примеры из своей недавней армейской жизни он наблюдал воочию. А во-вторых, опасности, подстерегающие обитателей космических поселений, сильно повышают шанс просто не дожить до проявления отрицательных последствий генетической модификации...

- Поздравляю, господин Семенов! Добро пожаловать в летный состав нашей компании! - с дежурной улыбкой прокомментировал его решение сидевший напротив глава отдела кадров, фасонно представившийся, как доктор психологических наук Василий Викторович Карташов.

Василий Викторович, облаченный в также сильно диссонирующий с содержанием встречи деловой костюм придуманного еще в прошлом веке покроя, вопреки безупречному внешнему виду производил впечатление мутноватого типа, которому есть, что скрывать. Точно такое же впечатление сложилось у Алексея и от всего, что он успел узнать о самой компании "Косморесурс". Однако лучших предложений на горизонте не просматривалось. На относительно недавно возникшем рынке добычи и транспортировки космических ресурсов все компании были таковыми. Мутными и ненадежными. Развитые государства благоразумно уступили в свое время этот малозначимый тогда (а для чисто земной экономики и сейчас тоже) сектор частным фирмам, где те потихоньку и возились. Иногда сотрудничая, а иногда, вдали от посторонних глаз, и вставляя друг другу палки в колеса. Хорошие такие палки в виде ракет космос-космос и лучей инфракрасных лазеров на ближней дистанции. А то и в виде мощных сфокусированных импульсов многочастотных высокоэнергетических микроволновых излучателей, полностью защититься от которых было нереально. Последнее - только по невнятным слухам, и, скорее всего, не в системе Земля-Луна, нашпигованной следящими системами по самое нехочу. Тем не менее, Алексей на прежней работе имел достаточный доступ к специфической информации, чтобы считать данные слухи совсем не лишенными весьма серьезных оснований.

Как бы там ни было, а выбор разнообразием не радовал. Десяток совершенно неотличимых друг от друга китайских, по полудюжине американских, индийских и европейских компаний, вот и всё, собственно. Ну и две российские. Из которых, впрочем, одна отпадала сразу. "Энерголифт" представлял собой креатуру российских ВКС, созданную для обхода международного соглашения о демилитаризации Космоса. Действовал он под жестким патронажем соответствующих госструктур и имел своей целью одну-единственную задачу - добычу на Луне и безопасную транспортировку на Землю российской доли гелия-3, гарантированной соглашением. По одной, точно такой же "псевдочастной" компании имелось и в Североамериканском кластере, и в Европейском, и у азиатских держав. Фирмы данной специфической группы работали изолированно друг от друга, так как их интересы, строго регламентированные международным договором, ни в чем не пересекались. Конфликтов тоже не предвиделось. Во-первых, потому что демилитаризация демилитаризацией, но у всех ведущих "игроков" в избытке имелось средств наземного базирования, способных гарантированно "достать" любую цель в системе Земля-Луна. Эта система взаимного сдерживания дополнила в последнее десятилетие средства старинного ракетно-ядерного противостояния, слегка нивелированные новыми технологиями. А во-вторых, этого самого гелия-3, являвшегося основой современной энергетики, за прошедшие с начала его добычи на Луне годы навезли на Землю уже столько, что накопленных запасов хватит лет на десять. Даже несмотря на продолжающийся взрывной рост количества термоядерных батарей, постепенно заменяющих устаревшие энергоисточники, Поначалу ведь накинулись на новый ресурс, но вскоре опомнились, увидев, что столько сразу не надо. Всей Земле (без космических поселений) за глаза достаточно было всего около ста тонн этого изотопа в год. В первые же годы, пока же не исчерпались несколько обнаруженных участков лунной поверхности с экстремально высоким процентом его содержания в реголите, добывали в пять раз больше. Вот и накопилось. И теперь, разрабатывая менее богатые площади, продолжают возить потихоньку, в основном для того, чтобы не забыть, как это делается. А китайцы, по слухам, уже присматриваются к добыче ценного изотопа из атмосфер планет-гигантов. На будущее...

В "Энерголифте" Алексею не светило ничего. Ни хорошей должности (все немногочисленные места уже заняты "своими", приближенными к кормушке), ни интересной работы. Пилоты туда требовались только для скучного контрольного "высиживания" в парочке орбитальных транспортных шаттлов компании. На самой же Луне и на трассе Луна - низкая земная орбита, все было предельно автоматизировано. И луноходы-добытчики, и заводы по очистке изотопа, и транспортировка до околоземной перевалочной орбитальной станции, откуда ценный ресурс уже доставлялся шаттлами на планету. Нет, немного людей в лунном филиале все же торчало. Но большинство штата составляли там ремонтники. Пилотов была буквально парочка, и подавляющую часть времени своей вахты они проводили в бункере глубоко под поверхностью, в ожидании весьма редких экстремальных ситуаций, когда может потребоваться их вмешательство.

А еще, в "Энерголифте" Алексею не светило получить необходимую для постоянной жизни в космосе генетическую модификацию. Сотрудники компании находились вне защищающего все живое магнитного поля Земли слишком мало времени, чтобы им требовалась дополнительная защита. А ведь Алексей планировал со временем мигрировать подальше от Земли, в Дальний Космос. Марс, астероиды, а то и спутники планет-гигантов. Там, вдали от влияния земных государств, разворачивались сейчас весьма интересные события...

Просто попасть туда, после появления революционного источника энергии, кардинально удешевившего космические полеты, не составляло особого труда. Но он отнюдь не намеревался, как обычные беженцы или авантюристы, прозябать в подповерхностных бункерах, дистанционно управляя различным внешним оборудованием или, в упрятанных вглубь же, подальше от радиации, мастерских, копаясь во внутренностях вечно ломающейся в тяжелых неземных условиях техники. Нет, он собирался оставаться тем, кем он всегда мечтал стать и действительно стал - пилотом. Там, в Дальнем Космосе, на автоматику сильно полагаться не стоило, компьютеры частенько сбоили от зашкаливающей радиации, несмотря на защиту и резервирование, а гигантские расстояния не позволяли управлять дистанционно. Поэтому пилоты - настоящие профессионалы, а не "операторы автопилота", там требовались. Пока не очень много, но поток переселенцев и частных компаний, стремящихся на периферию Солнечной Системы, рос из года в год. Кому-то категорически не нравилось происходящее на Земле, кто-то просто мечтал о других мирах или видел возможность неплохо заработать, "застолбив" богатые ресурсами места...

Но чтобы не загнуться в первый же год работы в открытом пространстве требовалась генетическая модификация. Причем не простенькая, доступная почти бесплатно любому переселенцу, а основательная, разработанная специально для профессиональных космонавтов. Она не добавляла никаких фантастических возможностей и не превращала в сверхчеловека, но заметно стимулировала естественные возможности организма по борьбе с последствиями облучения и микрогравитации. Подобные медицинские процедуры имелись только у солидных официальных компаний, частным же образом стоили безумные деньги. Ходили слухи, что в дальних космических поселениях можно заполучить даже гораздо более радикальные модификации, разработанные подпольно, но вот этого Алексей пробовать на себе категорически не желал. Он бежал в Космос для того, чтобы остаться самим собой, а не для того, чтобы превращаться в мутанта! Поэтому и выбрал единственно надежный способ - для начала поступить на работу в одну из ресурсных фирм. Да, год придется отработать на Луне, но заодно и опыта наберешься...

Итак, "Энерголифт" отпадал. Из российских оставался только "Косморесурс" и Алексей, руководствуясь скорее, остатками патриотизма, чем холодным расчетом, выбрал его. Но, по правде говоря, в американские и европейские компании его вряд ли бы взяли, а в китайские и индийские не очень-то хотелось...

- Теперь еще комплексную верификацию, для комплекта, Алексей Сергеевич, - вывел его из задумчивости голос Карташова. Получив требуемое, тот дежурно улыбнулся: - Вот и отличненько! Медпроцедуры начнутся завтра, а прямо сейчас я передам вас, как говорится, с рук на руки руководителю нашего Центра подготовки.

Они покинули шикарный кабинет с прекрасным видом сквозь внешнюю стену изменяемой прозрачности на раскинувшиеся по огромной площади космодрома стартовые площадки и технические сооружения. Помещение располагалось на верхнем этаже "башни", являвшейся частью огромного комплекса, совмещавшего местный филиал штаб-квартиры фирмы, ремонтные ангары с техникой, склады и все остальное, необходимое для деятельности компании. "Косморесурс", как понял Алексей, в одиночку арендовал все это гигантское сооружение, что свидетельствовало о неплохих финансовых показателях данной конторы. Путь их лежал на самый нижний этаж комплекса, где располагался вход в технические помещения.

- Вот, познакомьтесь, Геннадий Михайлович Волынский, наш главный "дрессировщик", так сказать! - Карташов хихикнул вслед собственной остроте. Остальные присутствующие ее проигнорировали.

Начальник Центра подготовки разительно отличался внешним видом от скользкого кадровика. Вряд ли Волынского взяли бы в кино на роль "крутого парня" - морда лица, как говорится, красотой не вышла, однако то, что этот человек отнюдь не кабинетный работник, было заметно с первой же секунды знакомства. Спокойный, внимательный взгляд, уверенная осанка, твердое рукопожатие - все это не оставило Алексею сомнений в принадлежности своего будущего (на время подготовки) начальника к тому же кругу, к которому относился и он сам - к касте профессиональных пилотов.

- Ну так я пошел. Приятной работы в нашей компании, Алексей Сергеевич! - начальник отдела кадров, успешно сбывший клиента дальше "по цепочке", облегченно попятился к лифту, готовому вознести его обратно на Олимп офисов штаб-квартиры из этого обиталища "смертных" (причем, судя по неохотно раскрываемой компанией статистике несчастных случаев, смертных совсем даже не в переносном смысле).

- Спасибо, Василий Викторович! Благодарю за оперативное решение всех вопросов! - подчеркнуто вежливо попрощался с ужасно раздражавшим его Карташовым Алексей, даже не стараясь скрыть облегчение от убытия последнего. Судя по почти незаметной ухмылке, появившейся в уголках губ Волынского, молча изучавшего своего нового работника, кадровик раздражал не только новоявленного курсанта.

- Зови меня Гена! - сразу же предложил начальник Центра подготовки, как только створки дверей лифта закрылись за Карташовым. - Обойдемся без официоза!

- Ну, тогда меня - Леша! - согласился слегка удивленный простотой общения своего нового начальника, выглядевшего лет на десять, как минимум (хотя кто сейчас может гарантировать что-либо по одной внешности?) старше Алексея.

- Вот и отлично! Не люблю длинных титулований! - кивнул Волынский и перешел к делу: - Видел твое резюме. Неплохо, но у нас, сам понимаешь, специфика совсем другая, придется кое-что подтянуть! Времени достаточно, медицинские процедуры займут три недели, будем готовиться параллельно. Экзамен по теории космических полетов ты сдал на отлично, поэтому займемся отработкой практических навыков на тренажерах. А сейчас я проведу для тебя короткую экскурсию по нашему хозяйству!

- В училище мы проходили курсы пилотирования трансатмосферных и космических ЛА! - на всякий случай уточнил Алексей.

- Вот именно, что проходили. Мимо! - хмыкнул его собеседник. - Не обижайся, знаю, что говорю, ты же у меня не первый курсант. Теорией ты, конечно, владеешь, и в Вирте не раз примерял на себя место лунного пилота-эвакуатора. Четырнадцатый разряд в "Мастере Планетоидов" - очень достойно! Только ты же понимаешь что это не совсем то?

- Разумеется!

"Мастер Планетоидов" являлся хардкорным симулятором пилота-спасателя аварийного бота на Луне и некоторых спутниках других планет, популярным в крайне узкой среде фанатов виртуального пилотирования. Там симулировалось почти все, с чем пришлось бы столкнуться в реальных условиях, и даже больше, если говорить о самых причудливых конструкциях космических кораблей, доступных в игре, но не существующих в реальности. Но все же меньше, чем требовалось настоящему космопилоту. Зато сложность заданий и практически никак не упрощенное управление позволяли использовать симулятор для базовой подготовки и даже для предварительного отбора кандидатов. Именно поэтому Алексей не удивился тому, что начальник Центра подготовки знает его квалификационный уровень в игре (действительно, довольно высокий), ведь он сам дал ссылку на свой игровой профиль в резюме!

- Кстати, пилотирование модели боинговского спасательного бота "Thunder-2" в симуляторе очень похоже на реальное. У нас два таких старичка стоят на одной из лунных баз. На консервации, слишком уж они устаревшие.

- А что используется для работы?

- Для штатной транспортировки материалов и ремонтных бригад у нас есть двенадцать внеатмосферных шаттлов "Лунный олень-1" и "Лунный олень-2" китайского производства. У первого грузоподъемность...

- ...двадцать стандартных тонн. У второго - тридцать пять. Это при штатном запасе рабочего тела, - не очень-то вежливо перебил Алексей, решив продемонстрировать глубокое владение темой.

- Верно! - на слабо выражающем эмоции лице Геннадия невозможно было прочитать его отношение к подобной выходке курсанта. - Почти верно. Мы их несколько модифицировали. Но об этом потом! "Китайцы" выполняют большую часть повседневных миссий, как на поверхности, так и на лунной орбите. Иногда привлекается и для срочных перевозок на околоземные орбитальные станции.

- Почему только иногда? Не выгоднее ли использовать универсальные машины для всего сразу?

- Нет. Сырье и оборудование мы обычно доставляем автоматическими межорбитальными грузовиками. Они медленно тащатся по старинным гомановским траекториям, экономя ресурс движков. Какая разница, доставит ли он несрочный груз за три дня или три часа? Зато реже требуется капитальный ремонт. А пассажиров с нашего околоземного низкоорбитального хаба и обратно обычно перекидываем трансатмосферными мини экспресс-шаттлами "Заря". Отечественными, производства "Энергии". Ну ты, видимо, в курсе. У нас два таких регулярно летают туда-сюда. Причем на Луне они зачастую идут не к орбитальному хабу, а садятся прямо на поверхностные базы.

- А смысл таскать за собой атмосферную теплозащиту в вакууме? И еще и нырять с ней в гравитационную яму Луны? - удивился Алексей.

- Требования безопасности! "Быстрая" гиперболическая траектория возвращения к Земле строится так, чтобы "чиркнуть" по верхним слоям атмосферы и этим затормозиться, в случае внезапного отказа всех двигательных установок.

- Внезапного? Всех? - курсант скептически усмехнулся. - Кажется, вероятность этого... Ну, допустим! А если откажет на обратной траектории? Об Луну скорость гасить будем?

- На этот случай у нас всегда дежурит на лунной орбите свободный буксир. С дополнительным баком рабочего тела вместо груза. Догонит и вернет!

- Пустая трата ресурсов! Лучше, вместо теплозащиты, допблок с еще одним набором аварийных движков добавить! - категорично отмахнулся Алексей.

- Состав корабельного парка и схема полетов определены решением руководства и техсовета компании! И совсем не на основании полетов в симуляторе! - холодно отреагировал на эту прямую насмешку Волынский, явно уже раздраженный наглостью курсанта. - Обсуждение же решений техсовета не в твоей компетенции!

- Ясно! Больше не буду! - примирительно поднял ладони кверху Алексей, осознав, что опять перегнул палку. Это с ним случалось частенько, не зря среди близких знакомых и сотрудников у него сложилась устойчивая репутация "тяжелого человека".

- Поедем дальше! - начальник сделал вид, что все в порядке. - Кроме "китайцев", как я уже сказал - основных рабочих лошадок, у нас имеется еще три тяжелых лунно-орбитальных грузовика. Они, в основном, "бегают" на автомате или дистанционке, но есть и кабина. Кроме того, грузовики блочные, и можно сконфигурировать грузоподъемность по необходимости, вплоть до четырехсот стандартных тонн. Это все тебе тоже освоить придется, у нас все лунные пилоты - универсалы, летают на всем, что может летать, и немножко на том, что в принципе летать не может!

- Ну так это же прекрасно, Гена! - обрадовался Алексей, оценивший как бы невзначай приведенную начальником цитату из столетней давности мемуаров летчика-испытателя, мало кому известных, кроме узкого круга любителей авиационной истории. - Больше работы - хорошей и разной!

- Рад, Леша, что ты пребываешь в таком положительном настрое! - вроде бы искренне похвалил Волынский в ответ. - А вот на этих аппаратах тебе вряд ли летать придется, по крайней мере, не в качестве пилота. Но раз мы уже здесь, я тебе покажу и наш трансатмосферный парк!

За разговором они прошли по извилистому коридору, петлявшему мимо мастерских, забитых каким-то громоздким электронным оборудованием и складов с запчастями к нему же, и вышли к высоким, плотно запертым воротам.

- Заодно внесем тебя в базу данных охранной системы летных ангаров! - Геннадий произвел необходимые манипуляции в дополненном пространстве, смысл которых остался неизвестен его спутнику, еще не подключенному к корпоративной сети. В итоге глазок охранной системы заговорщически, как показалось Алексею, мигнул и створки ворот тихо разъехались в стороны. Одновременно в его личном доппространстве, проецируемом на сетчатку простенькими, выданными давным-давно AR-очками, появился линк на корпоративный интерфейс. Подключили, наконец!

Они оказались в высоком ангаре, занимавшем, по прикидкам гостя, повидавшего всякие-разные авиационные сооружения, не менее половины площади всего комплекса. Большая часть его была пуста, лишь у одной стенки в некотором беспорядке стояло два трансатмосферных шаттла, на первый взгляд практически неотличимых по внешнему виду от легендарного советского "Бурана". Конечно, только на первый. Доп-реальность тут же, заметив интерес, "разрезала" один из челноков, показав прямо сквозь реальный корпус внутреннее устройство машины. И предложив информационный пакет, разворачивать который Алексей не стал, и так прекрасно зная характеристики данных аппаратов.

- У нас четыре стандартных "Бурана-ТТГ". Довольно старых, и без особых излишеств, не как у пассажирских вариантов. Туристические челноки у нас тоже есть, но не здесь, а в московском филиале. Где тут туристов взять? Отсюда туда возим потихоньку оборудование, оттуда возвращаем сырье и полуфабрикаты, ну и вахтовые бригады, естественно. Три рейса в неделю обычно, если нет форс-мажоров. Один челнок сейчас на орбите, два вот стоят на загрузке и обслуживании, еще один на капиталке в соседнем ангаре. Ну, это так, для общей информации. Тут своя летная бригада, да и работенка у них, как ты понимаешь, не пыльная. Автопилот, в основном, пашет... Ты на трансатмосферниках летал?

- За штурвалом - нет, - пробурчал Алексей. - Пассажиром - два раза.

Полеты на орбиту после появления ТЯ-источников энергии, перестали быть чем-то сверхъестественным, недоступным для рядового человека. Стандартный тур на три дня включал доставку челноком в низкоорбитальную гостиницу с большими отсеками для разнообразных развлечений в невесомости и стоил, конечно, недешево, но сравнимо с ценой отдыха в элитных земных отелях. А если поступиться безопасностью, то в Китае, или, еще вернее, в Индии, можно было заказать полет раз в пять дешевле. На чем там только не летали! Соответственно, и катастрофы изредка случались, но разве любителей сэкономить это когда-либо останавливало?

Сам Алексей взял два тура с большой скидкой, положенной летному составу ВКС. Иначе вряд ли смог бы себе позволить, жалование даже в звании капитана, последнем, до которого он дослужился, оставляло желать сильно лучшего. А так... очень хотелось попробовать космос "на зуб". А потом хотелось повторить. И сейчас хочется!

- Я вообще только на старье летал! Когда начали сокращения пилотируемых истребителей, подумывал переучиться на трансатмосферники, но... передумал. Скучно это! - пояснил он.

- Да прямо уж на старье! - усмехнулся Волынский. - Это я на старье в свое время летал - на последних Су-27 еще начинал. Потом уже на Су-35 пересел. С них и ушел в "частники" десять лет назад. Новые модификации с ТЯ-двиглом так и не попробовал...

- Ну, я начинал с обычных Су-35. Как раз десять лет назад, после училища. Года через два пересели на Су-35ТЭ. Но, хоть ему и всунули термоядерную батарею и электрические турбины, старьем он и остался...

- Но разница чувствовалась же?

- Если не принимать в расчет неограниченную дальность, то не особо. Тяговооруженность почти не выросла, впрочем, на "сушке" она и так была на пределе физической выносливости пилота, куда еще выше?

- Верно. Сейчас вообще это не сильно надо, с полным переходом на беспилотную боевую авиацию! Впрочем, это было очевидно еще десять лет назад, отчего я, собственно, и ушел, - кивнул Геннадий.

- А я вот тянул до конца! Надеялся еще на что-то. Но...

- Понятно! Ладно, прогресс не остановить, сам знаешь. Но у нас пока что есть еще, где развернуться пилоту с ручным управлением! Пойдем, покажу наши тренажеры...


Где-то в Средиземье...


Хирд гномов слажено развернулся, не разорвав строй ни в едином месте, и стремительно атаковал последнего тролля. Шансов у того, естественно, не имелось ни малейших, и буквально через несколько секунд на залитой кровью земле нелепо раскинулась его недвижная туша. Красиво работают, гады! Не отнять!

На поле битвы теперь оставались только остатки переполовиненной орочьей орды, которую единственный оставшийся в живых шаман старался сейчас согнать в некое подобие оборонительного строя, одновременно пытаясь поставить защитное заклинание. Куда там! Ману к концу боя шаман растратил почти всю, а составленная из ошметков разных орочьих кланов толпа плотное построение не могла осилить по определению. Да и немного их выжило после яростной, но бессмысленной атаки на сплоченный хирд!

Гномы опять слитно, по команде, развернулись и уже не спеша двинулись на последний отряд противника. Сомнений в исходе боя у Сэма не оставалось ни малейших. Он наблюдал за битвой сверху, используя в качестве аватара тело большого ворона, парящего над полем боя. Не развлечения для, а по работе. Единственной постоянной работе, которая у него имелась на данный момент. И, увы, совсем не в роли исторического консультанта! Этим он пока только изредка подрабатывал, если подворачивался случай. А постоянно Сэм числился ведущим бета-тестером компании СимТек, создающей продвинутые движки для Вирт-приложений и игры на их базе. Начинал еще в подростковом возрасте. Юного старательного тестера заметили и взяли в штат, на четверть ставки. Вот уже почти десять лет он так и подрабатывает, параллельно учебе. Платят не очень, зато регулярно.

Собственно, наблюдал он сейчас за боем по инерции. Тестинг очередной (черт-те знает какой по счету, за последние сорок лет) версии опостылевшего всем старожилам гейминга толкиеновского мира Средиземья, теперь на новейшем, универсальном движке от СимТека, завершен. Завтра все статы участников бета-теста будут потерты, и обнуленная игра станет доступна для широкого круга игроков. А пока, в оставшийся час до запланированного отключения сервера - завершающий тест-бой. Как бы вместо праздничной вечеринки, собрать на которую участников с разных континентов никак не получилось бы. Разрозненные кланы орков сражаются с гномами. У последних прекрасно слаженная команда, но очень уж буйная. Весьма однородный клан, все из какой-то мелкой восточно-европейской страны, Сэм толком не знал, какой, там их десятки, трудно запомнить. Отношения у него с ними не сложились с самого начала. Гномий клан постоянно слал кляузы на Сэма начальнику отдела тестинга, будто бы тот специально занижает параметры гномьего оружия. Хотя ничего подобного Сэм не делал и не собирался! Жалобы никаких последствий для него не имели, начальник прекрасно представлял, кто такие эти жалобщики, но злость на кляузников у Сэма потихоньку копилась.

Хирд, тем временем, вывесил штандарт. Для форсу, понятно. Причем штандарт не игровой, а собственный. Видимо, флаг их страны - желтый снизу, голубой сверху. Кстати, запрещено правилами! Завтра они за такое получили бы немалый штраф, но сегодня это им, к сожалению, сойдет с рук. О чем они, конечно, прекрасно осведомлены, иначе не наглели бы. Или... не сойдет?

Сэм усилием мысли вывел перед глазами интерфейс разработчика, доступный среди присутствующих в данный момент на сервере лишь ему. Зашел в список серверов русского кластера. Вот, прекрасный вариант! Бета-сервер симулятора Второй Мировой войны! Движок от СимТека не зря назывался универсальным. Все миры, созданные на нем, были полностью совместимы, объекты легко можно было перемещать между ними, только законы физики (и магии, как ее производной в фентезийных мирах) настраивались конкретным сервером. Вот эту особенность движка и задумал использовать Сэм для своей маленькой мести.

Пробежался по списку активных объектов. Ну вот эта парочка пожалуй подойдет! Почему русские? Так они же последние полвека активно ссорятся со своими восточно-европейскими соседями. Что именно они там не поделили в прошлом именно с этими, с желто-голубым флагом, Сэм понятия не имел, но надеялся, что что-то серьезное. Иначе задуманный план не сработает.

Он провел необходимые манипуляции с интерфейсом, ввел свой допуск и... над хирдом появились из ниоткуда два со свистом молотящих воздух пропеллерами одномоторных самолета с красными звездами на крыльях и характерным "горбатым" профилем. Судя по обильно подвешенным под крыльями ракетам и бомбам, это были ударные машины, что ему и требовалось. Покопавшись в глубинах памяти (исторический консультант, все же, со специализацией в технике) он решил, что это довольно известный любителям авиационной истории русский самолет Shturmovik. Впрочем, знание точной модели самолета не имело сейчас ни малейшего значения. Он представил, какое глубокое изумление овладело пилотами этих машин, оказавшимися внезапно в совершенно другом сеттинге. Оставалось только надеяться, что изумление быстро пройдет...

Пара пронеслась над хирдом и умчалась дальше. Сэм напрягся и даже стал лихорадочно прикидывать, как бы оперативно выйти на связь с пилотами, чтобы донести до них новую задачу. Но этого не потребовалось. Самолеты заложили резкий вираж и еще раз прошлись над слегка обалдевшими гномами, лихорадочно, наверное, пытающимися понять, кто же смог создать такое мощное заклинание, на бреющем и с креном. Пилоты рассматривали флаг, видимо. Удалившись, пара заложила еще один разворот и опять приблизилась к начавшим подозревать неладное гномам. Теперь, набрав предварительно высоту, машины шли прямо на хирд с небольшим пикированием. За пару сот метров до строя под крыльями самолетов вдруг распустились огненные хвосты и несколько ракет стремительно ушли в цель...

Когда, после четвертого захода (пилоты, израсходовавшие все ракеты, работали уже только курсовыми пушками), от хирда не осталось ничего, кроме дымящихся кусков тел, прикрытых обломками доспехов, Сэм отправил самолеты обратно. "Надо будет отследить ник-нэймы и отблагодарить пилотов" - решил он, злорадно рассматривая с высоты птичьего полета отдельных гномов, чудом уцелевших в мясорубке. Ничего ими займутся вышедшие, наконец, из шока орки! Если успеют, конечно, до закрытия сервера - десять минут. Сэм не стал досматривать избиение последних гномов и вышел из Вирта, чрезвычайно довольный своей остроумной шалостью. Да, завтра начальника засыплет выше головы ворохом жалоб, но это кляузникам не поможет. Ведь этот бой был инициативным, не включенным в план тестинга!


Июль 2042 года, Калифорния.


Выполнив обязательную после долгого погружения в Вирт разминку, Сэм потянулся было к интерфейсу заказа еды, но, прислушавшись к внутренним ощущениям, понял, что еще не голоден. Тогда он решил сначала немного поработать. Читать лекции в интернате "осужденный" уже закончил, но в конце от него потребовали дать детям темы для самостоятельной работы, связанной с материалом лекций. Они и написали, теперь вот надо проверить и выставить оценки. То есть не оценки, конечно, это сейчас не принято, так как может вызвать стресс у ребенка, а "высказать преподавательское мнение". Сэм со вздохом дал мысленную команду AR-очкам открыть первое в списке сочинение:


Средняя специальная школа закрытого типа "Франкфорд", Сан-Франциско.

Итоговый реферат по темам современной истории: "Десять лет массированной космической экспансии - причины, достижения и перспективы"

Составитель: Альберт Гордон, 8-й класс, 27 июня 2042 года.

Как известно, около десятка лет назад, воспользовавшись технологическим прорывами в области освоения термоядерной энергии, материаловедения и медицины, человечество ринулось осваивать Дальний Космос. Первые космические транспорты даже изготовлялись на тех же стапелях, с которых перед этим сходили обычные морские подводные суда, и с использованием во многом сходных технологий.

Почти внезапное, по историческим меркам, получение доступа к практически безграничному источнику термоядерной энергии закономерно привело к резкому изменению политико-экономического баланса в мире. Значительно снизилась роль регионов, основным занятием которых была добыча полезных ископаемых, особенно нефти. И если в более развитых из этих стран, таких, как, например, Россия, несмотря на ослабление экономики, удалось относительно безболезненно сменить вектор развития, то перенаселенные нефтеносные районы Ближнего и Среднего Востока, к тому же отличавшиеся низким образовательным уровнем и чрезмерной религиозной фанатичностью, впали в совершенный хаос. Происходившие в этих местах еще с начала века очаговые этнические и религиозные конфликты быстро распространились на весь регион без исключения. Мощный поток агрессивных беженцев в другие страны заставил последние принять жесткие меры. Как против самих беженцев, так и против уже обосновавшихся там местных исламских диаспор, попытавшихся, с помощью организованных беспорядков, повлиять на политику стран проживания.

В результате произошедших геополитических потрясений на планете образовались несколько довольно изолированных друг от друга кластеров. Два из них - Ближневосточный и Африканский (которые теперь принято считать единым, известным под названием "непримиримая зона"), превратились в территорию, контролируемую постоянно враждующими кланами и религиозными группировками, и выбыли из списка обладателей современных технологий. Остальные же кластеры, потеряв интерес к запасам сырья и людских ресурсов у соседей (ввиду получения доступа к неограниченным богатствам космоса и полной автоматизации технологических процессов), стали проводить политику ограниченного изоляционизма, сменившую предыдущую парадигму развития - глобализацию.

Еще в прошлом веке ведущие государства мира заключили договор о принципах использования космического пространства, запрещавший устанавливать государственный суверенитет над любым небесным телом. Когда же пришло время практического освоения этих тел, договор не только не был денонсирован, но даже дополнен новыми пунктами, так как правительства стран желали предотвратить вооруженное противостояние в космическом пространстве, совершенно излишнее, учитывая его бескрайность и неисчерпаемость запасов. В результате, освоение внеземных ресурсов целиком легло на плечи частных компаний, хоть и контролируемых и направляемых руководством кластеров, к которым те принадлежали.

Однако реальность с течением времени внесла коррективы в данную картину. Разворачивавшееся одновременно в развитых кластерах внедрение генетического контроля (на базе "Конвенции об обязательном генном регулировании"), вызвало появление многочисленных противников положений данной конвенции, причем как сторонников полного запрета генного вмешательства, так и противников любых ограничений. Выход эти экстремистские группы нашли в миграции. Как в кластера и зоны земного шара, свободные от соблюдения Конвенции, так и в Дальний Космос, где так же положения Конвенции соблюдались слабо либо не соблюдались вообще. Правительства кластеров неофициально даже способствовали этому "исходу", не желая принуждать людей к генетическому регулированию насильно и видя в их миграции с Земли выход из щекотливого положения, существующее, пока не вырастет новое поколение, отрегулированное еще внутри утробы. А частные компании, осваивавшие космос и постоянно испытывавшие недостаток рабочих рук, с удовольствием занялись доставкой переселенцев - ведь автоматика во внеземелье работала ненадежно и для них эти люди также стали хорошим подспорьем. Однако количество быстро переросло в качество, и некоторые группы переселенцев быстро организовались в независимые поселения, провозгласив несколько свободных республик, в основном на Марсе, как самой удобной для жизни планете. Естественно, ни одно земное государство их независимость не признало, однако, ввиду отсутствия практического интереса и положений Договора, не стало вмешиваться силой. В результате этого во внеземелье постоянно происходят конфликты между самими независимыми поселениями или между поселениями и добывающими компаниями.

На сегодняшний день в Ближнем и Дальнем Космосе добываются практически все элементы периодической таблицы. Самым первым, разумеется, стал критически необходимый для получения "чистой" термоядерной энергии Гелий-3. Его добыча производится на поверхности Луны, планируется сместить ее вскоре в систему Юпитера, где проще найти крупные объемы этого изотопа. Другие же, необходимые земной экономике элементы добываются в основном на астероидах, как отбуксированных на околоземную орбиту, так и находящихся в Поясе астероидов. К 2041-му году все редкие металлы практически целиком поступали в земную промышленность из космоса. Добыча остальных элементов в космосе почти не производится ввиду экономической нецелесообразности экспорта на Землю, либо экологической угрозы. Это не касается материалов, добываемых в космосе для местных нужд.

На Марсе и спутниках Юпитера ведется добыча полезных ископаемых, ориентированная на обеспечение потребностей местных колоний, прежде всего водой и кислородом. Вода, а также некоторые сжиженные газы также используются как рабочее тело для многочисленных транспортных средств.

Численность постоянного населения внеземных колоний оценивается на данный момент в 1 млн. человек, треть из которых находится на Луне, и еще треть - на Марсе. Продолжительность жизни во внеземных поселениях значительно меньше земной ввиду плохих условий существования, большого числа отказов техники, приводящих к летальным исходам и худшего медицинского обслуживания. Однако генетическое модифицирование, широко распространенное во внеземелье, в последнее время резко уменьшило смертность от вызванных Космосом болезней. Благодаря этому, популяция колоний продолжает увеличиваться, несмотря на сильное уменьшение темпов эмиграции с Земли.

В американском, европейском и российском кластерах, ввиду полного запрета на специализированное генетическое модифицирование, долговременное пребывание граждан в Дальнем Космосе (необратимо влияющее на их здоровье) запрещено, что вынуждает добывающие компании нанимать на работу только постоянных жителей внеземелья. В индийском и китайском кластерах законы более гибкие, поэтому постоянных поселений из жителей данных кластеров во внеземелье практически нет.

Можно предположить, что в ближайшее время освоение Солнечной системы замедлится из-за насыщения рынка требуемого земной промышленностью сырья и уменьшения желающих покинуть Землю. Большая часть тех, кто хотел переселиться, уже сделала это. Тем не менее, серьезно прорабатываются проекты терраморфирования Марса и, в более отдаленной перспективе, Венеры, с тем, чтобы значительно увеличить вместимость внеземных поселений. Но эти планы будут, видимо, реализованы уже в следующем столетии.

Пометка единой экспертной системы министерства образования:

индекс прямого и скрытого цитирования в реферате - 0.947

индекс попадания в контекст - 0.872

индекс тематического покрытия - 0.719

индекс достоверности приведенных данных - 0.965

Сэм, закончив чтение, еще раз вздохнул и приготовился диктовать "преподавательское мнение". Излишне резкое, пожалуй. Будь он штатным учителем, мог бы нарваться на выговор, но "мистер Винклер" надеялся более никогда не иметь дела ни со школой "Франкфорд", ни с какой-либо другой. Преподавательскую деятельность он терпеть не мог, и если бы не приговор суда...

Пометка преподавателя: Слишком поверхностно, чрезмерное внимание уделено технологиям и политической предыстории, а вот подробности экономических взаимоотношений внеземных колоний остались нераскрыты. Вообще не упомянуты проблемы с соблюдением законности и демократических принципов общественного устройства в некоторых колониях, а также роль нашей страны в попытках их решения. Слабо, Альберт, совершенно стандартная, скучная компиляция, никакого следа твоих собственных мыслей! Тебе на следующий год поступать в high school, а ты все еще не поборол свой инфантилизм!


Закончив с этим рефератом, Сэм собрался было открыть следующий, когда зажглось AR-оповещение о прибытии почты. Обернувшись, он еще успел заметить в окне уносящийся прочь почтовый дрон. На секунду Сэм решил, что это доставка еды, но тут же вспомнил, что еще не заказывал обед. Что же тогда? Посылок он тоже не ждал. Письмо? Судя по подсказке, услужливо выданной бытовым интерфейсом, оно и есть. Кто же этот оригинал, который все еще посылает письма в архаичном бумажном виде?

Разрешив небрежным мысленным усилием открытие почтового окошка, он с интересом достал из корзинки большой красивый конверт. А внутри конверта обнаружилось и само письмо, отпечатанное на солидной плотной бумаге и подписанное самим Серджио Крином, легендарным мультимиллионером и основателем одной из самых успешных IT-компаний столетия. Причем подпись стояла как бы не всамделишная, исполненная лично Крином своей собственной рукой! Даже приказав виртуальной компаньонке вывести копию изображения с максимальным увеличением, Сэм не заметил никаких признаков копирования. Впрочем, современные технологии позволяют и не такое, но цифровая комбинированная крипто-подпись, исключающая подделку, также имелась, о чем немедленно проинформировала своего "подопечного" Лайза. Однако, в дополнение ко всему, письмо еще было и адресным. То есть направленным конкретно ему, Сэмюэлу Винклеру, с указаниями в тексте деталей его собственной биографии. Это тоже не чудо, современные боты, опираясь на продвинутые эксперт-системы, вполне способны автоматически составить ориентированное на конкретного человека послание, благо информации на любого можно собрать с избытком. А концерн, принадлежавший Крину, как раз и контролировал уже десятки лет основные информационные "перекрестки" сети. Однако именно солидность отправителя не позволяла заподозрить его в рассылке банальной рекламы. Все вышеперечисленное заставляло отнестись к посланию с достаточной серьезностью.

Содержание же удивило еще более. Сэму, опытному и авторитетному бета-тестеру, сотрудничать с которым желали многие производители виртмиров, а также молодому дипломированному историку (к сильному удивлению знакомых по бета-тестингу, именно данную свою ипостась Сэм считал основной) предлагалось поучаствовать в совершенно секретном тестировании. Нет, в деятельности бета-тестеров излишняя болтливость, разумеется, не приветствовалась никогда и нигде (о чем в начале сотрудничества обычно давалась соответствующая подписка), однако с тем, чтобы требовалось длительное физическое присутствие, да еще в неизвестном месте, он сталкивался впервые!

Необходимость тащиться за полмира уравновешивалась, помимо солидного гонорара, еще и обещанием веселого времяпровождения на обособленном морском курорте в компании молодых динамичных коллег со всего мира. С полным содержанием, естественно. Физическое знакомство с другими бета-тестерами являлось совершенно беспрецедентным событием в практике Сэма. За все те годы, что он занимался тестированием виртмиров, он лично не встречал ни одного коллегу. Все дистанционно! Да, собственно, покопавшись в памяти, он не смог припомнить ни одного случая, когда бы находился в компании молодежи, большей, чем человек десять. С повальным распространением Вирта, вечеринки и другие массовые мероприятия закономерно превратились в редкое хобби, не интересующее большую часть людей. Дорого и суетно.

Перечитав послание еще раз и сверившись с личным календарем, Сэм, не откладывая - нерешительностью он никогда не страдал, ткнул пальцем в слово "контракт". Лайза тут же развернула скрытую в нем ссылку на виртуальный бланк договора о сотрудничестве. Быстро пробежав немногочисленные пункты глазами, молодой человек заверил контракт личной комплексной подписью. Внутренние камеры неразлучных с любым современным человеком AR-очков сделали снимок радужки глаза, височные электроды того же девайса сняли энцефалограмму, уникальную, как известно, для каждого человека, а тонкий, почти незаметный браслет на запястье небольно уколол кожу, взяв экспресс-анализ ДНК. После чего перед глазами повисла в воздухе надпись "Подтвердить".

- Подтверждаю! - бросил в пространство Сэм. Все данные, заверенные уникальным кодом устройства и показаниями встроенных атомных часов, ушли к нанимателю. Насколько было известно Винклеру, подделать комплексную подпись еще никому не удавалось. Хотя, рано или поздно, способ наверняка найдется, просто еще прошло недостаточно времени с введения данного новшества.

"Контракт подтвержден! Надеемся на плодотворное сотрудничество!" - вновь возник текст перед глазами. "Ну, вот и все!" - необычное предложение сильно заинтриговало Сэма. Решение участвовать действительно далось ему очень легко. В данный момент юноша не был связан никакими серьезными обязательствами, ни рабочими, ни личными. Все основные текущие проекты на данный момент завершены, новые пока не подтверждены, от мелочей же можно отказаться. А после гибели отца в прошлом году у него, по сути, не имелось даже с кем просто посоветоваться. Поэтому он и не колебался, лишь некоторое время пытался угадать, какого типа работа предстоит. Но ввиду абсолютного отсутствия зацепок вскоре бросил это неблагодарное дело.

На радостях Сэм заказал стейк в чесночном соусе из любимого, но жутко дорого ресторана - все блюда там изготовлялись по старинке, вручную, под личным контролем одного из самых популярных шефов Западного побережья и из настоящей говядины, а не, упаси Боже, синтезированного мяса. В ожидании дрона, набросал несколько сообщений близким друзьям и работодателям, с которыми имел дела. В соответствии с буквально только что подписанным контрактом - еще, как говорится, виртуальные чернила не просохли, он никому не раскрыл, что же именно подвигло его уезжать сейчас. Лишь в послании Майклу - своему лучшему университетскому другу, без активного участия которого не обходилась ни одна из немногочисленных, к сожалению, студенческих реал-вечеринок, Сэм, без лишних подробностей, похвастался будущей работой с самим Серджио Крином. Легенда Силиконовой долины всегда являлся идолом для Майкла, также изучавшего компьютерные науки. Грех было бы не похвастаться! Чтобы совсем "добить" старого товарища, получившего недавно какую-то интересную должность и поэтому редко появлявшегося в последнее время на связи, Сэм упомянул, что работа будет протекать на морском берегу в компании красоток в меняющих, по последней моде, случайным образом прозрачность купальниках.

Каково же было его удивление, когда через полчаса, дожевывая последние куски превосходного стейка, он получил видеовызов от Майкла! Обрадованно дал мнеморазрешение на прием, и уже через секунду лицезрел появившуюся в его тесной комнатушке до боли знакомую лощеную морду дружка. Упитанное, но мускулистое тело, поддерживавшее данную морду, вместе с креслом возникло на месте шкафа - больше системе дополненной реальности его тут всунуть было некуда.

- Сэм, дружище! Куда ты пропал? - судя по консервативному деловому костюму и строгому, служебного типа, креслу, Майкл был на работе. Где же это, интересно, сейчас требуется физическое присутствие в офисе?

- Я пропал? Да это ты пропал! - Сэм искренне возмутился подобной наглостью. - Даже не хвастаешься новой работой! Офис, костюм...

- Да работа как работа! - небрежно отмахнулся его виртуальный "гость" рукой. - Не важно! Я так рад тебя видеть! Как раз собирался в конце месяца пригласить тебя в поход на недельку в национальный парк. Пикники там, девочки... А ты, оказывается, собрался уезжать!

- Девочки..., - Сэм резко погрустнел. - Вот это на нашем континенте мне сейчас категорически противопоказано!

- А.., ну да! - Майкл с опозданием вспомнил недавние проблемы своего друга. - Но, с другой стороны, нельзя же только в Вирте... Того и глядишь, еще влюбишься в собственноручно настроенную синтетку, как некоторые, известные нам обоим лохи!

- За кого ты меня принимаешь? - Сэм сделал вид, что обиделся. - Как может разумный человек влюбиться в нечто, лишенное даже самосознания? Хотя из древних легенд известно и такое, на самом-то деле. Ничто не ново под Луной! Ну а лохи.., они всегда были лохами, еще с первого курса!

- Ладно, фиг с ними! В тебе-то я уверен! Слушай, у меня сейчас мало времени, работа. Давай завтра с утра махнем на пробежку в лесу? Заодно и наговоримся вдоволь?

- Почему бы и нет? С удовольствием!

- Ну тогда бывай! Завтра в девять, где обычно...

Возбужденный резким изменением размеренного, в последнее время, течения жизни Сэм не смог заставить себя продолжать разборку дурацких рефератов. Разговор с другом и вкусный обед привели его в прекрасное расположение духа, и ему захотелось продолжить праздник. Бросив на пол упаковку от еды (клин-бот утром подберет), быстро скинул с себя одежду и залез в ложе вирткостюма.

Свободная Виртзона, куда он сразу же направил свои виртуальные стопы, представляла собой домен Вирта, не подчиняющийся юрисдикции ни одного государства или кластера. Физически он находился в облаке низкоорбитальных спутников, запущенных на средства, собранные с подписчиков Виртзоны. Резервные сервера располагались на нескольких частных базах на Луне. Правила поведения определялись голосованием подписчиков, но ограничений, естественно, имелось минимум. Основные мировые государства допускали его существование, видимо, как отдушину для снятия напряжений в обществе, о чем был заключен, по слухам, соответствующий договор. Это походило на правду, учитывая, что именно в этом домене находился блокчейновый мировой информаторий, гарантирующий невозможность удаления раз закачанной информации, а также и все майнинговые сервера UCC - единой мировой криптовалюты, практически вытеснившей традиционные национальные деньги. И оказавшейся, парадоксальным образом, единственным действующим "наследством" некогда популярной идеи глобализации. Идея умерла в физическом мире, оставив цветущим и жизнеспособным лишь свое Вирт-отражение. Впрочем, Вирт сейчас как бы не более реален, чем традиционная реальность.

Зона также сопрягалась с доменами некоторых бедных восточно-азиатских государств, чье законодательство вообще не регулирует Вирт. Там же, по понятным причинам, располагались виртдома терпимости, равно как и прочие подобные развлечения. Пользование доменом являлось, по утверждениям его управляющего совета, совершенно дискретным, защищенным лучшими шифро-алгоритмами, блокчейн-архитектурой и запутанной системой многочисленных перенаправлений запросов. Так ли это на самом деле, Сэм не знал, но догадывался, что сотни криогенных квантовых дешифрационных суперкомпов стоят в подвалах АНБ не просто так. Правда, отслеживать всех пользователей одновременно у них все равно мощностей не хватит. А главное - никого не интересуют твои интимные дела. АНБ ловит птиц гораздо более высокого полета. Сэм никогда не понимал людей, трясущихся в истерике от мысли, что их личные данные доступны государству. Либо этим людям есть что скрывать, и тогда очень хорошо, что государство может отслеживать их делишки, либо они просто психи. Ведь не случайно в последнее время уровень преступности, включая международный терроризм, стал стремиться к нулю! И далеко не только физическая изоляция "непримиримой зоны", простершейся на почти всю Африку и значительную часть Азии, тому причиной.

В одно из "неприличных" заведений, ткнув наугад в первое попавшееся название в списке, и переместился сейчас Сэм. Свободные развлечения для удобства пользователей ранжировались в соответствии с ценой услуг, и сегодня он выбрал значительно более дорогие, чем обычно. Гулять, так гулять!

Дорогие заведения отличались от дешевых крипто-гарантией запрошенного пола работника и наличия у последнего вирткостюма комфорт-класса, а также подтверждением аутентичности внешнего вида. То есть можно было быть уверенным, что с тобой действительно двадцатилетняя брюнетка с грудью четвертого размера. И что находится она в полноценном вирткостюме с соответствующим допблоком, то есть реально делает все те вещи, которые ты ощущаешь. Ибо в дешевом борделе никто не даст гарантии, что по ту сторону Вирта не сидит с сигаретой в зубах пятидесятилетний трансвестит, управляющий аватаром с помощью примитивного перчаточного манипулятора и использующий синтезатор для превращения своего хриплого голосища в звонкий женский.

Собственно, именно поэтому Сэм вообще редко пользовался виртборделями, и даже просто игровыми Вирт-мирами, где можно было найти временную подругу-реалку (произошедший с ним недавно случай на тест-сервере только усилил данное убеждение), предпочитая надежных синтеток в лич-спейсе. Им можно было подобрать любую внешность, и даже личность поп-звезды, нынешней или прошлой. Экспертные системы, осуществлявшие анализ рассеянной информации, предоставляли вполне достоверные, физически и психологически, образы известных женщин прошлого - хоть Мерлин Монро, хоть матери Терезы, если у тебя такие странные предпочтения. Но Сэму эта идея почему-то не нравилась, и он обычно полагался на генератор случайных образов, самостоятельно создававший как внешность, так и настраивавший все параметры будущей синтетки. От психологических до интимно-физиологических. А также выбиравший сеттинг для встречи и ее начальный сценарий. Так ему было интереснее.

Но сегодня можно позволить себе развлечение более высокого класса! Сэм пробежался по списку работниц. Мнемоинтерфейс отслеживал активность соответствующих отделов его мозга при разглядывании возникавших перед глазами аватаров, и споро выделил среди тысяч кандидаток десяток самых подходящих под его вкусы и текущее настроение. Удобная функция, чтобы не "зависнуть" от обилия выбора! Отобранные девушки теперь подсоединились лично вместо своих рекламных аватаров и, возникая по очереди перед глазами, приветствовали его, демонстрируя самые завлекательные позы. Вот эта, с пухлыми губками подойдет, пожалуй! Интерфейс выбора тут был прост до невозможности - надо лишь сцапать фигурку понравившейся девушки ладонью и уложить на виртуальную кровать. Что он немедленно и проделал...

Рано утром Сэм облачился в извлеченный из шкафа туристический комбинезон, оснащенный экзоскелетом и автономной энергоустановкой на десять киловатт. А также портативным медблоком первой помощи и терморегулятором. Качественный комбинезон Сэм приобрел недавно, доплатив немалую сумму, поэтому все эти устройства были выполнены настолько компактно, что почти не выделялись на фоне обтягивающего костюма. Кроме чуть более заметного "горбика" радиатора батареи, выпиравшего из ударопрочной панели, защищавшей позвоночник от травм при падении.

К этой килограммовой пластине он и подключился сейчас через персонального помощника, чтобы проверить выдаваемые параметры. Природная дотошность и большой опыт турпоходов заставляли его контролировать критические системы лично. Термоядерные батареи деградировали относительно медленно - около пяти процентов мощности в год, и это без учета резервных сабблоков, включавшихся по мере радиационного поражения основных. Но потребительские модели часто страдали не самым высоким качеством исполнения и производственного контроля. И темпы деградации могли быть выше, и гелий-три мог утечь. Поэтому, при нечастом использовании лучше проверять заранее.

Батарея оказалась в норме. Сэм минуту поколебался, не заказать ли ему такси-мультикоптер, но время не поджимало и он решил ограничиться обычным наземным. Расценки на него тоже особой умеренностью не отличались, но с летающим все равно не сравнить. Сейчас люди не так уж часто пользовались транспортом, что сказывалось на цене. Зато позволяло обеспечить любого при надобности персональным средством передвижения, не засоряя наземное и воздушное пространство тучами машин.

Он послал через мнемоинтерфейс заказ и спустился на улицу. Смешная кабинка на колесах как раз вывернула из соседнего переулка и подъехала прямо к нему. Удобно устроившись на маленьком, но комфортабельном диванчике, он с полчаса, пока автомат катил к месту назначения, задумчиво рассматривал сквозь почти полностью прозрачную кабинку малолюдные "горбатые" улицы своего холмистого города, затем живописные пейзажи залитых мягким утренним светом окрестностей. Сэм с детства, в отличие от многих, имел привычку во время поездок пялиться в окно вместо возни в дополненной реальности. Почему-то движение мешало ему сосредотачиваться.

Майк уже ждал его у входа в национальный парк, где они традиционно устраивали прогулки. Крепкая фигура старого друга, с которым его связывали как совместные вечеринки, так и спортивные увлечения контрастировала яркой кричащей раскраской туристического комбинезона с хмурым зеленым фоном рощи огромных секвой. Общительный и всегда веселый и активный Майк любил выделяться, в отличие от более скромного и спокойного Сэма. Не зря его кличка в университете была "Попугай". Впрочем, его товарищ прицепившееся еще в "незапамятные" времена первого курса прозвище недолюбливал, и Сэм всегда называл его исключительно по имени.

- Экономишь? - друг приветствовал его традиционной подколкой, кивая на удаляющееся наземное такси. - А как же роскошный контракт? Неужто на мультикоптер не хватило?

- Вот когда оплату получу, тогда и буду шиковать! А ты что, по воздуху прибыл?

- И прибыл, и отбуду! Мне еще сегодня на работу попасть надо.

- Что, так хорошо платят?

- Не жалуюсь.

- Где ж это так? Может, и меня возьмут? - усмехнулся Сэм.

- Не возьмут! Нафига нам историки? Мы все больше текущими проблемами занимаемся.

- Интересно, чего это ты так скрываешь подробности места работы? - удивился его собеседник.

- По той же причине, по которой ты скрываешь подробности будущей поездки. Контракт такой.

- Ну и хрен с ней, с работой! Попрыгаем?

- Вперед! Эх, давненько не разминались! - Майк возбужденно раздул ноздри.

За разговором они оказались глубоко внутри вечно сырой и влажной рощи и приготовились заняться любимым развлечением юности, заключавшемся в том, чтобы коснуться рукой как можно выше, прыгая вверх, вдоль стволов гигантских секвой. Приятели активировали экзоскелеты, выставив максимальную силовую отдачу, и надвинули на лицо прозрачные щитки шлемов. Иначе можно было остаться и без глаз.

Силовые возможности экзоскелетов позволяли тренированному человеку прыгнуть вверх метров на восемь и, что более важно, погасить скорость при приземлении. Без этого первый же прыжок окончился бы переломом обеих ног. Минут десять товарищи весело резвились в роще, будто вернувшись в беззаботные, как им сейчас казалось, университетские годы. Совсем безопасным, даже несмотря на специальный комбинезон, это занятие не являлось. Неудачно зацепившись за ветки, изредка, но встречавшиеся на голом внизу стволе секвойи, можно было приземлиться совсем не на ноги. Костюм, конечно, смягчит удар, но не полностью. Сэм знал пару ребят, долго лечивших многочисленные переломы после неловкого падения.

Однако они с Майком были опытными "попрыгунами", кроме того, они использовали надежные костюмы со встроенной гироскопической стабилизацией. Полной гарантии не давали и они, но шансы обойтись без серьезных травм повышали сильно. Доп-реальность услужливо сообщала во время прыжка скорость и высоту, а также рисовала в пространстве рассчитанную после толчка траекторию, давая время приготовиться к возможному столкновению.

Утомившись (экзоскелет в таком режиме не снимал нагрузок, а только увеличивал силу), они вновь перешли к медленной прогулке в тени огромных деревьев, с удовольствием вдыхая чистый прохладный воздух.

- Видел твой голо-ролик с соревнований в Канаде, - начал Сэм, отдышавшись. - Исполнил мечту таки! И продержался довольно долго!

- Да куда там долго! - хмуро не согласился Майк. - Пятнадцать секунд всего!

- Большинство и десяти не выдерживает!

- Попробуй выдержи, когда на тебя гора отборных мышц наваливается! А эти уроды из общества защиты животных ограничили усиление экзоскелета тремястами фунтами! Да он моего сопротивления вообще не чувствует!

Майк давно мечтал принять участие в вошедших в моду лет пятнадцать назад соревнованиях: кто сможет дольше удержаться на ногах в борьбе с медведем гризли. Разумеется, участники были облачены в специальный костюм, оберегавший их от когтей, зубов и чудовищного веса хищника. А того, соответственно, защищало ограничение на силу экзоскелета и скорость удара конечностями. Толкнуть животное было можно, а вот резко ударить - нет. Поэтому медведь всегда выходил победителем, вопрос был только во времени, которое участник оставался на ногах. Кроме того, аренда навороченного костюма, напоминавшего миланский доспех, только выполненный из современных материалов и оснащенный силовым экзоскелетом, стоила немало. А кандидат в медведеборцы сначала должен был пройти придирчивый отбор. В студенческие годы Майку было не до этого, но теперь он, судя по выложенному на личной страничке голо-ролику, нашел, видимо, время и деньги.

- Ну, ты знал обо всем заранее, Майк!

- Да, но когда реально чувствуешь полную беспомощность перед этой вонючей зубастой массой, все воспринимаешь иначе!

- Больше не поедешь?

- Туда - точно нет! Вот в Китае и России, говорят, есть подобные же развлечения, только без дурацких ограничений! И не только против медведей, но и против тигров. А то и еще дьявол знает кого! Они там в закрытых биоцентрах кого только не наклонировали! Особенно в Китае, там все эти дурацкие "общества защиты" давно приструнили.

- Что, и убить животное можно? - изумился Сэм, у которого подобные занятия не вызывали положительных эмоций. Впрочем, чувства эти относительны, несколько однокурсниц перестали с ним общаться, когда узнали, что сын рыбака до сих пор временами лично ловит и разделывает рыб. Живых рыб ножом! Эта неслыханная в наше время жестокость немедленно отвратила убежденных вегетарианок от волею случая оказавшегося рядом с ними маньяка и убийцы. Хорошо хоть жалобу в комиссию по этике не подали!

- Нет, как я слышал, удары там тоже приторможены. Но сила реакции уравнена с силой и массой животного. Так что все честно - решает ловкость и напористость, а не как у нас!

- Ну, тогда нормально! Поедешь?

- Если будет время, работы много. Составишь компанию, если решусь?

- Я же уезжаю!

- Ну, не прямо сейчас, позже. Ты же не надолго? Куда, кстати, уезжаешь?

- Вообще-то, это конфиденциальная информация.., - нерешительно пробормотал Сэм, вспомнив контракт.

- Да что ты как чужой, прямо! Хоть кто-то должен знать, где ты пропадаешь? Кто же, если не я?

- Да, действительно, - как то так получилось, что у него не осталось людей, настолько же близких как Майк. - Где-то на греческих островах. Лечу в Афины, там должны встретить. Личные коммуникаторы, видимо, отберут.

- Серьезный подход! Что он там придумал, как считаешь?

- Понятия не имею! - искренне ответил Сэм. В контракте действительно никаких подробностей не упоминалось, по понятным причинам. - Мало ли что может быть? Например, придумали, как неинвазивно контролировать торможение орбитофронтальной коры мозга, чтобы мы вопринимали игровой процесс как реальность. Точно как происходит во сне. Слышал, такие исследования ведутся.

- Да, это, конечно, повысит реалистичность погружения до небывалого уровня! - согласился Майк. - Но если это опасно? Ты хорошо подумал?

- В контракте ничего не было про опасность. Видимо, биологически и технически все уже проверено, осталось настроить. Иначе зачем был бы нужен профессиональный тестировщик, вроде меня?

- Может быть, может быть..., - задумчиво протянул его друг. - Но ты там смотри! Если вдруг что заподозришь - сообщай!

- Тебе? - удивился Сэм.

- Ну а кому ты еще нужен? - захихикал Майк.

Космодром "Восточный", июль 2042 года.


Размеренные хлопки тормозных импульсов всех шести штатных движков "Оленя", передававшиеся на корпус в виде легкой вибрации через "растопыренные" несущие штанги, внезапно прекратились. Тут же завыл датчик вертикальной скорости, зарегистрировавший превышение скорости снижения над допустимой на данной высоте, а линия лунного горизонта в широком прямоугольном иллюминаторе переднего обзора, динамически затеняемом в местах проявления рабочего интерфейса, резко начала "съезжать" набок.

- Сбой системы автоматической стабилизации! - традиционный, испокон веков, для автопилотов мелодичный женский голос пояснил ситуацию, хотя для Алексея все было и так очевидно.

- Перехожу на ручное! - спокойно скомандовал он, напевая про себя припев древней песенки: " Крепче за баранку держись, шофер!". Следуя песенному совету, он сжал тут же, в ответ на голосовой приказ, обретшие упругость ручки управления, до того безжизненно свисавшие в ожидании своего часа, служившие альтернативой не слишком надежным в космосе сенсорным панелям и мнемоинтерфейсу.

Стабилизировать громоздкий лунный "грузовик" без помощи отказавших двигателей ориентации было бы непростой задачей, но центральный компьютер автопилота к счастью, продолжал работать штатно. Видимо, неожиданный сбой случился в других блоках системы управления. Возможно, в гироскопах... Лениво размышляя об этом и пытаясь вспомнить полузабытый куплет все той же песенки, пилот выровнял корабль, резкими движениями ручки перебрасывая тягу основных движков с одного борта на другой, после чего возложил поддержание ориентации на комп. Скорость снижения стабилизировалась, закрутки по курсу удалось избежать. Даже если бы не удалось, он знал, как и с этим справиться. Сейчас, в принципе, автопилот способен завершить посадку самостоятельно, но лучше подстраховать...

- Достаточно! - голос Волынского, раздавшийся из наушников шлема, был привычно бесстрастным, но Алексей явственно ощущал нотки одобрения. Требовательный инструктор в кои-то веки, кажется, остался доволен! Ведь пилотирование в вакууме сильно отличается от атмосферного. Любой управляющий импульс у самолета компенсируется сопротивлением воздуха. Поэтому, достигнув нужного, к примеру, крена, пилоту достаточно отпустить ручку в нейтраль, и летательный аппарат останется в требуемом положении. В космосе же нейтрализовать вращательный момент нечему. И пилоту необходимо самому позаботиться о тормозном импульсе, причем точно такой же величины, как и начальный. Иначе закрутка пойдет уже в обратную сторону. И так по всем трем осям вращения одновременно!

Вообще-то автопилот "Оленя" может облегчить жизнь своему "наезднику", если тот включит полуавтоматический режим управления. Тогда компьютер перестраивает ручной ввод "по-самолетному", беря на себя функцию "тормоза". Но это когда все штатно. А если отказала система стабилизации, как в текущей тренировке, то будь добр взять полное управление на себя! Не каждый "конвенциональный" летчик быстро справится с подобной крутой сменой парадигмы пилотирования, но Алексей смог. Видать, помогло многолетнее увлечение "Мастером планетоидов". Поэтому одобрение инструктора являлось вполне заслуженным.

А симуляторы лунных кораблей у "Косморесурса" оказались роскошными! Даже тренажеры на базах ВКС, в которых каждый строевой пилот обязан был налетать не менее сорока часов в месяц, не шли ни в какое сравнение! Не говоря уже о "полетушках" в домашнем вирткостюме (особенно учитывая, что молодой летчик, мотаясь с базы на базу, собственного не имел и пользовался всегда только устаревшими, обычно, моделями, доступными на месте). Вот что значит частная фирма!

Тут все было "по-настоящему", без всякого Вирта. Ну как без всякого... Универсальный, то есть предназначенный как для работы в кабине, так и для выходов наружу, скафандр "твердого" типа сам представлял собой некое подобие вирткостюма. Внешний силовой скелет, системы жизнеобеспечения со встроенным массажем мышц, проекция дополненной реальности прямо в зрачки, позволяющая "видеть" не только окружающую обстановку, но и всю доступную как корабельным, так и "дружественным" сенсорам информацию, подача пищи и воды, автономная энергоустановка на полсотни киловатт. Мнемоуправление всевозможными интерфейсами, подсказки встроенной экспертной системы... Собственно, это конструкторы вирткостюмов "слизывали" технические решения с космических разработок, а не наоборот. Летные комбинезоны ВКС последнего поколения, в которых Алексей работал во время службы, тоже имели многое из вышеперечисленного, но не все и не настолько навороченное. Ведь земная пилотируемая авиация последние годы получала все меньше и меньше внимания, пока и вовсе сошла на нет...

Однако не скафандр являлся основной частью симулятора. Кабина "Лунного оленя" была воссоздана один к одному в "металле", с "рабочими" иллюминаторами, проецирующими неотличимую по качеству от реала картинку "снаружи" и всеми панелями управления, включая полностью ручное. А главное - она располагалась на центрифуге, шарнирно соединенной с вертикальным столбом высотой в пятьдесят метров, по которому ее двигали мощные электромагнитные приводы. Дорогущая конструкция позволяла натурально воссоздать почти весь спектр перегрузок, действующих на пилота. И обеспечить данными тот самый "дополнительный прибор", на летном сленге не очень-то деликатно именуемым "жопометром", которым пилот чувствует ускорения. Ощущения, испытываемые во время "полетов" на данном механизме, даже рядом не стояли с таковыми у вирткостюмов, включая самые современные, с магнитной стимуляцией вестибулярного аппарата, которые Алексею довелось опробовать у более продвинутых в отношении Вирта друзей. Насколько же труднее управлять машиной, подвергаясь действию настоящих перегрузок! Это чувство было знакомо ему и по службе в ВКС, но здесь ощущалось еще острее. Может быть потому, что аварии в Космосе оставляли пилоту несравнимо меньше шансов на спасение и любая, даже мелкая ошибка могла оказаться фатальной?

- Еще раз отработаем экстренный старт на ручном управлении и резервных движках? Можно и к этому тоже добавить внезапный отказ системы автоматической стабилизации, как на посадке, раз уж хорошо пошло? - осведомился Алексей у невидимого инструктора, чувствуя радость от успешного овладения в короткий, всего чуть больше недели занятий, срок незнакомой по прежнему опыту техникой.

- Завтра! - коротко отрезал Волынский. - Комплексные отказы начнем отрабатывать завтра. А сегодня у нас есть еще кое-что..

- И что же?

- Я тебе уже говорил, Леша, что мы немного модифицировали стандартные китайские "Олени"? Так вот, сейчас я тебе открою доступ к еще одной части рабочего интерфейса.

Спустя секунду к "висевшему" перед глазами курсанта виртуальному меню управления добавился еще один полупрозрачный шарик, украшенный стилизованным изображением меча и щита.

- Это что..., вооружение? - изумился Алексей. - Я считал, это все слухи!

- Мы тоже считали, что это слухи, пока не напоролись... пару раз. После чего решили принять меры. Конечно, на Луне вооруженные инциденты - большая редкость, не то, что в Дальнем Космосе, но оружие сейчас есть на борту у всех лунных игроков. Особенно у китайцев, ты же знаешь, что, в отличие от нас и западников, все их якобы "частные" компании - не более чем ширма, из-за которой торчат уши китайских вооруженных сил. У них вообще нет никакой проблемы с этим... Кстати, ты не задумывался, почему у нас такое предпочтение при приеме на работу именно для бывших военных летчиков?

- Занятненько...

- С подробными правилами открытия огня ознакомишься позже. Скажу лишь, что применение оружие допускается только в самом крайнем случае, исключительно при неотвратимой угрозе жизни! Сам понимаешь, тема... щекотливая.

- Да чего уж не понять! В случае претензий фирма все свалит на пилота! - в своей обычной откровенной манере, стоившей ему немало неприятностей в жизни, "расшифровал" намек босса Алексей.

- Не так! - сухо не согласился тот. - Будешь действовать в строгом соответствии с инструкцией, никто на тебя ничего не свалит.

- Ну-ну...

- Хватит пустых рассуждений! - обычно невозмутимый Волынский, кажется, начал сердиться. - Давай к делу! Разверни боевой интерфейс!

Шарик меню, подчиняясь мысленной команде, превратился в гроздь из трех веток. Одну украшало стилизованное изображение ракеты, другую - лазерного луча, а третью - перечеркнутого радара.

- Значит так, - безотлагательно приступил к пояснениям инструктор. - Как ты видишь, в твоем распоряжении три боевые системы. Начнем с пассивной. Штатный навигационный радар "Оленя", после некоторой модификации софта, достаточно мощен, чтобы обнаружить ракетную атаку с дистанции в тридцать-сорок километров. Для ракет со сниженной радиолокационной заметностью, разумеется. Впрочем, других сейчас и не делают. Оптический канал, при удачном расположении цели относительно фона, может засечь инфракрасный след от выхлопа и за пару сотен. Но ракеты, как ты знаешь, почти всегда идут в импульсном режиме работы двигателя, для маскировки. Поэтому с оптикой - как повезет, может засечь момент импульса, а может и пропустить. Значит, исходим из худшего варианта - тридцать километров.

- Негусто! - усмехнулся будущий пилот "Оленя", любовно поглаживая вычурно изогнутый, согласно причудливому замыслу неизвестного китайского дизайнера, почему-то решившего, что так пилоту будет удобнее, стик ручного управления кораблем. - То есть, при лобовом сближении на орбите, даже взяв за основу окололунную орбитальную скорость в полтора с небольшим километра в секунду, у меня остается десять секунд на реакцию?

- Да, в крайнем, самом худшем случае, который ты привел, именно так. Это тебе не медленный воздушный бой, которому нас обучали в училище! Но и за десять секунд можно попытаться кое-что сделать!

- И что же?

- Во-первых, включить направленную радио-глушилку, - иконка с изображением перечеркнутого радара слегка замигала, подчиняясь команде инструктора. - Глушилка у нас скромная, может подавлять только до трех целей одновременно, увы. Но зато луч достаточно широкий, на большой дистанции может сразу накрыть и плотно идущую группу ракет. К сожалению, автоматическое включение всех боевых систем категорически запрещено инструкцией, во избежание... Так что все зависит от твоей собственной реакции! Чем быстрее включишь, тем больше шансов. Сразу за помехами на радиоканале надо подавить и оптический. Вот здесь...

Теперь дрогнула одна из двух иконок возле изображения лазерного луча.

- Режим помех, - прокомментировал Волынский. - Двадцать киловатт в луче. Целеуказание от бортового радара "Оленя". Лазерный излучатель у нас только один, но зато способен перенацеливаться трижды в секунду между объектами с близким угловым расположением. С такой мощностью достаточно по одному импульсу раз в три секунды на каждую ракету, чтобы не позволить ей вводить поправки по оптическому каналу. То есть излучатель теоретически ослепляет до девяти ракет одновременно. Ну, на практике поменьше, конечно. А у старых ракет, без защиты, вообще выжигает сенсоры головки! Впрочем, ты в курсе, на "Сушках" почти такая же система стояла.

- В курсе, - подтвердил Алексей, и добавил с сожалением: - Но использовать ни разу не приходилось!

- И слава Богу! Надеюсь, и здесь не придется! - вроде бы совершенно искренне воскликнул инструктор. - Есть еще неимпульсный, боевой режим, двести пятьдесят киловатт. Но для поражения ракеты со специальной отражающей поверхностью и защитным вращением, типа китайской PL-302, на дистанции в два десятка километров, нужно сфокусировать луч не менее чем на двадцать секунд. Что делает все предприятие бессмысленным, как ты понимаешь... Поэтому в такой ситуации лучше использовать лазер в режиме помех.

- А в боевом когда?

- Для поражения крупных, плохо защищенных от лазерного излучения объектов. Или повреждения оптики на сверхбольших дистанциях. Вместо привычной тебе пушки, короче.

- А почему, кстати, пушки нет? - осведомился будущий лунный пилот.

- Забудь! В фантастические сценарии в "Мастере Планетоидов" переиграл, что ли? Абсолютно бесполезное приспособление для космических боев! Какая еще пушка на таких скоростях сближения?

- Электромагнитная, например, - не согласился Алексей. - Есть же образцы! Не на пересекающихся курсах, разумеется, а на догонных, в ближнем бою...

- Забудь! - с нажимом повторил Волынский. - Какой еще ближний бой? Смени парадигму, наконец! Ты теперь не военный летчик, а гражданский пилот! Которому дали на крайний случай некоторые средства для защиты, а не для нападения. В случае чего, отбился - и улепетывать, унеся с собой записи датчиков, вот вся твоя стратегия с тактикой! Потом, имея на руках эти данные, можно будет поприжать агрессора юридически.

- Случаи разные бывают! - не сдавался курсант. - Мало ли, вдруг потребуется и нападать...

- Случаи-то, конечно, бывают, - устало проворчал инструктор. - Но не на Луне! За активные боевые действия в системе Земля-Луна, даже из-за самого что ни на есть справедливого повода, нас быстро "приземлят" навсегда, тут сосредоточено слишком много интересов у ведущих государств мира. Да и как ты себе это представляешь? К вооруженному кораблю ты на пушечную дистанцию не подберешься, он тебя гораздо раньше завалит. А на беззащитный и лазера хватит, не говоря уже о ракетах. Вот, кстати, давай лучше о них, хватит молоть глупости!

Замигал третий, последний элемент развернутого перед глазами Алексея боевого интерфейса. Волынский стал пояснять:

- В замаскированном контейнере под блоком раскрытия грузового пандуса содержится шесть ракет типа Р-577. В случае необходимости створки контейнера расходятся, и ракеты по одной выталкиваются вниз. Соответственно, в посадочном положении пуск невозможен.

- Заатмосферные Р-577? - удивился Алексей. - Они же даже на вооружение ВКС начали поступать всего года два назад! Как вы их достали?

- Будешь много знать, скоро состаришься! - отмахнулся инструктор древней поговоркой, ясно давая понять строгим тоном, что этой темы касаться не надо.

- Ну и ладно, но хоть это радует! Вещь серьезная! По крайней мере, так нам рассказывали, я эту штуку еще живьем не видел!

- И не мудрено, она же предназначена для новых трансатмосферных перехватчиков, а не для древних стратосферных истребителей! Боеголовка, разумеется, кинетическая, поэтому требуется точное попадание. Для этого на ракете установлена трехканальная система наведения. Активная радиолокационная, помехозащищенная с помощью "прыгающей" частоты. Активная лазерная и пассивная широкодиапазонная оптическая. Ну и, конечно, пассивная инерционная, для начального наведения или скрытного поражения крупных неманеврирующих целей.

- И какая у "инерционки" накапливающаяся погрешность? - в этой, близкой ему по прошлому опыту теме, Алексей чувствовал себя достаточно компетентным.

- Маленькая. Пространственная - районе двух метров на каждые десять километров полета. Достаточно, чтобы с приемлемой вероятностью обеспечить в районе цели конечное наведение с помощью пассивной оптики. Скажем, скрытно "грохнуть" цель размерности межорбитального буксира с дистанции в пару сотен километров. Если, конечно, бортовой радар "Оленя" выдал достаточно точные начальные параметры объекта...

- Неплохо! А бортовой радар на самой ракете?

- "Цепляет" цели такой же размерности за пятьсот километров минимум. Но если там стоят станции РЭБ... Заявленную производителем помехозащищенность мы реальных условиях не проверяли, но не думаю, что она абсолютная. Я как-то больше доверяю пассивным сенсорам.

- Я тоже. А еще больше - собственным глазам. Поэтому и пушку хотел! - усмехнулся Алексей. - Но оптика, даже пассивная, тоже давится!

- Да, но активные затворы объективов дают некоторый шанс. И попасть в них лазером гораздо труднее, на таких-то скоростях. Достаточно немного скорректировать погрешность "инерционки" вблизи цели, и все. Даже в условиях серьезных помех это вполне реально. Но все равно, рекомендуется выпускать ракеты парами, как минимум. А для гарантированного поражения - все восемь сразу!

- А что с энергетикой?

- Мощность бортового источника ракеты в кратковременном форсированном режиме с уносом тепла рабочим телом - до десяти мегаватт. В режиме постоянной малой тяги длительностью до трех минут - сто киловатт. В среднем, стандартный профиль полета - пуск с дистанции триста-четыреста километров, первая коррекция на форсаже, потом баллистический полет с несколькими легкими коррекциями по пути. В случае маневрирующей цели - финальная коррекция на форсаже, последние пять-десять секунд. Но все автоматически, по принципу "выпустил-забыл".

- Короче, при нападении, включил помехи, потом выпустил по супостату ракеты, чтобы у того появилось другое занятие вместо осуществления повторной атаки, и все, ждешь, пронесет или не пронесет? - подвел итог Алексей.

- Да. Только не на месте ждешь, а активно улепетываешь, унося фиксацию происшествия...

...После занятия на симуляторе Алексей забежал к себе, в выделенную фирмой комнату в корпоративном общежитии, чтобы принять душ. Учеба на сегодня завершилась, надо подумать об ужине и вечернем времяпровождении. Комната тут оказалась гораздо роскошней любого из бесчисленных временных жилищ, смененных им за время службы в ВКС. "Косморесурс" на комфорте своего персонала явно не экономил. Здесь имелись все современные удобства - автоматическая уборка, глобальная система дополненной реальности, встроенная доставка заказов и стирки и, разумеется, навороченный вирткомплекс. Последней модели, со всеми возможными допмодулями. Включая "тот самый".

Алексею этой стороной Вирта никогда пользоваться еще не доводилось. Он был человеком слишком традиционного мировоззрения, да и проблемы уложить в постель реальную девицу у него обычно не возникало - природный шарм и настойчивость, в дополнение к красивой мужественной наружности и "романтической" профессии, делали свое дело. Даже склочный характер не портил впечатление, ибо проявлялся, обычно, на более поздних этапах знакомства. Женщины, даже в наши времена глобальной деформации поведенческих реакций, редко отказывают альфа-самцам, ярко выраженным представителем каковой категории мужчин Алексей, несомненно, являлся. Поэтому и на самых дальних базах всегда можно было найти, если не сильно завышать планку, какую-нибудь скучающую бабу из обслуживающего персонала, благо ограничения на гендер соискателя при найме на военную службу давно уже были полностью исключены, и женщин в воинских частях обычно имелось немногим меньше, чем мужчин. Впрочем, закрытый армейский "мир" сильно отличался своими правилами от гражданки, на которой у Алексея за все время была только одна серьезная и продолжительная связь. Ирина...

Они познакомились совершенно случайно. Будучи в отпуске в Москве, он, по приглашению директора родного колледжа, пришел туда прочитать лекцию выпускникам о службе в ВКС. Большинству слушателей оказалось совершенно наплевать на гостя, его рассказ и сами ВКС, они еле, из чистого приличия, высидели до окончания лекции. Кроме одной девушки. Она настолько явно "запала" на красавца-летчика, что Алексей, после некоторых сомнений ("разница в возрасте лет десять, впрочем, она выпускница, значит по-любому не младше восемнадцати"), решился к ней подойти в коридоре...

Увы, но жизнь в далеких гарнизонах и свидания в редких отпусках не слишком способствовали укреплению возникшей связи. Ирина поступила в МГУ на биологический и не могла покинуть Москву - это престижное учебное заведение являлось одним их немногих, все еще требовавших очного присутствия студентов. И, в конце концов, им пришлось расстаться. Некоторый всплеск их отношениям придало известие о сокращении ВКС, под которое подпадал и Алексей. Ирина уговаривала его уволиться из армии совсем и переехать в Москву. Но тут подоспел этот дурацкий закон об обязательном генетическом регулировании...

Сейчас, созерцая "специализированные" навороты вирткостюма, он вдруг подумал, что, наверное, зря пренебрегал такими возможностями в прошлом. Если бы они с Ириной во время разлук "общались" подобным образом, может быть, разрыва удалось бы избежать. А вдруг еще не поздно?

Алексей, скинув банный халат, решительно натянул на себя вирткостюм. Все равно он собирался связаться с Ириной, сообщить о своих новостях, так почему бы заодно и не попробовать?

Девушка ответила на вызов сразу же. Она как раз тоже была в Вирте. Впрочем, сейчас проще "поймать" человека в Вирте, а не вне его.

- Как я по тебе соскучился! - включив все свое обаяние, начал общение Алексей.

- Рада тебя видеть! - нейтрально ответила Ирина. - Где ты сейчас?

- Это долгий разговор. Может, прогуляемся в каком-нибудь романтичном месте?

- Давай, - после короткой заминки согласилась девушка. - Париж, начало двадцатого века тебя устроит?

- Разумеется! Я помню твои предпочтения.

- В лич-спейсе, - по ее интонации было непонятно, вопрос это или утверждение.

- Конечно в лич-спейсе! Зачем нам посторонние?

В интерфейсе Алексея появился запрос на переход в заданную локацию. Он ответил утвердительно, одновременно выбрав из библиотеки предложенный системой подходящий эпохе "прикид" для аватара, вместо стандартного, в котором он вышел на связь.

Они с девушкой "появились" на набережной Сены. По реке медленно проплывали весельные и парусные лодочки, у излучины дымил колесный, надо полагать, прогулочный пароход. По узким мощеным улочкам тряслись конные экипажи, заполненные галантными мужчинами и изящными дамами. Синтетами, ясное дело, это же лич-спейс, кроме них двоих других реалов здесь быть не может.

Аватар Ирины был облачен в явно сделанный по индивидуальному заказу, а не взятый из стандартной библиотеки костюм. Естественно, аутентичный эпохе. А вот сам аватар явно представлял собой просто неотредактированный скан ее реального тела. Впрочем, Алексея более чем устраивала настоящая внешность бывшей подруги. Улучшать там, по его мнению, было решительно нечего.

Погоду девушка настроила хмуро-осеннюю, на грани дождя. Что косвенно свидетельствовало о том настроении, с которым она пришла на эту встречу. Но Алексей надеялся привести ее в более радостное расположение духа.

- Романтичненько здесь! - он вдохнул доносившиеся с берега запахи свежевыловленной рыбы и вслушался в уютное воркование многочисленных голубей, носившихся около реки. Настолько глубокое погружение в Вирт было для него в новинку, ведь раньше не имелось доступа к достаточно навороченному вирткостюму. Поэтому подобные мелкие детали все еще приводили его в восторг.

- Угу, - невнятно согласилась Ирина, явно не представляя, как себя вести с собеседником. Кто они друг другу теперь?

- Сама настраивала? - поинтересовался Алексей, чтобы польстить девушке и зная ответ заранее.

- Сама, конечно! Это одно из моих любимых личных "мест".

- А кафешки действующие? - он указал на ряд заведений на противоположной стороне улицы.

- Разумеется!

- И "кофе" имеет вкус кофе? - удивился плохо знакомый с Виртом гость.

- Ну, это зависит еще и от твоего вирткостюма. У тебя он какого класса?

- Комфорт-альфа! Родная фирма балует! - не без бахвальства заявил Алексей.

- Наконец-то даже отсталые слои населения добрались до вирткостюмов комфорт-класса! - прокомментировала это известие Ирина. - Добро пожаловать в настоящий Вирт!

- Ну так давай отметим данное историческое событие в одной из местных кафешек! Заодно и проверим, насколько хорош этот ваш пресловутый "настоящий" Вирт! - Алексей, наблюдая улыбку, появившуюся на лице собеседницы, с удовлетворением констатировал, что находится на верном пути к улучшению ее настроения.

Они расположились за столиком снаружи одного из заведений, как издавна и было заведено в Париже. "Местные жители" дефилировали мимо, весело общаясь на чистом французском, которого Алексей не понимал. Впрочем, всегда можно задействовать переводчик, но пустые разговоры синтетов его сейчас абсолютно не интересовали. Хотя, зная пугающую временами педантичность бывшей подруги, он ни минуты не сомневался, что и темы общения у них совершенно аутентичны эпохе. Даже такому далекому от виртуальных технологий человеку, как отставной военный летчик, было понятно, конечно, что Ирина не делала все с нуля, а для создания своего мирка использовала шаблон, доступный в Сети. Но дьявол, как известно, в деталях. Достоверность синтетического мира тоже.

- Я устроился пилотом в частную контору, - сообщил он, отхлебывая из чашечки кофе, принесенный весело лопочущей что-то по-французски официанткой-синтеткой. Кофе действительно, на его неискушенный вкус, был неотличим от настоящего. Как и поданный с ним круассон с хрустящей корочкой. - Через две недели закончу медицинскую и профессиональную адаптацию, и улечу на Луну.

- Ясно. Значит, решился-таки?

- Да. Условия оказались более чем хорошими. Как там будет на Луне, не знаю, но пока все по высшей категории. И условия контракта, и медицина, и переподготовка, и быт на космодроме. Никакого сравнения с казенными базами!

- Что ж, рада за тебя! - искренне, но с явными нотками разочарования в голосе произнесла Ирина.

- Ты все еще считала, что я передумаю? - он заметил подтекст.

- Ну.., немного надеялась. Очень немного! - не стала скрывать его собеседница.

- Луна, вообще-то, недалеко! - вкрадчиво стал уводить разговор в нужную сторону Алексей. - Сигнал туда-обратно идет всего полторы секунды, я тебе уже это говорил.

- И что? До баз, где ты околачивался последние годы, сигнал шел считанные миллисекунды, и как именно нам это помогло? - печально парировала она, не совсем понимая, куда он клонит.

- У меня тогда не было такого навороченного вирткостюма. И вообще я недооценивал новые технологии, как ты знаешь. Но я готов исправиться!

- В смысле?

- В смысле, нет ли в этом твоем Париже укромной комнатки, где мы бы смогли опробовать все возможности, предоставляемые Виртом. А то прямо на улице как-то не очень удобно. Синтеты, опять же, мимо ходят. Вдруг советами замучают, как в том древнем анекдоте?

Ирина прыснула от смеха, но тут же отрицательно покачала головой:

- Не надо, Леша. Покойный отец когда-то давно говорил, что бросать курить надо сразу. Постепенно снижать дозу нельзя. Я уже смирилась с тем, что мы расстались навсегда. Смирись и ты. Не надо пытаться оживить труп. Он самостоятельно дышать уже не будет!

На несколько минут установилось напряженное молчание. Алексей явно не был готов к подобному ответу. Он о чем-то напряженно рассуждал, что было заметно по слегка двигавшимся скулам - продвинутый вирткостюм считывал даже такие детали. Затем летчик решительно махнул рукой:

- Ладно, проехали! Только не надо зарекаться, мало ли где и как мы сможем еще встретиться. По крайней мере я не собираюсь рвать контакт с тобой!

- Да я тоже не собираюсь, Леша! Ты мне по-прежнему дорог! Но все должно быть в рамках!

- Да знаю я, что ты у нас вся такая правильная и принципиальная! - улыбнулся он. - Прости за неуместное предложение, бес попутал!

- Передай бесу мое возмущение! - она тоже засмеялась. - Кстати, в ближайшее время я на связь выйти не смогу.

- Это почему еще? - не понял Алексей, привыкший, что связь в сегодняшнем мире доступна всегда и везде.

- Получила предложение тестировать какую-то новую виртуальную технологию. Очень секретную, поэтому тестирование не удаленное, а надо ехать на место. Обещают райские условия, получше, чем у тебя! Правда, без связи с внешним миром, чтобы не утекли секретные подробности раньше времени.

- Это не опасно? Не люблю странности!

- Да что ты! Предложение не от какой-нибудь "левой" конторы", а от самого Серджио Крина! И финансово мне это сейчас очень даже к месту. От таких предложений не отказываются!

- И долго продлится этот "рай"?

- Контракт на два месяца с момента прибытия. С возможным продлением. Так что жди сообщения от меня.

- Буду ждать с нетерпением!

...Вылезая из вирткостюма, Алексей подумал: раз не вышло с Ириной, не попробовать ли, все же, дополнительные возможности где-нибудь в Вирте? В Свободной Виртзоне, например, или вообще в лич-спейсе с синтеткой? Чуть "обсосав" эту мысль, он в сердцах выбрался из костюма и принялся одеваться в обычную одежду. Ужинать на базе "Косморесурса" было принято не в личных каморках, а в уютном ресторанчике на последнем этаже, с шикарным видом на космодром и регулярно, не реже раза в полчаса, взлетающие борта. Он там приметил раньше несколько симпатичных девиц, но первые две недели, пока длились инвазивные медицинские процедуры, ему было нельзя. Но теперь они завершились, идет просто адаптация, и уже все можно. И нужно! С этой мыслью он, посмотревшись в зеркало и оправив элегантный пилотский форменный пиджак (спецдизайн за счет компании), решительно вышел из комнаты.


Средиземное море, август 2042 года.


Берег, усеянный острыми скалами, лениво штурмуемый закручивающимися белыми барашками бурунов морскими волнами и потому выглядевший весьма негостеприимным, быстро увеличивался в размерах. Небольшой беспилотный катер на подводных крыльях, арендованный работодателем и подобравший всю разношерстную компанию в афинском порту, преодолел довольно немалое расстояние до острова за каких-то три часа, несясь на всех парах (в переносном смысле, конечно - новомодные компактные термоядерные батареи добрались уже даже до заштатного греческого пароходства, полностью вытеснив двигатели внутреннего сгорания). Благодаря скорости, даже некоторое волнение на море не приводило к слишком сильной качке, несмотря на отсутствие гироскопической стабилизированной палубы, стандартной для туристических катеров в Америке. Никого из присутствующих не стошнило, что сильно удивило Сэма, привыкшего частенько видеть в родной Калифорнии воздействие суровых тихоокеанских волн на нетренированных туристов "из глубинки". Впрочем, популярные в последнее время магнетАRы - очки дополненной реальности с магнитной стимуляцией вестибулярного аппарата и других двигательных отделов мозга, почти решали проблему при использовании соответствующей программы. Подобные девайсы Сэм заметил у многих из присутствовавших на борту, в отличие от гораздо более консервативных туристов-"реднеков" с просторов североамериканского континента, частенько отдыхавших в его родном городе на западном побережье. У него самого, разумеется, новенький стильно-миниатюрный магнетАR тоже красовался еле заметной поблескивающей чайкой на переносице, но программу "антитошнота" он не запускал. Закаленному океанским прибоем сыну рыбака и спортсмену-серферу она совершенно ни к чему.

- Я вижу, ты совершенно не боишься морской болезни, даже вестибулярной "лечилкой" не пользуешься, - обратился Сэм к симпатичной девушке, на которую он давненько уже поглядывал с интересом. Девушка, отстраненно облокотившаяся о поручень и задумчиво взиравшая на приближающиеся буруны, действительно обвила свой магнетАR вокруг запястья на манер браслета. Ее тело облегала длинная, но местами частично прозрачная - по последней моде, туника, ненавязчиво подчеркивающей достоинства стройной спортивной фигуры. Аппликация для домашнего мультиассемблера, позволяющая индивидуально подогнать сложный, программируемый "на лету" вшитым контроллером узор прозрачности и тут же распечатать готовую одежду, являлась хитом сезона. Порывы ветра случайным образом прижимали ткань к телу, представляя временами взору весьма занимательные картины. "Ирина Глебова, 23, Россия, студентка биологического факультета МГУ, личный статус - свободна" - выдал прямо в зрачок краткую, выложенную в Сеть самим человеком справку магнетАR, уловив интерес к объекту в поле зрения.

Не дождавшись ответа, Сэм продолжил:

- Родилась у моря, Ирина?

"Объект интереса" медленно развернул белокурую головку к источнику акустической помехи. В больших, пронзительно-голубых глазах девушки читалось хорошо заметное раздражение, она явно пребывала не в духе:

- А просто познакомиться, без "подсказок", слабо? - кивнула она на красующийся на носу "нахала" девайс и с подчеркнутым презрением отвернулась.

- Прости, не думал, что для тебя это важно! - запинаясь от волнения, попытался исправить ошибку Сэм, поспешно сдирая магнетАR с переносицы и успев заодно мимолетно удивиться довольно чистому английскому выговору собеседницы, не пользовавшейся встроенным в гаджеты голосовым реал-тайм переводчиком, как делало большинство жителей восточных кластеров. - У нас в Калифорнии никто уже на это не обращает внимания! Кстати, меня зовут Сэм Винклер, и я, как ты уже, видимо, догадалась, с западного побережья.

- Вот там и знакомься! - зло процедила девушка, на этот раз с отчетливым русским акцентом, наверняка сознательно подчеркнутым, всем видом демонстрируя нежелание принимать извинения. Очень странно, ведь почти все здесь, на борту, находились в приподнятом настроении в ожидании обещанного "райского" уголка! Незадачливому ухажеру ничего не оставалось, как отступить. Временно, как он пообещал себе. Девушка ему очень понравилась, да и ввиду юридических проблем на родине, знакомиться "вживую" ему не доводилось давненько...

Еще сутки назад Сэм, укладывая вещи в родном Фриско, пытался угадать: что же это за таинственное место, где ему предстоит провести следующие семь недель? Все указывало на греческое побережье, но где именно?

Самолет, выполнявший рейс из Сан-Франциско в Афины, оказался старым, но модернизированным Боингом 787. Турбореактивные движки заменили электро-вентилляторными, получавшими питание от относительно компактных термоядерных батарей, стремительно начавших переворачивать облик всей летающей и ездящей техники всего несколько лет назад. После модернизации самолет получил дополнительный внутренний объем - за счет ставших ненужными топливных баков и практически неограниченную дальность полета. Впрочем, пассажиры гораздо сильнее указанных улучшений ощущали заметно уменьшившийся шум в салоне и не менее заметно подешевевшие билеты. Недаром наметился подъем в пребывавшем почти два десятилетия в упадке, "благодаря" последней волне переселения народов, туризме в Европу. Люди побогаче путешествовали на небольших сверхзвуковых машинах, специально разработанных под новый источник энергии. А обычные туристы - на таких вот старых, но проверенных и ставших способными на беспосадочный перелет любой дальности самолетах. Вот и сейчас рейс высадил его прямо в греческой столице, без промежуточных посадок.

Проверка документов на границе затянулась. Греческие пограничники, невзирая на все современные технологии идентификации, традиционно отличались повышенной въедливостью, еще с того недавнего мрачного периода новейшей европейской истории, когда толпы азиатов и африканцев штурмовали континент в поисках лучшей жизни, проходя, в основном, через территорию Греции. Тогда отстоять свой уклад европейцам удалось только ценой большой крови и утраты части собственных заблуждений, ошибочно принятых ими в свое время за достижения социального прогресса.

А за воротами таможни, в зале ожидания аэропорта, его уже ждал робогид, к которому Сэма вывела неразлучная (в соответствии с законом) личная секретарша-виртпомощник, "обитавшая" во всех гаджетах, имевшихся у молодого человека. В данный момент это были магнетАR и несколько нэйлкомов, распечатанных прямо на ногтях с помощью карманного мультиассеблера. Нэйлкомы были удобны для простых задач - мельком посмотреть который час, вывести напоминание, поточнее спозиционировать жестовый ввод для магнетАRа, дополняющий иногда сбоивший мнемоинтерфейс. Ну и как резервное средство связи, на случай утери последнего - миниатюрная спутниковая антенна непременно входила в печатаемую схему. Единственным недостатком дешевого одноразового гаджета была необходимость обновления каждые пару недель, но этот процесс занимал считанные секунды. Многие еще использовали нэйлкомы и для динамического декорирования ногтей, но Сэм считал, что цисгендерный человек выглядит с поминутно меняющимися картинками на кончиках пальцев недостаточно цисгендерным. А он, как "настоящая деревенщина" (любимое определение друга Майка), не желал двусмысленностей относительно себя. Хотя в городе, тем более таком традиционно непринужденном, как Фриско, всем на твою ориентацию было совершенно наплевать. Разве что кроме тебя самого...

Несколько потрепанный робогид являлся осколком многочисленной лет десять назад популяции андроидных помощников, почти ушедшей в небытие из-за полной победы доступной в любой точке земной поверхности Свободной Криптосети над косностью локальных законодательств (не считая, конечно, Непримиримой Зоны, где за владение приемником сразу рубили голову, и, в небольшой степени, все еще пытающегося контролировать Сеть Китая). Всепроникающий Вирт быстро вытеснил неуклюжих робо-ассистентов, заменив их виртуальными везде, где не требовалось физическое воздействие. Тем более странно было видеть, что такой человек, как Серджио Крин, использует подобное старье.

- Рад приветствовать вас в нашей теплой компании! Прошу прощения за небольшую задержку, еще несколько минут, и мы сможем отправиться дальше! - приветствовал его андроид приятным мужским голосом, опознав, видимо, по фотографии.

"Теплая компания", ошивавшаяся около глупо лыбящегося стандартной дежурной улыбкой робогида, представляла собой десяток разнополых молодых людей несколько потерянного вида. Предельно ясно было, что все они совершенно не привыкли к решительным перемещениям по поверхности земного шара, предпочитая Вирт, и поэтому находились немного не в своей тарелке. "Коллеги, значит!" - с чувством некоторого превосходства подумал Сэм, никогда окончательно не порывавший связей с реальным миром. Его усмешку также вызвали робочемоданы "коллег", тупо пытающиеся следовать на смешных коротких ножках за своими бессмысленно перемещающимися вокруг гида хозяевами и постоянно сталкивающимися в тесном закутке. Сам он робочемодана не имел. Молодой калифорниец, как заядлый турист, надел походный экзоскелет, поэтому свои вещи нес в обычном объемистом рюкзаке, закинутом за спину и покоящемся на силовой разгрузке. А спустя несколько минут, подобрав еще нескольких человек, прибывших другим рейсом, робогид повел "теплую компанию" к стоянке автоматических такси, оперативно доставивших всех в порт...

Пока катер маневрировал у скалистых берегов, пытаясь побороть течение у входа в небольшую гавань, Сэм, воровато оглянувшись, как будто кто-то мог отследить его действия в дополненной реальности, послал короткое сообщение Майку. Вообще-то в контракте оговаривалось, что от средств связи на время работы придется избавиться, но пока этого никто не потребовал, и он решил сообщить другу о местоположении новой работы. Куда именно они плывут, робогид в порту особо не распространялся, но навигатор магнетARа, при приближении к цели, вывел информацию о месте назначения. Небольшой частный остров, ранее принадлежавший Греции, но выкупленный двадцать пять лет назад обществом помощи беженцам для временного размещения переплывающих Средиземное море толп. Еще через несколько лет толпы, вернее то, что от них осталось, поплыли в обратном направлении, подгоняемые прикладами бойцов Фронта Европейской Идентичности, вышвырнувшего идеологически чуждых иммигрантов туда, откуда они пришли. Не всех, а только тех, кто не желал демонстрировать принятие европейских норм морали. Небольшая, но самая умная часть иммигрантов вовремя предпочли продемонстрировать. Более того, именно они и составляли одну из главных ударных сил новообразованного Фронта, доказывая тем самым свою лояльность, а после завершения Чистки сидели тихо. И сидят до сих пор, под чутким надзором наблюдателей Фронта...

Так или иначе, но выкупленные у Греции острова освободились, и были проданы частным лицам. Кому принадлежал данный остров, не указывалось, но это было и так понятно. Формально он находился под юрисдикцией Греции, но насколько Сэм знал, это государство последние лет тридцать не докучало инспекциями частным владениям, дабы не отпугнуть исправно выплачивавших налоги богачей.

- Никогда прежде не бывал на морском курорте! - воскликнул один из новоявленных "коллег", худощавый парень явно индийской внешности.

- А меня родители один раз возили на средиземноморское побережье. До того, как погибли в автомобильной аварии! - подхватил разговор другой, с "твердым" акцентом, выдававшим немецкоговорящего человека.

- А мои умерли когда я еще был совсем младенцем, от эпидемии, - разоткровенничался индиец.

Первоначальное отчуждение ранее незнакомых и явно мало привыкших к общению в физическом мире людей начало проходить, и к разговору присоединились еще несколько человек. Только давешняя девушка продолжала стоять в стороне с неприступным видом.

Сэм расслышал, как еще кто-то рассказал о гибели родителей в авиакатастрофе. Что-то много странных совпадений! Нацепив обратно магнетАR, он пробежался по инфостраничкам с доступными данными окружающих. Прошел по линкам, ведущим к инфе о родителях и с удивлением обнаружил, что все, как один, присутствующие являлись сиротами. Включая Ирину. Более того, ни один из них даже не воспитывался в приемной семье! Либо росли в детдомах, либо, как он сам, потеряли родителей уже во взрослом возрасте.

Все это было весьма странно. Случайным образом только сироты здесь собраться не могли. Отсутствие близких явно служило одним из критериев для отбора на тестирование. Но зачем? Сэм еще разок пробежался по инфе. Только один из присутствовавших на борту катера, тот самый индиец, действительно являлся в некотором смысле его коллегой - профессиональным Вирт-тестером. Но без дополнительного образования, имевшегося у Сэма. Вообще без образования, помимо средней школы, если точнее. Таких, необразованных, было еще несколько, но они даже были не тестерами, а просто заядлыми геймерами, победителями всяких кибер-соревнований. С другой стороны, та же Ирина почти закончила биологический факультет престижного университета, а немец и вообще являлся аспирантом-физиком, подбирающимся аж к третьей академической степени. Причем без всякой видимой связи с геймингом.

Подобный разброс свидетельствовал об отборе совсем не по образованию или тестерскому опыту, как казалось при прочтении приглашения. Из общего Сэм пока нашел только отсутствие родителей и, пожалуй, возраст, колебавшийся от девятнадцати до двадцати пяти лет. Возможно у организаторов и имелись причины сделать именно такой выбор, но у Сэма от осознания этого факта проклюнулось некоторое ощущение некомфортности. Как тогда, когда, катаясь на доске в океанских волнах, он вдруг почувствовал настоятельное желание вернуться на берег. А через минуту все надетые гаджеты стали орать о приближении того самого цунами. Каким образом он тогда ощутил опасность заранее, Сэм сказать не мог. Времени вернуться на берег ему хватило с большим запасом, десятиметровая волна пришла только через час. А вот своего отца он после того дня более никогда не увидел. Тот был, как обычно, в море, на малой лодке (катер как раз стоял на ремонте) и никто уже не сможет точно сказать, почему отец не прислушался к предупреждению. Удрученный случившимся сын сильно подозревал, что в этом виновата бутылка виски, которую отец традиционно брал с собой в море. Но от осознания причины легче не становилось...

Сэм на минуту задумался, не сообщить ли о своем "открытии" Майку, но тут катер, наконец, причалил, и гости сошли на берег. Встретили их опять же робогиды. Только не такие, как тот тупой андроид в афинском аэропорту. Минуту Сэм подозрительно посматривал на них, пытаясь вспомнить, где он видел подобную модель и почему ее вид вызывает у него чувство тревоги. Так ничего и не вспомнив, "скормил" образы магнетАRу. И сразу напрягся! Это были закамуфлированные под гражданских робогидов полицейские андроиды, популярные некогда в Японии и до сих пор там выпускающиеся ограниченной серией (более совершенные, конечно, чем данная устаревшая модель). В последнее время, благодаря превентивному генетическому контролю потенциальных преступников, надобность в большом количестве полицейских роботов исчезла, и их уже редко можно встретить. Как и живых служителей закона, впрочем. А в Европе и Штатах и ранее были разрешены исключительно дистанционно управляемые полицейские автоматы. На Востоке же эту щекотливую должность доверили прямому управлению экспертной системы. Правда, без оснащения летальным оружием, но это легко "поправимо". При желании...

Сэм в некоторой панике огляделся. Вокруг пока все было вполне благопристойно: солнышко светило, волны с грохотом разбивались о прибрежные скалы, над которыми лениво кружили чайки, высматривая добычу в воде, а пряный запах гнилых водорослей будил приятные воспоминания детства. Прямых оснований для беспокойства вроде бы не имелось, однако неясная тревога не покидала его. Но уехать с острова не получится, беспилотный катер, освободившись от последних "туристов", уже отчалил.

- Что-то мне здесь не очень нравится! Андроиды, переделанные из полицейских моделей, и ни одной живой души! - тихо сказал он той девушке, Ирине, за которой неосознанно следовал, спускаясь на причал.

К его удивлению, Ирина ответила совсем не в таком сухом тоне, как прежде. В ее приглушенном голосе также звучала озабоченность:

- Мне тоже все кажется подозрительным! Где обещанный пляж? С той стороны острова? Тут только вход в какое-то подземелье!

И действительно, окруженная со всех сторон крутыми скалами небольшая гавань проходов вглубь острова не имела. А единственным выходом отсюда являлась массивная дверь армейского типа, вроде входа в бункер, торчащая прямо посреди естественной каменной стены, окаймлявшей причал. В эту дверь по одному и проходили гости, ненадолго задерживаясь у стоявшего возле входа андроида, вежливо требовавшего сдать все коммуникаторы.

- Держись-ка поближе! - шепнул Сэм Ирине, и та послушно приблизилась, хоть наверняка и понимала, что, в случае реальной опасности, сделать американец не сможет ничего. Но древние инстинкты требовали искать мужской защиты в непонятной ситуации.

Притихшая группа "коллег", многие из которых, казалось, тоже ощущают некую угрозу, быстро редела. Люди один за другим исчезали за дверью, и что было внутри, разглядеть не удавалось. Он вдруг вспомнил о словах Майка. Неужели подозрения того имели под собой почву? Или старый друг что-то знал? Сэм хотел было послать ему сообщение но, магнетAR показывал отсутствие устойчивой связи. Сигнал экранируется нависающей скалой или... намеренно глушится? Выяснить это он не успел, так как вскоре подошла и его очередь.

- Ваши коммуникаторы и личные вещи, мистер Винклер! - совершенно дружелюбным тоном попросил страж входа. А вот во внимательно осматривающих его "глазах" андроида будто бы светилась явственная угроза. Сэм, разумеется, знал, что "глаза" - это никакие не глаза, да и вообще искусственный интеллект робота не обладает самосознанием и не может выражать угрозу даже теоретически, поэтому попытался взять себя в руки. Просто нервы из-за резкой смены обстановки... Молча сдал сумку и магнетAR, подставил андроиду пальцы, на ногтях которых тот споро уничтожил точечным лазерным нагревом напечатанные нэйлкомы, снял экзоскелет (со встроенными независимыми коммуникаторами) и дал себя отсканировать, после чего прошел вперед.

Внешняя дверь захлопнулась за спиной, а перед носом оказалась другая. Сэм сделал еще шаг, и та тоже раскрылась. За ней оказался тамбур длиной футов шесть, завершавшийся третьей дверью. В тамбуре находились еще два андроида той же "полицейской" модели.

- Добро пожаловать, мистер Винклер! Проходите! - произнес один из них.

Сэм, несмело улыбаясь, прошел вперед, надеясь за следующей дверью увидеть, наконец, живого человека. Желательно, самого Серджио Крина! Как только он поравнялся с замершими на месте андроидами, один из них сделал резкое движение, которое Сэм почти не успел даже уловить. Он почувствовал лишь боль в шее, и тут же ноги перестали держать его. Голова, однако, оставалась совершенно ясной, и Сэм сразу понял, что его обездвижили каким-то прибором, воздействующим напрямую на нервную систему. Подобных полицейских устройств развелось сейчас много, с разнообразным принципом действия.

В голове роились панические мысли, одна страшнее другой, но сделать было уже ничего нельзя, он не мог сейчас пошевелить даже бровью. Тем временем андроиды, подхватив падающее тело, передали его в открывшийся дверной проем парочке таких же. Те, в свою очередь, согласованными, как механизмы швейцарских часов, движениями манипуляторов, сорвали с Сэма всю одежду и "запаковали" голое тело в некий вытянутый, подобно спальному мешку, кокон с отдельными карманами для рук. Лишь голова осталась торчать снаружи. Кокон, или даже контейнер, судя по тому, как он твердо стоял на нижнем основании, впихнули в ячейку на какой-то платформе, рядом с десятками таких же. Из всех коконов торчали головы собратьев по несчастью, попавших в ловушку до Сэма. Лица у всех были ошарашенные, некоторые беззвучно рыдали. А через полминуты рядом оказался и кокон с Ириной. Хотя действие парализатора уже начало проходить, сказать ей что-либо ободряющее он еще был не в состоянии. Да и ничего ободряющего в данной ситуации он пока не видел.

"Коллеги" продолжали пребывать через равные промежутки времени. Сэм, с трудом уже способный ворочать головой, попытался осмотреться. Особых успехов на данном поприще он не достиг. Помещение, в котором они находились, почти полностью скрывалось в полутьме, и кроме платформы с коконами видно ничего не было. Лишь стоял легкий затхлый запах, с металлическим привкусом. Еще через минуту пленник смог пошевелить конечностями, но толку от этого было мало, кокон обездвиживал не хуже парализатора. Только у головы оставалась хоть какая-то свобода движения. Зато речевой орган, наконец-то, начал слушаться хозяина:

- Ирина? Ты как? - прошептал он соседке все еще слегка заплетающимся языком.

- М..., - девушка еще не до конца освободилась от действия парализатора.

- Не зря у нас возникли опасения! Но вряд ли нас вот так возьмут и убьют, слишком уж сложным способом нас сюда заманили! - Сэм, все же, попытался успокоить спутницу, хотя сам ничегошеньки не понимал. - Посуди сама, даже если бы кому-то понадобились люди для, например, медицинских экспериментов, проще было купить рабов в Непримиримой зоне! Их бы точно никто искать не стал!

- А за...чем т.тогда? - сумела, наконец, запинаясь, подать голос Ирина.

- Держать в качестве заложников? - предположил Сэм. - Требовать что-то у правительств ведущих кластеров? Не знаю...

- Сомнительно! - девушка уже оклемалась и не выглядела такой подавленной, как большинство окружающих, до сих пор пребывавших в шоке. Наоборот, она внимательным взглядом обследовала доступное пространство, а в глазах ее светилась злая решимость. "Пожалуй, это она может меня успокаивать, а не наоборот!" - подумал Сэм.

Внезапно зал осветился. Он оказался немаленького размера. Высокие шершавые бетонные стены намекали на военное происхождение этого помещения. У противоположной от двери и платформы с коконами стены размещалось небольшое возвышение. Рядом с ним имелась еще одна дверь, полная копия входной. Дверь была плотно заперта.

На возвышении возникла огромная фигура человека, восседающего на стуле. Если бы не рост, достигавший, на глаз, футов пятнадцати, можно было бы принять человека за настоящего. "Очень качественная голограмма! И ведь это без ретинальных проекторов!" - оценил технические возможности их похитителя Сэм. А личность его была ясна и так. Да, это несомненно Серджио Крин, собственной персоной. Современные методы генетического омоложения позволяли восьмидесятилетнему человеку выглядеть на тридцать, и Сэму не составляло труда узнать легенду Силиконовой Долины. Конечно, оставался шанс, что кто-то просто синтезировал его изображение, но что-то подсказывало молодому человеку, что это не так.

- Вот мы и в сборе! - произнесла голограмма, удовлетворенно кивнув. - Понимаю, вы шокированы, но у меня не было другого выхода! Извиняться не буду, тем более что дальше вас ждут совсем нелегкие испытания. И не все доживут до их окончания!

По залу пронесся гул отчаяния. Видимо, кто-то еще надеялся, что это шутка.

- Нет времени на глупые эмоции! - голос Крина усилился. - Перейдем к делу. В принципе, я мог бы вообще вас ни во что не посвящать, но я надеюсь, что некоторые из вас в конце концов станут моими соратниками. Те, кто доживут до финала!

- Какого финала? - истеричным голосом завопила какая-то девица из первого ряда коконов.

- Финала нашего эксперимента. Вы отсюда выйдете моими союзниками или не выйдете вовсе, поэтому буду откровенен. К сожалению, правительства ведущих кластеров заняли неконструктивную позицию по вопросу исследований в области переноса человеческого сознания на небиологические носители. Эксперименты запрещены. Но ведь население Земли, благодаря успехам медицины, растет! И в Непримиримой Зоне тоже, благодаря отсутствию контроля над рождаемостью и непродуманной гуманитарной помощи с нашей стороны, из-за чего они сами никак не вымрут от голода. К тому же, биологическое тело, даже регулярно омолаживаемое генетическими методами, не вечно. И вообще, очень ненадежно - малейшее физическое воздействие его убивает. Пора положить этому конец, невзирая на консерватизм и косность регулирующих органов! Я и несколько моих ближайших коллег давно проводим исследования в этой области, и настала пора перейти к практике. Я сам хочу быть в числе первых, кто переступит грань между биологической и техногенной эпохами эволюции человека. Но это оказалось сложной задачей! Чисто технические вопросы мы уже отработали, в том числе и на людях. Да, да, на людях! В Непримиримой зоне ежедневно от насилия гибнут сотни людей, так почему бы некоторым из них не послужить делу науки и прогресса? Знаю, для вас это звучит дико, однако наши исследования позволят навсегда разорвать цепь смерти. Эта великая задача требует жертв!

Несколько особо впечатлительных слушателей завыли от ужаса. Сэм подозревал, что не столько от сочувствия к неизвестным жертвам, сколько от осознания собственных печальных перспектив. Ему же самому положения, озвученные похитителем, сильно напоминали кое-какие моменты из истории, но анализировать и проводить параллели сейчас не было никакой возможности.

- Итак, в чем загвоздка? - как ни в чем не бывало, продолжал Крин, уверенным тоном университетского лектора. - Нейронные связи мозга чрезвычайно сложны и запутанны, не зря сознание раньше называли "внутренним космосом". Это совершенно справедливое сравнение! Наш коннектом - информационное поле мозга - это зеттабайты информации и тысячи триллионов малопредсказуемых связей и взаимовлияний! Однако мы почти достигли успеха! В предыдущих экспериментах нам удалось наладить сбор информации о состоянии синаптических связей, и даже скопировать работающий базовый функционал мозга на физический носитель. Проблема осталась в нюансах обработки информации верхнего, сознательного порядка. А точнее - во встраивании новых нейронных связей при обучении в уже существующие, интеграция старых и новых знаний и образов, вообще детальная картина высшей мозговой деятельности. Никто же не захочет, переместив сознание в компьютер, стать дебилом? Наоборот, мы ожидаем гигантского приращения интеллектуальных возможностей! Поэтому мы и собрали вас, людей с молодым, пластичным, но уже заполненным разнообразными знаниями мозгом для решения этой задачи. Как это будет происходить? В ваш мозг будут внедрена саморазвивающаяся сеть нанопроводов. В течение некоторого времени она разрастется, дублируя нейронную и соединяясь с ней, что позволит делать мгновенные "снимки" состояния коры вашего мозга во время различной деятельности с беспрецедентным, вплоть до каждого отдельного синапса, разрешением! Сама по себе эта операция отработана и безопасна, но... есть нюансы. Для максимального проявления всех искомых параметров вы будете помещены в виртуальную среду с неким меняющимся набором условий, где вам придется решать разнообразные задачи. Как индивидуально, так и коллективно. Ввод-вывод информации, включая визуальную, сенсорную и прочую, будет осуществляться через упомянутую сетку. Тело же будет находиться в специальной виртуальной капсуле, обеспечивающей необходимую жизнедеятельность. Никаких экзоскелетов, двигательная активность останется исключительно виртуальной, управляющие сигналы от двигательных отделов мозга к мышцам будут блокированы, как во сне. Это само по себе уже является выдающимся прогрессом в области виртуального погружения, ощущения теперь натуральны на сто процентов, однако мы пойдем дальше, значительно дальше! Кстати, сенсорная информация будет симулироваться полностью, вы будете чувствовать все в полную силу. В том числе и боль, это необходимое условие чистоты эксперимента. А главный нюанс в том, что вы сможете и умереть. Опасность смерти подстегнет ваш мозг, не даст ему расслабиться. Хорошая новость в том, что умрете вы не до конца. В капсулу встроен реанимационный медблок, на базе восстанавливающих нейросигналов, он вернет мозг в рабочее состояние. А плохая новость - каждое такое "воскрешение" сильно истощает нервную систему, приводит к ее необратимой деградации. У нас пока нет способа побороть данный недостаток технолгии. Судя по результатам предыдущих опытов, нервная система способна перенести от десяти до пятнадцати подобных "воскрешений", затем нейронный "шум" достигает порога, в повседневном языке называемого сумасшествием. Как видите, я с вами предельно откровенен! Надеюсь, что большинство из вас все же доживут до конца эксперимента в здравом уме. Ведь если мы преуспеем, ваши сознания переместятся на физические носители, которым не страшна никакая деградация!

В зале во время этого спича царила зловещая тишина. Даже те, кто поначалу поскуливал от отчаяния, замолчали, шокированные услышанным. Сэма, как он себя не пытался убедить, что еще не все потеряно, раз имеется возможность дожить до конца, била сильная дрожь. Если бы кокон крепко не держал его, он бы наверняка не смог устоять на предательски ослабевших ногах.

- Да, и как доказательство серьезности наших намерений, если кому-то было недостаточно моих слов.., - вновь заговорил Крин. - Среди вас попался один человек, которого послали шпионить за мной. Для этого в его тело внедрили наноимпланты для записи и передачи информации. Но, к счастью, мы их отсканировали. Извлечь импланты нет никакой возможности, поэтому... И всем остальным будет урок! До встречи в новой реальности!

Голограмма исчезла, а два андроида выхватили с платформы кокон, из которого торчала голова того самого индийца, которого Сэм приметил еще на катере. Индиец попытался что-то произнести, но один из андроидов просто молниеносным движением повернул его голову на сто восемьдесят градусов. Раздался жуткий хруст, и на присутствующих уставились разом помертвевшие глаза жертвы.

После этой демонстрации вопль отчаяния разнесся по залу, отражаясь многократным эхом от стен. Сэм, стиснув зубы, чтобы тоже не заорать, повернулся к Ирине, застывшей с открытыми от ужаса глазами, намереваясь что-то ей сказать. Но в тот же момент вновь ощутил парализующий укол в шею. На этот раз погасло и сознание, он успел лишь увидеть, как голова девушки тоже безвольно откидывается назад.

Космодром "Восточный", август 2042 года.


Погрузка на трансатмосферный шаттл происходила буднично, словно речь шла о посадке на обычный самолет. Разве что пассажиры были облачены в легкие транспортные скафандры мягкого типа, мешковато свисавшие прямо поверх повседневной одежды. Да и сквозь окошки посадочного рукава иногда виднелись сооружения, нехарактерные для обычного аэропорта. А так - все совершенно заурядно, будто предстоит рейс в Москву, а не к перевалочному орбитальному хабу. Собственно, это и был обычный регулярный рейс, каковой шаттлы компании "Косморесурс" совершали не менее двух еженедельно. Но Алексею предстоящий старт рядовым не казался. И из-за того, что он всего лишь в третий раз летел в космос, но больше, конечно, из-за немаленького шанса превратить этот полет в начало путешествия без обратного билета.

Похоже, однако, что кое-кто из его случайных попутчиков переживал гораздо сильнее отставного военного летчика. На соседнем кресле-ложементе, автоматически конфигурирующим пропорции под фигуру каждого конкретного пассажира, расположился нервно оглядывающийся по сторонам мужчина. Судя по морщинистому лбу, "украшенному" выцветшими веснушками, просматривавшимися сквозь спадающую на глаза жидкую челку, старше Алексея лет на двадцать. Следов генетического омоложения на доступной наблюдению части торчащей из скафандра головы мужчины заметно не было, что, как минимум, выглядело ненормально, при нынешних совершенно доступных ценах на базовую процедуру регенерации! Впрочем, людей, предубежденных против любого генетического вмешательства в организм, хватало. Хотя встретить представителя данной категории на борту трансатмосферного шаттла было несколько неожиданно.

- Скажите, э.., вы уже летали когда-нибудь на орбиту? - возбужденно обратился к соседу по креслу страдалец, сдавшийся, наконец, на милость системы автоматической фиксации тела, после длительной и безуспешной борьбы с искусственным интеллектом ложемента.

- Приходилось, - осторожно ответил Алексей, не зная, куда клонит его попутчик.

- Сильно трясет?

- Нет, с чего бы? Не больше, чем в обычном самолете.

- А зачем тогда такие меры предосторожности?

- В авиации, знаете ли, принято перестраховываться. Традиции! Ну, и для возвращения с орбиты. Во время торможения в атмосфере действительно потрясывает, да и перегрузка может скакнуть до трех единиц.

- Вот видите! - воскликнул сосед с трагической миной на лице, как будто Алексей подтвердил его самые худшие опасения. - А они рассказывают сказки, что полет совершенно безопасен!

- Почему же сказки? Не припомню в последние лет пять ни одной катастрофы с трансатмосферными шаттлами. И даже просто серьезной аварии. Ну, это если не учитывать индийские аппараты, конечно...

- А вы откуда знаете? - подозрительно осведомился мужчина.

- Я летчик, вообще-то. Бывший...

- А, ну так это другое дело! Вам не привыкать. А вот я, до прибытия на Восточный, лет двадцать вообще никуда не летал, даже на самолетах!

- И что же вас сейчас сорвало с места? - заинтересовался Алексей. Из какой дыры вылез этот человек, никуда не перемещавшийся два десятка лет?

- Понятно что! Контракт! - обреченно выдохнул сосед. - Заманили суммой! Семья большая, хочется всех обеспечить по высшему классу. Да и себе с женой на продвинутый курс терапии заработать, опять молодым себя ощутить! Завидуем мы с ней внукам, а ведь есть возможность стать почти такими же, здоровыми и красивыми! Только, боюсь, не вернуться мне домой из этого вашего космоса... Кстати, Вознесенский Егор Семенович, доктор геологических наук!

Они с трудом пожали друг другу руки, ограниченные в движениях ложементом и мешковатым спасательным костюмом.

- Алексей Семенов, капитан ВКС в отставке, - представился в ответ летчик, еще раз внимательно приглядываясь к геологу. - У вас что, внуки уже взрослые?

- Да. Внуку двадцать два, внучке двадцать.

- А вам тогда сколько? - Алексей осознал, что сильно недооценил возраст собеседника.

- Семьдесят один, увы! Не дали бы? - усмехнулся Вознесенский.

- Нет, честно говоря! Выглядите максимум лет на пятьдесят - пятьдесят пять. Проходили курс генной терапии?

- Только базовый, как и все. Два года назад последний раз. Полный, увы, не по карману...

Алексей кивнул. Теперь все стало на свои места. Базовый курс омоложения, включенный в общую медстраховку, "откатывал" биологический возраст лет на десять-пятнадцать, устранял накопившиеся дефекты внутренних органов, но и только. Государство было заинтересовано лишь в сокращении расходов на медицину, не более того. Все остальное - за свой счет. Хочешь вернуться к юношескому состоянию - плати. Субсидируемый раз в десять лет простенький базовый курс не способен был обеспечить настолько радикальные изменения. Молодым проще - те, кто прошел первый положенный курс в тридцать лет, как он, например, "застывали" примерно в этом биологическом возрасте. Надолго, может быть и навсегда, статистика необратимых изменений, не подвластных коррекции, пока не накопилась. Его попутчик же явно начал процедуры лет в шестьдесят. Тут без серьезного курса не обойтись! А он действительно дорог. Нужна госпитализация на три месяца в специально оборудованной клинике. Это стоит неподъемных для обычного гражданина денег! Вот и ходят по улицам толпы вечно пятидесятилетних. Но чтобы такой человек отправлялся в Космос?

- А, собственно, на какую работу вас наняли? - продолжил расспросы Алексей. - Обычно в космосе работают люди помоложе.

- По специальности. Экспресс-анализ минералов, предсказание и расчет залежей, оптимизация добычи. Мало сейчас специалистов моего класса, геология давно перестала быть популярной наукой, талантливые люди в нее не идут. А последние годы и вообще не идут, кому нужна геология, когда редкие и ценные ресурсы можно возить из космоса в любых нужных количествах? Поисковые работы на Земле в полном упадке! Кроме Антарктиды, разве что... Вот "Косморесурс" и начал агитировать ученых "старой школы". Сорвали с заслуженного отдыха! Я, знаете ли, по молодости, конечно, немного поездил в поле, но уже лет сорок как практически не вылезал из кабинета. И тут такое приключение! - геолог удрученно покачал головой.

- А, что, нельзя было организовать консультацию с Земли, через Вирт? Зачем вам физически переться в Космос? - удивился летчик.

- Иногда, молодой человек, камни нужно потрогать своими руками. Не все можно сделать через этот ваш Вирт! Не будут же они таскать массу образцов с Луны на Землю? А ведь это требуется делать еще и оперативно, поисковым селеноботам необходимо корректировать задание в реальном масштабе времени! В "Косморесурсе" и решили наладить мощную лабораторию на месте. Они сейчас расширяют спектр работ, ищут новые направления развития. Не все ж на поисках гелия-3 и воды концентрироваться? Вот и пригласили меня наладить дело. Поставлю там все, обучу персонал, тогда уже и действительно через Вирт консультировать можно. Думаю, года на Луне мне хватит. Очень надеюсь на это, совершенно, знаете ли, не хочется продлевать контракт! Хотя работа, в кои-то веки, интересная, не говоря уже об оплате...

- А до сих пор на Луне что, "на глазок" работали?

- Нет, конечно, селенологи-теоретики в земном филиале "Косморесурса" имеются. А на самом спутнике сидят бывшие земные геологи-эксплуатационники, они больше по настройке поисковой аппаратуры специализируются. До сих пор серьезные специалисты не требовались, вода прекрасно ищется спутниками с орбиты, а гелий-3 вообще лежит на поверхности, в прямом смысле слова. Реголит для построек, опять же, снаружи. Металлы есть в раскиданных по поверхности метеоритах. Их поиск и сбор, собственно, пока и является основным занятием селеноботов и этих, так называемых, "селенологов-практиков". А вот глубины только сейчас начали серьезно исследовать, после того, как вершки собрали. Вот тут и нужны специалисты моего уровня!

- Вот и прекрасно, Егор Семенович, значит, и для меня больше интересных занятий найдется, вашими трудами! - улыбнулся Алексей.

- А вы, собственно, тоже на Луну?

- Куда ж еще? Тоже заключил контракт с "Косморесурсом", только в качестве пилота лунных транспортников. Другими словами, устроился "водителем грузовика"! Может, и вас придется подвезти как-нибудь.

- Надеюсь, нечасто! - поежился ученый, явно не обрадованный перспективой лунных вояжей. - Я больше на базе работать буду, хотя выезды на место действительно могут потребоваться. А разве транспорт на Луне не полностью автоматизированный?

- Регулярные грузовые перевозки в значительной мере выполняются автоматами, да. Но людей традиционно возят люди. Плюс нестандартные ситуации...

- А у нас сейчас тоже пилот - человек? - обеспокоенно вернулся к текущим заботам геолог.

- Да, конечно. Хотя не думаю, что он будет брать управление на себя. Полет трансатмосферного шаттла совершенно линеен, как маршрут поезда! Разве что случится нештатка...

- Не пугайте меня, я и так боюсь!

- Да тут как раз все отработано, бояться совершенно нечего! - поспешно успокоил старика Алексей. - Вот, кстати, и пилот!

В узком проходе между рядами ложементов действительно появилась фигура в жестком летном скафандре такого же типа, в каком Алексей работал на тренажере. Летчик молча проследовал к подъемнику в передней части салона и исчез в пилотской кабине, располагавшейся сверху.

- Уже взлетаем? - сдавленным голосом прокомментировал появление пилота ученый, снова обуянный, вероятно, немного рассеявшимися во время беседы страхами.

- Да, скоро, - обернувшись, насколько позволял ложемент, Алексей увидел, как закрывается входной люк. Маленький, на двенадцать пассажиров, салон, был все еще наполовину пуст, но, видимо, более никого не ожидали.

Буран-ТТГ, на котором они летели, являлся одной из первых моделей серийных трансатмосферных шаттлов, появившихся чуть более десяти лет назад, после внедрения термоядерных источников. Его конструкторы, желая побыстрее выдать революционный продукт, не стали изобретать велосипед, и взяли за основу отработанные пропорции и аэродинамическую схему древнего советского шаттла. Так как тот корабль выходил на орбиту не самостоятельно, а запускался ракетой, то внутренняя начинка "новодела" разительно отличалась от оригинала. Так же, как и использованные конструкционные материалы, полвека ведь прошло! Место двадцатиметрового грузового отсека занимал теперь бак с водородом. Жидкого водорода, отличавшегося малой плотностью, надо было много, почти половину взлетного веса, поэтому над крыльями с обеих сторон корпуса торчали наплывы дополнительных баков, на летном жаргоне - "щеки". А сзади, по бокам от высокого киля, располагались "уши" - воздухозаборники электровентилляторных двигателей, использующихся для нормального "самолетного" взлета с полосы. Впрочем, и это не являлось нововведением, подобная схема использовалась еще на аналоге того самого "Бурана" для проведения летных испытаний. В общем, большую часть решений конструкторы "слямзили" у предков, что позволило закончить разработку в кратчайшие сроки. На регулярных пассажирских рейсах в космос сейчас, конечно же, это старье ограниченной вместимости уступило место новеньким, спроектированным с "нуля" специально под новый источник энергии лайнерам. Но в маленьких частных компаниях простой и надежный шаттл продолжал использоваться для повседневной работы, перевозки небольших грузов и малых групп пассажиров на низкоорбитальные хабы - перевалочные базы, имевшиеся у любой уважающей себя компании.

В скрытом в передней нижней части корпуса шаттла пассажирском салоне иллюминаторы отсутствовали по определению, но шлем спаскостюма позволял обозревать окрестности с помощью дополненной реальности. Пожилой геолог, явно находившийся в плохих отношениях с современной техникой, этого, видимо, не знал, отчего взбудоражено завозился при сильно ослабленных толстой теплоизоляцией свистящих звуках, сопровождаемых легкой вибрацией:

- Мы взлетаем? - повторил он.

- Еще нет, только турбины запустились. Да вы включите обзор!

- Каким образом?

- Раскройте интерфейс ложемента мнемокомандой, и оттуда включите!

Ученый разобрался в интерфейсе и на какое-то время затих, успокоенный картинкой работающего в привычном ритме аэродрома. Только когда шаттл выехал на взлетку и не спеша побежал по ней, подвывая вращающимися на максимальных оборотах турбинами, вновь забеспокоился:

- Не слишком ли долго мы разбегаемся?

- Нормально. Этому корыту три километра полосы требуется для взлета. Но тут есть почти пять! - успокоил его Алексей и покосился на видимый в интерфейсе индикатор приборной скорости. - Сейчас оторвемся!

И действительно, нос кургузого шаттла, прекрасно различимый в режиме полупрозрачного корпуса, настроенного Алексеем для дополненной реальности, задрался вверх. А через секунду последовал легкий толчок, и поверхность земли стала резво удаляться.

- Оторвались! А то вы переживали! - усмехнулся бывший пилот.

Но геологу, кажется, все еще было не до смеха. Он то нервно оглядывался на турбины в хвосте летательного аппарата, то настороженно водил глазами перед собой. Как догадывался Алексей, сосед считывал полетные данные, любезно предоставляемые интерфейсом спаскостюма. "Только что он в них понимает, интересно? Сейчас ведь наверняка объяснений попросит!"

- До какой скорости нас разгонят турбины? - не замедлил подтвердить его догадку озабоченный спутник.

- До трех "махов". Сколько это, знаете? - охотно ответил смирившийся в душе с неизбежными расспросами Алексей.

- Около километра в секунду. Зря, что ли, я доктор наук? - немного обиженно отреагировал геолог на заданный несколько пренебрежительным тоном вопрос соседа. - А дальше как?

- Дальше поток будет перенаправлен в прямоточные двигатели с магнитодинамическим нагревом входящего воздуха. Они разгонят нас шести "махов" и поднимут на высоту в три десятка километров.

- Ионизация и создание плазменного вихря? - уточнил ученый.

- Вроде того, - не стал вдаваться в подробности Алексей. - Ну а затем уже до конца "поедем" на своих запасах. Сначала на воде, потом на водороде из бака.

- На воде?

- Меньше скорость истечения и нет свободного водорода, поэтому не так сильно вредит озоновому слою. Существует международное соглашение на этот счет. Поэтому "пробиваем" его на воде. Кроме того, это позволяет сократить объем баков, за счет веса выводимого груза, разумеется. Но пятьдесят тонн водорода в шаттл просто не влезло бы, даже с дополнительными баками. Вот конструкторы и пошли на компромисс, тем более что конвенция все равно требовала...

- Такой мощный источник энергии на борту, а все равно половина веса приходится на рабочее тело! Сдается мне, конструкторы работали спустя рукава, лишь бы сдать "к дате", как бывало во времена моего детства! - хмыкнул геолог.

- Ну, в каком-то смысле, так и было. Надо было сдать не "к дате", конечно, но побыстрее, чтобы не оказаться в отстающих. Использовали готовые, но не самые подходящие решения, вот и получилась не особо эффективная конструкция. Зато надежная! - подтвердил его слова летчик.

- А разве новые лайнеры эффективнее? По-моему, тоже из одних баков состоят! - продолжал критику сосед. Видимо, это отвлекало его от переживаний, связанных с боязнью полета.

- Новые конечно эффективней! Не в разы, разумеется, но профиль полета более оптимальный, экономичный "водородный" этап больше.

- Но почему используются низкоимпульсные электротермические двигатели? Есть же высокоэффективные магнитоплазменные! Да, я знаю, что они работают только в вакууме, но ведь можно сначала "выпрыгнуть" из нижних слоев атмосферы на малой скорости, а затем уже разгоняться до первой космической? - не унимался ученый, увлекшись и представляя себя, видимо, критикующим поставленное исследовательское оборудование на ученом совете в своем институте.

- У магнитоплазменных слишком малая тяга. И не очень высокий коэффициент полезного действия. А ведь источник на шаттле выдает до семи гигаватт мощности! Куда прикажете девать лишнее тепло в таких количествах? Так что для выхода на орбиту - только "проточные" движки с уносом тепла рабочим телом! А магнитоплазменные - это для межпланетных перелетов, где можно себе позволить медленный разгон, - пояснил Алексей.

За оживленной беседой незаметно прошел этап относительно медленного разгона на "воздушных" двигателях и дискуссию прервал довольно резкий толчок, сопровождаемый появлением небольшой, но уже достаточно ощутимой перегрузки.

- Пошла "вода"! - прокомментировал летчик, показывая на яркий сноп выхлопа, появившийся сзади. Из-за полупрозрачного в дополненной реальности корпуса казалось, что огненный хвост растет прямо из воздуха сразу за пассажирским салоном. Алексей скосил взгляд на соседа. Тот, наконец, угомонился, и лишь молча вертел головой, рассматривая окружающие красоты. А виды с высоты в несколько десятков километров действительно открывались захватывающие!

Минут через двадцать активная фаза полета завершилась, и они оказались на орбите. Наступила невесомость, прерываемая время от времени лишь короткими коррекционными включениями двигателей. Но испытать ее эффект не позволял ложемент, отказавшийся выпускать своих "пленников" до момента стыковки с хабом.

- Да, это вам не туристический шаттл! - посмеялся Алексей над возмущенным возгласом боровшегося с ложементом соседа.

А еще через час они уже, выпущенные, наконец, слишком заботливыми креслами на свободу, выпорхнули из салона через довольно узкий переходной туннель и оказались на околоземном хабе "Косморесурса". Станция была относительно маленькой, состоявшей, в основном, из внешних контейнеров-складов и ремонтных ангаров, где парковались и проходили регулярное техобслуживание буксиры и другие межорбитальные аппараты. Пассажирский "зал" оказался крайне мал, и явно не предназначался для длительного пребывания гостей. Собственно, они с геологом там и не задержались, уже через несколько минут проследовав через другой туннель на посадку в ожидавшее их транспортное средство. Ученый, впервые оказавшийся в космосе, даже не успел "наиграться" с невесомостью.

- Когда же теперь мне доведется "полетать"? - разочарованно бросил он в пространство.

Ответить ему было некому, в "зале" хозяева станции не присутствовали. Наверное, находились на рабочих местах, если станция вообще являлась постоянно обитаемой, в чем Алексей уверен не был. Четверо их спутников уже скрылись в переходном тоннеле, а местная экспертная система, вежливо пригласившая их на выход, сочла, видимо, вопрос риторическим. Поэтому отвечать пришлось летчику:

- Боюсь, что только через год, на обратном пути. В транспортнике нас опять "свяжут", а промежуточная остановка на окололунной орбите, насколько я знаю, не предусмотрена!

Заатмосферный шаттл "Заря", на который они попали через туннель, был меньше "Бурана" раза в три, но его салон вмещал все ту же дюжину пассажиров. И немудрено - взлетать с земной поверхности ему не требовалось, только с лунной, а для этого требуется на порядок меньше рабочего тела. Внешне он тоже сильно отличался от своего трансатмосферного собрата, напоминая пухлый треугольный пончик без ярко выраженного крыла. Аэродинамические формы требовались ему только на случай экстренного торможения в земной атмосфере.

Алексей ошибся. После короткого интенсивного разгона на электротермических двигателях пилот шаттла, находившийся на этот раз прямо в передней части пассажирского салона, включил высокоимпульсные двигатели малой тяги и "освободил" пленников из ложементов. Все-таки предстоял восемнадцатичасовый перелет! Хотя свободного места в миниатюрном салоне все равно почти не имелось, сильно не разомнешься. К тому же маленькое, но ощутимое ускорение быстро сносило неуклюже кувыркающихся в воздухе пассажиров к задней стенке, что вызывало смех у остававшегося в своем ложементе пилота.

Некоторое время они любовались через физические, на этот раз, иллюминаторы, постепенно удаляющейся Землей, как всегда милой и прекрасной. Особенно острые чувства ее вид вызывал у Алексея, не знавшего, придется ли ему когда-либо пересекать пространство в обратном направлении. Затем он, держась за ложементы, "переплыл" поближе к изнывавшему от безделья пилоту. Представился, и они часок поболтали на профессиональные темы. Заодно новоиспеченный космонавт посмотрел через верхний иллюминатор, имевшийся над ложементом пилота, на работу жидкостно-капельной системы охлаждения, развернутой после выхода на крейсерский режим. С передней штанги, переливаясь оттенками красного, красиво срывался тонкий поток раскаленных капель, чтобы через секунду попасть в приемник задней, излучив по пути в космос лишнее тепло, образовавшееся при работе двигателя. Высокоимпульсные движки использовали слишком мало рабочего тела, чтобы выбросить с ним излишки энергии, поэтому и был необходим дополнительный радиатор.

Затем Алексей вернулся в ложемент. Сосед, утомив переживаниями свою нервную систему, уже крепко спал, изолировав себя с помощью спаскостюма. Летчик последовал его примеру, провалившись в сон без сновидений. А когда он проснулся, весь широкий передний иллюминатор уже занимала ставшая огромной Луна...


Где-то, сентябрь 2042 года.


Теплая, ласковая вода приятно щекотала ступни ног. Сэм глубоко вздохнул, впуская в ноздри воздух, сдобренный знакомым запахом. Пряным запахом моря, таким привычным с детства. Только очень уж каким-то ядреным... Он что, заснул на пляже у самой кромки воды? Пляж?...

Сэм открыл глаза и рывком сел, сразу же зажмурившись от слишком яркого света. Да, море и солнце. Это все, что он успел увидеть в первую секунду, пока не прикрыл веки. Зато память услужливо напомнила о последних событиях. Неужели это был не страшный сон, а гораздо более страшная действительность? Может быть, все же розыгрыш, а теперь их просто высадили на обещанный пляж? А как же казнь индийца? Инсценировка?

Сэм вновь осторожно открыл глаза. Прищурившись, обозрел уходящую до горизонта пустынную морскую гладь, затем осмотрелся вокруг. Неширокий песчаный, с выступающими тут и там каменистыми прожилками пляж ярдах в тридцати от кромки воды плавно превращался в густой лес. Судя по преобладавшим среди деревьев пальмам - тропический. К тому же, над кронами кружили какие-то птицы яркой расцветки. Дальше вдоль берега виднелись подступающие к воде скалы, а где-то в глубине леса торчала самая настоящая гора. Не очень высокая, на первый взгляд. На тот остров, куда их доставил катер из Афин, увиденное не походило совсем. Куда же он попал?

Решив встать, чтобы осмотреться получше, он попытался приподняться, оттолкнувшись руками, и тут же упал лицом в песок. Тело его не слушалось. Вернее, слушалось, но как-то очень неохотно и не скоординировано. С трудом усевшись снова, Сэм попытался попасть кончиками пальцев обеих рук друг по другу. Это ему не удалось ни с первой попытки, ни со второй, ни с третьей. Даже просто схватить неподвижную левую руку правой он не смог, все время промахиваясь.

- Fucking shit! - выругался разозленный непослушным телом Сэм.

Хоть это ему удалось, в какой-то мере! Ругательство получилось внятным, но тихим, несмотря на то, что Сэм себя не сдерживал. И голос... Обычно он себя слышал иначе, в более низких тонах. Вообще, в теле чувствовалась некая слабость. Даже не слабость, а, скорее, неправильность. Как будто тело не его! И еще этот неестественно сильный запах моря, начинавший уже раздражать...

- Боже мой, да что же они со мной сделали! - вот сейчас ужас, наконец, пробрал его насквозь. До этого момента он еще как-то не ощущал кошмарности происходящего. А теперь проняло! Интуиция опытного бета-тестера подсказывала ему: все это не может происходить в реальном мире! При том, что вся остальная часть его сознания буквально выла в истерике: пусть это будет настоящий пляж! Хоть на краю света, хоть под действием любых наркотиков, только не так, как грозился сделать их похититель!

Через несколько минут Сэм повторил попытку подняться. Сначала удалось встать на колени, затем, не сразу, на ноги. Ему показалось, что тело стало слушаться чуть лучше, чем пять минут назад. В качестве проверки он вновь попробовал дотронуться одним кончиком пальца до другого. Не получилось, но с гораздо меньшим промахом, чем при предыдущей попытке. Контроль над телом явно налаживался, и этот факт немного приободрил парня. Настолько, что тот даже вспомнил о собратьях по несчастью, с которыми попал в переплет. Здесь ли они, или каждый получил по индивидуальной виртуальной тюрьме?

Сейчас, с высоты своего немаленького роста, можно было осмотреться получше. Хотя теперь Сэм обратил внимание, что и со зрением не все слава богу. При резких движениях зрачков картинка становилась расплывчатой и требовалось время на фокусировку, причем не всегда взгляд фокусировался именно на том предмете, который он намеревался рассмотреть. Такое впечатление, будто вся зрительная система была пересобрана заново, и теперь требовалась взаимная "притирка" компонентов. Что еще больше убедило его в нереальности окружающей действительности. Похоже, Серджио Крин и на самом деле осуществил свой план, внедрив виртуальную реальность прямо им в мозги!

Еле заметная темная фигура, копошившаяся на песке ярдах в трехстах правее по берегу, если стоять лицом в сторону моря, привлекла его внимание. Рассмотреть, кто это, расфокусированным зрением Сэм не смог и осторожно, маленькими шажками и пошатываясь, двинулся в ту сторону, надеясь, что это Ирина. Даже несмотря на совсем мимолетное общение он уже чувствовал какую-то привязанность к девушке. Ведь других знакомцев у него среди "коллег" пока еще не было вообще.

Покрытый мелкой галькой вперемежку с песком берег, как ни странно, не причинял неудобства ступням. Вернее, Сэм вообще ничего не ощущал, кроме самого факта соприкосновения с поверхностью. Видимо, тактильные ощущения, симулируемые через внедренный в их мозг интерфейс, еще не были настроены полностью. Заодно, смотря в направлении ступней, он обнаружил, что совершенно наг. Резко остановился от неожиданной мысли, что в таком виде ему придется предстать перед девушкой, но тут же поковылял дальше. Как говорил в подобных ситуациях его отец, нет смысла плакать над пролитым молоком. Кажется, на русском тоже есть подобная поговорка, про голову и волосы, он приведет ее Ирине, если та вообще что-либо заметит в такой обстановке...

Когда расстояние между ними сократилось вдвое, он уже знал, что это не Ирина, а какой-то парень, но все еще не мог рассмотреть лицо. Преодолев еще ярдов пятьдесят (а шаги теперь давались значительно легче, сказывалось привыкание мозга к новому "телу"), он узнал того самого немца, которого видел на катере. Парень, тоже в костюме Адама, стоя враскорячку на песке, явно проходил те же стадии налаживания связи с виртуальным телом, что и Сэм десятью минутами ранее.

- Привет! - крикнул он немцу, приблизившись к тому шагов на двадцать.

Крик все еще вышел слабоват, но адресат услышал. И, пытаясь быстро развернуться к источнику, грохнулся оземь.

- Ты поосторожней пока! Минут через пять уже сможешь ходить. Держи! - подойдя вплотную, он протянул упавшему руку.

Тот, подозрительно посмотрев пару секунд на неожиданно возникшего субъекта и, видимо, тоже узнав его, принял помощь и поднялся на ноги. Чуть не свалив при этом Сэма, недооценившего его вес и переоценившего собственные силы.

- Ты тоже только сейчас очнулся? - спросил немец.

- Да, парой минут раньше тебя. Тоже сначала падал, теперь чуть разошелся. Но бегать еще вряд ли смогу!

- Я и стою-то с трудом! Генрих, кстати! - руку для рукопожатия протягивать не пришлось, он и так еще держался за Сэма, боясь упасть.

- Сэм! Сказал бы, что мне очень приятно, но, по правде говоря, это будет далеко от действительности!

- Это все что.., не на самом деле? - в голосе немца явно слышалась надежда на то, что Сэм не подтвердит его догадку.

- Увы! Нас, кажется, засунули в Вирт. Но какие же, дьявол побери, здесь реалистичные ощущения! Мерзавец, кажется, сказал правду, и соединил наши мозги напрямую с интерфейсом!

- И что нам теперь делать?

- Не знаю. Наверняка он уготовил нам немало неприятностей! А пока, думаю, надо найти остальных. Идти уже можешь?

Генрих неуверенно, держась одной рукой за спутника, сделал несколько шагов. Но далеко уйти они не успели, догадка Сэма оказалась верной. Раздался привлекающий внимание звон невидимого гонга и над поверхностью моря возникла гигантская фигура их похитителя. На размерах своего аватара тот явно не экономил, высота его, на глаз, превышала милю.

- Вот и он, не запылился! - зло пробурчал калифорниец. - Сейчас чем-нибудь "обрадует"!

Огромная фигура, нависающая над всем видимым миром, самим видом внушала просто какой-то животный ужас. Хотелось даже встать перед ним на колени и беспрекословно подчиниться любому приказу. Борясь с этим странным желанием, Сэм с удивлением прислушался к возникшим внутри него чувствам. Опыт подсказывал ему, что без прямого воздействия на мозг тут не обошлось. Внезапный "паралич", овладевший ими при появлении "хозяина", свидетельствовал о том же.

- Что же, рад приветствовать вас в вашем новом обиталище! - голос Крина, чистый и глубокий, явно транслировался напрямую в слуховой отдел мозга, а не синтезировался в виртуальном мире, как, например, звук прибоя. Даже в угнетенном состоянии сознания Сэм не мог не отметить, что их пленитель откровенно наслаждается положением демиурга. "Возомнил себя Богом? Ну-ну, посмотрим еще!" Хотя на что в подобной ситуации можно "посмотреть", он пока себе не представлял...

- Вы не могли этого заметить, но с нашей предыдущей встречи прошло две недели. За это время, пока вы находились в искусственной коме, синтетическая нейросеть была успешно внедрена в ваш мозг и разрослась до такой степени, которая уже позволяет осуществлять полноценный ввод-вывод информации из основных мозговых центров. Но до полного охвата всех синапсов еще далеко, сеть продолжает расти. Ее несовершенство вы уже наверняка заметили, в виде трудностей с контролем движения. Это пройдет, сеть и ваш мозг быстро создадут недостающие связи, если их правильно стимулировать. Этим вы и займетесь на первом этапе нашего эксперимента. Задача ваша пока проста - выжить. Созданная для вас локация, симулирующая в общих чертах привычный нам физический мир, содержит все необходимые для этого ресурсы. Их остается только добыть!

Крин выдержал театральную паузу и добавил:

- Да, и помните - это не игра, законов и правил тут нет! Можно все! Но не забывайте об ограниченном количестве "возрождений". Желаю успехов!

Внезапный "паралич" пропал вместе с исчезновением аватара-переростка. Однако Сэм и его спутник еще с полминуты оставались в неподвижности - мозг приводил в порядок услышанное, пытался осознать, смириться с неизбежным и выстроить хоть какую-то тактику на ближайшее будущее. Первым очнулся Генрих:

- Ты понял, что именно он имел ввиду под словом "выжить"?

- Добыть еду, одежду, может быть - оружие. Если и правда здесь смоделировано все, как на самом деле, то скоро мы ощутим голод и холод. А в лесу могут быть хищники! - Сэм, повидавший в своей практике немало виртуальных миров, в том числе и рассчитанных на борьбу за выживание, сориентировался быстрее бывшего аспиранта. - Проблема только в том, что здесь действительно не игра. Условностей не будет, не найдем вовремя жратву, сдохнем от голода вполне натурально! Кроме того, что это, как я полагаю, весьма неприятный процесс, так еще и уменьшает этот гребаный" счетчик" жизней!

- Как я понимаю, наша еда пока еще бегает в лесу или растет на дереве? Тогда пошли ее искать! Только для начала неплохо бы обзавестись каким-нибудь инструментом. Иначе, боюсь, еду нам не догнать! - рассудительно заявил практичный, в традициях своей нации, немец.

- Ну, пошли, - вяло согласился Сэм, и философски заметил: - Знать бы только, стоит ли вообще трепыхаться? Может, лучше десять раз подряд спрыгнуть со скалы головой вниз, и закончить на этом? Пусть тогда этот мерзавец на себе эксперименты ставит!

- Не будем трепыхаться, не узнаем, стоило ли, - пожал плечами Генрих. - Поэтому предлагаю сосредоточиться на насущных задачах!

- Ладно, проехали! - калифорниец, поддавшийся было минутной слабости, глядя на невозмутимого внешне спутника, пересилил себя, и они, еще не очень устойчиво держась на ногах, зашагали по направлению к лесу.

Немец тут же поднял какой-то камень, достаточно увесистый, чтобы послужить примитивным оружием. Сэм же, привычный к океану, для начала осмотрел прибрежный участок моря, но не нашел ни в воде, ни на кромке пляжа ничего интересного. Ни устриц на берегу, ни крабов в море. Хотя чуть глубже были заметны тени снующих рыб, а на песке встречались кучки сухих водорослей. Но рыб пока поймать нечем, а водоросли могут пригодиться ночью, если похолодает. Отметив в памяти находку, он присоединился к товарищу, уже почти добравшемуся до зарослей. Только догнав все еще медленно двигающегося немца, Сэм сообразил, что из водорослей можно было сделать какую-никакую набедренную повязку. Но так как этот предмет не являлся самым насущным и вообще необходимым для выживания, то не стал ничего говорить спутнику. В конце концов, насколько он мог судить, тела их были смоделированы очень близко к оригиналу, пропорции сохранены, а в таком случае Сэму стыдиться нечего. Бросив взгляд на Генриха, он убедился, что аспиранту тоже.

Самодовольная мысль о внушительных размерах своего мужского достоинства быстро перетекла в гораздо более насущный вопрос: насколько их здешний аватар вообще передает особенности оригинала? Будет ли спортсмен по жизни и здесь физически сильнее не злоупотреблявшего регулярными тренировками человека? В таком случае Сэм мог бы рассчитывать на некоторое преимущество. Еще раз осмотрев собственные конечности, он пришел к выводу, что объем мышц примерно соответствует реальному.

Генрих, тем временем, уже обнаружил на опушке леса сломанную длинную ветвь и теперь примерял ее в качестве копья, невнятно бормоча в процессе:

- Конец заострить, а так вполне ничего, сойдет на первое время!

- А ты уверен, что умеешь метать подобные вещи? - усомнился Сэм в полезности находки товарища. - Я вот лучше дубину себе поищу, покороче твоего дрына! Вещь попривычнее будет!

Минут пять калифорниец увлеченно рыскал по негустому у берега лесу, опасаясь углубляться в чащу, но ничего подходящего так и не нашел. Валявшиеся на покрытой невысокой травой земле ветки были или слишком легкими, или неудобной формы. Зато тело, после подобной разминки, уже почти не проявляло непослушания. Проверяя границы владения им, Сэм даже рискнул попрыгать и немного пробежался. Некоторая неуверенность в движениях еще присутствовала, но "хозяин" не обманул - прогресс в контроле над телом был быстрым и значительным.

- Придется ломать! - отчаявшись подобрать дубину на земле, он примерился к подходящей ветке на одном из деревьев, сильно похожем на дуб. - Заодно выясним, из чего тут сделаны деревья!

С богатырским уханием он изо всех сил дернул за ветку. Раздался оглушительный треск, и Сэм, переоценивший крепость дерева, растянулся на траве. Новоприобретенную дубину он, впрочем, из рук при падении не выпустил.

- Эксперимент однозначно продемонстрировал - дерево сделано из дерева! - с трудом сдерживая смех, прокомментировал подвиг товарища Генрих. - Ударился?

- Локтем ударился, а сильнее болит нога! Причем то сильно, то вообще прекращает. Что-то там пока в мозгу не подстроилось! - он поднялся с земли, потрогал ладонью другой руки ушибленный локоть и замер.

Вся ладонь была красная от крови. Теперь же красные капли медленно падали на траву. Сэм поспешно вытер локоть ладонью. Но кровь и не думала прекращать размеренное течение.

- Э... а что тут насчет свертывания крови? - несколько испуганно спросил он. - Вдруг забыли "прикрутить"? Я же так умру!

- Без паники! Вряд ли ему нужно, чтобы мы мерли от любой царапины. Кроме того, визуальное течение еще не означает реальной симуляции потери крови, - рассудительный немец сорвал с соседнего куста большой лист и приложил его к локтю пострадавшего. - Сейчас посмотрим.

Оторвав лист через минуту, друзья убедились, что кровотечение прекратилось. На месте раны красовалась "заплатка" запекшейся крови, выглядевшая вполне реалистично.

- Уф..., - перевел дух "раненый" и, чтобы товарищ не заподозрил его в малодушии и потере контроля, торопливо добавил: - А этот эксперимент доказал, что боль и физические повреждения, к сожалению, тоже смоделированы полностью!

- Значит, и в остальном поблажек не будет! - заключил Генрих. - Ну что, какое-то оружие у нас вроде уже есть, теперь надо бы найти еду!

- Давай пока в лес углубляться не будем, - осторожно предложил Сэм. - Не нравится мне эта чаща! Пойдем вдоль берега?

- Да, так будет лучше. И другие наши товарищи тоже должны были "высадиться" на берегу. Вряд ли мы найдем их в лесу!

Они медленно пошли "на север", оставив явно склонявшееся в сторону моря солнце по правую руку. По пути, в поисках интересных предметов, то отклонялись к самой кромке воды, то углублялись в лес на несколько десятков ярдов.

Этот мир, как и обещал похититель, был совсем не пуст. В небе носились многочисленные птицы, на песке встречались следы копыт относительно крупных животных. Несколько раз они натыкались на кусты с ягодами. Один из встреченных кустов, очень похожий на малину, невольные путешественники даже рискнули ободрать, хотя голода пока не чувствовали. Устав от непродолжительной, но тяжелой для плохо контролируемых тел прогулки, они сделали привал по случаю добычи первой пищи. Ягоды оказались вполне съедобными, и даже вкусными, хотя Генрих, скривившись, сообщил, что они слишком сладкие, а Сэму они показались кисловатыми. Видимо, вкусовые ощущения тоже пока не до конца "приспособились".

- Думаю, прилагая некоторые усилия, от голода мы не умрем, - произнес калифорниец, когда последняя ягода исчезла у него во рту. - Но запас еды не помешал бы!

Говоря это, он принялся мастерить нечто вроде корзинки из длинных плотных листьев, сорванных с подходящего куста, связывая их тонкими прутиками и травинками. Дело продвигалось небыстро, усугубляясь неточными движениями плохо слушавшихся пальцев. Немец, вначале скептически взиравший на потуги Сэма, решил, что, хоть исполнение и хромало, но идея все же была верной, и тоже присоединился к товарищу. Истратив около часа времени, и испортив половину листов несчастного куста, им, наконец, удалось соорудить некий гибрид сумки и корзины, не рассыпавшийся от любого движения.

- И что, нести теперь ее в руках? - поинтересовался немец, набивая обновку малиной.

- Я бы лучше куда-нибудь ее привязал бы, - задумчиво ответил Сэм, прикидывая возможные варианты. - Лучше бы повесить сумку через плечо, но веревку нужной длины и прочности придется вить долго. Если ты вообще умеешь это делать.

- Я? - удивился Генрих. - Не умею, конечно! Это слишком далеко от квантовой физики!

- Вот и я не умею! Значит, пока отпадает. Но на досуге надо заняться! Знаешь что?

- Что?

- Надо подвесить сумку пониже!

- Ниже? Я надеюсь, ты имел ввиду не это..., - бывший аспирант кивнул на свободно висящее мужское достоинство спутника.

Сэм рассмеялся:

- Нет. Я как раз имел ввиду, что ЭТО все равно надо прикрыть. Так давай уже сделаем набедренную повязку, и привяжем к ней сумку!

- А повязка выдержит?

- А мы ее многослойной сделаем!

Более сложная, чем в случае с сумкой, работа отняла у них еще часа два. Правда, некоторые операции, благодаря накопленному опыту, уже получались быстрее. В итоге, две повязки заняли положенные места, а к своей Сэм торжественно подвязал неказистую сумку, наполовину заполненную малиной. Попрыгал для верности. Повязка с сумкой с честью выдержали испытание.

- Ты сильно не радуйся, больше одного-двух дней эта конструкция все равно не выдержит! - охладил его радость Генрих.

- Ну так в следующий раз сделаем еще крепче!

Солнце, тем временем, уже заметно склонилось к горизонту.

- Кажется, пора думать о ночлеге! - констатировал Сэм. - Давай вернемся к ручью!

Его спутник согласно кивнул, и они отошли на сотню ярдов южнее, туда, где недавно обнаружили ручей с пресной водой. Натащили водорослей и устроились ровно посредине между кромкой воды и лесом. Так им казалось безопасней.

Ночь, на удивление, прошла спокойно. Никто не пытался их съесть, и даже страшных звуков из леса не доносилось. Правда, к утру стало весьма прохладно, так что оба вскочили еще до рассвета и заснуть уже не смогли. А с восходом, перекусив остатками вчерашней малины (голод уже активно давал о себе знать) продолжили путь. Увлекательный процесс выживания захватил их настолько, что они воспрянули духом и почти не вспоминали об обстоятельствах, благодаря которым оказались здесь.

Конечности на второй день слушались гораздо лучше, поэтому случайные собратья по несчастью продвигались быстрее, чем вчера. Пройдя зигзагами от леса к берегу с полмили, они обогатили свой арсенал большой, похожей по форме на нож, створкой ракушки с острой кромкой, которую Генрих, посомневавшись, засунул в набедренную повязку - других вариантов хранения пока просто не имелось. А Сэм нашел новую дубинку, удобней прежней. Еще из приобретений можно было отметить небольшое количество неизвестных им обоим ягод, которые, после короткого совещания, было принято счесть условно съедобными и употребить, если не найдется что-то более подходящее. Ободрав кусты, приятели сложили добычу в опустевшую вчера от малины самодельную сумку.

Увлекательный процесс поиска ресурсов для выживания внезапно прервал раздавшийся невдалеке женский крик. Товарищи оторвались от очередного куста с ягодами и подняли головы:

- Где она? - Сэм, поискав взглядом, никого не обнаружил.

- Кажется, за изгибом береговой кромки. Вон там за кустами!

Крик повторился, сопровождаемый неразборчивой речью.

- Пошли! - калифорниец решительно направился в ту сторону. А после еще одного крика перешел на бег. Генрих последовал за ним.

Сэму сразу показалось, что он узнал голос Ирины и, продравшись через полосу не очень густых, к счастью, и не колючих кустов, он убедился, что интуиция его не подвела. Ирина, полностью обнаженная, стояла на коленях, прижимая одной рукой кровоточащую рану на голове, а другой вцепившись в гроздь бананов. Над девушкой нависал здоровый жлоб, похоже, тоже американец из их группы. Жлоб угрожающе сжимал в руках корягу, которой, судя по всему, уже раз ударил жертву.

- Давай бананы сюда, последний раз говорю! - прорычал парень.

- А ну отойди от нее, гад! - хотя жлоб был явно сильнее, Сэм не раздумывал ни секунды. Вместо того, чтобы сплотиться для выживания, этот козел отбирает добытую пищу у девушки! Калифорниец не сомневался, что вдвоем с Генрихом они отгонят урода, как не сомневался и в том, что немец поддержит его.

Сэм не ошибся, его товарищ, перехватив поудобнее свое импровизированное копье, тоже двинулся вперед. Их противник, замолчав от неожиданности, несколько секунд удивленно рассматривал пришельцев. Затем попятился, явно оценив расклад сил не в свою пользу:

- Ничего, попросите еще когда-нибудь у меня помощи! - угрожающе проговорил тот и, зло сплюнув, удалился в сторону леса.

Ирина подозрительно покосилась на своих спасителей, но, убедившись, что они не собираются отбирать у нее добычу, облегченно выдохнула и поднялась с колен.

- Давай закроем тебе рану! - Сэм сорвал подходящий листок и направился к девушке, любуясь ее идеальной фигурой.

- Хватит пялиться! - ворчливо, но скорее дружелюбным тоном отреагировала та на его действия и позволила приложить "бинт" к ране на голове.

Когда кровотечение остановилось, выяснилось, что Ирина нашла банановый куст с единственной гроздью на нем, но даже не успела съесть ни одного, как появился давешний жлоб. Сначала тот уговаривал ее отдать половину, и она уже почти согласилась, как урод грубо схватил ее за руку, явно намереваясь забрать все. Она вырвалась, но он подхватил с земли ветку и догнал девушку. Остальное приятели видели.

- Первый день "выживания", еще проголодаться толком не успели, а уже пошло насилие.., - задумчиво протянул Генрих.

- Боюсь, дальше будет хуже, - согласился с ним Сэм. - Что-то мне кажется, что не хищники будут для нас главной помехой...


Луна, август 2042 года.


В начале космической эры вдохновленные первыми успехами, но остававшиеся в плену шаблонных представлений писатели-фантасты описывали огромные лунные города будущего. Раскинувшиеся под прозрачными герметичными куполами, но непременно похожие планировкой на земные. Реальность оказалась несколько иной. Недооцененные в прошлом радиационная и метеоритная опасность поставили крест на открытом (ни от чего толком не защищающий купол не в счет) размещении построек на лунной поверхности. Да и размеры поселений оказались сильно скромнее. Традиционных городов на Луне так и не возникло, несмотря на постоянное присутствие на спутнике Земли более чем трехсот тысяч человек. Но эту массу постоянных переселенцев и временных обитателей почти ничего не объединяло друг с другом. Выходцы из разных стран появились на Луне по разным причинам и с разной целью. Часть были направлены научными учреждениями в исследовательских целях, другие - подписали контракты различной длительности с частными коммерческими компаниями. В нескольких туристических и рекреационых комплексах наслаждались уникальными возможностями состоятельные туристы с Земли. Эти, правда, редко задерживались на Луне дольше нескольких месяцев. Кроме, разве что, разнообразных деятелей искусства, находивших вдохновение в необычных условиях обитания. Немало имелось и независимых коммун, члены которых переселились с планеты на ее спутник в поисках свободы. Свобода тоже требовалась разная: кому-то от притеснений по религиозным причинам, кому-то от принуждения к генетическому контролю, или, наоборот, от ограничений на глубокие генетические коррекции. Покинули Землю и группы анархистов или либертарианцев, желавших свободы вообще от любого государственного контроля. В Космосе этого достичь было проще всего, ведь по международному договору там не могли присутствовать представители силовых ведомств земных государств. По крайней мере явно. И, наконец, имелись и люди, просто уставшие от земной силы тяжести. Таковых, правда, было крайне мало, и потомства они не заводили, так как, похоже, устали не только от тяготения, но и вообще от жизни.

Естественно, что вся эта разнополюсная толпа желала находиться подальше друг от друга. Именно поэтому самым большим лунным поселением являлся китайский туристический комплекс "Логово дракона", расположенный в северной части удачно расположенного почти в центре видимой стороны Луны кратера Птолемей, где одновременно могло находиться до семи тысяч гостей и обслуживающего персонала. Но средневзятое лунное поселение обычно вмещало не более нескольких сотен обитателей.

Разумеется, совсем без координации своей деятельности лунные колонии обойтись никак не могли. Нужна была система, регулирующая движение аппаратов в окололунном пространстве, объединяющая всех обитателей спутника в едином информационном и навигационном контексте и решающая неизбежные конфликты. Эту функцию и возложили на децентрализованную экспертную систему, включающую эксп-системы всех поселений. Выработанные принципы "сожительства" были самыми простыми: лунотория (и недра под ней) в радиусе километра от центра любой обитаемой базы с постоянным населением не менее десяти зарегистрированных жителей являлась зоной эксклюзивных интересов данного поселения. При количестве постоянных обитателей более сотни зона расширялась до трех километров. Свыше тысячи - до пяти. Совсем маленькие или необитаемые базы, а также транспортные средства или автономная добывающая техника беспрепятственно распоряжались пространством в радиусе пятидесяти метров от себя. На остальной поверхности можно было проводить любые работы, но без исключительных прав. Нарушители, общим голосованием, отключались от общелунной информационной сети, что создавало им малоприятные условия существования. Но пока таких случаев зарегистрировано еще не было, Луна большая, ресурсов на ней более чем достаточно, а поселений пока мало. Все предпочитали договариваться миром и не мешать друг другу. Земные государства, формально не имеющие права вести в Космосе любую деятельность, кроме научной, просто распределили между собой свободные участки Луны для добычи гелия-3 и следили, чтобы подконтрольные им частники не нарушали соглашения. Между независимыми поселениями и частниками конфликты иногда случались, но чаще всего обходилось без насилия. Хотя все понимали, что рано или поздно интересы лунных обитателей столкнутся не на шутку, но до этого пока было далеко, и существующая система всех устраивала.

Центральная лунная база "Косморесурса", куда "сходу" прилунилась "Заря" с Алексеем на борту, располагалась на относительно ровном участке в западной части Моря Дождей. Название ей дали без особой фантазии - "Минеральная". Трехкилометровый эксклюзивный периметр ее (на станции теснилось в среднем около двухсот человек единовременно) был большей частью девственно пуст, что Алексей хорошо рассмотрел через иллюминаторы "Зари" еще при посадке. С десяток разбросанных вокруг пары выходящих на поверхность терминалов посадочных площадок, представлявших собой забетонированные квадраты с размером стороны метров в двадцать каждый. На некоторых квадратах гость заметил ожидающие загрузки модульные автоматические грузовики, сконфигурированные в зависимости от величины текущего груза по два, четыре или шесть блока вместе. Еще наблюдалась пара негерметичных, скорее всего, утопленных в поверхность складов для сырья и высокий прямоугольный ангар для техники, с отдельными герметичными боксами. Присмотревшись, можно было также заметить кучки отходов, оставшиеся после строительства базы. Облагораживанием ландшафта обитатели базы явно себя не заморачивали, так как в большинстве своем находились тут временно. Да и положенный радиус эксклюзивной лунотории сильно превышал потребный, даже учитывая немалую площадь разнесенных далеко друг от друга посадочных площадок.

Все жилые помещения, как и везде во Внеземелье, были упрятаны под грунт. Исключение составлял лишь малюсенький прозрачный колпак "веранды", торчавший над небольшим холмиком у терминала, где уставшие работники могли, наслаждаясь видом далекой Земли и взлетающих с площадок лунных грузовиков, глотнуть кофе вместе с лишней дозой радиации. На свой страх и риск.

Алексей и Егор Семенович, повинуясь указаниям эксп-системы терминала, поднялись с ложементов и, попрощавшись с пилотом, покинули "Зарю" через узкий рукав причальной системы. Протиснувшись сквозь его секции, они попали в шлюзовую камеру, где их уже ждали остальные пассажиры шаттла. С протяжным чпоканьем закрылся входной люк рукава и мягкий женский голос эксп-системы предупредил:

- Внимание, производится стравливание воздуха и очистка загрязнений. Проверьте герметичность своих костюмов!

- Что? Как? - заметался было пожилой геолог, но Алексей тут же успокоил его:

- Все в порядке, ваш костюм загерметизировался автоматически, иначе непорядок давно бы уже засекла следящая система. Впрочем, если бы вы не забыли опять включить интерфейс доп-реальности, сами бы увидели его статус! Голосовое предупреждение - формальность, дань традиции. Все процессы автоматизированы, и ваш костюм - часть общей централизованной системы. Сейчас иначе не бывает!

Раздалось шипение стравливаемого воздуха. Мешкообразные спас-костюмы тут же раздуло внутренним давлением, превратив шесть фигур их обладателей в гладких яйцеобразных колобков. Двигаться в таком состоянии вряд ли представлялось возможным, а вот продолжать разговаривать через встроенную систему связи - вполне, ведь давление внутри костюмов почти не изменилось.

- Зачем вся эта процедура? - земному геологу здесь все было непонятно, и он не преминул возобновить расспросы, благо привык к тому, что его случайный попутчик разбирается в космической технике.

- Терминал универсальный, - Алексею не жаль было ответить, хотя эксп-система терминала наверняка справилась бы не хуже, догадайся Вознесенский спросить ее. - Сюда паркуются и орбитальные корабли, и местные. Мало ли какую грязь на скафандре можно принести? Реголитная пыль, говорят, довольно вонючая. Зачем дышать ею внутри базы? Поэтому все входящие на станцию обязательно проходят процесс очистки и дезактивации. Это быстро, уже почти кончилось!

И действительно, под гудение насосов шлюз вновь быстро заполнился воздухом, затем с потолка ударили тугие струи какой-то жидкости, стекшие по костюмам в открывшиеся отверстия на полу. И тут же воздух в камере опять стравили. Капли чистящей жидкости, задержавшиеся на поверхности костюмов, сразу же испарились, и исчезли вместе с остатками газа. Но через секунду в шлюз опять стал заполняться воздухом, на этот раз окончательно. Зажглась традиционная зеленая лампочка, раскрылся выходной люк, и эксп-система приветливо пригласила гостей проследовать внутрь станции.

Первым помещением на пути их следования оказался гардероб. Он представлял собой роботизированную пару рук, которые хватали костюм и буквально вытряхивали из него его обладателя. Ну, не совсем вытряхивали, конечно, костюм, синхронизируясь с командами эксп-системы, просто расходился по нескольким "швам". И тут же исчезал в зеве приемной системы. Данные спас-костюмы числились на балансе транспортного подразделения компании, и, видимо, будут возвращены на шаттл. Обитателям базы, при необходимости покинуть ее, в "гардеробе" выдавались временные скафандры, того типа, который соответствовал цели поездки. Ну а привилегированные слои местного общества, навроде пилотов, имели личные скафандры, которые, впрочем, тоже сдавали и получали здесь, а не тащили их в жилые помещения.

- Добрый день, Алексей! Приветствуем вас на новом месте работы! Пройдите, пожалуйста, в отсек номер четыре, вас ожидают! - голос эксп-системы донесся сразу же, как только личный магнетAR Алексея, выданный еще в офисе фирмы на "Восточном", авторизовался в местной сети. А перед глазами появились стрелки, указывающие путь.

- До свидания, Егор Семенович! Думаю, мы еще не раз увидимся! - попрощался он с геологом, направлявшимся, в соответствии с указаниями виртуального проводника, к другому выходу из "гардероба".

Подпрыгивающей, с непривычки, походкой - вес-то в шесть раз меньше земного, пилот добрался по коридору до лестницы, ведущей вниз. Длина спуска на глаз не превышала трех метров, что при такой силе тяжести было сущей ерундой. Он, возбужденный новизной ощущений, с какой-то мальчишеской бесшабашностью уже собирался было прыгнуть, как эксп-система, считывавшая активность двигательных нейронов, поспешила остудить его порыв:

- Первые дни на Луне не рекомендуется совершать резких движений во избежание травм. Ваше тело должно привыкнуть к новой обстановке. Особенно нежелательно выполнять прыжки!

Алексей хотел было наплевать на рекомендации тупого автомата, но живо вообразил, как предстанет сейчас перед глазами нового начальства с вывихнутой ногой или подбитым глазом, и решил прислушаться к совету. Успеет еще напрыгаться! Судя по изученной вдоль и поперек еще на Земле трехмерной схеме местной базы, тут должен иметься большой спортивно-развлекательный зал, предназначенный как раз для выполнения разнообразных трюков в условиях низкой гравитации.

- Добрый день! - поздоровался Алексей, добравшись по рифленому пластиковому полу до нужного отсека и неуклюже "впихнувшись" внутрь через неудобный проем овального герметичного люка, распахнувшегося при его приближении.

- Ну, здравствуй! - его неожиданно уныло приветствовал единственный обитатель немаленького отсека.

Высокий, на первый взгляд, мужчина сидел спиной ко входу. Ну, не совсем спиной, если быть точным. Хозяин помещения полулежал, опираясь грудью о спинку некоего предмета мебели, более всего похожего на обычное гимнастическое ложе для тренировок. Поэтому к Алексею была повернута не совсем спина, а та часть тела, в которую спина переходит снизу. Но, к счастью, мужчина был затянут в плотный, но не сильно обтягивающий комбинезон, что избавило гостя от созерцания совсем уж непривлекательной картины. На голове человека красовался солидный вирт-шлем, явно армейско-профессионального класса. А свободными, благодаря необычной позе, руками, тот возил по полу, управляя, видимо, некими объектами, то ли информационными, то ли материальными. Алексею идея понравилась, ведь в такой позе руки не устают даже при земной силе тяжести! А при лунной не давит и на грудь, и можно так полулежать неограниченно долго...

- Ты, Алексей, проходи пока, присаживайся. Если найдешь, куда, - прогундел хозяин, продолжая оживленные манипуляции на полу.

Действительно, предметов мебели, функционально напоминающих стул или кресло, в отсеке не имелось. Поверхность пола занимали, в основном, всякие ящики, открытые, либо нет. На крышку одного из последних, после некоторого раздумья, и присел Алексей.

- Сейчас я, только уточню текущее расписание полетов. Извини, вместо нормального кабинета у меня пока вот эта кладовка! Начальству срочно понадобилось помещение для расширения селенологической лаборатории, пришлось временно отправиться в изгнание. Обещали взамен построить отдельный модуль, но когда это еще будет! - мужчина, наконец, сдернул с головы шлем, встал со своего лежбища и протянул гостю руку. - Михаил!

- Наслышан! - Алексей, разумеется, еще на Земле ознакомился с биографией своего будущего начальника. Михаил Комаров принадлежал к той же "когорте", что и руководитель наземного Центра подготовки Волынский. То есть прошел путь от боевого пилота ВКС до начальника летного отдела лунного филиала "Космотранса".

Михаил был старше своего нового работника на пятнадцать лет, но выглядел не более чем на тридцать. Как подозревал Алексей, не только благодаря генетическим коррекциям, но и здоровому образу жизни. Про строгое отношение будущего начальника к физической форме подчиненных его предупреждал еще Волынский.

- Ладно раз тут все равно сидеть негде, пройдемся по станции. Заодно и поговорим! Ознакомительными экскурсиями по станции обычно занимается эксп-система, но я на сегодня все равно закончил, почему бы и не прогуляться? - Михаил жестом выключил персональную рабочую оболочку, превращавшую этот захламленный отсек в отдаленное подобие начальственного кабинета, надев, взамен, стандартные корпоративные очки доп-реальности, чтобы оставаться в курсе событий и в свободное время. Кивнул на маленький автономный чемодан, выданный Алексею на космодроме для личных нужд: - Это все твои вещи?

- Да.

Главпилот провел рукой над чемоданчиком, сделал несколько жестов, как будто колдуя, и тот, выдвинув шесть конечностей, смешно засеменил к выходу.

- Вещи будут тебя ждать в личной каюте. Пошли!

"Минеральная" была построена давно, почти десять лет назад, и с тех пор не раз расширялась. Кроме трех терминалов, выходивших на поверхность (и веранды под колпаком), снаружи торчали только необитаемые технические сооружения, типа радиаторов и систем связи. Все остальные, обитаемые, отсеки располагались в несколько этажей под четырехметровым слоем реголита. В дополнение к стенкам самих отсеков, выполненных из бетона, основанного на том же реголите, такой слой обеспечивал надежную защиту от космических излучений и мелких метеоритов. А также от аварий лунных транспортников. Ведь погибнуть от того, что в твой жилой отсек "вмазалась" потерявшая управление стотонная туша грузового корабля столь же нелепо, как и от попадания метеорита.

- На минус первом этаже у нас коридоры между терминалами и мелкие склады всяких расходников. Вроде того закутка, где у меня теперь кабинет. Плюс технические помещения, несколько генераторных, объединенных общей электросетью и цистерны с резервами воды, - начал Михаил экскурсию по будущему, как минимум на ближайший год, дому своего нового сотрудника. - Короче, ничего для тебя интересного. Поэтому сразу спустимся на минус второй. Для переходов вверх-вниз ты будешь пользоваться только лестницами. Лифты имеются, но не для тебя! Лишняя нагрузка на ноги никому не помешает, но на остальных мне плевать, а вот от моих подчиненных я этого требую. Ясно?

- Вполне! Всецело поддерживаю ваше отношение к поддержанию физической формы, - почти искренне согласился Алексей.

- Э.., Леша, давай на "ты"! - поморщился Михаил. - Нас тут мало, нечего разводить формальности.

Гость молча кивнул. "Экскурсовод" прыжком преодолел спуск и выжидающе посмотрел на подчиненного. Тот поборол соблазн повторить прыжок, и чинно спустился традиционным путем.

- Молодец, не рискуешь зря! - похвалил начальник. - Сначала нужно привыкнуть, иначе, синяков, как минимум, не избежать. Ну ладно! Здесь у нас общественные помещения. Слева большой обеденный зал, здесь собираются, чтобы вместе перекусить. Можно, конечно, и заказать еду себе в каюту, но большинство народа предпочитает традиционный прием пищи в компании сотрудников. Причем даже те, кто на Земле обычно обедал в одиночестве. Интересный, кстати, психологический момент!

- На удаленных военных базах наблюдается тот же феномен, - заметил Алексей. - Видимо, люди в таких условиях сильнее ощущают одиночество.

- Да, пустое пространство гнетет! Тебе еще предстоит с этим столкнуться в первых самостоятельных вылетах. В твоей психологической устойчивости я не сомневаюсь, она проверена, но легкая депрессия неизбежна, будь готов!

- Справлюсь как-нибудь! - пробурчал предполагаемый будущий страдалец.

- Кроме столовой, у нас тут есть что-то типа клуба. Можно посидеть, просто пообщаться по старинке, и даже сыграть в традиционный биллиард, например. Точно такой же, как на Земле, только шарики сделаны из осмия. Иначе улетят к чертовой матери! И, наконец, спортивный зал!

Они прошли клуб насквозь и, через небольшой коридор, попали в тот самый спортивно-развлекательный центр. Он представлял собой цилиндрическое помещение высотой метров в тридцать и вдвое больше в диаметре.

- Из-за высоты он занимает и минус второй, и минус третий этажи, располагаясь в центре нашей круглой, в плане, базы. Как будто это ее ось, - пояснил Михаил. - Как видишь, пол тут превращен в один большой бассейн четырехметровой глубины, кроме вон той части, отгороженной под джакузи. Есть и сауна. На верхнем уровне гимнастический зал, оттуда можно сразу нырнуть в бассейн. Сначала будет страшно, двадцать пять метров все-таки, но по земным меркам скорость падения в воду как будто прыгаешь с четырехметровой вышки. Ну и для тех, кому совсем скучно, под гимнастическим залом выделено пространство для всяких динамичных игр с пониженной тяжестью. Первые пару месяцев тебя оттуда наверняка не вытащишь, потом надоест!

В пространстве "для динамических игр" бултыхались трое граждан, одетых в костюм "Бетмена". По крайней мере, так казалось издалека. Закрепленный на запястьях и щиколотках плащ раздувался от мощных потоков воздуха, посылаемых десятком вентиляторов, расставленных под разными углами на вращающихся опорах, прикрепленных к стенкам помещения. Благодаря этому участники непонятной игры держались в воздухе, все время меняя направление движения. Судя по надетым на головы участников очкам доп-реальности, основные события игры происходили именно в ней, поэтому и было трудно догадаться о ее содержании. Однако, как показалось Алексею, как минимум одной из целей игры являлось сбросить одного из "парителей" в бассейн. Прямо на его глазах фигуристая девушка в купальнике, подчеркивавшем все ее достоинства, особенно заметные благодаря принимаемым в игре позам, грациозно извернувшись, "погасила" изящным ударом ноги надутый потоком купол плаща своего соперника. Тот, не успев восстановить несущие свойства "парашюта", неестественно медленно, по земным меркам, рухнул в воду. Девушка, победно вскрикнув, ринулась на оставшегося игрока. "Обязательно поиграю в эту игру при первой же возможности!" - решил Алексей. "С такими-то игроками грех не поучаствовать!"

- Ладно, здесь ты сам разберешься! - Михаил потянул его дальше. - На минус третьем, вокруг "бассейна", у нас часть научных лабораторий. Отсюда же идет туннель с рельсовым вагончиком, ведущий в промышленную зону. Она, в целях безопасности, расположена подальше от жилой. Но вряд ли ты туда попадешь, там только автоматические цеха по переработке сырья...

Они вновь поднялись на минус второй.

- Здесь переход в ГравиСити, - пояснил проводник, втискиваясь в кабинку, напоминавшую лифтовую.

Термином "ГравиСити" /* данный термин, равно как и некоторые детали внеземных технологий, встречающиеся в тексте, заимствован у изобретателя А.Майбороды http://mayboroda.com с его любезного разрешения */ на космических базах именовались зоны с повышенной до земного уровня гравитацией. В таких зонах жителям Внеземелья рекомендовалось проводить не менее двенадцати часов в сутки, чтобы предотвратить нежелательные изменения в организме. Прошедшим же специальную генетическую коррекцию, наподобие той, которую сделали Алексею, можно было и меньше. Но полностью обходиться без пребывания в привычной человеческому организму силе тяжести крайне не рекомендовалось. Поэтому центрифуги ГравиСити имелись почти во всех внеземных поселениях.

На относительно больших базах, каковой являлась и "Минеральная", ГравиСити был выполнен основательно, в стационарном варианте. Внутри пробуренного в грунте торообразного туннеля диаметром под двести метрови поперечником в три, на магнитной подвеске, двигалось цельное, торообразное же кольцо жилого отсека. Оно никогда не останавливалось, а скорость его вращения была подобрана так, чтобы сумма центробежной силы и лунного тяготения точно равнялась земной силе тяжести. Чтобы попасть внутрь ГравиСити или покинуть его, были предусмотрены спиральные лифты, числом три, для надежности. Стартуя из неподвижного центра базы, кабинка разгонялась по спирали до скорости вращения кольца центрифуги, и стыковалась с ней. Одновременно ей приходилось разворачиваться вокруг оси, так как вектор совокупной силы тяжести, пять шестых которой создавалось за счет вращения кольца, был направлен почти горизонтально.

- Здесь, как ты понимаешь, расположено большинство жилых помещений, - они с Михаилом выбрались из кабинки, попав в уходящий с обеих сторон, как казалось, вверх и чуть вбок коридор. Хотя Алексей понимал, конечно, что коридор - не более, чем часть совершенно горизонтального, по отношению к Луне, кольца, но глаза упорно отказывались этому верить.

- Жилые каюты размещены в секторах с третьего по восьмой. Твоя в четвертом, кстати. Сектора девять и десять - медицина, одиннадцать и два - зоны отдыха общего пользования, остальные - кабинеты, лаборатории и резервные. Резервных много, Сити строили с запасом. Ну, хватит для начала, иди, устраивайся. Завтра с утра получишь дальнейшие указания...


Где-то, сентябрь 2042 года.


По прошествии четырех суток пребывания в виртуальной тюрьме контроль над телом наладился до такой степени, что большую часть времени пленники даже не вспоминали о нереальности последнего. Но некоторые аспекты все еще не позволяли совсем забыть о малоприятных обстоятельствах их нынешнего бытия. В основном это касалось физиологических отправлений. Они происходили, вроде бы, как и положено в реальном мире, пропорционально количеству поглощенной пище и жидкости, но сам процесс совершенным однообразием сильно смахивал на жестко прописанную рутину. Без всех тех, привычных живому человеку нюансов. Сэм полагал, что так же обстоит дело и у других его товарищей по несчастью, но эту тему они, в силу ее щекотливости, пока не обсуждали.

Или вот другой аспект. Сидя у берега и пытаясь заточить с помощью острого края ракушки очередную вариацию на тему примитивного копья, он краем глаза посматривал на Ирину, собиравшую у кромки воды вынесенных морем устриц. Созерцание соблазнительно приседающей девушки, почти обнаженной (наскоро связанные из водорослей жгуты, опоясывавшие ее бедра и грудь и почти ничего не прикрывавшие, только добавляли эротичности) вызывало закономерное эстетическое наслаждение. Но... и это все. Сопутствующей физиологической реакции не происходило, даже когда Сэм специально пробовал пофантазировать на тему. Еще не возникли соответствующие связи с внедренным в мозг интерфейсом или же эта сторона жизнедеятельности намеренно не была смоделирована злокозненным "демиургом"? Пожалуй, если верен второй вариант, их похитителя можно было бы даже поблагодарить! За избавление от еще одной проблемы, чреватой конфликтом в их сумбурно образовавшейся мини-общине.

Последние мысли заставили Сэма оставить неуместные фантазии и вспомнить о реальных текущих проблемах. Прежде всего - о еде. Вернее, о ее недостатке. Но обдумать в очередной раз возможные способы добычи пропитания он не успел. Из-за скалы показались остальные трое членов их группы, ходившие с утра в разведку вдоль берега.

- Как успехи? - без особой надежды спросил Сэм, когда товарищи приблизились достаточно.

- Вот, нашли на берегу! - шедший впереди Генрих бросил на песок довольно крупную рыбину. Та не шевелилась и вообще не производила впечатления свежей. Впрочем, они еще не проверяли на практике, портится ли здесь пища и каковы последствия ее приема внутрь. Хотя и в этом ожидать приятных сюрпризов явно не стоило.

- И все?

- Еще немного всякой мелочи, - поджарый грек Димитрис, прибившийся к их компании на второй день заточения вместе с темноволосой испанской девушкой по имени Роза, выложил из корзинки несколько устриц, камни и створки раковин с острыми кромками. В корзинке его спутницы оказалось две грозди крупного винограда, на вид - спелого.

- Мы уже съели в пути по грозди каждый, - извиняющимся тоном произнесла несколько полноватая, на вкус Сэма, испанка. - Это ваши!

Вдвоем с мигом подбежавшей Ириной они в мгновение ока умяли принесенные товарищами ягоды, почти не ощущая вкуса. Голод, накопившийся за четверо суток крайне скромного питания, не позволял промедлить ни секунды.

- У нас случилась не очень приятная встреча на берегу, - продолжил делиться открытиями Генрих.

- Хищники?

- Хуже! Люди. Тот самый здоровый американец в сопровождении еще одного парня. Голодные и злые. Вели себя агрессивно, и только увидев, что у нас нет никакой еды, отстали. Уверен, если бы у нас имелось хоть что-то съестное, напали бы не раздумывая!

- Вот твари! - зло процедила Ирина.

- Если мы будем продолжать так плохо питаться, у нас не будет сил отбить нападение. Особенно если нападающих будет больше! Учтите, что конкурентов будет интересовать не только еда, но и сделанные нами инструменты и снаряжение. Сами знаете, сколько времени и труда мы вбухали в эти примитивные на самом деле вещи. Вместо этого можно было заниматься добыванием еды! Еще хорошо, что всех "пленников" равномерно "размазали" по довольно длинному побережью. Иначе, при большей плотности населения, тут бы уже давно начались кровавые побоища. Но рано или поздно это все равно случится! - Сэм как-то автоматически стал главным "стратегом" отряда, к его мнению прислушивались. Этому способствовало как его глубокое знакомство с механикой виртуальных миров, так и реальный опыт традиционной внегородской жизни, чем не могли похвастаться спутники, выросшие в "стерильных" условиях высокотехнологичного урбанизма.

- Да, количество легкодоступной еды тут не радует, - согласился Генрих. - Видимо, ОН специально так рассчитал, чтобы подвигнуть нас к каким-то действиям.

- Кстати, вам не показалось, что последняя ночь была холоднее предыдущих? - заметила Роза. - Я проснулась под утро от озноба!

- Вполне может быть, - кивнул Сэм. - Вероятно, нас ждет постепенное ухудшение условий. Как раз в рамках того давления, о котором сказал сейчас Генрих. Поэтому надо действовать! Давайте начнем с инвентаризации всего, что у нас есть на данный момент. И надо решить, что делать с этой рыбой!

Подсчет имущества не занял много времени. Не считая набедренных повязок из высушенных водорослей, у группы имелись в наличии пять длинных, условно ровных и заостренных с одного конца палок, исполняющих роль копий, пара массивных дубинок покороче (которые калифорниец и грек приспособились таскать, зацепив сучком за пояс) с вбитыми в верхнюю часть, для усиления эффекта, осколками камней, с десяток плетенных корзинок разного размера, но схожей хлипкости, и несколько камней и раковин с острыми краями, которые худо-бедно можно было использовать в качестве ножа. Текущие запасы еды были еще скромнее: полтора десятка устриц и одна рыба.

- Так как огня у нас нет и не предвидится, предлагаю съесть рыбу сырой. Ну и устриц тоже надо употребить сейчас, пока они не испортились, - подвел итог Сэм. - А после этого сразу пойти, наконец, в глубину леса, всей командой. Если тут и есть более питательная еда, то она только там!

- Не отравимся? - с сомнением глянул на рыбу Димитрис.

- Как будто у нас есть выбор! - невесело усмехнулась Ирина. - Сэм, ты тут, наверно, единственный, кто умеет разделывать рыбу. Тебе и карты в руки!

- Вам всем тоже не помешает научиться! - буркнул калифорниец, но рыбу взял.

Примерившись, он выбрал острую раковину из имевшихся в наличии и, натужно дыша, принялся вскрывать рыбе брюхо. Жесткая чешуя поддавалась плохо, и вся остальная компания уже успела сожрать устриц (оставив ему парочку) пока, наконец, Сэм смог выложить на предусмотрительно разложенные Ириной вместо тарелок пять больших листов, сорванных с ближайшего подходящего куста, с трудом выковырянные съедобные куски рыбы. Еда вышла мерзкая на вкус, ведь даже соли у них не имелось. Тем не менее, все ее быстро поглотили, переборов отвращение и зная, что следующий перекус вряд ли будет скорым.

Пообедав, все пятеро переглянулись, встали на ноги и, подобрав все свое нехитрое снаряжения, обреченно направились к опушке. Товарищей не оставляло ощущение, что приятной эта прогулка не будет.

- Мы подготовились, как могли! - произнес Сэм, чтобы подбодрить друзей. - Какое-никакое оружие у нас есть, и если не встретится что-то монструозное, типа тиранозавра, то мы вполне сможем отбиться. Кстати, пусть девушки идут сзади!

- Нет, - неожиданно возразил Генрих. - Пусть идут спереди! В случае нападения мы скорее сможем помочь им, чем они нам!

- Он прав, - поддержала немца Ирина и выдвинулась вперед. С некоторой заминкой Роза последовала ее примеру.

Калифорнийцу пришлось молча с ними согласиться, тем более что резон в словах Генриха имелся. Как он и предполагал с самого начала, их здешние аватары в мельчайших деталях соответствовали физическим оригиналам. Поэтому Сэм и Генрих, унаследовавшие от предков мощное телосложение и не пренебрегавшие спортом, были значительно сильнее не только девушек, но и мелкого грека - типичного хиловатого завсегдатая Вирта.

Двигаясь гуськом, они осторожно углубились в заросли. Идти пока было нетрудно, если стараться не наступать на валявшиеся местами ветки с острыми сучками. Моделировать настоящий лес, со всеми его неудобствами, грозящими босому человеку, создатель этого мира не стал. Иначе бы они далеко не ушли. И так то и дело кто-то коротко шипел от боли. Болевые ощущения за эти дни тоже, к сожалению, стали значительно острее.

- Заяц! - воскликнула идущая впереди Ирина, указывая на животное, копавшееся под ближайшим кустиком.

От неожиданного громкого звука заяц сорвался с места, даже не взглянув на его источник. Генрих успел метнуть в него копье, но, разумеется, не попал.

- Ну чего ты орешь? - обрушил он свое возмущение на девушку. - Увидела - бей!

- Как же я попаду без знания квантовой механики! Вот ты - явно другое дело! - огрызнулась та.

- Тише, сейчас вообще весь лес распугаете! - попытался загасить возникшую ссору Сэм. - Смотрите, вон гнездо какой-то птицы!

С помощью немца он влез на нижнюю ветку раскидистого дерева и снял со следующей витую корзинку гнезда. В ней, не считая всякого мусора, оказалось четыре маленьких, меньше куриного, яйца. Какой птице они принадлежали, никто сказать не мог.

- Скромненько! - разочаровано процедил Димитрис. - Как будем делить?

- Жрите сами! - Генрих озлобленно повел плечом. - Все равно никакого толку!

Товарищи не стали с ним спорить. Сэм проделал острым углом запасенного камня два маленьких отверстия и в один глоток выпил содержимое. Поморщился.

- Более-менее съедобно! - выдал он вердикт.

- Вот же гадость? Как можно это есть? - Розу передернуло, но она все же приняла из рук Сэма свое яйцо, уже готовое к употреблению.

- Нам срочно нужна соль! - заключила Ирина, в свою очередь попробовав находку. - Иначе я, кажется, предпочту сдохнуть от голода!

- Подумаем об этом на досуге, - все еще сердито раздувая ноздри, согласился немец. - А теперь давайте попробуем добыть что-нибудь более существенное, чем соль. Пока солнце не зашло!

Они двинулись дальше. Лес в глубине оказался не такой страшный, как им казалось при взгляде с берега. Деревья росли не так уж часто и солнечные лучи легко проникали в промежутки между крон, создавая приятное освещение. Но жара, царившая днем на берегу, тут не ощущалась. Умиротворяюще шелестела листва, где-то вдали чирикали птички, воздух был свеж и полон необычных для горожанина, щекочущих ноздри запахов. Тихо журчали часто встречающиеся ручейки. Опасных животных они пока не встречали, хотя некоторые следы, обнаруженные возле воды, наводили на размышления. Если бы путешественники могли позабыть причину своего появления здесь, поход легко бы сошел за беззаботную прогулку на природе. Но забыть такое было невозможно, да и все усиливающийся голод не давал расслабиться. Вскоре они вышли к небольшой речке, скорее, просто широкому ручью. "Охотники", обнаружив росший у берега куст с уже встречавшимися им терпкими на вкус ягодами, решили сделать короткий привал. Жадно ободрав куст и напившись проточной воды из реки, устало присели.

- Что это? - взгляд Сэма упал на обрывистый противоположный берег речки.

Он, пересилив усталость, поднялся на ноги и, опасливо нащупывая брод тупым концом своего копья, в несколько шагов преодолел мелкое, чуть выше колена, водное препятствие. Подошел к обрыву, пощупал выступавшую на поверхность желтоватую грязь.

- Похоже, это глина, или вроде того! - выдал он "экспертное" заключение. - Думаю, нам пригодится!

- Каким образом? - усомнился Димитрис. - Посуду сделать? Но без обжига толку будет мало. Да и для начала надо бы найти чего жрать из этой посуды!

- Не только посуду. Много чего можно сделать. Для начала сойдет и просушка на солнце, оно здесь жаркое!

- Сейчас взять с собой много не получится, - заметил Генрих. - А потом можем это место вообще не найти. Надо бы, кстати, нарисовать карту. А то и заблудиться немудрено.

- На чем?

- Хороший вопрос! - немец задумался.

- На коре деревьев! - Сэм вновь оправдал свой диплом историка. - Вспомнил! Так делали во многих примитивных культурах. И как я раньше не догадался, ведь коре можно найти кучу применений!

- Ты сначала саму кору добудь! - охладила его восторги Ирина. - Наверное, не любое дерево подойдет?

- Дьявол его знает! - после некоторой заминки признал ограниченность собственных познаний калифорниец. - Давайте просто попробуем отодрать кору с нескольких разных деревьев.

Вооружившись створками раковин и острыми камнями, заменявшими им пока нормальные ножи, товарищи направились к ближайшим деревьям. После примерно десяти минут оживленной возни выяснилось, что легче всего оторвать достаточно большие и прочные куски коры со стволов молодых тонких деревьев, чем-то напоминавших привычную иву. Знаки на кустарную карту наносили заточенной веточкой. Общими усилиями определились со сторонами света, затем отметили большую скалу на "их" участке побережья, заметную издалека. Проделанный в лесу путь точно, разумеется, восстановить не получилось, после недолгих споров его нанесение доверили Сэму, положившись на его опыт турпоходов.

- А не сделать ли нам заодно пару корзинок? - предложил он, закончив с рисованием и заткнув свернутую в трубочку карту за свою набедренную повязку. - Коры еще нарвем, тонкие веточки на этом дереве, как мне кажется, очень хорошо подходят для плетения. Так сможем унести гораздо больше глины!

- И вечером будем жрать глину? - нервно возразила Роза, повысив голос. - Не лучше ли, наконец, заняться добычей еды?

"Желудок меньше растягивать надо было!" - зло подумал Сэм, глядя на полноватую испанку. Но вслух, сдержав эмоции, сказал другое:

- Судя по нашим предыдущим успехам, шансов добыть нормальную еду у нас мало. Но раз лес оказался не таким опасным, как нам раньше показалось, предлагаю опять разделиться. Пусть дамы останутся со мной плести корзинки, а Генрих с Димом пока поищут съестного по окрестностям. Только далеко не уходите!

- Ладно! - заметно было, что Розе предложение не очень-то понравилось, но спорить она не стала.

Парни ушли в лес, а калифорниец с помощницами принялся за работу. Направив дам сдирать кору, он сам, вооружившись самой острой ракушкой, взялся за срезание прутьев. Поддавались те плохо: "нож" резал с трудом. Приходилось сначала многократно гнуть веточку туда-сюда, ломая, и лишь когда она повиснет на немногочисленных волокнах, срезать их ракушкой. За полчаса, примерно, работы ему удалось набрать около трех десятков длинных прутков.

- Достаточно! - устало произнес он, с подозрением осматривая ладони. От такой работы они, вообще-то, должны были уже покрыться кровоточащими потертостями, однако кожа выглядела как новенькая. "Хоть какие-то преимущества у нашей тюрьмы имеются!"

Вместе с девушками они уселись на землю прямо возле обрывчика с глиной. С одной стороны положили кипу нарванной коры, с другой - охапку прутков. Сэм показал помощницам, как надо плести (в меру собственных куцых познаний в данной области, базировавшихся, в основном, на виденных музейных экспонатах и обучающих фильмах о старинных технологиях). Девушки следовали указаниям беспрекословно, что было для него крайне непривычно. "Ага!" - с неожиданной злорадностью подумал Сэм. "Как только оказались вдали от цивилизации, так весь феминизм сразу из головы выветрился!" И сам же удивился возникшим у него мыслям, совершенно нелепым в данной ситуации. Тут бы просто выжить, а не гендерные счеты сводить...

Каркас будущих корзинок сплели из полутора десятков прутков, дополнительно скрепленных тонкими стебельками высокой травы, росшей по берегам речки. Этими же стебельками прикрепили и куски коры, которыми выстлали дно. Для большей прочности и герметичности дополнительно все стыки вымазали тонким слоем глины. Вместо ручек же приделали ветки потолще, выломанные Сэмом из ближайшего дуба.

- Часок посохнут, и можно пользоваться! - констатировал он, когда обе корзинки были готовы и выложены на солнечный участок у берега.

- А мы что пока будем делать? Где ребята? И не мешало бы пожрать, наконец! - снова вернулась к "больной" теме испанка.

- Пожрать бы, конечно, не помешало.., - Сэм понимал, что, раз девушки признали его верховенство, то он теперь должен принимать решения. Но решения-то у него как раз и не имелось. Правильней всего, конечно, было бы ждать возвращения "разведчиков" здесь. Но голод, все более дававший о себе знать, явно приведет к тому, что они тут переругаются во время ожидания. А ребята могут не вернуться еще долго! Нет, нужно найти занятие!

- Думаю, пока можно сделать кружок по лесу вокруг этого места, - сказал он после паузы. - Может, найдем что-нибудь съестное.

- А если Генрих с Димитрисом как раз вернутся?

- Далеко уходить не будем, а им оставим сообщение! - нашелся Сэм.

Подхватив кусок глины, он подошел к выступавшему из земли, рядом с сушившимися корзинками, большому куску скалы, и налепил его на относительно плоскую грань камня. Затем, выровняв ладонью поверхность, заостренной палочкой вывел на глине следующую надпись: "Мы рядом, просто громко позовите нас!"

- А ты сообразительный! - впервые Ирина похвалила его в явном виде, и Сэм еле удержался от самодовольной улыбки.

Примерно получасовой поход по расширяющейся спирали вокруг свежеоткрытого глиняного карьера, сопровождавшийся многократным переходом речушки, особых результатов не принес. Сумели обнаружить лишь куст с редкими ягодами и яблоню, с которой удалось сорвать десяток фруктов. Роза было заикнулась о том, чтобы свою долю съесть сразу, но была раскритикована товарищами и обижено замолчала. Сэм, чуть остыв, отметил про себя, что, как он и опасался, с большим голодом резко нарастает и психологическая напряженность. Причем контролировать эмоции все труднее...

Невеселые размышления прервал донесшийся зычный голос Генриха, призывавшего их на место сбора. Все трое, не сговариваясь, побежали на зов, надеясь, что товарищам удалось добыть что-то более существенное.

Надежда оправдалась лишь частично. На траве возле берега их встретили аккуратно разложенные три связки бананов, десяток персиков и плетеная сумочка, полная вишни. Сами охотники, расслабленно лежавшие рядом с добычей, выглядели довольно уставшими.

- Ну...у, лучше чем ничего! - прокомментировала увиденное Ирина. - Вместе с нашими находками хоть что-то...

- Давайте есть! - Роза явно больше не могла сдерживаться, но, тем не менее, устремившись к еде, нашла время подозрительно взглянуть на обоих добытчиков: - Вы свою часть уже съели, или как?

- Ничего мы не ели! - обиженно буркнул Генрих.

- Очень жаль! - не заметив обиды товарища, заявила испанка, вонзая зубы в сочный персик.

Быстро расправившись с невеликими запасами еды, они еще с четверть часа валялись на траве, наслаждаясь полузабытым чувством сытости. К сожалению, оно быстро прошло.

- Солнце скоро зайдет, - первым подал голос Генрих. - Если мы собираемся ночевать на обычном месте, пора двигать!

- Да, корзинки подсохли, можно набрать глины и отправляться, - согласился Сэм. - Кстати, вы нанесли на карту расположение обнаруженных плодовых деревьев?

- Нет! - встрепенулся немец. - Совершенно забыл об этом!

Пока историк наполнял корзинки влажными комьями глины, Генрих с Димитрисом, лениво переругиваясь, пытались вспомнить, где именно они нашли еду. Отметив, наконец, предполагаемые места на карте, они стали помогать Сэму.

Обратно шли, проложив на карте воображаемую линию до лагеря на побережье. Генрих и Сэм тащили довольно тяжелые корзины с глиной, остальные держали оружие наизготовку. После целого дня прогулок в лесу путешественники расслабились и не ожидали опасности. Как оказалось, зря! Выйдя на участок с каменистой почвой, где деревья росли значительно реже, они внезапно стали свидетелями погони. Покрытый ослепительно блестящей в лучах заходящего солнца оранжевой шерстью стремительный хищник, явно из семейства кошачьих, преследовал трех улепетывающих то ли коз, то ли овец, чуть не снесших по пути выскочивших на опушку "туристов". Несшийся за обреченно блеявшими животными "кот", размером с большую овчарку, от неожиданности притормозил, настороженно разглядывая новых персонажей и грозно порыкивая. Но решил не связываться и, прыгнув в сторону, обогнул их по широкой дуге, продолжая преследование. Вскоре и охотник, и его жертвы скрылись в зарослях. Только после этого захваченные врасплох путешественники пришли в себя:

- А ведь если бы он на нас бросился, могли не успеть отбиться! - первым отреагировал Димитрис.

- Один бы не успел, помогли бы остальные, - пожал плечами Генрих. - Вооруженной группе такой котик не сильно страшен, хотя поцарапать может и успеть. Очень надеюсь, что здесь нет хищников покрупнее!

- Здесь ЕСТЬ хищники! Теперь мы это знаем точно. Значит, это в "правилах игры". И это самое главное! Так что я бы не рассчитывал на то, что это был самый крупный! - "успокоил" товарищей Сэм.

- Это значит, что надо строить укрепленное жилье. Или искать пещеру, - заключила Ирина.

- Да, только не решив проблем с питанием, мы и в остальном далеко не продвинемся!

- Неплохо было бы поймать одну из пробежавших коз! - мечтательно произнес Димитрис.

- И съесть ее сырой, отрывая куски мяса голыми руками! - язвительно добавила Ирина.

- В наших условиях и сырое мясо сойдет за подарок! - не согласился с ней грек. - Но добыть огня в любом случае было бы неплохо! У тебя есть идеи по этому поводу, Сэм?

- Ни единой! - пробурчал тот. - Можешь, конечно, попробовать добыть огонь трением, но что-то меня берут сомнения в успехе...

Они дошли до края каменистой площадки и перед их взглядом открылся морской простор. Спуска к берегу здесь не было, выступающая скала завершалась высоким обрывом.

- Взяли слишком сильно к северу, - констатировал Генрих, узнав место. - Пошли, обойдем лесом.

- Стойте! Тут есть кое-что интересное! - Димитрис указал пальцем на верхушку нависавшего над обрывом дерева.

- Гнездо! - обрадовалась Роза. - Большое!

- Там могут быть яйца! Сейчас посмотрю, - грек положил на землю свое оружие и направился к дереву.

- Может, не стоит? Дерево слишком близко к обрыву! - попытался предупредить его Сэм.

- Да ладно! Сколько там "возрождений" нам этот урод обещал? - беспечно отмахнулся тот.

Маленький, но оказавшийся неожиданно проворным парень споро влез по веткам на почти самый верх, где в развилке притулилось искомое гнездо.

- Ого! - раздался сверху радостный возглас. - Здоровые! И их тут много!

- Димитрис! - вдруг отчаянно завопила Ирина.

Сэм тоже заметил краем глаза внезапно появившуюся над скалой крылатую тень. Большой, с размахом крыльев метра в полтора, явно разозленный вторжением в его дом орел, злобно клекоча пикировал на гнездо. Если Димитрис что и успел, так это только увидеть неожиданно возникшего противника. Разъяренная птица с разгона впилась в него своими немаленькими когтями. Захваченный врасплох грек завизжал от боли, вскинув руки к раненой голове. А в следующее мгновение потерявший опору "верхолаз" уже летел с обрыва, нелепо суча ногами.

Орел, довольный одержанной победой, наворачивал круги над гнездом, издавая угрожающие звуки, но вниз спускаться явно побаивался. Шокированные случившимся друзья подбежали к краю обрыва. Димитрис лежал внизу среди разбросанных по песку камней в неестественной позе и не двигался. А вокруг его головы расплывалось отчетливо заметное сверху красное пятно...

Минуты три у них заняло спуститься на пляж, обогнув бегом обрыв вдоль кромки леса. Первым подбежал к товарищу Генрих:

- С ним всё! - лаконично сообщил он, осмотрев тело. - Не дышит.

Некоторое время они просто беспомощно стояли вокруг. Девушки сдержанно рыдали. Сэм отчаянно пытался подобрать подходящие слова, чтобы успокоить подруг, но никак не находил таковых.

- Ладно, хватит панихиду устаивать! - первым очнулся немец. - Быстро вспомнили, где мы и почему! Он не насовсем умер.., я надеюсь.

- Интересно, как это будет происходить технически? И когда? - Сэм, наконец, тоже очнулся от шока и уже уверенней продолжил, ощутив себя в знакомой теме. - Респаун в новом теле, или это оживет?

- Какая разница? - сквозь слезы прошептала Ирина.

- В смысле, что делать с телом? Оставить его так?

- Какая разница? - как робот, с какой-то обреченностью повторила девушка.

- Тело - это тоже, в каком-то смысле, ресурс, - калифорниец вдруг ощутил поднимающуюся в нем непонятную злость, почему-то направленную на Ирину, не желавшую принять правила "игры". - Его можно использовать как приманку для хищников. Или просто съесть!

- Скажи, что ты пошутил! - она вылупилась на Сэма округлившимися от ужаса глазами.

- Я-то пошутил! Вот только тот, который нас сюда засунул, шутить явно не намерен, - бросил в пространство Сэм и отвернулся.

Они просидели вокруг тела еще с час, бессмысленно наблюдая за склоняющимся к горизонту солнцем и пытаясь осознать новую реальность. А когда светило уже коснулось краем поверхности воды, они увидели медленно бредущего по пляжу Димитриса. Он молча подошел к ним, минуту безотрывно разглядывал собственное бывшее тело, все так же валявшееся в луже уже подсохшей крови. Товарищи смотрели на него с мистическим ужасом, не зная, что сказать и чего вообще ожидать от "воскресшего". Затем он тихо произнес:

- Умирать... это очень больно!

Сан-Франциско, октябрь 2042 года.


За окном моросило. Усугубленный плотной облачностью утренний сумрак совершенно не добавлял желания отправляться на работу. По крайней мере, ему, Майклу Гордону, уютно развалившемуся сейчас в любимом, давно настроенном под него кресле с чашкой крепкого кофе в руках, точно не добавлял. Больше всего Майклу сейчас хотелось поставить недопитый кофе на стол и вернуться в еще теплую постель. И фиг с ней, с работой! Это вначале он каждое утро летел в офис как на крыльях, полный воодушевления от нового, захватывающего занятия. А теперь уже приелось!

"Да что это со мной?" - удивился он овладевшей им лени. - "Хватит сопли распускать, вот допью кофе, и пора двигать!"

Последовав собственному совету, он, однако, ожидаемого прилива сил не ощутил. И даже наоборот, вернуться в постель захотелось еще пуще. Сообразив, наконец, что все это не просто так, Майк потянулся за медбраслетом, валявшимся где-то среди разбросанного на тумбочке грязного белья. Браслет, собственно, рекомендовалось не снимать никогда, но в офис запрещено было заходить с любыми носимыми гаджетами, не имеющими отношения к Конторе. И постепенно Гордон вообще перестал его носить. Защелкнул прибор на запястье и, зевая, стал ожидать.

Минутой спустя в пространстве перед его лицом возник отчет устройства, выведенный огромным, как будто рассчитанным на едва научившегося читать ребенка, шрифтом. "Заражение вирусом В2992-2042А1, первая стадия, слабая степень проникновения в органы. Синтезируется соответствующая антисенс-инъекция, время до окончания синтеза - 17 минут 26 секунд. Рекомендуется воздержаться от близких контактов с другими людьми в течение ближайших четырех часов, чтобы предотвратить их заражение".

- Вот же хрень! - лениво выругался Майк, некоторое время полюбовался на обратный отсчет таймера синтезатора и с чувством выполненного долга переместился, наконец, в постель.

Что это за вирус, он не знал и знать не хотел. Судя по тому, что браслет сразу же перешел к синтезу, распознанный по маркерам в крови вирус уже содержался в сетевой базе данных. Оттуда устройство и скачало рассчитанную медсерверами формулу антисенс-препарата, использующего сконструированную под конкретный вирус короткую последовательность РНК, подавляющую в последнем синтез белка. Иначе потребовалось бы секвенирование РНК вируса и долгий, занимающий несколько часов, расчет и проверку новой формулы. А так, сейчас браслет впрыснет инъекцию, и уже после обеда будешь как новенький! Только вот иммунитет становится слабоват от такой радикальной помощи, и она требуется все чаще и чаще. Майк не помнил, чтобы в юности болезни докучали ему более раза в год. А теперь редкий месяц обходится без аппаратной помощи организму. Можно, правда, купить соответствующую генетическую коррекцию (из списка разрешенных Конвенцией) для усиления иммунной системы. Собственно, даже покупать не требовалось на нынешней работе она, кажется, вообще включена в страховку, но он не сильно доверял всем этим новомодным методам. Черт его знает какие там могут быть побочные эффекты! Глядишь еще, вдруг рога вырастут. У них, у программистов, например, подобные глюки с программами случались сплошь и рядом: чинишь в одном месте, а в другом, совершенно неожиданном, ка-ак вылезет...

С трудом удержавшись от проваливания в сон во время ожидания препарата, он дотерпел до окончания синтеза. Лишь когда браслет просигнализировал об успешно проведенном лечении, Майк расслабленно прикрыл глаза. Вздремнуть пару часиков, а потом можно и на работу...

Сигнал вызова, вначале тактильный, через рабочий нейлком, а затем и акустический, грубо вырвал его из не очень еще плотных объятий Морфея. Майк резко вскинулся, пару секунд соображая, что происходит. Увидев висящий перед носом аватар начальника, восседающий на иконке замка, символизирующей закрытый канал рабочей связи, тут же пришел в себя и выдал разрешающую мнемокоманду на коммуникатор. Тот мелодично пискнул и открыл защищенный стереопортал.

- Агент Гордон, я что-то не припоминаю, чтобы вы подавали рапорт на увольнение! Почему не в офисе? - босс своим неподражаемо скрипучим голосом сразу же, не здороваясь, приступил к выволочке.

- Доброе утро, сэр! Я болен, буду после обеда! - скороговоркой оттарабанил Майк, одновременно отсылая боссу отчет медбраслета.

- Сделай уже коррекцию, наконец! Зачем мне такие болезненные сотрудники? - проскрипел тот уже менее агрессивным тоном и резким движением пригладил свои роскошные старомодные усы, что, как знал Гордон, свидетельствовало о пребывании начальника в состоянии некоторой степени озабоченности. И, судя по всему, отнюдь не здоровьем сотрудника: - Ладно! У нас тут сейчас было совещание по делу "Алхимика". Приказали интенсифицировать его разработку. Начальство, наконец, изволило начать беспокоиться. У тебя есть какое-нибудь продвижение по теме?

- Нет, - после некоторой паузы признал Майк. - Он пропал.

- Да что ты говоришь! А то мы не в курсе! - в тоне собеседника прозвучал не сулящий подчиненному ничего хорошего наигранный сарказм.

- Последняя регистрация произошла пять недель назад в Индии. Как мы предполагали, он отправился туда для прохождения каких-то генетических процедур в нелегальной клинике. После этого следы пропали. Все известные нам коммуникаторы отключены, генетические маркеры нигде не засветились. Сетевая активность нулевая. Предположительно, он скрывается в секретной лаборатории где-то в Непримиримой зоне, - за неимением новой информации Гордон не нашел ничего лучше, чем доложить уже известную боссу. Насколько он знал начальника, тот молчания после своих вопросов вообще не выносил. Если тому надо что-то более конкретное, то сам об этом скажет.

- Предположительно..., - передразнил Майка босс. - Я в курсе, что самого "Алхимика" мы потеряли. Но у тебя же, вроде бы, был подход?

- Да ну какой это подход! Так, знакомый... Практически случайно выяснилось, что он тоже получил приглашение от "Алхимика". Саму рассылку мы отследили, но все эти люди также пропали. Как и мой знакомый и еще один агент от индийских коллег. Последнее сообщение от него получено три недели назад с корабля в Эгейском море.

- Да, я помню, остров. Что там происходит? Есть шанс, что "Алхимик" тоже там?

- Мы не можем сунуться прямо на остров, он частный и там куча охранных систем вокруг. Греки пока не желают сотрудничать с нами в этом вопросе. Тут требуется "пинок" от большого начальства, а мы же пока решили не "светить" наш интерес...

- Возможно, это решение будет пересмотрено. Но нужны факты! Что дало внешнее наблюдение?

- Связь тоже вся подавлена. "Просветить" не выходит. Спутниковые наблюдения ничего интересного на поверхности не нашли, остров пуст. Мы подняли архивы, там есть подземный бункер еще времен первой Холодной войны. Возможно, они все там. Даже не знаю, добровольно или не очень. Все участники подписывали соглашение на отказ от связи с внешним миром на время контракта, поэтому формально придраться не к чему.

- Мне нужны факты! - устало повторил босс. - Значит так, я освобождаю тебя от всех остальных дел. С сегодняшнего дня ты занимаешься исключительно "Алхимиком"! А вопрос насчет более плотного сотрудничества с зарубежными коллегами я попытаюсь провентилировать "наверху"...


Луна, октябрь 2042 года.


- Полуавтомат! - бросил Алексей в пространство, даже не уточнив, к кому обращается.

Но этого и не требовалось - эксп-система корабля выполнила команду незамедлительно, ведь основным каналом ее коммуникации с пилотом была отнюдь не голосовая, а мнемосвязь. Поэтому управление тут же переконфигурировалось в требуемый режим. А в дополнение загорелась лампочка сброса полетного задания.

- "Олень-7", по какой причине прекращен посадочный цикл? - немедленно донесся из наушников вопрос из диспетчерской. Можно было бы добавить "заданный озабоченным тоном", но центральная эксп-система "Косморесурса" не считала необходимым придавать общению с живыми пилотами эмоциональную окраску, хотя, безусловно, могла это сделать.

- "Минеральная", принял решение произвести дополнительный осмотр рабочей площадки в ручном режиме! - лениво отбрехался Алексей, неуловимыми движениями рукояток управления гася остаток вертикальной скорости.

- Принято, "Олень-7"! Напоминаю, критический остаток рабочего тела для завершения миссии - двадцать два процента!

"Без тебя знаю, дура!" - он еле удержался, чтобы не сказать это вслух. Эксп-система, разумеется, на грубость не обидится, но есть же установленные правила связи! Начальству беспричинная ругань в эфире явно придется не по душе.

На самом деле топлива у него имелось в избытке. Взлет с "Минеральной", разгонный импульс для баллистического прыжка в Залив Радуги и торможение над целью (все в автоматическом режиме) "съели" только семь процентов от исходного десятитонного бортового запаса водорода. Ведь данный полет, по сути, "местного значения" - Залив Радуги (нет, название ни на что такое не намекало, возникнув гораздо раньше появления дополнительных смыслов) располагался на краю "родного" Моря Дождей, всего в паре сот километров от базы. На обратный путь он потратит столько же рабочего тела, плюс резервный запас. А в режиме висения пятидесятитонный "Лунный олень" потребляет всего-то четыре килограмма водорода в секунду. Виси себе, сколько влезет!

Дополнительный осмотр, который он назвал причиной перехода в ручной режим, не очень-то и требовался - место происшествия Алексей уже дотошно изучил как по спутниковым снимкам, так и прямо через уцелевшие камеры аварийного бота. И посадочная площадка тоже была подобрана еще до вылета. Удостовериться, что на ней не появилось вдруг посторонних предметов, вполне можно было по ходу посадки, благо эксп-система корабля вполне способна справиться со всем этим и сама. Но ему хотелось более активного участия в процессе. Тут как раз подходящий случай: и формальный повод имеется, и ресурсы в избытке. Миша, суровый, но справедливый начальник, на такие "фокусы" обычно смотрел сквозь пальцы, понимая, что пилотам критически необходимо время от времени "порулить" самим. Однако, чтобы не отчитываться за ненужный перерасход ресурсов, тщательно подсчитываемых бездушной автоматикой, всегда требовал хоть каких-нибудь обоснований. Впрочем, за этим дело чаще всего не стояло. Ведь дополнительные маневры для перестраховки - неотъемлемое право пилота, и крыть тут нечем.

Серо-синяя поверхность кратера, поблескивающая тут и там серебристыми искорками обнажившихся из-под слоя реголитной пыли участков базальтовых пород, заняла горизонтальное по отношению к кабине положение. Алексей строго дозированным импульсом слегка довернул машину по курсу, чтобы низко висящее над близким лунным горизонтом светило не слепило глаза, и приступил к визуальному осмотру. С высоты в полсотни метров место инцидента просматривалось прекрасно, лучше, чем на спутниковых снимках. Пусть те были и не менее детальными, но плохо передавали ощущение объема. И еще хуже - то самое чувство вселенского одиночества, о котором в первый же день предупреждал начальник. Нет, пустая на многие сотни километров вокруг поверхность спутника явно выраженной депрессии у пилота не вызывала. Но и приятными навеваемые обстановкой эмоции тоже назвать было затруднительно. Только у него они порождались не из-за, собственно, одиночества - Алексей всегда был довольно замкнутым и самодостаточным человеком, а вследствие вполне рациональной оценки обстановки. Он прекрасно понимал, что, случись с ним крупная неприятность (достаточно маловероятная, на самом деле), помощь скорее всего не успеет прийти. Космос неумолимо жесток к неудачникам. Но это правила игры, которым он добровольно согласился следовать. Наконец, это просто его работа! Поэтому Алексей без труда загнал возникший было мандраж поглубже в подсознание и приступил к делу.

Аварийная буровая установка, вернее то, что от нее осталось, занимала круглую площадку метров десяти в диаметре, притулившуюся у выступавшей из однообразного реголита невысокой базальтовой скалы. Автоматический комплекс, самостоятельно, по наводке от разведывательных ботов, кочевавший по Заливу Радуги и выполнявший пробные бурения в перспективных в смысле нахождения залежей всяких полезных элементов местах, внезапно начал передавать сигналы бедствия. Анализ телеметрии и фотографий с дежурных спутников наводил на мысль о резком проседании породы под установкой. Картина, которую сейчас имел удовольствие созерцать Алексей, вполне соответствовала предварительным выводам. Комплекс, состоявший из четырех состыкованных автономных самоконфигурирующихся ботов и собранной ими буровой вышки, более не представлял собой единое целое. Стрела вышки вместо положенного вертикального положения занимала теперь практически горизонтальное, упершись явно деформированной верхушкой в отвесный участок расположенной рядом скалы. Один из ботов исчез в темном зеве провала полностью, два других беспомощно глядели в иссиня-черное лунное небо нелепо торчащими в пустом пространстве крайними парами мощных решетчатых колес. И лишь самый дальний от скалы луноход гордо попирал реголит в штатном положении. Однако его передние манипуляторы, удерживавшие ранее вышку, уныло поблескивали в ярких лучах солнца острыми краями обломков полированных гидравлических цилиндров. Собственно, именно эту грустный кусочек общей картины и передавали камеры уцелевшего бота на базу.

Более ничего ценного наблюдение сверху принести не могло, и Алексей повел "Оленя" на посадку на намеченную заранее ровную площадку в сотне метров от места аварии. Эту деликатную, но стандартную операцию вполне можно было доверить и автоматике, однако какой пилот откажется выполнить сложную операцию вручную? "Отмазка" имелась и тут - вдруг под ровной и твердой на вид площадкой тоже имеется провал? Автопилот, скорее всего, отреагирует на подобный поворот событий адекватно, но гораздо спокойнее, когда ты контролируешь все лично. Пусть даже это и некоторый самообман...

Довернув по курсу нажатием на правую педаль, он затем придал машине небольшую горизонтальную скорость. Намеченный посадочный участок, услужливо подсвеченный дополненной реальностью навигатора корабля, стал приближаться. Выждав пару секунд, Алексей скомандовал:

- Импульс семьсот на маршевые!

Тонкий корпус челнока отреагировал на усиленную подачу водорода по топливопроводам легкой дрожью. Чувствуя машину "пятой точкой", пилот плавно прибрал мощность основных двигателей как раз в тот момент, когда корабль уже готов был "подпрыгнуть", получив солидную прибавку рабочего тела в камерах. Расход топлива увеличился втрое, зато скорость истечения плазмы из сопел уменьшилась во столько же раз. Это было необходимо, чтобы не повредить дно корабля отраженными от лунной поверхности горячими струями и выбитыми ими же оттуда мелкими камешками и пылью. Хотя сопла шести маршевых двигателей "Оленя" по тем же соображениям отодвинуты далеко от бортов длинными несущими штангами, этой меры было недостаточно. Мощная струя пламени, бьющая в грунт со скоростью в два десятка километров в секунду - страшная сила! Лучше перестраховаться, снизив ненадолго эффективность двигателей и потратив немного лишнего топлива. Особенно при посадке на неподготовленную площадку...

Посадочный участок, отмеченный маркерами веселого салатового оттенка, вносившими некоторое разнообразие в унылый серый пейзаж, начал не только ползти под нижнее стекло кабины, но и увеличиваться в размерах. Алексей снизил тягу еще чуть-чуть, прибавив вертикальной скорости. Маркер расчетной точки касания уперся в ближний угол посадочного квадрата. Когда альтиметр показал высоту в десять метров, пилот плавно добавил тяги, уменьшив скорость снижения. Поступательное движение он не убрал намеренно, собираясь сесть с ходу, "по самолетному", дабы поднятое двигателями облако пыли не успело закрыть обзор из кабины. Такой способ был сложней и слегка опасней, чем традиционная чисто вертикальная посадка, но это только придавало Алексею азарта. Теперь маркер уперся ровно в центр воображаемой посадочной площадки и медленно приближался. Возбужденно дыша в предвкушении своей первой ручной посадки на Луну, пилот чутко отслеживал параметры полета. За мгновение до касания он резко убрал тягу до нуля. Аппарат немедленно "посыпался" вниз, но сразу же упруго ткнулся в грунт всеми своими четырьмя колесами, покатившись вперед. Алексей тут же погасил и горизонтальную составляющую скорости, и машина послушно замерла на месте, упруго покачиваясь на амортизаторах. Он почувствовал, как левая ладонь, судорожно сжимавшая рычаг тяги в полной готовности немедленно двинуть его до упора вперед в случае проваливания грунта, вспотела настолько, что встроенная в перчатку прослойка внутреннего климат-контроля не успевала ее осушать. Однако намерения провалиться в местный Тартар корабль проявлять не спешил. Пилот напряженно выждал еще несколько секунд, пока эксп-система, основываясь на анализе встроенных в шасси датчиков, не положила конец его сомнениям:

- Сейсмоанализ положительный. Грунт соответствует требованиям твердости, внутренние пустоты не обнаружены!

Алексей позволил себе, наконец, облегченно вздохнуть и разжал пальцы, выпустив из рук ненужные более органы управления. Поздравил сам себя:

- Ну, с первым прилунением тебя! - как бы опрокинув воображаемый бокал шампанского, он заблокировал управление и доложил в диспетчерскую:

- Здесь "Олень-7", посадку выполнил. Приступаю к обследованию зоны аварии!

К его удивлению, вместо бесстрастного голоса центральной эксп-системы в наушниках раздался радостный возглас Комарова:

- Хорошо притер, молодец! - перед глазами пилота возникло и тут же исчезло объемное изображение чокающихся рюмок. Руководитель летного отдела явно не чурался слегка нарушить регламент связи. И, разумеется, как с запозданием осознал Алексей, начальник пристально наблюдал за всеми маневрами нового сотрудника в его первом самостоятельном вылете, не предупредив, чтобы не вызвать у того "эффект экзамена". "Студент" оценил деликатность босса и степень его доверия к новичку. Другой попытался бы контролировать любой его чих в первых полетах.

- Спасибо, Михаил! Твои советы очень пригодились!

- Сейчас я тебя еще одному советчику передам! Его советы еще больше пригодятся!

Из наушников донесся знакомый голос:

- Алексей! Здравствуйте! Это Егор Семенович, помните меня?

- Конечно!

- Вот мы и встретились, правда только по радио. Меня попросили консультировать вас с геологической точки зрения. Нацепили вот этот дурацкий шлем, теперь я все вижу как-бы вашими, Алексей, глазами. Приступим к разведке? Интересный случай, провалы поверхности, насколько я знаю, весьма редки в местной практике!

- Отчего же и не приступить? - безлюдная серая пустыня внезапно оказалась весьма даже "населенной" физически удаленными, правда, но внимательно наблюдающими за ним и готовыми в любой момент помочь рекомендацией специалистами, каковой факт не мог не ободрить только что ощущавшего себя единственным "воином в поле" космического путешественника. Контролирующие его действия бездушные эксп-системы не в счет, они не могут заменить живого человеческого общения!

- Опустить пандус! - скомандовал он автоматике корабля.

Алексей открыл в интерфейсе допреальности экранчик, "подвесив" его в сверху, наподобие зеркала заднего вида в старых автомобилях. Вывел на него изображение с кормовых камер "Оленя", успев как раз к тому моменту, когда массивный трапецеидальный пандус мягко коснулся поверхности концевыми демпферами, почти не подняв пыли. Зев открывшегося негерметичного грузового отсека, оказавшийся с теневой стороны корабля, чернел непроглядной темнотой, однако пилот и так знал, что там находится. Протянув руку, он активировал иконку небольшого разведывательного бота, предусмотрительно взятого с собой и дожидавшегося своего часа в "кузове". Спустя пару секунд иконка вспыхнула зеленым, сигнализируя о готовности инструмента. Алексей перевел дополнительный экран в режим вида сверху, растянув к тому же его границы. Снизу создал еще одно окно, выведя на него изображение с передних камер разведчика и убавив прозрачность обоих экранов. Теперь в его поле зрения находились две картинки с камер, сквозь которые едва просвечивали контуры кабины.

На виде "сверху" синтезированном из предварительно построенной трехмерной карте местности, скорректированной данными с сенсоров "Оленя", Алексей небрежными мазками пальцев "прочертил" примерный путь до аварийного участка. Тщательно детализировать его нужды не было, автопилот бота сам обойдет опасные участки. Похожий на оранжевого (для заметности) паучка луноход, юрко семеня на своих восьми длинных лапках, выбрался по пандусу на поверхность и бодро направился к цели, ловко уклоняясь от встречающихся по пути камешков и ямок. Пилоту пришлось даже немного его притормозить, чтобы успевать отслеживать продвижение.

Не очень надежный в условиях вакуума шагающий привод применялся только в таких мелких разведывательных аппаратах, придавая им недоступную для других типов шасси проходимость и маневренность. "Рабочие лошадки" же, наподобие попавших в переделку ботов, продолжали пользоваться проверенными тысячелетиями колесами.

- Не провалится? - забеспокоился видящий все действия Алексея геолог. - Не имея данных о природе обнаруженных пустот под вышкой, я не могу гарантировать, что провал не проходит и гораздо дальше аварийного участка!

- Вот поэтому я послал вперед разведчика, а не поперся сам! Не беспокойтесь, Егор Семенович, он легкий и ловкий! Скорее всего, сможет выбраться даже из провала. По крайней мере, подниматься по отвесным поверхностям он точно способен.

Полностью на удачу Алексей, разумеется, полагаться не намеревался, включив режим анализа колебаний породы под "лапками" бота. Ступал тот мягко, поэтому сейсмодатчики не могли "заглянуть" слишком глубоко, но некоторое представление о творящемся под поверхностью давали. Именно поэтому он и замедлил продвижение разведчика, чтобы успеть среагировать на изменение подповерхностной плотности грунта.

Спустя минуту луноход остановился в метре от первого, непострадавшего бота, преодолев маршрут без приключений. Алексей перешел в полуавтоматический режим управления, переключив его на ввод с пульта "Оленя". Теперь он с помощью корабельных стиков напрямую задавал направление и темп движения бота, но куда именно ставить "ноги" тот, все же, решал сам.

- Ну-с, взглянем! - пробормотал он себе под нос.

Разведчик, повинуясь сигналам, медленно двинулся к провалу вдоль борта уцелевшего бота. По пути Алексей несколько раз останавливался, чтобы осмотреть с близкой дистанции ходовую последнего. Ее состояние, на вид, было вполне удовлетворительное. Значит, при необходимости, бота можно будет передвинуть своим ходом. Заодно, во время остановок, луноход по приказу пилота бил "копытом" грунт впереди себя, скармливая данные сейсмодатчиков эксп-системе.

- Грунт вполне твердый как минимум на три метра вглубь! - озвучил результаты анализа геолог. - Скорее всего, обычный базальт под тонким слоем пыли. Пока ничего не понятно!

- Сейчас доберемся до самого интересного! - пообещал ему Алексей, осторожно двигая бота вперед.

Луноход завис на краю провала. Несмотря на свет прожекторов, рассмотреть его внутренности не удавалось - мешала деформированная сборная ферма, на которой покоилась злополучная вышка. Потратив несколько минут на тщательное изучение доступной картины, Алексей принял решение лезть вниз. Если бы это была просто яма, он бы доверил данную операцию автоматике, но обилие кусков конструкции, заполнявшей почти весь проем, заставляло отдать предпочтение ручному управлению.

- Ну что, лезем? - вопрос был, скорее, риторический, но Вознесенский отреагировал:

- А... как?

- По "перилам"! - усмехнулся Алексей, переводя управление ботом на полностью ручной режим.

Теперь передние манипуляторы разведчика повторяли движения заключенных в скафандровые перчатки рук пилота, которым экзоскелет последнего создавал соответствующую силовую отдачу. Повинуясь движениям его пальцев, робот протянул переднюю "ногу", которая, выдвинув сложенные захваты, трансформировалась в "руку". Подцепившись к сломанным фермам вышки, Алексей проверил их на прочность. Аппарат уверенно повис на остатках сломанной конструкции, и медленно полез вниз по ближайшей из провалившихся балок.

На экране возникли подсвеченные мощными фарами робота практически отвесные, лишь немного сужающиеся книзу стенки провала. Метра через два показался висящий в пустоте обломанный конец балки. Бот застопорился около так неудачно окончившейся "рельсы" и пилот повел в стороны прожекторами, пытаясь понять куда двигаться дальше. Неожиданный блеск в глубине провала заставил его сфокусировать камеру в этом секторе.

- Отвалившаяся деталь платформы на дне ямы или что-то другое? - немедленно отреагировал на находку геолог.

- Непохоже на деталь, - Алексей задумчиво подвигал камеру в пространстве, пытаясь найти оптимальное положение - обломки ферменной конструкции все еще перекрывали обзор. - Придется лезть дальше!

Он направил передние манипуляторы к стенке провала. Выдвинувшиеся миниатюрные буры крепко вцепились в поверхность. Автопилот бота подтвердил - сцепка достаточно надежна. Тогда пилот дал мягко направил аппарат вниз по стенке. Осторожно перебирая "конечностями" и каждый раз тщательно проверяя качество сцепления, бот снова начал продвигаться в направлении дна. Еще через пару метров, когда, судя по показаниям сенсоров, до дна осталось совсем немного, Алексей остановил аппарат и направил камеру ближе к центру ямы, туда, где ранее заметил подозрительный блеск. Первая ассоциация, возникшая у него при виде открывшейся картины - звездное небо. Как будто по дну были рассыпаны мириады переливающихся голубоватым блеском звезд!

- Это лед, - совершенно безэмоциональным, рабочим тоном прокомментировал находку Вознесенский, прежде чем у самого пилота возникло хоть какое-то собственное объяснение наблюдаемому феномену. - Обычный грязный лед, смешанный с породой!

- Уверены?

- Абсолютно! Весьма знакомая картина. Да вы, собственно, лазерным спектрометром его проверьте!

- Точно же! - Алексей по неопытности про установленный на разведчике прибор и позабыл. - Да, показывает наличие воды в спектре, вы совершенно правы! И какое объяснение провалу это дает?

- Ну, вы слишком многого от меня хотите! Я пока не готов дать точный ответ, но со льдом он связан наверняка. Может быть, когда-то сюда упал ледяной метеорит. Образовался кратер, часть превратившегося в пар льда успела испариться, оставшаяся же вода оказалась запертой затвердевшим внешним слоем "мусора" из окрестных пород и пыли. Пар конденсировался, потом замерз, осев на дне, а пустота осталась. А может быть, причины чисто местные. Вполне естественных пещер на Луне-то, как вы знаете, немало. Так что, возможно, это просто обычная лавовая трубка в базальте...

- То есть, вода здесь есть, это мы выяснили. А что теперь с буровой делать?

- С этой - уже вряд ли что-то можно сделать. Тут другая техника нужна, а обломки этой только мешают. Надо бы их убрать!

- Легко сказать! - пробубнил Алексей. - Пожалуй, стоит взглянуть на обстановку собственными глазами. "Минеральная", запрашиваю выход наружу!

- Выход разрешаю! - ответ снова пришел от незримо присутствовавшего босса, а не от эксп-системы. - Только не хулигань там!

- Есть не хулиганить! - по привычке четко отозвался пилот.

Дав автоматике разведбота команду вывести себя назад на поверхность по тому же маршруту, по которому тот попал на дно, он вновь активировал пульт корабля. Посадочная площадка была расположена далековато от провала, не хотелось тратить время на долгую прогулку...

- Ну что, полетали, теперь поездим! - пробормотал Алексей, беря в руки стики ручного управления.

Шасси "Оленя" были оснащены колесами не только ради возможности посадки "по самолетному". Лунный грузовик, часто оказывающийся в ситуации, когда необходимо аккуратно "подрулить" к нестандартному грузу, вполне мог на них ездить. Недолго и только по относительно ровной местности, но сейчас далеко и не надо! Разблокировав тормоза, он перевел управление в "наземный" режим и легко тронул правый стик. Встроенные в колеса электромоторы мягко сдвинули корабль с места и тот, качнувшись на амортизаторах, покатился вперед, потихоньку набирая скорость. Пилот повел его по уже разведанному ботом маршруту, услужливо подсвеченному в допреальности. Так надежнее!

Подруливая по необходимости, Алексей приблизился на подрагивающем при наезде на мелкие камешки "Олене" к месту аварии, остановив корабль метрах в двадцати от края провала.

Проверив еще раз герметичность скафандра, он дал команду на разгерметизацию кабины. Можно было этого не делать, воспользовавшись узким лазом, ведущим к грузовому отсеку и играющим при необходимости роль шлюзовой камеры, но ему хотелось поскорее оказаться на поверхности. Разгерметизация кабины - тоже вполне штатный способ выхода, поэтому он и не колебался. Раздалось шипение насосов и скафандр слегка раздулся. Не очень заметно - большая часть его конструкции была жесткой, а повышенные нагрузки при сгибании суставов полностью компенсировались чуткими приводами экзоскелета.

Беззвучно, как и все, происходящее в вакууме, "выдавилась" наружу дверь отсека, превратившись в спускающуюся почти до поверхности лестницу. Но космонавт ее услугами не воспользовался - что значат какие-то несчастные три метра в условиях смешной лунной гравитации и наличия гиростабилизированного скафандра с амортизирующим экзоскелетом?

- Хулиганишь все-таки? - немедленно донесся голос шефа.

- Даже не почувствовал касания! - почти не соврал Алексей.

"Что там Нейл Армстронг сказал в подобной ситуации?" - подумал он, сделав свой первый шаг по девственной лунной поверхности. "Надо было тоже заранее эпохальную фразу заготовить!"

На самом деле, именно сейчас он мог достаточно полно представить ощущения первого лунного астронавта. Чувство одиночества здесь, посреди лунной пустыни, вне защитной скорлупы корабля, вновь заявило о себе в полный голос. У Армстронга хотя бы сидел напарник в кабине, готовый подстраховать. Сейчас техника, конечно, несравненно надежней, и средств спасения на не такой уж и далекой базе предостаточно, но наличие близкого товарищеского плеча не заменить ничем. Это прописано где-то очень глубоко в инстинктах потомков коллективных охотников...

Его вдруг посетило почти непреодолимое желание бросить все к чертовой матери и снова оказаться на Земле. Без скафандра, под голубым небом, на опушке густого леса... И фиг с ней, с Конвенцией, пусть "кастрируют"! Так ли уж катастрофически это на самом деле повлияет на его личность? Может, Ирина была права, и он просто сам себя убедил в неприемлемости такого шага в силу присущего ему с детства тупого бараньего упрямства? Неужели ему теперь до конца жизни придется созерцать этот унылый серый пейзаж? Сама мысль об этом казалась сейчас совершенно нестерпимой!

Но с другой стороны, ведь он всегда презрительно относился к людям без мечты, существующим исключительно ради самого факта существования. Готов ли он стать таким же, когда, в соответствии с Конвенцией, у него извлекут генетическое шило из задницы? Не будет ли он тогда исступлено биться головой об дерево на той самой опушке, с запоздалым вожделением взирая на недоступно висящую в небе Луну? Нет, нельзя сворачивать с раз выбранного пути!

Волевым усилием покончив с мучительным самокопанием, космонавт стал резво продвигаться к цели, мелкими прыжками. Его скафандр был оборудован гиростабилизатором, исключавшим падение, что нередко случалось с первыми исследователями Луны. Ведь низкая гравитация коварно преобразовывала малейшую неточность и несинхронность толчков при прыжке во вращение, компенсировать которое было нечем. Но нынешнему поколению космонавтов, благодаря специальным техническим ухищрениям, это более не грозит.

Вскоре он достиг первого, исправного бота. Еще раз осмотрел механизмы аппарата, теперь уже собственными глазами. Да, ходовая исправна, почти чистая белая поверхность цилиндрического корпуса тоже, похоже, не повреждена. А вот передним манипуляторам точно хана! Воспользоваться ими для разборки поврежденной конструкции вышки не выйдет.

- "Минеральная", возможно ли дать команду боту отъехать реверсом? - поинтересовался Алексей, убедившись, что обломки не мешают движению.

- Телеметрия от бота штатная. Должен быть на ходу. Попробуем? - тут же отозвался Михаил, как будто ожидал именно этого вопроса. Хотя, вполне может быть, что и ожидал. Решение, что называется, лежит на поверхности.

- Да! Метров на пять.

- Отойди! Буду управлять вручную!

Спустя несколько секунд в унисон дрогнули все восемь колес массивного робота и белая туша стала медленно отползать по своим же старым следам, прекрасно сохранившимся в течение несколько дней с произошедшей аварии. Что им сделается при отсутствии ветра? Край провала опустел, лишь погнутая балка основания буровой, со смешно вцепившимися в нее клешнями оборванных манипуляторов продолжала упираться в него. Алексей осторожно подошел вплотную, легко пнул огрызок балки толстой подошвой скафандровых ботинок. Конструкция даже не покачнулась. Тогда, упершись в грунт ногами, разведчик попытался приподнять ее, задействовав усиление экзоскелета на полную мощность. Результат ничем не отличался от предыдущего.

- Крепко застряла! - констатировал он. - Какова масса буровой?

- Стандартная тонна, - на этот раз ответ пришел от эксп-системы базы.

- То есть здесь всего чуть больше полутора сотен килограмм веса! Мощности экзоскелета должно было хватить с запасом. Действительно застряла! - Алексей тоскливо взглянул на противоположный конец вышки, упершийся в скалу.

- Подцепить уцелевшим ботом и оттащить? - задумчиво сказал далекий от места действия начальник, скорее размышляя вслух. - На боте есть лебедка с длинным тросом. Можно использовать. У него-то тяговый момент на два порядка выше твоего экзоскелета!

- Ничего не выйдет! - ответил Алексей, подойдя к провалу с другой стороны и рассмотрев обломки еще раз. - Конструкция буровой заклинена не только вышкой. Балки основания лопнули и упираются острыми краями в противоположную стенку провала еще в двух местах. Если тянуть ботом сбоку, они только упрутся еще сильнее!

- Тогда придется доставлять спецтехнику, резать конструкцию и вытаскивать частями. Целое дело! Вот не было же забот! - невесело прокомментировал Михаил.

- А если подцепить... сверху? - в голове Алексея промелькнула безумная на первый взгляд мысль.

- "Оленем"? - сразу же "врубился" в идею начальник. - С ума сошел? Это тебе не вертолет!

- И чем именно это не вертолет? - за несколько секунд интенсивного обдумывания идея оформилась окончательно. - Тем, что его штатное использование в качестве "подъемного крана" не предусмотрено? Так для этого у него и имеется пилот, иначе летал бы чисто на автомате!

- Но подъем грузов на внешней подвеске у "Оленя" действительно не предусмотрен! К чему будешь цеплять трос? Учти, подвеска обязательно должна быть с возможностью аварийного отцепления, иначе, если все пойдет не так, грохнешься вместе с грузом!

- Учел! - Алексей улыбнулся во весь рот. Жаль, начальник видеть этого не мог. - Резервный бак с водой!

С минуту Михаил "переваривал" информацию. Затем нерешительно произнес:

- Надо бы симуляцию прогнать!

- Я пока бак отсоединю, а ты как раз и успеешь прогнать!

- Пока разрешения я не дал, так что без самодеятельности! Займись подготовкой, а я посмотрю на тренажере. Конец связи!

Алексей, довольно ухмыльнувшись, подошел обратно к кораблю, любовно погладил блестящую на солнце гладкую термоизоляционную оболочку. Затем уселся прямо на ближайший подходящий валун и переключился в режим управления разведботом. "Отдыхавший" пока разведбот, давно уже самостоятельно выбравшийся из провала, встрепенулся и засеменил к "Оленю".

Суть посетившей пилота идеи заключалась в том, что в конструкции "грузовика", помимо четырех баков с водородом - рабочим телом для двигателей, жестко закрепленных на несущей ферме, имелся еще и небольшой резервный бак, заполненный водой. Вода могла понадобиться для самых разных применений: от выработки путем электролиза кислорода для дыхания и водорода для пополнения запаса основных баков (при перегреве последних иногда приходилось стравливать испаряющийся водород) и до использования в качестве моющей жидкости. А также для снабжения водой автономных установок, разбросанных по Луне. Так как запас воды служил исключительно вспомогательным целям, то емкость бака была невелика - всего одна стандартная тонна. И, самое главное, подвешивался он к разъемному соединению, для простоты замены или отстрела в аварийной ситуации.

Подчиняясь командам Алексея, разведбот, "пригнувшись", юркнул в промежуток между опущенной рампой и левым водородным баком, остановившись точно под небольшим шариком водяного. Передние манипуляторы нежно обхватили дно последнего, как любящий отец ласково подставляет заботливые ладони ребенку, готовящемуся впервые спрыгнуть со страшно высокого полуметрового дивана. Пилот дал мнемокоманду эксп-системе корабля освободить захват. Шарик бака мягко качнулся, разведбот, принужденный выполнять нейсвойственную ему задачу грузчика, немного присел на передних ногах под тяжестью груза. Алексей аккуратно вывел его из-под днища корабля и отвел на безопасное расстояние.

Теперь предстояло подцепить лебедку с тросом. Космонавт поднялся со своего импровизированного стула и "поскакал" к исправному буровому боту, отогнанному подальше от провала. Запросил у базы доступ к управлению его эксп-системой, ухватился покрепче за торчащий спереди закругленный тяговый модуль с утопленным внутри слоев белых термозащиты барабаном и дал команду на отсоединение. "Тяжелый, зараза!" - ругнулся Алексей, удержав модуль только за счет того, что экзоскелет скафандра автоматически "врубил" силовую отдачу на максимум. "Надо было бота использовать!" - запоздало сообразил пилот, недооценивший вес блока. Еще было не поздно позвать разведчика, занятого бесполезным удерживанием бака с водой на помощь, но, еще раз примерившись к лежащему в прочных объятиях усиленных экзоскелетом рук модулю, он решил не терять времени и дотащить его самостоятельно. Благо, до цели было совсем недалеко. Только вот от прыжков, пожалуй лучше воздержаться, гиростабилизатор скафандра не рассчитан на компенсацию настолько большого момента. Не хотелось бы плюхнуться стеклом шлема в реголит на полпути к кораблю!

Осторожность победила, и Алексей добрался до корабля без приключений, хоть и не быстро. Теперь уже сам поднырнул под днище, вставил модуль с стандартный разъем держателя, получил подтверждение от "Оленя", что соединение установлено. Дал команду на медленный выпуск троса и, подхватив его свободный конец за свисающий карабин, вылез из-под корабля и направился к провалу. Достигнув его края, остановился в нерешительности. Трос был один, а подцепить деформированную платформу надо было равномерно, вокруг центра тяжести. Нетривиальная задача! Лезть самому в провал было бы весьма неосмотрительно, поэтому он вызвал многострадального разведбота на помощь. Но как именно подвязать трос к торчащим во все стороны обломанным фермам? Пожалуй, тут не обойтись без совета...

- "Минеральная", здесь "Олень-7". Нужна консультация.

- Что у тебя? - раздался после небольшой паузы недовольный голос Михаила. - Я еще не закончил отрабатывать варианты на тренажере!

- Бак отцепил, лебедку подвесил. А вот как обмотать трос вокруг фермы, не соображу! - доложил пилот.

- Отдохни пару минут. Сейчас закончу, сброшу тебе схемку!

Алексей, вздохнув, бросил карабин, мягко опустившийся на поверхность, и присел на край провала, свесив в него ноги. Это было не очень разумный в смысле осторожности поступок, но он почти не рисковал - разведбот, как верная собачка, стоял рядом и в случае соскальзывания можно было ухватиться за его "лапу". Солнце стояло уже совсем низко, едва возвышаясь над далекой западной оконечностью Залива Радуги. Еще пару часов и наступит полная тьма, лишь немного рассеиваемая голубой "фарой" Земли, безотрывно висевшей над головой на этой половине спутника. Пилота это не пугало - сенсоры позволят видеть так же четко, как и днем, хотя при естественном освещении работать, конечно же, приятнее...

- "Олень-7" - прервал его рассуждения начальник. - Лови схему крепления троса!

Допреальность наложила на торчащую перед носом Алексея реальную платформу светящуюся нить, проходившую под тремя основными фермами и обхватывающую каждую из них несколькими витками. Он легко (с помощью экзоскелета) поднялся на ноги и вложил карабин с волочащимся за ним тросом в "клешню" одного из манипуляторов разведбота. Затем переслал в "мозги" последнего полученную от Михаила схемку. Тот ухватил трос и, как казалось со стороны, неохотно поплелся к началу указанного пути. Алексей же, пока робот, как тому и полагается, работает, решил уточнить с начальником следующие действия:

- Михаил? Как симуляция?

- Вроде все получается. Ниже двадцати метров не опускайся и не дергай резко. Тогда динамика нормальная, даже если конструкция немного упрется. Главное - постоянно ориентироваться на показания сенсоров лебедки! И на величину усилия, и на его направление...

- Понял!

- Знаешь что? Давай я на дистанционке это проделаю, а ты пока посидишь в сторонке, понаблюдаешь? - неожиданно просящим тоном предложил шеф. - Я уже на тренажере полетал, мне легче, а тебе - безопасней.

- Нет, Михаил, не пойдет! - Алексей прекрасно знал, что по инструкции последнее слово всегда за пилотом, отсюда и отсутствие категоричности со стороны начальника. - Дистанционно ты аппарат не чувствуешь, как ни крути. Показаний приборов недостаточно!

- Ну.., как знаешь! Только осторожно там! - видимо, шеф и не рассчитывал на положительный ответ.

Алексей, дождавшись, когда бот вылезет из ямы, уже без карабина, замкнутого в конечной точке, визуально проверил правильность подвески и, развернувшись, побрел к кораблю вдоль пока спокойно лежавшей на реголите нитке троса. Та была настолько тонкой, что казалось, порвется при малейшем натяжении, но он знал, что это не так. Трос, выполненный из углеродных нанотрубок, мог выдержать нагрузку в сотни тонн...

В кабину он, для разнообразия, влез по лестнице, закрыл люк. Плюхнулся в автоматически подстроившийся ложемент, включил ручное управление. Привычные упругие стики в ладонях тут же вернули ему полную уверенность в своих силах, несколько утерянную по дороге до кабины. Он знал, что нужно делать, и знал, что способен.

Легко поднял аппарат вертикально, одновременно сдвигаясь вперед, чтобы не натянуть трос раньше времени. Завис в двух десятках метров над провалом. По показаниям датчиком лебедки, постоянно висевших перед глазами в допреальности, осталось выбрать три метра "слабины". Пилот дал еле заметную прибавку вертикальной тяги. Через несколько секунд он почувствовал мягкий толчок, означавший, что трос натянулся до предела. Показания силы натяжения резко скакнули почти от нуля до пяти процентов от максимально допустимой. Впрочем, если не "рвать", до максимальной он и не дотянет, тяги "Оленя" не хватит. Натяжение даже выше двадцати повышать нельзя, иначе, по расчетам Михаила, подскочившая вышка поднимется настолько высоко, что пропорет дно корабля. Алексей плавно прибавил еще тяги. Восемь процентов. Десять! Еще столько же, и придется сбрасывать лебедку и возвращаться на базу ни с чем. Двенадцать! Он тронул рычаг тяги еще чуть-чуть и тут же ощутил, как корабль "подпрыгивает", как будто спущенный с поводка кобель при виде сучки. Показатель нагрузки прыгнул к нулю, но это ни о чем не говорило. Или конструкция высвободилась, или трос оборвался! Проверять визуально совершенно не было времени - "вспорхнувшая" конструкция может догнать корабль. По расчетам Михаила - не должна была, но Алексей предпочитал перестраховаться. Не теряя ни мгновения, он дал еще тяги, чтобы побыстрее "сбежать" в высоту, и лишь после этого взглянул вниз. Конструкция послушно болталась на расслабленном тросе, постепенно отставая. "Ф-фух!" - он мысленно вытер трудовой пот и прибрал тягу, чтобы уравнять скорости с грузом. Стабилизировавшись, осторожными импульсами увел "Оленя" от провала, выбрал место и отцепил лебедку. Вышка с болтающимся над ней тросом картинно грохнулась на грунт, подняв облако пыли.

- Ну, молодец! - довольно сдержанно похвалил его начальник, немного злой, видимо, что Алексей не дал "порулить" ему. - Теперь забери выжившего бота для ремонта, и на базу!

- Как на базу? - недоуменно переспросил тот. - А разгребать остальное?

- Солнце заходит через несколько часов. Не успеешь до темноты, а с ней сложнее. Да и, главное, нечем. Завтра привезешь сюда нового бота с исправными манипуляторами, и мы дистанционно вытащим остальных. Они на колесах, это будет легче - подцепил трос и тяни! Главное ты сделал - крышку с кастрюли снял.

Несколько разочарованный Алексей умело прилунился в десятке метров от бота, открыл пандус, и луноход с искалеченными "руками" сам въехал в кузов. Убедившись, что груз закреплен, он дал автопилоту распоряжение выполнить баллистический прыжок к базе...

Приняв душ в собственной каюте в Грависити, Алексей лениво растянулся на койке. Хотя, разумеется, называть этим словом "ложемент спальный с автоматической вертебральной адаптацией", как данный предмет мебели числился в инвентарной описи каюты, было не совсем верно. Зато привычно для человека, прожившего большую часть жизни в казармах и офицерских общагах. Дорогущий ложемент (компания на комфорте работников внешней базы не экономила) был чертовски удобен и вставать с него решительно не хотелось. Взгляд пилота упал на вирткомплекс, установленный в дальнем углу немаленькой каюты. Пошариться по Вирту? Лень... Разве что...

Мысль о том, что Ирина, возможно, уже вернулась из "командировки", заставила его прервать заслуженный отдых и подняться. Алексей проверил профиль девушки в Вирте, но тот был неактивен. Тогда он попытался связаться через ее личный коммуникатор, и тоже безуспешно.

- Уж загуляла, так загуляла! - расстроенно бросил он в пространство, вышел из каюты и направился к спиролифту. В спортивном зале с низкой гравитацией по вечерам (по внутрибазовому времени, разумеется, на самой Луне вечер наступал раз в месяц) обычно проходили динамические игры типа той, что он наблюдал в первый день своего пребывания здесь. С той самой понравившейся ему фигуристой девушкой он уже познакомился, правда, шапочно. Пришла пора углубить знакомство!