# Рабыни Осколка

Михаил Юрьевич Сенин

***********************************************************************************************

Рабыни Осколка

https://ficbook.net/readfic/4374240


Описание:

Планета Осколок Милкера, она же Осколок, она же Милкер названа в честь её первооткрывателя, Джона Милкера, который на ней и разбился. Населена многими видами разумных существ, что вызвало упрощение законов и общественной морали, так что жизнь сводится к принципу "живи и не мешай жить другим". Уголовный кодекс сводится к формуле "Возмести убыток или стань рабом".


Публикация на других ресурсах: Уточнять у автора/переводчика


Примечания автора:

Все имена и названия выдуманы. Совпадения с реальными именами или названиями, а так же именами и названиями из других произведений абсолютно случайны.


========== Часть первая ==========


Предыстория.

Планета Осколок Милкера, она же Осколок, она же Милкер названа в честь её первооткрывателя, Джона Милкера, который на ней и разбился. Несмотря на то, что он так и не подал на неё заявку, планету назвали его именем и отдали Корпорации под заводы и рудники. Но вскоре выяснилось, что Осколок Милкера является уникальной планетой, пригодной для жизни практически всех разумных видов, обитающих в галактике. На ней отлично уживались люди, метано-дышашие клии, змеефеечки с Делоса и другие невероятные существа. Разумеется, это вызвало войнушку, которая необычно быстро закончилась, потому что воюющие стороны не смогли сами себе ответить на вопрос: "А зачем?". С тех пор Осколок живёт сам по себе, как самостоятельный конгломерат самых необычных существ, а Корпорация платит ему за аренду заводов и рудников. Разнообразие менталитетов вызвало упрощение законов и общественной морали, так что жизнь сводится к принципу "живи и не мешай жить другим". А основной закон звучит так: "возмести ущерб или стань рабом". Степень рабства зависит от тяжести преступления. Например, убийца попадает на рудники, а мелкий казнокрад на общественные работы. Справедливо это или нет... Да какая кому разница?


Глава первая

Я подошёл к стеклянной двери магазина "Цыпочки поштучно" и повелительно провёл перед ней рукой. Она тут же открылась, издав мелодичный перезвон. Собственно говоря, махать рукой не нужно, но Пельмень Димсон настроил фотоэлементы так, что они не реагировали на людей моего, мягко говоря, нижесреднего роста. Это не со зла, просто ему лень заниматься такой ерундой. Сам он гордо восседал за стойкой, уставясь в старомодный плоский экран компьютера.

Я постучал по краю стола набалдашником трости.

- Привет Дим. Разглядываешь девочек по стелларнету, старый развратник?

Он поднял глаза, удивлённо обвёл ими зал, не видя посетителей.

- Если ты дух нечистый, рассыпься по воле божьей, а если ангел невидимый, осени сей дом благодатью! - возвестил он.

- Ладно уже шутки шутить, - ответил я. - Щас вот осеню тебя... благодатной тростью.

- Лучше уж денежным дождём, - сказал он, опустив взгляд. - Привет, Сёмыч.

- Насчёт дождя сам знаешь, за мной не заржавеет. Есть новый товар? Я вчера сбагрил одну девчонку. Помнишь, ту, с Гривы Кентавра?

- А, рыженькая. Да, ничего была. Много выручил?

- Какое там, - я делано вздохнул и вспрыгнув на стул, положил трость поперёк коленей. - Еле расходы покрыл, особенно на лечение. Вздуть бы тебя, за некондицию.

Димсон расхохотался и вылез из-за стола. Теперь он возвышался надо мной, как гора.

- Вот ведь, сто лет шутке, а смешно. Слушай, давай вправду, как-нибудь смахнёмся? Ей богу, весь город сбежится смотреть. А если ещё с букмекерами договориться насчёт ставок, ммм!

Я задумался. Предложение и впрямь было интересным, а идея со ставками сулила чистую прибыль и не малую. Вот только как на это посмотрит полиция?

- Не пойдёт, - ответил я. - Сам знаешь, я законы не нарушаю. А игорный бизнес - не моё. Лучше покажи, что у тебя нового.

Дим взглянул на меня повнимательней.

- Сёмыч, ты, похоже, опять наелся своих таблеток?

- Верно. Сам знаешь, при моей работе эмоции не нужны.

- То-то я смотрю, скучный какой-то. Ладно, пошли смотреть. Про деньги не спрашиваю, знаю, что всё в порядке.

Он встал, вытащил из кармана халата большой ключ и открыл огромную дубовую дверь в конце зала. И что люди находят в этой старомодности? Все же знают, что этот ключ на самом деле электронный анализатор отпечатков пальцев, настроенный на лапы Димсона, а древесина и золотая отделка всего лишь цветной пластик. Нет, не понимаю.

Пройдя за Димсоном, я оказался в задней комнате, стены которой были разделены на ячейки, по десять каждая. В каждой ячейке стояли мягкий пуфик, кровать, небольшой шкаф, сзади имелась дверь в санузел. На стене экран, простенький, набор кристаллов, с фильмами. Две ячейки были свободны, в остальных сидели девушки, одни одетые, другие совсем голые, все с рабским ошейником. С виду хорошие.

- Что-нибудь определённое хочешь? Под заказ? Или так просто? - спросил Димсон.

- Так просто, - ответил я, кивнув. - Новых заказов пока нет, так что возьму на перспективу. Из тех, кого чаще всего ищут. Девственницы есть?

Димсон замялся.

- Видишь ли, Сёмыч. Одна есть, но...

- Подвох, - кивнул я.

- Нет, уже Невилл перекупил. Подсуетился, гад. Сёмыч, ты ж меня знаешь, я б уж лучше тебе отдал, чем ему.

- Перекупил, так перекупил. Морока одна с ними, а если подпортится, так и вовсе, считай, прибыль потерял. Давай-ка посмотрим, что есть.

Как всегда, ничего особенного. Весь товар поставляется полицией, или коллекторскими конторами, за долги. Бывает, что родители дочку продадут, но и то, как правило, ничего особенного. Хотя нет, вроде бы интересный экземпляр.

- Вот об этой что сказать можешь?

- Эта? Предоставлена полицией, по решению суда. Небуйная, но слегка... Да ты слышал, устроила танец в честь Солнца, в храме Лунной Богини аборигенов. Как только они её не убили, не знаю.

- То-то я смотрю, лицо знакомое. Нет, не возьму. Такую учить - только портить.

- Как знаешь, я особо и не рассчитывал. А эта тебе как?

Эта, кошко-девушка, с острыми ушками и пушистым хвостом, встала со стула и гордо выпрямилась, глядя на меня как с третьего этажа. В глазах светилось презрение.

- Мне кажется, глуповата, - ответил я. - Но внешние данные хороши.

Тут я слегка преуменьшил. Данные были не просто хороши, а очень хороши, но кто будет хвалить товар при продавце?

- Скажешь, тоже, хороши, - хмыкнул Димсон. - Знал бы ты, как я о ней заботился, считай, специально для тебя берёг. И опытная, хоть и не шлюха. Все дырки разработаны, но в меру. Чистая, никаких болячек. Хочешь посмотреть?

- Так верю, - ответил я. - Как звать?

- Маро. - Сказал Димсон. - Хочешь испытать?

- Маро, подойди ко мне, - сказал я. - И ублажи меня поцелуем.

Красавица презрительно на меня взглянула, подошла поближе... И тут я ощутил некоторый очень острый запах. А затем увидел его источник: на штанах Маро появилось весьма красноречивое мокрое пятно и оно разрасталось. А на мордочке появилось торжествующее выражение.

- Да чтоб ты сдохла! - Воскликнул Димсон, зажимая нос. - Кто её теперь купит? Считай, вся прибыль кошке под хвост.

- Причём в буквальном смысле, - сказал я невозмутимо. - Похоже, Маро не хочет, быть проданной мне. Верно, Маро?

Кошко-девушка кивнула, оскалив зубки. Я всё равно собирался их рассмотреть, но всё и так было ясно. Оглядев её фигурку, я принял решение.

- Слушай, Димсон, за сколько ты её продашь?

- Да её теперь только даром возьмут! Ещё и помещение проветривать! Позор всему заведению. Мыть, проветривать!

- Договорились, - сказал я. - Беру даром. Просто чтоб тебя выручить.

- Чего? Сёмыч, ты в своём уме? Даром, рабыню! Ты ж потом её за такие деньги продашь!

- Или не продам. С таким характером она себе башку разобьёт, мне назло. Димсон, я же не меньше тебя рискую.

- А, забирай, чёрт с тобой. - Димсон махнул рукой, вытащил из ящичка, размещённого в перегородке, пачку документов и инфокристалл. - Всё, что по ней есть.

- И средства гигиены. Ты их к каждой рабыне прилагаешь, - сказал я, положив бумаги в сумку.

- Тысячу кредов. - Сказал Димсон.

- Ты их прилагаешь бесплатно, - сказал я. - В подарок.

- Чтоб тебя, забирай свою... рабыню, - сказал Димсон, открывая перегородку. Маро смотрела на меня широко открытыми от удивления глазами. Я протянул ей поводок, конец которого, согласно закону, был намотан на правую руку.

- Пристегни это к ошейнику, - сказал я. Она нерешительно взяла поводок, поднесла к шее и опустила.

- Я не хочу этого делать, - сказала она, тихо. В ответ я продемонстрировал ей символ своей профессии, пристёгнутый к левой руке.

- Это нейро-плеть. Если я тебя ею просто коснусь, ты будешь парализована на полчаса. Тебя ко мне принесут, это гораздо унизительней. А когда ты придёшь в себя, будешь наказана. Ты меня поняла?

- Да. - Прошептала она.

- Громче.

- Да, - она почти выкрикнула.

- Да, господин. И не надо так кричать.

- Да, господин, - сказала она. И пристегнула поводок к ошейнику.

- Умница, - сказал я. - Начиная с этого момента ты принадлежишь мне. Всё, что есть у тебя, принадлежит мне. Будешь хорошо учиться и работать, я тебя награжу. Нет - будешь наказана. Когда я сочту, что ты достаточно выучена, я тебя продам. А это, - я показал на её штаны, - отстираешь, когда приедем на место. Какое-то время тебе придётся походить голой, пока не купим одежду на смену. Это будет твоё первое задание. Ты меня поняла?

- Поняла... Господин.


Во дворе нас ждала мой шофёр, Лира. Она из тех немногих рабынь, которых я оставляю себе. Водит она великолепно, машина у неё всегда исправна и вычищена, да и посмотреть на неё приятно.

- Недостойная рабыня просит разрешения поздравить господина с удачной покупкой, - сказала она, поклонившись. - Надеюсь... Чем это пахнет?

- Новая рабыня выказала протест, - ответил я. - У тебя есть какая-нибудь клеёнка?

- Есть новые чехлы на сиденья, господин. - Ответила она.

- Вот и постели их.

- Но, господин, они же новые...

- Предпочитаешь менять сиденья?

- Недостойная рабыня просит прощения, господин, - сказала она и достала из багажника новые чехлы. Я посмотрел на Маро. Чёрт с ними, с чехлами. Вычистить и продать. Дождавшись, пока Лира уложит их на заднее сиденье, я сказал:

- Маро, слушай меня внимательно. Сейчас мы поедем домой. Ты хорошо переносишь поездки и полёты? Тебя не укачивает?

- Нет, - сказала она.

- Не расслышал.

- Нет, господин.

- Молодец. Но если что, в кармане спинки есть пластиковые пакеты. Если вдруг затошнит, воспользуйся ими. Испачкаешь салон - будешь наказана. Серьёзно наказана. Что надо сказать?

- Да, господин.

Я кивнул и указал на открытую дверь. Маро уселась на сиденье, прямо, не разваливаясь. Хороший знак.

- И не забудь пристегнуться, - сказал я.

- Да, господин, - сказала она, пристёгиваясь.

- Молодец, - сказал я, захлопнув дверь и садясь рядом с Лирой.

- Господин желает поехать домой?

- Да, и лучше по воздуху. Чтоб быстрее.

Лира улыбнулась. Летать она любила, как никто. И я тоже.

Машина поднялась, развернулась вдоль воздушной трассы, и тут кончилось действие моих таблеток. Мне стало так хорошо, как никогда. Я улыбнулся.

- Лира, пожалуйста, не торопись, - тихо попросил я.

- Что случилось, господин? Вам плохо? - испуганно спросила она.

- Наоборот, хорошо. Просто кончилось действие таблеток.

Лира посмотрела на меня и её лицо озарила счастливая улыбка.

- Я так рада за господина! Скажите, как это... что это...

- Лира, это как... Представь, что быстро кончилась ночь и настал день. Нет, даже не так. Как будто кто-то выключил дождь и включил солнечный день. Всё красиво и разноцветно. Это... Наверное, это похоже на счастье. Лира, давай-ка в субботу слетаем на озёра.

- Ой... - сказала Лира, покраснев. - Господин, вы балуете рабыню. Я буду счастлива, но хотела заняться в субботу машиной.

- Завтра займёшься, - ответил я. - А в субботу летим на озёра.

- Спасибо, господин. - Сказала Лира. - Я буду счастлива... Нет, я уже счастлива.

Тем временем мы прилетели к дому. Лира виртуозно посадила машину во внутреннем дворе. Я вздохнул и съел новую порцию таблеток. Мир снова стал серым.

- Машину в гараж. И занимайся ей как следует, Лира. В субботу чтоб была в порядке.

- Да, господин, - сказала Лира, грустно улыбнувшись. На её глазах блеснули слезинки.


К машине подошли Мидори и Денвер. Мидори - моя помощница, свободная гражданка. Денвер - раб-сексинструктор. У меня нет ни сил, ни времени заниматься обучением девочек самому, поэтому пришлось купить пару подходящих парней.

- С покупкой, Сёмыч! - Сказала Мидори, увидев Маро. - Хорошенькая. А что за вонь?

- Это она тебе сама объяснит, - ответил я. Незачем лишний раз унижать девочку. - Отведи её в ванную, отмой хорошенько. Одежду пусть отстирает.

- А во что её пока одеть?

- Да пусть голая походит. Денвер, помоги Лире с машиной. И не смей к ней приставать. Просто помоги, понял? Затем... Мидори, что с Ю?

- Ю пока болеет. Сёмыч, полежать бы ей денёк, а?

- Пусть лежит. Да, Мидори, не помнишь, у нас есть сегодня время в Коте?

- Есть пара часов. А что, хочешь кого-то отправить?

- Да. Денвер, два часа стриптизишь в клубе "Кот в сапогах". Костюм у тебя есть, а время узнаешь у Мидори.

- Да, господин. - Кивнул он. - А потом?

- Отдыхаешь. Вопросы есть?

Мидори посмотрела на Маро.

- Слушай, Сёмыч. А не рано ей голой ходить? Всё-таки для новенькой трудное упражнение.

- Она же катеанка. У них это в порядке вещей. Хотя... Маро, у тебя уже были брачные периоды?

Маро посмотрела на меня с некоторой гордостью.

- Два, господин. Но первый мне купировали, потому что не было партнёра.

- Хм... А Димсон говорил... Хотя не важно. Между периодами у тебя были занятия сексом? Вроде бы это для вас нормально.

- Нет, господин.

- Понятно. Ладно, Мидори. Как вымоешь её, разберись с одеждой, найди ей что-нибудь. Я буду в кабинете.


Уединившись, я открыл документы Маро. Тааак... Студентка, два брачных периода, первый купирован, это она говорила. Способности к музыке и танцам, это хорошо. Любит работать с компьютерами и обожает взломы разнообразных паролей, сетей, баз данных. Это уже плохо, такая специализация никому не нужна. Арестована за взлом сети местного банка, перевела деньги на левый счёт, вернуть не смогла. Странно. Неужели всю выручку истратила? Нет, сумма велика. Что-то не так. Я почесал в затылке. Непохожа эта девочка на закоренелую преступницу. Перелистал описания её подвигов. Взлом платных порносайтов по просьбе друзей, господи, да это все делают. Нелегальное скачивание платного контента. Это же всё мелочь, тем более, прямых улик нет. Скорее всего, полиция опросила друзей и порылась на компе, уже после взлома сети. Ладно, об этом мы ещё поговорим. Медицинский паспорт... Ну хоть тут всё хорошо и понятно.

По старой привычке я запрыгнул на стол и стал по нему ходить. Определённо, Маро очень удачное приобретение, но чему её учить? Взлому сетей с танцевальным уклоном? А вдруг я ошибаюсь, вдруг не в этом её призвание? Когда-то я неправильно определил специализацию одной рабыни, а она боялась об этом сказать. Кончилось очень плохо. Психанув, девочка сбежала. За побег на Осколке полагается милосердная смерть. Всё, что мне досталось от несчастной на память - перчатки, сшитые из её кожи. Я их ношу за поясом, чтобы не совершить такую же ошибку ещё раз.


В дверь постучали. Я спрыгнул со стола на стул, и крикнул: "войдите!". Вошли Маро и Мидори.

- Э... Маро, тебе не холодно? - спросил я. Более глупого вопроса нельзя было придумать. Мидори усмехнулась.

- Нормальный костюм, вполне приемлем для катианки в любом обществе. Что-то не так?

- Нет, мне даже нравится. Очень милая система цепочек, золотых треугольничков, стразиков, проволочек. Маро, покрутись передо мной.

- Да хозяин.

Маро повернулась несколько раз. Действительно, мило.

- Хм, неплохо. А изобрази мне фуэтэ. Ты же умеешь танцевать?

Маро снисходительно улыбнулась, встала в позицию и быстренько исполнила классическое фуэтэ на высоких полупальцах. Действительно, смотрелось бесподобно.

- Отлично, - сказал я. - Будешь обучаться танцам, музыке и пению. Это для тебя будет основное, на первое время. А сейчас мы отправимся покупать тебе одежду. Мидори, пожалуйста, найди Гунн и скажи, пусть ждёт нас у входа.

- Хорошо, Сёмыч, - сказала Мидори и вышла, поклонившись.

- А теперь, Маро, объясни мне вот что. Как случилось, что ты вообще попала в рабыни? Я посмотрел твои бумаги, и ничего не понял. Взлом порносайтов, скачивание фильмов, на это закон смотрит сурово, но сквозь пальцы. А зачем тебе понадобилось взламывать сеть банка?

- Господин, - сказала Маро. Видно было, что это слово даётся ей с трудом. - Это была не моя идея. Мне предложили работу, не совсем честную, но за большие деньги. Дали всё, что нужно. Я согласилась, всё сделала, как надо, замела следы. Но потом...

Она запнулась, и на её глазах появились слёзы. Я вздохнул и протянул ей платок.

- Тебе не заплатили, я угадал? И сдали полиции. А доказать ты ничего не смогла, верно?

- Откуда вы знаете?

- Нет предела подлости человеческой. Девочка, ты вляпалась в большое море дерьма и это неправильно. Я хочу тебе помочь, но нечем. Теоретически, я могу выписать тебе вольную, прямо сейчас, тем более, ты досталась мне бесплатно.

Глаза её на мгновение вспыхнули надеждой.

- Но, подумай сама. Сёмыч Воссилов находит рабыню, виновную в серьёзном преступлении и тут же отпускает её на волю. Какой вывод отсюда сделает общественность?

- Что вы тоже тут замешаны.

- Верно. Кстати, ты подозрительно легко отделалась. За кражу такой суммы можно было и на рудники угодить. Кто тебя судил?

- Судья... забыла. Ниморк, кажется.

Это всё объясняет. Готов поклясться, он появился в магазине Димсона максимум через пять минут после меня. Это редкая сволочь, вполне способная отправить девчонку в рабство, чтобы купить её же.

- Понятно. Сделаем так. Остаёшься у меня. Обучаешься музыке, танцам, пению, сексу и... Видимо, грамотной работе с сетями. Да, скорее всего так. Если вместо этого предпочтёшь обучение чему-то другому - говори мне сразу. Потом я тебя продам, но хозяина поищу хорошего. Я своих рабынь не продаю абы кому. Согласись, это хоть и паршиво, но лучше, чем дробить киркой урановую руду.

- Ну... да.

- Ты забыла добавить "господин".

- Да, господин.

- Умница. А теперь быстренько подпиши эти бумаги и пойдём в магазин.


Мы спустились в холл. Гунн уже ждала нас, нетерпеливо перебирая копытами. Одета она была, как всегда, в пару висящих за спиной катан и маленькое седло, под мой размер. Правда, подковы кокетливо украсила розовыми стразиками, а в хвост вплела несколько цветных лент.

- Привет Сёмыч. Новенькую девочку прикупил, гнусный работорговец?

- Привет, Гунн. Извини, не взял лесенку, поцеловать тебя. Познакомься, это Маро, мы идём покупать ей одежду. Маро, это Гунн, мой главный телохранитель. Она свободная гражданка, поэтому ты обязана обращаться к ней соответственно.

- Не слушай его, девочка. Мой народ не признаёт рабства. Для меня ты такой же человек, как Сёмыч или Мидори. Сёмыч, если б ты не спас мне жизнь тогда, стала бы я подписывать с тобой контракт!

- Подумаешь, кнопочку нажал. Если б ты меня не спасла, я бы даже не предложил его тебе.

- Ну да, кнопочка-то под спусковой скобой восьмизарядника находилась. - Усмехнулась Гунн. - А мне в ночи проскакать с тобой на спине пяток километров - пара пустяков. Ладно, пошли что ли. В какой магазин отправляемся?

- В Мак-Милавицу за бельём, для начала. Потом в Натали, за верхней одеждой, потом в Золотую Голову, тоже прикупить шапочек. Недалеко, пару кварталов.

- А тащить, как всегда, Гунн. Ладно, хоть в выходные прогуляемся по степи?

- Да что там тащить-то, не прибедняйся. Воскресенье тебя устроит?

- Спрашиваешь!


Вышли на улицу. Я предпочёл идти пешком, ведя Маро на поводке. Гунн зорко смотрела по сторонам, я просто думал о своём. Прошли два квартала, и тут Маро тихо сказала:

- Этот запах, он где-то здесь.

Не успел я сделать ей замечание, за разговор без разрешения, как что-то, мне показалось взрыв, отбросило нас в сторону. Затем раздался частый топот и чей-то крик, будто от боли. Я мгновенно поднялся, велев Маро лежать, выхватил нейро-плеть, готовясь оборонятся. Но, оказалось, незачем. Крик исходил от какого-то парня, которого Гунн хитрым образом держала на весу. Только кентавры могут так держать противника, зажав в кулаке его руку с пистолетом.

- Гунн, что случилось?

- Стреляли. Жду команды.

- Домой, и быстро. Маро, вставай, покупка отменяется.

- Есть! - ответила Гунн.

В следующее мгновение свободной рукой она зашвырнула меня в седло, затем Маро поперёк спины. Проскакали бешенным галопом прямо к дому, изредка перескакивая неосторожно припаркованные машины. Парень, висящий в руке Гунн, орал от боли и страха. В холл влетели, почти не останавливаясь, только Гунн пригнулась, не задеть притолоку, а мне и того не надо. Слезли.

- Гунн, поговори с нашим другом. Только вежливо, без синяков. И не оставь отпечатки пальцев на пистолете.

- Будет сделано, - ответила Гунн, нехорошо улыбаясь.

- Я думаю, ты понимаешь, что "без синяков" означает так же и не калечить. - Сказал я.

- Разумеется, Сёмыч! За кого ты меня принимаешь? Я буду вежлива, как...

- Как белый и пушистый котёнок, - подсказал я. - Кстати, ты заметила, в кого он стрелял?

- Да, в Маро. - сказала она хмуро.

- Понятно. Идём, Маро, тут без нас разберутся. Я покажу тебе твою комнату.

Маро пошла за мной, в крыло, где обитали рабыни.

- Вот твоя комната. Сегодня ты отдыхаешь, а завтра... посмотрим. Одежду тебе я сейчас закажу по стелларнету, принесут до вечера. Что касается досуга, телевизор тут есть, кристаллы имеются. Планшет на столе. Если что-то не работает, скажешь Мидори. Не знаю, может быть дать тебе музыкальный инструмент? Говори.

- Хорошо бы пианино, - сказала она. - Такое, маленькое. Очень хочется играть.

- Понимаю. Кажется, у нас есть одно. Надо будет попробовать тебя в дуэте с Ю, когда она выздоровеет. Так, что ещё? Обед скоро будет. Да, перед тем, как в нас выстрелили, ты сказала: "Он здесь". Кто он?

- Я только узнала запах. Там был человек, просивший меня взломать сеть банка. Но я его не видела, только запах.

- Скверно. А стрелок, которого поймала Гунн?

- Раньше не видела. И запах незнакомый, - сказала она.

- Не нравится это мне. Похоже, на тебя объявили охоту. Какое-то время тебе нельзя будет выходить на улицу. Отдыхай, я пойду вызову полицию.


Поговорив с Мидори насчёт пианино для Маро, я направился к Гунн. У неё всё было в порядке, стрелок хмуро сидел в углу холла на корточках, баюкая руку, пистолет валялся в дальнем углу.

- Ну как, - спросил я боевую подругу, - сказал ли он что-нибудь?

Гунн пожала плечами.

- Сказал, что его зовут Митрох Калах. Стрелял в Маро в целях борьбы с рабством. В знак протеста.

Я хмыкнул и повернулся к парню.

- Сколь отрадно видеть юношу, обременённого столь чистыми мыслями, как борьба за свободу рабынь. - Сказал я. - И зачем же ты стрелял в одну из них?

- А тебе не пофиг? - сказал он. - В тебя что ль стреляли?

- Да нет, не пофиг. Я за неё рассчитываю получить 25 тысяч кредитов. Если бы её убил, тебе пришлось бы возмещать ущерб. У тебя есть такие деньги? Если нет, то я просто-напросто купил бы тебя и продал потом за тридцатку.

- Не твоё дело, - огрызнулся он.

- Да, ты герой, - сказал я. - Кидаешься с пистолетом на безоружную девочку, которая даже не имеет права защищаться. И всё-таки, зачем?

Я опёрся на трость, не спуская глаз с парня.

- Рабы - сволочи, - сказал он. - Честному человеку никуда не устроиться, все места заняты рабами. Куда ни глянь, уроды с ошейниками. Всех перебью.

- М-да, с тобой всё ясно, - сказал я. Ничего не умеющий и не обученный толком придурок, винящий всех в своих бедах.

- Гунн, следи за ним, до прихода полиции. Ах, нет, вот же она, - сказал я, услышав звонок домофона. Подошёл, впустил двух полицейских.

- Добрый день, ваши документы. - Сказал тот, что постарше.

- Вы забыли представится... офицер Барбреди*, - ответил я. Он тут же потерял своё величие и теперь смотрел на меня снизу вверх с высоты своего роста.

- Прошу прощения, господин Воссилов. К нам пришёл вызов...

- Верно. Вон тот молодой человек стрелял в мою рабыню. К счастью, мой телохранитель Гунн, - Гунн слегка поклонилась, - смогла ему помешать.

- Вот как? Где это случилось?

- В двух кварталах отсюда, на улице Электриков. Мы трое, я, Гунн и рабыня шли в магазин. Гунн, рассказывай, как было дело.

- Да, Сёмыч. Как только мы свернули на эту улицу, я увидела его, - она указала на Митроха. - Он вытащил пистолет, прицелился в рабыню. Я... приняла меры безопасности.

- Понятно, - сказал Барбреди. - Хотелось бы ещё поговорить с рабыней.

Я покачал головой,

- Это невозможно. Она в стрессе.

- И что? - Барбреди удивлённо приподнял брови. - Кого интересует мнение рабов?

- Их владельца, если он достаточно разумен. Барбреди, она только-только начала обучение, а тут такие события. Если сейчас устроить допрос, её психика может потерпеть необратимые изменения. И тогда я потеряю хорошие деньги. Дайте расписку, что вы мне их вернёте, и я её позову.

- В ваших словах есть резон, - сказал Барбреди, усмехнувшись. - Тем не менее...

- Тем не менее рабыня моя частная собственность, и я не предоставлю вам её для допроса, даже если мне придётся вызвать адвоката. Он, кстати, вам напомнит, что рабы вообще не могут выступать свидетелями по уголовным делам.

- Хм... Ладно. Кстати, господин Воссилов, не передадите ли мне вон тот пистолет? Кажется, это и есть орудие преступления?

Я хищно улыбнулся. Старый трюк, на который уже давно никто не ведётся в нашем квартале. Взяв со столика палочку для еды, я вставил её в ствол, и осторожно поднял пистолет с пола, чтобы не уронить.

- Держите, офицер. Надеюсь, у вас есть пакетик для вещдоков?

- Умно, господин Воссилов, - ответил он, упаковывая пистолет. - Ладно, до свидания. Надеюсь, ещё увидимся. Эй, ты, как тебя.

- Митрох Калах.

- Во-во. Идём, в машину.


- Наконец-то ушли, - сказал я. - Слушай, Гунн, мне пришла в голову идея. Когда пойдём в степь, в воскресенье, оденься поприличнее.

- Это как? - Спросила Гунн, огладев себя со всех сторон, насколько возможно. - Хочешь седло со стразами?

- Нет, просто надень деревянные мечи.

- Деревянные мечи? У меня есть пара таких, но зачем?

- Не хочу дырявить твою красивую кожу во время спарринга.

Земля ушла у меня из-под ног и весь мир провалился куда-то в яму.

- Сёмыч! - Заорала Гунн, прижимая меня к груди, как котёнка. - Старый пень, ты умеешь ублажить женщину, как никто!

- Эй, Отпусти меня! - Заорал я. - Задушишь же!

- Нет уж! Тискуемый пьёт до дна!

И она прижалась к моим губам жарким поцелуем. Чёрт бы побрал мои таблетки!

Спустя вечность и пару секунд, раздался звонок домофона.

- О чёрт, - выругалась Гунн, опуская меня на пол. Я быстро пригладил волосы, расправил одежду и громко сказал:

- Войдите!

Электронный сенсор, распознав мой голос, открыл дверь. На пороге, ослепительно улыбаясь, стояла советник правительства города по культуре.

- Холо**! - Воскликнула Гунн, бросившись её обнимать.

- Гунн! - Воскликнула советник, виляя своим рыжим хвостом, торчащим из-под туники. "Кажется, я тут лишний", - подумал я. Гунн обхватила Холо, прижав к своей могучей груди. "Нет, всё-таки блокиратор эмоций это не так плохо", - подумал я, глядя, как они целуются. Наконец они расцепились.

- Господи, как же я рада здесь оказаться! - сказала Холо.

- Рад вас приветствовать в моём жилище, госпожа советница, - сказал я, творя церемониальный поклон.

- Сёмыч, я же не официально. Или ты забыл, как произносится Холо? Ну-ка, давай по слогам: Хо-ло. Хо-ло. Вспомнил?

- Э... привет, Холо. Каким ветром?

- Самым благодатным. Кстати, тебе идёт помада Гунн, но не мог бы ты стереть её с лица? Нет-нет, со своего лица!

- А, ну да. Кстати, и тебе тоже неплохо бы. - Сказал я, вытирая лицо платком. Она выхватила платок у меня, вытерла лицо и, ехидно улыбнувшись, спрятала в свою сумочку. Я развёл руками.

- А ты на своих таблетках? Попадёшься же ты мне, когда будешь без них!

Я только улыбнулся.

- Ты же по делу? Пошли на верх. С Гунн успеешь поговорить во время обеда.


Мы с Холо поднялись в кабинет. Я достал из шкафа бутылочку вина. Посмотрел на Холо, и поставил обратно. Вытащил бутылочку коньяка и пару подходящих бокалов. Холо радостно пошевелила острыми ушками.

- За твой визит! - сказал я, разлив коньяк.

- И за твой бизнес, - добавила она.

Выпили. Холо, по старой привычке, закусила яблочком.

- А теперь к делу, - сказала Холо. - Сёмыч, ты хочешь выкинуть из бизнеса Невилла?

- Неплохо бы. Как ты это предлагаешь?

- Обрушить рынок рабынь.

- И каким образом?

- Представь, что на рынок выбросили полсотни рабынь от Сёмыча Воссилова по низкой цене. Что будет с Невиллом?

- Подождёт, пока их скупят. И кроме того, где я возьму пятьдесят рабынь? У меня их всего пять, ни одна толком не закончила обучение. А одна даже не начинала.

- Интересно, интересно... Надо их посмотреть.

- Да, так где я возьму остальные сорок пять?

- Я их уже нашла для тебя, - сказала Холо, протянув мне информ-кристалл. - Файл номер один.

Воткнув кристалл в гнездо стола, я открыл этот файл. Он был заполнен данными о последних проданных мною рабынях, числом полсотни.

- Холо, ты сошла с ума, - тихо сказал я. - Это уже проданный товар, как я могу их продать ещё раз?

- Очень просто. Я их скупила. Через подставных лиц, естественно.

Я покачал головой.

- Холо, это... Это же люди. Живые, девочки. Не какая-та там пшеница, уж ты-то должна это понимать. Как ты это могла?

- Расслабься, Сёмыч. Их купят их же хозяева, через подставных лиц. Но дешевле. Выиграют все. Кроме меня и Невилла. Но первое - мои проблемы.

- Бред какой-то. Ну ладно, допустим. Ты потеряешь кучу денег, владельцы рабынь и подставные лица получат твои деньги, сами девочки ничего не узнают. А Невиллу что? Подумаешь, полсотни рабынь бесплатно.

- Не просто полсотни рабынь. Полсотни рабынь от Сёмыча Воссилова. И я распущу слух, о продаже сверх того двух сотен рабынь по ещё более низкой цене.

- Это может сработать, - кивнул я. - Но извини, я не собираюсь в этом участвовать. И не только потому, что не вижу прибыли. Невилл, конечно, та ещё сволочь, но...

- Но от тебя ничего и не требуется. Просто подписать сертификаты на этих рабынь. Это законно и морально. Сёмыч, тебе даже и врать не придётся. Зато Невилл окажется за чертой бедности. Ему скоро понадобятся большие деньги. Очень большие.

- А что будет с рабынями Невилла?

- Их получишь ты. Вместе с помещениями, где они живут.

Я поперхнулся.

- Сукина ты дочь...

Холо вопросительно посмотрела не меня и пошевелила ушками.

- В техническом смысле, я имею ввиду. Слушай, а почему слух только о двухстах рабынях?

Холо улыбнулась.

- А вот тут, дружочек, тебя ждёт маленький сюрприз. Файл номер 2.

Я посмотрел на неё, потом открыл файл. Там был список моих рабынь, проданных ранее. Возле имён стояли какие-то пометки.

- И что эти пометки значат? - спросил я. Улыбка Холо стала загадочной.

- Попробуй, догадайся.

Я задумался. З, с, у, о. Бред какой-то. О встречается реже всех, почти никогда.

- Ладно, не буду мучить. З - свободна через замужество. С - просто свободна. У - улетела с планеты, свободна автоматически. О - осталась рабыней.

- Господи, Холо, ты хочешь сказать, что мои девочки, почти все, свободны? Кто это сделал?

- Ты, Сёмыч. Ты очень правильно воспитываешь рабынь. Они не испытывают особых комплексов из-за своего положения, но и не отказываются от свободы. Ты просто скорректировал их психику в правильном направлении, а не сломал, как Невилл. Остальное... - Она усмехнулась. - Остальное сделала я. Создала фонд рабов, внесла в него деньги, наняла людей, подтолкнула кого надо в правильном направлении...

Я снова налил коньяк.

- За такие новости надо бы выпить чего-то получше, но это самое лучшее, что у меня есть, - сказал я. - Когда нужно подписать твои сертификаты?

- Прямо сейчас. Как только выпьем. И... ещё одна просьба. Сёмыч, пообещай мне. - Она задумалась. Потом махнула головой, так, что рыжая грива разметалась в стороны.

- Ладно. Иногда мне приходилось запускать лапки в городской бюджет. Нет, всё чисто, я уже всё возместила, но... Если что, купишь меня? Только никому не продавай.

Я посмотрел на неё, потом махнул рукой, и сказал:

- Да.

И мы выпили.

- Слушай, Сёмыч. А что это полиция возле твоего дома крутилась? - спросила Холо.

Я коротко рассказал ей о нашем приключении.

- Хм... Говоришь, учуяла запах того, кто её подставил?

- Да, но стрелка она не знает. Какой-то Митрох Калах. Понятия не имею, кто это.

- Как ты сказал? - Фыркнула Холо. - Митрох Калах? Этот придурок уже и за стрельбу в городе взялся?

- Ты его знаешь? - Удивился я.

- Ха! Племянник судьи Ниморка. Балбес из балбесов, но в таких вещах не замечен. Понятия не имела, что он знает, за какой конец пистолета браться.

- Ниморка? - Я не поверил своим ушам. - Того, кто засудил Маро?

Теперь уже Холо смотрела на меня с удивлением. Я включил голографический экран и позвонил Димсону.

- А, это ты, мой старый благодетель, - сказал он мрачно. - Хочешь ещё немного халявки?

- Да, но в виде информации. Кто-нибудь ещё сегодня интересовался Маро?

- Пятьсот кредитов, - сказал он. Холо подняла ушки.

- Раз ты назвал цену, то да.

- Пятьсот кредитов за подробности, - хищно улыбнулся Димсон. Холо тихо хихикнула в кулачок.

- Будут тебе твои деньги, - проворчал я, пересылая деньги и заодно изображая недовольство.

- Через пять минут после тебя зашёл... парнишка. - Димсон замолк.

- Ну?

- Сто кредитов, - сказал Димсон.

Я выругался и перевёл ещё денег. Холо уже с трудом могла сдержать смех.

- Сказал, что интересуется кошками. Но мне показалось, что он искал конкретную кошку, которой уже нет. Правда... - Тут он сделал скорбную паузу.

- Кровопивец, подавись, - сказал я, переводя ему ещё сотню. Холо, похоже, с трудом удерживалась, чтоб не заржать в голос.

- Правда, он, как мне показалось, заинтересовался, синеволосой, до которой ты сегодня не дошёл. Кстати, хорошенькая. Не хочешь взять?

- Как он выглядел?

- Примерно на сотню, - сказал Димсон. Холо сидела уже, скрючившись от смеха.

- Фиг тебе, - сказал я и коротко описал Митроха. - Он?

- Вымогатель. А что случилось? - спросил Димсон.

- Вопрос на тысячу, - ответил я, хищно оскалившись. Холо тут же съехала под стол, пытаясь не засмеятся.

- Кровопивец. Всё равно узнаю, - сказал Димсон.

- Вот и правильно, - ответил я. - Тысяча сэкономленная есть тысяча заработанная.

Пельмень отключился.

- Ну вы два торгаша, - сказала Холо, отсмеявшись. - Кто из вас кого уделал?

- Я. Просто он возместил часть... скидки. Малую.Слушай, этот Митрох, он и правда такой идиот?

- Такой. Хотя, стрельба не в его стиле. Он бы предпочёл выиграть Маро, или выманить шантажом или просто отобрать в переулке. А почему ты думаешь, что он идиот?

- Стрелять надо было сперва в Гунн, потом в меня. Потом в Маро.

Холо хмыкнула.

- Да уж. Слушай, покажи мне её? И всех твоих девочек? Сколько, по-прежнему пять?

- Да, как раз хотел похвастаться.

- Ну так пошли! - И Холо резво соскочила со стула, взмахнув хвостом.


Маро занимала первую комнату в крыле рабынь. Мидори уже успела одеть её поприличнее, из своих запасов, но заказанную одежду ещё не привезли.

- Добрый день, госпожа советница, - сказала она, поклонившись. Я одобрительно кивнул ей из-за спины Холо.

- Это и есть новенькая? Хороша. Танцы, пение, музыка, угадала? - спросила Холо, обернувшись ко мне.

- И компьютерный взлом, - добавил я.

- А, ну да. Первый день, верно? Маро, не отчаивайся. Тебе повезло, что попала к Сёмычу. Он строг, но справедлив.

Я стоял за её спиной, изображая статую Строгой Справедливости.

- Думаю, ты подавлена, я права? - спросила Холо.

- Да, госпожа, - ответила Маро.

- Отлично. Знаешь что, вот тут, под кроватью, в углу, ближе к матрасу. Сунь туда руку и пощупай. Углубление, верно?

Маро встала на колени и сунула руку под кровать.

- Да, госпожа. Как вы узнали?

- А в углублении лежит нечто круглое с двумя выступами, так? - Холо не ответила на вопрос Маро. - Вытащи это.

Маро немного пошарила и вытащила на свет божий брелок, изображающий ушастую мордочку кролика. Затем аккуратно стёрла с него пыль платочком.

- А теперь, милая, попробуй угадать, откуда я об этом знаю, - улыбнулась Холо.

- Не может быть... - прошептала Маро.

- Холо, ты нарушила запрет, - сказал я. - И даже не была наказана?

- Теперь уже поздно, Сёмыч, - усмехнулась она. И встав на колени, добавила: - Хозяин, я виновата. Накажите меня, пожалуйста.

- Накажу при первой же возможности. Маро, дай мне это - сказал я, указывая на брелок.

Осмотрел. Брелок как брелок. Глаза должны светиться в темноте красным. Возможно, и светились много лет, пока он лежал в тайнике. Самое правильное было бы сломать его в назидание, но я не стал этого делать. Маро не виновата, не за что её наказывать. А немного надежды ей не повредит.

- Держи. - Сказал я, протянув ей игрушку. - Может быть, через несколько лет ты передашь его так же другой моей подопечной.

Затем повернулся к Холо, показав ей плётку.

- Встань. Ты будешь наказана позже.

- Хорошо, хозяин, - сказала она, поднимаясь с колен. - Любое ваше наказание будет справедливым.

- И прекрати валять дурака, - усмехнулся я. - Пошли уж, рабыня.

- Одну минутку, Сёмыч, - сказала она, улыбаясь. - Маро, когда-то меня подставили, примерно так же, как тебя. Я... скупила этих людей. Они сейчас... Скажем так, выполняют работу. Очень неприятную работу. А ты просто запомни - месть не самое вкусное блюдо.

- Хорошо, госпожа. Я запомню.

- Идём, Сёмыч.

В следующей комнате жила Ю, очаровательная белокурая лоли. Сейчас она лежала в кровати. Попыталась подняться, но я жестом запретил ей.

- Боже, какая прелесть! - закричала Холо. - А что с ней случилось?

- Э... Она слегка простыла, отрабатывая в клубе стриптиз, - ответил я. - Ей надо ещё денёк полежать. А так хорошая девочка. Правда, боится мужчин. Думаю, через пару недель можно будет искать симпатичную заказчицу.

- Слушай, а может она у меня денёк полежит? А потом я с ней поиграю! Ну пожалуйста, Сёмыч!

Я сделал вид, что задумался. Это "денёк поиграю" должно быть очень полезным упражнением для Ю. Но должен же я изобразить заботливого торговца.

- Думаю, это можно устроить. Кстати, она хорошо танцует и играет на гитаре. Поёт, правда, пока не очень, но тут у неё хороший потенциал.

- Сёмыч, ты чудо!

Холо наклонилась и поцеловала Ю в лоб. Та улыбнулась чистой детской улыбкой. Надо будет сказать Мидори, чтоб дала Холо лекарств и одела девочку потеплее, для поездки.

Следующая комната.

Маю дружелюбно улыбнулась, обнажив блестящие клыки. На мой взгляд, выглядела она великолепно: чистая матовая синяя кожа, блестящие кожистые крылья, ярко-красные когти, и милые золотые наконечники на витых рожках. Не демоница, просто загляденье! И чего Холо ойкнула и спряталась за мою спину?

- Добрый день, хозяин, - пропела Маю. Голос у неё был звучный и мелодичный, и совершенно не вязался с внешностью. - Добрый день, госпожа.

- Добрый день, Маю. Холо, это Маю. Маю, это госпожа советник города по культуре. Что ты сегодня изучала?

- Устройство многозарядного арбалета Калашникова.

- Тебе понравилось?

- Хозяин, я не понимаю. Если в оружии есть батарейки для моторов, подающих болты и натягивающих боевую пружину, не лучше ли вместо механики подключить боевой лазер?

- Видишь ли, Маю. Я не знаю, где ты будешь после того, как покинешь это заведение. Возможно, тебе придётся воевать на какой-то планете, где использование лучевиков и плазмотронов запрещено. Если помнишь, я пытался обучить тебя бою на мечах, это именно на такой случай.

- Понятно, хозяин.

- Кстати, я договорился. Завтра Мидори тебя отвезёт на полигон, будешь отрабатывать стрельбу вместе с отрядом армейских новобранцев. Их командир мой старый друг, он приглядит за тобой. А потом... Я планирую отправить тебя к наёмникам на неделю, изучать тактику.

Маю широко улыбнулась.

- Спасибо хозяин, вы очень добры.

В коридоре Холо наконец-то отпустила мою руку и спросила:

- Господи, Сёмыч, где ты ЭТО нашёл?

- Довольно грустная история. Демоны не признают рабства. Но у них очень сильные и запутанные родственные связи. Её парный брат справа серьёзно заболел, и нужны были деньги на лечение. Очень большие деньги. Она продала себя мне в пользу брата. Но он умер. И как-то так получилось, что других живых родственников у неё не осталось и теперь никто её у меня не купит. А от вольной она отказалась. Сочла себя недостойной из-за того, что брата не спасла.

- О господи, - прошептала Холо. - какой ужас.

- Да. И я не знаю, что с ней делать. Думаю, заключить контракт с армией или наёмниками, может быть, хоть окупится. Но если тебе нужен хороший телохранитель... Она удивительно честна и надёжна даже для демона. Может, купишь, правда?

- Ну нет. Иметь рядом с собой такое страшилище... А что у тебя в этой комнате?

- Тебе понравится.

Лии смотрела что-то по телевизору. Вряд ли она понимала происходящее, но, возможно, могла узнать что-то новое. При виде нас она выключила телевизор, встала и пролепетала:

- Лии?

- Добрый день, Лии. Холо, это Лии, абориген планеты. Лии, это госпожа Холо.

- Лии рада вас видеть, - сказала Лии и поклонилась.

- Сёмыч, это что, аборигенка? Какая красавица!

Ещё бы! Светлая оливковая кожа, голубые глаза, ярко-жёлтые локоны, вьющиеся по плечам и бирюзовое платье, которое изумительно ей шло. И остренькие ушки, как у эльфов.

- Верно, Холо. Мы с Гунн встретили её в степи во время прогулки. Видишь ли, у аборигенов есть такой милый обычай, в тяжёлое время назначать кого-то виновным во всех бедах и гнать из деревни, в чём есть. Пусть уносит беды с собой.

- Мерзость какая, - сказала Холо.

- Да. Скорее всего, отказалась спать с вождём. - Усмехнулся я. - Мне удалось немного обучить её говорить, но не более того. Говорила одно слово - Лии, поэтому мы её так зовём. Вообще не представляю, что с ней делать, придётся оставить себе.

Тут Лии подошла к Холо, обняла её и заплакала, уткнувшись в грудь лицом.

- Сёмыч, - сказала Холо, обняв её в ответ. - Сколько?

- Она же не обучена, - ответил я.

- Я спросила, сколько?

- Ну...

- СКОЛЬКО?

- Для тебя тысяча. Но...

- Хорошо. Забираю прямо сейчас.

- Послушай, никто ничего не знает об их обычаях. Может быть, она плачет оттого, что должна тебя убить?

- Ты этого тем более не знаешь. Скажи Мидори, пусть собирает её вещи. Сёмыч, это... А, ты и без таблеток не поймёшь.

Она сняла со стены поводок и прикрепила к ошейнику Лии. Затем достала планшет и перевела деньги на моё счёт.

- Куплено и оплачено. Осталась ещё одна, так?

- Так.

- Идём, Лии.

Они вышли, причём Лии держалась за руку Холо.

Рика широко улыбнулась при виде нас.

- Рика счастлива видеть любимого господина и благородную госпожу, - сказала она, поклонившись. Пожалуй, поклон был слегка чрезмерным, слишком эротическим. Запах и вид её роскошной груди, повисшей перед глазами, мог затуманить мозг даже после моих таблеток.

- Добрый день, Рика. - Сказал я. - Холо, это Рика. Она практически полностью закончила обучение. Рика, это Холо, советница правительства города по культуре.

- Привет, Рика, - сказала Холо. - Чему ты сегодня обучалась?

- Сегодня Рика была счастлива изучать некоторые способы ублажения мужчин, а так же поздние сонеты Шекспира и устройство автоматического водопроводного крана. - Сказала Рика. - О, кран настолько совершенен!

- Сёмыч, что ты с ней сделал? - спросила Холо. - Какой кран, какой Шекспир?

- У неё очень широкая специализация, - ответил я. - Она простая домохозяйка. Отлично разбирается в любой области искусства любой эпохи, способна обращаться с любой бытовой техникой, может частично провести ремонт в доме, и великолепно ублажить хозяина. Правда, последнее ты не сможешь оценить, она безнадёжно гетеросексуальна.

- Бред какой-то. Ты шутишь?

- Ни разу.

- Рика добрая и красивая, - сказала Лии.

Я слегка улыбнулся. Холо погладила Лии по голове.

- Ладно, Холо. Кажется, обед уже готов. Думаю, нам стоит поторопиться, пока Гунн его не съела.

Конец первой части.

__________

* Отсылка к мультсериалу "Южный Парк".

** Отсылка к мультсериалу"Волчица и пряности".


========== Часть вторая ==========


Глава вторая

Утро добрым не бывает. Но Мидори способна это исправить. Правда, не сегодня.

- Что случилось? Ты, как всегда, великолепна, вот только немного...

- Сёмыч, переселил бы ты свою кобылу куда пониже? Невозможно уже, всю ночь копытами по ушам.

И что мне тут делать? На первом этаже единственное жилое помещение - бывшая конюшня. Гунн меня убьёт, если я ей это предложу. Морально, конечно, всё-таки она мой телохранитель. Я вздохнул и проглотил порцию блокиратора эмоций.

- Мидори, как вариант, ты можешь с ней поменяться комнатами. Правда, тебе будет неудобно следить за девочками.

- Да чего за ними следить, не сбегут. Пошли лучше их проведаем.

Первой, естественно, зашли к Маю.

-Безупречна, - сказал я, оглядев её.

Демоница обаятельно улыбнулась. Всё-таки жаль, что они не признают рабства. Ухаживать за ними легко, выглядят красиво, а что касается секса... Денвер говорил, что ему нравится с ней работать. С ней лучше, чем с людьми, но я пока не рисковал.

- Сама подбирала одежду? - спросил я.

Маю кивнула. Полувоенный прикид, погончики, закатанные рукава, загляденье! Неплохо бы её испытать.

- Даю вводную. Я враг. Собираюсь напасть на Мидори. Действуй.

Маю опять улыбнулась.

- Я не обязана её защищать. Ты меня учишь, но я не охраняю твоих слуг.

Мидори вспыхнула.

- Эй, полегче!

- Спокойно, - остановил я её. - Хорошо. Маю, я нападаю на тебя. Защитись.

В тот же миг на меня налетел синий вихрь. Я уклонился от удара крылом, стараясь не задеть Маю тростью. Поднырнул по руку и обозначил удар в спину. В тот же момент надо мной пронеслась её нога, но я успел нагнуться. Несколько секунд прыжков, уклонений, приседаний и вдруг она встала.

- Что случилось? - спросил я. - Ты прекратила схватку.

- Плеть. - Протянула она руку. - Господин задел меня ею.

Я взглянул на нейроплеть. Разумеется, она была выключена.

- А, чёрт. Ладно, Маю, ты хороша. А почему так мало использовала крылья?

- Это было бы нечестно. У господина нет крыльев. И он просто обозначал удары.

- Да, ты права. Но реальный бой это не спортивные игры, в нем нет слова "нечестно". Тебе придётся использовать всё, до чего сможешь дотянуться. Камни, палки, сапёрную лопатку. А плётка... Мне стоило бы её отбросить, но я про неё забыл. Мидори, она полностью готова, отправляйтесь в часть сразу после осмотра.

- Да, господин, - ответила Мидори. - Между прочим, она меня не задела, пока вы с ней... сражались. А вот вы мне чуть не сломали причёску.

- Извини, - сказал я. - Кто там дальше? Маро?

Тут нас ожидал сюрприз.

- Бака-неко! Извините, - сказала Мидори.

- Похоже, ты остаёшься жить в своей комнате, - ответил я. - Чем ты можешь это объяснить?

- Не знаю я, куда делась эта хвостатая чёртиктошка! - сказала Мидори. - Но если я её найду...

- Это будет лучше, чем если её найдёт полиция, - сказал я.

- Простите меня, - раздался голос откуда-то сзади. Мы с Мидори обернулись.

Маро лежала в коридоре ниц, аккуратно сложив ладони и опустив голову.

- Хороший поклон. Для крестьянки, - ответил я. - Чуть раздвинь ладони. Правую сверху. Не роняй голову. Молодец. Ушки чуть ниже. Теперь хвост. Набок слишком вульгарно. Мидори, что делать с хвостом?

- Ммм... Пусть обернёт его вокруг ног. Да, так лучше, немного необычно, но изящно.

- Хорошо. Так почему ты оказалось не с той стороны этой двери, с которой ты должна быть?

- Я... сбежала. Простите меня.

- Идиотка. Знаешь, что получают рабы за побег?

- Милосердную смерть. Но меня же не поймали.

- Твоё счастье. Кстати, ты не забыла, что в тебя стреляли? Убийца мог ждать тебя под окном. - Я помолчал. - И что мне с тобой делать? Сажать на цепь каждый вечер? Мидори, у нас в пыточной есть цепь?

Мидори слегка улыбнулась. Пыточная, ага. Конечно, там есть всё. Ржавые топоры, ножи, дыба. Ржавая. От времени. Цепи тоже есть. Но это скорее музей, чем что-то прикладное. Разумеется, как всякий тренер рабынь, я применяю садомазо приёмы, но в меру. Воск, латекс, обвязывание, но не более. В конце-концов, я не идиот, чтоб товар портить.

- Может, лучше в клетку? - Спросила Мидори, сохраняя серьёзный вид. Если б не таблетки, я бы и сам рассмеялся. Клетка есть, конечно. Бывает, что я сажаю в неё очень проблемных рабынь. Вот только Маро из неё просто выскользнет при её-то кошачьей фигурке.

- Не стоит. Давай-ка сделаем так.

Я зашёл в комнату, открыл ящик с принадлежностями, закрытый на дактилоскопический замок, и достал оттуда верёвку.

-Маро, встань. Протяни руки.

Вывязывая хитрые узлы, я периодически спрашивал, удобно ли ей, не больно ли. В процессе связывания положил на кровать. Затем взял немного косметики и слегка подкрасил. Полюбовался результатом.

- Ты уже почти мастер сибари, - сказала Мидори.

- У меня была хорошая учительница. Надеюсь, она довольна результатом.

- Да, только я бы поправила этот узел. И этот. И зачем ты попросил её никуда не уходить, после того, как привязал ноги к груди и ушёл за косметикой?

Я пожал плечами.

- Маро, тебе, конечно, идёт быть связанной, но делать это каждую ночь было бы утомительно. Мне пришла в голову хорошая идея. Может быть, я продам тебя твоим родителям по дешёвке? Мне так будет спокойнее.

- Нет, только не это! Уж лучше... Пожалуйста, не надо, господин!

- Хм... - я сделал вид, что задумался. - Ладно, останешься здесь. Только постарайся больше не сбегать. Между прочим, как ты это сделала? Зачем, не спрашиваю, сам догадываюсь.

- Я... У меня было немного жвачки, я залепила её замок, и он не защёлкнулся. А в коридоре выскочила в окно.

Мы с Мидори переглянулись. Ставить сигнализацию или решётки на втором этаже я отказывался, полагая, что в этом нет необходимости. Придётся это исправлять. В хорошую же копеечку обходится мне эта бесплатная рабыня!

Осмотрев замок, я понял, что мне его не очистить.

-Мидори, позови Гыхна, после того, как осмотрим Рику. Пусть он этим займётся замком. Маро, пока полежи так.

Мне показалось, или её глаза радостно блеснули?

-Хорошо господин. - сказала она, улыбнувшись.

Мы вышли в коридор.

- Будешь её наказывать? - спросила Мидори.

- Бесполезно. Она же кошка. Их надо наказывать в момент нарушения. Если б её стукнуло током, когда она блокировала замок жвачкой... А сейчас наказывать - просто товар портить. Ничего, полежит связанной пару минут. Ей это даже идёт.

- Согласна.

Рика напевала что-то под нос и танцевала в комнате. Увидев нас, она обрадовалась.

- Господин! Как хорошо, что вы пришли!

- У меня для тебя хорошие новости. Возможно, сегодня ты переедешь в новый дом. Я нашёл для тебя хозяина.

- Я рада! А кто он?

- Довольно богатый господин, вдовец. Ему нужна женщина для ведения хозяйства. Ну и... сама понимаешь. Сегодня он обещал прийти.

- Я рада, мой господин, - сказала она. Я внимательно посмотрел, её глаза просто светились от счастья. Да, если бы не побег Маро, у меня было бы хорошее начало дня. - Можно я немного отблагодарю моего господина?

Таблетки отключают большую часть ощущений, но что-то остаётся. Мягкие ароматные губы, глаза, слегка блестящие из-под полуопущенных век, лёгкий запах хороших духов. И тот нехитрый факт, что лёжа разница в росте исчезает и целоваться оказывается приятнее. Одним словом, я остался доволен собой и своей работой.

Покончив с Риккой, мы вернулись к Маро. Она по-прежнему лежала связанной на кровати и отчётливо мурлыкала. Я слегка погладил её по голове. Она закрыла глаза и замурлыкала громче. Я посмотрел на Мидори, она пожала плечами.

- Думаю, стоит её развязать, - сказал я.

- Спасибо, господин, - сказала Маро. - Можно, я сама?

- Сама? - спросил я.

Маро хитро извернулась, пошевелилась, и её ноги оказались свободными. Затем она вывернулась из узлов, связывающих руки. Пара мгновений, и верёвка оказалась на полу. Мы с Мидори переглянулись.

- Ничего, Сёмыч. Думаю, я бы тоже облажалась, - сказала она.- Это же кошка, как-никак.

- Маро, распутай верёвку и отдай мне.

Несколько секунд, и верёвка распутана и спрятана в ящик. Лучше б я продал эту девчонку родителям. А ещё лучше, вовсе не покупал бы.

- Мидори, зови Гыхна. И пусть, чёрт побери, ставит второй замок. А заодно обыщи её, может у неё кроме жвачки ещё леденцы припрятаны.

- Как скажешь, Сёмыч.

Разобравшись с рабынями, я занялся повседневными делами. Нужно привести в порядок некоторые бумаги, хранящиеся на компе. Отправить несколько писем, найти потенциальных покупателей на рабынь. Ну это скорее на будущее, сейчас на продажу никого нет. Раздался звонок от дворецкого.

- Господин Воссилов, к вам пришёл господин Спенсер-Крестовоздвиженский, по вопросу покупки рабыни. Он сказал, что вы с ним договаривались о встрече. Прикажете принять?

На какое-то мгновение пауза перед фамилией гостя меня насторожила. Мелькнула мысль вызвать мастера из сервис-центра дворецких, но я отложил её в закуток.

- Проси. Я сейчас спущусь. - Ответил я.

Спустившись в холл, я увидел мужчину высокого роста, элегантно одетого, чуть седоватого, но без малейших признаков краски в волосах. Именно он и должен выкупить у меня Рику. Глядя на него, я мысленно поднял цену Рики в два раза.

- Господин Спенсер-Крестовоздвиженский, если не ошибаюсь? - спросил я, поклонившись.

- Господин Воссилов? Рад знакомству, - сказал он, ответив на мой поклон столь изящным движением, что я тут же накинул ещё несколько тысяч.

- Думаю, нам стоит перейти к делу, - сказал я, - если только вы не хотите сперва чашечку кофе или чего-нибудь ещё?

- Нет, благодарю вас, - ответил он. - Я только что из дома. Давайте приступим к делам.

- Очень хорошо, прошу вас за мной.

Мы прошли в крыло рабынь, где я безуспешно попытался отвлечь гостя от Гыхна, вставляющего замок в дверь комнаты Маро. Орк - малопривлекательное зрелище, особенно с молотком или дрелью в руке. Зашли в комнату Рики. Она как раз отрабатывала какой-то новый танец. Или просто танцевала для удовольствия.

- Рика, это господин Спенсер-Крестовоздвиженский, твой новый хозяин. - сказал я.

Рика остановилась, развернулась к нему лицом и глаза её на мгновение сверкнули неподдельной радостью. Так, интересно. Я ведь такому её не обучал. Взглянул на гостя, его взгляд светился не меньше Рикиного. Ещё несколько тысяч добавились к цене. Я мысленно проговорил цену. Потом ещё раз. Получается очень даже неплохая прибыль! Но к делу.

- Господин Спенсер-Крестовоздвиженский, с удовольствием представляю вам Рику. Рика - рабыня очень высокого класса, в совершенстве знает технику Камасутры, владеет всеми видами секса, исключительно гетеросексуальна, умеет играть на нескольких музыкальных инструментах, петь и танцевать. Основная специализация - домохозяйка, умеет поддерживать порядок в доме, обладает навыками ремонта бытовой техники, электросетей, водопровода и канализации, а так же некоторых строительных работ, не связанных с необходимостью применения большой физической силы. Без сомнения, она доставит радость любому состоятельному господину, я прошу за неё всего лишь пятнадцать тысяч кредитов.

Гость оторвался от созерцания Рики.

- Несомненно, она стоит таких денег. Думаю, даже больших. - Сказал он. - Но, я слышал о некоей акции, по продаже ваших рабынь по очень низкой цене?

Холо, ты друг мне или этому франту?

- Вы правы, господин Спенсер-Крестовоздвиженский. Но эта акция касается рабынь, купленных ранее. Кроме того, она действительна исключительно на бирже.

- И тем не менее, господин Воссилов, что мне мешает пойти на биржу, и купить там рабыню за бесценок?

Я бросил взгляд на Рику. И всё понял. Короткая вспышка гнева в адрес гостя, тут же сменившаяся безмятежной улыбкой. Ну держись, Спенсер-Крестовоздвиженский.

- Видите ли, вы, конечно, можете пойти на биржу, купить там за бесценок рабыню моего воспитания, проданную своим владельцем. Через несколько дней вы её получите. Может быть, она будет не хуже Рики. Но, мне кажется, что вам нужна не просто рабыня. Вам нужна именно Рика, разве не так? С другой стороны, мне всё равно кому её продать. Может быть, не за пятнадцать. За тринадцать или четырнадцать. Но вам от этого легче будет?

Гневный взгляд Рики в мою сторону. Тут же сменился испугом.

- Ммм.... Вы правы, господин Воссилов. Тогда, может быть, отдадите мне её за тринадцать тысяч?

Я снова взглянул на Рику. Её взгляд только подтвердил мою догадку.

- Господин Спенсер-Крестовоздвиженский, пожалуйста, наклонитесь. Я хочу сказать вам что-то на ухо.

Он наклонился, хотя это было нелегко.

- Господин Спенсер-Крестовоздвиженский, у меня такое ощущение, что вы дадите ей вольную ещё до заката. И рано или поздно она выскажет вам претензию, за то, что вы торгуетесь. Женщины очень не любят, когда их ценят дёшево.

Уж это точно. Но, зная Рику, я уверен, что она ещё устроит ему сцену за растрату. Только не скоро. Гость выпрямился.

- Вы правы, господин Воссилов. Я плачу вашу цену.

Давно бы так.

- Рика, собирай вещи. Одежда, бельё, средства личной гигиены. У тебя есть что-нибудь в стирке?

- Неважно, - сказал Спенсер-Крестовоздвиженский. - Если что, я куплю всё, что нужно.

Рика очаровательно покраснела. Определённо, не зря я над ней работал. Хотя, скорее, они знакомы друг с другом и между ними что-то было. Но теперь неважно. Осталось только оформить бумаги и получить деньги.


Теперь ещё раз к Маро. Она сидела на кровати, отбросив на подушку книгу. Взгляд её был устремлён в послезавтра. Ну что ж, пора принимать меры. Я велел ей одеться в костюм школьницы. Немного не по возрасту, но пусть привыкает подчиняться. Затем мы с ней вышли в холл. Гунн уже стояла у буфета, одетая в пару мечей, лук и маленькое седло. Она с видимым удовольствием потягивала какую-то яркую газировку из затейливого бокала.

- Привет, Гунн. Как спалось?

- Не особо. Мидори всю ночь стучала в потолок. Слушай, Сёмыч, переселил бы ты её куда-нибудь? Так паршиво быть с утра невыспаной. Привет, Маро.

Маро покосилась на меня и чуть заметно кивнула. Я решил этого не заметить.

- Я подумаю. Есть определённые сложности. Но сейчас не об этом. Я хочу отвести Маро в школу, пусть пока музыкой занимается.

Маро бросила на меня удивлённый взгляд.

- Маро, я забыл твой поводок. Принеси его, - сказал я.

- Да, хозяин, - ответила она, и убежала. Как-то лениво убежала.

- Отрицание, - сказал я, посмотрев ей вслед.

- Что? - спросила Гунн.

- Отрицание, потом гнев, потом торг, смирение и принятие. Торг, она может быть, сведёт к минимуму. А вот гнев... может быть, уже вечером. Учитывая, что ночью сбежала, а потом изобразила весьма издевательский поклон. Может, поговоришь с ней позже?

- Я? Уж не думаешь ли ты, Сёмыч, что я буду помогать гнусному работорговцу?

- Нет. Но ты же не откажешь в пустяковой просьбе старому другу?

Она помотала головой.

- Сёмыч, иногда я думаю, кто из вас двоих больший сукин сын, ты или Холо?

- Я. Она, скорее, сукина дочь. Так поможешь?

- Убедил.

- А, вот Маро. И поводок при ней. Гунн, проводишь нас до школы?

- Отвезу. Не буду же я мучить бедную девочку.

Ну улице мы уселись на спину Гунн, я в седло, а Маро сзади меня, как амазонки, согнув ноги в коленях, упираясь в пятками в попу. Интересно, откуда она знает такую посадку? Доехали быстро. Маро всю дорогу принюхивалась, но сказала, что никого не учуяла. Гунн тоже никого не заметила. Может, оно и к лучшему.

Школьный музыкальный клуб размещался там же, где и раньше, на третьем этаже, поэтому Гунн осталась во дворе. Её тут же облепили младшеклассницы. Я и глазом не успел моргнуть, как они на её запрыгнули, и начали кататься по двору. И это явно доставляло ей удовольствие. Немного присмотревшись к девчонкам, я отметил про себя, что среди них есть несколько перспективных и на всякий случай запомнил.


- Господин Воссилов? Рада вас видеть. Вы привели к нам рабыню? Незнакомая, но мне нравится. - Раздался голос с верху.

Я поднял глаза. На лестнице стояла глава музыкального клуба. Я улыбнулся.

- Привет, Джувия*. Мне бы хотелось, чтоб ты позанималась с этой девочкой.

- Хотите продать как музыкантшу?

- Возможно. Мне очень хочется знать, на что она способна.

- Да, но вы же знаете, есть такое выражение - кошачий концерт?

Сердитый взгляд Маро из-под ресниц.

- Да. Но тут, похоже, другой случай. Слух у неё, определённо есть. Голос тоже хороший. Хотя, конечно, кошкам лучше учиться танцевать. Но это слишком... мейнстримно.

- Поняла. Да, я с ней поработаю. А можно... - она плотоядно посмотрела на Маро.

- Не надо. Конечно, она привлекательна, но оставь это на будущее. От тебя требуется только музыка, - сказал я.

- Жаль. Очень красивая кошечка.

- Джувия, я обещаю. Когда у тебя совершеннолетие? Через полгода, верно?

- Да, господин Сёмыч.

- Отлично. Я постараюсь найти для тебя подходящую рабыню. Кошечку. Только пообещай, что будешь обращаться с ней хорошо.

- Ой! Правда? Как здорово!!! Скорей бы!

На самом деле, это не просто подарок. Джувия довольно часто помогает мне тренировать рабынь, и её помощь принесла не одну сотню кредитов, только платить ей я не имею права, по закону. А стоимость этих услуг уже давно приблизилась к стоимости рабыни, так что я просто расплачусь с ней.

- А пока бери поводок, и веди её в клуб. Я вернусь... думаю, поздно. До скольких ты здесь будешь?

- Часов до пяти, наверное.

- Отлично. - Я достал из кармана немного наличных денег. - Наверняка это вам потребуется на еду и напитки. Да, вот её документы, на всякий случай.

- Спасибо, Сёмыч!

Джувия наклонилась и обняла меня. Затем встала, сделала очень приличный реверанс, улыбнулась и сказала:

- Рада была видеть вас, господин Воссилов. Я сделаю всё, что вы просили.

Спустился во двор. Младшеклассницы тут же разбежались в разные стороны. Несколько пар испуганных глаз наблюдали как мы с Гунн уходим за ворота. И чего боятся, я детей не ем.

- Симпатичные у людей ребятишки, - сказала Гунн.

- Там не только люди, - заметил я. - Кошки, пара собак, одна феечка. Еще орчица, но с ней работать не хочется.

- Работать, - усмехнулась Гунн, наклонившись ко мне. - Даже с детёнышами?

- По закону нельзя. Да и потом, мне с этой кошкой, похоже, придётся горя хлебнуть. А уж феечка-то... Хороша, да. Но, я слышал, у них хрупкие крылья, пришлось бы долго искать хозяина, который бы её берёг.

- Добрый ты, потому и работаю на тебя, - сказала Гунн.

- Нет, просто тратить на неё время не выгодно, разве что для себя воспитывать. А деньги где брать?

- Тьфу, снова о деньгах. Сёмыч, я выкину твои таблетки, как только до них доберусь. Лучше скажи, куда тебе сейчас надо?

- На биржу рабов. Надо же разобраться, что Холо за ночь натворила.

- Далеко. - Гунн опустилась на колени. - Садись в седло, поехали.


Биржа - здание чудовищной архитектуры. Тёмное, без украшений, тонированные окна, мрачные охранники. Когда-нибудь я ткну кого-нибудь из них булавкой, чтобы убедиться, что они живые.

- Гунн, я на разведку. Жди меня здесь. Если что - действуй по обстановке.

Она усмехнулась.

- Совсем как в старые добрые времена. Действуй, враг.

Я отсалютовал ей тростью и прошёл в дверь. Траурный перезвон колокольчиков, красные вспышки сканеров, ищущих оружие. Ищите, сколько угодно, моё оружие не в карманах.

Вошёл в зал незамеченным. Не так уж трудно, с моим-то ростом. Нашёл Невилла. Он был бледен, стоял, вцепившись в перегородку побелевшими пальцами. Взгляд был устремлён на экраны с ценами на рабов. Тааак. Рабы мужчины, цена чуть ниже обычной. Ну это нормально, в пределах колебания рынка. Хотя, если судить по категориям... Цена секс-рабов мужчин даже возросла. Интересно, есть ли такие у Невилла? Один-два точно имеются, как и у меня, если не больше, для тренировки девочек. Ну что ж, дополнительная трудность. Что касается рабынь, то я чуть не сдержался, чтоб не присвистнуть. От ста до ста пятидесяти кредитов, это когда ж такое бывало? Я взглянул Невиллу в лицо. Мало кто знает, что если глядеть на человека снизу, да ещё когда он не видит, то можно фактически прочитать его мысли. Невилл был напуган. Но какая-то надежда у него была. Похоже, он собирался продать своих тренеров. Возможно, это смягчило бы ситуацию, для него. Оставался один вопрос, для чего ему нужно было продавать рабынь именно сегодня? Холо сказала, что ему срочно нужны деньги. Зачем? Что мешает ему подождать пару дней, пока всё не уляжется? Как быть с тренерами? Продать Денвера или Гыхна?

Я незаметно вышел из зала.

- Гунн, слушай меня. Я знаю, что моя просьба будет нелепа и оскорбительна, однако выслушай. Мне нужна помощь, и кроме тебя обратиться не к кому.

- Выкладывай.

Я выложил ей весь план, как на духу. Она занесла руку для пощёчины, но остановилась.

- Сёмыч, ты был прав. Такого оскорбления я не слышала с... Если узнают, что я это сделала, меня проклянёт весь народ. Я стану изгоем.

- Ты и так почти изгой, Гунн. И я не могу тебе обещать ничего, кроме одного. Сегодня вечером ты дашь свободу минимум одной рабыне.

- Ты шутишь?

- Нет. Гунн, я когда-нибудь тебя обманывал?

Гунн хмыкнула.

- Технически нет, но...

- Вот именно. Я сейчас собираюсь в бой. За свободу, причём даже не мою. Напарник, когда-то бывший врагом, ты со мной?

- За свободу. И всё равно, пойти на такое... Если меня не поймут... Сёмыч, это будет в новостях?

Я посмотрел ей в глаза.

- Да. И ты будешь на первом плане.

- И меня увидят все родичи. А то, как я освобожу рабыню, увидишь только ты. Когда-то мне предсказали, что меня погубит недоросток с палкой. Как мне хотелось, чтобы это был не ты...

- Мне бы тоже. Думаешь, мне легко принять такое решение?

- Ладно. Праматерь-Степь меня поймёт. А остальное... Сёмыч, если ты не освободишь сегодня никого до заката, то не увидишь рассвета. Даже если мне придётся умереть в нищете, запряжённой в телегу.

- Жди моего сигнала, напарник.


Снова зал. На этот раз я не собирался войти незаметно. Бой есть бой. Я двигался вперёд, сопровождаемый взглядами торговцев. Их было много, а нас, тренеров, всего-то пятеро на город. И сейчас должно стать четверо. Или трое. В случае неудачи - вообще никого.

Стойка. Я взглянул в глаза Невиллу, прочитал в них ненависть. Очень хорошо. Подал знак маклеру.

- Десять рабынь. В кредит. Полсотни кредов за голову.

- Полсо... Я не ослышался?

- Будешь болтать - станет сорок.

- Вы будете должны продать их в течении двух недель, господин Воссилов.

Да, а у меня только Маю и недоученная Маро.

- Я в курсе законов, Эрег.

Бросив взгляд на Невилла, я увидел неприкрытую ненависть. Отлично, я на верном пути. Толпа затихла от волнения.

- Эрег, три секс-раба. Сто пятьдесят кредов за каждого. - Сказал он.

Маклер зафиксировал ставку.

Сильный удар. Продать Денвера? Ну уж нет. Я ударю подлее.

- Фиксирую, - сказал маклер.

- Сбрасываю рабынь. Тридцать кредов.

Невил буквально завыл.

- Двадцать рабынь по двадцать пять! - заорал он. - Продаю немедленно!

Эрег оформил сделку. Невил гордо на меня посмотрел.

- Три секс-раба в кредит. Двадцать пять.

- Сволочь, - прошептал Невилл. И добавил громче, - Три-секс раба, тридцать.

- Покупаю! - ответил я. - И гашу кредит.


Толпа взревела, глядя, как я обрушиваю рынок рабов. Я вздохнул. Теперь главное. Я взял комм, вызвал Гунн и сказал: "Бутон готов".

Дверь открылась, и толпа стихла в очередной раз. В зал вошла Гунн, цокая по чёрной мраморной плитке. Её белые копыта составляли хороший контраст с полом. На лице её было написано непередаваемое отвращение к происходящему. Огромные груди торчали вперёд и чуть в сторону - зрелище, способное свести с ума кого угодно, кроме меня. Я-то уже привык.

- Да что же это за чудище, - прошептал кто-то в наступившей тишине. Не останавливаясь, Гунн посмотрела на него так, что он счёл разумным спрятаться. Гунн подошла к стойке.

- Покупаю рабынь Невилла, - сказала она. - Всех.

- Но... - Начал Невилл.

- Я делаю что-то незаконное? - Спросила Гунн, повернув торс в его сторону и протянув правую руку к рукоятке одного из мечей, висящего за спиной. Он сглотнул.

Я посмотрел на Эрега, указал ему взглядом на Гунн. Он понимающе кивнул, назвал цену. Гунн протянула ему бумажку с домашним адресом. Моим. Эрег без удивления посмотрел на меня, я опустил веки, вместо кивка. Эрег невозмутимо оформил сделку. Понятно, что со временем все, кому надо, сложат два и два, но сейчас, пока никто ничего не знает, пусть хоть в ряды Фурье раскладывают. Всё. Теперь у Невилла нет ни рабынь, ни денег. У Гунн нет денег и чести. У меня нет места, где можно разместить рабынь, денег, что б их прокормить, сожалений по всему, что произошло. Гунн помочь легче.

Выйдя на улицу, вслед за ней, я сказал:

- Прости.

- Помни обещание. И помни, что будет, если ты его нарушишь.

- Я сдержу слово.

- А пока не касайся меня. Можешь идти рядом, только не трогай.

- Ладно. Только продай мне рабынь.

- С удовольствием.

Я перечислил ей деньги. Она перевела рабынь на моё имя. Полдела сделано.Второе сложнее. Я связался с Холо.

- Срочное дело. Ты можешь говорить?

- Сёмыч? Да, у меня сейчас обед. (Спасибо небу за эти маленькие милости!)

- Холо, я знаю, что это не твоя опера, но можешь ли ты повлиять на новостные каналы?

Она поперхнулась.

- Э... Ты не представляешь, что мне нужно для этого сделать. А что такое?

- Нужно, чтобы репортаж о случившемся на бирже рабов пару минут назад не вышел на экраны. В идеале - в сеть.

- Насчёт сети ты загнул. А телевидение... А что там произошло?

Я сглотнул.

- Тут такое дело. Я скупил рабынь Невилла. Через Гунн. Нужно, чтобы об этом узнало как можно меньше людей.

- Вариант сбросить бомбу на биржу ты не рассматриваешь? Хотя, скорее всего, уже поздно.

- Холо, сделай хоть что...

- Ты даже не представляешь, о чём просишь. Хорошо, я попытаюсь. Но потом стребую с тебя за это такое... Лучше тебе пока этого не знать.

- Спасибо.

Холо сдержала слово.


Молча шли по улице, глядя перед собой Гунн скрестила руки на груди. Я держал трость, как дубинку, сам не знаю, почему. Вдруг, возле перекрёстка, она, по прежнему глядя вперёд, сказала:

- Слушай меня. Не оборачивайся.

Пауза.

- Идём налево. Переходим. Кинь взгляд в сторону, как обычно, когда переходишь.

Я так и сделал. Быстро зафиксировал всех кто за нами. Женщина с коляской, орчица с сумками, змееведьма, пара феечек, эльф, три девчонки, человек в чёрном. Этот был самым странным.

- Переходим. Видел? В чёрном?

- Да. Что делаем?

- Идём в магазин. Там ждём. Выходим. Спрашиваем, что ему нужно. Как думаешь, какого он вида?

Я хмыкнул и указал тростью на скульптуру возле ближайшего дома.

- Цилиндр, под которым можно прятать длинные уши. Плащ, чтобы скрыть хвост или крылья. Очки, под которыми можно спрятать фасетчатые глаза. Лицо с очень бледной кожей. Он так маскируется под кого-то, кто маскируется под человека, что ясно видно, что он человек.

- Согласна. Вот магазин, здесь я покупаю косметику.

Над входом была розовая надпись "Сестрёнка". Хм... Я слышал, что это магазин для бедных и для фанаток дурацких фильмов. Я покупаю косметику для рабынь в более серьёзных магазинах. У Гунн так плохо с финансами? Странно, я плачу хорошо, плюс она не тратится на одежду.

- Не смотри так, местными скрабами хорошо копыта полировать, - сказала она. - Заходим.

Внутри всё соответствовало вывеске: розово-белые стены, украшенные перевёрнутыми попами (странный символ, никогда его не понимал), мерзкие куклы и длиннющая продавец, одетая в короткую юбку-пояс, чулки и туфли на чудовищно высокой подошве.

- Чего изволите? - спросила она.

- Щётку для жёстких волос, - сказала Гунн.

- Но у вас очень красивые и мягкие воло...

Гунн ударила себя хвостом по бокам.

- Понимаю, госпожа. - Сказала продавец, поклонившись. - Ещё что-нибудь?

Пока Гунн разговаривала с продавцом, я рассматривал товары. Делал вид, что рассматривал. Впрочем, наш преследователь тихо сидел на лавке, держа вход под контролем, и явно меня не видел.

- Может быть, вы хотите купить что-то для вашего слуги? - спросила продавец. - У нас большой выбор детских товаров.

- Слуги? А, нет, спасибо. Разве что платьице, я люблю наряжать его девочкой, - промурлыкала Гунн. - Впрочем, за этим завтра. Благодарю вас.

- Спасибо за покупки, приходите ещё. - Сказала продавщица.


Выйдя из магазина, мы направились обратно, мимо скамейки, на которой сидел наш преследователь. Увидев нас, он поднялся и пошёл нам навстречу. Поравнявшись с ним, я сказал:

- Уважаемый господин, не подскажете ли...

Дальнейшую часть вопроса пришлось проглотить, потому что он сорвался с места и побежал. Гунн встала на дыбы, развернулась и бросилась за ним. Я следом. Только асфальтовый каток может мгновенно набрать максимальную скорость, поэтому наш преследователь обрёл фору метров десять. Гунн быстро сократила это расстояние и почти поймала его, но парень свернул в переулок, выиграв на этом ещё пару секунд. Пока Гунн разворачивалась, я всё-таки догнал его, ухватив за плащ. Раздался треск, и плащ с него слетел, а я запутался в нём. Распутавшись, я увидел, что парень взлетел по пожарной лестнице почти до крыши. Я кинулся следом за ним, но Гунн меня остановила.

- Я тебя одного туда не пущу, - сказала она. - Я, знаешь ли, не коза, по крышам скакать. Не говоря уже о том, что у него тактическое и юридическое преимущество.

- Юридическое? Прости, он преследовал нас, и мы...

- Он мирно шёл по делам, когда к нему пристали кентавр и какой-то коротышка. А потом отобрали плащ. Кстати, - добавила она, обнюхав его, - ты был прав, это человек.

- Понятно, - сказал я. - Извиняемся и уходим, черти б его побрали.

- Верно.

- Уважаемый господин! - крикнул я, - задрав голову. - Мы очень сожалеем, что стали причиной ваших неудобств. Мы только хотели узнать у вас, как пройти в... библиотеку!

- Идиот, - прошептала Гунн.

- Вот ваш плащ, уважаемый господин! Я вешаю его на забор. Ещё раз прошу прощения!

- Всё. Уходим.


Пройдя по улице, свернули на проспект. Никто нас больше не преследовал, и на том спасибо. Вот только через пару минут сверху послышался до боли знакомый свист. Гунн схватила меня и перепрыгнула через забор. Мы залегли. С другой стороны забора раздался большой БУХ, и нас осыпало асфальтовой крошкой.

- Вот чёрт... - сказал я, откатившись под прикрытие забора. - Где мы вообще?

- Сад какой-то больницы, - отозвалась Гунн. - Можно проскакать ещё метров пятьдесят, а потом всё равно возвращаться на шоссе. Придётся мне опять тебя вести. А не хотелось.

- Судьба наша такая. - Проворчал я, вспрыгнув в седло. - Поехали!

- Куда?

- В школу. Если это стреляют в нас, следующая цель - Маро.

Гунн кивнула и рванулась с места, как пришпоренная. Проскакала вдоль забора, перепрыгнула его, слегка пробежавшись копытами по верхушке, соскочила на тротуар, вылетела на проезжую часть, перепрыгнула через пару машин. Кажется, кто-то ещё крикнул вслед "неслабая у лоха тачка", но тут я не уверен. Не помню, сколько улиц, и мы на территории школы. Пролетели в ворота, и тут же нас снова окружила толпа младшеклассниц.

- Тётя-лошадка пришла!

- Тётя лошадка, покатай нас!


Мне показалось, что на крыше школы мелькнула подозрительная тень. Я быстро оглядел двор, и велел Гунн загнать детей под защиту стены с навесом. Хоть какая, а безопасность. Сам бросился в подъезд. Этаж, другой, третий, никого нет. Музыкальный класс. Вбежал, увидел на полу окровавленную Джувию. Бросился к ней, она была без сознания, но жива. Вроде бы, разбит нос, в кровь. Глаза целы. Череп тоже, позвоночник бы проверить, а как? Джувия застонала и открыла глаза. Они смотрели в разные стороны. Скверно.

- Ты меня видишь? - спросил я. Она повернула голову в мою сторону, сфокусировалась, и прошептала "Да".

- Уже лучше.

Я оторвал кусок от рубашки и вытер кровь с лица. Когда задел нос, она дёрнулась.

- Пошевели руками.

Она подняла руки, они почти сразу упали.

- Теперь ноги.

Слава богу, ноги тоже пошевелились.

- Отлично, позвоночник цел, - сказал я. - Остальное поправимо. Затем сорвал пару штор с окон, сложил и осторожно подпихнул под Джувию.

- Они... схватили Маро. - прошептала она. - Двое.

- Понятно, думаю, сейчас на крыше. С другой стороны выход из школы есть?

- Нет.

- Лежи, не шевелись. Гунн сейчас вызовет помощь.

Джувия улыбнулась.

- Тётя-лошадка, - прошептала она.


Я вытащил телефон.

- Гунн, вызывай медиков. Третий этаж, музыкальный класс. Девушка, 17 лет, ушибы, сотрясение мозга. Кто-нибудь выходил из подъезда?

- Никто. Это Маро?

- Нет, Джувия. Маро утащили, видимо, на крышу. Я туда. Кто выскочит - звони.

Не дожидаясь ответа, закрыл связь и бросился на лестницу. Вверх. Дверь на крышу открыта. Отлично. Один стоял, прикрывшись Маро, нацелив на меня лучевик. Второй рядом. Не раздумывая, я бросился к первому, отскочив направо. Луч ударился в дверь. Я подпрыгнул. Слишком рано, чтобы ударить в лоб ботинком, зато и луч прошёл внизу. Приземлившись, я с разбегу ударил его тростью в челюсть. Раздался хруст шейных позвонков, парень осел, как мешок. Второй, расширив глаза от ужаса, начал пятиться. На разбег не хватало места, поэтому я с разворота ткнул его тростью в лицо, нажав потайную кнопку. Пневмопружина послушно вытолкнула набалдашник ему в лоб. Ещё один хруст позвоночника. Я оглянулся на Маро. Она лежала, упав под тяжестью похитителя. Я осторожно сбросил его руки с её тела.

- Ты в крови. Били? - Спросил я.

- Нет, это кровь Джувии. Что с ней?

- Ушибы и сотряс. Скорая едет.

Я снова оторвал кусок от рубашки и обтёр её кровь с рабыни.

- Господин, это дорогая рубашка, - сказала она.

- Не дороже крови, - ответил я. Зазвонил телефон.

- Сёмыч, - сказал Гунн. - Медики на подходе, полиция тоже. Что у тебя?

- Маро в порядке. Похитители мертвы. - Ответил я.

- Поняла.

Гунн повесила трубку. Я сел, осторожно взял руку того, который в меня стрелял. Все выстрелы пришли в небо, доказать, что я защищался, будет трудно. Вздохнул. Обхватил его пальцы своими. Его рукой и своей, через лоскут рубашки, поднял пистолет. Аккуратно направил себе в бок, чтоб не задеть чего-то важного. Стиснув зубы, нажал на спуск.

Синий луч вырвался из ствола и продырявил кожу на боку. Адская боль разлилась по коже. Я упал на колени, выронив руку врага с пистолетом. Почувствовал поток крови на коже. Схватил кусок рубашки, прижал к ране, стало ещё больнее. Застонал, упал на здоровый бок.

- Господин ранен! - сказала Маро. - Помогите!

Она оторвала от оставшейся рубашки ещё один кусок, и осторожно обтерла им кровь вокруг раны. А потом заткнула её. Стало легче. Я перевернулся на спину.

- Что ты видела? - спросил я.

- Тот человек выстрелил в господина и промахнулся, потому что господин ударил его палкой в челюсть. Затем этот выстрелил в господина, но он сумел увернуться и нанести сильный удар. Я правильно видела?

- Умница. - Произнёс я с трудом. - Будешь награждена.

Она встала возле меня на колени и посмотрела на меня. Выражения её лица я не понимал. Какая-то смесь восхищения, благодарности, ненависти и вообще, боль просто не давал мне соображать.

- Награждена... - тихо повторила она. - Меня спасли. Мужчина... Мой господин меня спас. Мой хозяин. Владелец...

Я не понимал уже ничего. Довольна? Или сейчас она меня добьёт? Боль выгнала из головы все остатки здравого смысла. Мне оставалось только одно: видеть. Она легла рядом со мной, со стороны здорового бока, и вдруг её губы накрыли мои. Непроизвольно я обнял её, и мы слились в поцелуе. Когда она оторвалась от меня, я заметил, что боль исчезла. Совсем.

- Господин наградил Маро. - прошептала она.

Я промолчал. Поцелуй был великолепен, но мои таблетки позволили оценить технику и только. Очень неопытная девочка старалась доставить максимум удовольствия своему мужчине, но при этом не старалась сама извлечь максимум удовольствия для себя. Этому тоже придётся её учить.

Прибыла полиция и медики. Сняли показания, забрали трупы. Обработали рану, предложили госпитализацию, получили отказ. Затем Гунн повезла нас домой. Боли не было, но голова кружилась. Маро сидела у меня за спиной, обняв. И ещё она громко мурлыкала. Доставит эта кошка мне ещё забот...

Рабынь пока расположил в холле, хотя пришлось принести стулья из разных комнат.Я сел за стол, на котором были сложены их документы. Гунн возвышалась надо мной горячей движущейся башней. Открыл первую папку, почитал, отложил в сторону. Вторую, третью. Вскоре папки были разложены на три неравные кучки. Самая маленькая кучка состояла из одной папки. Я посмотрел в лицо Гунн, задрав голову и хитро улыбнулся. Погоди-ка у меня, противница рабства!

- Ёлочка**! - позвал я. Одна из рабынь поднялась. Я залюбовался её. Невил, конечно сволочь, но понять его можно. Высокая красавица, с зелёными волосами. Удивительное лицо, одновременно властное, и в тоже время с оттенком наивности. Совершенно роскошная фигура. А уж ноги-то! Про такие говорят "они не кончаются". Может, плюнуть на всё и оставить её себе? Ну уж нет, я не настолько сволочь, как Невилл. Хотел сделать из неё доминаторшу для мазохиста? Теперь уж точно не получится.

- Подойди сюда, - сказал. Походка у неё тоже была очень хорошо поставлена. Интересно, это Невилл или всё-таки своё? - Садись, - указал на соседнее кресло. Она села, на краешек, выпрямив спину.

- Ты не гражданка Осколка, так? - спросил я её. Она кивнула и ответила:

- Да, господин. Ёлочка уроженка другого мира.

- Поэтому и попала в рабыни, не знала законов, верно?

- Да, но...

Я сделал ей знак молчать. Она явно испугалась. Ничего, это поправимо.

- Незнание законов не освобождает от ответственности, - изрёк я прописную истину. - А знание освобождает. Но суть не в этом. Суть в том, что кроме законов у нас на Осколке существуют обычаи. В вашем мире есть что-то подобное?

- Да, господин.

- Например?

- Серьги в ушах женщины говорят о её социальном статусе, господин. Если в них...

- Достаточно. Человек не знал значения серег, вы не поняли его намерений, как следствие, он потерпел некоторый ущерб, который вы не смогли возместить. Но сейчас это уже не важно, и я объясню, почему. Согласно одному из наших обычаев, гражданин иного мира, попавший в рабство с правом на освобождение, не важно, со сроком или без, должен быть немедленно освобождён. Невилл этого не сделал.

- Как так? - Спросила Ёлочка, и тут же испуганно закрыла рот ладонью. - Господин, Ёлочка заговорила без разрешения, накажите её!

Я ободряюще улыбнулся.

- Невилла для тебя больше нет, а я соблюдаю обычаи.

Я протянул руки к её шее, но жар, исходящий от тела Гунн, остановил меня.

- Ёлочка, встань. Гунн, помнишь, как я тебя учил снимать ошейник?

- Да, Сёмыч, - ответила она.

- Действуй.

Гунн нерешительно протянула руки к ошейнику Ёлочки. Я ободряюще кивнул. Один палец залез под него, нажал на потайную кнопку изнутри, другой палец сдвинул задвижку, и ошейник Ёлочки распался. Она удивленно взглянула на его половинки, лежащие на полу, потёрла руками шею и упала на стул.

- Как это... - прошептала она.

- Гунн, дай госпоже Ёлочке воды, - сказал я, улыбаясь.

- Да, Сёмыч, - сказала Гунн дрожащим голосом. Взяла графин, налила стакан, выпила залпом. Затем, вспомнив о Ёлочке, налила ей второй.

- Сёмыч, как же это... Я это... И всё? - сказала она.

- Да, Гунн. И всё. Госпожа Ёлочка, поскольку вы уроженка другого мира, вам не нужно обращаться в полицию для изменения статуса. Ваши документы, насколько я могу судить, лежат в этой папке. Да, вот они.

Я вытащил их, две карточки и один диск. Ёлочка дрожащей рукой взяла их, переложила в другую, она явно не соображала, что надо делать.

- Положите их в эту папку, она теперь ваша, - сказал я, пододвинув папку ей. - Если у вас есть средства, вы можете покинуть Осколок прямо сейчас. Я даже оплачу вам такси до космопорта. Если нет (какого чёрта? Я что идиот, такую красавицу отпускать?) то я предлагаю вам работу в своём доме. Зарплата средняя, даже чуть выше. (Точно, идиот). Чем вам придётся заниматься (Да, вот именно, чем?) решит моя помощница, Мидори, когда приедет. Она же выделит вам комнату. Признаться, я сейчас не уверен...

- Сёмыч, - тихо сказала Гунн, наклонившись к моему уху. - Посмотри на её глаза. Ещё чуть-чуть и она разревётся. Я отведу её к себе в комнату?

- Разумеется. - Ответил я. - Госпожа Ёлочка, я вижу, вам трудно принять решение. Гунн сейчас отведёт вас в свою комнату, отдохните там. Вопросы будем решать позже.

- Да, госпо... (пауза. Ну, давай смелей, красавица!) Сёмыч. Я с удовольствием отдохну в комнате госпожи Гунн.

- Просто Гунн, - сказала Гунн. - Идём. Я надеюсь, мы подружимся.


Я откинулся на спинку кресла и расстегнул воротничок. Слегка отдышался. Что ж, по крайней мере Гунн я успокоил. Правда, что скажет по этому поводу Мидори? Раздался звонок. Вызов от неизвестного лица. Я решил ответить. На экране появился человек, мужчина, зрелого возраста, суровый.

- Добрый вечер, - сказал я, глядя в камеру. - Чем обязан?

- Добрый. Я отец Джувии. Господин Сёмыч Воссилов, полагаю?

- Верно. Как она?

- Лучше, чем час назад, но очень плохо. Сейчас её отправили в реанимацию и пока держат в бессознательном состоянии.

Интересно, с чего бы? Насколько я мог судить, несовместимых с жизнью повреждений у неё не было.

- Печально слышать. У неё есть мед. страховка? Впрочем, неважно. Господин Локсар, я берусь оплатить всё то лечение, которое страховка не может покрыть. Более того...

- Господин Воссилов, этого недостаточно. Далеко недостаточно. Я думаю, что если бы вы согласились заплатить пятьдесят тысяч компенсации...

Ого! Губа не дура. Насколько я знаю законы, максимум, что он может требовать, это двадцать пять.

- Очень жаль, господин Локсар, - ответил я. - Но у меня нет таких денег. Тем не менее, я готов компенсировать ущерб другим способом.

- Например?

- Насколько я знаю, ваша дочь через полгода станет совершеннолетней. Допустим, я, в качестве компенсации подарю ей рабыню...

- Я не ослышался? Но ведь рабыни стоят...

- Рабыни от Воссилова стоят гораздо дороже, чем любые другие, господин Локсар. Это не всегда выгодно, признаю. Тем не менее, мои рабыни - товар штучный, часто тренируются под конкретного заказчика. Поверьте, одна такая рабыня для вашей дочери это вполне сравнимо с полусотней тысяч.

- Но...

- Кроме того, господин Локсар, подумайте вот о чём. У вашей дочери появится подружка. Настоящая, хорошая и преданная. Случалось вам оставлять её на ночь с какой-нибудь подружкой? Если нет, то, может быть, вы слышали какие-то истории о подобных случаях?

- Нет, я не доверяю посторонним свою дочь.

- Вот видите. А рабыне вы можете доверять полностью. Поверьте мне, она будет вторым после вас человеком, который никогда не принесёт ей вреда и сможет защитить, если что, даже ценой своей жизни. Именно так я воспитываю своих рабынь.

- Чёрт... - Он потёр затылок. - Знаете, я... Да какого... Ладно, я согласен. Чёрт возьми. Нет, сперва я наведу справки...

- Разумеется, это ваше право, господин Локсар. Звоните мне в любой момент. Буду рад вам и любым сведениям о вашей дочери.

- Несомненно. - И он тут же разорвал связь.

- Кому это ты хочешь подарить рабыню? - Раздался ласковый голос у меня над ухом. - Может быть, одну из тех, что сидят вон там? Кстати, откуда они взялись?

Я обернулся. За моей спиной стояла Мидори, восхитительная как всегда. Рядом с ней стояла Маю, в слегка помятом костюме. И неизвестный мне армейский лейтенант.

- Привет, Мидори, - сказал, поднимаясь. - Я тебе чуть позже всё объясню. Господин лейтенант?

- Лейтенант Кахар***, честь имею, - сказал он, на мгновение встав "смирно". Выправка у него была отменная. - Я к вам по поводу вашей рабыни Маю.

- Очень рад, господин Кахар, - ответил я, обозначив кивком приветствие. Затем повернулся к рабыням, выбрав троих.

- Ты, ты, и вот ты. Принесите сюда ваши стулья.

Девочки выполнили мой приказ. По привычке я оценил, как они это делали. Шли они красиво, выпрямившись, стулья держали перед собой так, словно это подносы с драгоценностями. Остановились, поклонились.

- Вы не предложите стулья гостям? - спросил я, приподняв одну бровь.

- Да, господин. Просим прощения, господин, - сказали они хором.

Затем вежливо предложили стулья Кахару, Мидори и Маю, после чего выстроились передо мной по стойке смирно.

- Ты, - сказал я, ткнув пальцем в ту, что побольше. - Желаете чего-то попросить?

- Господин, - начала она.

- Господин Сёмыч. - Поправил я.

- Господин Сёмыч, мы очень давно на ногах и... она скромно опустила глаза. "Вот же идиот!" - обругал я сам себя. Мог бы и сам догадаться.

- Маю, покажи новеньким, где туалет. Объясни им, если чего-то не поймут и побыстрее возвращайся.

- Да, господин Сёмыч. Новенькие, идите за мной.

- Вы, трое, тоже идите со всеми. - сказал я.

- Да, господин Сёмыч.

- Так, теперь о деле. - Я встал со стула и выпрямился во весь свой рост, насколько возможно. - Господин Кахар, я правильно понимаю, что армия нуждается в Маю?

- Вы правы, господин Сёмыч. Она показала результаты слишком хорошие даже для своей расы. Полковник Некты**** очень хочет видеть её среди личного состава части.

Кто бы сомневался, Некты, да чтоб упустил своё.

- И как поживает Старый Волк? - Спросил я. - Небось, силён как прежде?

Кахар улыбнулся.

- Вы знакомы с полковником? Он силён как никогда. Сегодня перекидал через стену роту молодых, которая не смогла преодолеть препятствие. А вы давно его знаете?

- Со времён последней войны, господин Кахар. Тогда он был капитаном. Так сколько он хочет дать мне за Маю?

- Видите ли, господин Сёмыч, по закону рабы не могут служить в армии...

- Для вас просто Сёмыч. Я в курсе законов. Маю пойдёт добровольцем, как свободная гражданка Осколка, но мне же полагается некоторое вознаграждение, так?

- Три тысячи кредиток, - сказал он. Ну да, не зная Некты, можно поверить, что это дозволенный максимум. Но уж я-то его знал.

- Мидори, принесите пожалуйста нужные бланки и ёнпхиль*****, - сказал я.

- Да, Сёмыч. - Сказала она, поклонившись.

- Кахар, время позднее. Вам ещё везти Маю в часть, потом домой, с утра на службу. Пять тысяч мне, триста вам и разойдёмся. Или хотите поторговаться?

- Офицеры Осколка не торгуются! - гордо сказал Кахар. - Пять вам, пятьсот мне и по рукам.

Вот это по-нашему! Быть тебе, Кахар, полковником.

- Пусть так и будет. - Кивнул я. - Предпочитаете наличными, я полагаю?

- Разумеется, их труднее отследить, - сказал он, улыбнувшись.

- Отлично.

Я взял комм, позвал Мидори и попросил взять из сейфа деньги. Тем временем вернулась Маю. Я посмотрел на неё и кивнул. Она буквально расцвела. Я указал ей на стул. Она удивлённо на меня посмотрела. Я снова кивнул и она послушно села на краешек стула. Образцовая ученица, даже жалко расставаться. Подошла Мидори.

Заполнил бланк вольной для Маю. Велел встать. Всё-таки красивые у неё глаза, особенно, когда в них светится надежда. Взял ошейник, расстегнул. Бросил в мусорку.

- Госпожа Маю, поздравляю вас. Полагаю, вы сейчас подпишите контракт с военной частью?

От радостного визга все присутствующие присели заткнув уши. Новенькие рабыни, придя в себя, тут же упали ниц, и хором, причём хорошо организованным, стали просить прощения. Мидори на них цикнула и они заткнулись. Только Кахар остался стоять навытяжку, правда, заткнув уши. Маю подписала всё, что можно и повисла у меня на шее, осыпая поцелуями. Нет, кажется, зря я боялся с ней работать.

- Ну, служи, дочка, как я служил! - сказал я, обняв её на прощанье. Кахар улыбнулся, явно вспомнив продолжение этой шутки. Мидори тоже обняла Маю.

Сцена прощания была короткой, но лирической. Армейский джип увёз лейтенанта и новобранца в неизвестное будущее. Затем я продал несколько рабынь их родителям, с совершенно символической выгодой, часть забрала Холо, недовольная тем, что я побеспокоил её среди ночи. Оставшиеся заняли свободные комнаты, как раз всем хватило. А ведь ещё мне предстояло оформлять на себя недвижимость Невилла, ставшего моим врагом. И это не считая тех, кто избил Джувию.

Конец второй части.

__________

* Отсылка к мультсериалу "Хвост Феи"

** Отсылка к мультсериалу "Хвост Феи"

*** Отсылка к мультсериалу "Хвост Феи"

**** Некты - Волк на Корейском

***** Карандаш на Корейском


========== Часть третья ==========


Глава третья

Озёра - моё любимое место отдыха. Здесь тихо, красиво, никаких вредных насекомых.И почему-то никаких неприятных компаний. Одним словом - рай. Понятно, что на Осколке есть и настоящие курортные места, где за соблюдением тех же условий следят специально приставленные люди, но там нет настоящей природной чистоты и одиночества. На берегу, рядом с прибоем, я развёл огонь в портативном очаге. А потом расправил надувную кровать на пляжике, разложил посередине закуски и напитки. Мы с Лирой устроились по краям. Я раскупорил бутылку, приготовился наливать, но Лира посмотрела мне в глаза.

- Простите Лиру, господин, но она должна вам сказать.

И тут же мучительно замолчала.

- Что с тобой, милая? - спросил я.

- Лира... Но ведь это невозможно. Лира... - она замолкла на долю секунды, а потом сказала, как выстрелила, - Лира беременна. Простите Лиру, если сможете. Но Лира ни с кем, кроме господина, никогда!

- Подожди-ка.

Новость была из тех, которую надо хорошенько закусить, потом переварить, потом запить, ещё раз закусить и принять. Я решил пропустить все этапы, кроме последнего.

- Почему ты сказала, что это невозможно?

- Но ведь, Лира - человек, а господин - хоббит. У нас не может быть детей.

Я моргнул. Что за бредятина? И тут до меня дошло.

- Снимай штаны, - сказал я, улыбнувшись. - Живо, живо.

- Господин накажет Лиру? - спросила она испуганно, взявшись за ремень.

- И не подумаю, - улыбнулся я. - Тебя не за что наказывать. Скорее, наоборот.

Лира сняла штаны, оставшись в светлых трусиках и футболке. Я снял с неё кроссовки и носки, потом внимательно осмотрел её ноги, погладил их, от бёдер до пяток. Жёсткая щетина уже пробилась сквозь кожу. Через несколько часов она превратится в приятный пушок, а затем станет мягкой шёрсткой.

- Лира, девочка моя, - сказал я, сдерживая смех. - ты ведь сегодня брила ноги, верно?

- Да, они постоянно обрастают. Так стыдно. - Лира густо покраснела, сказав это.

- На самом деле это моя вина. Ты выросла среди людей, верно?

- Да, господин.

- А до того, в детском доме, который сгорел. Помнишь это?

- Лира была маленькая. Лира помнит огонь, и... ничего больше. Господин, Лира не виновата.

- Никто тебя не винит. Тебя спасли, но документы сгорели. Тебя приютила семья людей, и оформила тебе новые документы, как на человека.

- Лира думает, что да.

- Вот-вот. А когда ты попала ко мне. - На какое-то время я замолк, вспоминая этот момент. Маленькая девочка, с ужасом в глазах, с заплаканной мордашкой. Обычная картина, но чем-то она меня тронула, несмотря на таблетки. - Да, когда ты попала ко мне, я заподозрил, что ты... В-общем, я провёл генную экспертизу. Но не успел сообщить результат. Помнишь, ты сбежала?

- Лира по... - Я прижал палец к её губам.

- Тс-с-с. Я оформил тебе вольную, задним числом. А когда полиция тебя вернула, мы с тобой заключили контракт, как на рабыню. Без права освобождения и продажи. Но я опять не сказал тебе результатов экспертизы. Забыл. Или просто мне это не казалось важным. Ты не девушка маленького роста. Ты хоббит. Как я. Только высокий.

- Что? Так Лира...

- Именно. И выбрось свою бритву, малышка. Отныне ты не побреешь ни сантиметра своей драгоценной кожи. Да кстати.

Я слегка поднял ей футболку, закрыл глаза и положил руку на её животик, пока ещё не очень выпуклый.

- Девочка. Рыженькая.

- Что? Лира не понимает.

- Одна из особенностей нашего вида. - Объяснил я. - Мы можем чувствовать будущего ребёнка. Пол, внешность. Но только своего ребёнка.

- Лира тоже так хочет.

- Ляг на спину, закрой глаза. - Она послушалась. - Сосредоточься. Чувствуешь что-нибудь?

- Нет, но... Кажется...

- Я тебе помогу. Подними руки.

Я снял с неё футболку. Под ней был небольшой ажурный лифчик, призванный

скорее завлекать, чем поддерживать. Небольшой для человека, разумеется. Его я тоже снял, скорее для удовольствия. Осмотрел тело, такое прекрасное и такое знакомое. Сколько же лет я играл на нём, как на тонко настроенном пианино? Слегка пробежал по нему пальцами, словно играя гамму. Потом нежно погладил там, и здесь, и ещё здесь, словно играя ноктюрн, вводя Лиру в транс. Она закрыла глаза и размеренно задышала. Затем, не раскрывая глаз, сказала:

- Девочка, рыжая. Глаза зелёные, лицо милое, похожа на господина. Ой!

Она проснулась.

- Господин, я её почувствовала! Она красавица похожа на вас! Я так счастлива! Ой. Я забыла...

- Ничего страшного, - улыбнулся я. - Теперь это неважно. Милая, теперь ничего не важно.

- Не важно?

- Абсолютно. Видишь ли, когда я был молодым и глупым, я поклялся, что мой ребёнок будет сыном свободных родителей. Так что я дарю тебе свободу... госпожа Лира.

- Но мы заключали контракт на рабство без права продажи и освобождения.

- Верно, милая. Однако там были указаны форс-мажорные обстоятельства, позволяющие расторгнуть его. Например, невозможность одной из сторон выполнять свои обязанности. Госпожа Лира... Нет, Лира. Определённо, это именно такой случай.

- То есть, вы меня бросаете? - Она даже покраснела от негодования.

- Нет. У меня к тебе новый контракт. Но сначала...

Я расстегнул Лирин ошейник и бросил его в пакет для мусора. Нежно погладил шею Лиры. Она ойкнула.

- А теперь, пожалуйста, встань. - Тихо сказал я.

- Пожалуйста? Так непривычно... Но я встану.

В ответ я встал на колени. Стараясь соблюсти торжественность момента, я сказал:

- Госпожа Лира, я понимаю, что... А, собственно, выходите за меня замуж!

От удивления Лира села на кровать.

- За... За... вуж? Вам? Мас? За вас замуж? Но... Я же... Мне так нравилось быть вашей вещью, вашей игрушкой, а тут...

- Ты была моей любимой игрушкой, - сказал я. - Даже с моими таблетками. Лира, простите, если я вам не угодил. Став моей женой, вы всё равно останетесь моей... игрушкой. Брак фактически тоже рабство, только на двух рабов приходится два хозяина и законы они устанавливают сами. Прошу вас, Лира. Не только ради себя и вас, ради нашей дочери.

Лира встала передо мной на колени, теперь мы оказались на одном уровне. Она чуть выше.

- А машина? - спросила и тут же засмеялась. - Ой, я такая глупая... Сёмыч, хозяин, я, нет, мы обе согласны. Жена, надо же.

- Раз так, приступим к старинному обычаю, - сказал я и достал бутылку дорогого вина.

- Она не хочет этого! - пискнула Лира, положив руку на животик.

- Это не для нас, - ответил я. Раскупорил бутылку.

- Духи земли! Будьте добры к моей дочери! Дайте силу, чтоб она росла крепкой!

И полил вином землю вокруг кровати. Вино тут же впиталось. Хороший знак. Затем подошёл к воде.

-Духи воды! Защитите мою дочь от беды, если случится! Не дайте ей погибнуть среди вас!

И вылил немного вина в воду. Оно расплылось лёгким рубиновым облачком, и тут же набежавшая волна растворила его в себе. Тоже хороший знак. Теперь я повернулся к Солнцу.

- Духи воздуха! Дайте моей дочери свои силы! Пусть она будет лёгкой и быстрой, как вы!

И взмахнул бутылкой перед собой. Струя вина вырвалась из горлышка, разбилась на капли и на какое-то мгновение появилась радуга. Просто чудесно.

- Дух огня! Прошу, пусть моя дочь станет такой же прекрасной, сильной и честной как ты!

И вылил остатки вина в костёр. Огонь сперва возмущённо фыркнул, и взвился длинным языком, но тут же успокоился и как-то даже замурлыкал.

- Что ты сделал, любимый хозяин? - спросила Лира.

По обычаю, отец будущего ребёнка должен принести духам жертву и попросить их о чём-то. Если хоть какие-то духи принимают её, это хорошо.

- И они её приняли?

- Все четыре. Такое бывает редко.

- Сёмыч, я такая счастливая!

Расплата наступила вечером. Нельзя сказать, что Мидори была в ярости, но и радости эта новость ей не доставила.

- Сёмыч, это удивительная радость, но... Я не уверена, что счастлива за тебя, хотя чертовски рада за Лиру. Всё-таки для тебя рабыня это не совсем пара, пусть даже твоя собственная. Конечно, как реклама этот факт хорош, но...

- Но что? Я давно люблю Лиру, и если на ней не женился, то... хм... Слушай, мне просто в голову не приходило этого сделать. Надо же. Нет, наверное, я должен был раньше.

- Сёмыч, не мямли. Сначала ты приютил эту Ёлочку, и теперь я ломаю голову, чем её занять. Тренировать девочек, предназначенных для женщин?

- Это я оставлю тебе. Вряд ли у Ёлочки столько опыта. Хотя, кто знает.

- Вот именно, кто. Извини, но что касается Лиры, я не могу доверить твою жизнь беременной женщине. Кто знает, что ей завтра в голову придёт? Поздравляю, ты лишился шофёра, зато заимел двух нахлебниц. Причём Лиру я ещё могу терпеть, но...

Мне в голову пришла мысль, банальная до идиотизма.

- Мидори, Ёлочка далеко?

- Я отправила её за покупками. Можешь связаться с ней по комму.

- Не надо. Где её документы?

- С ней, надо полагать.

- Нет, документы на рабство. Да, я знаю, что они недействительны, и она могла их сжечь.

- Я их просмотрела. Что тебя интересует? Дай угадаю. Профессия?

- Мидори, - сказал я, устало вздохнув. - Телепатия без лицензии...

- Больно надо. Кстати, она не механик. Вот если б Лира была поваром и медсестрой, было бы лучше.

- Чёрт... А кроме этого?

- Лицензия пилота-любителя, атмосфера. Лицензия преподавателя... не поняла что. Лицензия водителя, категория 3ц. Но это же в её родном мире.

- Стоп. Водитель, ещё и пилот. Слушай, а переоформить на Осколок?

- Мысль. Вот только категория 3ц, это... не знаю. У Лиры же ки?

- Ну да. Вот тебе и замена, в понедельник займись. Так, что у нас ещё?

Мидори усмехнулась.

- Тебе нужен новый телохранитель.

- Что такое? Гунн?

- Почти. - Сказала Мидори, протянув конверт. Из него я вытащил лист бумаги.

"Господин Сёмыч Воссилов, "-тра-та-та-та, "приглашается на городской фестиваль, согласно традиции и обычаю, "-тра-та-та. Я вопросительно посмотрел на Мидори. Она выразительно посмотрела на меня. Я понял.

- Чёрт. Помимо всего прочего обычай включает в себя бой с телохранителем. Неплохая подстава.

- Что будешь делать?

- Ничего.

Мидори удивлённо подняла бровь.

- Нанимать слабого телохранителя ради этого поединка - дешёвый трюк. Не говоря уже о том, что об этом узнает весь город. Кроме того, было два покушения на меня или Маро, не важно. Где гарантия, что новый охранник не окажется подставным?

- Резонно. Полагаю, просить Гунн о драке вполсилы...

- Я не дешёвка. Честно проиграю или бесчестно выиграю, народ это увидит и оценит. Пусть лучше обо мне думают, как о честном торговце, чем о нечестном воине.

Мидори на секунду задумалась.

- Да, но если ты проиграешь... Хотя нет, ты прав. Спорт это не война, а хорошая репутация не то, от чего можно с радостью избавиться.

- Кроме того, завтра я всё равно хотел потренироваться с Гунн в степи.

- Ради бога. Только если она тоже окажется беременной.

Я демонстративно поперхнулся и выразительно посмотрел на помощницу.

- Погоди, Сёмыч, что ты... Она беременна?

- Мидори, ты же не думаешь...

Открылась дверь, и в неё вошла Лира.

- Добрый вечер, госпожа Лира. - сказала Мидори, обозначив кивок.

- Добрый, Мидори. Хозяин, - начала Лира, но тут же поправилась. - Сёмыч, я насчёт машины. Хотя нет, кто беременна?

- Гунн, - сказала Мидори. - Сёмыч, ведь так?

- Сёмыч, я всё понимаю. Конечно, я же всего лишь бывшая рабыня.

Я вздохнул.

- Девчонки, вы в своём уме? Или вы Гунн никогда не видели?

Лира засияла и обняла меня. Я ответил ей тем же.

- Эй, молодые, здесь вообще-то рабочий кабинет! - одёрнула нас Мидори, не делая, впрочем, никаких попыток нас разнять. - У вас ещё будет время.

- Да, - сказала Лира, неохотно оттолкнувшись от меня. - Но как быть с машиной?

- Передай её Ёлочке, у неё есть какая-то лицензия, - ответил я. - Не знаю, как она действуют на Осколке, это тоже нужно выяснить. Да и переоформить, думаю, не проблема.

- Верно. Но от кого же беременна Гунн? - сказала Мидори.

- Погодите. А кто вообще сказал, что Гунн беременна? - спросила Лира.

Мы с Мидори посмотрели друг на друга.

- Завтра мы с ней потренируемся в степи, - начал я.

- Это важно? - спросила Лира.

Я показал ей письмо.

- Лира поняла. - Сказала она, прочитав. - Хозяин, Лира может идти?

Я выразительно посмотрел на неё. Она радостно засмеялась и убежала.

- Ладно, Сёмыч. Развлекайся завтра. А не хочешь ли осмотреть новеньких?

Честно сказать, не хотелось заниматься делами, тем более суббота. Но при моей работе выходные это весьма условное понятие.

- Пошли. Хотя нет. Мидори, до меня сейчас дошло, что у нас проблема. Сколько у нас рабынь?

- Пять. Маро и четыре новеньких. А в чём проблема?

- Шесть.

- Ох. Малышка Ю. Как думаешь, сколько Холо будет держать её у себя? Расходы-то немалые, тем более Лии содержать тоже надо.

Я в отчаянии уронил голову на руки. Терпение Холо не безгранично, рано или поздно выкатит счёт за содержание рабыни. Помещения Невила ко мне отойдут не ранее, чем через неделю, бюрократия на Осколке работает не быстрее, чем на других планетах. Снять номер в отеле? Это ещё дороже. Я взял телефон.

- Да, Сёмыч! - раздался знакомый голос.

- Холо, я хотел спросить тебя, насчёт Ю, как она себя чувствует?

- Ты знаешь, - голос слегка потеплел, - ей лучше. Но мне бы хотелось подержать её недельку у себя. Ты не против? Я помню, что мы договаривались только насчёт пары дней, но появилась необходимость в персонаже её типа в одной передаче.

- Э... Как бы тебе сказать. У меня появились некоторые трудности связанные с ней.

- Но, Сёмыч! Всего неделя. Зато у тебя будет такая реклама... (Вот уж спасибо, рекламы благодаря тебе выше крыши.) Насчёт расходов не волнуйся, телевидение оплатит. Ой! Хотела сказать тебе спасибо за Лии! Она такая милая, и так любит играть с Ю!

Я сделал вид, что задумался.

- Раз так, пусть Ю побудет у тебя ещё. Тем более, игры с Лии ей не повредят. Ладно, спасибо. До встречи!

Мне показалось, или я услышал облегчённый вздох, когда обрывалась связь?

- Хоть одна проблема решилась, на недельку, - сказал я. - Ладно, пойдём посмотрим девочек.

Маро тихо спала. На компьютере была открыта программа монтирования роликов. Последние кадры изображали коротышку в прыжке. В руке у него была дубинка, вокруг валялись побитые великаны. На последнем кадре один великан протягивал в сторону коротышки меч. Видимо, пытался достать его из последних сил. Я не стал её будить, пусть отдыхает. Выйдя в коридор, Мидори сказала, что это плохой знак. Вынужден был с ней согласиться. Влюблённость рабыни в хозяина, в моём случае очень плохо. Хотя поправимо.


Следующую комнату занимала Клэр, миленькая девочка с длинными синими волосами и лицом грустного котёнка. Она сидела на кровати и с явным удовольствием что-то смотрела по телевизору. Увидев нас, мгновенно выключила звук и вскочила.

- Лилия счастлива видеть хозяина и госпожу, - пропела она. Голос её и вправду звучал, так, будто она поёт. Но меня насторожило другое.

- Лилия? В документах сказано, что тебя зовут Клэр. Мидори, разве не так?

- Дай-ка мне папку, - сказала Мидори. Быстро пролистала, затем просмотрела остальные. - Что за ерунда... Тебя как зовут?

- Клэр. Но мой бывший хозяин велел мне называть себя Лилией.

Мы с Мидори переглянулись. Идиотизм и бардак. И наверняка не только с ней.

- Клэр. - Сказал я. - Значит, Клэр. Кстати, какого цвета у тебя волосы?

- Вообще красные, но хозяин перекрасил в синий, потому что так нравится женщинам.

- Понятно. Значит, он готовил тебя для женщины.

- Да.

И тут случилось невероятное. Губы Клэр скривились, лицо исказилось, из глаз полились слёзы. Я начал что-то понимать. Вынув из кармана платок, я протянул его девушке.

- Вытри это. И объясни, почему ты плачешь?

Клэр, всхлипывая, сказала:

- Клэр не любит женщин. Хозяин накажет Клэр?

- Нет, пока что не за что. Так почему ты готовилась для женщины?

- Прежний хозяин говорил, что ему лучше знать. Он заставлял Клэр ублажать помощницу и наказывал, если Клэр что-то не так делала.

Наказывал. Интересно, как?

- Раздевайся, - велел я.

Клэр сняла рубашку, очень красиво и плавно. Затем, такими же красивыми движениями сняла всё остальное. Мидори одобрительно кивнула.

- Спиной ко мне, - велел я.

Она повернулась. Мидори охнула. Спина девушки была испещрена рубцами. Не сильно, всего несколько дней лечения мазями, но явно болезненно.

- Я всё понял. Вылечить это мы вылечим. Повернись ко мне. Женщин ты не любишь, это я понял. А что тебе нравится?

- Клэр... боится говорить, - прошептала она.

Довести человека до такого, какой же надо быть сволочью? Такой же, как Невилл. Или чуть хуже, если возможно.

Я посмотрел на телевизор. На экране высокая длинноволосая блондинка в чёрном пальто, длинных сапогах и высокой чёрной шапке уделывала белым кнутом каких-то мужиков неприятного вида*. А что, должно сработать.

- Тебе нравится быть главной над мужчиной, верно? - спросил я. Она кивнула.

- Вот так же, кнутом, так? - Она снова кивнула.

- Красные рубцы на коже, свист кнута, ожоги от воска, и стоны от боли?

Глаза Клэр засияли от радости, слёзы моментально высохли.

- Да! - сказала она радостно. В яблочко!

- Отлично. Мидори, внеси необходимые изменения в документы, найди заказчика на доминаторшу.

- Сделаю. Недавно, кстати, в одном клубе интересовались доминаторшей.

- Ну вот и отлично. Клэр, оденься и продолжай отдыхать.

- Да, господин! - ответила она и грациозно поклонилась.

- Кстати, волосы, - начал я.

- Через какое-то время вернётся нормальный цвет, - сказала Мидори. - Но не скоро. Я подумаю, что с этим сделать. Может быть, придётся красить.

- Доминаторша с лицом грустного котёнка, - задумчиво сказала Мидори, когда мы вышли в коридор. - Чёрт, я почти завидую Денверу. Извини, Сёмыч, вырвалось.

Следующая комната.

Высокая блондинка, голубые глаза, длинные волосы уложены в необычную ассиметричную присческу. Одежда бело-голубого цвета, чем-то похожая на полярный лёд. Стоит гордо, как Снежная Королева. Мелькнула мысль, а нет ли здесь ошибки? Но нет, я же вчера изучал её документы. Фриз, обитательница северных берегов. Предки происходят с Земли.

- Фриз рада приветствовать хозяина и благородную госпожу, - сказала она ледяным голосом. Я только кивнул в ответ и протянул Мидори руку за документами. Она стояла неподвижно, уставясь на Фриз. Вполне понятно, если б не таблетки, сам бы так же стоял.

-Мидори, - позвал я её. Она спохватилась и протянула папку. Я уселся за столик и углубился в чтение. Чем больше читал, тем хуже мне становилось. Найти хозяина или хозяйку для неё казалось невозможным. Вздохнув, я протянул папку помощнице.

- Фриз, чему тебя обучал прежний хозяин? - спросил я.

- В основном Фриз была рада узнать, как доставлять удовольствие женщинам, - ответила она.

- Понятно. А насчёт мужчин что?

- Хозяин не разрешал Фриз общаться с мужчинами. Фриз девственница.

- Понятно. - Всё это я узнал из документов. - Тебе очень нравилось иметь дело с женщинами?

- Хозяин заставлял Фриз делать всякие постыдные вещи. Фриз было противно, но иначе хозяин не кормил Фриз.

- А с мужчинами что?

- Фриз не любит мужчин. Фриз не хочет заниматься постыдними вещами с мужчинами или женщинами. Фриз хочет играть, петь и танцевать.

Да, способности к музыке, пению и танцам у неё были. Эх, Джувия.

- И какого же хозяина ты себе хочешь? - спросил я.

- Фриз всё равно. Любой выбор хозяина будет ей в радость.

- Ладно. Мидори, записывай. Первое - медосмотр, включая психоаналитика. Обучение танцам, музыке и пению. Никакого секса.

- Сёмыч, насчёт последнего, - начала она.

- Мидори, я даже с таблетками тебя понимаю, но всё равно. Только после медосмотра. Кстати, Фриз, ты голодна?

- Фриз хочет есть. С разрешения хозяина Фриз поспит, чтобы забыть об этом.

- Разрешаю. Но всё равно, Мидори. Обеспечь ей хоть чай с бутербродами. И включи в медосмотр диетолога.

- И что нам с ней делать? - спросила Мидори, когда мы вышли в коридор. - Такая красавица и никакого толку. На бутербродах разоримся.

- Пусть Маро учит музыке, танцам, вместо Джувии. Хоть что-то. А там видно будет. Найдём кому продать. В худшем случае будет в Коте с Денвером стриптизить.

Следующая комната заставила меня мысленно застонать. Ну да, у меня бывали всякие подопечные. Одна Маю чего стоит. Но это же Лам! Красивое стройное тело, свитое на полу кольцами, яркая блестящая чешуя ниже пояса... Бледная кожа выше, красивая грудь, острое лицо. Зелёные глаза при рыжих волосах. И яркие стрекозиные крылья. Одета она была в кожаный поясок с бисерной бахромой, налобную ленту и пару украшений. Кажется, они должны информировать окружающих насчёт рода и социального статуса. Собственно, если б не нижняя змеиная часть, можно было бы прямо сразу продавать её за огромные деньги.

Мидори ойкнула и отошла назад.

- Сёмыч, где были твои мозги вчера? Это же змеефея! Что с ней вообще можно делать?

- Лам рада приветствовать своего нового господина и госпожу. Лам счастлива видеть вас.

- Хорошо сказано, - ответил я. - Ответь на пару вопросов. Как ты попала к Невиллу, чему он тебя учил и что ты умеешь?

- Лам заключила с Невиллом контракт на рабство, по которому он не может её освободить. Старый хозяин ничему не учил Лам, потому что считал способности Лам бесполезными. Он показывал Лам гостям и она изображала им танцы змеефей. - Тут Лам тихонько хихикнула. - На самом деле змеефеи не танцуют. Лам просто делала красивые движения.

- А зачем ты пошла в рабыни? - Спросил я. - Тем более, без права на освобождение?

- Это был единственный способ выжить для Лам. Лам опозорила свою Аркха и была изгнана. Единственно, где Лам может выжить, это города. Но Лам ничего не умеет такого, что нужно жителям этих городов.

- Понятно. Лам, а что ты умеешь, кроме "делать красивые движения"?

- Лам умеет рисовать. Это очень важное искусство в Аркха, но здесь оно никому не нужно. Лам хочет показать господину и госпоже свои работы.

- Чуть позже. Сейчас я, пожалуй, ещё раз почитаю твой контракт. Возможно, вчера я что-то упустил из вида. Между прочим, ты в курсе, что будучи контрактницей, ты имеешь больше прав, чем прочие рабы?

- Да.

- Хорошо. - И я углубился в чтение контракта. Всё правильно, кроме одного. Нарочно или нет, Невилл допустил одну маленькую дырку.

- Лам, ты имеешь право это знать. По условиям этого контракта старый хозяин не мог тебя освободить, но, по тем же условиям, я имею это право, как новый хозяин. Как я понимаю, тебе этого не хочется?

- Освободить? Хозяин, нет, пожалуйста! Лам умрёт!

- Согласен. Но проблема остаётся. Видишь ли, я не только тренер рабынь. В первую очередь я торговец и мне нужна прибыль. Продать тебя как живописца я не могу, рабы с такой специализацией никому не нужны. Продавать тебя как партнёра для сексуальных утех глупо и бессмысленно. Да и опасно для тебя. Если продать тебя в качестве фотографа в отель, или в какую-нибудь фирму, занимающуюся художественной фотографией? В конце-концов, фотоаппарат это такой же инструмент для художника, как кисть. Ты согласна?

- Нет. Хоть Лам изгнали, она по-прежнему верит Богине. Богиня запрещает использовать технику там, где без неё можно обойтись. - Лам сделала какой-то странный знак руками.

- Понятно. Тогда покажи мне свои картины.

Лам улыбнулась. У неё была исключительно красивая улыбка. Эх, если б не нижняя половина...

Достав картины из тубуса, она по одной раскладывала их на кровати.

- Мидори, что ты на это скажешь? - спросил я.

- Ну... Наверное, у змеефей какое-то своё цветовосприятие. Или краски какие-то... Но композиция правильная. Знаешь, Сёмыч, а мне нравится. Свежо, оригинально.

В-общем, да. Цвета слишком резкие. Практически никаких полутонов. Но в целом неплохие пейзажи. Частично морские, частично деревня змеефей, причём сами обитатели были изображены так, что казалось, будто их нет. Вроде был здесь, а сейчас он уже тень.

- Лам, как контрактница, ты имеешь право на собственность, в виде этих картин. Поэтому я прошу разрешения повесить их в холле. Пусть гости смотрят.

- Но хозяин... Лам согласна. Только оставьте мне морской пейзаж. Пожалуйста.

- Ладно. Мидори, в понедельник замерь картины, закажи рамки и вели Гыхну их повесить. Лам, ты пока отдыхай.

- И зачем нужно вывешивать картины? - спросила Мидори, когда мы вышли.

- У нас бывают посетители. Я оценю их реакцию и решу, нужно ли арендовать галерею для выставки. Раз уж я купил никому не нужную рабыню, то попробую извлечь из неё прибыль другим способом.

- А если не получиться?

- Тогда попробую заинтересовать антропологов. Общество змеефей закрытое и мы о них ничего не знаем. А за картины с бытом, да вместе с живой змеефеей, они не то что деньги, душу отдадут.

- Умеешь ты торговать, Сёмыч. Жаль только что денег у нас всегда в обрез, - вздохнула Мидори. - Ладно, кто у нас в последней комнате?

- Сюрприз, - сказал я.

- А, ну да. До сих пор сюрпризов не было. - Улыбнулась Мидори. Войдя в комнату, она, как я и ожидал, удивлённо открыла рот.

- И вправду, сюрприз, - сказала она. - После того, что ты мне только что показал, это... неожиданно. По правде говоря, я ожидала увидеть что-то вроде драконихи или единорога. Но обычная девочка, сейчас это сюрприз из сюрпризов.

- Пхурын** счастлива увидеть господина и госпожу, - сказала девушка, изящно поклонившись. При виде Мидори глаза её заблестели от радости.

- Рад это слышать, Пхурын. Скажи мне, чему тебя обучал прежний хозяин?

- Доставлять радость женщинам и себе. Пхурын так счастлива это делать!

- И всё?

- Пхурын этого вполне достаточно! Она так хочет быть игрушкой у хорошей хозяйки!

Я вздохнул.

- Мидори, - обратился я к помощнице. Та стояла неподвижно, уставившись на девушку и облизывая губы. Наверное, надо было скормить ей пару моих таблеток.

- Мидори! - сказал я громче.

- А? Что? - обернулась она ко мне.

- Эта девочка - твоя. Изучи её документы, потом делай с ней что хочешь и учи её всему, что сочтёшь нужным.

- Но, Сёмыч...

Пхурын упала на колени и стала целовать мою руку.

- Господин так добр, - говорила она чуть не плача.

Я погладил её по голове.

- Сёмыч, ты подарил мне... рабыню? - спросила Мидори.

- Нет. Только работу. Начинай прямо сейчас, если хочешь.

- Но почему?

- Мидори, сейчас она молода и красива, но время беспощадно. Рано или поздно ей придётся оказаться выброшенной, если она не найдёт лучшего применения себе, а я этого не хочу. Научи её чему угодно, что может ей пригодится. Только постарайся, чтоб она к тебе не привязалась.

Конец третьей части.

_________

* Отсылка к мультсериалу "Галактический Экспресс 999"

** Синий на Корейском


========== Часть четвёртая ==========


## Глава 4.


- Отдохни немного, - сказала Гунн, опустив деревянную катану. - Ты и так выдохся. И всего пару раз меня задел. В настоящем бою это были бы царапины.

- Да, но ты меня вообще не задела.

- Ещё бы. Попасть в такую цель, ещё и подвижную. Снайпера точно можешь не опасаться. И всё-таки я тебя уделаю.

- Посмотрим. Когда-то тебе это почти удалось.

- Ты был ранен. Я не уверена, что стала бы тебя убивать, даже если б был приказ.

Ночь. Лесные шумы, крики каких-то тварей, не факт, что неразумных. Патруль хоббитов, и я командир. Внезапно на поляну выскочил отряд кентавров. Силы неравны, но мысль о тактическом отступлении мне даже не пришла в голову. Как всегда на войне, всё получилось по-идиотски, кентавры тоже не ожидали нас видеть. Гунн потом говорила, будто бы тоже испугалась. Не знаю, так или нет, но драка получилась впечатляющая. Прыжки, удары. Кажется, я убил одного. И тут же кто-то убил моего приятеля. И вдруг невероятной красоты грудь, освещённая местной луной, отвлекла меня от боя. В следующий момент боль в боку отвлекла меня от этой груди. В итоге остались только я и кентавра. Мы стояли напротив друг-друга, истекая кровью. У неё меч, у меня лучевик. Меч, в отличие от лучевика, не кончается. И тут раздался здоровый смех.

- Надо же, наши враги сами перебили друг-друга, да ещё и пленных нам предоставили! Эй, вы, конебаба с недомерком, кладите оружие и не вздумайте дурить.

Из лесу возникли, именно возникли, люди в серой форме Корпорации. В петлицах у главного лунным светом поблёскивала металлическая птичка, обозначая офицерское звание.

Звякнув, упал на землю меч кентавры. Почему-то бросить лучевик не получилось. Краем глаза я видел, как медленно поднимаются две её могучие руки. И вдруг одна из них резким движением схватила меня и мир бросился мне на встречу. Я вскинул руку с лучевиком и выстрелил. Так и не понял, что сбило того, с птичкой. Мой выстрел или копыто? Два выстрела по сторонам. Крик боли. Ещё два назад, уже слабых, на остатках заряда. Всё, пальцы словно судорогой свело. Бешенная скачка, река. Звёзды отражаются в воде. Мостик, над которым пролетели двумя прыжками. Остановка.

- Где твой лагерь? - Спросила Гунн.

- Э... Зачем тебе? Секретная информация. - Сказал я, почему-то чувствуя себя "что-то не так".

- Зачем... А, неважно. Ладно, если не ошибаюсь, тебе туда. Судя по запаху, недалеко. Возвращайся к своим.

- Погоди. Скажи, зачем ты меня спасла?

Она фыркнула.

- Я думаю, это ты меня спас. Если б ты бросил свой лучевик, как я меч...

Я взглянул на руку. Действительно, лучевик был у меня в руке. На индикаторе заряда издевательски горел ноль. Выключив оружие, я сунул его в кобуру. Затем снял рубашку и оторвал рукав. Жаль, что её меч остался в лесу.

- Что ты делаешь? - спросила она.

- Я? Надеюсь. На то, что этого хватит, перевязать твою рану. И ещё кусок рубашки должен остаться на мою.

- Ой! Совсем забыла. Вот... - она проглотила последнее слово и протянула мне правую переднюю.

- В порядке, - сказал я, закончив. - Будет, как новая.

- А теперь я, - сказала она, и ловко перевязала мне бок.- Слушай, а это сойдёт как повод для знакомства? Я Гунн.

Кентавра протянула мне руку.

- Сёмыч, - ответил я, пожав её.

- Спасибо тебе, враг.

- И тебе, враг.

Развернувшись, она ускакала во тьму.

Встряхнув голову, я сбросил с себя давние воспоминания.

- Продолжим, - сказал я решительно, вскочив на ноги. Гунн на это потребовалось чуть больше времени. При всей своей грациозности, она не может быть такой стремительной, как я.

Удар! Я прыгаю. В прыжке ударом меча направляю меч Гунн в нужную сторону. Приземлившись, прислоняю меч к её животу. Точнее, пытаюсь.

- Сукин сын! - Кричит она, разворачиваясь. Как-то так вышло, что прикоснуться к ней я не смог.

Хихикнув, я снова прыгаю, вращаю мечом и, совершенно неожиданно для себя падаю на её меч.

- Достала! - кричим одновременно.

- Всё-таки слаб ты против меня, Сёмыч. - Сказала Гунн, поправляя причёску.

- Просто я не привык пользоваться твоей неуклюжестью, - парировал я, улыбнувшись как можно противнее.

- Кто бы говорил о неуклюжести, вертишься, как попрыгунчик. Хотя, именно поэтому я тебя и достала в последний раз.

- Подумаешь, неудачно извернулся, - сказал я. - И вообще, это просто ты неудачно поставила меч.

- Вполне удачно. Жаль, что ты уже устал.

- Ха! - воскликнул я и в прыжке пролетел под ней. Кувыркнувшись, встал на ноги, выставив меч перед собой. Улыбнувшись, она занесла катану надо мной, как сделал бы любой другой кавалерист. Вот только движение меча продолжилось, и я, прикрывая голову, еле успел подпрыгнуть, спасая ноги. В прыжке я направил её меч как мне надо, извернулся и перекатился под ней на другую сторону. Вскочив, я коснулся её мечом.

- Есть! - крикнул я.

- Ранена, - прохрипела Гунн.

- И кто после этого устал? - Спросил я, ухмыляясь.

- Рано радуешься. Вот что, давай-ка сейчас проведём нормальный бой. Как старые добрые честные враги.

- До первой крови?

- Нет. Десять минут. - Гунн настроила часы, сняла их и бросила их к вещам. - Погнали.

Я постарался выложиться по полной. Предугадывал её финты, юлил, вертелся, прыгал. Она тоже старалась, как могла. Всё честно. Иногда мне удавалось её достать. Иногда ей меня. Не знаю, что было чаще, сбился со счёта. Внезапно я обнаружил, что выдыхаюсь. Гунн же, зараза такая, ещё и улыбалась.

- Ты злишься, - сказала она. - Поддайся своему гневу, прими его, как великий дар.

На мгновение мне стало смешно. Но нет, не дождёшься. Каким-то образом я успокоился. Конечно, это не то, что мои таблетки, но всё же, всё же... Финт! И мой клинок упирается ей в горло. Оба стоим. Неподвижно. Есть пара секунд отдышаться.

- Посмотри вниз, - сказала Гунн мурлычущим голосом. Правая рука её была опущена. Левая за спиной.

Я опустил глаза и... получил по голове рукоятью катаны. Звон её часов, крик "Купился!" и мой вопль раздались одновременно.

- Не делай этого на празднике, - проворчал я. - Давай покажем честную схватку.

- Пожалуй... - она задумалась. - Да, похоже это сработает. Рада сказать, что мне не придётся поддаваться. Это ещё противнее, чем торговать рабами.

- Надеюсь, что так оно и есть. Думаю, потренируемся ещё пару раз на неделе?

- Три, как минимум. Раз уж тебя заграбастала Лира, я должна получить хоть что-то. И ещё это.

Она легла на землю, подобрав ноги под себя. Потом схватила меня, повалила на землю и прижала к себе. Это был очень долгий поцелуй.

- Вот и всё. - Сказала она. - Это наш последний поцелуй. Наш народ не одобряет такого с теми, у кого есть пара. - Она грустно усмехнулась. - Как и работорговлю. Надеюсь, ты не на таблетках?

- Спасибо небу, они остались дома. Гунн, надеюсь ты...

- Нет, не уволюсь. Просто... Знаешь, сукин ты сын, сколько раз я мечтала о тебе, как о любовнике? Чёртов Осколок, на котором нельзя быть с тем, кого любишь.

Она достала из сумки бутылку. Порывшись там ещё и не найдя открывалки, выругалась и открыла её об подкову. Глотнула, вытерла горлышко ладонью и протянула бутылку мне.

- Твоё здоровье. - Зачем-то пробормотал я и выпил, как всегда, поперхнувшись. Умеют же кентавры делать крепкое пойло.

- Ладно, - сказала она, вставая. - Думаю, нам пора домой. Собирайся, бывший враг.


Воскресенье, день Солнца. Или день Дня, что на официальном языке Осколка одно и тоже*. Рабыни накормлены, отдыхают. Я в рабочем кабинете. Поискал заказы в сети, почитал новости, улёгся на диванчик для гостей. Надо бы посчитать деньги, прикинуть дела со свадьбой, но честно, заниматься этим не хотелось. В дверь тихонько постучали. Я встал и попросил войти. Вошла Ёлочка.

- Господин Сёмыч, - сказала она, - мне хотелось поговорить с вами.

- О машине, я полагаю?

- Верно. - Ответила она, слегка кивнув. Серьги при этом тихонько звякнули.

- Садитесь, - указал я на диван. - Что вы хотели узнать?

- Видите ли, - сказала она, аккуратно сев на краешек. - Моя лицензия... С ней возможны трудности. Она даёт мне право водить транспорт, подобный вашей машине только на моей родной планете. На вашей же...

Она замолчала. Я прошёлся по комнате, посмотрел в окно. Вернулся и сел за стол. Выпил пару таблеток. Мир стал серым.

- Госпожа Ёлочка, - спросил я. - Что вас смущает? По законам Осколка ваша лицензия недействительна. Тем не менее, вы можете ею пользоваться примерно три месяца. За это время вы пройдёте обучение и получите новую. Начальник транспортного департамента моя хорошая знакомая. Если я попрошу, она, возможно, вам посодействует.

- Это верно, Сёмыч. Но я так давно не садилась за руль. По правде говоря, я не уверена, что смогу водить.

- Мелочи, - сказал я, махнув рукой. - Я попрошу Лиру преподать вам пару уроков. Скажем, завтра. Просто покатайтесь с ней по городу часок, потом сядьте за руль. Так несколько дней подряд. Подучите правила, почитаете теорию. Или, вы предпочитаете школу? Я вам её оплачу. Когда ваши навыки восстановятся, просто сдайте экзамен в ближайшем управлении. Ничего не бойтесь, там хорошие ребята. Вам помогут.

- Я буду рада, господин Сёмыч, - сказала она.

- Это всё, о чём вы хотели поговорить? - спросил я.

- Не только. Сёмыч, мне бы хотелось знать побольше об Осколке. Здесь всё настолько не такое, как я привыкла. Вежливый народ, чистые улицы. Везде так красиво!

Ну да, народ у нас вежливый. Если не считать тех, кто избил Джувию. И того придурка, как там его? Который стрелял в мою рабыню. Ладно, это всё исключения. Да и не надо Ёлочке об этом знать.

- Кстати, Ёлочка, а откуда вы так хорошо знаете наш язык?

Она улыбнулась и сменила позу, забросив ногу за ногу.

- Видите ли, он, как я поняла, происходит от одного из языков Старой Земли, на котором говорила моя бабушка. Она меня выучила. В остальном просто поднатаскалась на курсах.

- В вашем мире есть курсы языка Осколка? - удивился я. - Мы вроде бы совсем не центральная планета. Так, странный мир на окраине Галактики.

- Старая Земля тоже странный мир на окраине. - Ёлочка встала и подошла к окну. - Да и мой мир тоже. Но Осколок... Знаете, это единственный мир, в котором столько разных существ живут вместе. Вы, Мидори, Маро, Гхын этот. Не говоря уже о Гунн. И при этом никто ни с кем не ссорится. Как это вообще может быть?

- Это на самом деле трудно понять, Ёлочка. А ведь когда-то все воевали. Трудно поверить, но мы с Гунн были врагами.

- Да, она вас так называла. Но сейчас всё по другому.

- Просто внезапно все поняли, что нам незачем воевать. Это было... странно. Мы с Гунн познакомились в поединке. Нет, это не название бара. Мы дрались. Но вдруг на нас напали солдаты Корпорации. Когда мы их победили, то вдруг поняли, что нам двоим незачем воевать. Просто незачем. Потом все стороны объединились против общего врага - Корпорации. А потом оказалось, что планеты хватает на всех, включая аборигенов. Иногда мне кажется, что Осколок то ли запретил нам воевать, то ли вставил ума куда надо. Но как бы там ни было, результат всех устраивает.

- Кроме рабов, - сказала Ёлочка.

- Да, кроме рабов.

- Верно. А кто их спрашивает? Рабом становятся либо преступники, либо ради денег. Разве в вашем мире нет чего-то похожего? Соверши у вас кто-то то же, чот сделали вы, что с ним стало бы?

- Месяц тюрьмы, полагаю. - ответила Ёлочка. - Это, по сути, тоже рабство, но всего месяц.

- Верно. - Сказал я. - Но у нас нет тюрем. Или, если хотите, считайте рабство частной тюрьмой.

- Да, но срок.

- Сколько вы были рабыней? - спросил я.

- Неделю. Но...

- А в вашем мире был бы месяц.

- Но мне просто повезло. Если бы вы не купили меня у Невилла.

- То он продал бы вас кому-то, кто женился на вас. По нашим законам вы стали бы свободной.

- Вот как... Но это просто везение.

- Значит, вы заслужили это везение, разве не так?

- Возможно. - сказала он, подойдя к двери. - знаете, мне надо всё это обдумать. Это всё так... сложно. Я пойду?

Я улыбнулся, насколько позволили таблетки.

- Конечно, Ёлочка. Отдыхайте. Завтра всё-таки понедельник.


Я откинулся на спинку кресла. Наверное, стоило бы выпить. Наверное, я бы выпил, если бы не заблокированные эмоции. Наверное, стоило бы лечь и отдохнуть. Наверное бы, я так и сделал. Если б не звонок Мидори.

- Сёмыч, к тебе посетители. - Сказала она, поправляя причёску. Это значило, что они ей не нравятся.

- Пусть проходят, - ответил я, посмотрев верх. Это значило, что я понял. Сбросив звонок, я встал и прислонил трость к столу, так, чтоб её не было заметно. Не столько для защиты, сколько чтоб ею кто-нибудь не воспользовался.

Вошли трое. Первый имел вид, который я бы назвал противно-интеллигентным. В нём всё было слишком. Слишком гладко выбрит, слишком опрятный костюм, слишком умный взгляд. Невольно пришла в голову мысль, что и слишком острый нож за спиной. Второй сошёл бы за громилу, если бы не умное лицо и изящные очки. Третий был тот, за которым гнались мы с Гунн совсем недавно. Плащ был на нём.

- Здравствуйте, господа. Чем обязан? - спросил я, встав с кресла. И добавил, обернувшись к третьему. - О, господин, прошу прощенья за неудобства, которые вы испытали во время нашей последней встречи. Рад, что ваш плащ при вас. Надеюсь, он в порядке.

- Добрый день, господин Сёмыч, - ответил противный интеллигент. - Джерар Фернандес. Для вас просто Джерар. Это мои помощники, Эзер Додзигири и Мард Гир**. Но, я вижу, вы уже встречались с господином Эзером?

- Да, верно. Это вышло несколько сумбурно. Надеюсь, господин Эзер не в обиде?

Эзер посмотрел в мою сторону без улыбки.

- Забудьте, господин Сёмыч. Имело место недопонимание. Хозяйка "Сестрёнки", моя любовница, ненавидит рабство, и если бы она увидела меня, беседующим с одним из известнейших работорговцев, мы бы расстались.

Этот взгляд. Кто сказал, что я единственный, кто сидит на блокираторе эмоций? Такие таблетки полезны многим людям. Пилотам, водителям, полицейским. Киллерам.

- Надеюсь, всё обошлось, - кивнул я, изобразив улыбку. - Господин Джерар, какая нужда привела вас в мой дом?

- Видите ли, господин Сёмыч, я хочу купить у вас рабыню. Катеанку, Маро. Я могу вас заверить, что буду с ней хорошо обращаться. Кажется, для вас это важный момент?

Вот оно. Похоже, сейчас я получу какие-то ответы. Лишь бы их не оказалось больше, чем хотелось бы. Кстати, фамилии знакомые. Точно, они как-то звучали в контексте её дела.

- Не думаю, что это хорошая идея, господин Джерар. Она у меня совсем недавно и ещё толком не приступила к обучению. Может случиться так, что её потенциал окажется нераскрытым. А он, поверьте мне, очень не мал.

- И, тем не менее, мы готовы неплохо за неё заплатить. Понимаете, мы её друзья и нам очень жаль, что она оказалась в таком положении. Согласитесь, купить её, это самое лучшее, чем мы можем ей помочь.

Что интересно, слова "освободить" после "купить" не прозвучало.

- Я вас понимаю, - кивнул я. - Но вы сможете обеспечить её безопасность? В первый же день, когда мы вышли на улицу, в неё стреляли.

Джерар нахмурился.

- Да, это весьма прискорбный инцидент. Вы не представляете, что я пережил, когда узнал об этом. Если бы этот Калах попал ко мне в руки...

- Это случилось неожиданно, господин Сёмыч, - сказал громила-интеллигент Мард. - Я присутствовал, но не успел вмешаться. Ваша... телохранительница оказалась быстра, благодарение небу.

- Верно. - Кивнул Джерар. - Если бы не она, случилась бы огромная неприятность. Хорошо, что у вас такие слуги.

- Вы правы. А тот случай в школе? - спросил я. - Может быть, вам что-нибудь известно?

- Случай в школе? - спросил Джерар. Я кратко рассказал ему и добавил:

- Пострадала ученица. И ещё двое, когда я был вынужден защищаться. Самого тоже ранило. Конечно, я сам виноват, что оставил Маро без присмотра, но школа охраняется.

- Прошу прощения, можно я сяду? - спросил Джерар. - И нет ли у вас воды?

- Да, вот диван, прошу вас. - Сказал я и подал стакан, наполненный из графина.- Может быть, чего-то покрепче?

- Нет-нет, благодарю вас.

Я не всегда могу разобрать, когда люди врут, но Джерар либо идеальный актёр, либо говорил правду. Он был не только удивлён моим рассказом, но и всерьёз напуган.

- Господин Сёмыч, я впервые слышу об этом инциденте. Если чем-нибудь могу помочь школьнице...

- Не волнуйтесь, с ней всё в порядке. Давайте лучше поговорим о Маро.

- Да, верно. - Сказал Джерар.- Первоначально я хотел вам дать два великих дара: жизнь и свободу.

- Не понял вас. - Ответил я.

Джерар встал, и протянул мне объёмистый пластиковый пакет.

- Это единственная копия. Других нет и не будет. Оригинал вы получите завтра. - Сказал он.

Я вынул из пакета содержимое и углубился в чтение. Это был очень серьёзный компромат на меня. Половина, если не больше, вранья. Но пока докажешь... Остального, конечно, не хватит, чтоб отправить меня на рынок в качестве товара. Но шума и потрёпанных нервов будет много.

- Что это значит, Джерар? - спросил я.

- Ваша первоначальная плата за Маро. Но теперь, когда вы рассказали о последних событиях, она увеличится. Дайте мне номер счёта, чтоб я перевёл на неё четыре тысячи.

Я вздохнул и протянул ему карточку. Собственно, всё было ясно. Те, кто подставил Маро, хотят ещё раз использовать её. И я ничего не могу сделать. Этот проклятый пакет с компроматом...

Я просто позвонил Мидори и попросил её привести Маро. Спустя некоторое время, они появились.

- Маро, вот твои новые хозяева, - сказал я. - Хотя, думаю, ты их и так знаешь.

- Маро счастлива видеть новых хозяев, - сказала она. - Вы получили мой последний е-мэйл?

- Е-мэйл? - спросил я. - Но компы в комнатах рабов не могут отправлять е-мэйлы.

- Маро хочет напомнить господину, за что она попала на рынок рабов, - очаровательно улыбнулась красавица.

Вот чёрт. Надо будет принять меры.

- Да, Маро. Мы всё получили, - ответил Джерар. - И сейчас мы отвезём тебя к нам.

- Маро рада. Вы освободите меня прямо сейчас?

Джерар хищно улыбнулся.

- Не так быстро, девочка. Ты же понимаешь, что за тобой идёт охота? Тебе придётся поносить этот милый ошейник ещё какое-то время. Верно, парни?

Его спутники молча кивнули.

- Но... Вы же обещали. Господин! - она умоляюще посмотрела на меня.

- Маро, я больше не твой господин. Ты теперь их собственность. Господин Джерар, у вас есть ещё ко мне какие-то дела?

- Нет, господин Сёмыч. Я весьма рад нашему знакомству и нашей сделке. Позвольте откланяться.

С этими словами они ушли.

- Сёмыч, что это было? - спросил Мидори, медовым голосом.

- Я продал рабыню. А что ты думала?

- А я думала, что ты сделал то ли глупость, то ли подлость. Она вообще ни для чего не готова.

- Это верно. Зато мы теперь в безопасности. Пусть о покушениях болит голова у Джерарда.

Мидори встала, и подошла к столу. Наклонилась надо мной.

- Куда ты дел Сёмыча? Он бы ни за что не стал продавать неготовую девочку за копейки. И не испугался бы всей этой ерунды.

Я только посмотрел на неё снизу вверх. Она была права.

- Мидори. Есть вещи похуже взрывов, выстрелов и клинков. Имя ей - закон. Почитай бумаги из этого конвертика.

Она взяла их, села на диван. Я выжидательно смотрел в окно. Солнце садилось строго между двумя башнями. Они при этом как-то светились розовым. Наверное, это было красиво.

- Сёмыч, но ведь большая часть этого - несусветный бред. А меньшая...

- Чтобы отмазаться от этого, нужны месяцы судов, если не годы. И на них уйдёт огромная часть прибыли. В итоге я начну завидовать Невиллу.

Мидори грязно выругалась по-японски. По крайней мере это звучало как грязное ругательство.

- Но зачем она им вообще понадобилась?

- Взломать ещё один банк, наверное, - сказал я. - Вошли во вкус. Хотя, того, что они хапнули в прошлый раз, если верить новостям, им хватит надолго.

- Денег всегда не хватает, - сказала Мидори, пожав плечами. - Но я бы на их месте подождала бы, пока ты её обучишь. Так её жарить будет интереснее.

- Возросла бы цена, а потом, она сама их просила. Отправила е-мэйл. Не делай круглые глаза, лучше вспомни, за что она попала в рабыни.

- Небеса, Сёмыч. Что она могла там написать? Слушай, я хоть и не взломщик, но что-то соображаю. Позволь порыться, может найду.

Я вылез из-за стола.

- Ищи. Я пока прилягу.

Прошло пять минут, я успел задремать.

- Бака-неко! - разбудил меня крик. - Слушай: тут сплошное тра-ля-ля и под конец "Заберите меня отсюда. Просто выкупите, неважно, за сколько. И снимите с меня чёртов ошейник. А иначе я на все СМИ раструблю о ваших делах."

- Идиотка, - согласился я. Интересно, они её сразу убьют или прогонят по кругу пару раз? После таких-то угроз. - Мидори...

- Что?

Но я просто ничего не мог сказать. Вместо этого выложил на стол свои таблетки, весь запас.

- Выкинь это.

- ЧТО?

- Выкинь. Он не помогли мне перехватить это письмо. И если б не они, я бы не продал её. Холодная логика велела сделать это, но...

- И как ты без них будешь работать?

- Эффективно. Или чуть хуже. Но если они стали причиной смерти рабыни, то лучше выкинь. Она сгребла их и вышла в туалет. Я услышал звук воды. Потом ещё. Потом она вернулась.

- Может, это и правильно. Посмотрим.

Посмотрим.

Кстати, оригинал компромата мне принесли. И больше эта история не всплывала. Джерард не соврал.

Конец четвёртой части.

__________

* Ирёиль на Корейском.

** Отсылка к мультсериалу "Хвост Феи", все три имени


========== Эпилог ==========


Эпилог.

Полгода спустя. Холл моего дома. Лам только что развесила новые картины и удалилась в мастерскую на крыше. Мастерскую я создал ей на доходы, полученные от выставок. Там же она и поселилась. Лира оправилась после родов и впервые вынесла красотку Маргаритку в холл. Та смирно лежала в коляске, улыбаясь и осматриваясь.

- Хорошенькая, - умилялась Гунн. - Лира, ну дай подержать! Я тебя неделю катать на себе буду! Месяц!

- Можешь покачать коляску, - улыбнулась Лира. - Больше пока ничего.

- Бууука, - протянула Гунн, изображая обиду. Но коляску покачала, хотя ей пришлось встать на колени для этого. Хоббитские коляски меньше человеческих. Маргаритка весело загулькала.

Я тихо сидел и радовался, глядя на свою жену и дочку. Лира прямо светилась от счастья.

И вдруг раздался звонок.

- Гости, две персоны, - произнёс домофон. Я взглянул на экран. Красивый катеанец и красивая катеанка. Одеты в форму космических торговцев. Катеанка слегка подёргивала ушками. Решив, что они хотят сделать заказ, я сказал:

- Открой дверь.

Замок бесшумно открылся. Гости вошли Рыжий катеанец с зелёными глазами, высокий и бледный. Следом красивая катеанка, при виде которой у меня отвисла челюсть.

- Добрый день. Меня зовут Нотт. Вай Нотт. Я космический торговец. А это моя жена...

- Маро! - заорали одновременно Гунн и Лира. Я закрыл рот.

- Небеса, жива, - услышал я свой голос и заткнулся.

- Сёмыч, зови Мидори! - крикнул кто-то. Я не разобрал, кто.

- Господин Нотт, госпожа Маро, я страшно рад... Не хотите ли присесть кофе, то есть чаю, то есть. Простите, я от неожиданности.

- Сёмыч, там... - Сказала Мидори, войдя в холл. Запнулась и бросилась обнимать гостей.

- Бака-неко ты моя, - голосила она, обнимая бывшую рабыню. - А это твой хозяин? Да что ж я за дура, ошейника же нет. Садитесь, сейчас принесу что надо!

И убежала. Тем временем я как-то расставил стулья. Этот процесс привёл меня в чувство.

- Вай, Маро, расскажите, что вас привело сюда? И как случилось, что вы вместе?

- О, это долгая история. - Начал Вай. - Я понёс убыток во время последней операции, и был на грани бедности. Продавать корабль или что-то из оборудования не стал, поэтому просто пошёл в казино, взяв остаток денег.

- Но разве это помогло бы? - спросила Мидори. Я строго посмотрел на неё. Вай усмехнулся.

- В моём квартале раскидлать чикла в тартинки не мог только такой же чикл*, - усмехнулся он. - Так что на какую-то прибыль я мог рассчитывать. Вот только вместо тартинок там была какая-то электронная рулетка. И когда я увидел, что, в смысле, кто был на кону...

- Как? - спросил я. Но тут появилась Мидори. Бутылочка коньяка, настоящего, со старой Земли, стаканчики, лёгкая закуска. И сок для Лиры. Золото моё, ничего не забыла!

- Тут вышло интересно, - сказала Маро. Взяла рюмочку коньяка и отпила, явно с удовольствием. - Джерард меня избил и хотел убить. Но мне повезло. С ним связался старый знакомый, политик высокого ранга. В итоге, он забрал меня за долги, несмотря на синяки. Мне повезло, он оказался владельцем того казино и азартным человеком. Так я и попала на кон.

- А я её выиграл. К счастью, владелец навесил на неё кучу побрякушек, которые я смог заложить. Денег хватило на груз воды, который я доставил на Вейнц-3, планета рудников. С выгодой продал и купил там по дешёвке драгоценных камней... И в скором времени восстановился настолько, что смог купить ей приличную одежду и украшения.

- Да, но мог и проиграть, - тихо сказала Лира.

- Не мог, - усмехнулась Маро. - Признаю, то письмо Джерарду было глупостью. Но я ушла от вас не с пустыми руками, а электронная рулетка тот же компьютер. Конечно, было опасно её взламывать при помощи моего устройства. Но я видела, кто сидит среди игроков, и рискнула.

- Мы оба рисковали, - сказал Нотт. - И оба выиграли.

- Дела... - протянула Гунн и разлила всем коньяк по новой.

Не знаю, что им помогло, везение, хитроумие, магия Осколка или добрые духи. Но я видел кобуру с многозарядником у Вая на бедре и понимал, что в случае чего, он бы всё равно не ушёл бы из казино без Маро. А уж там-то...

- И как вам Маро, Вай? - спросил я. - С ней лучше?

- Она восхитительна. В первый же час освоила корабельный компьютер. Мне на это понадобилась неделя обучения. Через пару дней упорного труда научилась прокладывать курс в пятимерном пространстве. Через месяц получила права штурмана. Обычно на это уходит полгода.

- Взлом сетей и компьютеров, на самом деле скучное занятие, - сказала Маро. - Работать с программой навигации оказалось веселее.

- Дела... Здорово же я ошибся с твоим призванием. А ведь ещё танцам и пению хотел тебя учить.

- А я и научилась. Пока оформляла документы на Катеании. Вай в это время занимался торговлей внутри системы.

- Скучное занятие, но прибыль даёт. Как раз на оплату обучения. - Сказал Вай. - Да я ради неё мог и не такое потерпеть.

- Ой, Сёмыч, какая же я дура! А та девушка, Джувия?

- Выздоровела. Даже шрамов не осталось. Правда, я стараюсь больше не водить к ней рабынь, на всякий случай.

- Ну и зря, она хорошая. А в моей комнате живёт кто-нибудь? - спросила Маро. - Можно я посмотрю?

Мидори усмехнулась.

- Пойдём, покажу. Сёмыч, ты с нами?


Рэн усердно изучала основы бухгалтерии. Довольно редкая склонность для рабынь, к тому же не очень востребованная. Но у меня уже был заказчик.

- Господин, госпожа и госпожа. Рэн счастлива видеть вас, - сказала она, сделав идеальный поклон.

- Госпожа Маро, это Рэн. Она проходит обучение как бухгалтер, а так же как музыкант. В этой комнате живёт уже третий день.

- Привет, Рэн. Как ты здесь?

- Рэн счастлива служить своему господину, - ответила та. Но глаза её были грустными.

- Я вижу. Но ты не отчаивайся. Вот что, пошарь под кроватью. Да-да, здесь. Чуть выше. Углубление, верно?

- Да, но.

- Терпение. Там же что-то лежит? Кругленькое, с двумя выступами. Вытащи.

Рэн вытащила уже знакомый брелок в виде красноглазой мордочки кролика. Наверное, они должны были светиться.... И так далее. Меня охватило такое милое чувство дежа вю.

- А теперь угадай, откуда я об этом знаю.

- Не может быть, - прошептала Рэн, глядя на Маро.

- Может, всё может. - Ответил я. - А теперь спрячь. И мы сделаем вид, что я этого не видел. Надеюсь, когда-нибудь ты кому-то передашь это. А пока занимайся.

Конец

__________

* Отсылка к какому-то роману Бушкова о Свароге. Это где два континента по очереди тонули.