# Перекрестки параллельных линий. Глава 14

Света Сорока

Городское фэнтази

Эл (2000 год)

"Наверное, уже утро" - отстраненно подумалось Эле, не успели её глаза открыться: "Ещё один день ада. Да-да, детка, всё как ты любишь", - поёрничал внутренний голос. Ей захотелось всё бросить и умереть. А может, действительно? Стоит ли эта жизнь таких мук? "Стоит! - откуда-то из глубины души подняло голову желание жить,- Ты всё сможешь, ты сильная, ты выберешься". После, столь милого, внутреннего диалога девушка посмотрела на своего надзирателя, и с её губ чуть не сорвался удивлённый вздох. Кирилл сидел, откинувшись на стуле, скрестив руки на груди, голова была запрокинута, глаза закрыты, а на губах играла улыбка. Он спал. Расслабленное лицо выглядело совсем молоденьким и очень красивым. Эля даже невольно залюбовалась: "Боже, что это со мной!". Когда девушка попробовала тихонько встряхнуть головой, чтобы прогнать странные мысли, Кирилл мгновенно открыл глаза и сел прямо. Он внимательно смотрел ей в глаза, Эля тоже решила не уступать и, не двигаясь, смотрела на него. На секунду, лицо парня озарила весёлая улыбка, он подмигнул, а потом снова всё стало, как было.

Девушка отвела глаза, потому что увиденное неожиданно вызвало внутри странную бурю из ещё более непонятных чувств и, не смотря на него, села на кровати: "Что это было? Всё-таки он очень странный тип" - пронеслось в голове. Вздохнув, она в очередной раз в полной мере ощутила, как же от неё воняет. Дорого бы Эля дала за горячую ванну с пеной, но как не странно, чувство стеснения было сильнее гигиенических потребностей и не позволяло принять душ в этой стеклянной туалетной комнате.

- Если ты пойдёшь в душ, я закрою глаза, - послышался бархатный голос.

- С чего такие щедроты? - с недоумением она уставилась на парня, ожидая ответа, но Кирилл видимо решил, что девушке достаточно информации и не проронил больше не слова.

Борясь с сомнением, Эля всё же вошла в ванную и, встав спиной к Кириллу, стянула кофту. Тут же воображение подсунуло картинку, как парень сальным взглядом изучает её спину, от чего аж зачесалось между лопатками, и девушка нервно обернулась. Он снова сидел, почти в той же позе, в которой она застала его утром, во сне, только лицо его было жёстче, не таким расслабленным. Решив больше не искушать судьбу, девушка стремительно разделась, больше не оборачиваясь, и заскочила в душ. Господи, какое же это счастье - вода. Она лилась на макушку, текла по волосам, по плечам смывая всё то, чёрное и мерзкое, что было в последние дни. Эля несколько раз намыливала волосы, с остервенение тёрлась мочалкой, смывая грязь, которую не удавалось смыть, ополаскиваясь в раковине. Помывшись, она почувствовала, что одеться в грязное - выше её сил и, не выключая воду, влезла из душа, схватила свои вещи и опять забралась под струи воды. На стирку и мытьё ушло не более пятнадцати минут, она торопилась, зная, что сейчас придёт Карен, вот уж чего ей не хотелось, так это столкнутся с ним, нос к носу, в таком виде. Отжав как можно сильнее, полотенцем, вещи, Эля натянула их на себя. Мокрая ткань мерзко прилипла ко всему телу, но это было лучше, чем одеваться в грязное. Выйдя из ванной, девушка посмотрела на Кирилла, казалось, он не шевельнулся с того момента как закрыл глаза, только грудь его мерно поднималась, вдыхая и выдыхая воздух, что-то успокаивающее было в этом его дыхании, заставившее её секунду помедлить.

- Я всё.

Кирилл открыл глаза. Когда он посмотрел на Элю, в его взгляде было удивление и что-то ещё, чего девушка не смогла понять.

- Ты бы могла сказать, что хочешь переодеться, тогда тебе не пришлось бы мучиться, стирая одежду и потом натягивать на себя. Я скажу Карену, чтоб он принёс сухое, а пока не садись, наверное, на кровать, а то вечером тебе мокро будет спать, - и он встал со своего стула, - Садись.

Хмыкнув, Эля, демонстративно уселась на пол, поджав ноги по-турецки и принялась сосредоточенно изучать заусенец. Юноша вздохнув, покачал головой и вышел, казалось, на мгновение, но когда он появился вновь, у него в руках была стопка аккуратно сложенной одежды.

- Карен сейчас занят, но это чистое, одень пока, а то сидя на полу, можешь заболеть, - сказал он, положив вещи на столик, - Женского нижнего белья у меня, извини, нет, - сказал он, доставая из кармана новую пару носков, с которых не была снята бирка.

Девушка не собиралась брать вещи, и вообще, у неё в голове мелькнула мысль, как бы это было классно заболеть и помереть, ну или хотя бы, чтобы они понервничали и повозились с её лечением. Но она, конечно, понимала, что это ребячество чистой воды, да и в своих вещах вправду было мокро и холодно:

- Ты закроешь глаза, когда я буду переодеваться? - немного с вызовом спросила она, откуда брался этот тон и бесстрашие, Эля не знала, но чем больше её охранник приобретал человеческое лицо, тем легче ей было с ним находиться.

- Да.

Кирилл снова закрыл глаза, а девушка начала быстро стаскивать мокрые вещи и надевать принесенные. Одежда была велика, в футболку она, наверное, могла завернуться раза два, штаны попросту спадали, и их приходилось поддерживать рукой и подворачивать штанины в три оборота, а носки она натянула до колен.

- Я всё, - сказала девушка, и как-то неожиданно для самой себя хихикнула. Даже то, что она видела без зеркала, смотрелось забавно.

Кирилл открыл глаза:

- Замечательно выглядишь, - опять это непонятное выражение его глаз и ни тени улыбки.

- А ты в последнее время стал таким общительным, тебе от начальства не нагорит?

Он хмыкнул и, ничего не ответив, устроился на стуле. Эля же принялась аккуратно раскладывать мокрые джинсы и футболку на столике, чтобы они просушивались. Кирилл заинтересованно наблюдал за её действиями, а потом всё же решил подойти.

- Можно? - он протянул руку к джинсам.

- Да, - девушка не поняла, зачем они ему. Кирилл взял джинсы, и пошел в ванную, там он их принялся скручивать, отжимая, так сильно, что Эле показалось, она слышит треск ткани, то же он проделал с футболкой и снова разложил вещи на столе.

- Так, они просохнут быстрее, - сказал он, - Ты слабо отжала, сил не хватает, - и снова улыбка, немного застенчивая, немного самоуверенная. Как ему удаётся так улыбаться, что отражаются абсолютно противоречивые эмоции.

Дверь открылась, и в комнату зашел Карен. Он окинул ледяным взглядом Кирилла стоящего у стола.

- Элеонора, кажется, тебе необходима сухая одежда.

- Нет, мне и эта вполне подходит, - ей почему-то очень не хотелось снимать эти вещи, от них пахло, свежестью, стиральным порошком и совсем чуть-чуть одеколоном Кирилла, - Мне нужен только ремень, ну или верёвка какая-нибудь. Мне штаны в талии немного велики, - глаза Карена стали ещё холоднее, казалось, если он продолжит на неё так смотреть, то превратит в ледышку.

- Хорошо, - он вышел, а когда вернулся, нёс в одной руке поднос с едой, а в другой держал простой тканевый ремешок, - Как я вижу, тебе стало лучше. Я думаю, мы сегодня сможем продолжать.

- Да, - прошептала девушка, - да...

После завтрака они отправились в ту комнату, где занимались накануне. И снова медитация, свобода, пусть и ненадолго, и полёт.

- Я думаю, тебе сегодня надо представить ту ситуацию, когда ты можешь попробовать спасти себя или кого-то, а не пытаться убежать, как было вчера, - Карен задумчиво расхаживал по комнате, не глядя на Элю.

Девушка послушно закрыла глаза и взялась представлять, больших усилий не потребовалось, тут же перед глазами возник парень, с направленным на неё, дулом пистолета. "Бежать!" - билась в голове мысль: "Бежать, бежать". Схватив маму за руку, Эля утянула её в какой-то проулок. Они бежали, а девушка слышала, как преследователь бежит за ними. Сердце саднило под рёбрами, мамина рука всё время норовила выскользнуть из её потной ладони. Они бежали с каждой секундой всё медленнее, потому что мама устала и не могла так долго и быстро бежать. На их счастье впереди показался поворот и новая улочка. Выскочив на неё, Эля утянула маму под навес, где торгуют фруктами, в нос ударил запах гниющих яблок и подпорченных персиков. Они спрятались, задыхаясь от быстрого бега, казалось, их сердца готовы выпрыгнуть из груди. "Я могу нас защитить" - пронеслось в голове. Эта мысль была такая чёткая, ясная и прозрачная, как кристалл в лучах солнца. Не задумываясь о своих действиях, девушка провела рукой по своему лицу, затем по-маминому и они превратились в двух мальчишек подростков. Это было сделано во время, потому что из подворотни выскочил бандит. Он скользнул взглядом по мальчишеским лицам и побежал дальше.

- Ммм, как интересно, - голос Карена ворвался в мысли Эли, возвращая её в действительность, - Очень интересно, - его лицо очень было довольное и радостное, - Я и не ожидал, что получится так быстро, а главное результат будет таким замечательным. Элеонора, ты просто талант!!!

Девушка уставилась на него с ничего не понимающими видом.

- Девочка, ты можешь менять внешность!

- Это просто фантазия, в реальной жизни так нельзя, - отмахнулась она от него.

- Да почему нельзя? Секунду, - он выглянул за дверь, - Зеркало, - приказал он кому-то, наверное, Кириллу.

Долго ждать не пришлось, Карен вернулся от двери, держа в руках достаточно большое зеркало, похоже висевшее до этого в прихожей, и повернул его к Эле. Из зеркала смотрел мальчик-подросток, ему было от силы лет тринадцать, кожа неровная от угревой сыпи, глаза маленькие, но выразительные, этот мальчик был похож на кого угодно, но только не на неё, это точно.

- Как я это сделала? - ошарашено пробормотала девушка, отделаться от чувства нереальности происходящего не удавалось.

- Ты видимо захотела, чтобы он вас не узнал.

- Но как всё вернуть назад? - Элины пальцы начали нервно подрагивать, - Я не хочу провести остаток жизни в образе мальчика.

- Я думаю, стоит очень захотеть стать самой собой и всё будет в порядке, - равнодушно пожал плечами Карен, его глаза горели удовольствием от Элиного таланта, и похоже он совсем не переживал, что она не сможет снова стать собой.

Ещё минут пять девушка растеряно разглядывала отражение в зеркале, потом закрыла глаза и решительно провела рукой по лицу. Почему-то она тоже преисполнилась уверенностью Карена, но открыв глаза, увидела, что ничего не изменилось. "Интересно, а я вся поменялась или только лицо?" - опустив глаза, Эля начала рассматривать свои ноги в джинсах, страх ещё до конца не прополз в её душу, и пока верх брало любопытство. Скользнув взглядом по бугорку в районе паха, девушка поняла, что определённо изменила всё, но ощущение от того, что она так и продолжает стоять в широченной майке и штанах, которые с неё сваливаются, не изменилось. Значит меняется только внешность, что там в физике говорилось про восприятие картинки и отражении света? Эля сосредоточилась и постаралась поднять желание вернуть свою внешность, из самой глубины, стараясь сделать его ярким и почти осязаемым, но и это не дало желаемого результата.

Эля не знала, сколько потратила времени на то, чтобы вернуть свою внешность, билась она долго, но всё было безуспешно.

- Может, стоит опять помедитировать? - посоветовал Карен. Его, кажется, тоже поставило в тупик, что девушка с такой лёгкостью проделала манипуляцию с изменением, а теперь не может вернуть свою внешность назад.

Эля тщетно пыталась сосредоточиться и медитировать, в голове с бешеной скоростью носились мысли, которые она даже не могла толком осмыслить, так быстро мозг скакал с одной на другую. "Ты не должна думать... Вдох... представь место, где тебе будет хорошо ... выдох". Вдруг перед глазами возникала её комната заключения, девушка закашлялась на вдохе и принялась трясти головой, чтобы прогнать это ведение: "Вдох... ты на поляне...выдох... вокруг летают бабочки ...вдох... цветут ароматные, небывалой красоты цветы...выдох". Наконец-то, перед мысленным взором возникала полянка. Эля шла по ней, срывая то один, то другой цветок. Прямо посередине поляны бежал ручеёк, совсем не большой, его можно было перешагнуть. Повинуясь какому-то не объяснимому желанию, Эля присела перед ним. Из воды на девушку смотрело не её отражение, а лицо какого-то паренька. Она провела рукой по водной глади, чуть касаясь воды, от чего ладонь покрылась мелкими капельками, но отражение не изменилось, уже как-то устало и безысходно, девушка в очередной раз провела рукой по своему лицу и перевела взгляд на звенящий ручеёк. В воде отражалась она - Элеонора.