# Владимир Шабля. Камень. Биографический роман. 22 сентября 1941 года, вечер. Театр военных действий под Мелитополем. Страсти вокруг наступления

Владимир Петрович Шабля

Военные пытаются уговорить руководство на проведение подготовленной наступательной операции.

Владимир Шабля. КАМЕНЬ. Биографический роман.

22 сентября 1941 года, вечер. Театр военных действий под Мелитополем. Страсти вокруг наступления.


Командир полка подполковник Котельнюк возвратился из штаба армии под вечер 22 сентября. Едва увидев его на пороге, Балаян сразу же задал терзающий всех вопрос:

- Ну что?

- Распоряжение об отсрочке наступления получено от Шапошникова. В штабе армии склоняются к тому, что оно продиктовано тяжёлой ситуацией в связи с поражением Юго-Западного фронта.

- И что же нам теперь - утереться и ждать следующего окружения?! - горько съязвил начштаба. - Так мы уподобляемся трусливому зайцу, шарахающемуся от каждого куста.

- Я довёл наши предложения до командования армии; там полностью с ними согласны, - холодно констатировал командир полка, не поддаваясь эмоциям. - Командарм Смирнов, например, считает, что мы просто обязаны использовать ситуативное преимущество в концентрации сил, сложившееся нынче на Южном Фронте. По его мнению, потерпев поражение на одном участке, мы должны отыграться на другом: это хотя бы отчасти восстановит общее соотношение сил.

- Так почему же мы не наступаем?!

- Потому что не можем нарушать субординацию. Есть директива Ставки.

- И что в ней написано? - не унимался Балаян. - Ничего не делать?

- Ни я, ни Андрей Кириллович Смирнов не видели текста директивы. В документах, поступивших из штаба фронта, речь идёт о том, что наступательная операция откладывается.

- Они что, не понимают, что промедление смерти подобно?! - начальник штаба был на грани истерики.

- Командарм всё понимает, потому сразу же после нашего разговора отбыл в расположение командования фронтом. Он хочет там во всём разобраться. И если ему удастся убедить комфронта Рябышева, Смирнов предложит направить просьбу о немедленном наступлении лично товарищу Сталину.

Услыхав имя вождя, Балаян несколько успокоился: - Ну что же, будем надеяться, что здравый смысл восторжествует и на этот раз бюрократическая машина сработает быстро.