# Люби меня

Таня Манов

Алекса упорно смотрела в пол пока девушка в будке изучала фотографию на паспорте. Ну давай, придерись.

Тебя только не хватало. Но не придрались, пожелали приятного полета и пропустили. Алекса сунула паспорт

в карман и побрела в зал ожидания, понурая фигура среди толп возбужденных покупателей дьюти-фри.

Брела и позыркивала по сторонам. Возле черной стеклянной стены, выходящей на взлетное поле, целовалась

взасос пара. Алекса смотрела на них и глотала ком. Никто ее не замечал. Никто. Никому не нужна.


Уже неделю...уже неделю никому не нужна. С тех пор как Рам - боже, какой подлец! - не пришел. Она ждала его

час, не могла поверить. Звонила и звонила, что за черт, он попал в аварию ! На следующий день Алекса

поехала к нему. Он встретил ее в дверях, не дал войти. Из квартиры доносилась музыка, визг тормозов и

возбужденные мужские голоса: "ускорение врубай здесь ! ты тооормоз !" Он сказал ей: "слушай, с тобой невозможно.

Ты то рыдаешь, то несешь какой-то бред..."

Слушала-слушала, потом оборвала и сказала: "так что, все ?" -"ну, все..."

И ушла. А он вернулся играть. И догонять не стал.

С тех пор она так и ходила, никому не нужная и незаметная. Как рыба в аквариуме. Вроде и со всеми, а за стеной.

Ходила и не могла поверить. Как может быть такая несправедливость ? Ведь они были вместе, как пальцы в кулаке.

И ее, ее ! Не она его - разве такое возможно ? Какая подлость. Она сама виновата. Уродина. Рыба, рыба. И хоть

бы кто червячка бросил. Так и помру, буду плавать кверху брюшком, через неделю в унитаз меня выльют.

А тут и в командировку послали. Теперь я точно буду совсем одна, думала Алекса с горьким удовлетворением.


В самолете совсем приперло. Посмотрела на огни Тель-Авивские и зарыдала сдваленно, то потаенно сглатывая

сопли, то , не сдержавшись, подвывая в голос. Сосед поглядывал странно, с сочувствием и смущением.

Хоть бы спросил, что сучилось. Хоть бы кто-нибудь меня спросил ! Если бы я была только не одна

среди вех этих равнодушных людей !

И от этой мысли щеки загорелись таким гневом, горем и желанием, что Алекса вскочила, не помня себя, и

закричала:

- Ну посмотрите же на меня ! Ну пожалейте же меня кто-нибудь, полюбите меня !...


И осеклась, очнувшись от собственного крика.


Весь самолет смотрел на нее. Весь чертов самолет, все-все пассажиры, из дальних рядов тянули шеи, и стюардессы

зависли в полупоклоне над своими тележками, вывернув головы.


- ...меня.... - выдохнули десятки глоток, зашуршали, как волна на откате.


Секундная тишина. И нарастающий шум. Шепот, негромкие возгласы, шелест одежды - люди вставали, проталкивались,

двигались к ней, толкаюсь и обращая друг на друга не больше внимания, чем на мебель.


- Бедная моя, хорошая ! - сосед схватил Алексу за руку и порывался усадить к себе на колени, но толстая тетка

из переднего ряда уже тянула ее за руку, перевалившись через кресла, и жарко шептала: "доченька, доченька..."

Алекса завизжала и, колотя толстуху по плечу, закричала в умильные лица:


- Нет ! НЕТ ! Стойте все ! Не трогайте меня ! Не тро...


И замолчала. Тетка замерла, опасно покачиваясь на спинке и преданно глядя Алексе в глаза. Стюардесса,

полузатоптаная в проходе, перстала кусть пассажиров за ноги. Сосед сидел, не двигаясь, с открытым ртом.


Самолет сильно тряхнуло. Еще и еще раз. Люди повалились на пол, раздался грохот. С трудом выпрямившись,

Алекса посмотрела впереди увидала мужчин в форме, стоящих в проходе и смотрящих на нее с улыбкой восторга.


- да вы очумели, что ли ! Быстро за штурвал или как там оно называется !


И быстро полезла к пилотам, бесцеремонно наступая на чужие ноги, а то и носы.

Добравшись до кабины, Алекса увидала именно то, что опасалась увидеть: мужички сидели за штурвалом,

смирно опустив руки.


- Рулите же ! - зашипела Алекса, вцепившись в переборку.

Самолет снова трясло, что-то завыло. Сидящий слева не глядя покачал рукояткой. Алексу сильно прижало к стене,

завыло громче. Пилот обернулся и радостно улыбнулся ей.

Алекса сдержала порыв крепко стукнуть его по носу и в отчаянии покрутила головой в поисках выхода.


- о, господи, господи, ну... Так ! Отстаньте все от меня и займитесь своим делом !


Через 5 минут, тихо сьежившись в своем кресле, она слушала обьявление капитана: "погодные условия, бла-бла...

высокая турбулентность....просьба оставаться на своих местах...Обед по окончании маневра."

В проходе сновали озабоченные стюардессы, проверяя ремни. Никто на нее не смотрел. Сосед с озадаченым видом

щупал распухший нос.

Алекса с облегчением закрыла глаза и задремала.