# Нечто особое.

Павел Алексеевич Смирнов

Нечто особое.

Он устало повесил на спинку стула свой китель, ослабил портупею, вынул из кобуры пистолет и положил на стол, рядом с хорошо заточенным кортиком. Кортик был богато украшен и имел серебряную гравировку. Хозяин кабинета косился на кортик с неким выражением, которое можно было расценить, как неприязнь. Хороший был кортик, наградной. Таким награждают не более сотни офицеров и примерно пятьдесят из них, он знает если и не достаточно близко, даже не в лицо, то хотя бы знает, что такие офицеры есть.

Но почем уже хозяин кабинета не рад наградам? Почему руки в чёрных, кожаных перчатках вцепились в резную спинку стула? Почему зубы сжимаются в оскал, такой же страшный, как оскал на его эмблеме, где скалится мёртвая голова, словно навсегда застывшая в пустой злобе? Он знал ответ на этот вопрос. Знал где - то там, в глубине сознания. Он знал, что будет частью чего - то тёмного.

Всего неделю назад он получил звание старшего офицера, кортик и особую папку с документами, которые обязан был подписать. Не было торжественной церемонии. Присутствовал его непосредственный начальник в звании полковника, и один, уже немолодой высший офицер. Точного его звания установить не удалось. Но этот офицер был уполномочен вручить соответствующие бумаги, регалии, папку и приказ как можно быстрее прибыть в городок без названия и со скучным номером, это название заменяющим.

Помнится тогда новоиспечённый старший офицер, долго рассматривал своё новое удостоверение, оставшись наедине со своими мыслями. Чудное было удостоверение. Всё в нём было заполнено правильно, без ошибок. Но не было чётко прописано принадлежности к структуре. Кто он теперь? Офицер Внешней разведки? Офицер разведки Внутренней? Вероятнее всего не лётное ведомство, также, как и не бронетанковые войска, не флот и не пехота. Похоже, что на фронтах ему делать нечего.

Что же тогда? Что это за ведомство с коротким названием и огромными, почти неограниченными полномочиями?

Он честно пытался выяснить, в какую организацию попал. Но попытки эти, так, ни к чему не привели и он их оставил.

И, вот уже несколько дней он пребывает в этом городке без названия. Тут он не один. Не меньше десяти знакомых офицеров разместились неподалёку.

Скрытные улочки небольшого городка, петляют таким образом, что сложно понять, куда именно ты идёшь, если не держать в памяти направление. Каменная мостовая. То тут, то там встречаются клумбы или кустарник, цветники. Каменные стены старых домов у самих фундаментов успели позеленеть ото мха. По старым, каменным стенам карабкались вьющиеся растения, порой доставая витых перил декоративных балконов. Крыши домов позеленели от времени, вероятно, кровлю крыли, используя для этой цели медь.

Обычный, тихий и спокойный городок. Если не считать усиленных патрулей на улицах. Часто попадаются на глаза отдыхающие солдаты. Однако, даже на отдыхе они не расстаются с оружием. Рядом с городом находится военная часть, имеющая приписку "тренировочная", вот только больно часто туда ездят военные машины, загруженные странными грузами. При этом, на базе явно работают не новички и все они имеют нашивки соответствующей службы безопасности государства.

Слишком уж тих тренировочный лагерь. Шумным этот лагерь бывает лишь раз в неделю, когда над городом проносится жуткий вой и на приписанном к лагерю аэродроме совершает посадку реактивный самолёт.

Даже проект такого самолёта является секретным. А тут на аэродром приземляется реактивный самолёт "во плоти". Явно привозят и увозят какие - то бумаги. Для чего ещё гонять одноместную металлическую птицу?

Столько странностей видел старший офицер в этом городе. И вот, буквально вчера к нему прибывает адъютант, с приказом явится на старую геологическую базу, размещённую в здешних горах. И тут же рядом урчит мотором ведомственная машина.

Поездка не заняла много времени. Он только сейчас понял, как удобно закрытый городок окружён горами, поросшими лесом холмами. Всего одна или две дороги вели сюда, не считая "воздушного моста".

Вот из - за очередного поворота аккуратной, но петляющей и непредсказуемой горной дороги показался комплекс. Табличка близ дороги гласила "Самоцвет - геологический экспериментальный комплекс". Однако неказистый фасад здания на прочной, бетонной основе украшала ещё одна и более новая табличка с трёхзначным номером, а сеточные ворота, преграждавшие некогда путь в комплекс - вот они валяются у откоса - были заменены толстыми, стальными створками. По бокам от ворот размещались недавно построенные и укреплённые бетоном пулемётные точки. Бетонированная площадка, "балкон", укреплённый мешками с песком, мог легко дополниться орудием. На балконе уже разместили пару крупных прожекторов. Интересно, что здесь всё - таки будет установлено? Зенитное орудие? Определённо "экспериментальный" геологический центр.

Как только автомобиль подъехал, стальные двери лязгнули, отъезжая. Ярко освещённый въезд преграждал теперь лишь шлагбаум. Между створкой и шлагбаумом было оставлено свободное место. Места было предостаточно для размещения грузовой машины, не то, что легкового авто, но дальше - ни-ни. Когда за въехавшим автомобилем закрылась тяжёлая дверь, из тени вышло трое проверяющих. Они лишь бегло осмотрели предъявленные документы, и въезд в подземный гараж был открыт.

- Хм, почему такая небрежность на осмотре документов, они даже не взяли их в руки - заметил старший офицер.

- А зачем проверять подробнее? - усмехнулся водитель - Эти ребята знают всех здешних в лицо. Вот грузовые машины досматривают куда пристальнее. Но грузовики и не едут так далеко, как мы. Сегодня у вас "экскурсия".

Тёмный зев подземного гаража с замершими вдоль стен машинами, складской и строительной техникой, машинами с каким - то оборудованием и, даже парой лёгких танков сменился ярко освещёнными и пустынными коридорами. Ехать по ровному бетонному полу было удобно. Изредка стены украшала надпись с обозначением очередного коридора или ответвления.

Вскоре коридор окончился ещё одним КПП и большим грузовым лифтом.

Тут осмотр проводили уже более внимательно.

После лифта машина нырнула в новую сеть коридоров. И как только здесь ориентировался водитель? Но спустя ещё немного времени транспорт вышел на прямую, и ровную как стрела шахту, плавно спускающуюся вниз. Путь был ярко освещён и завершался такой же бронированной дверью, как и вход в комплекс. Дверь открылась лишь после того, как часовой внимательно изучил документы и отдал распоряжение по телефону, вмурованному в стену.

- На какой мы глубине? - осведомился офицер.

- Около сотни метров - усмехнулся водитель - Но и это ещё не предел. Чтобы попасть ниже нужно особое разрешение. Мои полномочия заканчиваются здесь. Это третий уровень допуска.

Высадив пассажира на бетонной площадке, рядом с КПП водитель махнул рукой и двинулся в обратном направлении.

Рядом с офицером появился одетый в тёмную униформу дежурный:

- Господин офицер, следуйте за мной.

Теперь они нырнули в хитросплетение коридоров, начинающееся сразу за стальной дверью. Коридоры и двери, двери и коридоры. Бесконечные склады, пункты связи, столовые, медицинские центры, комнаты отдыха, подземные казармы для личного состава, подземные казармы для офицерского состава. Целый подземный город.

С деловым видом по коридорам перемещался личный состав. Не было особой сутолоки, но спешка явно прослеживалась среди снующего персонала подземной базы.

Тонны бетона, тонны стали, тонны цветных металлов в виде проводов и аппаратуры. И многие сотни работников обслуживающего персонала. Сложно даже представить, сколько требуется ткани для одежды, оружия, провизии, чтобы питать подобный комплекс. Ну, а что, если такой комплекс не один? Строительство баз ведётся практически постоянно и по всей стране.

Странно, но под землю смогли затащить целый костёл, если верить надписям на стене и тяжёлым двустворчатым дверям в одном из крупных коридоров.

Но, вот провожатый сбавляет темп ходьбы, значит цель пути - близка.

Вот и резная дверь, всё ещё пахнет свежей древесиной и лаком. Провожатый постучал и после короткого и приглушённого: "Да", донесшегося из - за плотно закрытой створки, открыл дверь.

Зал был довольно крупным. Бетонный пол утеплили и покрыли ковралином. Стены были украшены классическими картинами, а не только обязательными изображениями "отца нации". За резным столом расположился офицер в украшенной серебряным тиснением форме и с комендантским жезлом, прижимающим увесистую папку документов на столе.

Комендант кивнул дежурному, чтобы тот покинул помещение и устремил свой взор на прибывшего офицера.

- О, вот и наш подающий большие надежды новичок! - похоже, комендант был практически счастлив, во всяком случае, лицо его выражало расположение к только что прибывшему - Да не тянись ты... Вольно! - комендант на секунду повысил голос.

Обменялись рукопожатиями.

- Сегодня у тебя "экскурсия"?

- Так точно.

- Угу. Что же, для тебя это познавательное путешествие, а мне, в свою очередь есть возможность похвалиться. Ты устал с дороги? Сообразить чаю, или обойдёмся без прелюдий?

В глазах коменданта странный блеск явно показывал, что долго ждать он не намерен, но ради гостя согласен тянуть время.

- Готов отправиться хоть сейчас.

- Ну, что же, чем раньше, тем лучше. В лаборатории промочим горло, всё равно тебе предстоит работать неподалёку.

- Тут есть лаборатория?

- Тут есть много чего необычного - усмехнулся комендант. На секунду эта усмешка показалась зловещей.

Комендант подошёл к стене и нажал едва заметную кнопку. В дальнем конце помещения открылись резные двери, позволяя войти в только что прибывший лифт.

- Сегодня отправимся прямым путём - заметил комендант, набирая нужный этаж - В дальнейшем поедешь на общем лифте.

- А почему ко мне такое особое отношение?

- Объясню чуть позже. Пока лишь замечу, что заинтересован в тебе.

Лифт, вскоре остановился, и двери открылись в серый и унылый коридор. Странные звуки доносились издалека. Они напоминали... крики.

- Что это за место?

- "Производственный конвейер" - улыбнулся комендант - Под лабораторией находятся тюремные камеры. Оттуда мы получаем "материал" для работы здесь. Какие - то опыты оказываются успешными. Какие - то не вполне удаются.

Очередная металлическая дверь легко открылась, когда комендант повернул ручку.

- Прошу в нашу скромную обитель - усмехнулся комендант, открывая дверь.

Зрелище, открывшееся непосвящённому офицеру, поражало.

Огромный зал и несколько примыкающих помещений были уставлены аппаратурой. Гудели лампы. Трещало электричество в катушках. Откуда - то вырывались облачка пара. Помещение было опутано системами труб, толстыми кабелями, кое - где причудливыми вьюнами свисали связки проводов. В зале было людно. Сновали лаборантки и лаборанты. Одетые в спецкостюмы люди занимались работой в застеклённых отсеках. У дверей замерли бесстрастные часовые, одетые в тёмную униформу и вооружённые хитрыми автоматами.

Офицер удивился оружию охраны - крупнокалиберные и бесшумные автоматы зарубежного производства. Дорогие и опасные "игрушки" выдают здешней охране. Неужели для подавления бунта среди заключённых нужно такое оружие.

- Знакомьтесь - улыбнулся комендант, представляя офицеру какого - то учёного, видимо ответственного сотрудника - Я пока, что распоряжусь, чтобы нам доставили коньяк, отметить встречу. Хоть мы обычно и не пьём, но тут есть двойной повод.

- Да, не только за прибывшего офицера, но и за нашу находку, там, внизу - кивнул учёный.

Но не успели появиться стопки и бутылка коньяка из личных запасов коменданта, как пол ощутимо тряхнуло.

Тут же взвыли сирены безопасности.

Свет в зале угрожающе замигал.

- Это ещё что такое! - комендант округлёнными глазами уставился на научного сотрудника - Что пошло не так?

- Такого раньше не было! - пожал плечами учёный, также с удивлением глядя на коменданта - Что - то взорвалось...

- Так - комендант бросился к ближайшему телефону и быстро набрал номер - Дежурный? Что происходит?! Чем вызван взрыв? Свяжитесь с постами нижних уровней, что с Объектом? Не можете связаться? То есть, как не можете?! Там двойная система связи, не может выйти из строя основной и дублирующий канал одновременно!

Помещение погружалось в хаос. Но пока погружение это происходило медленно. Люди чётко выполняли свою работу, словно следовали какой - то программе. Значит, пока ситуация не вышла из - под контроля окончательно.

- Ты! - комендант ткнул пальцем в офицера - Мигом в мой кабинет! Жди распоряжений там. Брать только телефон с синей трубкой, остальные тебя не касаются, пусть звонят. Оружие при себе?

Офицер хлопнул по кобуре.

- Замечательно. Кто бы ни пришёл в кабинет, выпроваживай. Где комендант, ты не знаешь. Остальное - позже. Отправляйся лифтом, тебе нужен пятнадцатый уровень. Любая попытка прорваться к лифту из кабинета приравнивается к саботажу, можешь стрелять. Любой, кто поднимется наверх на моём личном лифте, без моего предварительного звонка подлежит расстрелу. Как только ты уедешь, я приставлю охрану к лифту.

Комендант тут же повернулся спиной к офицеру и начал отдавать приказы собравшимся вокруг охранникам.

Офицер не стал ждать дольше. Видно, что положение - чрезвычайное.

Хорошо, что лифт сработал своевременно, видимо и не уходил с нужного этажа, двери открылись мгновенно.

Только кабина лифта начала подниматься вверх, как тряхнуло ещё раз. На этот раз удар был сильнее.

Однако, кабина исправно достигла нужного этажа и двери раскрылись.

Офицер занял резное кресло за столом и подвинул кобуру таким образом, чтобы можно было легко и быстро извлечь оружие.

Он почему - то не сомневался, что происходящее является результатом саботажа.

Вдруг раздался звонок. Потом ещё один и ещё. Звонили сразу несколько телефонов, размещённых на столе. Световые индикаторы точно показывали, какой именно телефон работает. Комната наполнилась звоном, к которому примешивались далёкие звуки сирен, крики и топот в коридорах. База теперь напоминала растревоженный улей.

Он не вполне чётко понимал, что ему делать. Понятно, что ждать. Но, ждать чего? Он, ведь даже не знает, что тут вообще происходит. Не знает, что делать в данной ситуации. Оставалось просто подчиняться старшему по званию, надеясь только на то, что он чётко понимает, в чём состоит проблема и знает, что нужно делать, а чего делать не следует.

Спустя некоторое время помещения вздрогнули снова, да так, что телефоны попадали со стола, по потолку прошла трещина и со стен посыпалась штукатурка. Даже упал один из шкафов.

Офицеру показалось, что взрыв произошёл совсем рядом. Голова сразу загудела, а окружающие звуки на мгновение пропали, словно их смыла незримая волна. Тот же звон в ушах, который бывает при стрельбе в замкнутом помещении, или после взрыва гранаты.

Телефоны смолкли. Зато сработал индикатор одинокого синего телефона, прикреплённого к декоративной панели на стене. Спустя какое - то время оглушённый офицер различил звук работающего аппарата и, лишь затем смог, пошатываясь встать со стула и подойти к телефону.

- Это я - голос коменданта был хриплым, казалось, что он задыхается - Тут в лаборатории был мощный взрыв, и я не уверен, что успею выбраться. Мне удалось раздать команды относительно базы. Приказ консервации объекта вступает в силу немедленно. Значит, база будет недееспособна определённый срок. Возможно, что именно этого добивались попавшие на базу саботёры... Так или иначе, тебе нужно покинуть базу до консервации.

На секунду воцарилось молчание и комендант продолжил:

- То, что я сказал имеет большое значение. Ты прибыл сюда как мой референт. Твои успехи в учёбе позволяли выполнять эти обязанности. Вот в чём заключается твоя особенность... Что ж, выполняй свою работу теперь...

Комендант зашёлся в приступе кашля, но через некоторое время продолжил:

- У тебя есть шанс в отличие от тех, кто на нижних уровнях. В верхнем ящике моего стола есть связка ключей. Тебе нужен брелок в виде глаза. Нажмёшь на зрачок и повернёшь вправо, появится ключ - карта. Ставишь карту в прорезь в такой квадратной коробке, в нижнем ящике стола. Справа от стола сдвинется шкаф с книгами. Как только откроется ниша, набираешь последовательно 0-8-5 на цифровой панели. И да, забери папку над панелью с кодировкой и папку с моего стола. Содержимое папок секретно, читать его запрещено. При угрозе захвата папок, их нужно уничтожить. Как только сможешь, сообщи ответственному руководству, что папки у тебя... Надеюсь, ты справишься.

Он дослушал до конца, не перебивая коменданта.

Дальше короткие гудки возвестили о том, что связь прервана.

Офицер сомневался всего секунду. Какое - то мгновение, вызванное естественным испугом он бездействовал. Но, потом он начал выполнять приказ. Это удивительное состояние, когда действуешь автоматически, ведь предельно ясно тебе объяснили, что именно нужно сделать. А ты должен просто делать это и не сомневаться, не ставить под вопрос приказ старшего по званию.

Сейчас, в эту минуту, наверное, половина базы работает, также, на автомате. Вокруг царит хаос, а они ещё цепляются за какие - то фрагменты порядка, они работают как слаженный, отточенный механизм. Возможно, поэтому они неуязвимы в такой момент?

Дольше оставаться в помещении не имело смысла. Он последовательно выполнил приказ коменданта, очевидно последний его приказ, и быстрым шагом покинул кабинет.

Суета в коридоре лишь нарастала. Многие часовые покинули свои посты, направляясь к ключевым точкам, имеющим важное значение для базы. Оставалось лишь покинуть бункер, но куда идти? Чёткого обозначения выхода не было, ну а наборы цифр на стенах не могли ничего подсказать новичку. Вместо столовой он попадал в уборную, а вместо холла двигался к санитарной части.

Он схватил за рукав пробегавшего мимо солдата:

- Слушай, где выход с базы? У меня срочный приказ!

- Коридор направо - солдат наскоро выполнил воинское приветствие - Потом по лестнице вверх, там минуете пост охраны и попадёте на лифт. Только спецразрешение нужно. Персонал не может покидать базу в такой ситуации без спецразрешения коменданта или его зама.

Ситуация усложнилась. А следовало ли ожидать чего - то другого?

Бегать по базе в поисках заместителя коменданта - не было времени.

Конечно, консервация станции проходит быстрыми темпами, а там персонал попробует решить проблему своими силами, до прибытия специальной группы и расследования произошедшего.

Но, для него это потеря времени. Кто знает, что в тех документах? Насколько это срочно...

Он знает лишь один ближайший выход. Там есть охрана, а у него нет пропуска. Следовательно, остаётся идти напролом.

Конечно, на базе есть технические тоннели обслуживания. Есть грузовые лифты. Есть запасные и тайные ходы. Но у него просто нет сейчас времени.

Офицер аккуратно достал пистолет и накинул на него свой плащ. Со стороны всё должно выглядеть естественно - спешит человек, вот и не успел одеться в уличную одежду.

Часовых оказалось двое. Один проверял автоматы, только что изъятые из камеры хранения, а второй зорко следил за проходящими мимо, держа наготове пистолет.

Офицер придал себе растерянный вид и направился прямо к посту.

- Понимаете, я новичок, мне нужно прибыть в командный центр, но я потерял направление! - выпалил он, бросив на стол папки.

- Прямо по коридору, потом свернёте налево, там усиленный пост охраны, мимо не пройдёте.

- Спасибо! - офицер навис над столом, протягивая для рукопожатия руку, словно действительно был искренне благодарен.

С левой руки на пол сполз плащ, освобождая пистолет.

Офицер сделал быстрое движение локтем, старясь попасть в нос часовому, сидящему за столом. При этом, дуло пистолета следовало быстро наставить на второго часового.

Атака оказалась молниеносной. Нос часового хрустнул и тот невольно отпустил пистолет. Второй удар пришёлся уже рукоятью табельного оружия самого охранника ему же в висок. Оставалось надеяться, что часовой не погибнет.

- Не дёргайся - эту реплику офицер адресовал второму часовому, схватившему было автомат.

- Я не такой дурак и не хочу умирать на этой базе - продолжал свою мысль офицер, бешеными глазами сверля часового.

- Изменник! - лицо часового побледнело, и руки невольно дёрнулись к оружию.

- Замри. С такого расстояния я тебе голову снесу - спокойно заметил офицер, держа часового уже на прицеле двух пистолетов. Впрочем, один пистолет он быстро заткнул за пояс и забрал со стола папки с документами, ни на миг не опуская ствол второго оружия.

- Мне глубоко наплевать, что именно тут происходит, но я собираюсь бежать отсюда, забрав личное дело - офицер врал. Точнее, ему казалось, что врёт он довольно убедительно. Было важно, чтобы его считали дезертиром. Кем угодно, только не возможным саботажником. Если будет предположение, что он имеет хоть какое - то отношение к происходящему, то именно его будут считать ответственным за причинённые разрушения. Значит, придётся скрываться от преследующих его патрулей. А ему нужно связаться с начальством. Куда важнее собственного доброго имени сейчас спасти документы с минимальным риском.

Объяснять свои действия и нести ответственность, если потребуется перед трибуналом он будет потом.

- Думаешь, это тебе с рук сойдёт? - прошипел часовой.

- Нет, я так не думаю - покачал головой офицер - Вызывай лифт.

Стоило часовому набрать нужную комбинацию, как рукоять пистолета одним ударом выбила из него сознание.

Как только кабина лифта начала плавное движение вверх, офицер выхватил наградной кортик и нанёс мощный удар по замку аварийного люка. Нужно было быстро забраться на крышу кабины и надеяться, что здешние лифты выполнены без особых изысков. Замок оказался достаточно хлипким, и на крышу удалось выбраться как раз, когда лифт замер.

Офицер перевёл дух, втайне радуясь, что папки оказались не такими объёмными и легко уместились за пазухой.

В дверь решительно вошёл часовой и бегло осмотрел кабину.

- Никого нет - подытожил он.

- А мне так и не удаётся связаться с постом внизу - раздался другой голос - Вызывай дежурных, пусть проверят пост внизу. Кто - то же вызвал этот лифт... Почему вообще не обесточены лифты в экстренной ситуации?

- Не знаю, вообще - то предполагалось, что будут обесточены, но электричество подаётся исправно - донёсся из - за закрывающейся двери приглушённый голос первого часового.

Похоже, чудом оказалось даже то, что основные системы ещё не обесточены.

Офицер, скрипя зубами, поднимался наверх по аварийной лестнице, надеясь, что лифт так и останется этажом ниже. Этаж, ещё этаж, а вот и ремонтный люк.

Тихо шипя сквозь зубы, он начал скручивать крепления замка, используя нож, как отвёртку. Процедура заняла не так уж и много времени.

Люк отворился без скрипа, и офицер пролез в тесный лаз, стараясь не ободрать одежду и вообще не задевать за коммуникации.

Коридор был длинным и оканчивался ещё одной дверью. Пришлось потратить время на очередной замок, но вскоре и он хрустнул.

Отворив дверь, офицер тенью скользнул в нишу и осмотрелся.

Похоже, что он оказался рядом с последним КПП.

Сейчас КПП был закрыт. Даже узкие окна были блокированы металлическими заслонками. В самом же коридоре обычный свет сменился на аварийный - красный. Практически коридор погрузился во мрак. Нужно было воспользоваться ситуацией и бежать.

Но, форменные ботинки будут громко стучать по бетонному полу, а в сложившейся ситуации часовые могут стрелять на поражение и без окрика. Нужно действовать осторожнее.

Офицер снял ботинки и поёжился, ступая на холодный пол обутой в тонкий носок ногой. Следовало спешить.

Он бежал уже довольно долго, когда впереди забрезжил свет. Поборов желание двинутся на свет, офицер вжался в стену и, стараясь не шуметь, стал двигаться к источнику света на уже теряющих чувствительность ногах.

Свет исходил от прожектора. Около прожектора наскоро установили пулемёт, и пулемётчик подозрительно оглядывал тоннель. Но прожектор светил строго по - середине, а оператор и ещё несколько солдат при свете малых, но мощных ламп выгружали из ящика какие - то свёртки.

Рядом тарахтела грузовая машина, и замерли ещё несколько солдат.

Говорили солдаты тихо, но голоса их далеко разносились в бетонированном гроте. Явно чувствовался запах сигарет.

- Что, будем взрывать?

- Такой приказ.

- Вы что лейтенант, там же наши ребята!

- Мы не знаем конкретно, что там! Приказано всех, кто выходит снизу заворачивать назад! Если не послушают - расстреливать. Приказано взорвать тоннель, значит взорвём.

- Так долго строили и взорвать?

- Не весь тоннель, а метров пять завалит. Это последний минируемый тоннель. С умом взрываем, чтоб откопать потом, если не поздно будет.

- А что может быть?

- Сам прикинь? Чем они там занимаются? Мы дальше этого тоннеля доступа не имеем, а туда, вниз машины партиями груз везут, офицеров и солдат с особым допуском, учёных. Говорят и заключённых, тоже. Что бы там ни было, оно может быть опасным. Радуйся, что ты здесь. Остальное ближайшее время будет проблемой законсервированных.

- Все тоннели взрываем что - ли?

- Взрывают четыре тоннеля из пяти. Один можно просто перекрыть, там есть двойной шлюз. А все остальные лазы - поднять на воздух.

- А вспомогательные тоннели?

- Часть взорвать, часть оставить. Не знаю, что там делать будут, но без воздуха и электричества оставлять подвал приказа не поступало.

- А что и это могут?

- Спрашиваешь!

Тихая тень незаметно, боком, будто краб проскользнула вдоль стены к машине.

В кузов офицер проник единым прыжком, ободрав ногу. Хорошо, что лампы светили в противоположном направлении, слепя солдат. В кузове стояли опустевшие ящики. Оставалось просто проползти подальше, поближе к кабине и спрятаться среди ящиков из - под взрывчатки.

Спустя какое - то время в кабину к водителю влез солдат сопровождения. Затем, взревел мотор, и машина вздрогнула, двинувшись вперёд.

Ровная дорога сменилась петляющими коридорами. Но в прорезанный брезент кузова офицер видел, что машина направилась кружным путём, поднимаясь вверх не на лифте, а по наклонной и прямой шахте, как та, которую собирались взорвать внизу.

Задержалась машина ненадолго, на КПП, но часовые не стали долго проверять транспорт, бегло оглядели кузов и чуть пристальнее всмотрелись в документы водителя, а потом махнули рукой, поднимая шлагбаум.

Похоже, что машина направлялась в обычный гараж. А оттуда рейсы совершаются уже регулярно. Проходят рейсы по окружной дороге, рядом с тем городком, куда и нужно попасть.

Машина остановилась в гараже. Из кабины выбрались водитель и его сопровождающий. Спустя какое - то время их голоса стихли, и остался лишь полумрак гаража.

Ещё через пару минут пол вздрогнул от глухого взрыва. За первым последовали ещё три толчка. Похоже, завалили тоннели.

Дальнейшее оказалось делом техники. Используя кортик, он прорезал брезент и покинул машину. Оставалось найти место разгрузки прибывающих транспортов с продовольствием, боеприпасами и подкреплением гарнизону базы.

На одной из таких машин он и покинул базу. Выезжающие машины досматривали, но ему вновь удалось скрыться среди пустой тары в кузове машины.

Как выбирался с базы, он уже не помнил. Видимо он потерял сознание на некоторое время. Документы были при нём. Ботинки он предусмотрительно надел ещё в машине подвозившей взрывчатку.

Город встретил его пустынными, но ярко освещаемыми, ночными улицами.

Как быстро идёт время! Судя по всему, был объявлен комендантский час. В любом случае, патрули были удвоены. Хотя, кто конкретно знает, что он работает на базе? Оставалось надеяться, что в происходящем хаосе не всплыло его имя. Хотя, сколько человек погибло или пропало без вести при таких условиях?

До своего дома он добрался без приключений. Но на входе стоит часовой. Что делать? Лезть через стену? Но грустно получить очередь в спину, после того пути, который он проделал.

Оставалось рискнуть и пойти напрямую. В конце концов, часовой - один, а на стороне офицера опыт и особая подготовка.

- Доброго времени суток, господин офицер.

- Приветствую - офицер в тайне порадовался, что фонарь над парадным входом едва горит, не показывая мятой и грязной формы - Трудный сегодня выдался день в тренировочном лагере. А что там за суматоха на базе?

- А вы разве не знаете? - удивился часовой.

- Откуда же мне знать? Я в архиве работаю. Сегодня только прибыл, а старых книг там вагон и тележка... Эвон, пока лазал как ободрался.

- Что правда, то правда... Да только нам - то разве многое говорят? Какое - то происшествие. Усилили патрули. Обе смены погнали город патрулировать. Выспаться не дали... Да что там говорить, не сахар одним словом.

- Верно. Пусти - ка меня, домой, а то мечтаю только в душ забраться.

- Хорошо вам - усмехнулся часовой отходя с дороги - А нам ещё до шести утра тут торчать.

Офицер, лишь пожал плечами и виновато улыбнулся.

Стараясь ступать как можно тише, чтобы не разбудить уснувшую рядом с приготовленными блюдами девушку - домовладелицу, он осторожно поднялся на второй этаж и лишь отгородившись дверью осел на пол.

Какое - то время он просто сидел, пытаясь хоть как - то осознать произошедшее.

Затем, опираясь на дверь, он медленно поднялся. Тренированное тело гудело после дневных перипетий. Дверь он запер, а папки достал из - за пазухи и положил на стол. Приглушённого света настольной лампы хватало, чтобы разобрать текст и фотоснимки.

Он не должен был это делать. Но не любопытство, нет, чувство добычи взяло над ним верх. Вот эти документы, которые он достал из земных глубин сюда, на поверхность. Он заслужил право узнать, что в этих документах, перед тем, как отдать их.

Первая папка - проект с большим количеством цифр, шифров и фотографий. Эту папку он извлёк из потайной ниши, за книжным шкафом. Вне сомнения это был какой - то сложный проект. Под землёй шли напряжённые работы и, судя по косвенным данным, работы эти были связаны с разработкой странной электростанции, работающей на энергии распада ядра. Тут же были сноски и приписки, позволяющие определить, что ядерную энергию планировалось рассматривать не только как сугубо энергетический, но и как военный ресурс. В частности поднимался вопрос о начинении ядерными отходами от экспериментальной станции ракеты, с последующей доставкой к потенциальному противнику.

Дальше шли страшные колонки цифр заключённых. Приход. И, что не менее важно - расход. Эксперимент требовал всё новых испытаний. Для этих испытаний исправно поставляли заключённых из тюрем. Но самое странно, поставляли военнопленных, а то и просто - беженцев. Это уже было через чур. Если хоть как - то оправдать отправку заключённых с крайне тяжёлыми статьями он мог, то расход военнопленных, а то и вовсе непричастных гражданских был непонятен.

Хотя лежащий на столе документ вполне всё объяснял. Заключённых просто не хватало. "Материала" требовалось куда больше, чем планировалось поначалу. Отсюда и возрастающие потребности.

Первая папка вызывала дрожь.

Во второй папке был он сам. Офицер. Имя. Название части, должность приписка. И это на самой поверхности. Чем дольше он читал, тем больше появлялось фактов. Характеристики из дошкольных и школьных учреждений, курсантские оценки, медицинские данные. Отдельная графа: "Ограниченно подходит для работы вблизи "Объекта", но высокие моральные принципы могут стать проблемой. К работе с "материалом" не допускать. К работе непосредственно на "Объекте" не допускать". И подписи. Много подписей. Много печатей.

Ему не следовало читать документы.

Теперь, прочтя их, он стоял, сжимая спинку резного кресла, и не знал, что делать.

Отдать документы он не мог. Ему, скорее всего, не поверили бы, что он их не читал. Не поверили бы при любом раскладе. А значит, в лучшем случае, он бы вновь попал на "Объект", когда консервацию отменят. Только попал бы уже в качестве "материала".

Комендант знал это. Он точно знал, что отдав обе папки, офицер подпишет себе приговор. Он знал, но не сказал. Даже имея призрачные шансы выжить. Даже, возможно, погибая, он врал в лицо. А если точнее, то просто "недоговаривал".

Теперь возникал один вопрос: что делать?

Ответ на этот вопрос был, также ясным: бежать.

Даже если он скроет личную папку, его вычислят. Пусть и не сразу.

Он решительно подошёл к шкафу, где хранил свой не богатый гардероб.

Из шкафа он извлёк сменную одежду, затем сбросил старую форму и отправился в душ. Вернулся, переоделся. Папки даже в душе он держал поблизости от себя, положив их на туалетный столик.

Приведя себя в порядок, он забрал нож, пистолет, убрал в тёмный чемодан папки.

Он оделся в новый, "парадный" плащ и, стараясь не шуметь, вышел на улицу. Находиться в доме дольше было в тягость. Документы были при нём. Оставлять столь важные бумаги не следует, даже в таком защищённом городе их могут выкрасть или, что более вероятно - найти.

Часовому он кивнул - мол, внезапно вызвали в штаб. Даже походил туда - сюда возле дома, поглядывая на часы, словно ожидая автомобиля. И, только потом ринулся в сумрак городских улочек.

И вот, не успел он дойти до центра городка от своего дома, его остановила она.

Тёмная тень появилась на его пути. Это потом он осознал, что она спрыгнула с крыши, практически с третьего этажа дома и не только не разбилась, даже не подвернула ногу!

Девушка красивая в этом ночном убранстве смотрела прямо в глаза. Конечно, она была бы красива и днём, но ночью, это было нечто особое.

Но не была ли её кожа более бледной?

Полноте, человек ли перед ним?

Офицер потянулся к оружию, но девушка оказалась проворнее.

В руке её тускло блеснул в свете луны клинок. Откуда успел матерелизоваться этот кривой меч, офицер не понял, он просто видел мчащуюся к нему сталь и понимал, что опаздывает.

Откуда она? Кто она? Почему она здесь?

Похоже, что эти вопросы останутся без ответа. Но он понимал всю иронию происходящего. Она явно выполняла свою миссию и саботировала работу целой лаборатории. Как ей это было под силу, он не знал. Однако почему - то он хотел помочь ей. Может быть, это попытка искупления для него самого? Он с усилием надавил на скрытую кнопку, раскрывая чемодан. Документы выпадут на мостовую, и она увидит их без долгих поисков и лишнего риска. Похоже, что она - нечто особое, а не простой саботёр, и сможет верно использовать эти бумаги, может быть даже его досье прочтёт она и тогда поймёт этот краткий и нелепый порыв.