# Загадай желание

Фосс Таллахасси

Общий файл, куда публикуются продолжения глав до их полного завершения.

══════

Аннотация:

Каждый мечтает, чтобы его желания исполнились. Но что если это действительно возможно? И отнюдь не теми привычными способами, которые постулирует нам общество.

Это история о человеке, который получил в своё распоряжение уникальную возможность и о том, как сложилась после этого его судьба.


Внимание! Это роман в самом википедийном понимании термина. Т.е. развернутое повествование о жизни и развитии личностей главных героев в кризисный, нестандартный период их жизни. ПРИОСТАНОВЛЕНО (но не заброшено) из-за нехватки времени. Будет переработано и продолжено по мере возможности.

## Содержание:

Время 02:00 Желание 1 Желание 2 Желание 3 Желание 4

Время 03:00 Желание 1 Желание 2 Желание 3 Желание 4

Время 01:00 Желание 1 Желание 2 Желание 3 Желание 4


## 02:00. Подписание.


Желание 1. Выбрать.


Рита своего демона не любила. Высокий, тощий, несуразный - он походил на вечно взъерошенного петуха, смотрящего сверху вниз на дворовую суету со своей персональной жёрдочки. Приклеившаяся к лицу мерзкая ухмылочка вызывала исключительно стойкое желание пересчитать ему все зубы любыми подручными средствами. А тёмная звезда на лбу знаменовала своего рода мишень для прицельных бомбометаний.

Сложно было проникнуться положительными чувствами к такому завалящему индивиду. Впрочем, и к любому другому тоже. Дружба с собственными демонами являлась не то, чтобы моветоном, но никакой выгоды обеим сторонам договора не приносила. Поэтому, со слов беса, прецедентов в истории, как таковых, ещё не было.

К детальному знакомству с демоном Рита подошла крайне ответственно. Приготовив несколько подручных инструментов, она попросила его замереть посреди комнаты и принялась детально рассматривать и ощупывать. Бес недоумённо вертел головой, взирая с высоты своего двухметрового роста на копошащуюся где-то подмышкой девчонку, и переминался с ноги на ногу, не понимая смысла затеи.

Но когда получил укол потрепанным и явно нестерильным канцелярским ножом, моментально ожил и принялся яро протестовать.

- Ты что творишь?! - возмутился Барт, но Рита лишь отмахнулась, потянувшись к венам и отчётливо намериваясь пустить ему кровь в целях научного познания. С трудом увернувшись от ножа, бес принялся многословно верещать. О том, какой он ценный экземпляр, занесённый в списки главных сокровищ преисподней, и о том, что калечить его категорически непозволительно. Однако тут же был остановлен практически удушающим захватом, призванным измерить пульс.

- Трупак, что ли? - деловито поинтересовалась Рита, когда ни тридцать, ни шестьдесят секунд твёрдого надавливания на шею впадающего в благородную синеву беса результата не показали. Демон захрипел и, дёрнувшись, сиганул назад, подальше от цепких ручонок любознательной подопечной.

- Нет у меня кровотока! - просипел он, отчаянно потирая сдавленную трахею. Рита скептически вздёрнула бровь и придвинулась ближе, обеспокоив демона до неврастенических мурашек. Он судорожно потирал бессовестно исколотые ножом запястья и тихонько пятился назад.

- Ну и как же ты функционируешь тогда? - осведомилась девчонка, подступая ещё на шаг, и с претензией направила в сторону подопытного подозрительно выставленный указательный палец. Бес обильно вспотел и попытался слинять. Задержаться на этом свете он имел не только полное основание, но и довольно масштабную потребность.

- Куда?! - рявкнула Рита и одним прыжком сократила дистанцию, вцепившись демону в ухо. - А ну дай посмотреть! Ему, значит, в любое время допекать меня можно, а мне сугубо в научно-образовательных целях осмотреть его нельзя!

- Ай! Не щипись! Больно же! - взвыл демон и предпринял попытку взлететь, но сил на двоих не рассчитал и с позором плюхнулся обратно, брякнувшись подкосившимися коленями на пол.

- Сам виноват! - отрезала Рита и принялась аккуратно обследовать необычное строение ушной раковины.

Демон смирился и тихонько заскулил, пока она теребила его острые мочки, дёргала за стреловидные кончики и принюхивалась к запаху серы. Он был рад и тому, что девчонка не попыталась толкать внутрь палец и шарить по закоулкам ушных каналов. Любопытство, разумеется, не входило в число основных человеческих пороков, но сейчас Барт бы с удовольствием его туда причислил. Тихо скрючившись на полу, он стоически пережидал момент познавательной активности, нетленным философским взором созерцая просиженное кресло, кипу исписанных тетрадей на столе и многочисленные ряды книг, в то время как подопечная деятельно крутилась подле него.

Ей было жизненно важно убедиться, что демон - существо не только вполне реальное и осязаемое, но ещё и чётко продуманное. Рита перебирала его волосы, крутила между пальцами маленькие косички у основания шеи и даже, нисколько не смутившись, попыталась залезть в потёртые штаны на предмет обнаружения хвоста.

- Да есть он у меня! - не выдержав столь продуманной экзекуции, заорал научный экспонат, отчаянно взвившись в воздух и прилипнув к потолку.

Задрав голову, Рита, задумчиво разглядывала остроконечную салатовую стрелку на конце нервно подрагивающего бесовского хвоста, доселе чинно скрывавшегося в одной из брючин. Полтора метра голой, не особо приятной на вид плотной кожи пластично вились в воздухе и укоризненно пытались ткнуть своим наконечником девчонке в нос.

Уверенно протянув руку, Рита схватила бесовское достояние и несколько раз пытливо дёрнула. Внутри хвоста что-то хрустнуло. Демон издал безумный вопль на незнакомом языке и принялся сыпать странными речитативами, видимо, проклиная всех ботаников на свете и их инстинктивную жажду познания.

Панически вздрогнув, хвост таки выдрался из рук Риты и взмыл к спасительному потолку. Та кивнула головой, отмечала хорошо поставленную реакцию и свободное сознательное управление лишней частью тела. Функцию пятой руки хвост наверняка выполнял на ура, родня беса с обезьянами. Вот только окрас дополнительного органа был весьма оригинальным и в дикой природе ни у кого не встречался. Фиолетовый у основания, цвет плавно переходил к острой стрелке в ярко-зелёный, идеально сочетаясь с основным оттенком демонских волос.

- Откуда такая оригинальная пигментация? - полюбопытствовала Рита, проводя пальцем по носу так, словно поправляла невидимые очки. Бес недовольно скривился, на всякий случай прижавшись к потолку плотнее.

- Почём я знаю! - буркнул он и аккуратно заправил шаловливо подрагивающий хвост обратно в штаны.

Наклонив голову, Рита внимательно присмотрелась к основанию бесовской шеи и, обнаружив там едва различимую нить фиолетового пятна, громко потребовала:

- Ну-ка, покажи спину.

- Вот уж дудки! - крякнул демон и сиганул к окну, чуть не задев закрученные тугими спиралями рожки люстры.

Яростно вскрикнув, Рита кинулась наперерез, силясь подпрыгнуть и ухватить беса за шкирман, чтоб сдёрнуть с насиженного потолка. И таки преуспела, сумев ухватить потустороннего посланца за ремень. Неуверенно кувыркнувшись, Барт полетел вниз головой, чудом не приземлившись на ирокез. Впрочем, вместо ирокеза у него незамедлительно пострадал излишне инициативный копчик.

- А стоял бы смирно, как я велела, ничего бы не отбил, - удовлетворённо констатировала Рита, задирая ему майку и вглядываясь в необычные узоры.

Демон пробурчал что-то неразборчивое и проникновенно вздохнул, взывая к состраданию. Он уже искренне не знал, какое состояние у этой девчонки хуже - пессимистичная зануда, смотрящая на всех свысока в режиме мизантропа, или эта боевая ипостась в виде сумасбродного учёного, любой ценой пытающегося взять образцы на анализ. Воистину, клиентов Барт всегда находил себе самых оригинальных.

Рита, тем временем, деловито осматривала тощую бесовскую спину, проводя пальцами по нанесённому фиолетовому рисунку. Следуя за отчётливо проступающими рёбрами, он выглядел смесью классических татуировочных плетений и безумной фантазии обкуренного мастера, добавившего к ним лёгкой рукой иглы и засечки. Центральный стержень узора шёл по позвоночнику и, вероятно, переходил в хвост, из чего можно было заключить, что оттенки натуральные. Либо бес так болен на всю голову, что велел полностью замалевать собственный задний придаток.

- Татуировка? - на всякий случай поинтересовалась Рита, делая шаг назад и окидывая рисунок цепким взглядом.

- Да не в курсе я! - прогремел Барт и принялся одёргивать одежду, босая самые зловещие взгляды на девчонку, словно бы намеревался совать этими замызганные тряпки и придушить её собственноручно. Он, конечно, за всю продолжительную карьеру удостаивался самого разного внимания, но вот разобрать по полочкам сугубо ради эксперимента его ещё ни разу не пытались. Бесу даже закралась в голову мысль, что чертовка сама подстроила их встречу. Лишь бы заманить какого-нибудь излишне любознательного демона в ловушку, а затем годами над ним измываться, ставя различные безумные опыты.

- То есть как? - не поверила Рита, подозрительно прищурившись.

- А вот так! - огрызнулся бес и нервно поскрёб рёбра. - Я себя со спины даже не видел.

Чувствуя, что девчонка ответом не удовлетворена, он сумрачно прошествовал мимо и развалился на кровати, как наиболее пострадавшая сторона. Правда, ботинки поверх покрывала закидывать не стал, наученный горьким опытом общения с этой ярой блюстительницей чистоты и порядка.

- У нас нет собственных тел, - пояснил демон, устраиваясь поудобнее и намекая Рите взглядом, чтобы та села на кресло, иначе он ничего рассказывать не будет. Девчонка неприязненно цокнула языком, послав ещё один полыхающий жаждой новых знаний взгляд, но покорно разместилась поодаль, подобрав под себя колени.

- То, что ты видишь, - бес окинул себя многозначительным взором и довольно хрустнул позвоночником, - банальное воплощение.

Красноречиво шевельнув бровями, Рита подтвердила, что идею улавливает, но развернуть мысль не помешало бы. Бес мечтательно прикрыл глаза, намекая, что прекрасно всё понимает - информация нужна не ему, а потому он волен излагать её в произвольном порядке и самостоятельно усматриваемых дозах.

Презрительно поёрзав, Рита отвернулась и махнула рукой, великодушно предоставляя демону полный карт-бланш. Всё равно последнее слово за ней. В конце-концов, встреча человека и демона ни к чему не обязывала. Бесы искали клиентов, люди - средства достижения целей. Все остальные рабочие моменты лежали за гранью составленного договора о сотрудничестве. И пока он был не подписан, каждый крутился, как мог.

Например, демон увлечённо старался впарить собственные услуги. А она уже твёрдо решила спуска выходкам этого паразита не давать. Теперь-то можно сквитаться за все радости их неординарного знакомства - и за ночные кошмары, и за беспрестанный издевательский бубнёж.

Рита не знала, были ли подобные проблемы с потусторонними торгашами у всех контракторов, или эта привилегия коснулась исключительно её. Признаться, думать об этом даже не хотелось. Как и рассказывать кому-то о том, что рядом всегда витает докучливый невидимый дух.

Так и в психушку загреметь недолго. Посему, не мудрено, что представители земного мира упорно шифровались, не давая и намёка на свою связь с бесами. И сколько всего людей постигла эта же участь, Рита не представляла.

Однако сейчас настал её черёд капать на мозги. Бес должен чётко уяснить, что не только он способен доводить своим энтузиазмом до ручки. Являясь всего-навсего рядовым исполнителем нестандартных заказов, он позволял себе чересчур многое. И с некоторых пор Рита больше не видела смысла вести себя с ним сдержанно. Пусть теперь сполна вкусит всех залихватских черт характера своей подопечной - не повадно будет мнить себя пупом вселенной.

- Чтобы получить воплощение, нужно какое-то время находиться рядом с потенциальным контрактором, - соизволил, наконец, изречь Барт, довольно потягиваясь и рассматривая чёрный лак на ногтях. - Настроиться... Прочувствовать энергетику... Тогда наши сущности сами компилируют подходящий образ из наиболее близких конкретному смертному ассоциаций.

- Хочешь сказать, что стал вихрастым дрищом потому, что это я воображаю себе вас так? - изумилась Рита, настороженно вглядываясь в зелёный ирокез.

Вместо нормального ответа, бес неопределённо хмыкнул, предлагая ей смириться с предоставленной версией. В конце-концов, между потенциальным клиентом и узаконеным контрактором была непреодолимая бюрократическая пропасть. То, о чём можно было распространяться, ограничивалось исключительно рамками взаимного статуса. Особо недоверчивые и педантичные могли безболезненно пройти лесом. Но пока что от предложенных услуг почему-то ещё никто не отказывался.

Словно прочитав его мысли, девчонка поёрзала и решила задать вопрос по существу.

- А каким именно образом вы, так сказать, взимаете стоимость? - она задумчиво поскребла щёку, явно рисуя в своём оригинальном воображении широкими мазками картины кровавых ритуалов и богато обставленных жертвоприношений.

Бес презрительно фыркнул - по своим представлениям о них люди так и остались в средних веках. Почему-то у большинства контракторов в голове не укладывалось, что их организация давно отошла от всякого бутафорского шаманства и полуночных таинств. Сейчас всё делалось чётко и аккуратно. А канцелярские принадлежности давно уступили место кроличьим потрохам. Больше времени требовалось проводить за заполнением сопутствующих бумаг, чем тратилось на поиск клиентов и подписание договоров.

Скривившись, Барт невольно вспомнил все свои выговоры за последние сто лет. Белиал никак не хотел понимать, что сотрудник - личность творческая, требующая чуткого подхода и нуждающаяся в поощрениях, а не постоянном нудении о заполненных контракторских картах, рабочих сроках и ежедневной отчётности по продвижению услуг. В сущности, если б не стабильное перевыполнение плана, бесу бы никто спускать вольностей не стал. Однако ощущение, что даже при аких показателях он когда-нибудь допрыгается, Барта не покидало ни на минуту.

Реагируя на раздражительные мысли, хвост под ногами неприязненно шевельнулся, порываясь выбраться из штанины. Демон устало посмотрел на обратившуюся в слух девчонку, и с силой провёл пальцами по глазам, прикидывая, как бы подоходчивее объяснить, чтоб она не только не закатила истерики, но и поняла всё правильно.

- Не волнуйся, процедура совершенно безболезненна. Более того... - бес неожиданно с любопытством уставился на подопечную, но потом говорить передумал, ограничившись коротким: - Ладно, детали сама увидишь. Признаться, мне тоже немного интересно.

Рита сощурилась, намекая, что никаких бесовских уловок не допустит и при необходимости устроит скандал, шантажируя демона отказом от подписания договора. Но Барт уточнять решительно не собирался, банально уведя тему в другую плоскость.

- Боишься раньше срока постареть? - иронично осведомился он, выдавая самый распространённый страх среди контракторов, возникающий сразу после ознакомления с условиями оплаты.

Медленно склонив голову набок, Рита задумалась, глумится ли демон, или говорит серьёзно. Не то, чтобы она опасалась лишних морщин, скорее, воспринимала их, как неизбежную данность смертного существования.

Но в словах беса было рациональное звено. Коль скоро за работу демонов предполагалось расплачиваться временем, при неудачном стечении обстоятельств израсходоваться оно могло гораздо быстрее, чем хотелось бы. Если бес начнёт отнимать годы её жизни, не станет ли это проявляться во внешних изменениях организма? Какой тогда смысл что-либо загадывать, коли воспользоваться полученным немочь уже не позволит.

- Спокойно! - возвести демон, театральным жестом простирая выставленную ладонь в сторону мигом помрачневшей девчонки. - Я работаю чисто и без последствий. Останешься такой же лапочкой, какой и была.

Дерзко скривившись, Рита продемонстрировала, что неоднозначность комплимента вполне себе уловила, но развивать эту тему не стоит, если бес хочет дожить до её согласия, при этом не отправившись изображать анатомическое пособие по мумификации. Барт, однако, своей осведомлённостью откровенно наслаждался, смакуя каждую порцию оглашаемой информации. За годы неустанного труда процесс просвещения контракторов, требовавший преподнесения одних и тех же сведений, успел опостылеть ему до колик, поэтому с каждым новым договором он пытался вносить отдельные изюминки в беседы.

Сперва, например, он старался подтолкнуть девчонку к самостоятельным выводам относительно механики производства, однако вовремя вспомнил, что её выводы зачастую не совпадают с общепринятой схемой, поэтому решил сменить тактику, просто подразнивая самолюбие подопечной.

- Мы отсекаем время с конца жизненного срока. В некотором роде, даже делаем вам одолжение - забираем мгновения старости, дряблости, ненужности и бесполезности, предоставляя шанс наслаждаться юностью на полную катушку! - Барт мечтательно цокнул языком, всем своим видом показывая, как завидует возможности получать всё, что только душе угодно, при этом не теряя ничего особенно важного.

Но Рита на такую откровенную подначку не купилась.

- Так в чём же тогда ваш доход? - резонно уточнила она, скрещивая ноги и с недоверием подаваясь вперёд. Бес неприязненно заёрзал. Умела же девчонка задавать неудобные вопросы.

- Время есть время, - без особых отговорок, наконец пожал плечами демон и тряхнул зелёным вихром. - Не всё ли равно, откуда его брать?

- Нам - нет, - процедила Рита и насупилась. Сейчас Барт напоминал её саму, свысока разглядывавшую книги в любимых магазинчиках и размышлявшую, чего в действительности стоит для постороннего наблюдателя чужая жизнь.

- Ну, вам-то да... - безразличным тоном отозвался Демон и вальяжно покачал ступнями, демонстрируя полнейшее пренебрежение к смертному существованию. - Потому и работаем в интересах клиента. Или хочешь поскорее превратиться в щербатую старуху?

- Ещё чего! - огрызнулась Рита и ощутила на задворках сознания мысль, тихонько уточняющую, что при таком раскладе до состояния старухи она дожить попросту не сможет. Кроме того, демон, в силу бесовской натуры, вполне мог мухлевать и брать больше положенного, однако, судя по договору, никакой системы контроля на этот счёт не предусматривалось. Этот момент следовало прояснить.

- ...Только если ты у меня больше нужного не хапнешь, - небрежно бросила Рита и уставилась на демона, стараясь поймать малейшие отголоски затаённой лжи.

Барт возмущённо вытаращился на подопечную, не веря собственным ушам. До таких придирок на его памяти ещё ни один из контракторов не додумывался, разве что один завалящий пройдоха, который тоже долго мялся, а потом спустил все свои желания за пару дней. Но и тот формулировал претензии несколько иначе.

- Женщина, это тебе не просто бумажки какие-то! - воспылал демон праведным негодованием и резко сел, порываясь вразумить параноидальную девицу, собственноручно отвесив пару затрещин многострадальной папкой, сразу же послушно прыгнувшей к нему в руки. Рита подперла кулаком щёку и с нарочито скучающим видом принялась водить пальцем по ворсистой обивке кресла.

Барт грозно потряс орудием возмездия и надрывно прогремел:

- Это профессионально составленный и нотариально заверенный потусторонней канцелярией договор, подлежащей исполнению обеими сторонами! Ты хоть понимаешь, как такие контракты работают?! Никто ничего не сможет сделать без согласия смертного! Сказано белым по чёрному - так, значит будет так! Рискнёшь представить, что со мной станет, если я попытаюсь условия нарушить?! Тут выговором не отделаешься! Разорвёт в клочья, и не уточнит, есть ли заслуги перед отечеством! - демон яростно сплюнул, но кипящая вода так до пола и не долетела, испарившись ещё в воздухе.

Он возмущался настолько искренне, что не поверить его словам было невозможно. Слишком уж явно в них проскальзывало сожаление о том, что организация проявляет такую тщательную заботу о контракторах. Рита стоически пережидала истерику, задумчиво ковыряя пальцем в ухе и прислушиваясь к экспрессивно оформленным фактам, которые, не замечая в пылу негодования, выдавал бес.

Например, закономерно огорчало, что договор не получится нарушить не только у него, но и у неё. А это значит, что лазейки придётся искать не только между строк, а даже в действиях самого исполнителя. Более того, нужно будет проштудировать всё до последней строчки прежде, чем подписывать. Добровольно в кабалу она не пойдёт, пусть бес даже не рассчитывает. Ведь его-то как раз можно подловить на нарушении. Тогда Рита останется в дамках, исполнив своё желание и избавившись от демона навсегда.

Но интересовало и другое - с чего вдруг Барт так настойчиво заверял, что им нужно всего лишь время. Все основные религиозные источники, как один, гласили, что бесы падки на человеческие души и другой валюты, кроме бессмертия или крови, для них нет. Попытавшись аккуратно подступиться к этой теме, Рита неожиданно получила категорический отпор.

Бес мигом утратил всю свою болтливость и с самым серьёзным видом заявил, что это коммерческая тайна, которую подопечным не разглашают. Во всяком случае, до тех пор, пока они не подпишут контракт. Хотя, задумчиво почесав подбородок, Барт всё же соизволил обронить, что Рита первая, кто полез в такие дебри. Правда, считать это комплиментом или нет, она так и не поняла.

Все последующие дни бес её не доставал, охотно давая пояснения по возникающим вопросам и внимательно приглядывая за процессом изучения договора. К концу недели он мог бы поклясться на любимом кресле начальника, что девчонка зазубрила все пункты и сноски наизусть, при этом не забыв полностью прочесть прейскурант.

Зачем он ей, понятно не было, поскольку выбрать следовало лишь один из двух тарифов. А с её императорскими замашками более выгодным явно представлялся только один. Но, в любом случае, такого тщательного подхода к заключению контракта Барт ещё не встречал.

С тех пор, как Рита решилась рассмотреть предложение беса о сотрудничестве всерьёз, скопившийся ворох мелких проблем совершенно перестал её занимать. Целиком погружённая в изучение новых возможностей, она машинально ходила в университет, отрешённо выполняя предложенные задания и не замечая, что наблюдательные сокурсники, усмотрев разительные перемены в её поведении, начинали шептаться всё активней. Ей больше не было дела до того, что, как казалось, могло теперь решиться в один миг, повинуясь силе демона и её желаниям.

Покоя не давали лишь мысли о том, по каким критериям бесы отбирают своих будущих коллег. Проходя по улицам, проезжая в автобусах, Рита постоянно вглядывалась в великое множество человеческих лиц, пытаясь понять, кто же из них похож на неё. По идее, контрактором мог быть абсолютно любой, ведь, как выяснилось, каждый аспект человеческой жизни легко покупался у потусторонней канцелярии.

Однако в этом случае вставал новый вопрос - почему же бессовестные счастливчики до сих пор не наводнили не только их город, но и весь мир? И любой из ответов на него Риту заведомо нервировал. За вычетом, быть может, варианта, когда демонической благодатью одаривались исключительно единицы. Что возвращало к рассуждениям о том, с чего вдруг такая честь.

На все расспросы по этому поводу Барт загадочно отмалчивался, обходясь общими фразами, либо начинал глумливо расписывать довольно неоднозначные достоинства своего выбора. На очередной лекции о восхитительном блеске волос и чарующим тумане в глубине водянистых рыбьих глаз, Рита поняла, что ничего толкового не добьётся, и к теме решила больше не возвращаться.

В конце-концов, разве должен человек, выигравший в лотерею, задаваться вопросами о том, за что ему дарована эта временная благодать. Скорее, следовало думать, как воспользоваться плодами собственной удачи. Ну, или в её случае - как воспользоваться услугами демона и не остаться при этом на бобах. Несмотря на все увещевания, доверять бесу Рита отказывалась категорически, да и собственную моральную свободу продавать не спешила. Конечно, со временем они могли бы сработаться, но пока всё это оставалось лишь в туманных перспективах.

Больше смущало то, что использование демонических умений, фактически, могло приравниваться к декларированию собственной ничтожности. Подписав контракт, Рита признавалась бы в своём абсолютном бессилии. Но таких ситуаций она не любила, считая, что выход всегда можно было найти самому. Другое дело, что он попросту мог не понравиться.

Конечно же, у неё имелись сокровенные, трудновыполнимые желания, иначе бы демону не было резона ей докучать. Вот только ощущения, что оккультизм - последняя возможная инстанция, всё ещё толком не сформировалось, и Рита чувствовала определённую вину перед собой. С другой стороны, сама концепция договора была не такой уж и отвратной.

Возможность сплавлять какое-то непонятное, абстрактное и наверняка не самое радужное время за исполнение всех желаний можно было уравнять с процессом переработки вторсырья. Какая разница - ведь она так или иначе потратит часть своей жизни на достижение целей. Вот только без демонических сил результат проявится далеко не сразу. Да и не факт, что будет соответствовать задуманному. В контракте же имелись определённые гарантии, и даже некоторые неоспоримые выгоды.

Благосклонно наблюдавший за потоками моральных терзаний Барт тихонько посмеивался вечерами со своего любимого насеста на шкафу. И постоянно комментировал все назревавшие предположения в такой манере, что у Риты безостановочно зудели костяшки кулаков. Уж чем-чем, а своим умением доводить контракторов до ручки бес гордился по праву, с превеликим удовольствием применяя его по делу и не очень.

Наконец, несмотря на все самые невероятные опасения и предположения обеих сторон, в воскресенье Рита открыла глаза с относительно твёрдым намерением получить желаемое. Ей осточертело биться головой о стенку и прорабатывать альтернативные варианты. Как ни крути, способ предложенный демоном был самый быстрый и в меру безотходный.

Барта в зоне досягаемости не наблюдалось, что слегка нервировало. Пришлось загружать себя бытовыми проблемами в попытках хоть как-то успокоиться и перестать думать о попятной. Почему именно сейчас, когда, наоборот, следовало петь ей дифирамбы или просто скакать от радости по потолку, бес слинял?!

Яростно скребя посуду, Рита злилась всё сильнее. С самого начала торжественность момента вылетала в трубу. Словно бы она не жизнь свою решилась закладывать, а сидит и банально ждёт вызванное такси до соседней улицы, которого никак нет. Вся назревающая ситуация больше походила на последний предоставленный шанс передумать. И это напрягало в разы больше, чем нескончаемый поток мелких неурядиц от обретающегося поблизости паранормального засланца.

Примерно в середине дня, когда все домашние дела были переделаны, уроки выполнены на полторы недели вперёд, а сама Рита, убедившись в отсутствии дома посторонних глаз и ушей, беспокойно мерила шагами комнату, заявился бес, сонно позёвывая и от чего-то костеря городские крыши. Они, согласно сдавленному бухтению демона, манили нагретым гудроном, в итоге застывавшим несуразными комками, которые впивались в лицо, оставляя на коже глубокие красные рытвины.

Подопечная житейских премудростей не оценила, кинувшись на яростно растирающего глаза Барта с кулаками. Но была вовремя остановлена панибратским щелбаном и быстрой подсечкой. Настроения разыгрывать беспечную невинность у демона никакого не было. Девчонка быстро поднялась и, недовольно отряхнувшись, потянулась к лежащему на столе канцелярскому ножу.

- Пентаграмму чертить нужно? - деловито поинтересовалась она у беса, морально готовившегося к тому, что разозлённая человечка тут же кинется производить вскрытие его драгоценного организма. Поняв, что экзекуция отменяется, он суматошно замахал руками и быстро протараторил:

- Что ты! Мы так давно не работаем! Разве только договор кровью подписывать придётся. Но это уж издержки производства, сама понимаешь... Добровольно отданную кровь ведь не подделать. Вот и используется в качестве гаранта обязательств.

Прикинув, что, вообще-то, можно подделать и добровольно отданную, предварительно сцеженную для других нужд, Рита на всякий случай решила беса не разубеждать. Держа наготове тщательно продезинфицированный инструмент, она уверенно раскрыла договор на нужной странице, чем повергла беса в настоящий шок.

Барт спешно подлетел к подопечной и, нарезав несколько оборотов вокруг, осторожно потрогал её лоб, проверяя, нет ли температуры. Рита нетерпеливо отмахнулась и сурово уставилась на демона, намекая, что тот вполне способен сам спугнуть своё счастье, если не прекратит валять дурака.

- Ты уверена? - предприимчиво поинтересовался Барт, рассматривая ярко выделенное место для подписи на странице с повременным тарифом. Возбуждения он скрывать не считал нужным, но всё же вёл себя, как настоящий профессионал, действуя в интересах клиента даже в такой ответственный момент.

- Пожалуй, рискну, - сварливо отозвалась Рита, одаривая демона холодным взглядом. То, что бес сейчас пытался играть на нервах, она не сомневалась. Он прекрасно понимал и все её трудности, и сложившуюся обстановку, чтобы достаточно неискренне отговаривать от собственного предложения.

Довольно ухмыльнувшись, Барт кувыркнулся в воздухе и медленно опустился на пол. Ему нравилось читать мысли девчонки по глазам. Работа с будущими контракторами предполагала некоторую степень эмпатии, и куда интересней было ковыряться в хитросплетениях невысказанных фраз, чем ломиться сквозь эти ментальные дебри напрямую. Коллеги такой подход не одобряли, считая повышенное внимание к подопечным пустой тратой времени, а самого Барта отъявленным извращенцем. Вот только, несмотря на все подколки и плевки, мало кто мог приблизиться к его уровню мастерства.

Продираясь через невербальные заслоны, демон испытывал ни с чем несравнимое наслаждение. Временами он даже ловил себя на том, что начинает испытывать к некоторым из контракторов нечто сродни братской привязанности. И несомненно, пережив эти сладостные мгновения, расставаться потом было куда приятней. Истерик и слёз демон, по роду занятий, не любил.

Рита, тем временем, перечитала на всякий случай условия и, удостоверившись, что страница верная, занесла над рукой нож. Поочерёдно выщёлкивая составное лезвие, она раздумывала о том, насколько глубоко следует кромсать палец, и как бы в итоге не капнуть по неосторожности под другим тарифом.

- Прямо на месте подписи ставь, - на всякий случай напомнил демон, перегнувшись ей через плечо. - Пятна в других местах договора у нас не котируются.

Понимающе усмехнувшись, Рита аккуратно царапнула указательный палец и, подождав, когда из мелкой точки пореза набухнет крохотная капля, нехотя приложилась к нужной строке. Странно, что демоны вообще додумались ограничить место фиксации соглашений. Ведь наверняка до введения этого правила им было куда проще - порезал человек руку о кромку договорного листа, вот тебе и готовая подпись. Хотя, если вспомнить слова о добровольности, на этом, похоже, когда-то погорело немало особенно лукавых бесов. Тогда нынешние детали подписания были ничем иным, как банальной защитой их потустороннего вида от вымирания.

Подозрительно затихнув, Барт парил в нескольких сантиметрах от пола, безмятежно прикрыв глаза. Веки мелко подрагивали, от чего казалось, что ему снится какой-то необыкновенный сон, завороживший настолько, что бес непроизвольно затаил дыхание.

- Не ошибся! - тихонько проговорил он, чем озадачил и без того недоумевающую Риту ещё сильнее. Она-то рассчитывала, что демон выразит свой восторг несколько более бурно, однако тот её удивил.

Открыв глаза, он широко растянул рот в коронной акульей улыбке и патетично протянул ладонь для рукопожатия. Скользнув неприязненным взглядом по чёрному лаку аккуратных бесовских ногтей, Рита хотела было ответить на этот жест. Но вместо того, чтобы схватить выставленную в ответ руку, Барт почему-то размахнулся и шлёпнул несколько раз по её ладони с разных сторон.

- Сработаемся! - довольно констатировал он и позволил себе панибратски потрепать Риту по макушке, разворошив гладко забранные в высокий вихор русые волосы.

Недовольно вывернувшись из-под руки, девчонка принялась обрабатывать ранку спиртом. За нож-то она была спокойна, а вот где хранил свою папку бес, представлять даже не хотелось.

- Во даёт! - хихикнул Барт, перебазируясь на постель и привычно скидывая ноги чуть ниже покрывала. - Перед ней теперь весь мир, как на ладони, а она, вместо того, чтоб желать, о заразе беспокоится!

- Ещё бы о тебе не беспокоиться, - отозвалась девчонка, не прерывая своего занятия, переключаясь, для верности, на всю ладонь.

Удовлетворённо хмыкнув, бес зарылся в подушки, буркнув напоследок: 'Разбуди, как приспичит', - оставив тем самым Риту наедине с собственной совестью и помпезно раскрытым формуляром контракта. Осоловело моргнув, она уставилась на свежий отпечаток медленно подсыхающей крови.

Признаться, после всей масштабной агитационной компании, развёрнутой Бартом, ожидала она слегка не этого. Быть может, что демон выудит из закромов памяти занимательную историю о сходной ситуации, прихвастнёт или, на крайний случай, начнёт издеваться, выставляя себя хозяином положения. Но уж никак не тотального безразличия и подчёркнутой обыденности происходящего.

Безусловно, логично, что для беса подписание договоров было заядлой рутиной, вот только для самой Риты это являлось событием, способным в корне изменить всю её жизнь. И такое наплевательское отношение к судьбоносному, фактически, моменту виделось ей абсолютно неуважительным. Естественно, от демона, как такового, особенных расшаркиваний ждать не приходилось, но минимальное участие проявлять ему следовало бы, если целью являлся долгий и плодотворный тандем.

Вяло дёрнув плечом, Рита пришла к мысли, что таких клиентов у беса, раз уж он периодически пропадал, могло быть одновременно несколько. Это, по крайней мере, объясняло отсутствие плясок с бубном около состоявшихся контракторов и стойкое пренебрежение к условностям взаимодействий. Ей же ничего не оставалось, кроме как смириться с такой отработанной схемой и попытаться не оплошать.

Желание хотелось оформить так, чтобы демону не к чему было придраться или свольнодумничать. Рита прекрасно осознавала, что тот, несмотря на все заверения, попытается либо надуть, либо перевернуть её слова с максимальной выгодой для себя. Неспроста же один из пунктов договора гласил "Право трактовки формулировки остаётся за исполняющей стороной". Наверняка какие-нибудь невнимательные субъекты без оглядки ставили подпись, а потом начинали ныть, возмущаясь тем, что демон смел исполнять их просьбы неточно.

Учесть следовало всё вплоть до мельчайших подробностей, поэтому Рита решительно потянулась к тетради и, аккуратно выдрав листок, принялась методично записывать все необходимые характеристики, чтобы потом оформить их одним предложением. Коль скоро время отсчитывалось за каждое желание, а уточнения и дополнения в счёт прошлой оплаты не шли, предстояло предусмотреть буквально всё. Да ещё и произнести это на одном дыхании так, чтоб бес не смог разбить фразу на несколько частей и выполнить лишь одну из них.

Спустя полтора часа, перепроверив несколько раз и даже ухитрившись проговорить написанное без запинки, Рита удовлетворённо кивнула и решила будить беса. Однако тот, к её вящему изумлению уже не спал, кося хитрым прищуром с горки подушек. Обнаружив, что его бодрствование замечено, Барт восхищённо поцокал языком и пространно изрёк: "Я тебе поражаюсь!" - после чего уверенно спрыгнул с кровати и вразвалочку подтянулся к столу.

- Мне таких оголтелых параноиков ещё обслуживать не доводилось, - уверено сообщил он, забирая экземпляр договора с подсохшим пятном крови. Задумчиво повертев в руках планшет с закреплёнными на нём листами контракта, демон качнул головой и подкину его высоко вверх.

По комнате закрутился вихрь исписанной бумаги. Обволакивая Риту и Барта, страницы договора плясали чёрно-белыми змейками, взмывая к потолку и опускаясь обратно. Они проскакивали между рук, шуршали возле головы и мягко скользили по плечам, подчиняясь неведомому ритму. И с каждой новой волной листов становилось всё меньше, пока, наконец, последний, взмахнув на прощание кончиком перед самым носом Риты, свернулся и исчез, сделав напоследок непонятный пируэт.

- Вот так и работаем, - с затаённой гордостью констатировал бес, плутовато взглянув на подопечную. Эффектные демонстрации сил были его коньком и на людей действовали безотказно, настраивая на нужный лад безгранично возможных чудес.

- Тогда самое время потрудиться, - проговорила Рита, и, чтобы собраться, встряхнула в руках листок со списком нужных качеств итогового результата. Демон приходить в себя ей не мешал и, дождавшись, когда подопечная откашляется и наберёт в грудь побольше воздуха, завис напротив, соединив пальцы домиком в угодливом жесте.

Рита принялась излагать, стараясь не сбить дыхание и не пропустить ни одной детали. Осторожно сверяя падежи, предлоги и чётко проговаривая все окончания, она без запинки оттараторила всё нужное и судорожно перевела дух. Барт почтительно кивал, изо всех сил сдерживаясь, чтобы не перейти на откровенный хохот, и к тому времени, как девчонка высказала задуманное успел даже слегка подустать от затраченных усилий. Когда поток моральных ценностей прекратился, он тактично кашлянул в кулак, сдерживая смех, и как можно более нейтральным тоном произнёс:

- Это твоё желание?

Обречённо воззрившись на беса, Рита грустно вздохнула. В контракте имелся пункт, согласно которому исполнитель обязан был уточнить, являются ли высказанные слова желанием клиента, и следует ли их воплощать. Вряд ли правило внесли туда случайно. Скорее всего, прецеденты злоупотребления дошли до таких масштабов, что активность этого потустороннего торгаша пришлось ограничивать законодательно. Изо всех сил надеясь, что ничего не упустила и поступила правильно, Рита согласно дёрнула головой и произнесла:

- Да. Это моё желание.

Барт улыбнулся, растянув рот в зубастом оскале от уха до уха, и издал предвкушающее: "Ха!".

А затем внезапно кинулся на неё.


Желание 2. Оценить.


Время застыло. Мир окрасился совершенно иными цветами и поплыл, увлекая за собой Риту в водоворот небытия. Золотые искры проносящихся мимо звёзд слепили своими яркими, тёплыми вспышками. Пространство раздвигалось, ширилось и обретало незнакомые очертания.

Решив, что умерла, Рита в изнеможении опустилась на проступающий сквозь белесые клубы тумана холодный плиточный пол. Всё было зря. Бес предал и убил её, выслушав для вида отчаянную просьбу. Ясно, почему он посмеивался - понимал, что тратит время на желание, которое и не собирался исполнять. Решение подписать договор стало глупой и теперь уже роковой ошибкой.

Низко опустив голову, Рита бездумно уставилась на мозаику жёлто-коричневых плит. По краю каждой из них шла узорная вязь растительного орнамента, перечёркнутого острыми штрихами стрелок и спиралей. Видимо, приёмную ада верстал тот же умник, что и татуировки Барта.

То, что она сидит перед вратами преисподней, Рита не сомневалась. Что ещё могло быть уготовлено за сделку с демоном. Оставалось лишь дожидаться появления кого-то из посмертных проводников, и смирно надевать рабский ошейник. Собственная участь ей уже была безразлична. Если подумать, рискнуть и проиграть, наверное, было лучше, чем томиться от отчаяния и неопределённости. Подумаешь, не повезло! В качестве моральной компенсации можно было попробовать задать жару самому Сатане.

Медленно расправив плечи, Рита посмотрела ввысь и поражённо замерла. Кругом, насколько хватало взгляда, простиралось бархатное звёздное небо. Даже в самые безоблачные ночи, ей не доводилось видеть подобной красоты. Наверное, так взирали на космос лишь астронавты из своих шаттлов, для которых ни земной горизонт, ни яркое пятно Луны больше не были достойными внимания ориентирами.

В ходе недоверчивого осмотра выяснилось, что Рита в одиночестве сидит посреди крохотного клочка пространства, выстеленного плиткой и пушистой дымкой низких облаков. Висящего в безмолвной пустоте посреди огромного, усыпанного далёкими точками звёздных огней мрака. В нём не читалось ни знакомых созвездий, ни мутного следа галактик. Существовали лишь она, пол, дымка и свет, не дающий бликов или теней.

Похоже, с адом Рита погорячилось. Место вполне могло оказаться чистилищем, или, ещё лучше - какой-нибудь альтернативной тюрьмой для душ, где ей предстоит провести наиболее увлекательную половину вечности, обдумывая своё противоправное поведение. Всё бы ничего, вот только смысла в таком фокусе было немного - Рита преступницей себя не считала, и начинала всё сильнее злиться на демона, в отместку за артачество закинувшего её чёрти-куда и откровенно нарушившего условия соглашения. Утешить мог лишь тот факт, что сейчас его наверняка разметало по стенкам комнаты, коль скоро никаких принудительных межпространственных перемещений договором не предусматривалось.

Встав и как следует отряхнувшись, Рита неожиданно заметила, что воздух впереди поблескивает едва заметными искрами. Вроде бы обычная прозрачная пустота мерцала и подрагивала, наливаясь нехарактерно текучей плотностью. Кое-где начинали пробегать едва заметные волны. Вспышки крохотных молний сбегались к центру этой паранормальной активности, вынуждая отступить на несколько шагов.

Рита заметила, что часть тумана потянулась к загадочной зоне и медленно растаяла, втянувшись внутрь. Вот только пространственной воронки тут и не хватало! Скептически хмыкнув, Рита скрестила руки на груди и принялась наблюдать за разыгравшимся светопреставлением. Терять уже было особенно нечего, а наслаждаться последним в своей и без того короткой недожизни взрывом можно было с первых рядов. Бежать всё равно некуда, а вопить и молить о пощаде Рита считала ниже своего достоинства.

Но локальный армагеддон непредвиденно отменился. Прямо посреди небольшого пятачка в рое мелких серебряных искр стали проступать очертания чего-то поистине масштабного, а с высоты человеческого роста, даже величественного. Рита смотрела во все глаза и никак не могла поверить в разворачивающееся перед ней действо.

В мертвенной тишине иной реальности появлялись огромные цепи, окутывающие ничто и ведущие в никуда. Их растворяющиеся в потоках пространства звенья мерно колебались на невидимом ветру, словно сдерживая что-то, остервенело рвущееся наружу из другого мира. Клубок становился всё толще, и усиливающееся с каждым мгновением лязганье начинало казаться невыносимым.

Зажав уши, Рита смотрела, как эти железные путы, скрипя, скручиваются в громадный тугой шар. Внутри него явно что-то происходило, но снизу разобрать было невозможно. С громким звоном задевая друг о друга, цепи ползли, вращались и переплетались, словно рассадник потревоженных змей.

Но вот среди плотного тёмного шара начали мелькать золотые отблески. Рита внимательно следила за тем, как звенья медленно вытягиваются и исчезают в ярких всполохах манящего света. За ними постепенно открывалось что-то, напоминающее небольшое и абсолютно не жаркое солнце.

Лязгнув на прощание, четыре цепи, на которых висела слепящая сфера, осторожно втянулись внутрь, оставив Риту посреди звенящей тишины. Бьющий по глазам свет постепенно угасал, и вместе с ним уходила резь, мешающая толком рассмотреть источник. Разогнав все настырные бликующие пятна и как следует проморгавшись, Рита поняла, что ошиблась.

В пустоте висело вовсе не солнце, а большой, размеренно затухающий золотой диск. Сияние, почти исчезнувшее на краях, неторопливо стекалось к центру, откуда стремительно разбегалось тонкими струйками по всему кругу. Эти переливчатые нити остывали, и превращались в оттиски, словно невидимый творец выводил по блестящей поверхности изысканную гравировку.

Рита заворожено смотрела, как по краю диска проступает затейливая вязь, перехваченная широкими полосами разделительных контуров. Следом, ближе к центру потянулась цепочка из чётко выверенных окружностей, соединённых едва различимыми геометрическими узорами. Начали угадываться нехотя проступающие внутри тонкие засечки римских цифр. Сияние в середине диска нарастало, но Рита уже знала, чего ожидать.

В яркой золотой вспышке, из центра выстрелило несколько острых лучей. Торжественно полыхнув, они сжались, сформировав последние детали. Задрав голову, Рита с интересом разглядывала циферблат часов, возвышавшийся над ней на добрых три метра. Не нарушая общего безмолвия, по кругу скользили несколько стрелок.

Самая большая, узорная, напоминающая причудливо закрученные плети виноградной лозы, медленно продвигалась вперёд, отсчитывая часы. Более быстрая минутная перекрывала её лёгким росчерком прямого ножа, обрубленного на конце под углом. Секундная же представляла собой изогнутый серп, с тихим шуршанием пробегающий по огромному кругу, но уже позади первых двух.

Были и такие стрелки, которые замерли неподвижно в томительном ожидании неизвестных событий. Формы их Рита разглядывать даже не бралась, выхватив из общего скопления лишь ту, что состояла из разнородных ромбов. И одну, самую нижнюю, в виде смотанной тугой спиралью плоской пружины. Назначение своё эти странные стрелки успешно скрывали, не давая ни единой подсказки на этот счёт.

Хорошенько присмотревшись к орнаментам на часах, Рита обнаружила в них некоторые закономерности повторяющихся плетений, но разобраться - причудливый узор это, или неизвестный шифр, - с ходу не смогла. В середине циферблата сходились в едином рисунке солнце и луна, тиснёные крупицами мелкого переливающегося песка. А над всеми этими графическими изысками всплывали мириады переливающихся ясным светом звёзд, словно нарочито копируя окружающее безграничное небо.

В целом, часы выглядели весьма пристойно, местами вычурно, местами излишне строго. Но каким-то образом Риту они полностью устраивали. Осторожно заглянув за огромный циферблат, она, к своему немалому удивлению, не обнаружила никаких механизмов. Лишь гладкую зеркальную поверхность всё из того же золота, которое неведомый скульптор, очевидно, предпочитал любым возможным альтернативам.

Ещё раз окинув взглядом загадочную конструкцию, Рита с досадой тряхнула хвостом свешивающихся набок волос, сетуя на то, что не может разгадать секрет живущих своей жизнью стрелок. Но тут некоторые из них с едва различимым скрежетом сдвинулись со своего места и разъехались в стороны.

Туго скрипнула невидимая пружина. Со щелчком повернувшись, одна из стрелок сделала полный круг. Одновременно с этим в пространстве эхом отозвался громкий звук невидимого колокола. От одного массивного "БОМ!" всё внутри содрогнулось, и Рита невольно прижала руку к груди, желая убедиться, что ещё цела. По телу разливалось умиротворяющее тепло, словно бы она целиком окунулась в нагретую ванну после долгого прозябания на морозе.

Неизвестная реальность поплыла, медленно растворяясь и мерцая вспышками угасающих огоньков. Машинально обернувшись на часы, Рита постаралась охватить взглядом как можно больше, чтобы запомнить всё до мельчайших подробностей. Но те, в последний раз призывно вспыхнув, исчезли, уступая место затёртому до неприятия книжному шкафу.

Выходит, всё это ей почудилось? Быстро повернувшись и взглянув на потрёпанный будильник, Рита изумлённо поняла, что прошло от силы секунд тридцать. Получается, никто не умер, а бес сейчас выполнит её просьбу!

И тот действительно творил. Крутанувшись на месте, Рита увидела неторопливо производящего руками какие-то пассы Барта. Он был окутан тем же золотистым сиянием, которое мгновение назад обволакивало увиденный в иной мире циферблат. Однако постепенно световой ореол начинал тускнеть, полностью концентрируясь в ладонях усердно шаманящего демона.

Сияние на его руках продолжало набирать силу и увеличиваться в размерах. Собирающий в себе энергию кокон рос, стягивая всё новые и новые волны света. Спустя несколько томительных секунд, полыхнула яркая вспышка, и заслонившая глаза руками Рита смогла наконец оценить масштабы воплощения.

Вот только демон этого сделать не дал. Налетев возмущённым вихрем, он схватил её за плечи и принялся трясти, как куклу, яростно восклицая:

- Это что такое было?! Я тебя спрашиваю, это что такое?! Какого дьявола у тебя Ходики! Какие-то жалкие Ходики!!! Я не мог так ошибиться! Я вообще не ошибаюсь!

Бес неистовствовал, входя в раж, и явно готовился разорвать Риту как минимум на две её увечные копии, как вдруг на его плечо размашисто опустилась чья-то рука.

- Ты чего разорался, болезный? - послышался недовольный голос, и с трудом оклемавшаяся от нежных претензий беса Рита недоверчиво округлила глаза. Из-за спины Барта выглядывало крепкое плечо, сам хозяин которого, за недостатком прозрачности беса, практически не виднелся.

- Поговори мне тут ещё, - небрежно бросил демон, продолжая до боли впиваться цепкими пальцами в руки девчонки, которая, судя по виду, даже не понимала смысла его недовольств.

Заглянув ей в глаза, Барт брезгливо сплюнул и отстранился. Внутри у него копошились смрад и гниение. Как можно было настолько промахнуться?! Все признаки указывали на то, что контрактор из девицы выйдет не самый замшелый, а тут на тебе - обычные Ходики. Да ему теперь смотреть в сторону этой клуши тошно будет. Плакала череда беспроигрышных сделок. То-то Медеус теперь посмеётся.

Яростно скрипнув зубами, бес отвернулся к окну. Нет, такого попросту не могло быть. Он буквально чувствовал, что с этой девчонкой что-то не то, но никак не мог понять, что именно. Да что там! Сама его внешность кричала о том, что подопечная имеет нешуточные закидоны. Факт, однако, был налицо - её часы оказались самыми простыми, и ничего удивительного из себя не представляли. Конечно, можно было понаблюдать ещё, но демон в успех предприятия теперь не очень-то верил.

Видимо, придётся работать с тем, что есть, всё же он мастер своего дела. Побыстрее закончит с этой плебейкой и отправится на поиски кого-нибудь ещё. Делать ему нечего, кроме как тратить своё время на какие-то Ходики. Барт презрительно фыркнул и обернулся, чтобы понаблюдать, как происходит процесс знакомства. Хоть чем-то можно было поднять себе напрочь испоганенное настроение.

Настороженно замерев, Рита вглядывалась в человека, стоящего напротив, тщательно подмечая каждую деталь. Тот, в свою очередь, не остался в долгу и тоже весьма недоверчиво её разглядывал. Они оба казались друг-другу совершенно обычными и ничем не примечательными, вот только любой, кто взглянул бы на эту парочку со стороны, непременно отметил бы неуловимое сходство. В пропорциях ли, цвете глаз или волос, они сочетались безупречно. Даже осматривали друг друга с одинаковым придирчиво-подозрительным выражением на лицах, разве что не переминались синхронно.

- Похож, - наконец констатировала Рита и удовлетворённо моргнула. Бес высоко приподнял бровь, выразительным взглядом намекая, что иначе и быть не может - сделано по заказу.

- Одного не пойму, - вдруг произнесла девчонка. - Как так вышло, что в нём есть даже те признаки, которые я не называла?

Барт презрительно взглянул на неё с высоты своего немалого роста и хотел было объяснить, что считывание не излагаемых клиентами мыслеобразов входит в стандартный процесс воплощения сложных объектов, но вовремя вспомнил, кто перед ним, и лишь снисходительно хмыкнул:

- Считай это моей вольной трактовкой. Не устраивает?

- От чего же, - в схожей прохладной манере отозвалась подопечная и склонила голову набок, для порядка уточнив. - Вот только причёска подкачала. Я, кажется, просила мужскую.

- "Красивую", - безразлично прикрыв глаза поправил бес, даже не желая рассматривать объект спора, в это время неприязненно переводящий взгляд с одного участника диалога на другого.

- Красивую мужскую, - не осталась в долгу подопечная, похоже, твёрдо решив стоять на своём и зля Барта ещё сильнее. Вот ведь дотошная курица! Знала бы она, какое одолжение демон ей сделал, не взрастив на благодатной почве озвученных критериев форменное чучело. Так нет, прикапывается и тут.

Бес, разумеется, лукавил, и ограничения, названные Ритой, обойти бы не смог. Но поворчать в своё удовольствие имел возможность всегда. Девчонка же, наконец, изволила перевести взгляд на своё первое желание, осторожно топтавшееся посреди комнаты.

- Вполне себе мужская, - отрезал Барт и для большей весомости извлёк из воздуха журнал для парикмахеров. Небрежно брошенный под ноги Риты с громким стуком и последовавшим за ним обиженным шелестом глянцевых страниц, тот раскрылся где-то ближе к началу, демонстрируя ей выбранный демоном вариант стрижки.

- Бабство, - поморщилась Рита, брезгливо разглядывая изображение на дорогой бумаге. Но тут внезапно подало голос желание, тоже с интересом оглядевшее предложенный образ.

- Мне нравится, - безапелляционно заявил рослый, крепко сложенный парень и машинально поправил ворот небрежно расстёгнутой на пару пуговиц рубашки, под который забрались несколько шаловливо выбившихся прядок.

Рита уставилась на него, как на седьмое чудо света. Изначально не предполагалось, что объект с первых же минут будет проявлять волеизъявление, а уж тем более ей возражать. Паренёк, однако, смотрел на неё безо всякого подобострастия, заправив руки в карманы потёртых джинс и демонстрируя своим видом, что точку зрения отстаивать готов.

- Будут неприятности, - попыталась зайти с другого бока Рита, чтобы склонить желание на свою сторону, однако тот лишь безразлично дёрнул плечом, показывая, что сможет принять любой вызов. Слишком уж не к месту начало проявляться заказанное бесстрашие. Ухоженные девичьи патлы, спадавшие парнишке на плечи, превращали его в ходячую мечту всей городской шпаны, чего он, по-видимому, не понимал или понимать отказывался.

Бес намудрил. Хотела она не совсем этого. Нет, по внешней части было придраться почти не к чему, да и заложенные черты характера тоже, вроде бы соответствовали. Вот только вылезали не в самый подходящий момент и не всегда по делу. Хотя, возможно это было как-то связано с тем, что они ещё недостаточно хорошо друг-друга знали.

Поняв, что знакомство пока даже толком не состоялось, Рита с размаху хлопнула себя по лбу. Неумело пригладив растрепавшиеся волосы и вызвав тем самым и у желания, и у беса синхронную усмешку, она протянула ладонь и провозгласила:

- Меня зовут Рита. Надеюсь, мы подружимся. Парень глубокомысленно кивнул и осмотрел протянутую руку со всех сторон, но своей так и не подал,

- Маловероятно, - наконец любезно отозвался он, пряча ладони за спиной. Оторопело моргнувшая Рита, никак не ожидавшая такого поворота, вопросительно уставилась на демона, готовая в любой момент учинить расправу. Тот безалаберно ковырял в носу, прислонившись к подоконнику, и определённо получал от происходящего немалое удовлетворение.

- Это что такое?! - резко осведомилась девчонка, возмущённо ткнув пальцем в несговорчивого товарища. Демон отвлёкся от своего, безусловно важного, занятия и окинул безразличным взглядом суть претензий.

- По-моему, человеческая особь мужского пола, соответствующая всем заявленным признакам, - меланхолично откликнулся он, дёрнув ухом, а затем бесстрастно взглянул подопечной в глаза. - Как и требовала сударыня.

- Но он мне перечит! - возмутилась Рита, кинув пронзительный взгляд на постепенно мрачнеющего паренька. Демон развёл руками и сердечно заверил в том, что сделал всё возможное. Впечатление, впрочем, испортил тот факт, что после этих слов он расплылся в ликующей улыбке.

- Как бы это сказать, радость моя, - глумливо прищёлкнул языком Барт, подаваясь вперёд. - Беспрекословное подчинение и свободомыслие - разные вещи.

Иллюзия идеального заказа треснула и осыпалась мерзким звоном старого стекла, пробитого насквозь шальным дворовым мячом. Вместо того, чтобы избавиться от своих проблем одним махом, Рита самолично создала новую, да ещё и приплатила за неё собственной жизнью. Бес всё же исхитрился найти лазейку.

На всякий случай продумывая некое подобие управы на своё вложение, Рита никак не предполагала, что в понятие дружеских взаимодействий может входить категорическое несогласие. Конечно, опыта в этой сфере у неё было не так много, но один урок усвоился твёрдо - любые разногласия рано или поздно приводят к ссорам. А недопониманий и конфликтов с обычными людьми ей, в принципе, хватало и так.

Потому, чтобы обезопасить себя от претензий со стороны потенциального лучшего друга, она и добавила требование о покорности. Только, вот, не предусмотрела, что многие, порой, подчиняются против своей воли.

Да какой тогда смысл был расставаться с ценными мгновениями собственной жизни, если всё, что ждало взамен - точно такие же неурядицы и трения, которыми можно было насладиться при взаимодействии с любым посторонним субъектом!

- Барт! - гаркнула Рита, крайне недовольная сложившейся патовой ситуацией. - Какого чёрта?!

- Не вижу проблемы, - отозвался демон, неторопливо всплывая под потолок. - Ты хотела приятеля? Вот тебе приятель. Подружись с ним!

Истово заревев, Рита взметнула кулаки и, совершив невероятный прыжок, исхитрилась ухватить демона за грудки. Тот даже не сопротивлялся, продолжая держать постную мину лёгкого отвращения ко всем смертным отбросам.

- Ты не выполнил условия! - остервенело зашипела Рита, притягивая беса к себе. - Неужели бы я стала обращаться к такому выродку, если бы могла просто так взять и подружиться, с кем захочу?! Ты нарушил договор! Извратил мои слова!

Демон бестактно лыбился, нервируя подопечную ещё сильней. Чтобы абстрагироваться от возмущённых воплей, он взглянул на стоящего неподалёку паренька и с удовольствием прочёл раздражение и непонимание в его глазах.

Отсутствие удивления при виде беса было вполне закономерным, коль скоро авторы творений всегда воспринимались ими, как нечто само собой разумеющееся, а вера в сверхъестественное прививалась по умолчанию. Вот только в данный момент паренёк заводился по другой причине. Внимания на него обращали не больше, чем на воздух, весьма прозрачно намекая о степени искренней ненужности.

Девчонка сама копала себе могилу, и беса это изрядно забавляло. Вместо того, чтобы с милой улыбкой проглотить подколку и попытаться вести себя непринуждённо, положившись на время, она закатила скандал, чуть ли не прямым текстом декларируя позицию хозяин-раб. Ещё бы парниша не возмутился! Бес-то уж постарался вложить в него затребованные достоинства максимально ярко и отчётливо, что, несомненно, с человеческой точки зрения можно было счесть перегибом. Вот только словам желания это, увы, никак не противоречило.

У бедняжки действительно были серьёзные проблемы с характером. Барт даже начинал потихоньку понимать, откуда растут все её причуды и неудачи. Но просвещать подопечную ни в коем случае не пытался, наслаждаясь тем грузом проблем, которые она сама себе периодически создавала. Что может быть занятней, чем наблюдать за дезориентированной обезьянкой во вращающемся шаре.

Удивляло лишь то, что такой объект обходился тошнотворно простыми Ходиками. Последнее, несомненно, знаменовало полнейшую посредственность, но Барт никак не хотел признавать собственного поражения. Дело было не только в репутации, но и в принципе. Если промахнулся один раз, значит квалификация уже не та, а терять собственное место в рейтинге беса не очень-то и прельщало.

- Как видишь, я всё ещё жив, а значит правда на моей стороне, - насмешливо сообщил демон и, зная, что Рите нечем крыть, презрительно добавил. - Не вопи, смертная, займись-ка лучше своим новым другом. Всяко продуктивней.

Оборванная на полуслове Рита злобно зыркнула на беса, но тот ответил ей невозмутимым взглядом и, небрежно отцепив побелевшие пальцы девчонки от воротника, взлетел и разлёгся на шкафу. Желание проводило его полным враждебности взглядом и угрюмо взглянуло на Риту в ожидании объяснений.

Та тяжело выдохнула и стиснула кулаки. Медленно прикрыв глаза, она какое-то время постояла неподвижно, успокаиваясь, а затем повернулась к парню, решив, что в словах беса всё же есть доля истины - игнорировать будущих друзей, по идее, было невежливо.

- С тобой я ещё потолкую, - бросила она через плечо демону, и с умеренной неприязнью воззрилась на свою покупку. Та взгляд спокойно выдержала и даже приподняла в немом скепсисе бровь. Поняв, что гляделками и препирательствами ничего не добиться, Рита предприняла новую попытку завязать разговор.

- Как тебя зовут? - устало поинтересовалась она, разминая шею.

Парень открыл было рот, чтобы ответить, но тут же осёкся, с недоумением нахмурившись. Недоверчивое выражение на лице постепенно сменилось задумчивым, а затем и вовсе отсутствующим. Он стоял, буравя остекленевшими глазами пол и, казалось, вовсе перестал дышать. Наконец, подняв напряжённый взгляд на Риту, он с трудом разлепил плотно стиснутые губы и тихо, обескуражено произнёс:

- Не знаю.

Удивлённо приподняв брови Рита некоторое время рассматривала его, пытаясь понять, пытается ли парнишка увильнуть от ответа или действительно не знает. Судя по общей потерянности, сказать ему и вправду было нечего.

- Он и не может знать, - донёсся со шкафа покровительственный голос беса. - Ты же ещё не давала ему имени.

Недоумению Риты не было предела. Получалось, что она приобрела абсолютно стерильную модификацию человеческого существа, обладающую, согласно заказу, всеми основными знаниями в различных областях, определёнными личностными особенностями и типовыми реакциями, но при этом абсолютно не имеющую собственных воспоминаний или жизненного опыта. Одна голая теория, натянутая на каркас социальных взаимодействий. Человек, и в то же время нет.

Существо без прошлого. Никогда не выраставшее, никогда не обучавшееся, без родни, без знакомств, без... Риту прошиб холодный пот. Она поняла, какую катастрофическую ошибку совершила. Радостные перспективы свободного общения и безграничного взаимопонимания затуманили самое главное - наличие человекоподобного питомца подразумевало полную ответственность за его размещение, питание и поступки в отсутствии хозяина.

Ноги подкосились, и Рита мешком рухнула на пол, с трудом сдерживая дрожь. Это что же получается? Она собственноручно сотворила себе нахлебника, от которого и проку, как выяснилось, не особо много?! Истерически захихикав Рита уставилась на собственные растопыренные пальцы, которые подёрнулись мутной волнообразной пеленой.

Вот она - расплата за сделку с демоном. Теперь ей до конца жизни придётся приглядывать за своим первым желанием и пытаться не рассориться вдрызг, что про их-то полярных восприятиях будет ой, как непросто. А как объяснить появление в доме чужака, которого нужно за просто так обеспечивать всем необходимым?! Рита почувствовала, что внутри неё постепенно зреет полномасштабная истерика.

Проследив за действиями хозяйки комнаты, парень перевёл вопросительный взгляд на демона, однако тот, развалившись на крышке шкафа, лишь пожал плечами и нагло ухмыльнулся.

- Не стоит по этому поводу так переживать, - небрежно бросило желание, вскользь присматриваясь к состоянию странноватой девицы. - Со временем обязательно вспомню.

- Не-е-еа-а-а... - лениво раздалось сверху, однако парнишка комментарий мудро проигнорировал и, недолго думая, протянул Рите руку, чтобы помочь подняться.

Та уставилась на ладонь перед своим носом и растеряно икнула. Жесты этого товарища никак не вязались с его словами. Если он так категорично заявил о том, что дружить с ней не намерен, почему же ведётся себя доброжелательно в такой ситуации. Какое-то время поизучав чужую руку, Рита пришла к выводу, что дело в заложенных характеристиках. Как бы лично парнишка к ней не относился, будет делать вид, что сама Рита его ни грамма не раздражает.

Вот оно - заказанное умение сходиться с людьми и писанная галантность. Включились эти качества только не сразу, хотя, наверное, так и должно быть - люди ведь тоже просыпаются постепенно. Беда в том, что она-то уже знает, как к ней относятся на самом деле, так что все эти действия теперь не более, чем лицемерие. Рита жёстко усмехнулась - да уж, вот что-то, а врать людям в глаза и улыбаться она не может. Зато для всей этой дряни у неё теперь есть он.

Крепко схватившись за руку и рывком подтянувшись, Рита быстро стряхнула невидимую пыль и благодарно кивнула. Если таковы условия, она примет правила игры и станет относиться к панибратству снисходительно, но сама отвечать тем же не будет. Не стоит лгать без надобности, да и было бы, перед кем.

- И как же теперь тебя называть? - задумчиво полюбопытствовала она, но желание в ответ лишь пожало плечами, выказывая полнейшее безразличие к собственной судьбе. Скорее всего, ему просто было лень придумывать, а потому всю работу по подбору достойных вариантов он решил свалить на Риту.

Спустя несколько томительных минут, за которые подопечная успела перебрать в уме немало имён, но к конкретному решению так и не пришла, усердно сопя, хмыкая и делая неопределённые жесты в воздухе, словно вела внутренний диалог, бес потянулся, неприятно хрустнув суставами, и провозгласил:

- Будешь Тис.

Глаза обоих людишек мигом округлились, что доставило ему некоторое удовольствие. Посему, чтобы закрепить успех, демон перекатился на живот и, положив на руки подбородок аргументировал столь дикий выбор:

- Лаконично. Дерзко. Уникально. Не потеряется в толпе, да и всегда можно бревном обозвать.

Последний фактор, судя по всему, был решающим, но злорадно усмехнувшуюся Риту это устроило - теперь в случае каких-либо нападок со стороны желания можно было весьма эффектно дразниться, не особо напрягаясь с проведением аналогий.

В какой-то мере демон ей, сам того не осознавая, помог. Или же настолько хорошо её знал, что поступил так умышленно. Последнее не очень-то радовало. Выходило, что они с бесом в своей вредности чем-то похожи, и тем очевидней становились причины, по которым в контракторы выбрали именно её. Вероятно, быть обманутой и обворованной Рита действительно заслуживала, и понимание это не вдохновляло.

- А фамилию какую брать? - хмуро буркнула она и воззрилась на желание с постепенно испускающей дух надеждой, что тот сам её как-нибудь изобретёт.

- Твою, - неожиданно выдал демон, хотя его на этот счёт никто не спрашивал.

- Вот ещё! - рыкнула Рита, стараясь просверлить глазами в теле беса несколько лишних и, желательно, несовместимых с жизнью отверстий.

- В чём проблема-то? - сделал невинное лицо Барт и клацнул зубами так, что могло показаться, будто он стремительно ухватил какую-то невидимую добычу. - Вы похожи, как чистокровная родня. Можешь всем представлять его своим братом. Подозрений не возникнет.

- Ага, вот только родители удивятся, откуда у них вдруг нарисовался новый родственничек, - пробормотала Рита, прикидывая, не рассорятся ли отец и мать из-за эдакого "внебрачного сына", столь явно напоминающего их собственную дочь, которая до сего момента была единственным ребёнком в семье.

На несколько томительных мгновений комната погрузилась в молчание. Рита напряжённо думала, а чем занимались остальные двое присутствующих, было не столь очевидно. Но вид они при этом имели самый суровый и заговорческий.

Идея Барта, конечно, основания под собой имела, вот только никого из достаточно близких, но в то же время относительно неизвестных родственников, способных произвести будущего сколько-нибудь-юродного братца, на примете не было. Впрочем, Рита смогла-таки припомнить тётушку в пятом колене, проживающую где-то около просторов тундры. В случае чего, Тиса можно было попытаться выдать за её незадачливого сыночка, явившегося поступать в один из местных университетов.

А по-хорошему, чтобы не оставлять нити к разоблачению, такую дальнюю родню всегда можно было выдумать, нагромоздив кучу малозначительных родственных связей и уточнив, что они с "братиком" уже виделись в глубоком беззубом детстве. Фамилию, однако, стоило взять соответствующую кому-нибудь из семейства. Пусть будет на слуху, глядишь, и придумывать биографию не придётся - родители сами постараются установить связи, дав тем самым несколько полезных подсказок на будущее.

- Северов, - провозгласила Рита, подводя итог своим размышлениям. - Пусть думают, что ты какой-нибудь приезжий из заполярья. С такой фамилией имя особенно в глаза бросаться не будет.

Парень на эту тему претензий не высказал, впрочем, как и одобрения, что заставило Риту в очередной раз занервничать. Неизвестно, чему этот субъект внял, и станет ли поддерживать общую легенду. Вероятно, с ним нужно было договариваться, но такие условности выходили уже за рамки её понимания - где это видано, упрашивать о содействии того, кому сама же и даровала жизнь. Фыркнув в такт своим мыслям, Рита скрестила руки на груди и зыркнула исподлобья на сосредоточение всех своих нынешних проблем. То, в свою очередь, потягиваясь, свесилось со шкафа и хитро подмигнуло.

Хамская физиономия так и подзуживала возобновить разборки по поводу качества исполнения заказов, но сей благородный порыв был на корню прерван самым неожиданным образом. В тишине коридора раздалось несколько громких щелчков. Перестав дышать, Рита напряжённо вытянулась, словно застигнутый врасплох опоссум. Спутать звук с чем-либо было сложно. Кто-то вернулся домой.


Желание 3. Приспособиться.


В прихожей зашуршали пакеты, а следом послышалось усталое приветствие. Всё ещё пребывая в ступоре, Рита лихорадочно соображала. Вот, сейчас, спустя каких-то несколько секунд, её дражайшая матушка пройдёт в ванную, чтобы по старой привычке вымыть руки после совершенно антисанитарных с её точки зрения условий общественного транспорта. И, разумеется, минует дверь в комнату, сквозь небрежно распахнутый проём которой в данный момент можно совершенно невозбранно созерцать неторопливо развернувшегося на новый звук Тиса.

Будучи морально не готовой к обнародованию внезапно обретённого дальнего родственничка Рита, приложив титанические усилия, поборола ступор и, молниеносно схватив растерявшееся желание за руку, дёрнула изо всех сил. Подтащив не особенно сопротивляющегося парня к шкафу, она резко распахнула створки и попыталась затолкать его внутрь. Вот только Тис уже сообразил, к чему всё идёт, и застыл недвижимой горой мышц в каком-то шаге от полупустых вешал.

- Ты что творишь?! - зашипела Рита, отчаянно пытаясь загнать непокорное создание внутрь. - Сейчас скандал будет!

- Твои трудности, - заявило желание и понимающе усмехнулось, аккуратно расправляя рукава рубашки. На какое-то мгновение Рита замерла, переваривая услышанное, но потом взялась с удвоенной силой запихивать парня в шкаф. Продуктивной, впрочем, такую деятельность назвать было сложно - всё чего она добилась, так это вконец разболтавшейся причёски и безмерной усталости. Тис же не сдвинулся ни на миллиметр.

- Полезай внутрь! - яростно рявкнула Рита во весь голос, понимая, что ещё немного, и шифроваться будет просто ни к чему.

К её огромному изумлению, парниша шагнул вперёд и покорно забился в небольшую секцию для длинных вещей. Не веря своему счастью, хозяйка комнаты быстро захлопнула створки и шепнув напоследок: "Сиди тихо" - в мгновении ока нырнула двумя руками под кресло.

Мама её застала уже в не самой благородной позе, кряхтящую и изрыгающую проклятия. Увлечённо шаря среди клубков застарелой пыли, Рита молилась, чтобы её трюк удался. Быстро запулив как можно глубже свою заколку, сейчас она скребла пальцами по ламиниту, пытаясь её достать. За всем тем шумом, который при этом производился, совершенно невозможно было различить второй источник дыхания, а уж не увязать вопли с раскинувшейся картиной вряд ли кто-то бы смог. Так и объяснять ничего не придётся, а уж тем более смотреть в глаза - матушка додумает все причины и следствия сама.

Эрудиция Риту не подвела - поздоровавшись и выслушав объяснения про потерянную заколку, мама спокойно удалилась из комнаты, бросив напоследок рекомендательное: "Возьми палку". Можно было вздохнуть с облегчением, но, осуществив этот незамысловатый жест, Рита тут же бурно закашлялась, наглотавшись пыли. Не рассчитав усилий, она чихнула и громко врезалась затылком в фанерное сиденье, от чего по инерции подалась вперёд и больно ударилась подбородком об пол, едва не прикусив язык.

Из шкафа послышался глухой смешок. То ли Тису всё прекрасно было видно сквозь щель, то ли по звукам о происходящем догадался сам. Не выдержав издевательств от какого-то недочеловека, Рита устало распласталась на полу, больше не предпринимая попыток достать краб, павший жертвой гениального плана.

Со шкафа довольно хрюкал бес, в шкафу ворочался бесценный кусок её жизни, но главной катастрофой в данный момент считалась именно мама. Невесело усмехнувшись, Рита выдвинулась вперёд и без проблем ухватила валявшуюся возле ножки кресла старую заколку. Нынешняя реальность стала одним сплошным безумием. Возможно, беса стоило попросить исчезнуть из её жизни навсегда.

А что? Вот таким хитрым способом начать всё сначала, безо всяких контрактов, саркастичных неповинующихся желаний и совершенно непривычных страхов. Отпустить на все четыре стороны Тиса, забыть всё случившееся, как дикий кошмар жаркой ночи. Да только что-то ей подсказывало, что как Барта не проси и сколько бы желаний на этот счёт не загадывай, никуда он не денется. Воспользуется лазейкой трактовки и останется с ней навсегда - потешаться и медленно сводить с ума. На человечность демонов, увы, рассчитывать не приходилось. Слишком уж другими они были, слишком важны для них были сделки.

Осторожно выбравшись из-под кресла, Рита задумчиво смотрела на крепко зажатую в руке заколку. Наверное, к бесу стоило подобраться ближе. Расспросить, втереться в доверие, и тогда, возможно она отыщет путь к свободе. А с Тисом, по идее, всё не так уж плохо - пока он надёжно заперт, а вечером можно попытаться перетащить его под кровать. Туда-то уж точно никто не полезет - уборка дома лет десять, как на её совести. Договориться с ним, чтобы молчал - и всего-то.

Не веря собственным мыслям, Рита издала паническое: "Хе-е-е-е!" Договориться, а то как же! Он и в шкаф-то лезть не хотел, а уж под тесную кровать подавно не сунется. Впрочем, если в итоге Тис всё-таки повиновался, значит, способ убедить его есть. Нужно только понять, как.

Медленно разогнув затёкшие колени, Рита выпрямилась и принялась отряхиваться, под шум воды из ванной небрежно бросив в сторону шкафа: "Не выходи, пока я не велю!" - и, слегка поразмыслив, добавила: "Пожалуйста". На большее её вежливости сейчас, увы не хватало. По-хорошему, она с удовольствием бы выволокла этого хмыря из шкафа и отлупила за всё проявленное неуважение и непослушание. Но в данный момент это было лишь страстным невоплотимым порывом, и ни чем более. К тому же, судя по разнице в физической подготовке и габаритам, неизвестно, кто из этих петушиных боёв вышел бы победителем.

Фактически, на осадном положении нужно было продержаться всего несколько дней. Рита неспроста подгадала время - на следующей неделе родители улетали, и освобождалась куча свободного времени для различных экспериментов. Отсутствие посторонних глаз и лишних вопросов так же предполагалось страховкой на случай непредвиденных обстоятельств. А обстоятельства сейчас были самые, что ни на есть, непредвиденные. На неповиновение будущего приятеля она никак не рассчитывала.

Тяжело вздохнув, Рита заколола волосы и поплелась на кухню - предстояло разогревать обед. Бес, некоторое время бесстрастно наблюдавший за её манипуляциями, озорства ради перевернул на плите чайник с кипячёной водой, но нужного эффекта не добился, лишь метко получил промеж глаз половником. Разочарованно хрюкнув, он убрался в комнату, изводить Тиса насмешками и расспросами, подбивая на нарушение эфирной тишины. Однако тот отличился стойким безразличием к разного рода издёвкам, вместо этого шёпотом принявшись расспрашивать беса о придурочной, которая заперла его в шкафу и причинах, по которым оказался здесь.

Не желая упрощать задачу подопечной, Барт глумился и отнекивался, выдавая самую противоречивую информацию, начав с сексуального рабства и закончив сведениями о потрошении якобы имевшихся предыдущих подопытных экземпляров. В какой-то момент Тис понял, что бес лжёт и включился в игру, тем самым испортив тому всё удовольствие. Наибольшее отвращение, как ни странно, вызвал вопрос о том, кем сам демон приходится по совместительству - стёганным чучелом или старшим евнухом.

Сплюнув, Барт оставил в покое дерзкое желание, напоследок заявив, что питомцы всегда похожи на своих хозяев. Парнишка, безусловно оскорбился, хотя, скорее всего, не столько тем, что его сравнили с ручным попугаем, сколько аналогией с ненормальной девицей. Почему приходилось безропотно торчать в шкафу, ему тоже понятно не было, но выйти наружу мешало какое-то непреодолимое ощущение на уровне инстинктов.

По сути, идея девчонки была ясна, вот только определённо отдавала наивностью - она, похоже, считала, что перед ней живая кукла, которую, поиграв, можно было легко и незаметно убрать в коробку, но сам Тис на такую роль не подписывался. Более того, он всё ещё не понимал этих разговоров с демоном про "создание" и желания. Сам же бес вызвал у него впечатление беглого психа местной лечебницы, который использовал какие-то хитрые фокусы, чтобы убедить наивную деваху в своей потусторонней природе. Тис бы скорее поверил в то, что это какой-нибудь засекреченный эксперимент, вырвавшийся из лабораторий и нашедший приют в этой комнатушке, нежели порождение преисподней. Или, на худой конец, плохо мимикрировавший инопланетянин. Последнее, во всяком случае, легко объясняло склонность к перманентной левитации.

Проблемой оставалось то, что в этом странном местечке Тис никого, кроме чудаковатой Риты не знал. Более того, какое-то время сидеть у неё на шее было попросту выгодно, хотя и чревато необходимостью выслушивать различные претензии и безумные требования. Эти существенные детали с лихвой перекрывали все плюсы иждивенчества, но в данный момент особого выбора не было. Оказавшись по велению собственной гордости на улице незнакомого города, перспективы на достойное выживание он имел не самые высокие. Следовало с начала хотя бы определиться с местными реалиями, а затем уж бунтовать.

Значит, в ближайшее время ему придётся заниматься укрощением строптивого норова нарисовавшейся из ниоткуда неврастенички и попытаться направить её неуёмную энергию в мирное русло и на собственное благо. Ну, или хотя бы ограничить невнятные нападки с её стороны. Тощего панка можно было пока смело игнорировать, коль скоро бесплатным источником информации он зарекомендовал себя весьма посредственным.

Устало прислонив голову к стенке шкафа, Тис попытался устроиться удобней, но добился лишь того, что отбил себе пальцы. Следовало заметить, что отделение шкафа, в которое он забился, было полупустым и особо изуистским барахлом не пестрило. Здесь даже можно было относительно спокойно дышать, не опасаясь заработать токсикологическое отравление от разных, любимых представительницами сомнительной прекрасности пола, приторных ароматизаторов.

Тис невесело усмехнулся. Нет, против девушек совершенно ничего не имел, более того, существование их одобрял, но некоторые их привычки казались ему нелогичными и бессмысленными. Впрочем, заперевший его здесь экземпляр был куда беспощадней в своих заскоках, а потому Тис без колебаний бы согласился на превентивную замену хозяйки квартиры.

И почему ему не встретилась простое, понятное, обходительное ангельское создание, которое бы окружало вниманием и заботой даже незнакомого человека?! С такой и говорить на равных было бы приятно, и сотрудничать получилось с не меньшим удовольствием. Зачем этой-то ведьме он понадобился? Завела бы себе кота-мазохиста и дёргала за хвост.

Но самую большую неприязнь у Тиса вызывало другое обстоятельство. Неуловимая часть его личности считала Риту чем-то привычным, давно знакомым и само собой разумеющимся. Словно бы они и впрямь являлись родственниками, росшими некогда вместе, но разлучёнными по воле случая.

Девчонка была его кривым зеркалом; вздорной младшей сестрёнкой; созданной рукой извращённого творца гадкой, перевёрнутой с ног на голову копией его самого. Тис понимал её, и в то же время нет. Рита представлялась некой альтернативной реальностью его собственных возможных поступков, воплощая любую мысль из разряда "я бы так никогда не". Мелкий комок собранных воедино ошибок и погрешностей, не смотрящий дальше своего носа. И это было ещё одной из причин, по которой Тис совершенно не хотел оставаться с ней рядом - подобное иррелевантное поведение могло стать заразным.

Вечером вконец замотавшаяся со стартовавшими сборами в дорогу Рита, не подозревая о благостных дезертирских думах своего желания, наконец смогла выкроить время и подобраться к шкафу. Картина ей открылась преумилительная. Скрючившись кривым ромбом на полу, Тис дремал, кое-как прислонившись к стене и подоткнув под ухо край пуховика. Безжизненная неприязненная маска сменилась спокойным расслабленным выражением, при взгляде на которое Рита могла бы даже умилиться, если бы не знала, что думает о ней это новоявленное чудо на самом деле. А так оставалось лишь закрыть створки и не призывать на свою голову новые громы раньше времени, хотя подло пнуть за все прегрешения товарища несомненно хотелось.

Мужественно подавив порыв к воздаянию, Рита решила, что на сегодня с неё хватит. Нервишки определённо пошаливали, и лучшим вариантом сейчас было выспаться, как следует, а завтра с утра на свежую голову решать, как теперь жить и что делать. На всякий случай убедившись, что бес в спальне отсутствует, Рита быстро переоделась и заползла под одеяло. Вставать завтра следовало ни свет, ни заря, чтобы утрясти ситуацию с Тисом и удостовериться в его полнейшей изолированности от чуткого родительского ока. Однако вынужденные коррективы в сей бесхитростный план внести, в итоге, пришлось.

Настойчивое постукивание и негодующее бормотание среди ночи разбудили далеко не сразу. Рита какое-то время ворочалась, надеясь, что эти раздражающие звуки всего лишь часть сна. Однако неожиданный громкий удар, развеял все сомнения практически мгновенно. Испуганно дёрнувшись, Рита распахнула глаза и уставилась на источник шума. Шкаф в дальнем конце комнаты скрипел и подрагивал, изрыгая попеременно то мольбы, то отчаянные проклятия и пожелания самых различных направленностей.

С трудом проморгавшись и мгновенно похолодев от нахлынувших воспоминаний минувшего дня, Рита пулей выскочила из постели и метнулась к грозящему рухнуть от сотрясающих его конвульсий в ближайшие двадцать минут предмету мебелировки.

- Выпусти меня-я-я! - громким шёпотом орал Тис, бессильно скребясь в незапертую, в общем-то, дверцу.

- Ты чего тут вопишь?! - изумилась ещё не до конца проснувшаяся Рита.

Распахнув створки, она, ахнув, приросла к месту, обнаружив внутри форменный бардак. Вещи были сброшены с вешалок и неопрятным комом валялись на полу. На всей этой смятой истерзанной горушке, дико сгорбившись, раскачивался Тис и перебирал рукава пары пиджаков, в состоянии полнейшей прострации пытаясь завязать их уже пятым по счёту узлом, которым, периодически размахиваясь, и колотил в двери и стенки.

Увидев наконец-то откликнувшуюся на шум девчонку, он окинул её шею полным членовредительства взглядом и негодующе зашипел:

- Какого лешего ты меня тут закрыла?!

Рита отпрянула и, непонимающе махнув рукой в сторону двери, злобно пробормотала: "Ну выходи, в чём проблема-то!" - и едва успела отскочить. Вырвавшийся на свободу обезумевшим ураганом Тис метнулся прочь из комнаты и громко хлопнул дверью туалета.

"Ой-ё!.." - пронеслось в голове Риты, мгновенно сообразившей причину такого отчаянного томления паренька. На фоне несостоявшейся трагедии смятые вещи даже начинали казаться меньшим из зол. Расстроено покачав головой, хозяйка, сверкнув мигом покрасневшими ушами, принялась осторожно разгребать ворох скомканных вещей и восстанавливать нарушенный порядок гардероба.

Тис вернулся в комнату далеко не сразу, и вид имел самый растерзанный. Взъерошенный, помятый и красноглазый, он являл собой пример типичного жителя сетевого пространства в самый благостный период между тремя и пятью часами утра, припадавшего во мраке ночи к светящемуся экрану и отчаянно топчущего затёртую клавиатуру в рамках очередной вселенской по своей важности дискуссии. Рите даже стало его жаль, впрочем, все материнские инстинкты мигом замолкли, стоило взглянуть на озлобленную донельзя физиономию с крупным заспанным отпечатком пуговицы. Судя по буквально осязаемым флюидам негодования, исходившим от Тиса, все её вчерашние недовольства были с лихвой отомщены.

- Сам виноват, - буркнула Рита, возвращаясь к прерванной уборке. - Дверь была незаперта.

- Врёшь! - зашипел Тис, сжимая и разжимая кулаки. Начисто проигнорировав все намёки на скорую расправу, Рита вяло указала на створки шкафа, привлекая внимание к отсутствию замков. Желание мигом сбавило обороты и принялось недоверчиво разглядывать самые простые кнопочные ручки, попутно оглядываясь в поисках подходящих альтернативных средств принудительной изоляции. Таковых в радиусе видимости не обнаружилось, что заставило его озадачиться ещё сильнее.

"Не пускало же..." - пробормотал Тис, отстаивая свою правоту, скорее, по инерции, нежели искренне в неё веря. Собственная вменяемость у него сейчас была под большим вопросом, ведь не выбраться из шкафа было невозможно. Однако, сколько он не толкал дверь, сидя внутри, та не поддавалась. Более того, по ощущениям было похоже, что он отчаянно бьётся в бетонную стену.

- Как же достало! - прошептала Рита, перебирая вновь развешенные вещи. - Постоянно оправдываться, чему-то соответствовать... Даже перед таким, как ты, приходится...

Она не договорила и, с досадой закрыв шкаф резче, чем собиралась, уставилась в тёмный проём окна. Всё должно было начаться не так. Отсутствие претензий, понимание друг друга с одного взгляда, снисходительное отношение к ошибкам и шероховатостям в характерах. Неужели это так сложно?

Она и так вложила в этого сорванца самое ценное, что имела - собственную жизнь. А в ответ получает только недовольство и безразличие, граничащее с откровенной неприязнью. Это можно было считать форменным хамством, и постороннему бы Рита такого не спустила, устроив взбучку и вытолкав взашей. Но здесь имела место довольно дорогостоящая сделка, и добровольно расставаться с таким ценным приобретением было бы глупо.

Да, может быть она сама делает не всё правильно, но это чучело должно быть, как минимум, благодарно ей за подаренное существование. Только в итоге они оба просто бодаются, стоя на своём и наращивая количество взаимных претензий. В конце-концов, что ещё можно было ожидать от человека, пусть и собственноручно воссозданного. Уж явно не внимательности и добродушия. Какой она была наивной! Лучше бы сразу завела кошку.

- Месяц, - огласила Рита свой вердикт, глядя в тёмный провал окна. - Если за этот месяц ничего не изменится, думаю, тебе лучше будет уйти.

Всё ещё чувствующий себя неуютно Тис задумчиво кивнул. Девчонка озвучила его собственные мысли. Дольше терпеть смысла не было, зато сейчас можно было спокойно махнуть рукой и больше не притворяться. В конце-концов, через месяц они разбегутся и больше не встретятся, так какой смысл собачиться и зацикливаться на мелочах. Одобрив такой подход, Тис некоторое время созерцал спину своей вынужденной соратницы по обоюдному несчастью, а затем просто отвернулся и направился к кровати. Спать хотелось неимоверно, а на коврике, словно сторожевой пёс, он этого делать намерен не был.

Обернувшаяся Рита, так и не услышавшая ответа, с изумлением обнаружила спокойно обустраивающегося под одеялом Тиса, "благородно" оставившего ей половину кровати у стены. Причём, судя по висящей на спинке стула одежде, окопался он там решительно и бесповоротно. Слов для такой бесцеремонности не хватало, поэтому Рита просто поперхнулась воздухом, так и не высказав ни одной из крутящихся на языке претензий.

- Вылезай из моей постели! - наконец смогла сформулировать она основную мысль, однако Тис на этот эмоциональный выпад не ответил и лишь поудобней устроился на подушке.

- Не шуми, - пробормотал он, наслаждаясь остаточным теплом простыней и постепенно проваливаясь в сон. - Представь, что я... кирпич...

Последнее сравнение уже противоречило всякой логике, но, хотя бы, подтверждало, что парнишка действительно намеревается просто с комфортом выспаться и не претендует ни на какие альтернативные исходы. Недоверчиво приблизившись, Рита на всякий случай выждала, когда дыхание Тиса сравняется, и, надёжно прикрыв дверь в спальню, брезгливо перелезла на свою половину столь нагло осквернённой приватизацией кровати.

Сдавать позиций она не желала и ютиться на кресле в то время, когда этот неблагодарный хмырь оккупировал её же постель, не собиралась. Если понадобится, спинёт наглеца на пол, да ещё и синяков наставит, чтоб неповадно было личное пространство отвоёвывать. Пусть этот иждивенец с первого дня знает своё место и правила пребывания в этом доме.

Ворочаясь под одеялом, Рита строила коварные планы партизанской войны, пытаясь хоть как-то отвлечься от наличия постороннего тела и заснуть. Сперва, отодвинувшись на максимально возможное расстояние, она долго пыхтела из-за стеснённых условий и общего смущения. Но, промучившись полтора часа, собралась с духом и устроилась гораздо более комфортно. Уперевшись ногами в стену, она постепенно оттеснила сонного Тиса на самый край и, довольная своей маленькой победой, закуталась в почти полностью отобранное одеяло.

Впрочем, скоро об этом серьёзно пожалела. От неприкаянного соседушки шла такая мощная волна тепла, что под одеялом находиться стало решительно невозможно. Рита вертелась, укладывалась поверх, замерзала, снова забиралась внутрь. Сон упорно не шёл, а времени на отдых оставалось не так уж много.

В конце-концов она задремала, кое-как прикрыв ноги и прислонившись спиной к Тису, рассудив, что и от него должна быть хоть какая-то польза, раз уж он настолько мешает жить. Так пусть хотя бы направит свои отопительные ресурсы в мирное русло, а не чтоб сварить соседку заживо. Последней её запальчивой мыслью стало хроническое непонимание того, как женщины вообще ухитряются спокойно спать рядом с мужчинами при таких-то перепадах температур.

Под утро заявился уставший демон, вполголоса костеривший бумажную волокиту, прощелыгу Медеуса и треклятых конкурентов, выхватывающих сделки прямо из-под носа. Несмотря на довольно громкие стенания, уставшую Риту он, вопреки собственным туманным намерениям, не разбудил. Умеренно огорчившись, Барт хотел уже было устраиваться на шкафу, однако вовремя заметил занятную семейную диспозицию. И, немного покружив над кроватью, решил внести в эту идиллию некоторое видовое разнообразие.

Медленно, но верно, становилось нечем дышать. Рита изо всех сил сжимала подвернувшееся под руку бревно, однако его толщина не спасала от непрерывно сдавливающих стен. Расположившись боком, она надеялась, что удастся избежать незавидной участи быть расплющенной в этом тёмном деревянном колодце, но обшивка неуклонно напирала с обеих столон, прижимая её к бревну всё плотнее и лишая последних крупиц воздуха.

Испуганно рванувшись, Рита подскочила на постели и тут же повалилась обратно, зацепившись за нелепое переплетение чужих рук и ног. Больно ударившись обо что-то, издавшее возмущённое "хых!", она тихо замычала и попыталась развернуть голову, чтобы выяснить причины столь травматичного пробуждения.

Картина взору предстала преотвратная. Прямо перед носом покоилась копна тёмных волос, явно принадлежащих Тису, возлежащая на тощей груди демона. А сам бес по-барски раскинулся в центре постели, приобнимая двух ютящихся по краям людишек за плечи. Рита же, судя по ощущениям, упиралась носом ему в рёбра, прижимаемая к этим костям перекинутой через всё ввалившееся пузо беса крепкой рукой сопящего по другую сторону желания.

Истово замычав в бесовскую подмышку, возмущённая таким форменным безобразием Рита со всей силы двинула кулаком демону под дых. Тот натужно крякнул и резко приподнялся, тут же схлопотав прицельный удар по уху от разъярённой подопечной, взбешённой фактом наличия на её персональном, в общем-то, лежбище, двух лишних кусков мяса без грамма совести.

Если первоначально места им с Тисом ещё кое-как хватало, то вконец обнаглевший демон занял две четверти кровати, за что и был объявлен закономерным виновником минувшего кошмара. Невыспавшаяся, всклокоченная и отлежавшая руку Рита, болезненно кривясь, продолжала колотить беса везде, куда могла дотянуться, когда по ту сторону наглеца наметилось невнятное шевеление. Основательно разлохматившийся Тис приподнялся на локте и с не до конца проснувшимся недовольством придирчиво оценил собственную позу, мельком взглянув на выделенный ему клочок матраца.

Демон, в это время со смехом брыкавшийся, игриво пытался закрыться руками от нападок подопечной и упустил тот момент, когда с противоположной стороны в глаз ему прилетел массивный кулак. Крайне расстроенный тем, что ему пришлось спать верхом на каком-то мужике, Тис восставал со своей части постели, как доисторическое чудище их озёрных пучин, явно намереваясь познакомить бесстыжую физиономию демона с целым рядом претензий. Что, в конечном итоге, неплохо мотивировало Барта с беззащитным писком скатиться на пол и притвориться предметом меблировки.

От размашистого пинка его это, впрочем, не спасло. Однако бес всё же успел шмыгнуть всторону, и нога Тиса просто проехалась по полу под неприятный срёб ногтей.

- Вот сволота! - от души возмутилась Рита, усаживаясь на жалостливо скрипнувшей кровати и яростно растирая покалывающую иголками руку. Тис от комментариев воздержался, лишь многозначительно показав демону крепко сжатый кулак. Беса, однако, это не впечатлило, и вполне довольный собой он перелетел на шкаф, привычно устраиваясь на своей облюбованной точке обзора.

Впервые в жизни не взглянув на чаты, Рита неторопливо переползла через возившееся с одеялом желание и, пошатываясь, двинулась к ванной. Возблагодарив раннее утро понедельника за крепкий родительский сон, она до скрипа тёрла зубы щёткой, перемазавшись клочьями пены, словно взбешённая болонка. Тис копошился в комнате и выходить пока намерен не был, что её несколько успокаивало, но вот поговорить с ним о режиме секретности всё же следовало. Не держать же ей теперь парня в шкафу сутками до самого отъезда родителей!

Поэтому, наскоро прополоскав лицо холодной водой, Рита решительно отправилась налаживать диалог, искренне надеясь, что негласная ночная договорённость об отсутствии взаимных претензий вступила в силу. Тиса она застала уже одетым и задумчиво разглядывающим книжные полки. Однако внимание на себя обращало другое - аккуратно застеленная кровать с пышно взбитыми и расставленными на почтительном расстоянии друг от друга для лучшего высыхания подушками. Декоративная, на которой ночью ютилась Рита, прислонилась в изножье, в то время как большая, основательно пролёжанная и Тисом, и демоном, гордо высилась у изголовья, нисколько не напоминая тот измыленный мешок требухи, в который превратилась после бурного раздела пространства.

Растерянно замерев, Рита смотрела на этот жест доброй воли и не знала, как реагировать. По идее, следовало Тиса отблагодарить, но, в конце-концов, аккуратность была одним из указанных ею качеств, и кто кого должен был благодарить на самом деле, она не очень-то понимала. Кроме того, он подло продрых на постели полночи, да ещё и приманил своим вольным поведением демона, от чего сама Рита не смогла нормально отдохнуть.

В итоге, по результатам инспекции, хозяйка комнаты лишь покачала головой и, осторожно кивнув, устроилась в кресле. Тису же она указала на постель, своим сосредоточенным видом намекая на предстоящий нелёгкий разговор. Парень артачиться не стал и, спокойно усевшись на покрывало, облокотился на колени, проявив вежливый, но крайне умеренный интерес.

- Слушай, ты можешь не попадаться на глаза моим родителям? - осторожно начала Рита, но, увидев, что Тис готовится возмущаться, быстро затараторила. - Пожалуйста! Я не хочу неприятностей! И тебя, кстати, могут выставить.

Последний аргумент, похоже, пришёлся к месту, потому что парнишка, нахмурив брови, задумался и, некоторое время помолчав, вполне спокойно спросил:

- А почему не представить меня, как гостя? Я ведь твой гость.

Рита замялась, не зная, как объяснить ситуацию, чтобы не напороться на ещё один скандал. Немного подумав, она всё же пришла к выводу, что говорить следует начистоту, да и смысла скрывать что-либо больше нет. Всё равно, судя по настрою, Тис намерен уйти. Так чего выплясывать вокруг и щадить его чувства - пусть уж лучше знает, что на самом деле из себя представляет. Но начать было лучше издалека.

- Во-первых, - потупилась Рита, смущённо почесав за ухом. - У меня никогда не было гостей. Так что, тебя, скорее всего, примут за моего... - Она запнулась, не зная, как сказать, но Тис, судя по мелькнувшей усмешке, и сам уже догадался. - Ну, а во-вторых, - продолжила Рита после неловкой паузы, - ты, в общем-то, не совсем гость.

Оторвав взгляд от пола, она наконец-то решилась поднять голову и, твёрдо взглянув Тису в глаза, проговорила:

- Ты - моё желание.

- Польщён, - иронично отозвался тот, но, похоже, сути не уловил. Громко цокнув языком, Рита скривилась, юмора не одобрив.

Оглянувшись в поисках поддержки на беса, она обнаружила, что тот довольно свесился со шкафа и воодушевлённо наблюдает за происходящим. Поймав взгляд Риты, он заёрзал и, выпростав из-под живота руку, показал ей большой палец и восторженно закивал головой с частотой игрушечного болванчика. Подопечная от этой незамысловатой поддержки лишь поморщилась и, поняв, что действовать придётся самой, пару раз кашлянула в кулак, собираясь с мыслями.

- Видишь, вот, его? - спросила она, невежливо тыкая пальцем в демона. Тис, кинув быстрый взгляд на зеленоволосое чучело, скептически вскинул бровь и многозначительно уставился на девчонку, молчаливо интересуясь, оба ли они тут психи, или всё же по отдельности. Рита с превосходством ухмыльнулась, неплохо скопировав акулий оскал беса и, окончательно уверившись в необходимости осадить этого задаваку плетью суровой реальности, нисколько не смущаясь, продолжила:

- Так вот, это Барт. Он демон, и заключил со мной один из типовых договоров потусторонней канцелярии.

- Не я с тобой, а ты со мной, - донеслось со шкафа ленивое возражение, но Рита предпочла его проигнорировать, вместо этого высоко вытянув руку вверх с молчаливым требованием предоставить ей экземпляр контракта. Бес тяжко вздохнул, имитируя многовековую усталость от праведных трудов, но, чтобы поддержать постановку, эффектным жестом извлёк из воздуха планшет с листами и небрежно скинул его в руку Риты.

Та, в свою очередь, удостоверившись в правильности подписи, протянула документ Тису, для последующего ознакомления. Парень к бумагам отнёсся с недоверием и изрядной долей скепсиса, небрежно перелистнув несколько страниц, ознакомившись с основными требованиями и пренебрежительно хмыкнув при взгляде на отпечаток крови.

- Ты что, на полном серьёзе веришь в эту потустороннюю чушь, да ещё и мне пытаешься скормить? - насмешливо осведомился он, пренебрежительным взмахом возвращая договор владелице. Рита посмотрела на демона, который в этот миг, свесившись со шкафа, с хрустом потягивался.

- Весь в тебя, правда? - довольно подмигнул Барт подопечной, находя в сложившейся ситуации изрядный символизм. Растеряно кивнув, девчонка с самым задумчивым видом вернула договор бесу и, сжав двумя пальцами переносицу, зажмурилась.

- Суть в том, что ты начал своё существование не далее, как вчера, - попыталась объяснить она желанию его природу. - Можешь считать меня своей матерью, или себя частью фантазии, воплощённой Бартом, сути это не изменит. Ты не совсем человек, и начал жить благодаря мне. Так что прошу по-хорошему: ради твоего же блага, пожалуйста, делай, как я велю. Или придётся пойти на крайние меры.

Тис уставился на девчонку взглядом василиска, силясь понять, действительно ли она так упорно верит в то, что говорит, или просто издевается. Похоже, псих с шифоньера основательно промыл ей мозги, поскольку в глазах читалась искренняя убеждённость и глобальная серьёзность. Тису это всё совершенно не нравилось, поскольку стать заложником двух повёрнутых сатанистов он решительно не стремился. Однако, было в словах этой Риты что-то, что не давало покоя.

Крепко задумавшись, Тис постарался вспомнить всё, что было до его внепланового знакомства с сей колоритной персоной, но к собственному удивлению ничего дельного не всплыло. Мелькали размытые образы, куски фраз, о которых и сказать-то было сложно, произносились ли они на самом деле, или оставались частью внутренних монологов. Несколько ярких эмоций, подёрнутых дымкой забвения и инстинктивное напряжение мышц, словно в ответ на невидимую угрозу - вот и всё, что удалось наскрести в закромах памяти.

Заметно помрачнев, Тис перевёл тяжёлый взгляд на Риту и напряжённо спросил:

- Я потерял память, да?

Демон под потолком заливисто хрюкнул и переполз на стену, пристроившись там, словно на корточках. Настороженно наблюдая за очередным вариантом пренебрежения к гравитации, паренёк воззрился на него так, словно Барт просто обязан был ответить на его вопрос. Презрительно задрав подбородок, тот наклонил голову и соизволил бросить в ответ:

- Как можно потерять то, чего нет? Твои воспоминания не был созданы. Ты их не имеешь, - демон безучастно посмотрел на собственные ногти и принялся полировать их о небрежно распахнутую жилетку. - Я бы, конечно, мог их сотворить, но уже за отдельную плату. В основной реестр такие мелочи не включались.

Переведя взгляд на Риту, Тис потребовал подтвердить истинность слов демона. Если допустить хотя бы на секунду, что эти двое психов психами не были, тогда его положение весьма незавидно. Однако девчонка лишь пожала плечами - в такие тонкости она, в силу ограниченного доступа к информации на момент подписания, не вникала, да и не хотела вникать.

- Я человек, - медленно проговорил Тис, поднимая руку и внимательно разглядывая папиллярные линии. - Осознаю себя и могу прикоснуться. Двигаюсь, чувствую, дышу - делаю то же, что и остальные. Так каким боком тогда я не один из вас?

- Па-а-апр-рашу без оскорблений! - тут же встрял бес прежде, чем Рита успела ответить на вопрос. - И слышать не желаю о родстве со смертными.

Раздражённо качнув гребнем встопорщенных волос, он резко перескочил на противоположную стену и, выпрямившись на ней во весь рост, быстро огрел Тиса по макушке. После чего прозорливо стрекотнул в самый дальний угол, не желая попасть под кулак возмездия. Парнишка, впрочем, рвения не проявил и, будучи несколько флегматичней своего автора, лишь задумчиво поскрёб отозвавшийся неприятным зудом вихор. Видя, что опасность миновала, бес раздухарился настолько, что счёл возможным продолжить словесную экзекуцию, с наслаждением наблюдая, как постепенно наливается унынием Тис.

- Можем легко проверить, человек ты, или нет, - заявил Барт, нетерпеливо ёрзая на потолке. И подопечная, и её желание дружно обратились в слух, не спуская с демона настойчивых давящих взглядов.

- Да-да, всё очень просто! - возликовал бес, пускаясь в нервные перебежки по потолку. - Если, конечно, решишься поставить на кон свою жизнь.

Он замер возле люстры и с нескрываемой алчностью уставился на двух напряжённо вытянувшихся на своих местах людишек. Подопечная явно была против, чтобы её ценное приобретение рисковало собой, а вот парнишка определённо заинтересовался, но некоторые сомнения всё же угадывались - должной степени безрассудства ему не вложили. Барт расплылся в довольной улыбке чеширского кота и, кувыркнувшись в воздухе, провозгласил:

- Убей девчонку.

Глаза обоих слушателей мигом округлились. Рита с выдвинутым требованием была категорически не согласна в силу наличия множества стратегических планов на остаток своих бренных дней. Тису же попросту претила сама идея, тем более подкинутая таким, уже вне всяких сомнений, ненормальным типом. Поэтому, заметив, как предложенная на заклание жертва уже открывает рот, чтобы разразиться гневной триадой, он пресёк грядущие вопли, холодно поинтересовавшись:

- И что это даст?

Подавившаяся первым же звуком своей возмущённой отповеди Рита с неодобрительным изумлением уставилась на приобретение, не желая верить в столь бесстрастную кровожадность. Тис её подозрительный взгляд проигнорировал, выжидательно рассматривая упивающегося их растерянностью демона - идти на поводу у тощего оборванца он не собирался, но должен был выяснить, от чего собирается отказаться.

- Стандартная проверка, - глумливо протянул бес, подплывая ближе и дыша серным угаром в лицо. - Желания твоего типа исчезают со смертью владельца. Умрёт она - умрёшь и ты. А не исчезнешь - значит, вполне себе человек.

Тис повернул голову и окинул придирчиво-плотоядным взглядом свою 'хозяюшку'. Убивать он её, разумеется, не собирался, но поиграть на нервах в отместку за историю со шкафом счёл уместным. Девица, к его изумлению, вместо затравленных взглядов на дверь и попыток сбежать лишь многозначительно провела пальцем по шее и сурово добавила: "Дезинтегрирую".

Обмозговав угрозу, Тис пришёл к выводу, что, в случае правдивости всех бредней про желание, она вполне сможет её осуществить. При помощи демона или без оного, поскольку правом распоряжаться его жизнью, похоже, обладает. Это вполне бы объясняло и повышенное собственничество, и вольное обращение, вот только Тису такой расклад абсолютно не нравился. Пусть хоть в боги персональные записывается, но свинское обращение приведёт к точно таким же реакциям.

Правда, норов он всё же решил слегка поумерить, в счёт, так сказать, прошлых заслуг. Из скудных фраз девчонки выходило, что она попросту не умеет нормально общаться с людьми, а уж тем более организовывать бесконфликтное соседство. Придётся её научить тому, что умеет он сам, хотя бы для собственного же блага и нерасшатанных нервов.

- Хорошо. В таком случае сделаем вид, что я вам поверил, - резюмировал Тис и, хлопнув в ладоши, рывком поднялся с постели. - Но есть несколько условий.

"Условия он будет ставить, а!" - театральным шёпотом провозгласил бес, оборачиваясь к подопечной и лукаво подмигивая. - "Нашёл, кому!" Тис на эту провокацию не поддался и. дождавшись внимания со стороны девчонки, принялся методично излагать свои требования. Сводились они к двум простым пунктам: Рита лишается права распоряжаться им, как собственностью, и обязана будет возместить дни, проведённые взаперти на осадном положении. Как именно, Тис не пояснил, но его хозяйка не усомнилась в каверзной подоплёке требования. На которую, впрочем, после некоторых колебаний согласилась, уточнив, что ничего невозможного или неприемлемого для себя делать попросту не станет. Тис поправку принял к сведению с совершенно серьёзной миной и ответственно заверил, что особо сверхъестественного не попросит.

При этих словах демон так многозначительно заухмылялся, что оба, не сговариваясь, высказали ему своё мнение насчёт извращённых умишек отдельных представителей недочеловеческого рода. Что позабавило беса ещё сильнее, и в итоге он откровенно заржал, в диком кувырке перелетев на свой насест. И уже оттуда начав сыпать пошлыми шуточками, не забывая планомерно огрызаться на любые попытки осадить.

Тис утверждал, что в ближайшие несколько дней будет слушаться Риту и терпеть любые неудобства, призванные поддержать задуманную авантюру с секретностью. Не сошлись они только в разделе кроватной площади. Рита, споря до хрипоты, утверждала, что ей нечем дышать. Тис упёрся в то, что она, ежели так не удобно, преспокойно может поместиться и в кресле. Или пусть вовсе полезает в шкаф.

Взбодрённая праведным негодованием Рита уже хотела было, подключив беса, начать полномасштабную агитацию за права владельцев частной собственности. Но тихие разговоры, послышавшиеся из родительской спальни, заставили её мгновенно свернуть кампанию, и в шкаф полез уже Тис.

Примерный план был таков: парнишка сидит по утрам в малодосягаемых для обзора местах, дожидаясь, когда родители Риты уйдут, а затем остаётся предоставленным самому себе ровно до их возвращения. Не выходит из квартиры без присмотра, не передвигает вещи, не крушит дом, в общем, всячески созидает и бездельничает, лишь бы чего не наворотил. Бес ни с того ни с сего вызвался за ним приглядывать, из чего можно было заключить, что доводить до белого каления хладнокровного Тиса ему было куда интереснее, чем мгновенно вспыхивающую подопечную.

Рита молилась всем богам и даже пару раз Дарвину, чтобы у Тиса хватило ума на бесовские подначки не поддаваться и ничего экстравагантного не совершать. Впрочем, ни боги, ни Дарвин, как всегда, её не услышали.


Желание 4. Свыкнуться.


Привычно спеша на автобус, Рита не могла отделаться от обречённого ощущения надвигающейся катастрофы. Оставлять малоизученного ещё Тиса одного было для неё сродни опрометчивому шагу на скоростное шоссе. Фактически, она даже не сомневалась, что по возвращении придётся либо приводить квартиру в порядок, либо подрываться и искать заплутавшее в переулках мегаполиса своенравное желание.

Уходя, Рита несколько раз чётко повторила наказ оставаться дома, но что могло взбрести в голову этому уникуму, предположить было сложно. Тем более, что после пятой фразы о неукоснительном следовании правилам парнишка начал медленно звереть, и спасло Риту от расправы исключительно его ангельское самообладание. Но брошенные в спину запальчивые взгляды не сулили ничего хорошего, а потому сейчас хозяйка сварливого джентльмена чувствовала себя не в своей тарелке.

Уже в транспорте закралась мысль, что, возможно, создавать именно парня и было главной ошибкой. С девушкой насчёт конспирации договориться было бы значительно проще. И спать вместе куда комфортнее. И уж конечно обосновать её присутствие в доме родителям. С этим-то вопросов априори бы не возникало: волшебное слово "подруга", путь и, якобы, из другого города, звучало для них гораздо менее подозрительно, нежели "друг". Хотя, при таком-то раскладе, даже в последнем обнаруживалось немало лжи, - какие они с Тисом друзья? Так, - с боку припёка.

С другой стороны, несмотря на то, что получить в товарищи девушку идеей являлось, безусловно, заманчивой, определённые недоработки в ней всплыть со временем всё же могли. Некстати вспомнив несколько анекдотичных примеров печальной женской логики из жизни, Рита зябко поёжилась и решила остановиться на довольствовании нынешним результатом.

С парнями ей всегда было проще, да к тому же мужчины лицемерить ради поддержания дружеских взаимоотношений привычки не имели. Бесспорно, именно сейчас эта упёртая правдивость и выходила боком, но Рита относилась к ней с некоторым мазохистским уважением. Опять же, бесплатная физическая сила к мужескому полу прилагалась, что в теории могло способствовать совместным походам в тренажёрный зал и потенциальной поддержке в случае непредвиденных конфликтов.

Обоюдные увлечения тоже намечались достаточно легко - игры, спорт, загородный отдых. Никаких тебе принудительных походов по магазинам и обсуждения последних модных трендов. Уют и рай. Но самое главное - спокойное отношение к большой компании. Безо всякой женской ревности, зависти или мстительности. Рита фыркнула, вспоминая иерархию стаи акул в собственной группе во главе со старостой. Вот где уж точно ни слова поперёк сказать, ни вещи своими именами назвать. Быть может, пикировки с Тисом в конечном счёте окажутся куда полезнее, чем взаимные расшаркивания. Главное, не срываться по пустякам и изучать его особенности тщательно и методично.

Довольно ухмыльнувшись в окно, Рита предвкушающее почесала ладонь, вообразив Тиса эдакой подопытной крысой, на которой смело можно ставить эксперименты по вербалике, не опасаясь испортить отношений. Фактически, портить было нечего, что открывало полнейшую свободу для самореализации и тренировок социальных взаимодействий с настоящими людьми. Бьют же в спортзалах литые манекены? Так и здесь то же самое, с той лишь разницей, что этот тренажёр все действия способен ещё едко комментировать, а то и давать сдачи. Ничего, - зато она сможет как следует поднатореть. Надоело забивать жизнь учёбой и наблюдением за воробьями. Пожалуй, может быть и стоило потратить тот несчастный год, чтоб получить на месяцок эту самонадеянную домашнюю зверюшку. Осталось выжать из неё максимум пользы.

Пребывая в следствии этих размышлений в прекрасном расположении духа, Рита без проблем добралась до университета и спокойно влилась в рутинный учебный процесс, не задумываясь о том, чем занимается в данный момент оставленное дома желание. Она даже позволила себе немного расслабиться и уверовать в то, что ничего экстраординарного не произойдёт. Уж дом-то этот чудила взорвать вряд ли исхитриться, а остальное поправимо. Хотя, идея насчёт локальных катаклизмов в силу развитого воображения всё же не давала ей некоторое время покоя.

Тис, впрочем, ни поджогами, ни затоплениями в это время не занимался. Вместо этого он банально изучал обстановку квартиры. Уронив пару книг с полки, он кое-как затолкал их обратно, не заботясь о порядке расстановки, и счёл за лучшее ретироваться из спальни, чтоб ещё чего-нибудь не обрушить. Бес, презрительно взиравший за его действиями с кровати, хмыкнул и перевернулся набок, устраиваясь поудобнее. У него была тяжёлая ночь, и размениваться на какие-то недооценённые творения он совершенно не собирался. Таким образом, Тис остался предоставленным самому себе, чем и неминуемо наслаждался.

Порыскав во второй спальне, он не нашёл ничего притязательного, кроме большого претенциозного глобуса, оформленного в старинном желтоватом стиле, и медленно перетёк в коридор. Пару раз попрыгал на диване, проверяя мягкость, пробежался взглядом по коллекции фильмов в гостиной и ответственно направился на кухню вспомнив, что со вчера так ничего и не ел.

Однако там его ждало умеренное потрясение - из холодильника торчал тощий бесовской зад с подозрительно вздрагивающим копчиком. Зад этот периодически раскачивался и что-то вытанцовывал в такт диссонирующему мычанию владельца, пытаясь, казалось, продемонстрировать свой недюжий талант к пантомиме всему свету.

- Тебе сырок достать? - с наигранной заботой деловито поинтересовался Барт, не отрываясь от пережёвывания чего-то громко хрустящего и распространяющего тошнотворный аромат лежалого мяса. Тис скривился, но вовремя вспомнив, что на распознавание невербального общения тощие булки демона не рассчитаны, бросил: "Спасибо, обойдусь", - и потеснил беса у дверцы.

Барт, раздражённо хрустнув обглоданной куриной костью и без особого труда перекусив её пополам, посторонился, вяло протестуя и грозя мифической расправой. Тис слушал его в пол-уха, давно уяснив, что слова у демона частенько расходятся не только с делом, но даже друг с другом, поэтому весь этот лепет за чистую монету принимать не стоит. Проще вовсе отключиться от эфира сосредоточившись на главном - поиске чего-либо съестного, ещё не сожранного бесом.

Можно было предположить, что демон нарочно встрепенулся и кинулся опустошать холодильник, лишь бы самому Тису меньше досталось. Но такая идея выглядела чересчур параноидальной, и отдавала призрачным влиянием благополучно сбытой на занятия Риты. Факт, тем не менее, был на лицо - всё более-менее съедобное было подчищено. Внутри холодильной камеры царили хаос и запустение, сдобренные ошмётками слипшегося риса, который, видимо, пришёлся бесу не по нраву, и медленно стекающим по стенкам томатным соусом, навевающим своими мазками отчётливые мысли о кровавой расправе.

- Что?! - невинно хлопнул глазами Барт, когда парнишка медленно распрямился и, с отчётливой аккуратностью закрыв дверцу полностью разорённого холодильника, уставился на демона тяжёлым взглядом. - Знаешь, как есть хотелось?! Даже спать не смог!

- Хотелось, да? - излишне доброжелательным тоном переспросил Тис, сжимая кулаки и надвигаясь на беса с открытыми членовредительскими намерениями. Барт увлечённо грыз остатки кости, с наслаждением раздрабливая их острыми зубами, и двусмысленно ухмылялся, бросая на паренька гастрономически заинтересованные взгляды.

- Не понять тебе нашей природы, буратинка, - вальяжно протянул он, натужно сглатывая осколки. - Ты-то хоть и не совсем, а всё же человек. Поел - и свободен. Наш голод просто так не утолить, - демон величественно повёл кистью в направлении замершего и внимательно прислушивающегося Тиса, вроде бы даже поощряя любые попытки напасть. Что окончательно уверило того в бессмысленности физической расправы.

- И куда ж столько помещается?.. - полюбопытствовал Тис, разжимая пальцы. Если этот ушастый индивид сейчас проколется, то можно будет с уверенностью утверждать, что он самый обычный циркач, а вовсе не потустороннее существо.

Представивший, как рассвирепеет девчонка обнаружив учинённый бардак, Барт довольно приподнялся на мыски и величественно воспарил, привычно пренебрегая законами физики. Если вовремя смыться и представить всё так, будто бедлам устроил Тис, можно получить дополнительное удовольствие. От этих пакостнических идей беса повело на умиление собственной вредностью и пафосные сантименты настолько, что он счёл возможным ответить.

- Исчезает, - заявил Барт, подплывая ближе. - Не то, чтобы мы хотим вашу пищу. Она создаёт впечатление заполненного пространства, и не более. Опять же, вкус... Но ты не расстраивайся, - всегда можно сходить в магазин.

Панибратски хлопнув Тиса по плечу, он победно увернулся от прицельно надвигающегося на ухо кулака и, умело развернувшись в воздухе, подлетел к окну. Небрежно взмахнув рукой и провозгласив сакральное: "Шестьсот метров налево", - демон хитро подмигнул и растворился в воздухе.

Не поверивший своим глазам Тис несколько раз озадаченно моргнул и даже поскрёб макушку, проверяя её на предмет черепно-мозговых травм. Поводив рукой на месте, где обретался демон, но никаких малозаметных тросов и прочих приспособлений не обнаружив, он бросил хмурый взгляд в окно и отправился в прихожую. Рита ещё по утру отняла кроссовки, мотивировав это требованиями к гигиене, хотя сам Тис во время следственных изысканий на предмет своего появления в квартире не обнаружил на их подошвах ни пылинки.

Вся его одежда изначально выглядела так, будто была снята сразу с магазинной вешалки, и даже умудрилась сохранить специфический запах новой свежепокаршеной ткани. Это Тиса нервировало и вдвойне настораживало, поскольку версии о похищении, потери памяти и прочих банальностях расшатывались буквально на глазах.

Судя по аскетичному набору вещей в шкафу, девчонка вряд ли бы додумалась самостоятельно поменять ему одежду, чтобы замести следы возможного преступления - не тот масштаб идеи. Она даже не удосужилась продумать, где держать тело, потому как на пленника её комнатушка определённого рассчитана не была. Да и общие неврастенические реакции намекали, что Тис сам по себе стал для неё некоторым сюрпризом. А значит и зла она, скорее всего изначально ему не желала.

Без труда отыскав свою обувь среди аккуратных рядов в гардеробе, Тис раздосадовано натянул кроссовки и принялся методично их зашнуровывать попутно прикидывая, что этот сомнительный гражданин по кличке "Демон", похоже, осведомлён насчёт его происхождения на порядок лучше своей подружки. Вот только молчать будет, что могильная плита - проверено, усвоено.

Мельком взглянув на дверь, Тис вдруг с неприязнью понял, что ключей у него нет. Конечно, выйти-то проблемы бы не составило, но вот запереть относительно гостеприимное помещение не удалось. Раздражённо причмокнув, он уже хотел было отправляться на поиски запасной связки, как вдруг, громко звякнув, ему на голову по очереди шмякнулся каждый из ключей, едва не проломив черепушку.

Поглаживая отбитый затылок, Тис яростно воззрился на источник бомбардировки и обнаружил на потолке давешнего ушастого клоуна. Тот сидел на стене прямо над ним и методично сковыривал с железного кольца ключи, сбрасывая их вниз, словно лепестки ромашки, и едва слышно проговаривая под нос: "Выйдёт - не выйдёт. Выйдёт - не вхыгкх...".

Последнее "выйдет" потонуло в сдавленном хрипе, поскольку Тис ухитрился прицельно метнуть один из брошенных ключей прямо в страстно распахнутую бесовскую пасть, не испытав ни малейших угрызений совести. Демон сипел и кашлял, оперативно перебежав на потолок и прыгая там с грацией горного барана в попытках вытряхнуть успевший провалиться неожиданно глубоко ключ. Тис же, подобрав оставшиеся, задумчиво разглядывал замок, прикидывая, какой их собранных подходит к входной двери.

Нужного там, увы, не оказалось, что наводило на определённые мысли. За ухом послышалось громкое харканье, и со звоном ударившись о зубы демона, ключ упал вниз. Ещё пару минут покашляв для приличия, бес, наконец, смог прочистить горло и на удивление довольным тоном сообщил:

- Юмор понял, инициативу хвалю, - и осторожно подплыл к присевшему на корточки Тису, сжимающему двумя пальцами только что возвращённый обслюнявленный ключ. Последний, как ни странно, с замком действительно имел много общего. Барт, впрочем, идею ещё не развил, поэтому наклонился ниже и вкрадчиво прошипел, едва не касаясь острыми, кровожадно клацающими зубами, уха паренька:

- Однако, уценённое моё творение, эксперименты рекомендую ставить исключительно на собственной хозяйке, - с этими словами он громко щёлкнул ногтем о ноготь и, легко размахнувшись растопыренной пятернёй, вонзил её Тису в грудь.

Возникло непривычное чувство скованности. Слабость и болезненное жжение начали разливаться по телу, мешая ясно мыслить. Тис попытался вдохнуть и не смог - внутренности словно сдавило тугим жгутом. Внезапно он понял, что не слышит такого ожидаемого звука собственного сердца. Демон улыбнулся шире и сомкнул пальцы где-то глубоко в теле.

Хруста рёбер Тис не различил, но отчётливо понял, что бес порвал ему лёгкое. В горле что-то булькало и мешалось, перетекая в такт его попыткам вырваться. Сглотнуть не получалось, выплюнуть тоже. Не имея возможности вдохнуть, Тис в панике ухватился за руку демона, пытаясь оторвать его ладонь от замершего в тисках сердца.

С огромным трудом ему удалось вытянуть из себя нехотя разжавшуюся руку Барта, напоследок нравоучительно царапнувшего когтями по плеврам. Однако сил больше не осталось. Тело стало тяжёлым, руки двумя кусками больше не подчиняющейся плоти упали на пол. Тис обмяк и повалился на спину. Ему стало грустно не от того, что сейчас он так глупо умрёт, а потому, что последней с трудом складывающейся воедино картиной в его жизни станет дурацкий белый потолок с искусственными искрами блестяшек, имитирующих звёзды. Лучше бы он смотрел на небо - оно, хотя бы, давало надежду.

- Дохнешь, что ли? - удивился Барт, задумчиво облизывая пальцы, перемазанные тисовской кровью. - Вот морока-то. Ритуленька теперь расстроится...

Он наклонился к неподвижно лежащему телу и аккуратно пошевелил рукой над приоткрытым ртом, словно медленно выуживая невидимую рыбу. Несколько секунд ничего не происходило, но затем оттуда появилась тонкая струйка крови. Завиваясь в воздухе игривой лентой, она поднималась всё выше и выше, сворачиваясь в тугой аккуратный клубок на ладони демона.

Изо рта Тиса уже струился целый поток, но Барт не спешил его обрывать. Он считал, что имеет полное право возместить свой моральный ущерб, а от этого памятника современному потустороннему искусству всё равно не слишком-то убудет. Наконец, когда на ладони сформировался большой пол-литровый шар, демон проследил, чтобы кровавый хвост истончился и, ловко подхватив последние капли, нетерпеливо пощёлкал пальцами перед побледневшим носом желания.

- Подъём, палата! - скомандовал он и, выщипнув из шара на ладони тонкую нитку, принялся медленно втягивать её, словно длинную макаронину. Тис, однако, на его приказы не отреагировал, опрометчиво имитируя хладный труп и не под каким видом шевелиться не хотел. Барт ради приличия подёргал его за волосы, хлопнул пару раз по щекам и даже сподобился чуть наклонить собственное ухо, прислушиваясь к учащённому сердечному ритму и стабилизировавшемуся дыханию. Но такое хлопотное порхание моментально надоело и, раздражённо выпрямившись во весь рост, он нетерпеливо размахнулся.

- Хорош валяться, я сказал, - презрительно заявил демон и с чётко рассчитанной силой пнул Тиса в бок. Тот перекатился, стукнулся лбом об пол и отчаянно закашлялся. Барт, потягивая кровь, с безразличием наблюдал, как он, пошатываясь, встаёт на четвереньки, а затем с огромным трудом поднимается, цепляясь за предметы обстановки.

- Ты не огорчайся - я не со зла, - сообщил бес самым проникновенным тоном искренне убеждённого в своих словах существа. Тис в его речи не особенно вслушивался, сосредоточившись на том, чтобы стоять относительно прямо и побороть скребущую сухость во рту. Несмотря на пустой желудок, его немилосердно тошнило, а в груди по-прежнему болело, из-за чего каждый вдох превращался в отдельную пытку.

- Скоро пройдёт, - участливо проговорил демон, подплывая ближе. Несмотря на общее нерентабельное состояние, Тис тут же шарахнулся от него прочь, невольно врезавшись в стену рядом с дверью. Барт проводил его непонимающим взглядом и перелетел следом.

Завидев приближение демона, парнишка кинулся к замку и принялся крутить ручку, чтобы вырваться прочь из этой пыточной камеры, по недоразумению прикидывающейся обычной квартирой. Демон с интересом наблюдал за лихорадочными манипуляциями, и когда дверь призывно щёлкнула, медленно открываясь, даже взлетел повыше, чтобы не пропустить ничего важного.

Тис рванулся наружу, намереваясь размашисто перескочить порог и больше никогда сюда не возвращаться. Но вместо этого споткнулся, ударился о дверной косяк и полетел на пол. Тут же вскочив, он немного пошатался и снова метнулся к выходу. Однако и на этот раз ничего не удалось - вместо вожделенной свободы Тис набил ещё одну шишку и едва удержался на ногах. Бес, развалившийся под потолком, довольно хмыкнул.

Этот враждебный звук вдохновил на очередной подвиг, и мертвенно-бледный Тис, приободрённый наличием над головой выжидательно зависшего мучителя, нацелился точно в раскрытый настежь проём. Дрожа от напряжения и с трудом удерживая равновесие, он осторожно двинулся вперёд. Нужно только переступить порог - и вот она, долгожданная независимость. Но, видимо, у судьбы на его счёт были другие планы.

Едва высунув нос из дверной коробки, Тис ощутил знакомую преграду. На его пути словно выросла невидимая стена. Размахнувшись кулаком, он отчаянно принялся колотить им по воздуху в надежде проломить барьер. Однако должного эффекта это незамысловатая активность не принесла. Неведомая сила по-прежнему не выпускала его наружу, реагируя на все побои с неизменным безразличием. Костяшки пальцев безнадёжно заныли, и Тис решил прекратить безрезультатные попытки.

Повернув голову он вдруг замер, остекленевшим взглядом уставившись на далёкое кухонное окно. В голову пришла паническая мысль, подбивающая назло всему сигануть оттуда, невзирая на высокую вероятность фатальности попытки. Барт заинтересованно хмыкнул, проследив за медленно наполняющимся решимостью взглядом паренька, и, перевернувшись на спину, мимоходом сообщил:

- Сдаётся мне, через окно ты тоже не выберешься.

Тяжело дышавший Тис устало привалился к неподвижному воздуху дверного проёма и медленно сполз на пол. Заперт. Точно так же, как в шкафу. Не увидеть клетки, не выйти из неё. Что ж это за игры такие? А ведь девчонка могла уйти. Может у неё был какой-то особенный ключ? Тис, медленно сгорбившись, протянул руку за одним из раскиданных по полу ключей. Может быть это и не ключи вовсе, а какие-то специальные предметы, деактивирующие защиту? Криво усмехнувшись, Тис принялся подбирать вожделенные отмычки одну за другой, отчётливо понимая, что всё это бред, который он сам выдумал от безысходности. Его попросту не хотят отпускать, вот и всё.

Как и ожидалось, ключи невидимую преграду нисколько не впечатлили. Горестно рассмеявшись, Тис швырнул их на диван в прихожей и в бессилии уселся возле распахнутой двери, неотрывно глядя в открытый проём. Демон неслышно подлетел сверху и, брезгливо коснувшись пальцем края двери, лёгким движением подтолкнул его, закрывая вход. Щёлкнул замок ненавистной тюрьмы, и Тис, лишённый последней отрады, перевёл невидящий взгляд наверх, мечтая, чтобы этот странный парень наверху просто исчез и прекратил портить научную картину мира своим незаконным присутствием.

Глаза скользнули по провисшей майке, едва различимым кубикам пресса, криво сидящим штанам со съехавшим набок ремнём, прихваченным большой пряжкой на две дырки дальше необходимого... Тису на мгновение показалось, что в этой картине не хватает важной детали. Что-то в тощем животе беса было неправильным, но он никак не мог понять что.

Непроизвольно коснувшись рукой груди в том месте, где к нему прицепился демон, Тис впервые вспомнил о том, что был ранен. Но от проказы беса не осталось и следа - ни раны, ни капли крови, ни порванной одежды - лишь медленно затухающая боль в груди и затруднённое дыхание свидетельствовали о том, что ничего не привиделось. Рука непроизвольно скользнула на живот, проверяя, всё ли в порядке. Не предусмотренные природой дырки в нём отсутствовали, за то нашлась причина, по которой пузо беса выглядело так подозрительно.

Вскинув голову, Тис утвердился в своих выводах. У демона не было пупка. Мятые остатки мышц сходились по центру мелкой впадиной, не имеющей и намёка на главный человеческий шрам. В совокупности с шевелящимися ушами и перманентной левитацией это давало бесспорно внушительный эффект. Можно было потихоньку начинать рассматривать предложенные девчонкой объяснения творящейся анархии всерьёз.

Демон, обнаружив благодатное прозрение буйного домочадца спустился ниже и, протянув руку, игриво потрепал паренька по волосам, глумливо прошептав: "Будь паинькой!" Тот инстинктивно дёрнулся, но затем с отвращением взглянул в лицо панка и раздражённо поинтересовался:

- Почему я не могу уйти?

Барт вытянул губы трубочкой и пару раз провернулся боком, изображая милейшего аквариумного дельфина.

- Тебе ведь не велели выходить, - полувопросительно ответил он, всматриваясь в лицо одомашненного желания. Хвост в штанине возбуждённо дёрнулся, но хозяин сумел обуздать свои иезуитские наклонности и ничем не выдать охватывающего предвкушения. Ах, как он ценил эти незабываемые моменты, когда людишкам приходилось сталкиваться с неотвратимыми истинами реальности! Ещё немного, и этот человечек поймёт, на каком коротком поводке сидит. Вот тогда можно будет сполна насладиться его гневом и отчаянием.

- И что с того? - не уловил намёка Тис, продолжая сверлить демона неприязненным взглядом, в глубине души надеясь, что тот не сочтёт это таким уж дерзким оскорблением и не попытается свернуть ему шею эксперимента ради.

- А то, первый оладушек, что слово хозяйки для тебя закон, - жеманно протянул бес и, развалившись в невидимом воздушном кресле, с чувством выполненного долга закинул руки за голову. - Видишь ли, наша девочка может и не блещет ораторским искусством, но, к сожалению, совсем не глупа. И тебе, увы, не повезло - она предусмотрела некоторые ограничения твоей воли. Знаешь, было даже интересно, как это сработает...

Дальше Тис уже не вникал. Остекленевшими глазами он пялился на демона, пытаясь переварить услышанное. Сомневаться в словах не приходилось, несмотря на то, что эта бесовская рожа привыкла развлекаться ситуативным враньём,- достаточно было протянуть руку, чтобы вновь ощутить знакомое сопротивление невидимой стены. Получается, всё, в чём его пытались убеждать, чистая правда - уродец, висящий в воздухе, действительно демон, а он сам - подарочная кукла ручной работы.

Уронив голову на ладони, Тис на какое-то время замер. Медленно и глубоко дыша, он пытался примириться с фактом собственной искусственности. Получалось из рук вон плохо. Голова гудела от взбудораженных мыслей о древних рабах с галер, домашних зверюшках и намордниках. Если девчонка прикажет нацепить поводок для выгула по улице, он даже не сможет ей отказать. Потребует молчать - он потеряет возможность говорить. Велит повеситься - полезет в петлю. Своей жизни у него нет и никогда не будет. Вся она лишь кошмарный сон, созданный беспечным сознанием. Который может оборваться в любой момент.

Наблюдавший за сим процессом прогрессирующего морального разложения Барт довольно улыбнулся. Портить втихаря клиентские заказы он обычно считал ниже своего достоинства, но здесь был случай особый. Этот кусок мяса его основательно раздражал. Слишком уж много холодной самоуверенности и важности было в этом существе. Не поиграть, не унизить толком - разве что изувечить или напугать. Но это надолго бы не сработало. Бракованное желание, не способное порадовать своим несовершенством даже собственного плутоватого создателя.

Конечно, Барту доставляло немало удовольствия следить за тем, как он припирается с девчонкой. Вот только постоянные попытки пренебрегать авторитетом самого демона последнего абсолютно не устраивали. Желания, не понимающие, с кем можно играть, а с кем нет, подлежали принудительной корректировке или тотальной переработке. Разумеется, в интересах людишек ничего делать не стоило, но искусственные осложнения своей же трудовой деятельности не приветствовались.

Самому бесу на стабильность психического состояния подопытных было глубоко плевать, однако доводить их до длительных коматозных простраций у него в планах обычно не было. Всё получалось как-то само. То ли характер способствовал, то ли изначальная склонность к пренебрежению чужим отношением.

От того подозрительное затишье со стороны паренька приблизительно минуты через полторы начало Барта основательно напрягать, и он решил разрядить обстановку в свойственной себе манере. Подобравшись ближе, бес, обращаясь к макушке страдальца, заговорческим шёпотом сообщил:

- Только это всё наш маленький секрет. Расскажешь девчонке - кадык вырву.

Тис вскинул голову так резко, что чуть не заехал лбом в нос неосторожно нависшему демону. Неужели Рита ничего не знает?! Если так, то у него появляется шанс. Она сказала "месяц", значит надо продержаться месяц. И за это время не дать ей ни единого повода приказывать. Тогда по окончании срока он сможет беспрепятственно уйти. Вот только бы хитрая бестия не взяла свои слова назад.

Желчно усмехнувшись, Тис неторопливо поднялся. Не возьмёт. Есть беспроигрышный способ усыпить её бдительность. Всего-то и надо, чтоб девчонка стала ему доверять. Тогда контроль ослабнет, и в один прекрасный день можно просто тихо исчезнуть. Дурёха даже не заподозрит, что он ушёл навсегда. Пусть напоследок помотает себе нервы в отместку за свою гнусную подставу.

Уверенный, что сможет быть достаточно милым и предупредительным, Тис решительно направился на кухню оценивать масштаб учинённого демоном беспорядка. Предстояло полностью отскрести все следы разгрома, пока не вернулась нервная "хозяюшка". Бес же повёл себя так, будто ничего особенного не случилось. В привычной бесшабашной манере, словно разом забыв обо всём, он с гигиканьем кувыркнулся и, ловко приземлившись на пол, направился следом за Тисом каркать ему под руку.

Таким образом, уставшая Рита, вернувшись с занятий, была несколько озадачена кардинальной сменой настроения своего человеческого питомца. Привычно скребя ключом в замке, она никак не ожидала, что дверь распахнется сама. Из проёма выглянул радостно улыбающийся Тис и провозгласив довольное: "Наконец-то!" - самоустранился куда-то вглубь квартиры. Не верящая своим ушам Рита осторожно просочилась в прихожую, на всякий случай нервно оглядываясь и ожидая подвоха. Подвох пока носа не высовывал, но параноидальная атмосфера стойко держалась.

По квартире блуждал нехарактерный цветочный аромат, а малейшие признаки беспорядка были тщательно устранены. Ревниво оглядывая каждую комнату, Рита со всё возрастающей настороженностью продвигалась вглубь, пока не наткнулась в спальне на Тиса, расположившегося в самой невинной позе с книжицой по истории вселенной в руках. Вид он имел ко всей первозданной чистоте совершенно непричастный, но при этом достаточно тонко намекающий на её источник.

- Ты что, прибрался? - на всякий случай уточнила Рита, ни в какую не желая верить своим глазам. Тис мягко повёл плечом, словно бы показывая, что ничего необычного в этом нет, и радушно добавил:

- Старался оставить всё на своих местах, но если что сдвинул, поправишь, ладно?

Всё ещё не отводя подозрительного взгляда от лучащегося дружелюбием желания, Рита панически заорала куда-то через плечо:

- Ба-а-а-арт!!!

Демон нарисовался едва ли не мгновенно, сгорбившись в подобострастном поклоне, но неизменно одаривая всех присутствующих полной брезгливого пренебрежения улыбкой.

- Ты что с ним сделал?! - злобно зашипела Рита, цепко хватая беса за воротник, и подтаскивая к себе. - Он какой-то ненормальный!

Она негодующе ткнула в желание пальцем, не обратив внимания, что Тис хоть и смолчал, но его благожелательная улыбка стала смотреться несколько более напряжённо. Демон примирительно вскинул ладони, мгновенно входя в образ непричастного к пропаже сметаны кота.

- Ничего не трогал, всё так и было! - затараторил бес, многозначительно поглядывая в сторону медленно раздражающегося желания. - Просто твой дружок всё осознал и решил воздать тебе за благодетели. Пр-р-рально я говорю?

Барт яростно сверкнул глазами на паренька, улыбка которого уже давно перетекла в условно-вежливый оскал. Тис быстро взял себя в руки и согласно закивал, изображая святую невинность. Для большей убедительности он даже рискнул надавить на совесть:

- Что, я теперь без твоей указки даже помочь не имею права? - нарочито холодно осведомился он, неприязненно поглядывая на Риту из-под бровей. Та смутилась, принимая слова за чистую монету и чувствуя себя не в своей тарелке.

И в самом деле, стоило так нагнетать, если Тис теперь делает именно, что, что она от него хотела изначально, и ведёт себя сообразно её представлениям. Вот только от этого призрачного счастье веяло такой нескончаемой фальшью, что Рита, в делах социальных не особенно искушённая, неуловимо чувствовала её, хоть и не могла облечь свои тревоги в слова. Довольно скривившегося демона она отпустила, и даже сделала неуверенный шаг к двери. Догнал её голос Тиса, снова погрузившегося, казалось, в чтение.

- У нас не осталось еды. Демон всё сожрал, - как бы про между прочим сообщил он, не поднимая глаз. Рита замерла в полушаге от проёма и, не оборачиваясь, пробормотала:

- А демон ли?..

Тис фразу всё-таки расслышал, и, когда Рита подняла голову, то успела заметить невольно выскользнувшее из-под маски благонадёжности выражение возмущённого отвращения. Всего лишь на короткий миг черты лица рефлекторно отразили истинное положение вещей, но тут же скрылись за умело выстроенным образом довольного жизнью человека. Рите не составило труда разгадать причину оплошности - пусть Тис мог при желании непревзойдённо владеть собой, вот только в первую очередь он старался быть честным. Таким уж она его создала. И сейчас, похоже, его гнев был настолько силён, что даже перебивал потребность сохранять видимое спокойствие.

Было в этом и кое-что хорошее. Сейчас Рита могла сказать наверняка - отныне она стала к нему чуточку ближе. Раз Тис не считал нужным полностью контролировать свои чувства, раз, может быть по неосторожности, но всё же позволил правде просочиться наружу, значит щадить он её не намерен. И значит, угрозой не считает, бессознательно доверяя свои скрытые эмоции. Не то, что хотелось бы, но уж точно лучше, чем совсем ничего. Рита всегда считала честность и открытость признаком хорошего отношения. Пусть и не всегда добродушного, но уж точно не предательского.

- Не надо себя заставлять, - тихо проговорила она, глядя в пол. - Я прекрасно знаю, о чём ты думаешь... - И уже твёрже добавила. - Я от своих слов не откажусь. Весь этот месяц буду помогать тебе приспособиться в нашем мире, как смогу. А там, поступай, как знаешь.

Так и не подняв глаз, она небрежно шлёпнула пакет с тетрадями на стол, который всё это время крепко сжимала в руке, и осторожно вышла из комнаты. Тис раздражённо перевернул страницу. Строчки упорно не желали складываться в осмысленные слова. Наборы букв, словно издеваясь, перестраивались и выдавали что-то совсем уж несуразное, к теориям возникновения пространства-времени отношение не имеющее.

Листы громко хлопнули, ударившись друг о друга. Тис подавил истовое желание запустить книгу в дальний угол. Но томик астрономии вряд ли был виноват в том, что ему стало так тошно. Он думал, что поступает верно. В конце-концов, это было логично - не доверять тому, кто купил твою жизнь ради забавы. Вот только сейчас логика не особенно работала.

Он-то готовился к долгой партизанской войне, а девчонка всего парой фраз перечеркнула весь его план, да ещё и выставила себя святошей. А может она действительно была такой блажной, ничего не понимающей дурой? Может бес её надул и всучил проклятый контракт? От этих мыслей Тису поплохело окончательно. Вполне могло статься, что они оба были жертвами, по незнанию считающие друг друга своим главным несчастьем. А несчастье на самом деле плавало над ними и разбрасывалось желчными комментариями.

Уверенным жестом взметнув падающую на глаза чёлку, Тис отложил книгу и отправился на кухню. Судя по едва слышному ворчанию, Рита инспектировала обстоятельно подчищенный холодильник. И первозданная чистота его внутренностей неоспоримо огорчала.

- Даже сырое мясо сожрал! - возмущённо обратилась она к Тису, завидев того в кухонном проёме. Сомнений в виновности демона больше не возникало. Да и вероятность того, что желание успело бы наготовить еды из всех имевшихся запасов и сточить в один присест, была ничтожной.

Вместо ответа живот Тиса тоскливо заурчал.

- Вот и я так думаю, - отозвалась Рита и, с ненавистью захлопнув утробно чавкнувшую дверцу. - Между прочим, твоя вина! Надо было следить!

Она возмущённо уставилась на желание, твёрдо вознамерившись свалить всю вину за вынужденную голодовку на него. С демона взятки были гладки, за ним нужен был присмотр и периодическое напоминание о том, кто заказчик, а кто паразит. У Тиса, правда, подобной управы над бесом не было. Но Рита искренне полагала, что ему, по крайней мерее, стоило попытаться. Парнишка ответил ей полным обречённого безразличия взглядом и наконец соизволил приступить к оправданиям.

- Во-первых, он сожрал всё втихую. Во-вторых - это твоя зверюшка, так что следи за ним сама. А в-третьих, он меня чуть не угро... хгрхгх-х-х-х-х!

Барт, подкравшись сзади, одним точным движением схватил его за горло, прерывая поток лишней с его точки зрения информации. Девчонку лишний раз расстраивать было совершенно ни к чему. Она и без того потратилась на своё приобретение весьма неохотно. Чего будет стоить выуживать из неё новые заказы после разговоров о порче предыдущих, ему думать не хотелось. Тем более, что отработать эту рядовую жилу следовало как можно скорее.

- ...Чуть не уговорил сходить в магазин самому, - закончил за возмутителя спокойствия демон и растянул рот в неубедительной извиняющей улыбке. - Каюсь, грешен.

- Лжёшь. Не раскаиваешься, - спокойно констатировала Рита, внимательно следя за тем, чтобы бес ненароком не покалечил её нервно бледневшее сокровище. Демон непринуждённо повёл плечом так, словно в его действиях не было ничего особенного. Скорее, удивляла именно реакция подопечной, до сих пор не привыкшей к особенностям потусторонней психологии.

Окинув задумчивым взглядом образовавшуюся диспозицию, Рита непринуждённо приблизилась и деловито отцепила нервного панка от своего яростно сверкающего глазами питомца. Бес с неохотой отстранился, не забывая подобострастно улыбаться, но вот Тиса пришлось усиленно оттеснять за спину. Тот яростно растирал шею и исподлобья зыркал на демона, намекая, что ещё одной подобной выходки не простит, отомстив любой ценой.

- Сходим вместе, - заявила Рита, отвлекая буйствующую мужскую братию от нагнетания взаимных претензий. - И Барт, прекращай шакалить.

- Трогать твои вещи, ты хотела сказать? - невинно хлопнул глазами демон, в упор смотря на Тиса. Тот демонстративно скривился и отвернулся, вперившись пустым взглядом в окно.

Бес решил трактовать эти действия по-своему и, невзначай подплыв ближе, обратился к нему самым задушевным тоном, предано любящей тётушки:

- Не волнуйся, малыш. За тебя уплочено, - на секунду демон картинно задумался, поглаживая куцую бородку, и затем сладостно протянул. - А вот если б не было...


## 03:00. Проверка.


Желание 1. Прислушаться.


Торопливо двигаясь по оживлённой улице, Рита с грустью подсчитывала убытки. Наглый бес выжрал всё, до чего сумел дотянуться, вынудив её разначить деньги, оставленные родителями на проживание во время их отсутствия. И это при том, что никто ещё никуда не уехал!

"Если такое повторится, пожелаю, чтобы твой рот исчез навсегда!" - пригрозила она демону, который к недовольству подопечной отнесся философски, но с нужной долей понимания. И клятвенно заверил её, что такого больше произойдёт. После чего начал распинаться, что проводил особый эксперимент, для чего потребовалась вся доступная еда, но Рита ему, разумеется, не поверила.

Есть, однако, хотелось дико, поэтому она, велев Тису собираться, скрепя сердце полезла за неприкосновенными деньгами. Но вернувшись в прихожую, застала желание в крайней задумчивости, граничащей с растерянностью.

- Я замёрзну, - заявил Тис, не поворачиваясь, но весьма демонстративно разглядывая на себе единственную рубашку, которую и носил.

- Ох ты ж чёрт! - пробормотала слегка ошарашенная таким поворотом дел Рита, вспоминая крайне важную деталь - парнишка не имел бесчисленного количества собственных вещей, начиная от различных предметов гардероба и заканчивая банальной зубной щёткой.

- Звали? - тут же нарисовался демон, выныривая из гостиной, где смотрел бредовое телешоу, на которое случайно наткнулся, лениво перебирая каналы.

- Нет! - рявкнула Рита, дежурным пинком отправляя беса обратно. Тот с привычной лёгкостью увернулся и, сделав дразнящий кувырок в воздухе, уплыл в свою облюбованную обитель порока. С Тисом же предстояло что-то решать.

Покопавшись в гардеробе, Рита выудила на свет пару своих старых ветровок, которые по-прежнему оставались ей на полтора размера больше. Однако быстрый взгляд на широкую спину Тиса убедил её в том, что затея провальна. Самую растянутую, тёмно-зелёного цвета всё-таки удалось на него натянуть, однако выглядеть при этом парнишка стал, как очень недовольный помятый лягушонок. Посему Рита от идеи решила всё же отказаться и под трескучий аккомпанемент потёртых швов немилосердно содрала поношенный антиквариат обратно.

- Возьми какую-нибудь из отцовских курток, - наконец сказала она, выбрав единственный оставшийся вариант. Вещи родителей Рита трогать не любила, потому как обычно не могла полностью скрыть следы своих вторжений. А щепетильность при этом унаследовала от отца, который мог подолгу перевешивать рубашки с места на место, поддаваясь врождённой финансистской страсти к упорядочиванию имущества. И сейчас, решаясь на этот отчаянный шаг, она понимала, что, скорее всего, потом придётся лихорадочно оправдываться. После чего получить вдогонку обстоятельный нагоняй по тематике неприкосновенности личного пространства.

Зарывшись в мужскую секцию шкафа с головой, Тис некоторое время лишь неодобрительно фыркал и молча скрипел вешалками. А затем, недовольно распрямившись, с треском захлопнул дверцы. Недоумённо моргнувшая Рита вопросительно приподняла бровь, требуя объяснений, чем огорчила Тиса ещё сильнее.

- Ничего из этого мне не подходит, - категорически заявил он, вздёргивая подбородок.

- Какой "подходит"?! - изумилась Рита, не веря своим ушам. - Главное, чтоб тепло было!

Тис уставился на неё, как на чокнутую, а затем, пару раз моргнув, внезапно принялся внимательно оглядывать с ног до головы.

- Ну да, я и забыл... - наконец пробормотал он так, словно выносил вердикт, а потом, назидательно воздев палец и подобравшись, принялся авторитетно вещать. - Одежда - важная часть имиджа в обществе. Чтобы вхождение в коллектив происходило наиболее плавно и непринуждённо, следует использовать не только подходящие обстановке вещи, но и грамотно продумать весь образ. Особое внимание следует уделить соответствию фигуре и невербальной расстановке акцентов на особенностях характера владельца, выгодно демонстрирующих его с положительной стороны в сложившейся ситуации. Например...

- Ёлки-метёлки!.. - поражённо выдала Рита и тут же яростно замахала руками. - Так. Понятно. Ты у нас нежный. Однако сейчас самое время надругаться над своим чувством прекрасного и надеть то, что есть!

Обращение "конь манерный" она мужественно опустила, для острастки всего лишь негодующе попыхтев. Тис душераздирающе вздохнул и, сердито заворчав, заново полез в шкаф. Не то, чтобы он не понимал сложившейся ситуации, но злился на распускающего кривые паучьи ручонки демона и его недалёкую хозяйку, поэтому искал любой повод выплеснуть раздражение.

Вещи ему объективно не подходили хотя бы потому, что были на полтора размера больше. Не говоря уже о том, что перекочевали, наверное, из прошлого века. Хотя одна кожаная куртка ему всё-таки приглянулась. Во всяком случае в ней он смотрелся несколько приличней, чем в остальном хламе.

Раздражённо притопывавшая ногой Рита то и дело поглядывала на часы, пока её избалованное желание примеривало на себя одёжки и разбрасывалось короткими чванливыми комментариями. Она совершенно не понимала, как нечто подобное для кого-то может быть важно. Какая, в конце-концов, разница, как выглядит человек, если важнее всего то, кто он сам?! Но Тис, коль скоро имел абсолютно альтернативное восприятие, считал несколько иначе, и продолжал бурчать, костеря неприличные вкусы обитателей здешнего жилища. Тем самым доводя Риту до состояния лёгкого озверения, и невольно заставлял раскаиваться в подходе к воплощению всяких свободомыслящих товарищей.

- Я выгляжу убого! - заунывно протянул Тис, передёргивая острыми углами выступающих подплечников кожанки.

- Тебе на себя в зеркало не смотреть, - зарычала Рита, готовясь впечатать ему прицельный подзатыльник для понижения градуса нарциссизма. Однако это требовало определённой концентрации и выверенного прыжка, поскольку Тис не только недовольно вертелся, пытаясь рассмотреть себя со спины, но и периодически вставал на цыпочки, имитируя собственную презентабельность за счёт увеличения роста.

- По ходу, он слегка того... Неординарный получился! - сочувствующе крикнул из гостиной бес, лениво переключая канал на показ мод.

От такого непринуждённого откровения Рита едва не осела на пол. Ей в друг пришло в голову, что ориентацию-то она действительно не обговаривала, и демон мог учудить всё, что заблагорассудится. Хоть влечение к собственному отражению. Конечно, ей-то от этого было ни горячо, ни холодно, но времени отвлекающийся на себя родимого Тис занимал, как выяснилось, немало.

- Ну что ж поделать, если я не хочу походить на мешок тряпья или облезлую выдру? - непринуждённо отозвался блюститель канонов, резким движением поправляя криво сидящую куртку. Но, несмотря на общее равнодушие, в голосе явственно проскальзывали металлические нотки, предостерегающие присутствующих от последующих комментариев.

- Достали оба! - сквозь зубы процедила Рита и, не выдержав, дёрнула за воротник внимательно разглядывающего своё отражение в отполированной зеркальной поверхности Тиса, потащив его к двери. - Идём, принцесса! Плебеи рукоплещут в ожидании твоего явления.

Недовольно зыркнув на мучительницу, Тис покорно зашнуровался и принялся показательно нависать, намекая на верную мужскую расторопность в сравнении с женским копушеством. Рита, однако, на провокацию не поддалась, сделав вид, что не замечает его пылающих непогрешимым возмущением взглядов. Поправив капюшон ветровки, она высоко подбросила в воздух связку ключей и легко поймала её уже за нужный. Было видно, что Тис трюк оценил, но виду усиленно не подавал, резко заинтересовавшись крапчатыми узорами дверной коробки.

Демона Рита не звала принципиально, прекрасно зная, что он увяжется сам, если заблагорассудится. А если нет, то и не стоит спугивать пыльным веником этикета своё шаткое сиюминутное счастье. Барт должного энтузиазма, к вящей радости, не проявил, вяло сделав ручкой с дивана, будто выпроваживая незваных гостей, и потянулся напоследок, громко хрустнув костями. Ему-то спешить было некуда. В отличие от переругивающихся с голодухи людишек, он сонно растекался по мягким подушкам и выглядел вполне умиротворённым.

Выйдя из подъезда, Тис на мгновение застыл, из-за чего Рита, размашисто шагавшая позади, налетела на него, не успев вовремя среагировать. Тот даже не обернулся, и более того - смолчал, обводя напряжённым взглядом просторный, почти пустующий в разгар рабочего дня двор.

- В чём дело? - недовольно проворчала Рита, незаметно потирая ушибленное плечо. Тис не отвечал, продолжая крутить головой и внимательно прислушиваться. Он старался дышать полной грудью и оборачивался всякий раз, как обнаруживал новый для себя запах. Глаза внимательно шарили по вылизанным коробкам многоэтажек, потёртым мостовым, отмечая каждую деталь и временами спотыкаясь о низкие заборы газонов и неуверенные тонкие деревца.

Постепенно Рита начала догадываться, в чём дело. Ещё ни разу, с момента своего появления, Тис по-настоящему не был на улице. Не мудрено, что его всё смущало и настораживало - шума и выхлопов в квартире было на порядок меньше. И несмотря на то, что он имел представления о том, как выглядит реальный мир, по сути, всё это являлось лишь теорией и отголосками эмпирических знаний.

Наконец, недовольно стиснув кулаки и поморщившись от застарелого запаха краски, Тис решительно шагнул из-под козырька и с интересом прислушался к ощущениям, передающимся ногам от мелких зёрен асфальта. Понимающе улыбнувшись, Рита неуловимо покачала головой, рассматривая это великовозрастное дитё, и задиристо поинтересовалась:

- Что, не знаешь, куда идти?

- Шестьсот метров налево, - с безразличной неукоснительностью воспроизвёл слова демона Тис, немало удивив хозяйку своей осведомлённостью. Но в направлении он всё же ошибался. Топать им предстояло вовсе не до крохотного магазинчика за углом. С такой прожорливостью Барта справился бы лишь крупный торговый центр.

И вот теперь они, благодаря Рите, ловко лавировали в дневной городской суете, продираясь сквозь ревностные клещи светофоров и толпы офисных работников, спешащих на законный обеденный перерыв. Растерянный Тис всё время норовил отстать, затерявшись среди сосредоточенно прокладывающих себе путь людских макушек, поэтому его пришлось оперативно брать на буксир.

- Давай руку, - спокойно потребовала Рита.

Тис, не задумываясь, подчинился, не очень понимая, зачем это нужно. Девчонка тут же в неё вцепилась и непреклонным бульдозером врезалась в толпу, тянущуюся вдоль узкой улочки, волоча едва поспевающее желание за собой. Рискуя с непривычки вывихнуть шею, Тис, как вечно гоняющийся за впечатлениями турист, второпях осматривал мелькающие здания, лихорадочно запоминая дорогу и пытаясь приноровиться к ритму бушующего города.

На широком переходе перекрёстка его едва не снесло человеческим потоком, лихорадочно движущимся во все стороны сразу. Рита только снисходительно ухмыльнулась, глянув через плечо, и, не обращая никакого внимания на трудности самонадеянного зеваки, рванула его всторону. Выдернув из этого броуновского течения Тиса, словившего в результате манёвра несколько недовольных возгласов потоптанных прохожих, она прибавила шаг.

Чтобы опередить другой людской поток и первыми оказаться у проулка, через который можно было срезать добрых семь минут пути, потребовалось проявить чудеса изворотливости и убедительности. Тис уже начинал ворчать, явно воображая себя болонкой на коротком поводке, но перечить пока не смел - аргументы в непререкаемой правильности действий его провожатой буквально пытались оттоптать ему пятки.

- Ненавижу толпу... - пробормотал Тис, едва поспевая за девчонкой, но та каким-то образом расслышала и задорно крикнула в ответ:

- А по-моему здорово! Это же словно море - нужно видеть подводные камни, чувствовать течение, знать, когда лучше всего свернуть, чтобы не унесло прочь от цели...

- Очень поэтично, - буркнул Тис, воду, как таковую, недолюбливающий. Особенно ту, которая стекает с неба за шиворот или пытается беспощадно потопить своими высокими волнами. Остановившись задумчивым взглядом на высоком, радостно подпрыгивающем в такт бегу хвосте волос впереди, он отрешённо подумал, что Рите-то как раз море, наверное, нравится.

Странной была она, эта Рита - следуя логике, могла сделать его полностью похожим на себя, а вместо этого заказала противоположность. И теперь выходило, что сбивать углы приходилось по ходу дела. Тис с гордостью подумал, что сам бы ни за что так не сглупил. Но тут же осёкся, заметив, как потихоньку начинает ставить себя на место своей случайной хозяйки, воображая, будто сам обыкновенный человек.

Чтобы отвлечься от унизительной правды, он снова взялся оглядываться. Вот только рассматривать стало резко нечего - декоративная кирпичная кладка, обрамлявшая дворовые тротуары, особых поводов восхищаться собой не давала, а дворы мелькали как на подбор типичные. Сиганув через непросыхающую лужу, Рита даже не разжала руки, и Тис, о необходимости подвига не предупреждённый, едва не черпанул полные кроссовки хорошо застоявшегося дождя с намечающимися головастиками.

Он принялся было возмущаться, но понял, что выглядит на фоне легко взявшей преграду девчонки нелепо. Поэтому, отбросив попытки воззвать к совести, просто дёрнул её за руку и прибавил ходу. Оказавшаяся позади Рита с таким положением дел не смирилась и, размахнувшись, радостно впечатала ладонь желанию в зад. Тис подскочил от неожиданности и едва не споткнулся, потеряв несколько драгоценных секунд.

- Провис! - дерзко крикнула Рита, с лёгкостью идя на обгон и, вырвав ладонь из цепкого захвата, припустила по аллее.

- Ах ты нечисть! - возмутился Тис и бросился следом, с лёгкостью реагируя на этот демонстративный вызов.

Соперница, однако, была не промах, да и знала территорию на порядок лучше. Легко петляя меж кустов и перепрыгивая через изгороди, она находила время кривляться и поддразнивать своего незадачливого преследователя, чем методично разжигала в нём охотничий азарт. Тис постоянно наращивал темп, но всякий раз, как знакомый коричневый вихор мелькал в пределах досягаемости, Рита делала крутой поворот. По инерции проскакивая мимо, только и оставалось, что бранить прыткую бестию, и снова пытаться догнать.

После очередного такого выверта Тис поймал себя на мысли, что, по сути, мог бы сбежать прямо сейчас. Однако, откликнувшись на эту неожиданную идею, живот тут же панически заурчал, предостерегая своего хозяина от необдуманных решений. Выцепив из проносящейся мимо зелени улепётывающую цель, Тис лишь раздражённо хмыкнул и тут же невольно улыбнулся, обнаружив, где по пути может выгадать несколько метров.

Настороженно обернувшись, Рита удостоверилась, что парень не отстаёт. Бежавшая в твёрдом привычном ритме, она рисковала потерять его из виду уже на третьем вираже. Тис ещё ни разу не бегал, тем более не бегал по городу. Поэтому с лёгкостью мог затеряться или вовсе улизнуть, почуяв желанную свободу. Принимать это в рассчёт было столь же необходимым действием, сколь и противным.

Не позволяя себе расслабиться, Рита краем глаза постоянно наблюдала за объектом, надеясь, что интуиция не подвела, и желание никуда не сбежит. На ходу анализируя степень аморальности своего поступка, она обнаружила, что не так боится потерять приобретение, как волнуется за самого Тиса, рисковавшего по горячности индивидуализма оказаться на улице.

Кроме того, дурачиться было на удивление приятно. Раньше она не позволяла себе такого вольного поведения, считая, что смысла в этом особого нет, да и некогда было отвлекаться на чепуху. Сейчас же, коль скоро притянутый за уши смысл нарисовался, она постаралась себя убедить, что действует исключительно во благо Тиса. Вот только собственных ощущений это никак не отменяло. Рите нравилось это совместное развлечение настолько, что она начала всерьёз опасаться насчёт образования зависимости. Как же сложно от этого будет потом отказываться! Уж лучше заранее не привыкать ни к чему подобному.

Обогнув лениво шевелящий раскидистыми лапами куст медленно зацветающей сирени, Рита снова обернулась, но Тиса, мчащегося следом, не разглядела. Невольно начав снижать темп, она принялась панически озираться, надеясь, что самое страшное из роя жужжащих в голове предположений не подтвердиться. Всё же иногда она ненавидела свой интеллект именно за то, что тот любил обрабатывать все возможные варианты события, при этом в первую очередь упорно выдавая к рассмотрению не самые оптимистичные.

И тут причудливо кованый забор детского сада, вздымавшийся по правую руку, кряжисто качнулся.

- Ха! - раздался сверху победный возглас, и прямо перед Ритой на старательно укатанный тротуар обрушился лохматый, но донельзя довольный собой Тис. Преодолев полосу препятствий в виде охраняемых бдительными автоматическими повивальниками газонов, разросшихся заскорузлых плетей дикого винограда и пару заборных пролётов, он ощущал себя если не героем, то уж наверняка запасником элитного спецотряда.

Испуганно отпрянув, Рита уставилась на него во все глаза, не понимая, как тот ухитрился дважды вскарабкаться на высоченную ограду, и при этом ни разу ни за что не зацепиться. Даже от кустов в волосах приветов не осталось. Ей такой подвиг был не под силу, что неоднократно в своё время проверялось. Рита разрывалась между гордостью за своё приобретение и неуёмной завистью к его физической форме, твёрдо пообещав себе работать в этом направлении усердней и когда-нибудь его превзойти.

Уже тянувшийся к ней перемазанной растопыренной пятернёй Тис, видимо, рассчитывавший обездвижить объект до того, как он даст очередного стрекача, схлопотал нравоучительный шлепок по ладони. Громко крикнув: "Руки не распускать!" - девчонка легко увернулась от захвата, но вместо того, чтобы удрать, подскочила ближе и быстро щёлкнула Тиса по носу. Сопроводив действие крайне довольным: "Хоп!".

Недоумённо тряхнув головой, Тис сморщился и дёрнул носом, пытаясь унять беззаботное чувство щекотки.

- Саечка за испуг! - провозгласила Рита и, скрестив руки на груди, принялась беспечно покачиваться с пытки на носок, всем своим видом выражая высшую степень удовольствия от собственной находчивости.

Воистину, Тис в данный момент её не понимал, и уже хотел было начать допрос с пристрастием, однако девчонка неожиданно перестала раскачиваться, корча из себя шустрилу, и вновь стала монументально серьёзной. От такой радикальной смены настроения в воздухе повеяло ощутимым холодком, что заставило невольно передёрнуть плечами.

- У меня лицо болит, - внезапно сообщила Рита, сосредоточенно ощупывая собственные скулы.

На мгновение она в замешательстве сдавила пальцами щёки и моментально превратилась в недовольную болотом мультяшную жабу с выпяченными бантом рта на зеленеющей под сенью листвы лупоглазой физиономии. Тис не выдержал и рассмеялся - слишком уж правдоподобным было сходство. Он потянулся к губам девчонки и двумя пальцами бесцеремонно развёл их углы в стороны, чтоб дополнить впечатление.

- Это, кажется, называется "улыбка". Давно не использовала?

Подтвердив предположение уверенным кивком, Рита брезгливо отстранилась и с неприязнью глянула на замызганные тисовские пальцы. Тот лишь приподнял бровь в скупом жесте непонимания, но вдруг замер и начал настороженно прислушиваться.

Словно одеревенев, он медленно водил головой из стороны в сторону, и с тревогой смотрел куда-то ввысь. Его беспокойство передалось Рите, которая тоже принялась украдкой оглядываться, стараясь не афишировать смятения и крайне тщательно следя за пространством позади желания.

- В чём дело? - пробормотала она, на всякий случай подойдя почти вплотную и невзначай контролируя угол обзора, недоступный парню. Перманентную нервозность она в него не закладывала, зато вполне ясно обрисовала бесу важность быстрых реакций и внимательности к деталям. Посему, если Тис счёл что-либо угрозой, она была склонна верить в присутствие опасности, не задавая лишних вопросов.

- За нами следят... - едва слышно пробормотал тот, и Рита заметно расслабилась. Естественно, за ними следили. Беса ещё никто не отменял.

- Это, скорее всего, Барт, - успокаивающе произнесла она, отстраняясь. - То исчезает, то появляется, но всегда держит меня под присмотром. Работа у него такая.

Последние слова девчонка выплюнула сквозь зубы с явной горечью, но Тиса это не убедило. Нет, ту тень, мелькнувшую в вышине, спутать с их знакомым демоном было очень сложно. Словно облако плотного дыма рыскало по крышам, метаясь от укрытия к укрытию. Тис краем глаза сумел заметить лишь клок сизой пелены в смазанном движении, однако этого хватило, чтобы все его чувства разом обострились. Ему не нравился этот тщательно маскирующийся, практически незримый спутник.

Конечно, всегда была вероятность, что поджидал он вовсе не их, но рисковать всё равно не следовало. Нужно было увести девчонку отсюда как можно скорее. Тис хорошо запомнил слова демона. Теперь волей-неволей ему придётся защищать эту увечную, если он хочет дожить до счастливого мига собственной свободы.

- Идём, - натянуто улыбнувшись, потребовал он, всё ещё не отрывая глаз от безлюдной улицы. И уже сам схватил Риту за руку, решительно потащив прочь.

Не сопротивляясь, та спешила следом, попутно оглядываясь и раздумывая о том, каким образом Тис собирается оказаться на проспекте, если не знает, куда идти. Однако парень, не прекращая незаметно зыркать по сторонам, довольно бодро свернул за угол и, уверенно прошмыгнув под аркой в конце проулка, вывел их на одну из главных улиц.

- Как?! - не поверила своим глазам Рита и встала столбом, заставив Тиса, не сбавлявшего темпа, невольно дёрнуться. Плечо едва слышно хрустнуло, а сам удачливый навигатор нетерпеливо скривился, изо всех сил пытаясь смириться с неизбежным злом в лице повышенной любознательности собственной создательницы.

- Слышал шум, - буркнул он, послушно замирая и буравя хмурым взглядом спасительный человеческий поток, в который они столь топорно влились. Нужно было двигаться, чтобы усложнить задачу дыму, если он решится их преследовать. Погони Тис не заметил, но рисковать всё равно не следовало.

- Ты не мог, - резко возразила Рита и нахохлилась. Она не любила лжи даже в мелочах, и уж тем более не любила, когда ей отмахивались вместо того, чтобы быстро и обстоятельно изложить всё по-честному.

Двор был достаточно тихий. С некоторых пор это стало обязательным условием строительства жилых кварталов центра, в противном случае выделенные под них квадраты земли просто переходили в сферу муниципальной собственности. Когда же подрядчики спохватились, и научились работать согласно новому заданному стандарту, сведя к минимуму привычку халтурить, мест под жилые комплексы внутри старого города осталось не так уж много.

Район, в котором они сейчас находились, вырос на месте старой свалки в глубоком овраге, которую Рита помнила ещё ребёнком. И уж она-то хорошо знала, как воевали за эту землю и сколько потом стоили тут квартиры. Но ещё твёрже она усвоила другое - кварталы, построенные по всем правилам, поглощали раздражающие звуки внешних проспектов и рассеивали потоки ветра, не позволяя им гудеть даже во время ураганов. Тис не мог ничего слышать, он мог только знать.

- Моя память... - поражённо пробормотала Рита, смотря на него во все глаза. - У тебя моя память! То есть знания. То есть...

Она замолчала, запутавшись в определениях, но Тис идею уловил и даже прекратил возмущаться её заторможенностью, нетерпеливо обернувшись и пожав плечами.

- Хватит истерить по пустякам. Может быть, я просто хорошо ориентируюсь на местности. Но об этом, кажется, нужно спрашивать уже у тебя.

Некоторое время Рита всё ещё подозрительно щурилась, но вскоре поняла, что толку от гляделок немного, и они только лишний раз нервируют постепенно расслабляющегося Тиса. Тот осматривался уже, скорее, с интересом, нежели настороженностью, и явно не знал, куда им следует двигаться дальше. Что ж, пожалуй, порыв энтузиазма действительно можно было списать на выдающиеся навигационные таланты, приправленные удачей. Но идею с источником наполнения его головы ценными сведениями Рита на всякий случай не отмела, решив, при случае, подробнее расспросить демона.

Ловко выкрутив собственные пальцы из крепко сжатой тисовской руки, она кивнула, благодаря за минимальную заботу, и решительно двинулась вперёд, привычно держась на тротуаре ближе к стенам домов. Тис на всякий случай внимательно осмотрел верхатуры нависающих над проспектом зданий, но посторонних теней так и не заметил. Возможно, для них было слишком шумно, или людно, или непомерно светло.

Солнечные лучи отражались в стеклянных монолитах высоток, широких витринах магазинов и шуршащих полированным глянцем неторопливо ползущих полос автотранспорта. Пристроившись в хвост деловито снующей по краю основного людского потока девчонки, Тис ловил заинтересованные взгляды прохожих и чувствовал себя не в своей тарелке. Его внешний вид разительно отличался от окружающих, что не могло не привлекать внимания. Навстречу им спешили ухоженные, буквально вылизанные служащие многочисленных деловых центров, создавая мелкие пробки и лёгкий хаос.

Народу было много, с точки зрения Тиса даже слишком. У большинства на запястьях он замечал крупные сверкающие браслеты, в которых иногда угадывались стилизованные под ту или иную модную тенденцию часы. Вот только никто из прохожих, за всё то время, пока они с Ритой пробирались к намеченной цели, на свою руку ни разу не взглянул. Может это были вовсе не часы, а показатели статуса, или принадлежности какой-то компании - спрашивать у провожатой Тис не посчитал нужным, а сам гадать не стал.

Среди этого засилья дорогих суконные плащей и подчёркнуто-благопристойных укладок, встрёпанный после бега, в небрежно расстёгнутой кожанке, он смотрелся эдаким задиристым дворовым воробьём, по недоразумению свалившимся с забора захолустной свалки. Поймав своё отражение в стёклах высокого офисного центра, мимо которого они скользили, Тис лишь горестно усмехнулся и дёрнул плечами, запоздало вспомнив, как его убеждали подстричься. Возможно, в этом действительно был резон.

Вход в торговый центр знаменовала широкая лестница, по которой пришлось подниматься довольно долго. Не столько из-за ступенек, сколько из-за вездесущей толпы. Казалось, что они находятся в центре громадного муравейника, кишмя кишащего торопливыми прохожими и куда более редкими автомобилями.

На вопрос о такой странном соотношении числа людей и техники Рита отозвалась, что у них введено ограничение на пользование автотранспортом. Вместо расширения дорог был принят закон о почасовом использовании, не относящийся лишь к городскому транспорту и профессиональным перевозкам. Каждому владельцу отводилось до получаса в день, по истечении которых машина просто отключалась, а за попытки дальнейшего проезда налагались драконовские штрафы. Что мигом сократило количество автомобилей на улицах, улучшило экологическую ситуацию и существенно пополнило городской бюджет. Отныне водители предпочитали накапливать свои будничные часы для поездок за город по выходным, поэтому волей-неволей приходилось перемещаться пешком.

Пройдя внутрь высокого сверкающего здания, Тис был повторно ослеплён и оглушён. Яркие вывески и громкие рекламные объявления действовали угнетающе. Несмотря на то, что ничего необычного в витринах он не находил, всё же сначала рассматривал их очень внимательно, впервые приобщаясь к культуре потребления вживую, а не по собственным туманным знаниям о ней.

Рита быстро свернула куда-то всторону, и Тис потерял её из виду, засмотревшись на большой фонтан в центре зала, бьющий разноцветными струями на два этажа вверх. Решив, что в этой ситуации лучше будет оставаться на месте, он неторопливо опустился на мраморный борт и заглянул внутрь. На дне фонтана сверкали мелкие монетки какие-то непонятные кристаллы, напоминавшие крупные неровные бусины.

- Нравится? - послышался за шумом воды тонкий детский голосок. Тис резко вскинул голову и увидел чуть поодаль маленькую девочку, внимательно наблюдавшую за ним большими тёмными глазами.

- Ты можешь упасть, - сообщила девочка так ответственно, словно предупреждала о том, что не следует совать голову в дверцу крематория. На лице не промелькнуло ни тени улыбки, поэтому Тису пришлось отвечать с тем же предельно вежливым выражением, не допуская и намёка на нелепость ситуации.

- Благодарю вас, юная леди, - почтительно склонил он голову, внимательно глядя на странного ребёнка. - Я буду аккуратен.

Выглядела девочка довольно нетипично для своего возраста. Тёмное фиолетовое платье топорщилось поверх набивного подъюбника, делая её похожей на старую плесневую тыкву. Бледные светлые волосы спадали едва ли не до колен, путаясь в бархате чёрной кофты с ажурными манжетами. Она напоминала болезненную дочь какого-нибудь средневекового графа, с той лишь разницей, что имела на руке крупный серебряный браслет, такой же, как и у многих взрослых. Неожиданно, девочка раздвинула губы в явственно злобной ухмылке и карамельным тоном пропела:

- Береги се-бя-я. Береги. Беги-береги...

Напевая, она запрыгала прочь, и в конце коридора схватила за руку высокого мужчину в плотном чёрном плаще, терпеливо ожидающего свою непоседливую подопечную. На мгновение прижавшись к нему всем телом, она тут же ткнула пальцем в сторону какого-то павильона и потянула его туда, так больше ни разу и не обернувшись на Тиса.

- У вас все дети такие странные? - осведомился Тис у Риты, когда та, нервно шаря глазами по людским лицам, появилась в поле зрения.

- Ты где был?! Я тебя обыскалась! - вместо ответа возмущённо зашипела та, подлетая к желанию и отвешивая увесистую затрещину. Попытка пошла прахом, с учётом того, что Тис умудрился вовремя уклониться и даже перехватить её руку, оставив гневно пыхтеть на безопасном для себя расстоянии. Девчонка внезапно замерла и посмотрела на него стеклянными глазами, запоздало сообразив. - Ты говорил с ребёнком?!

- Ну да, а что такого? - криминала в своих действиях Тис не усматривал, но на всякий случай напрягся. Рита быстро осмотрелась, проверяя, не интересуется ли ими местная охрана, а затем крепко ухватив опрометчивое желание за запястье, потащила прочь.

- С детьми разговаривать нельзя, запомни. Особенно тебе, - огибая праздно шатающийся народ, быстро пояснила она, стараясь очутиться на продуктовом этаже как можно скорее. Не хватало ещё, чтобы какой-нибудь истеричный родитель заявил о приставаниях к своему малолетнему чаду. После облав на соответствующий контингент дошло до того, что провокацией мог считаться любой косой взгляд.

- Так в чём проблема-то? - напомнил Тис, так и не дождавшись пояснения.

- Какого пола был ребёнок и как выглядел? - вместо ответа резко спросила Рита, насторожено шныряя глазами по сторонам. Тис подробно описал, не умолчав о странностях в поведении малышки.

- Плохо... - пробормотала Рита и ускорила шаг. - Плохо, плохо, плохо! - твердила она, сбегая по пологому эскалатору. Тис едва поспевал следом, несмотря на разницу в габаритах. Бегать по движущимся полосам металла ему ещё ни разу не доводилась, и он бы даже сумел насладиться новыми впечатлениями, если бы не слова, которые бросала на бегу девчонка. - Малышка явно не из последних. Сейчас в верхах такая мода - рядить их, как старых кукол. А мужик, наверное, камердинер. Или охранник... Что она вообще тут забыла?! Малолетняя провокаторша! Знает ведь, что ребёнка не тронут. Да ещё и с часами. Чёрт!

- А эти часы какие-то особенные? - нашёл повод удовлетворить собственное любопытство и при этом не выглядеть остолопом Тис.

Мнительно обернувшись, Рита бросила на него настороженный взгляд. Видимо, у паренька имелись некоторые пробелы в критически важных областях знаний об их социальном устройстве, хотя она чётко просила беса дать ему всю базовую информацию. С другой стороны, полностью её перечислить всё же не вышло, поэтому Барт, похоже, укомплектовал этот аспект лишь самыми основными моделями поведения. И нюансы реалий теперь придётся разъяснять самой.

В целом, своя логика тут имелась - так им будет гораздо проще завязывать непринужденнее беседы, а сама Рита, по крайней мере, будет ещё некоторое время абсолютно уверена, что Тис в ней нуждается. Идеи выставлять предъявления бесу не проснулось, однако знания парнишки всё же следовало проинспектировать. Хотя бы чтоб со временем получилось развить в нём какую-никакую самостоятельность, без опасений за жизнь и свободу.

- Это именные метки Династий, - угрюмо пояснила Рита, направляясь к стройным рядам тележек и отработанным движением вытаскивая сразу две. Одну она передала заинтересованно притихшему Тису, а другую втолкнула в огромный продуктовый магазин подвального этажа сквозь автоматические поручни сама. - Их разрешается носить по достижении определённого положения в корпорации, на которую работаешь. Что-то вроде клановой принадлежности. Выдаётся за особые заслуги самым ценным сотрудникам. У моего отца такие есть. Подобное украшение своего рода показатель статуса. И, в принципе, гарант безбедной старости. Эдакая медаль и одновременно пропуск в определённые слои, - Рита тяжко вздохнула, останавливаясь возле овощного отдела, - Вот только при попытке обмануть даровавшую эту благодать Династию, часов могут лишить. А лишенцев на нормальную работу уже никогда не возьмут. Считай, - присяга на верность своему работодателю. Со множеством привилегий, но без права отказа.

В принципе, звучало логично, однако Тис с ходу усмотрел в полученной информации одну мелкую длинноволосую нестыковку, на которую сразу же не преминул указать:

- Но как ребёнок-то мог заслужить такой подарок? - спросил он, ловко поймав кинутый ему Ритой качан капусты.

- Запросто, - не тушуясь, отозвалась девчонка и ссыпала в его тележку несколько пакетов с корнеплодами. - Династии основывают владельцы корпораций, стабильно приносящих прибыль не одно десятилетие. Обычно, предприятия эти до мозга костей семейные, если речь идёт не о совете правления.

- Хочешь сказать, что та малышка - дочка какого-нибудь влиятельного магната? - недоверчиво прищурился Тис, перекладывая содержимое тележки в более компактном порядке.

- Наследники таких конгломератов, обычно, лишаются права выбора, - повела плечом Рита, не находя в этом ничего необычного. - Им с детства вешают браслеты, демонстрируя, что у компании есть перспективы, преемственность сохранена, а новое поколение воспитывается в соответствии со своими будущими полномочиями. По-моему, несчастные дети. Хотя, вроде как, большая их часть своим положением вполне довольна. Там же с пелёнок прививают и образ мыслей, и стиль общения.

- И что, такие вот золотые куколки свободно разгуливают у вас по городу? - поразился Тис, быстро просчитавший, что наиболее злостные конкуренты наверняка попытаются такую демонстративную семейную стабильность подорвать. Как-то странно покосившись, Рита вроде бы неловко стиснула в руках сетку с луком и, помявшись, осторожно передала ему.

- Мелким быть безопаснее всего... - пробормотала она, отворачиваясь. - А уж ребёнком Династии и подавно. Если ты не заметил, большие шишки у нас не брезгуют сливаться с толпой. Это, вроде как, считается показателем высшей возможной добродетели руководителя - скромностью и умеренностью. Не пренебрегают они, типа, быть, как все...

На этих словах Рита внезапно скривилась и замолкла. Проследив за ней взглядом, Тис решил, что, несмотря на общую благозвучность этой околокастовой системы, на деле всё не так радужно.

- ...Вот только разговаривать с ними нельзя, - тихо закончил он в такт своим мыслям и поднял глаза на замершую Риту.

Та неожиданно рассмеялась и хлопнула его по плечу, заговорчески прошептав: "Не. Это просто незавидная участь мужиков - иметь подозрительный пол для общения с маленькими девочками". А затем, лукаво подмигнув, отправилась к отделу консервированной продукции.

Красноречиво хмыкнув, Тис неспешно двинулся следом, прикидывая в уме, каким образом мог провиниться простой формальной беседой с ребёнком. Может быть, тут было не принято обращаться с ними, как с равными? Или наоборот - боготворить и превозносить до небес. Ничего подобного, покопавшись в закромах своей памяти, он обнаружить не смог.

Зато раскопал старую привычку игнорировать дурацкие запреты и их малахольных авторов. Даже от чего-то показалось, что это поведение в прошлом доставляло много хлопот, но точнее он сказать не мог. Даже не знал наверняка, правда ли всё это, или просто каверзные шалости взбудораженной странными событиями фантазии.

- Резвитесь, дети мои? - послышался сверху гнусно лебезящий голос. Тис даже не стал поднимать головы - он и без того понял, кто явился по их души. Развалившийся поверх полок демон ностальгически присвистнул и, вытянувшись на пузе, подпёр голову ладонью. Глухое раздражение паренька показалось ему весьма уместным, если не сказать добродушно-приветственным.

- Не нужно оваций! - торжественно возвестил Барт, воспроизводя величественный жест ладонью в духе самых почитаемых цезарей. - Я вижу ваше ликование в лицах, в помыслах, поступках... Внемлите ж мне, о рабы своих низменных страстей! Падите ниц, и быть может...

- Заткнись бога ради, - процедил сквозь зубы Тис, решительно перемещаясь между стеллажами вслед за ускользнувшей из его поля зрения Ритой.

Бес, на удивление, совету внял и смолк, однако тут же резво дотянулся до ближайшего ряда жестяных банок с зелёным горошком и обиженно запустил верхнюю желанию в голову. Подспудно ожидавший подлянки, Тис вскинул руку и с лёгкостью поймал прицельно метнутый снаряд, чем демона не столько расстроил, сколько порадовал. Молниеносно вскочив, Барт принялся швыряться банками напропалую, в надежде поразить цель количеством, в ущерб качеству. Но паренёк был начеку и резво нырнул за угол, предоставляя потустороннему засланцу развлекать себя самостоятельно.

- Да ты как посмел?! - совершенно искренне возмутился Барт и перескочил на соседний ряд, чтобы снова получить выгодный угол обзора. Правда на нём бросаться было уже особо нечем - пара пакетов макарон, с готовностью полетевшая вниз, цели своей достигла с переменным успехом. Тис поймал обе пачки и, благодарно козырнув бесу, небрежно отправил их в тележку.

Барт взвыл. Лампы на потолке панически заискрили и, потрещав для острастки, бессильно потухли. Сам демон опрометью ринулся к обидчику, но, не рассчитав траектории, эффектно вписался ирокезом в пакеты с мукой и стал похож на умело припудренный кулич. Разбрасывая из-за угла злорадные смешки, Тис счёл за лучшее ретироваться, пока не набежала охрана и не приписала ему весь учинённый погром. Хотя, по идее, камеры должны были чётко зафиксировать его непричастность.

- Хамло, - констатировал бес, азартно отплёвываясь. Взгреть нечестивца ему хотелось пуще прежнего, правда такие меры уже были чреваты порчей заказа, кою Рита бы, разумеется, не одобрила.

- Нечего было по чердакам за нами скакать, - расслышал он через ряд нравоучительный тон и, мгновенно заинтересовавшись, тут же взмыл под потолок, перелетев ближе и с лёгкостью увернувшись от многочисленных рук оперативно созванных на место аварии сотрудников.

Ожидая появления демона, Тис недобро разглядывал стройные ряды приправ и прислушивался. Ему хотелось расспросить беса в отсутствие Риты - беспокоить её лишний раз он не хотел. Пусть лучше считает, что ему всё померещилось, чем потом станет путаться под ногами, пытаясь сберечь. Прояснить же, что тогда за ними следовало, было жизненно необходимо, ведь в итоге бороться с этой паранормальной дрянью придётся именно ему.

- Какие ещё чердаки?! - свесился с потолка бес, чем полностью оправдал рассчёт на неуёмное любопытство.

Подавив торжествующий оскал, Тис вполголоса принялся красочно описывать свои наблюдения, пытаясь заинтриговать демона, как можно сильнее. Только в этом случае был хоть какой-то шанс, что тот не только сам выдаст нужную информацию, но и не солжёт. Барт действительно нетерпеливо ёрзал и капал кислотной слюной на пол, вслушиваясь в рассказ. Разве только не вилял хвостом от удовольствия. Всякого рода таинства и потенциальные опасности его непреодолимо манили.

Правда, спустя некоторое время, Тис заметил, что вихор беса разочаровано поник, а сам он явно расслабился и приготовился строить из себя снисходительного всезнайку. Поэтому быстро закруглился и изобразил сильнейшую степень неразрешимого его смертным умишком беспокойства. Выбить нужные сведения из демона можно было если не грубой лестью, то уж молчаливым возвеличиванием наверняка.

- Бесплотные, - коротко резюмировал Барт, усаживаясь на паллет с кетчупом и укоризненно ёрзая. - Ищут клиентов. Недоумки и неудачники. Чёрта с два бы ты заметил, если б это был кто-нибудь из высшей лиги. Хотя, - демон вдруг пристально уставился на Тиса, и тому показалось, что его этим расчетливым скальпельным взглядом пытаются аккуратно разрезать пополам, - странно, что ты вообще смог их увидеть. До тех пор, пока не получено тело, мы незримы. Да и после только тем, кто... Хм...

Глубоко задумавшись, Барт скользнул вниз и принялся виться вокруг, внимательно прищуриваясь и водя носом по воздуху, словно заправская ищейка. Настороженно следивший всё это время за действиями беса Тис коротко выдохнул, но стерпел и постарался особого внимания не привлекать. Постоянно казалось, что его глухой бубнёж кто-нибудь слышит и имеет возможность наблюдать занимательную картину прогрессирующей шизофрении в виде бесед с воздухом со стороны.

- Нет. Ничего особенного, - резюмировал Барт, выпрямляясь и озаряя проход самодовольной улыбкой. - Видимо, всё потому, что ты творение. И более того - моё творение.

- Ты что, какой-то избранный? - мрачно поинтересовался Тис, накидывая в тележку приправы и соусы. Голодный желудок вызывал в памяти многочисленные способы приготовления различных изысков, и подбирать к ним ингредиенты получалось автоматически. Демон потупился, скромно убирая руки за спину и шаркая ножкой.

- Скажем так, я молодец, - подытожил он, купаясь в меду ложной скромности. - Разрешаю мной гордиться и подносить во славу дары.

"Кулак я тебе свой поднесу!" - подумал Тис, но от комментариев толерантно воздержался. Неизвестно, что могло взбрести в голову этому чудаковатому уродцу. Устроит так очередной сердечный приступ на людях, а потом сделает вид, что стеллаж поверх тела упал исключительно по вине набежавшей толпы доброжелателей. Демон, тем временем, продолжал петь себе дифирамбы, договорившись до того, что при желании мог бы стать главой всей канцелярии, а то и выше.

- И зачем же такая, по истине, фантастическая личность то и дело волочится за нами? - решил всё же не оставаться в долгу Тис, и поумерить спесь зарвавшегося проходимца. При этом он взглянул на Барта настолько скептически, что тот поперхнулся собственной триадой и разглагольствования вынужденно прервал, чтоб принять самый дерзкий и независимый вид.

Смахнув невидимую пылинку с плеча, он перелетел на пустующие верхние полки и величественно уселся, закинув ногу на ногу. Однако тиражируемый доселе уничижительный взгляд сверху вниз вдруг решительно сменился глумливой гримасой. Сделав вид, что ничего не заподозрил, Тис равнодушно покосился на исчадья ада, отмечая, что в таком возбуждённом состоянии его ещё не наблюдал. Было очевидно, что Барту не даёт покоя какая-то глобальная мысль, не позволяющая ему спокойно просидеть на месте даже несколько мгновений.

- Вы мне нря-я-явитесь, - наконец, сморщив нос, протянул бес таким тоном, что стало совершенно очевидно - чувства он испытывает прямо противоположные.

Беззаботно покачнувшись, он совершил замысловатый кульбит и плюхнулся аккурат в тележку с продуктами, свесив наружу тощие палки рук и торжественно продекламировав: "Ямщик, гони к заставе!" После чего с гигиканьем оттолкнулся от ближайшего стеллажа и радостно покатил в другой отдел сам.


Желание 2. Помочь.


Из магазина они выходили в натянутом на каркас взаимной неприязни молчании. Вздумавший развлечься на кассе демон последовательно сломал несколько аппаратов для считывания кодов товара, из-за чего Риту после длительных простоях в двух с половиной очередях отправили на перевес, списав неисправность на кривость бирок. Когда же это не помогло, несчастной кассирше пришлось вбивать всё вручную и с пространной неискренностью извиняться, что бесило ещё сильнее.

Сияющий же лик Тиса, лоснившийся вселенским спокойствием, выводил из себя окончательно. Поэтому Рита рывком всучила ему значительную часть пакетов с продуктами, чего бы в любой другой ситуации не допустила. Она считала, что раз уж стремиться быть равными, так равными во всём. Но в данный момент ей серьёзно не хватало изрядной порции рассудительности.

Уже на выходе их застиг ещё один приятный поворот, в лице чинно мнущихся подле фирменного парфюмерного закутка одногруппниц, коим Рита была безмерно рада.

- Риточка, какими судьбами! - едва завидев спешно проносящийся мимо знакомый вихор, всплеснула наманекюренными ногтями староста, предприняв поистине героическую попытку остановить этот бульдозер на ходу.

Ничего не подозревающий Тис наблюдал, как девчонка, сокрушённо замерев, неторопливо разворачивается и принимает эталонно-обыденный вид. Не сказать, что такое поведение коробило, но с его точки зрения к добродушно настроенным знакомым следовало относиться несколько теплее.

- Дела, - лаконично отозвалась Рита, пожимая плечами и взглядом указывая на два крупных пакета, забитые разной снедью, у себя в руках. Староста смерила её придирчивым взглядом под неодобрительный гомон толкущихся за спиной подпевал и с осуждением поджала губы, завидев ношу. А затем, не особенно расшаркиваясь, сразу переключилась на причину своего восторженного дружелюбия.

- У тебя есть брат? - смерила она откровенно плотоядным взглядом Тиса и с хищной улыбкой вновь неохотно уставилась на "сестрёнку". - Что же ты раньше не рассказывала?! Не представишь?

- Мы, вообще-то, спешим... - многозначительным тоном напомнила Рита, оставаясь в рамках приличия но при этом ясно давая понять, что общаться по теме не намерена.

Однако так просто хваткую старосту было не обезвредить. Подтянув артиллерию в виде сгрудившихся позади девчонок ближе, она перешла в атаку. Сочась святой невинностью, милейшая представительница студенческой агит-бригады обворожительно улыбнулась и хитро подмигнула Тису.

- Нарочно скрываешь от нас эдакое сокровище?! - заявила она, театрально оборачиваясь к остальным за поддержкой. - Вот ведь лиса!

Староста кокетливо погрозила пальцем и с томным намёком на смущение поправила без того пышную причёску. Рита подавила рвотный позыв. В принципе, она бы смогла безболезненно отделаться от настырной прилипалы, но в дело неожиданно вмешался Тис, чем всё торжественно испортил. Приветливо кивнув старосте и насторожившимся девицам, он сделал шаг вперёд, и любезно произнёс:

- Прошу простить, сударыни, некоторую неучтивость моей сестры. Мы долгое время жили порознь и ещё до конца не привыкли друг к другу. Поэтому она частенько тушуется, когда нужно меня с кем-то познакомить. Не принимайте на свой счёт. Меня зовут Тис. Простите, что не могу пожать вам руки.

Сопроводив свою прочувственную речь сияющей улыбкой, он тряхнул головой, от чего волосы пышной копной взметнулись во все стороны. Дамы дружно ахнули от изумления и восторга, а Рита неистово пожелала провалиться сквозь землю. Демон, всё это время с любопытством свисавший с ближайшей колонны, навострил уши и жеманно прищурился, словно бы это ведро патоки вылили на него, а не на притихших девиц.

- Рад видеть, что вы с пониманием отнеслись к этой неловкой ситуации, - продолжил вещать Тис, окутанный благоговейным молчанием отборных представительниц университетской группы. - Надеюсь на вашу отзывчивость и в будущем.

Сверкнув глазами, он едва заметно подался вперёд в лёгком намёке на поклон, чем привёл аудиторию в полнейший восторг и усилил постепенно разворачивающийся ажиотаж. На него даже стали обращать внимание проходившие ранее мимо со скучающим видом дамочки средних и неполных средних лет, что вызывало у Риты неуёмную зависть. Она вот так, одним махом, накрыть толпу волной блистательного очарования бы не смогла.

- Непременно постараемся оправдать ваше доверие, - нашла в себе силы ответить в тон староста, осторожно подбираясь ближе, словно млеющая при обнаружении капустной грядки коза. Тихо закряхтев, Рита отвернулась, чтобы хоть как-то абстрагироваться от разыгрывающейся постановки.

Формально, всё было по правилам, однако эти правила её и раздражали. Одна запала, другой этим упивается, и оба пляшут по кругу, разбрасывая кремовые розочки лести и яркие жемчужины витиеватого пустомелия. Мучительно захотелось огреть Тиса чем-нибудь тяжёлым. Этот придурок совершенно не понимал, во что ввязывается. Сейчас он разойдётся, а ей потом на всех занятиях придётся отбрыкиваться от этой впечатлительной заразы, которая, конечно же, постарается своего не упускать и с жертвы теперь просто так не слезет.

- Я Лера, - уверенно протянула руку девица, стараясь пометить территорию первой. Конкурентки уже вовсю наседали, и она начинала жалеть, что привлекла к делу остальных. Теперь нужно будет ещё и отстаивать свои права на единоличное пользование. - Заведую общественными делами группы. Мы с Ритулей лучшие подруги!

Новоиспечённая подруженька тут же поперхнулась и едва не выронила пакеты. Но, поймав взгляд старосты, обещающий в случае оглашения альтернативной точки зрения увлекательную череду приключений, молча поджала губы и уставилась в пол.

- Странно. Рита никогда не рассказывала о том, что у неё такие замечательные друзья, - проявил по его мнению деликатность Тис, не сообщив, что горячо любимая родственница о наличии друзей вообще изволила не вспоминать.

Староста зарделась, а вот Рита наоборот, помрачнела сильнее, что его несколько удивило. По идее, следовало бы радоваться, что её не выдали и отвлекли девчонок от щекотливого вопроса. Но нет, она была недовольна буквально всем. Тис даже начал подозревать, что его хозяюшка ни с кем не сходилась исключительно по причине собственной стервозности. Следовательно, и жалеть её отнюдь не стоило.

- Ай, красава! - восхищённо раздалось сверху, и Тис невольно поднял голову на беса. Тот, обнаружив, что его заметили, радостно кивнул и показал парнишке два больших. Но одобрение это больше настораживало, нежели мотивировало.

- Думаю, нам действительно пора, - резко свернул налаживание новых контактов паренёк и выжал из себя преисполненную радушного обаяния улыбку, стараясь не обращать внимание на спустившегося с насеста демона. - Приятно было пообщаться. Надеюсь, ещё увидимся.

Этим, к изумлению Риты, парниша ухитрился добавить себе ореол загадочности и набрать ещё несколько баллов в глазах окружающих пустоголовых куриц. Не теряя ни секунды, она, сдержано кивнув напрощание, круто повернулась и спокойно направилась к двери, крепко сжимая тяжёлые пакеты. Полиэтиленовые лучки жалостливо скрипнули в кулаках. Тис извиняющее взглянул на девушек и двинулся следом, не дожидаясь, когда ему ответят.

- Непременно! - лучезарно улыбнулась Лера вслед и с круглыми глазами повернулась к остальным, твёрдо намереваясь в деталях обсудить отбывавшее прочь неповторимое явление.

Хмурая Рита, в это время быстро сбегала по ступенькам в надежде перехватить на первом этаже парковки такси. На электронном табло вестибюля значилось несколько свободных машин, поэтому можно было не спешить. Однако Рита была настолько раздражена, что перешла на бег незаметно для себя.

Злилась она не только на тисовскую глупость, но и на свою собственную. Если бы не попыталась сэкономить и доехать на автобусе, можно было бы сразу выйти на стоянку из магазина, не нарвавшись на клубок зашпаклёванных змей. А теперь не только приходилось делать крюк, но и настроение оказалось прочно испоганенным.

Тис едва не упустил девчонку из виду, но вовремя заметил, как она резко повернула за угол и прибавил ходу. Отставал он потому, что в дверях на выходе некстати задержал демон, ради ответственного момента даже спустившийся на пол и выпрямившийся во весь рост прямо перед носом.

- Знаешь, глядя на тебя, я всё больше начинаю убеждаться, что Ритуля просто неподражаема, - совершенно серьёзно заявил Барт. Он хлопнул притормозившего Тиса по плечу, и, твёрдо глядя ему в глаза, без тени улыбки произнёс. - Так эффектно себе подгадить - это ещё надо суметь!

А затем многозначительно рассыпался в воздухе, оставив своё творение в полнейшем недоумении и лёгкой потребности членовредительства. Реализовать её, однако, не удалось. Без особого труда отыскав Риту на пустующей парковке, Тис был тут же перенаправлен утрамбовывать пакеты в багаж, в то время как сама девчонка удручённо копалась в кошельке.

Её увлечённое вредное молчание прерывать не хотелось, поэтому всю дорогу обратно пришлось с аутентичным безразличием смотреть в окно. Центральные городские улицы, заполненные бесчисленным количеством народа, Тиса уже начинали раздражать. Он даже слегка проникся потребностью хозяйки срезать путь дворами, и уже хотел было уточнить, насколько распространённой бала эта практика. Но вовремя вспомнил, что они, видимо, не разговаривают. Капризная девица могла негодовать, сколько угодно - Тис ей поводов выплеснуть раздражение на себя давать не собирался.

Прорвало Риту где-то в районе кухни. И виной тому стал бес. Вернувшись быстрее всех, он успел перевернуть холодильник, стол и все разделочные столы кверху ногами, даже изволив аккуратно переложить посуду внутри. Хорошо хоть ничего не поколол. Взиравшая из дверной арки на учинённый бедлам Рита с подозрительным вселенским спокойствием поставила на пол пакеты, отряхнула руки и куда-то ушла, оставив Тиса играть в заинтригованные гляделки с бесом.

Они оба предчувствовали, что добром сие безразличие не кончится. С той лишь разницей, что Барт относился к ожиданию с искренним предвкушением, в отличие от лихорадочно ищущего, куда бы самоустраниться, Тиса. Демон даже беспечно сковырнул найденный в залежах продуктов банан, оторвавшийся от общей снизки. И даже успел откусить. Но вот прожевать уже не смог.

Рита ворвалась с палкой на перевес. Небрежно сметя с дороги не успевшее вовремя убраться желание, она молча, но крайне сосредоточенно, всадила бесу по зубам. Барт удивлённо рыгнул и проглотил оторванный кусок банана целиком. А следом за ним без промедления эффектно вошла и палка, на которой остались глубокие борозды крепких треугольных зубов. Бес замычал и отчихнул стружки, но саму деревяшку при этом почему-то выплёвывать не спешил.

Ситуация сложилась патовая. Девчонка дёрнула палку на себя, пытаясь высвободить, Барт доброжелательно ухмыльнулся и сомкнул челюсти. Черенок с хрустом переломился, а Рита, отлетев, больно ударилась плечом о притолоку. Бес задумчиво подвигал зубами и проглоченное решил не отрыгивать, вместо этого сглотнув помощнее и пропихнув утративший былое величие дрын внутрь.

- С-с-сволочь! - гневно зашипела Рита, потрясая огрызками служившей ей много лет верой и правдой палки.

- Извольте! - совершенно наплевательски отозвался демон, небрежно выковыривая из зубов щепки. Он задумчиво посмотрел на огрызок зажатого в руке банана и для разнообразия метнул его в Тиса, чтобы тот тоже принял посильное участие в перепалке. Однако паренёк лихо перехватил фрукт и аккуратно спрятал за спину, чтобы не давать поводов для лишних психозов. Что-то ему подсказывало занимательную теорию насчёт полнейшей неразборчивости карающей хозяйской длани.

Не теряя времени, Рита подскочила к демону и огрела того с размаху по затылку. Барт даже соблаговолил пошатнуться, но от последующего удара непринуждённо уклонился. "А ну поставь всё, как было!" - заорала неугомонная подопечная и принялась охаживать его всюду, куда могла дотянуться. Бес взвился под потолок и погрозил оттуда выбившимся из штанины хвостом.

- Я, между прочим, хотел, как лучше, - обиженно сообщил он, изображая непризнанного гения. - О вашем здоровье же забочусь! Ты в последнее время совсем одряхлела. Нужно больше физических нагрузок. Да и этому бурдюку не повредит.

- Шта?! - рассвирепела Рита и принялась, высоко подскакивать в надежде дотянуться до бесстыжей хари хотя бы огрызком былого орудия.

Но беса сковырнуть с потолка было решительно невозможно, и спустя некоторое время вкупе с напрочь отбитыми от прыжков пятками, она была вынуждена пойти на консенсус. Естественно, добровольно исчадие ада возвращать всё на круги своя бы не стало. Но Рита подозревала, что его можно было чем-нибудь соблазнить.

- Расставишь по местам, - получишь персональный обед, вымогатель! - предложила она цену, гневно поворчав.

- И маринованный арбузик сделаешь?! - немедленно воодушевился демон, будто только того и ждал.

Такого рвения Рита никак не предусматривала, тем более блюдо было не доступно по сезонным ограничениям. Да и Барт вёл себя так, словно всё изначально затеял ради очередной порции для своего бездонного пуза. Посему она решила плуту не потакать и даже попытаться обойтись малой кровью.

- Попробую не спалить мясо, - подкорректировала идею Рита и, нахмурившись, скрестила руки на груди. Демон подвиг оценил и выразительно присвистнул. Попытка действительно обещала быть героической - готовила подопечная чуть лучше, чем никак. Барт искренне задумался, но всё же решил понадеяться, что вынужденный аромат дымка такому святому продукту не повредит.

- Первая продегустируешь! - решил он на всякий случай обезопасить себя от кулинарных экзерсисов и, не дожидаясь возражений, со скоростью подгоняемого дихлофосовыми ветрами таракана перебежал по потолку в гостиную.

Кухня мгновенно вернулась в прежний вид. Недоверчиво моргнув, Рита протёрла глаза кулаком и, на всякий случай коснувшись крышки стола, с задумчивой грустью взглянув на безвозвратно покалеченный инструмент возмездия. А затем, машинально вздохнув, махнула рукой в сторону пакетов, приказав Тису выгружать содержимое, и пошла за фломастером. Карточки сортировки мяса предстояло подписывать собственноручно.

Бес всё же не усидел и принялся третировать все этапы разворачивающихся приготовлений, изводя едкими смешками и каркая под руку. Рита дважды обрезала палец, насильственно привлечённый к бурной деятельности Тис поскользнулся и разбил тарелку. Неугомонного демона пять раз сгоняли со стола, обнаружив, как он вылизывает мелко нарубленные для приготовления фарша куски. Брезгливо кривясь, Рита периодически бегала их отмывать, чем Барта только повеселила и дополнительно развлекала - он увязывался следом и с наслаждением поставлял пасть смываемой окровавленной воде.

Глядя на кулинарные потуги девчонки, Тис тихо негодовал. Что его по-настоящему раздражало, так это когда люди с умным видом брались за то, чего делать не умели. Однако нежелание добровольно помогать пока что пересиливало душевные муки от пустого перевода продуктов. Тис крепился, отворачивался, пытался сосредотачиваться на том, что велели делать, но когда краем глаза заметил, какими кусищами Рита нарезает овощи, натуральным образом вознегодовал.

- Ты что творишь?! - возмутился он так громко, словно Рита совершала, по меньшей мере, преступление против человечества.

- Что не так-то?! - мгновенно окрысилась хозяйка квартиры, абсолютно точно угадывая, куда он клонит.

- Слонов собралась кормить? - презрительно откликнулся Тис и взял в руки самый крупны кусок перца. Тот закрывал на ладони первые две фаланги и выглядел действительно устрашающе, с такими кривыми краями, словно его выдирали пальцами, а не выкрамсывали ножом. - Кто так режет вообще?!

Он с отвращением и даже некоторым брезгливым интересом уставился на извлечённый из кривоватой горушки фрагмент. А затем небрежно кинул его обратно к собратьям, крайне медленно скапливающимся на краю разделочной доски.

- Не нравится - сам делай! - привела убийственный по её мнению аргумент Рита, гневно отбрасывая нож. По сути. На этот исход она в тайне и рассчитывала, поскольку прекрасно понимала, что одной не справиться. Однако Тис её неприятно удивил, с самого начала не проявляя рвения, и даже теперь не желая брать дело в свои руки. Вместо благородного порыва по демонстрации собственных навыков, он просто пожал плечами и ровным голосом заявил:

- Себе я приготовлю. А этому хвостатому делай сама. Твой демон, ты и обхаживай.

От такой вопиющей наглости Рита обрела дар речи далеко не сразу. Ситуация усугублялась тем, что возразить ей было нечего - Барт действительно целиком и полностью висел на её шее, тем более, что идея с обедом исходила так же от неё. Но тот факт, что Тиса придётся уговаривать, сильно выбивал из колеи. Непривычная к заискиваниям Рита даже не знала, с чего начать, бессмысленно моргая в преисполненном возмущения молчании, под уверенный стук тисовского ножа.

- Что, даже не поможешь?! - наконец нашла в себе силы выдавить она, постаравшись придать голосу как можно большую растерянность. Получилось, прямо говоря, не очень. Тис даже меланхолично вскинул бровь, показывая, что играет его хозяюшка крайне неубедительно. Лучше бы уж по-честному рычала.

- А должен? - безразлично осведомился он, не отрываясь от своего занятия. На лице Риты отчётливо заходили жвалки.

- Было бы неплохо, - откровенно призналась она, пытаясь говорить помягче и старательно пряча сжатые кулаки за спину. Очень хотелось надавать Тису по шее, чтобы в следующий раз благородство у него взыграло активней. С чего он вообще взъелся, Рита решительно не понимала. Неужели из-за того, что не позволила вдоволь покрутить хвостом перед девчонками?!

- Ну, так попроси нормально, научу, - известил Тис, даже не поднимая головы.

Лук в его руках ловко распадался на мелкие квадраты. Рита неотрывно следила за процессом с таким недоверием и восхищением, словно прямо на её глазах творилась абсолютно невероятная магия. Судя по виду, даже выкрутасы беса её не настолько впечатляли, как плотно зафиксированная головка лука, не пытающаяся то и дело выскользнуть из руки.

- Или попроси меня, - раздалось сверху встречное предложение. Барт ловко спрыгнул с потолка и с самым невинным видом умостился на табурете за обеденным столом, являя собой образец благочестивости и миропорядка. Он даже ухитрился извлечь из небытия плоскую поварскую шапочку и кривовато нахлобучить на стоящий дыбом зелёный вихор.

Презрительно покачав головой, Рита отвернулась от горящего неподдельной жаждой содействия взора беса, твёрдо решив, что тратиться на приобретения такого ерундового навыка не намерена. Правда, унижаться перед Тисом тоже не особенно хотелось. Для того, в свою очередь, метания девчонки секретом не остались, но решения своего он не изменил - воспитывать, так воспитывать. Без поблажек и снисхождений.

Не удержавшись от желания позлить эту эгоисту, воспринимающую его, как рабочий инструмент, Тис вполголоса насмешливо прокомментировал ситуацию:

- Девушка, - и готовить не умеет! Пхе!

Несмотря на нарочито громкий стук ножа, хозяйка фразу расслышала и насупилась. Бес щекотливо крякнул со стульчика, довольно раскачиваясь вперёд-назад. В такие моменты он ощущал в Тисе родственную душу и даже готов был ему подыграть. Издеваться над контракторами в паре было значительно эффективней.

- А должна? - вернула должок Рита. Тис ничего не ответил, сделав вид, что высказывание проигнорировал. Но, видимо, тема девчонку так изрядно задевала, что после недолгого молчания она неожиданно продолжила. - Если все девушки обязаны уметь готовить, то тогда все парни обязаны иметь хотя бы шестой дан!

Едва не поперхнувшись, Тис отложил не дорезанную соломкой морковь и окинул хозяюшку крайне подозрительным взглядом.

- Ты что, из этих? - крайне недоверчиво осведомился он, на всякий случай отодвигаясь подальше, словно бы заявленная характеристика являлась крайне активным видом заразы.

- Из кого это? - подозрительно заинтересовалась Рита, предчувствуя неладное.

Вместо ответа Тис выразительно воспроизвёл ножом у виска неопределённый жест, явно намекающий на специфичность психического состояния. И тут же привычно увернулся от хорошо поставленного удара. Манера девицы общаться исключительно кулаками его начинала угнетать. С рукоприкладством тоже следовало что-то делать, но как отучить её от этой не способствующей продуктивному взаимодействию привычки, Тис пока не представлял.

- Как же ты живёшь-то ещё вообще? - вместо нравоучений решил он вернуться к предыдущей теме, и небрежно поддел ножом разделочную доску.

- Как жила, так и буду! - упрямо заявила Рита, не оставляя попыток пнуть Тиса. Он её своим пренебрежительным чванливым отношением уже порядком достал. В каком-то смысле даже Барт вёл себя лучше. То-то хоть был демоном, на что можно было списать большую часть всех безобразных выходок. Этот же субъект работал на голой вредности и только ему понятной принципиальности.

- С голоду помрёшь одна, - покровительственно предупредил Тис, возвращаясь к прерванному занятию.

- Почему одна?! - машинально переспросила с бытовым возмущением Рита и тут же смолкла.

Тис тоже как-то неожиданно притих, словно нашкодивший кот, уличённый в слизывании сметаны прямо с хозяйского блина. Но даже эта повисшая неловкая тишина отдавала таким явным намёком на общую неуравновешенность и шаткую социальную интеграцию, что Рита мгновенно уловила нечаянно оброненную мысль. Ну конечно она с таким неформатным поведением до конца своих дней будет одна. И, разумеется, только она в этом виновата. А если не желает такого исхода, то непременно должна будет изо всех сил потакать окружающим и подстраиваться под них, даже если ей это претит.

Медленно разъяряясь от таких мыслей, Рита до боли стиснула кулаки и с нескрываемым отвращением уставилась на Тиса.

- Знаешь что, меня моя жизнь устраивает! - с вызовом заявила она, пытаясь прикрыть бравадой давнюю неприязнь к подобного рода упрёкам. Её и так довольно долго доставали сердобольные родственнички, что выливалось в нескончаемую череду скандалов. А теперь ещё и собственное желание принялось прививать свои альтернативные взгляды на то, как она должна поступать.

- Ну да, именно поэтому ты и решила завести что-то вроде меня, - отстранённо пробормотал Тис, стараясь на девчонку не смотреть. Он никак не мог взять в толк, почему его хозяюшка с таким упорством выстраивает вокруг себя стены, чтобы потом засесть в центре образовавшегося колодца и с упоением ныть о том, какие все вокруг плохие. Хорошо, пусть не ныть, но по крайней мере корчить из себя обиженное на весь свет, никем не понимаемое величественное создание, до которого жалкие людишки ещё попросту не доросли.

- Гав! - поддакнул с табуретки бес. Его крайне веселила эта традиционная человеческая грызня, основанная на восхитительной упёртости обоих сторон конфликта. Он даже уже не жалел, что не извратил ни единого заказанного подопечной качества. Теперь желание мучило её вполне самостоятельно, при умеренно-пассивном участии со стороны демона. Нечасто Барту попадались такие самозабвенно талантливые мазохисты среди контракторов.

- Слушай, ты... - зашипела Рита, медленно приближаясь к Тису. - Не смей говорить о том, чего не понимаешь. Что ты знаешь обо мне?! Кто ты вообще такой, чтобы судить меня!

- Я тот, кто может взглянуть на ситуацию со стороны, - меланхолично парировал Тис, не поддаваясь на провокацию. Он уже усвоил, что спорить с девицей практически бесполезно, поэтому решил воззвать к банальной логике. - Может тебе хоть раз следует послушать того, кто в таких вещах разбирается? Может тебе следует почаще высовывать башку из собственной непогрешимости и оглядываться вокруг? Ну так, для разнообразия... Понимаю, что непривычно, но хотя бы попробуй.

- Ты что несёшь? - неожиданно холодно спросила девчонка, и Тис понял, что вляпался куда-то не туда.

- Вести себя надо спокойней и доброжелательней, - всё же рискнул ответить он и, подумав, добавил, воспользовавшись паузой оппонентки. - И крайне полезно не воротить нос, когда с тобой заговаривают друзья.

Замерев, как вкопанная, Рита с величайшим изумлением внимала этой блажи, не зная, то ли стоит презрительно рассмеяться, то ли взять огрызок палки и приложить Тиса по голове, чтобы мозги встали на место. Нет, она безусловно понимала, что такую искреннюю стойкость убеждений заказывала сама, но это был уже перебор. Какое-то недочеловеческое существо возомнило, что может разбрасываться нравоучениям, всего-то понаблюдав за ней сутки. Да, Тис был умён, вероятно, даже слишком, как она и хотела, но сейчас прикладывал свои мозги не к тем опорным точкам.

Взяв в руки нож, безалаберно брошенный на столе, она некоторое время молча и очень сосредоточенно смотрела на острую кромку, чем заставила паренька несколько напрячься. А затем вдруг с размаху всадила лезвие в толстое дерево разделочной доски. Нож замер под прямым углом. Тис непроизвольно вытянулся.

- Приготовишь на всех, - будничным тоном, в котором, впрочем, отчётливо читались угрожающие нотки, произнесла Рита. - И смотри, чтоб было вкусно. Покажи класс, мастер! - едко закончила она и тихо вышла из комнаты.

Не шелохнувшийся Тис проводил её напряжённым взглядом и, состроив кислую мину, принялся за дело. Приказа он ослушаться не мог.

С табурета раздались довольные хлопки. Бес ради такого случая даже приподнялся на цыпочки и теперь восторженно аплодировал изо всех сил. Однако, заметив, что не него не реагируют, показные восторги быстро поумерил и величественно воспарил к лампам.

- Чудесная партия, пенёчек! - горячо зашептал он желанию в ухо, с наигранной неловкостью заламывая руки и переминаясь ботинками по потолку. - Только позволь внести одно уточнение... - Тис, не глядя, ткнул ножом в зудящую рожу, однако демон ловко увернулся и даже подёрнулся смущённым румянцем, млея от такого острого внимания к своей персоне. - В одном всё же просчитался. С теми ангельскыми созданиями, на которых ты так упорно равняешься, она имеет определённые обоюдные недопонимания, пожалуй, уже как с год.

Равномерный стук ножа на секунду прервался, и демон довольно клацнул зубами. Но тут из дальней комнаты донеслось громогласное: "Ба-а-арт!" - и он, мигом утратив к непроизвольно замершему желанию всяческий интерес, оперативно выскочил на зов подопечной, бросив напоследок лиричное: "Чао!" Тряхнув головой, Тис принялся стругать продукты дальше, прилагая куда больше усилий, чем требовалось и раздражённо поглядывая на плиту.

В это время Рита нервно металась по комнате, выплёскивая накопившееся негодование. Она что-то бубнила себе под нос, размахивая руками, и определённо вела какой-то ожесточённый диалог с единственным по её мнению разумным человеком в этой квартире. Барт некоторое время поторчал в дверях, с монументальным спокойствием наблюдая за буйством гормонов, а затем недовольно плюхнулся на кровать.

- Слез, - незамедлительно отреагировала девчонка, однако демон её не послушал, вместо этого подложив под голову декоративную подушку и для наглядности своего мнения зевнув. Рита злобно пнула ножку кровати и поморщилась - пальцы тут же заныли. Бес довольно хрюкнул.

- Я думал, ты расплачешься, - слегка расстроено признался он, улыбаясь.

- Вот ещё! - отмахнулась Рита, продолжая метаться по комнате. - Барт, я всё думаю, как же так получилось?

Она остановилась у изножья кровати и внимательно посмотрела на демона. Тот приподнял голову, изображая ленивый интерес. Рано или поздно наступала стадия, когда приходилось работать доморощенным психологом. К чести подопечной следует сказать, что наступило это время нехарактерно быстро. Обычно контракторы могли опомниться лишь где-то к середине своего творческого пути. И от того, ввиду всех накопившихся сведений, Барт по-прежнему дьявольски недоумевал. Нужно было попытаться взглянуть на часы девчонки ещё раз, чтобы исключить ошибку уже наверняка.

- Он ведь, по идее, должен был стать совершенным! Но почему же этот идеал настолько неидеален?! - возопила Рита, простирая ладони к потолку. Демон дёрнул носом, вальяжно почесав вихор, счёл возможным снисходительно пояснить.

- Вот поэтому ты не преуспеваешь в готовке... - заявил он, как всегда выдавая предельно правдивый, но безгранично мутный ответ, не несущий в себе, казалось, ничего существенного. - Помимо стандартной кривизны рук.

- Ну только ты ещё не начинай, а! - кисло попросила Рита подходя к окну и упираясь ладонями в подоконник.

Барт криво усмехнулся. Были вещи, которые его подопечная категорически отказывалась понимать, даже если ей предоставляли прямые аналогии. И ведь даже как-то ухитрилась передать эту способность своему непутёвому творению. Разумеется, это было только на руку, вот только бес никогда лёгких путей не искал, и в данный момент подумывал о том, чтобы всерьёз разнообразить себе жизнь. Любопытство требовало проверить, что же наворотит своим следующим заказом девчонка, если поймёт главную недоработку предыдущего.

Поэтому, резко выпрямившись, Барт с мрачным удовлетворением скрестил ноги и настроился на деловую беседу.

- Нет, серьёзно, - заявил он без тени усмешки и подался вперёд. - Нынешний результат - это целиком и полностью твоя заслуга, ласточка. Мне только и оставалось, что щёлкнуть пальцами. А ведь что ты сделала, м? Предусмотрела основные черты, да. Но не то, как они будут взаимодействовать.

Обернувшись, Рита задумчиво посмотрела на демона. Озвученная им мысль раньше ей в голову не приходила. Она даже не рассчитывала, что человеческие характеристики могут как-то влиять друг на друга. Усиливать одни аспекты личности и нивелировать другие.

- Как с едой! - подытожил демон, осторожно сводя вместе растопыренные пальцы на руках. - Если ты понабросаешь всего бездумно, в результате получится дрянь. Нужно знать правильный рецепт. Пропорции ингредиентов. И даже, как грамотно блюдо подавать...

- Это всё твоя вина! - резко возразила Рита, не желая признавать поражение. Кто бы мог подумать, что демон окажется так прав.

- Чёрта с два, - невозмутимо отозвался бес и самым безалаберным образом потянулся. Взывать к его морали было априори бесполезно. - Всю мою работу ты проделала сама.

Скрипнув зубами, Рита отвернулась и вперилась злобным взглядом в окно. Вот чего она уж точно не выносила, так это собственных ошибок. Тем более, когда её в них так глумливо и снисходительно тыкали носом. Видя, что подопечная энтузиазма не проявляет, Барт решил слегка подтолкнуть процесс генерирования идей и, состроив покаянный вид, ненавязчиво осведомился:

- Может, попробуем ещё?

Даже не повернувшись, девчонка, глядя сквозь стекло, покачала головой и, чуть помолчав, негромко ответила:

- Не. Неизвестно, что может получиться в следующий раз. Придётся выхаживать то, что есть.

Демон покрутил ладонью в воздухе, воспроизводя более-менее утвердительный жест, символизирующий принятие такого выбора, но на всякий случай решил немного позудеть. Тем более, что краем уха уловил тихие шаги в коридоре.

- Ты, прям, его каким-то увечным зверьком считаешь, - поддел Барт, тщательно прислушиваясь. Да, он не ошибся - громыхание на кухне стихло.

- Ага, на всю голову, - буркнула Рита, но недостаточно громко, чтобы её можно было расслышать из коридора. Демон скривился, ставя крест на плане раздразнить двух людишек, и запрокинул голову, вылавливая взглядом замершего в отдалении Тиса. Тот видимой заинтересованности к разговору не выказал и всё так же бесшумно просочился в комнату.

- Чего тебе, полено? - скучающе осведомился бес, нарочно привлекая внимание к означенной персоне. - Дровам место у очага.

Бесстрастно проигнорировав выпад, Тис елейным голосом обратился к хозяйке, попросив проследовать на дегустацию и, не дожидаясь реакции, неспешно вышел обратно. Укоризненно покачав головой, Рита посмотрела на демона с одухотворённым порицанием и отправилась следом. То, что она ещё несколько минут назад сама была готова ушатать желание, она как-то лихо выбросила из головы. Барт довольно присвистнул - эта тенденция начинала ему нравиться. Возможно, из кубиков таких мелких снисходительностей ему впоследствии удастся возвести что-нибудь осмысленное. А затем с наслаждением разметать ко всем чертям на потеху. Но то были всего лишь маловразумительные планы. Пока же можно было немного вздремнуть - времени до обещанной трапезы оставалось ещё навалом.

Не совсем понимая, что от неё требуется, Рита прошла на кухню следом за непутёвым желанием. Для полной готовности блюд было ещё слишком рано, для оказания помощи - слишком наивно. Впрочем, Тис всё быстро прояснил, вяло махнув рукой и высокомерно предложив:

- Попробуй.

- Зачем? - тут же насторожилась Рита, на всякий случай подозревая наличие в продуктах посторонних веществ. Тис посмотрел на неё с прохладным недоумением, но, вовремя вспомнив про ограниченность кулинарных навыков, пояснил.

- Я не могу приготовить "вкусно" для тебя, если не знаю, какое количество пряностей ты считаешь подходящим.

Рита медленно моргнула. Глубоко вздохнув, парнишка устало провёл ладонью по лицу.

- Сколько класть соли? - шикнул он, не представляя, как можно не знать таких элементарных вещей.

Пожав плечами, Рита по очереди лизнула все пять предложенных ложек, выбрав два наиболее близких привкуса, и решительно смела их в мойку. Ей начало казаться, что Тис специально попортил столько посуды лишь затем, чтоб ей в итоге было больше мыть. В раковине уже возвышалась гора мисок и сковородок разной степени загрязнённости. Причём выглядело всё так, будто он, ничтоже сумняшеся, к каждому ингредиенту брал чистую плошку исключительно для разового пользования. Кашевар несчастный.

Уже желавшая было попенять на сие вопиющее безобразие, Рита повернулась, да так и замерла с открытым ртом. Позади Тиса разворачивалась какая-то чертовщина. Прямо напротив окна лениво прорезалась маслянисто-фиолетового цвета воронка. Чёрные всполохи, словно языки пламени, лизали края пространства, бесшумно отъедая раз за разом всё большие куски.

- Аэ! - констатировала Рита, небрежно тыкая пальцем Тису за спину. Тот красноречия не оценил и подозрительно прищурился, повернув голову так, чтобы расслышать хоть что-то из бессвязного бормотания.

- Что? - для порядка уточнил он, надеясь на максимально членораздельный ответ.

- Ыа! - ещё более "вразумительно" отозвалась девчонка и яростно замахала руками, изо всех сил привлекая внимание к происходящему. - Смотри! Да обернись же! - наконец смогла выдавить она, пятясь к двери.

Послушав совета, Тис глянул за с спину. И тут же сиганул всторону, уворачиваясь от огромной пасти. Вылезшая из воронки морда смутно знакомой твари ограничивалась носом и четырьмя огромными резцами, обрамлёнными пучком жёстких усов. Разочарованно клацнув, пасть подалась назад и предприняла новую попытку достать добычу. Влажный розовый нос с чутким упоением втягивал воздух. Где-то за границей реальности раздувались и опадали необъятные щёки, края которых виднелись в тухлой дымке разрыва.

- Хороший заинька... - пробормотала Рита, не отрывая глаз от пушистого белого меха на морде и пытаясь нащупать рукой огрызок палки, временно составленный в угол.

Заинька и вправду был знатный. Подгнивающие куски кожи свешивались коричневыми лохмотьями с нижней челюсти, распространяя ни с чем не сравнимый смрад разложения. Чернеющие на зубах сколы прямо-таки громогласно вещали о нелёгкой судьбе и оригинальной диете своего потустороннего владельца. А утробное рычание, временами раздающееся из недр пасти, свидетельствовало ещё и о периодичности приёма пищи. Судя по раскатистым звукам, последний обед был достаточно давно.

Быстро перекатившись под стол, Тис схватился за табурет и выставил его наружу металлическими ножками из-под своего хрупкого укрытия. Огромная заячья морда разочаровано покрутилась из стороны в сторону и решила приступить к более активным действиям. Поднатужившись, она стала продираться из узкой воронки наружу, яростно клацая и глухо ворча.

- Разве зайцы рычат? - полушёпотом невпопад спросила Рита, у которой никак не получалось ухватить палку; отрываться от шокирующего зрелища она, в целях безопасности, не решалась.

- Можешь предъявить ему претензию! - сипло рявкнул Тис из-под стола, с запозданием сообразив, что если монстрюга сцапает девчонку, то и ему не поздоровится. - Беса зови! - шикнул он, не покидая своего убежища и отчаянно пытаясь ткнуть усатую морду табуреткой, чтобы привлечь внимание.

Полудохлый заяц уже вовсю примеривался к Рите. Методично растягивая воронку, он то светил из недр небытия алым глазом, то снова выставлял на обозрение исполинский нос с кривыми лопатообразными зубищами под ним.

- Без этого козла обойдёмся! - шепнула в ответ Рита, свято веря, что демон задарма работать не будет и непременно потребует официального прошения о помощи со всеми вытекающими последствиями.

Она наконец-то зацепила ладонью остатки палки и, уверенно перехватив, кинулась на зубастую морду. Та заботы не оценила и мгновенно ощерилась усами, попытавшимися сцапать девчонку за ногу. Но им помешал уже Тис, вовремя высунувшийся наружу и лихо взмахнувший табуреткой. Усы обвили металлические ножки и принялись с упоением тянуть их на себя. Однако Тис резко дёрнул табурет всторону, и под звучное 'тр-р-рыньк!' торчащая часть зайца мигом лишилась своего преимущества.

Зверь яростно взревел и принялся с удвоенной силой рваться в их мир. Приноровившись к мельканиям пасти, Рита размахнулась и швырнула палку в глубокий сужающийся зев. Пасть истошно захрипела и принялась биться вверх-вниз - палка встала аккурат колом, царапая нёбо обгрызанными бесом краями. Рита досадливо сплюнула - она-то рассчитывала выбить у монстрюги хоть пару зубов.

- Обойдётесь вряд ли, - послышался от двери пренебрежительный смешок. На секунду обернувшись, Рита заметила облокотившегося на притолоку совершенно спокойного Барта, увлечённо ковырявшегося мизинцем в носу.

Демон хитро подмигнул, сощелкнул с ногтя налипшие козявки и одним гигантским прыжком преодолел расстояние между ним и заячьей мордой. Щербатая пасть вожделенно подалась вперёд, рассчитывая слегка перекусить. Однако бес ей такой возможности не дал. От души размахнувшись, он со всей силы пнул раззявленную физиономию, да так, что та мгновенно усвистела в фиолетовую мглу воронки и больше оттуда не показывалась.

Довольно тряхнув ногой, словно бродячий пёс, Барт выудил из штанов собственный хвост и наскоро провёл им несколько штопающих движений крест-накрест, стягивая края портала. Тот поначалу не поддавался, но демон настаивал, усердно оттягивая хвостом невидимую нить на себя. В итоге пространство уступило и с чавкающим звуком сомкнулось так лихо, словно бы никогда не предпринимало попыток бунтовать. Барт довольно отряхнул ладони и принялся заталкивать хвост обратно. На молчаливо взирающих за процессом людишек он ни малейшего внимания не обращал.

- Что это было? - первой подала голос Рита, аккуратно сползая по стенке на корточки.

- Кролик, - беспечно отозвался демон, воюя с непокорным хвостом. - Жирный такой. И очень голодный. Скончался пару веков назад, или как там идёт время у них... - речь Барта перешла в невнятное бормотание, перемежающееся угрозами и уговорами собственному хвосту.

- А ты не хочешь прояснить, что эта животина здесь забыла? - хмуро поинтересовался Тис, выбираясь из-под стола.

- Не, - коротко отозвался бес, продолжая выяснять отношения с хвостом. Тому на воле, кажется, слишком понравилось.

Уставившись в упор на Риту, Тис многозначительно округлил глаза и качнул головой в сторону демона, предлагая его разговорить. В следующий раз им может не повезти - откроется такая воронка ночью,- и до свиданья. Поморщившись, девчонка недовольно вздёрнула подбородок и, тяжело вздохнув, потребовала:

- Будь любезен, объясни, откуда и почему вылезла эта образина, Барт. Иначе больше никаких сделок.

Демон презрительно хрюкнул, не поверив словам девчонки ни на грош, однако неприязненно бросил через плечо:

- Это всего лишь посланник. Ты привлекаешь внимание, - бросив неприязненный взгляд на подопечную, он убедился в полнейшем непонимании, и одним резким движением загнал хвост в штанину. - Неужели ты думала, что одна такая?!

Нахмурившись, Рита опустила голову. Конечно, она так не считала. Вот только предположить, что другие контракторы будут настроены враждебно, как-то не удосужилась. В конце-концов, что она такого сделала? Загадала всего лишь одно желание! Которое и повередить-то никому не могло, кроме неё самой. Ан нет, братия уже негодует и, похоже, видит в ней конкурентку.

- Идиотизм какой-то, - констатировала Рита, поднимаясь. Бес равнодушно пожал плечом и как бы между прочим заметил:

- Не щёлкай клювом.

При этих словах он многозначительно посмотрел на Тиса и жизнерадостно улыбнулся. У того пробежал по спине неприятный холодок. Кажется, эти двое втянули его во что-то совершенно невообразимое и, скорее всего, не полностью совместимое с жизнью.

- Смотри на ситуация позитивно! - расплылся Барт в несколько шизофренической ухмылке и радостно простёр руки в разные стороны. - Зато вы смогли нормально поговорить.

- Иди нахрен, - проворчала Рита.

- Солидарен, - поддержал Тис и, наконец, поставил табуретку на пол.

Злобно сощурившись, демон выдохнул облачко серы и удалился с самым независимым видом, бурча под нос о неблагодарных людишках и бессмысленности безвозмездной помощи таким обормотам. Однако никто на это внимания не обратил. Было и без того понятно, что Барт поступил так вовсе не по доброте душевной.

Рита озадаченно посмотрела на Тиса. Тот согласно кивнул и невольно покосился на место, где была пространственная воронка. Если бес потрудился избавить их от визитёра, значит впереди ждало кое-что поинтересней. А интересные события в его понимании обычно были сопряжены с огромными неприятностями.


Желание 3. Пережить.


Сидя на самом верхнем ряду аудитории, Рита тщательно прислушивалась к себе и пыталась понять - изменилось что-нибудь в ней или нет. В конце-концов, должна же была потеря года жизни как-то сказаться на её общем состоянии. Однако никаких отличий стабильно не прощупывалось, и она была вынуждена смириться с тем, что организм к произошедшему остался совершенно безучастен.

Лекция безмятежно проплывала мимо. Настолько, насколько это было возможно в сложившейся ситуации. Вот уже неделю Рита шарахалась от любого постороннего шума и от каждой незнакомой тени, сея, таким образом, среди однокашников ещё большие подозрения насчёт невменяемости. Однако ей на их мнения было глубоко наплевать - уж лучше было окончательно прослыть двинутой, чем снова попасть под приветственные попытки членовредительства от коллег по избранности.

Что бы Барт не утверждал, было заметно, как он волнуется по поводу случившегося. Теперь он практически не оставлял Риту одну, карауля даже в женских туалетах, постоянно напоминал Тису о возможных фатальных последствиях и вообще, всячески досаждал повышенным вниманием к любым подозрительным с его точки зрения мелочам.

На занятиях, однако, бес появляться перестал, мотивируя это высокой занятостью и необходимостью периодического отдыха для состоятельности их глубоко романтических отношений. Но при всём этом Рита порой замечала его напряжённую физиономию, мелькавшую за окнами аудиторий. Возможно, демон что-то нащупал, но хотел лишний раз подвергать её риску. Во всяком случае, такое предположение виделось единственно разумным объяснением его шпионским манерам.

Родители улетали уже завтра, и Рита с предвкушением потягивалась на большой перемене, думая о том, что ни ей, ни Тису не придётся больше по сто раз оглядываться прежде, чем выскользнуть из спальни. Это было единственным глобальным плюсом, потому что ситуация в целом означала и другое - времени, чтобы хоть как-то сдружиться с парнем у неё стало на неделю меньше.

Конечно, определённые подвижки уже были. Например, он перестал бурчать по любому поводу и даже один раз попробовал неловко извиниться за своё поведение в магазине. Во всяком случае, Рита предпочла расценить произнесённые слова именно так. Буквально позавчера она, не выдержав, поведала перед сном, какими последствиями обернулась его показная галантность.

Староста действительно взяла быка за рога и начала подсаживаться к Рите на парах и переменах, чтобы выведать про Тиса как можно больше. Но что самое отвратительное, принялась вместе с компанией активно навязывать своё общество. Ещё месяц назад Рита была бы в полнейшем восторге от выпавшего на её долю счастья. Но сейчас ей становилось тошно при одном воспоминании о том, как подлизывалась эта мегера, лоснясь заботой и вниманием. Словно бы не она ещё пару недель назад распускала вместе с остальными паршивые слухи о том, что их нелюдимая одногруппница сумасшедшая ведьма, убивающая за открытые насмешки. Или не она громогласно вещала о неудовлетворённых потребностях Риты после несчастного случая с участием кумира всея корпуса.

Последним эпизодом Тис от чего-то заинтересовался подробней, но Рита скупо обмолвилась о трагическом недопонимании и роковой случайности после чего, слегка порозовев, тему решила свернуть.

В итоге, внимательно выслушав упрёки с самым бесстрастным видом, Тис некоторое время помолчал, а затем совершенно будничным тоном осведомился:

- Почему ты не сказала, что они твои враги?

- А что, не заметно?! - огорошено моргнув, спросила в ответ Рита. С её точки зрения не почувствовать напряжённой атмосферы мог только подслеповатый самовлюблённый болван.

- Нет, - разочаровал её Тис и беспечно перевёл взгляд в потолок, не догадываясь, какой только что подцепил ярлычок.

- Поверить не могу... - пробормотала Рита, додумав про себя: "...что ты такой дубина!" Вслух она этого предпочла не говорить. Судя по всему, Тис и без того догадался, что она едва не ляпнула, поскольку довольно скептически хмыкнул и перекатился на бок.

Рите запоздало пришла в голову мысль, что, возможно, его вины и не было вовсе. Может у мужчин была попросту занижена эмпатическая восприимчивость к подобного рода ситуациям. Не даром же Тис обычно высказывал ей своё мнение напрямик. Возможно и ей стоило быть более конкретной и открытой.

- Решил проявить участие? - спросила Рита на всякий случай, не желая, чтобы разговор опять закончился обоюдным напряжением. Однако слова прозвучали скорее саркастично, нежели примирительно. Но Тис каким-то чудом всё понял, потому что незамедлительно отозвался:

- Не люблю ошибочных выводов.

Решив не возражать, Рита сделала вид, что извинения приняты, и с тех пор они больше разговор об этом не поднимали. Однако Тис стал вести себя значительно терпимее. Видимо понял, что пока ещё далеко не во всём так хорошо разбирается, и раздавать ценные указания с барского плеча лучше не стоит.

Сейчас, думая об этом, Рита тихо радовалась, что произошедшее позади. Ей смертельно надоело собачиться с собственным творением. Хватало и невменяемых сокурсников. Вон, староста уже машет со своего места. Наверняка хочет снова попробовать затереться к ней домой. Её там только и не хватало. Тис будет на седьмом небе от счастья. Ещё бы, такой шанс убедиться в собственной безупречности с точки зрения "нормальных" людей.

Грозно фыркнув, Рита уставилась на крышку парты. Следующая пара ещё не началась, но уже хотелось с неё сбежать. Раньше она наоборот предпочитала высиживать каждое занятие, находя в этой демонстративной ответственности особое удовлетворение. Сейчас же всё вдруг опостылело. Тянуло слинять из этого гадюшника и побродить по улицам. Там она, хотя бы, куда реже будет попадать под перекрестье презрительных или недовольных взглядов.

Дико захотелось, чтобы вот прямо сейчас это богоугодное заведение рухнуло ко всем чертям. И заодно погребло под собой всех присутствующих. Это разом бы избавило от множества проблем. Может, стоило позвать беса и...

Додумать крамольную мысль Рита не успела. Впереди послышался какой-то шум, громкая возня и через секунду раздались отчаянные крики. Недовольно подняв взгляд от затёртой крышки стола, Рита, уже настроившаяся на злобное бурчание по поводу окружающих её беспечно орущих идиотов, напряжённо застыла.

Пол аудитории мерно взбрыкивал, изгибаясь и подлетая вверх, словно резиновое дно надувной лодки. Доски ступеней амфитеатра затрещали и, сбросив столы, уже отправили в полёт несколько сидящих на первом ряду учеников. Те шваркнулись об доску и сползли вниз, оставляя за собой мелкие кровавые дорожки. Рита вскочила на скамью.

В очередной раз встав на дыбы, пол с хрустом разломил одну из лестниц. По стене пошла глубокая трещина. Некоторые жавшиеся к ней одногруппники в ужасе отпрянули, пытаясь кое-как прикрыться от осыпающейся штукатурки. Поднимающийся волнами паркет хлестнул столы с новой силой. Те взвились в воздух под душераздирающий скрип выворачиваемых гвоздей и врезались в потолок, побив лампы. Сверху полетело мелкое стекло. Кто-то из девчонок истошно завизжал - осколки угодили в глаза.

- Нет! - тихо выдохнула Рита, вспоминая о том, что буквально минуту назад мечтала, чтобы всё здесь исчезло. - Я не хотела. Я не желала! - завопила она, кидаясь вниз. - Стой!

Однако комната её, разумеется, не послушалась. Громко лязгнули двери, срываясь с петель. С надеждой взглянув в тёмный образовавшийся проход, Рита припустила туда, прыгая по крышкам столов и надеясь выскочить из аудитории раньше, чем разрушит в ней всё до основания. Но у помещения были радикально противоположные планы.

Стены содрогнулись. Паркет разошёлся по швам, и прямо посреди комнаты распахнулся жадный зев. Доски хрустнули, сомкнувшись, и попытались откусить Рите голову. Та увернулась и сиганула на единственную уцелевшую лестницу. Здание ходило ходуном, щедро посыпая всю группу побелкой и кусками застарелого раствора.

"Бегите! Осторожно! Ложись!" - раздавались ото всюду отчаянные крики. Но из-за столов удалось выбраться не всем. Парты со скрежетом сомкнулись и погребли под собой несколько особенно нерасторопных студентов. Послышался сухой треск ломающихся костей. Истошные визги и паника мигом взвинтились на новый уровень.

- Это всё она! - заорал кто-то из мальчишек. Рита затравлено обернулась и поймала взгляды нескольких озлобленных глаз. Они буквально пригвоздили её к месту. Хотелось крикнуть, как-то возразить, но никто бы не послушал. Все были слишком напуганы, чтобы смотреть на ситуацию непредвзято.

"Да не очень-то они и раньше старались" - отстранённо подумала Рита, неожиданно для самой себя понимая, что совсем не против того, что некоторые из её обидчиков пострадали. Наоборот, им, похоже, следовало наподдать ещё, чтоб окончательно вправить мозги. Во всяком случае, сейчас по стенке к выходу ползли именно покалеченные. Те же, кто был невредим, вместо того, чтоб выбираться, сейчас громко кричали, обвиняя во всём её.

Взбесившийся пол, воспользовавшись заминкой, перегруппировался и ринулся в атаку. Взметнулись скамейки. Некоторых стоящих основательно приложило. Остальные наконец опомнились и, прекратив тратить время на Риту, попытались пробиться к двери. Они неслись, толкаясь, наступая друг на друга и дерясь за каждый миллиметр свободного пространства.

В тот же миг на открытый проём посыпались парты. Они слаженно гремели крышками, замуровывая находящихся в помещении и отрезая их от спасительного выхода. Кого-то придавило. Толпа отхлынула, в панике заметавшись по крохотному, оставшемуся неразвороченным пятачку возле нижних ступеней.

Только сейчас Рита заметила, что сквозь щели в столах не проглядывает коридор. Словно проём завесили чёрной простынёй. Оттуда не раздавалось ни криков, ни топота сбегающихся спасателей, ни эвакуационной сирены. Словно бы весь мир вдруг сжался до одной комнаты, в которой творилось настоящее безумие.

Пол гортанно заревел и кинулся на застывших в ужасе людей. Огромная щербатая пасть разделилась надвое - одна атаковала группу уцелевших, другая метнулась к Рите. Ничего не оставалось, кроме как отступать к окну. Пасть продуманно отсекала её остальных, нацелившись, похоже, сожрать в первую очередь.

Сделав ещё несколько шагов назад, Рита невольно вжалась в стекло. Её поразило, что рамы и их содержимое уцелело при всей развернувшейся тряске и погроме. Загнанно обернувшись, она посмотрела наружу, прикидывая, как далеко находятся деревья. Можно было попробовать допрыгнуть. Просто так сдаваться этой пасти она не собиралась.

Казалось, снаружи ничего не изменилось - всё так же в вышине серело небо. Так же тянулись к нему старые ели. Вот только не было видно ни одного человека. С замиранием сердца уставившись в окно, Рита лихорадочно металась взглядом от входа соседнего корпуса к главной аллее и пролегавшей прямо за ней дороге. Никого. Ни души. Не было машин, не было толпы прогульщиков. Не пролетело мимо ни одного вездесущего голубя. Вся подвижная жизнь будто исчезла, сменившись нелепой проекцией статических декораций.

"Мы умрём!" - внезапно отчётливо осознала Рита. - "Нас замуровали, чтобы убить!"

Распахнутая паркетная пасть неуклонно приближалось. Стало почему-то дико смешно. Вспомнив, что на неё уже второй раз за неделю нападает чья-то прожорливая рожа, Рита истерично расхохоталась и, не теряя ни секунды, отпрыгнула всторону. Пасть пронеслась мимо и врезалась в оконные рамы. Стёкла загудели, словно были бронированными, и выдержали напор. Ловко перепрыгнув через груду скамеек, Рита кинулась наверх, отвлекая монстра на себя. Краем глаза она заметила, что вторая часть монстра уже спешила на подмогу первой, видимо решив, что неуклюжее стадо баранов внизу может и подождать.

Теперь паркет методично брал Риту в клещи, наваливаясь с двух сторон. Шансов уцелеть становилось всё меньше. "Жалость-то какая!" - хихикнула про себя Рита, и бесстрашно кинулась меж двух огней. Пасти, взревев, понеслись друг на друга. По пути схватив доску от лавки, Рита прибавила ходу.

"Бах!" - сомкнулись деревянные челюсти, погребая в собственной утробе ретивую жертву.

И в то же мгновении взорвались градом мелких дощечек. Из пробоины на полном ходу вылетела Рита. Использовав инерцию, чтобы разметать хлипкие зубы старых досок изнутри, она пронеслась насквозь, не разбирая дороги. Сиденье от лавки полетело всторону, вырвавшись из рук. Но Рите было уже всё равно. Она прорвалась, а подобного оборонительного материала кругом валялось, хоть отбавляй.

Чудом приземлившись на крышку перевёрнутого стола и ухитрившись не свернуть шею, Рита ловко пролетела вниз по развороченным ступеням. Комната затряслась. С ураганным воем паркет вновь слился в единый вал и раззявил прорезанную наискось утробу.

- Сгинь уже! - пробормотала Рита, подхватывая искорёженную металлическую раму одного из пострадавших столов. Сбив ногой болтавшуюся на соплях крышку, она приготовилась оказывать услуги бывалого экзорциста, привыкшего работать ломом и дубиной вместо пафосных пентаграмм и многословных заклинаний.

Слева мелькнуло какое-то движение. Послышался рьяный треск, перемежающийся настырными ударами. На мгновение скосив глаза, Рита с удивлением обнаружила, что несколько парней последовали её примеру и сейчас стояли сбоку с досками наперевес. "Идиоты!" - пронеслась безотчётная мысль. - "Все ведь полягут!" Пасть истошно заревела и понеслась могучей волной перевёрнутого хлама вниз.

- Назад! - завопила что есть духу Рита, отскакивая к окну и нарочито гремя железкой по развалившейся кафедре. - Разбирайте выход! Я отвлеку!

Как ни странно, парни её послушались. Все, кроме одного. Рита с ненавистью узнала в решившем погеройствовать болване Самойлова. Отлично! Сейчас этот университетский идол проломит себе башку, и уже простыми тычками от скорбящих девиц она не отделается.

- Пошёл прочь, очкарик! - зарычала Рита, вскакивая на узкий подоконник и замахиваясь своим увечным оружием.

- Фи, как невежливо! - перекрикнул шум ревущего потока парень и, в мгновение ока оказавшись рядом, добавил. - Но заботой тронут!

Больше он сказать ничего не успел. Одновременно пригнувшись, они с Ритой пропустили над собой метко летевшую в головы парту. Зацепившись за раму, та кубарем пролетела вниз и оглушительно саданула в стену. В противоположном конце комнаты гремели с трудом отодвигаемые столы. Девчонки успели подволочь всех раненых к себе и теперь только тихо поскуливали, осматривая многочисленные переломы и порезы. Рита скептически хмыкнула - могут, когда захотят, клуши. А ведь привыкли прикидываться немощными и разыгрывать драму из-за каждого сломанного ногтя.

- Леди Ведьма, командуйте! - согнулся в издевательском полупоклоне Самойлов, крепким ударом парируя взбрыкивания пары особенно докучливых скамеек. - Будем усмирять вашу необъятную силу.

- Просто исчезни, - процедила сквозь зубы Рита и бросилась к запачканной мелом и кровью учебной доске.

Некоторое время бездумно поколыхавшись, пол сменил тактику. Теперь он закручивался спиралью, пытаясь вобрать в себя как можно больше перекорёженного хлама, а затем обрушиться на неё всей массой. Однако пережить это нападение было вполне реально. Требовалась лишь хорошая координация.

Подскочив к доске, Рита с размаху всадила искореженный метал в щель одной из створок. "Кр-р-рак!" - хватило небольшого усилия, чтобы и без того уже болтавшиеся на честном слове петли отлетели. Створка хлопнулась на пол. Рита перескочила ко второй. Но её опередил Самойлов. Резко вогнав первый подвернувшийся кусок железа между стеной и фанерой, он одним резким движением оторвал вторую.

Быстро кивнув, Рита подхватила свою часть и поволокла её наверх. Прекратив вращаться, гора досок раскачивалась в центре аудитории, колыхаясь, словно готовившаяся к броску змея.

- Не поминайте лихом... - пробормотала Рита и выставила перед собой кусок доски. Если она всё правильно рассчитала, то сумеет развлечь пол на некоторое время. И очень хорошо бы, чтоб этого времени хватило остальным.

Гора понеслась на неё, теряя по пути куски столов и разваливающиеся лавки. Всё верно - вверх ей было пробираться малость посложнее. Рита, замерев, ждала подходящего момента. У противоположной стены, рискуя сорваться в пролом ступеней, двигался вверх Самойлов. Кто-то кричал ему, пытаясь вразумить. "Стой! Вернись! Держите!" - визгливо требовала староста. Но он методично пробирался в дальний угол, временами с любопытством поглядывая на Риту, безраздельно завладевшую горячей привязанностью летящего наверх хлама.

"Пора!" - поняла Рита, когда волна засыпанного мусором пола оказалась почти рядом. Сделав отчаянный прыжок, она выбросила вперёд доску и запрыгнула на неё сверху. Фанера шарахнулась на самый гребень волны и натужно хрустнула, но выдержала. Рита больно стукнулась подбородком о колено и прикусила щёку.

Пол яростно взбрыкнул, похоже не понимая, куда делась добыча. Взметнувшись на гребне волны под самый потолок, Рита с трудом балансировала на хрупкой фанере, стараясь не издавать не звука. Пол с жадностью гудел и растеряно колыхался, похрустывая партами. Явно не мог определиться с дальнейшими действиями.

Как Рита и предполагала, нечто, вселившееся в поверхность, было слепым. Или, во всяком случае, могло использовать только возможности захваченного объекта. А это, как максимум, ощущения вибрации от звуков и давления. Более того, отсюда, с высоты нагромождённых досок, можно было разглядеть, что монстр управлял только полом, но не отдельными его частями. Заваленный раскуроченным мусором паркет бурлил и перекатывался мелкими бугорками, разыгрывая из себя добродушного старого ворчуна.

Присыпавшись столами, чтоб раздавить жертву, он совершил фатальную ошибку - изолировал свою поверхность от всего, что могло покоиться сверху набросанного антиквариата. И вот теперь решил пойти на хитрость, выманив обманчивым спокойствием. Но Рита наблюдала внимательно. Заметив, что Самойлов намеревается повторить трюк, она остановила его жестом.

Не сейчас. Второй пригодится, когда монстр поймёт, что случилось. Пока следует ждать. Чем больше он тратит время на раздумье, тем больше его у остальных. Проверив, как идут дела у одногруппников, Рита едва удержалась от брани. Столы возле двери заклинило так, что сейчас их не могли растащить даже четверо крепко сбитых уцелевших парней. Скорее всего, тут не обошлось без проделок коварной нечисти, но сейчас потрепанным студентам растолковать Рита бы ничего не смогла.

Пол устал томиться неопределённостью и аккуратно потёк вниз, намереваясь тихонько подобраться к изрядно шумящим людишкам внизу. Рита дико махала руками, призывая их вести себя потише, но лишь усугубила положение.

- Ритка! Ты чего там семафоришь! Иди помогай! Нечего отлынивать! - завопила одна из подружек старосты. Радостно взбрыкнув, страдающие шовинизмом доски кинулись на женский голос, потащив наездницу за собой.

- Куда?! - от неожиданности завопила Рита, поняв, что иначе чудище не остановить.

С торжествующим рёвом паркет взметнулся вверх. Оторванный кусок фанеры запрыгал под ногами, как безумный. Остатки мебели бились в днище, скребясь, словно голодные звери. Пол гудел и перекатывался, намереваясь сбросить дерзкую наездницу. С трудом балансируя на горе хлама, Рита на секунду выпрямилась и окинула взглядом разрушенную аудиторию. Высоковато. Если упадёт, можно зажигать лампадку. Пол взбрыкнул. Резко подпрыгнув на доске, Рита с силой обрушилась вниз, усмиряя бунтующую тварь. Хруст и скрежет возвестили, что монстрюга на отпор не рассчитывала.

Подавшись вниз, паркет превратился в мелкий котлован. За шиворот посыпались опилки. Справа нависла гора перекрученного металлолома. Кажется, эта зараза придумала, как выкрутиться. Сверху повалили доски. Рита поняла, что её нарочно заперли в низине. Сейчас получится чудесный склеп.

Из-за спины быстро метнулась едва различимая тень. С дики грохотом град обломков обрушился на поставленный щит. Из под него выглядывала донельзя довольная физиономия Самойловоа, державшего свой кусок доски на хребтине и с ревностной лёгкостью приземлившегося рядом.

- Ты как здесь...? - начала было Рита, но договорить не успела. Сильная рука прижала её, заставив нырнуть вниз, и в тот же миг их накрыла волна мусора. Самойлов рухнул на колено, но выдержал.

- Приветик! - жизнерадостно заявил он, чем вызвал жгучее желание съездить по носу. - Неплохо мы устроились, а?

Пол придирчиво колыхался, набрасывая новые груды хлама. Рита нервно хохотнула, лихорадочно пытаясь найти выход из сложившейся ситуации.

- Сгинешь тут, - бросила она настырному очкарику, беспрестанно вертя головой.

- Смею заметить, ты уже на меня покушалась. И ничего, жив! - беспечно заявил Самойлов, сдувая лезшую в глаза чёлку.

- Это была случайность, - буркнула Рита, чтобы хоть что-то сказать. Доска под ногами куда-то поплыла. Похоже, монстр решил утрамбовать их покрепче.

- А я думаю, судьба, - как бы невзначай бросил парень, и Рита впервые посмотрела на него в упор. Выглядел этот взмыленный идол сейчас настолько серьёзно, что невольно хотелось засмеяться. Вот только ей было сейчас не до смеха.

- Знатно тебя приложило, - прошипела Рита, не скрывая раздражения. Такие слова от человека, за которым увивалось половина универа, а вторая по настроению восхищённо или завистливо вздыхала, иначе, как неприкрытой издёвкой, назвать было нельзя.

Самойлов уже хотел что-то возразить, но тут пол перегруппировался и резко дёрнулся в сторону. Не удержав равновесия, Рита влетела в своего спасителя, едва не расквасив нос о твёрдое плечо и случайно заехав ему кулаком в живот. Самойлов поперхнулся и рухнул сверху. Их зажало между двумя фанерами, словно рассыпающуюся начинку бутерброда. Рита глухо замычала и принялась протестующе брыкаться.

Что-то больно кольнуло в бок. Кое-как вывернувшись, она сумела рассмотреть острый край сломанной скамьи, нацелившийся прямо под рёбра.

- На счёт три! - гаркнула Рита, резко вскидывая руки и упираясь в доску сверху. Умничка Самойлов понял всё мгновенно и повторил её манёвр. "Вот бы Тис был таким!" - невольно закралась предательская мысль, но Рита её тут же отмела, почувствовав, что если начнёт смаковать, то ничем хорошим это не кончится.

- Раз, два, три!

Синхронным усилием они приподняли доску и навалились на гору подмявшего их хлама. Грозно задрожал пол, предчувствуя, что вот-вот упустит добычу. Кивком головы задав направление, Рита намекнула, куда предстоит скидывать мусор. Но стоило выпрямиться, как в ноги вгрызлись обломки столов.

- Прыгай! - завопила Рита и взвилась в воздух. По бедру с нажимом что-то чиркнуло, прорубая плотную ткань штанов. Самойлов поднажал. В россыпи досок наметился просвет. Рита на всякий случай наклонила голову и зажмурилась.

С грохотом переворачивая обломки, они разметали боковину образовавшегося холма. И, перевернув доску, которую держали над головой, не сговариваясь плюхнулись сверху. Выемку их маленького убежища тут же поглотил осыпавшийся хлам. Взбеленившийся паркет принялся разъярённо брыкаться и хрустеть, но ничего этим не добился. Рита и Самойлов держались крепко, понимая, что это их единственный шанс.

Подскакивая на волнах бешеного родео и отчаянно цепляясь за доску, Рита силилась рассмотреть, насколько продвинулись одногруппники в разборе завалов возле двери. Судя по тому, что все парты уже были растащены и не предпринимали дальнейших попыток буйства, пол ослабил своё внимание, полностью сосредоточившись на двух вредных людишках. Проблема, однако, никуда не делась - выхода из аудитории попросту не было. Проём зиял сосущей чернотой, в которую никто не решался соваться. Студенты толпились возле притолоки, пытаясь высмотреть снаружи хоть какой-нибудь ориентир.

- Что же ты такое? - пробормотала Рита, пытаясь, невзирая на встряску, найти способ утихомирить монстра окончательно. Самойлов настороженно на неё посмотрел, видимо всё ещё не веря в непричастность прославившейся на весь курс "ведьмы".

И вдруг всё прекратилось. Прекратилось так неожиданно, словно кто-то нажал на рубильник и прервал подачу энергии к этому обезумевшему миксеру. Мигом потерявшие движущую силу доски шумно посыпались вниз. Риту и Самойлова, как ни странно, отбросило всторону, словно бы нечисть решила сделать прощальный подарок за предоставленное развлечение.

Их вынесло прямо к телам, присыпанным остатками кафедры. Вернее, тела там должны были лежать, но внимательно присмотревшись, Рита никого не обнаружила. Резко повернувшись, она быстро пересчитала выживших. Нет, всё верно - их осталась от силы половина. И никто мёртвых товарищей даже не пытался складировать, извлекая из-под завалов. Все, замерев, тревожно оглядывались, недовольно ропща и тихо переругиваясь. Похоже, пропажи тел не заметил никто.

С трудом распрямившись, Рита встала и, пошатываясь, направилась к ним. На подступах послышалось знакомое писклявое:

- Вот сам и иди! Ты мужик, или нет?!

Поморщившись, Рита вклинилась в плотную инициативную группу и резко осведомилась:

- Что тут у вас?

- Кого смогли, перевязали. Но выход заблочен! - отозвался слева парень, фамилии которого она даже не помнила. И только тут понял, с кем разговаривает. Остальные тоже как по команде уставились на Риту и подошедшего Самойлова, небрежно разминающего предплечье.

- Живы! - благоговейно пискнула староста и кинулась обниматься. Рита скептически посторонилась, чтобы не мешать процессу. Хотелось сказать что-нибудь едкое, вроде: "Спасибо, я тоже цела!" - но она лишь с отвращением уставилась на столь показательную избирательную заботу, чтобы узнать, как на это среагирует Самойлов.

Тот проявил умеренное уважение, похлопав всхлипывающую старосту по спине и перевёл взгляд на парней, молчаливо требуя прояснить обстановку и благополучно пропустив мимо ушей лепет: "Я так волновалась! Ты же мог погибнуть!" Вместо развёрнутого ответа, кто-то из ребят схватил ближайшую доску и демонстративно зашвырнул в чёрный зев проёма. Доска беззвучно сгинула.

- И ничего не нащупывается. Там внутри пустота, - добавили из-за спины Риты, но она предпочла не поворачиваться.

- Вы видели, - те, кого завалило, исче... - начала она, но её тут же перебили.

- Можем попробовать зайти внутрь так глубоко, как сможем. Будем держаться за что-нибудь, - внёс предложение Самойлов. Рита нахмурилась - снова-здорово, стоило только получить передышку, и опять никто не хочет слушать. А вот Самойлову чуть ли в рот не заглядывали. Некоторые уже согласно кивали в ответ на высказанную идею. Им не терпелось действовать.

Недоумевающе качнув головой, Рита поразилась, насколько люди могут быть неорганизованны. Почему им всегда требуется лидер, чтобы принять верное решение? Раньше она даже не предполагала, что одногруппники могут быть так малодушны. Не с ней, но по отношению друг к к другу. К тем людям, которых, как ей казалось, они считали своими друзьями.

Надо же, стояли и дожидались, пока кто-нибудь не придёт и не возьмёт на себя ответственность за их судьбы. Стало неимоверно стыдно за то, что раньше она как-то пыталась влиться в этот якобы сплочённый коллектив. Да кому нужны такие жалкие подобия приматов? А она-то, дура, ещё завидовала их взаимопониманию... Ну конечно, от чего же муравьям не понимать друг друга, пока они живут по указке.

Но тут, прерывая горестные размышления, комната дрогнула. "Что? Опять?!" - с ужасом подумала Рита, оборачиваясь. Центр развороченного амфитеатра медленно проваливался, образуя глубокую яму. Горы мусора превратились в покатый склон, ведущий в никуда. Посреди чернела точно такая же тьма, которая заволакивала и дверной проём.

Судорожно сглотнув, Рита аккуратно опустилась с мысочков, высмотрев всё, что хотела. Интуиция настойчиво зудела, что всё самое неприятное ещё впереди. Однако на этот раз пол предпочёл за ней не гоняться. Он просто замер молчаливым памятником сгинувшему монстру.

Быстро связали ремни и остатки сумок. Получился довольно длинный, но не особо прочный шнур, который Рита оглядела с крайним сомнением, однако возражать не решилась. Самойлов вызвался идти первым. Она видела, как парни колеблются - с одной стороны, и отпускать не хотелось, с другой - избавиться от конкурента многие надеялись довольно давно. Но завершения их терзаний никто ждать не стал.

Коротко кивнув на прощание, Самойлов быстро ступил в темноту. Девчонки дружно охнули. Рита на всякий случай сжала кулаки и придвинулась ближе - мало ли какая помощь от неё могла потребоваться. Несколько минут ничего не происходило, только хлипкий шнур, увязший в черноте проёма, иногда покачивался вверх-вниз. Начали набирать силу встревоженные шепотки. И тут Самойлов высунулся обратно, с удивлением разглядывая взволнованные лица.

- Вы меня слышали? - уточнил он, не переступая порога и большей частью находясь по ту сторону мрачного занавеса.

- Нет, - ответила за всех Рита. За спиной согласно загудели.

- А я, вроде, громко кричал... - озадаченно пробормотал Самойлов и тут же переключился на основную мысль. - В общем, ничего там нет. Темнота и пустота. Даже не за что ухватиться. Давайте вместе попробуем. Может кто дотя...

Шварк! Самойлова резко дёрнуло назад. Верёвка натянулась и грозно завибрировала.

- Тяните! - завопила Рита, первой хватаясь за стремительно разматывающийся конец.

Ей помогли, но не сразу. Пришлось упираться в притолоку и тянуть изо всех сил. Какое-то время потребовалось, чтобы засуетившийся народ расположился в линию и ухватился за доступную часть мотка. Рита запоздало сообразила, что надо было держать верёвку с самого начала, но почему-то никто об этом не подумал. Наверное, решили, что так Самойлову достанется больше метража.

Досталось. Верёвка лихорадочно металась в полнейшей тишине, лишь изредка перемежаемой чьим-то пыхтением и скрипом ботинок. Всю ораву спасателей неумолимо подтаскивало к повисшей за порогом тьме.

- Вместе! - гаркнула Рита, пытаясь хоть как-то задать ритм общим героическим потугам.

Парни дружно налегли. Шнур тренькнул, но выдержал.

- Ещё!

И тут всех отбросило назад. Кувыркнувшись через голову, Рита приземлилась аккурат в кучу барахтающихся тел. Продолжая сжимать в руке самодельную верёвку, она медленно приподнялась на локтях. Рядом с проёмом валялся лохматый конец шнура. Выглядел он так, словно его долго мусолили, продираясь сквозь крепкие нитки. Верёвка бы выдержала, вот только её перегрызли.

Послышались всхлипывания и постепенно нарастающие завывания. До прекрасно половины группы наконец-то начало доходить, что их здесь уничтожают. И договориться попросту не с кем. Нет злобных террористов, которым нужны заложники. Нет конкретного агрессора. Тишина, горы хлама вокруг и полнейшая изоляция.

Никто не пытался никого успокоить. Все прекрасно понимали - что случилось с одним, произойдёт и с другими, если они попытаются выбраться.

Визгливый гомон усиливался. Шмыганье носов, скулёж, надрывные обрывки фраз объединились в один давящий гул. Обхватив руками голову, возле разрушенной гуды столов покачивалась староста тихонько, но настойчиво шепча: "Нам конец! Нам конец!"

- Отсюда не выйти! - вторил ей громкий крик из другого конца зала. Рита заметила, как один из парней осторожно двигается к трясущейся девчонке, медленно подступающей к окну. Кажется, собиралась выброситься. Только и оставалось, что пожелать ей удачи. Если это тело сумеет сигануть вниз сквозь бронированные окна, значит и у остальных будет шанс.

- Не подходи! - завопила девица пытающемуся образумить её сокурснику и сделала размашистый шаг назад.

- Стой! - вскрикнула Рита, увидев за её спиной торчащий из общей массы острый обломок доски.

Куда там - её даже не услышали. Продолжавшая отступать девчонка запнулась об услужливо подвернувшийся под ноги хлам. Парень рванулся, но не успел. Чавкающий хруст разнёсся по разрушенной аудитории. Рита стиснула зубы и отвернулась.

Взгляд случайно упёрся в угол. Там тихо стонали и плакали, истекая кровью те, кому во время атаки не повезло. Мало кому из них можно было помочь подручными средствами. Самых тяжёлых постарались отделить, загородив столами. Рита понимала, что их просто положили там умирать, и никому смотреть на это не хотелось. Заражения, щепки и осколки в ранах; кое-кто уже начал пованивать. Парочку скраю тошнило. И ещё одну смерть заметили, кажется, только они.

Истеричный вой нёсся уже ото всюду. Он начинал действовать на нервы всем - даже парни, давно выкарабкавшиеся из общей кучи, выглядели оглушёнными и явно не знали, что ещё можно предпринять.

- Тихо!!! - рявкнула Рита так громко, как смогла. Не сказать, чтобы это подействовало, но стенания слегка притихли. Нужно было срочно дать им какую-то надежду; идею, за которую можно ухватиться. Поэтому она крикнула первое, что пришло в голову. - Он может быть ещё жив! Без паники!

- А ты проверь! - взвизгнула срывающимся голосом Лерка и впилась в Риту яростным взглядом. Самой ей лезть в душегубку, разумеется, не хотелось. Даже ради того, о ком она так показушно проявляла заботу.

И, конечно же, возражать против такой идеи никто не стал. Наоборот, теперь все смотрели на Риту так, будто это был её прямой долг. Тревожно вглядываясь в темноту, парни подступали ближе. Кое-кто уже взялся за верёвку и протягивал другой конец Рите, предпочитая смотреть куда угодно, только не ей в глаза.

Да, кажется, общей идеей они прониклись. Вот только не особенно благородной, как изначально хотелось Рите. "Эту не жалко!", "Раскомандовалась...", "Сама виновата!", "Всё из-за неё..." - тихие шепотки и громкие, откровенно враждебные замечания поползли со всех сторон. Они окружали, связывали и припирали к стенке.

Как Рита могла возражать им, если понимала, что всё произошедшее действительно лежит на её совести? Вряд ли нечто подобное бы случилось, не свяжись она с демоном.

Да, раньше её, может быть, обвиняли и не совсем справедливо. Подумаешь - упала с лестницы потому, что толкнул невидимый остальным бес, и едва не свернула шею Самойлову. Не пострадал ведь. И нечего было той парочке недоумков потрошить её конспекты. Были отъявленными раздолбаями, поэтому и по сторонам не смотрели, когда переходили дорогу. Её вины тут нет. И даже демон был ни при чём. Наверное. Рита закусила губу.

Нет, она не полезет внутрь потому, что так хотят они. Этим отчаявшимся всего лишь нужна жертва, чтобы сплотиться в момент её линчевания. Им нужна цель, облечённая в форму и враг, со смертью которого родится надежда. Не дождутся.

Стиснув кулаки, Рита гордо вкинула подбородок и обвела окружающих презрительным взглядом. Эти палачи не заслуживают искупления за её счёт. Нет, она поступит так, как считает правильным сама. Она сделает это по доброй воле.

- Трусы, - презрительно бросила Рита, резко выхватывая конец обглоданной верёвки. Недовольные возгласы стали громче.

- Почему мы должны из-за тебя страдать?! - громко крикнул кто-то издалека, и его поддержал одобрительный гул.

- Действительно, - неожиданно легко согласилась Рита, отворачиваясь и без особого страха смотря во тьму. - Желаю вам сдохнуть без особых страданий.

Дёрнув плечами, она решительно переступила через порог. Чернота бархатным саваном обволокла её со всех сторон. И уже не дала рассмотреть, как помещение за спиной медленно схлопывается, погребая под истошные вопли остатки выживших.

Мрак вокруг был мягким и тёплым. Рита словно нырнула в воды тропической лагуны с прогревшейся за день водой. Мягкие течения влекли в глубь, лаская кожу и распыляя внимание. Поняв, что её таким образом лишают тактильных ощущений, Рита принялась быстро тереть предплечья, пытаясь восстановить чувствительность.

В этой безграничной тьме не было ни запахов, ни звуков. В уши словно давили плотные комья ваты, мешавшие расслышать даже стук собственного сердца. Рита в панике схватилась за рёбра, пытаясь проверить, бьётся ли оно до сих пор или нет. Сердце вроде бы отзывалось, но как-то слишком уж лениво. Следовало выбираться отсюда, пока оно не решило остановиться совсем.

Верёвка в руке дёрнулась и обвисла. Не имея возможности как следует её рассмотреть, Рита просто стиснула покрепче остатки и, сглотнув, осторожно двинулась вперёд. Возвращаться было некуда. Но где-то здесь, во мраке, шарилось чудище, утащившее Самойлова. А может и кто-то похуже, хотя на формате усугубления фантазию Риты клинило.

И друг по глазам ударил яркий свет. Шарахнувшись всторону, Рита налетела на притолоку и зашипела от боли. Вокруг сновали гомонящие студенты, перебрасываясь пустыми и даже несколько карикатурными фразами. Сквозь высокие окна вестибюля ярко светило весеннее солнце. Где-то над головой хрипло заверещал звонок, напоминая о начале занятий. Медленно сползая по стенке на пол, Рита всё ещё не могла поверить.

Почувствовав, как всё ещё сжимает что-то в руке, она опустила глаза и сомнением поглядела на полиэтиленовые ручки пакета с парой тетрадей. Захотелось упасть в обморок. Рита даже искренне попыталась, но, увы, нервная система решила проявить стойкость в самый неподходящий момент.

- Всё-таки выбралась... - одобрительно прогудело над ухом, и Рита, отчаянно завизжав, сиганула прочь. Но приземлилась она неудачно и, поскользнувшись, проехалась пузом по полу, собирая под майку песок и городскую пыль.

- А я уже собирался договор рвать, - нагло заявил демон, безучастно наблюдавший за процессом. Сунув руки в карманы, он отлепился от стены и с умеренным вниманием навис над не спешащей подниматься Ритой.

- Где я? - вместо ответа спросила она и тут же закашлялась, вдохнув песчинки.

- Вопрос довольно туманный, - с облегчением ударился в демагогию бес, пространно обводя руками коридор. - Но с определённой точки зрения можно считать, что в данный момент ты находишься там, где привыкла проводить большую часть времени в этой половине дня.

Лучших доказательств было и не нужно - нудящий демон являлся привилегией исключительно её собственной реальности. Глухо застонав, Рита шваркнулась лбом об пол.

- Ну, будет убиваться! - с отцовской заботой в голосе заявил Барт и, наклонившись, без особых усилий вздёрнул её за подмышки.

- Просто дай мне умереть... - устало потребовала безнадёжно покачивающаяся Рита, не разлепляя глаз. Демон на секунду задумался.

- В исполнении желания отказано, - цинично заявил он, подпихивая безвольно шатающуюся подопечную к дверям аудитории. - И прекращай блажить. Подумаешь, какой-то мелкий карман! Да его одним ударом прорвать можно было...

- А? - не поняла Рита, осоловело заморгав. И только тут сумела сфокусироваться на бесе.

Словно бы очнувшись, она некоторое время таращилась на него во все глаза. А потом вдруг схватила за грудки и завопила в лицо:

- Барт! Что это было?! Куда нас загнали?! Мы там чуть не сдохли! Чёрт, да там же половина уже...

Отбросив демона, она кинулась к двери и с силой распахнула створку. Преподаватель истории посмотрел на взмыленную Риту с величайшем недоумением.

- Опаздываете, - прохладно заметил он и, кивком указав на свободное место, вернулся к теме.

Но Рита туда не спешила. Всё ещё тяжело дыша, она обводила внимательным взглядом аудиторию, полную сокурсников, и пересчитывала всех по головам. Каждый, каждый из тех, кто оказался с ней в той мясорубке, был на месте. И даже больше - подтянулись те, кого в начале всей кутерьмы не было. Неужели ей всё привиделось?! Нет, невозможно, Барт же сказал...

Рита быстро пробежалась глазами по насмешливым лицам. Ага, вот она - девчонка, которой попали в глаз осколки. Сидит через проход от старосты с повязкой на голове. В начале дня она была здорова. Её соседка выпрямляется и морщится, поглаживая спину. Её проткнул кусок доски. Пара парней иногда едва слышно кашляет - этих придавило. Значит, травмы у всех остались. Смягчились лишь последствия.

Всё-таки нужно было выяснить у Барта, что же произошло. Но обернувшись, Рита никого рядом не увидела. Беспутный демон слинял, едва представилась такая возможность.

- Вы долго в дверях собираетесь стоять?- послышался возмущённый голос преподавателя, и по аудитории побежали тихие смешки.

Раздосадовано фыркнув, Рита опустила голову и быстро пробежала на самый верх, стараясь внимательно смотреть под ноги и ни с кем не встречаться взглядом. За то, что адекватно отреагирует на новую порцию издёвок от недавних трупов, она бы в данный момент не поручилась.


Желание 4. Понять.


- Значит так. Больше одна никуда не ходишь! - демон свесился со шкафа и решительно качнул вихром салатовых волос. Рита надулась, но смолчала.

Животрепещущий разговор состоялся тем же вечером под мерное шуршание воды и гул телевизора. Родители всегда делали всё заранее, поэтому обычно имели едва ли не сутки безмятежности в запасе, свободные от дорожной суеты и чемоданного настроения. Всё давно было собрано, проверено и перепроверено. Рита даже не сомневалась, что отец повесил специальную бирку на ту рубашку из шкафа, которую следует надеть первой после приезда. Предусмотрительность, граничащая с неврастенией, у них в семье была почти родовой чертой.

Даже сама Рита всегда раздражалась, если что-то было вовремя не подготовлено или вдруг шло не по плану. А уж нападения, о которых, разумеется, никто не изволил предупреждать, и вовсе выбивали из колеи. Поэтому она даже не стала выговаривать бесу за самоуправство. Просто молча и покорно внимала его идеям по усилению мер безопасности, время от времени спуская с небес на землю - идея запаковать её в полный боевой доспех была совсем уж из ряда вон.

- Пенёк, следишь за ней круглосуточно, - обратился демон к Тису, относившемуся к ситуации с полнейшим равнодушием, если не сказать, пессимизмом. В то, что Риту едва не прибили, он по какой-то причине так и не поверил. - Куда она, туда и ты. На занятиях особенно. Вообще, лучше бы тебе академ взять, - разродился планом Барт, обратившись к мигом нахмурившейся подопечной.

- Нет уж! - отмахнулась Рита и грозно хватила кулаком по столу. - Чтоб я от каких-то недоумков в четырёх стенах запиралась!

- О! Это мысль! - тут же встрепенулся Барт и перескочил на потолок. К потолкам он питал какую-то особенную страсть. - Тебе просто хронически необходимо гнездо!

- Что? - уточнила Рита, начиная потихоньку догадываться, куда он клонит.

- Ну, гнездо! - всплеснул руками бес и высоко подпрыгнул, тем самым едва не пробив головой пол. - Лёжка. Пещера. Укрытие. Форт. Твоя личная неприступная крепость, короче! А заодно и наш штаб.

- Предлагаешь мне возводить потустороннюю недвижимость прямо в центре? - зашипела Рита, практично прикидывая, что тут не то, что отдельное помещение, - даже клочок земли выкупить никаких денег не хватит.

- Широко мыслишь. Хвалю! - одобрил Барт и ловко приземлился в кресло, принимая пафосный канцелярский вид. - Найдёшь подходящее местечко - можем очертить.

- И ещё год жизни отдать? Щаз! - буркнула Рита, невольно покосившись на Тиса.

- Ты как думала, милочка?! - всплеснул руками демон, алчно подаваясь вперёд. - У тебя выбора-то особого нет. Либо окопаешься, либо зашибут. Слабая ты ещё. Неискушённая. Меня ведь рядом может и не быть...

- А ты будь! - рявкнула Рита, понимая, что бес, к вящему её негодованию, до невозможности прав. В один прекрасный момент она вполне могла заснуть и не проснуться. Случись нападение ночью, или выдерни её из душа куда-нибудь в очередную недореальность, куда вовремя не пробьётся Барт, - пиши пропало.

- Только за отдельную плату, - прагматично отозвался демон, чем окончательно развеял наметившийся, было, флёр заботливости.

- Вымогатель! - заявила подопечная, отворачиваясь, чем его только позабавила. Барт любил подобные многогранные комплименты от клиентской базы.

- Ну так что, будем возводить? - мигом подобрался он, довольно потирая ладони. Рита уставилась на него, как на памятник интегральному криптоанализу. Она никак не могла понять - глумится бес, или говорит серьёзно? Неужели правда считает, что она наступит дважды на те же грабли, доверившись его, якобы, профессионализму?

Судя по горящему взору и воодушевлённой ухмылке, Барт действительно готов был приступать хоть сейчас. И уже, похоже, мысленно получил согласие подопечной.

- Что ты мне навозводишь без плана-то? Хижину в лесу? - скептически осведомилась Рита, пытаясь охладить его пыл. Демон тонко улыбнулся, не исключая такой возможности, но афишировать намерения не стал.

Нет, строить с нуля было решительно бесполезно - Рита это прекрасно понимала. Или ей каким-то образом следовало описать в заказе все мыслимые и немыслимые параметры будущей базы, или мириться с тем, что демон где-то напортачит.

- Барт... - задумчиво проговорила она, стараясь ухватить маячившее в отдалении решение проблемы. - Каким образом совершались предыдущие нападения?

Бес вытаращился на неё с нескрываемым изумлением и нервно дёрнул ушами. Отвечать он, похоже, не очень-то хотел, но Рита ждала совершенно спокойно. От ответа демон уйти не мог - таково было право контрактора. Барт напустил на себя безразличный вид и, закинув руки за голову, принялся вещать:

- Видишь ли, дорогая, вариантов тут несколько. Но ты имела возможность ознакомиться только с двумя. Первый - простейший. Подконтрольная сущность возникает неподалёку от цели и стремится её уничтожить. Просто слуга, получивший банальный приказ.

- А второй? - поторопила Рита, на всякий случай оглядываясь - не хватало ещё сейчас столкнуться с новыми приветами от дружелюбных коллег. Демон заёрзал, недовольный тем, что его перебили, но покорно ответил:

- Если в прошлый раз это был посланник, то сегодня тебя, скажем так, пригласили в гости.

Видя, что Рита не совсем понимает, он вяло махнул рукой в её сторону и растёкся по креслу.

- Такие пространственные карманы для умелых контракторов дело обычное. Другой вопрос, что обстановка внутри этих реальностей ограничена и статична. Сами владельцы изменить её не в состоянии - могут лишь пользоваться плодами и площадью. Мы специально не следим, но поговаривают, что чем больше тот мир похож на наш, тем сильнее создавший его контрактор.

- Тот был очень похож. Почти копия... - пробормотала Рита. Демон безразлично повёл плечом, и прохладно резюмировал:

- В таком случае тебе крупно не повезло.

- Что ж её тогда не прикончили? - скептически поинтересовался из своего угла молчавший доселе Тис. Звучало это так, будто он неимоверно расстроен подобным исходом. Смотревшая исподлобья Рита насупилась.

- Очевидно, не очень-то хотели, - невозмутимо пояснил бес. - Из чего можно сделать вывод, что и во втором случае это было лишь вежливой демонстрацией намерений. Так сказать, предупреждением. Нападать исподтишка вы, почему-то, считаете ниже своего достоинства.

- То есть, - неуверенно пробормотала Рита, - меня предупредили уже дважды? А это значит...

- Дап, - беззаботно отозвался Барт, покачиваясь в такт своим мыслям. - Охотников двое.

- И работают вместе? - мигом насторожился Тис, переставая валять дурака.

Демон искоса взглянул в его сторону, но ответил, обращаясь к подопечной:

- За добычу-то? Маловероятно. Слишком ничтожная награда, без обид, малышка.

Несмотря на просьбу, Рита запустила в него подушкой, от которой бес легко увернулся и, подхватив, удобно пристроил за спину. Помрачневший Тис некоторое время задумчиво созерцал собственные костяшки пальцев а затем негромко выдал:

- Но ведь в первый раз отбиться удалось? Да и во второй она выбралась. Может, не так уж всё страшно.

То, что парнишка не стал произносить имени, Рите очень не понравилось, не говоря о принижении её заслуг. Он говорил так, словно спастись было совсем легко. Да она там едва не окочурилась, пока этот халуй торчал дома и переключал каналы! Демон, уловив настроение подопечной, сыто ухмыльнулся и не посчитал за труд ответить.

- "Из гостей" убраться, разумеется, можно. Вот только дважды получится вряд ли. Поклон перед дуэлью и первый выстрел путать не стоит.

- Кстати, Барт, как я попала обратно? - встрепенулась Рита вспомнив, что бес слинял раньше, чем она успела это выяснить.

- Вот это уже у тебя нужно спросить, - с любопытством покосился бес, и весь обратился в слух. Подопечная озадаченно моргнула.

- Ну, я шагнула в дверь, - растеряно начала она. - Шла-шла, а потом свет...

На этом месте её неловкий рассказ прервал заливистый смех. Демон ржал до слёз, хлопая себя по коленке и громко шмыгая носом. Рита и Тис недоумённо переглянулись - причина веселья была им одинаково неясна. Утирая слёзы, Барт громко откашлялся и пробормотал:

- Сам себя перемудрил, упырь, - а затем, подняв взгляд на двух бессмысленно моргающих людишек, радушно пояснил. - Создатели карманов всегда оставляют выход. На тот случай, если сами окажутся внутри. Для контракторов такое дело стало настолько привычным, что каждый пытается замаскировать свою лазейку как можно тщательней. Надеется как следует вымотать жертву прежде, чем та сумеет отыскать путь наружу. Так вот, твой охотник привычно рассчитывал на опытного бойца, поэтому решил поступить нетривиально и оставил выход там, где любой нормальный соперник ни за что не догадался бы его искать - на месте настоящего выхода.


Предупреждение!

Первый акт является окончанием книги и, фактически, представляет собой приквел разворачивающейся в других актах истории.

Однако излагать сюжет в хронологическом порядке несколько проще, поэтому акт "Подготовка" получил завершение первым.

Тем не менее, постепенно этот блок будет перемещён в общем файле на причитающееся ему место, а именно в конец.

## 01:00. Подготовка.


Желание 1. Найти.


Воздух в комнате был прохладен и свеж. Ночью явно прошёл дождь, и теперь деревья за окном жизнерадостно шелестели зеленью, подставляя свои молодые ветки утреннему солнцу. Из открытой форточки ощутимо тянуло травянистым запахом пополам с озоном. Эта непередаваемая смесь гнала прочь остатки сонливости и заставляла с упоением нежиться под мягким синтепоновым одеялом.

Рита взглянула на часы и довольно сощурилась, позволяя солнечным зайчикам из соседских стёкол безмятежно прыгать по её лицу. Подъём в полседьмого утра отнюдь не был её персональным рекордом, скорее наоборот, считался среднестатистической нормой. В него даже входило специально отведённое время для неторопливых утренних потягиваний и дополнительные пять минут на постепенное пробуждение. И, несмотря на грядущий насыщенный день, этой привычке Рита изменять не спешила, привычно похрустывая суставами слегка затёкших ног.

Омрачали сказочное начало дня только разметавшиеся по полушке волосы, так и норовящие пробраться в нос, рот или, окончательно обнаглев, атаковать глаза. Рита недовольно фыркнула, отбрасывая особо непослушные пряди, и рывком села, свесив ноги с кровати и нащупывая вечно ускользающие в такие заурядные мгновения тапочки.

Подняв глаза на старенький будильник, пылившийся на одной из книжных полок, ещё раз она на мгновение застыла, а затем, пулей взвившись в воздух, метнулась к ванной. Целых пятнадцать минут улетучились в совершенно неизвестном направлении, и теперь Рита катастрофически, как ей самой чудилось, опаздывала.

Со стороны могло показаться, что она, словно вечно спешащий Белый Кролик, хаотично носится по комнатам, однако логика у таких перемещений всё же была: заскочить в ванную, чтобы сунуть в рот щётку с пастой, вернуться в комнату и схватить спортивную одежду, оттуда бегом в коридор за обувью, и не забыть нырнуть под кровать, чтобы вытащить сумку.

На мгновение затормозив в ванной перед зеркалом и как следует разглядев своё слегка очумевшее отражение, Рита мельком хихикнула, отметив собственное сходство с бешенной болонкой, которой не хватает только медицинского ошейника в дополнение к обильной белой пене вокруг рта. Пришлось тщательно вымыть лицо, напрочь перемазанное пастой, на что ушло ещё две драгоценные минуты, а затем со всех ног лететь к холодильнику в котором, хвала предусмотрительности, дожидались заготовленные с вечера бутерброды и бутылка минеральной воды.

Сумку Рита предпочитала собирать перед тренировкой. Это был своеобразный ритуал, помогающий ей настроиться на грядущие физические нагрузки. Сейчас, однако, вопреки расчетам, эта традиция выходила ей боком, сжирая последние крохи времени, оставшегося до назначенной встречи.

Чтобы отвлечься от нагнетающего чувства вины за опоздание, Рита принялась перебирать в уме планы на день, попутно методично укомплектовывая вещи согласно годами сложившемуся в сумке особому порядку. Планирование и организация окружения были свойственны Рите с ранних лет, поэтому столь не выносима была для неё мысль о собственном опоздании. Она требовала пунктуальности от себя и от других, без зазрения выговаривая тем, кто имел неосторожность прийти позже оговорённого срока, вне зависимости от их социальной принадлежности. Считая, что человеческое время бесценно, коль скоро очень ограниченно определённым числом лет, она не желала терять ни мгновения, уж тем более по чьей-то вине.

Предпочитая пешие прогулки транспорту, Рита, таким образом, научилась избегать пробок, в которых зачастую простаивал их мегаполис, а также давала своему организму дополнительные нагрузки в качестве компенсации своего пристрастия к малоподвижным увлечениям. Вот и сейчас, ловко лавируя в толпе, она бежала к месту встречи ровным заданным темпом, чтобы сократить до минимума ущерб от собственной оплошности.

Помимо тренировки, сегодня её ждала куча малопривлекательных домашних дел, в которые входила закупка продуктов на несколько дней вперёд, тотальная уборка, стирка и прочие прозаические, но актуальные занятия, с которыми, ввиду отсутствия особой приверженности к исполнению, Рита тянула до последнего. Решив, однако, события не торопить, и раньше времени "радости" от грядущих трудовых подвигов не испытывать, сейчас она полностью сосредоточилась на анализе маршрута своего продвижения, пытаясь с максимальной выгодой срезать небольшие расстояния, в надежде задобрить свою совесть незначительным временем опоздания.

На автобусной остановке никого не было. Рита, по инерции скрывая лёгкую одышку, недоумённо уставилась на старые наручные часы. Пятиминутное опоздание не прошло бесследно - на остановке знакомых девчонок уже не осталось. Рита в отчаянии уставилась на подъезжающий автобус, размышляя, успеет ли догнать их по дороге к тренажёрному залу, как вдруг мозаика в её голове повернулась, и всё встало на свои места - они не могли уйти без неё. Никто не знал дорогу.

Люди выходили из автобуса, спеша по каким-то своим сторонним делам. Подошла маршрутка, из которой повалила новая порция страждущего свободы от душной кабины населения. Часть высадившихся из предыдущего автобуса вгрузилась в новый. Кто-то остался ждать следующего, кто-то неторопливо разбредался... Рита стояла, не шелохнувшись посреди людского потока и невидящим взглядом смотрела на дорожную разметку. Никто не пришёл. Она была первой.

Чувство обиды и злость захлестнули её. Стоило так торопиться, если всем было наплевать? Никто не посчитал нужным успеть вовремя.

До начала работы зала оставалось полчаса. Рита специально рассчитала всё так, чтобы быть там к открытию, даже если придётся подстраивать свой обычно торопливый шаг под тех, кто привык передвигаться гораздо медленнее. Ещё бы, на таких-то каблучищах! Конечно они ходят медленнее! Рита раздражённо фыркнула. Ей бы потребовалось всего десять минут. И ведь специально выбрала остановку, чтобы остальным идти пешком практически не пришлось.

Затея изначально была обречена на провал. С чего вдруг тогда казалось, что к ней прислушаются, а уж тем более составят компанию, Рите сейчас было непонятно. Шаг был довольно опрометчивым - не сказать, что она особенно ладила с одногруппницами, но в тот момент пригласить их с собой на тренировку показалось ей неплохим ходом по установлению более-менее человеческих взаимоотношений. Как оказалось, зря.

Рита подняла глаза к небу и, пытаясь сосредоточиться на пушистых барашках облаков, вымучила из себя улыбку. Что ж, в следующий раз будет умнее, только и всего. И уж точно не станет так напрягаться. Она попыталась, а не хотят - так и стараться смысла нет. Главное сейчас перестать жалеть об этом.

В тот же момент очередной автобус неторопливо подъехал к остановке, и из него, словно яркая бабочка, выпорхнула Лера - идейный общественник университетской группы и, по совместительству, негласный предводитель приглашённой компании худеющих к лету девиц. Поначалу не заметив Риту, она несколько раз облетела остановку в каком-то особом изящном кружении, которое способно вызывать лишь умиление буйством молодости, а в исключительных случаях и зависть к беззаботности людей, его воспроизводящих. Но затем, разглядев в рассыпавшемся горохе пересаживающихся пушистый хвост волос, как всегда, задорно свешивающийся набок, неуловимо переместилась поближе к нему и приветственно замахала высоко поднятой в воздух рукой.

Рита, постаравшись не выдавать всего спектра обуревавших её эмоций, приветливо улыбнулась и пожелала доброго утра. Вскинув руки в притворном испуге, Лера зашлась трелью о том, как сожалеет о своём опоздании, что проклятый водила собирал все светофоры, пропускал перебегающих пешеходов и вообще, плёлся как черепаха, будто бы специально выискивая пробки, в то время как она, хорошая-ответственная, изо всех сил стремилась на столь важное для неё собрание по приведению собственного совершенства в абсолютно внеземное состояние. Рита слушала её в пол-уха и покладисто хмыкала в специально оставляемых для этого собеседницей среди собственного плещущего монолога паузах.

"Раз уж Лера соизволила прийти, то и остальные скоро подтянутся", - размышляла она, радуясь тому, что намечающиеся доброжелательные отношения всё же удастся сохранить, причём без взаимных препирательств - девчонки всё же соберутся, а она не станет их отчитывать за опоздание потому, что не успела сама. Два минуса давали плюс, и никто никому не оставался должен. Оставалось успеть к открытию зала, и начало дня вполне можно было считать неплохим.

За следующие десять минут по мнению Риты свершилось настоящее чудо - приехали все и с шутками и громких заливистым смехом компания двинулась навстречу подтянутым животам и общему мышечному тонусу.

Успели они, как ни странно, аккурат к щелчку открываемой двери, хотя с самого начала Рита взяла темп, не слишком предназначавшийся для высоких шпилек и коротких юбочек. Оперативно переодевшись, девчонки вошли в просторный зал и растерянно захлопали глазами - причудливое железное поле с агрегатами самых разных конфигураций посеяло в их души закономерное сомнение о том, стоит ли вообще так себя загонять и не попробовать ли для начала что-то попроще.

- Э-э-э, Риточка... - недоумённо проблеяла Алла. - Ты, кажется, говорила, что это популярный фитнесс-клуб, а у тебя особый абонемент...

- Я говорила, что это известный тренажёрный зал, а мне, как давнему клиенту, раз в месяц можно арендовывать его в утренние часы, чтобы заниматься с друзьями без посторонних, - спокойно возразила Рита, наслаждаясь произведённым эффектом.

Новичков такой обширный набор техники для совершенствования тела должен был непременно поразить, и Рита в тайне гордилась тем, что это родное для неё место может производить подобное впечатление.

- Начните с разминки, - посоветовала она, подходя к административной стойке, чтобы провести членской картой сквозь щель регистратора. - У нас есть полтора часа до официального открытия. Раз сегодня ваше первое занятие, - на этих словах девушки коллективно поёжились, - займитесь бегом. Укрепит ноги, подтянет зад, да ещё и для нижнего пресса полезно - будете иметь плоские животики...

Глаза у сокурсниц загорелись тем самым демонически светом бесконечной гламурной решительности, которым вспыхивали при виде новых оригинальных способов похудания в глянцевых журналах, на что и рассчитывала Рита, специально подбиравшая ключевые слова для усиления мотиваций поникшей, было, общественности. Удалось, как всегда, блестяще. Обыкновения манипулировать толпой Рита не имела, считая это скучным и малополезным для себя занятием, но определённым образом "помочь" увидеть верное решение считала своим святым долгом.

Раздав все ценные указания, она, прихватив полотенце, отправилась к ближайшему ряду беговых дорожек, чтобы настроить их на малый ход - вряд ли бы девчонки потянули привычный местный темп, поэтому технику следовало слегка вразумить. Затем, быстренько размявшись, вопреки обычной последовательности занятий, Рита легко вскочила на дорожку и припустила ровным быстрым темпом, стараясь держаться некоего внутреннего ритма. Ей казалось, что нужно подавать пример и вдохновлять остальных на тернистом пути физического прогресса. Поэтому, решительно нацепив затычки-наушники, она бежала и бежала вперёд, краем глаза отмечая, как остальные начинают нерешительно становиться на другие дорожки, совещаться в поисках кнопки запуска и, поминутно вскрикивая, спотыкаться первые пять минут с непривычки.

Затем дело пошло бодрее. Девчата приноровились и увлечённой трусцой топтали резину дорожек, громко обмениваясь разрозненными впечатлениями от процесса, с которыми непринуждённо переплетались типичные женские беседы, в которых Рита мало что смыслила. Она смотрела сквозь высокие стеклянные окна на улицу, где ленивое субботнее утро только начинало разливаться по медленно нагревающемуся асфальту.

Колоссальная разница между кишащей людьми суетной остановкой и здешними тихими проулками настолько бросалась в глаза, что невозможно было поверить в их обоюдную принадлежность к одному и тому же городу. Рита любила этот район и предпочитала гулять именно здесь, вслушиваясь в шелест старых деревьев и разбрасывая ногами буйный тополиный пух, струящийся по склону пешеходных дорожек, словно бесконечная снежная река.

Неподалёку от тренажёрного зала, заняв первые этажи углового дома, расположилось несколько книжным магазинов различной содержательной направленности, в которые Рита повадилась заглядывать после тренировок, хотя и подозревала, что владельцы состоят в сговоре и специально держат каждый свою жанровую лавочку, чтобы не отнимать друг у друга клиентов. Даром, что вроде бы смежные и имеющие самостоятельные входы помещения магазинов, дополнялись проходами в соседние конкурирующие залы, образуя один большой павильон, который просто не позволял уйти без покупки, добивая даже самых стойких и решительных посетителей очаровательнейшим, невероятно обширным отделом блокнотов в последнем закутке канцтоваров и офисных принадлежностей.

Рита в магазины заходила с опаской и, преимущественно, без денег, чтобы искушение разбивалось о жестокую броню реальности и не рвалось сгребать себе всё подряд. Только после тщательного отбора, в конце недели она могла прикупить один-два экземпляра особо вдохновившей литературы. Но даже несмотря на такую жёсткую политику самоограничений, проблема с размещением одомашненных книг уже вставала в полный рост. Впрочем, Рита её пока предпочитала не замечать, упорно выставляя третий ряд на полках, даже не подозревавших во времена своего появления, что на них может влезть больше одного.

Вспомнив о книгах, Рита решила наведаться в отдел технической литературы, подыскать что-нибудь по графике. Конечно, можно было всё необходимое и скачать, вот только некоторые иностранные издания не оцифровывались, а ей было нужно кое-что из малораспространённой серии по особенностям визуализации.

Даже в раздевалке, аккуратно снимая с себя мокрую спортивную одежду и не замечая неодобрительных взглядов относительно такого вопиюще измызганного внешнего вида со стороны компании, Рита размышляла, что именно унесёт сегодня с собой. Девчонки завели какой-то негромкий разговор, что в любое другое время её непременно бы насторожило, но перспектива грядущих денежных трат брала своё, а потому приходилось все усилия концентрировать на навешивании внутренних блокировок поперёк вездесущих типографских "хочу".

Под струями тёплого душа думалось не в пример легче, и, похрустывая о пол припасёнными специально для купания в посторонних местах резиновыми сланцами, Рита быстро расставила приоритеты по всей печатной продукции, отсмотренной за минувшие пять дней, и просто наслаждалась бьющими сверху плотными потоками воды.

-...выпендривается. - Донеслось из дальней кабинки сквозь шум капель, разбивающихся о светлую плитку душевой.

- Да ладно вам, - послышалось совсем рядом, и Рита с расслабленным интересом замерла, прекратив намыливать волосы и пытаясь уловить тематику вялотекущего разговора, - отстаньте от убогой. На такую и не позарится никто! Что ей остаётся?..

Плеск воды перекрыл задорный девичий смех, раздавшийся сразу из нескольких кабинок. Рита пожала плечами и прислушиваться перестала. Сплетни о знакомых и детальное обсуждение их достоинств с недостатками, а уж тем более успехов личного фронта её никогда не занимали. Более того, Рита откровенно не понимала, зачем на такое тратить время, хотя периодически убеждала себя, что подобное поведение - своеобразный ритуал, через который женский род налаживает внутренние контакты, прощупывая потенциальных соперниц на предмет лояльности. А к ритуалам она относилась более чем терпимо - мало ли у кого какие могли быть причуды.

Поэтому, памятуя о необходимости установления и поддерживания доброжелательных отношений, ради чего, собственно, всё сегодняшнее мероприятие и затевалось, Рита сочла нужным влиться в беседу и, стряхивая волосы на выходе из кабинки, поинтересовалась:

- А о ком шла речь?

Ответом ей стала несколько напряжённая заминка, в процессе которой на лицах одна раз ругой появлялись кривоватые неловкие улыбки. Первой, по всем законам приоритета, нашлась Лера:

- О, да ты её не знаешь! - немного более беззаботно, чем нужно, прощебетала она, всплеснув руками. - Есть у нас одна чудила знакомая. Видели недавно, вот и решили обсудить.

Подпевалы согласно закивали и принялись всячески развивать предложенную версию настолько непринуждённо, насколько считали должным, уже не обращая внимания, слушает их Рита или нет.

Она не слушала, вежливо и с дозированной демонстрацией понимания улыбнувшись и принявшись медленно раскладывать вещи по пакетам, аккуратно заталкивая их в сумку и стараясь ничего не забыть. Конечно, хозяин зала непременно проведёт инспекцию и раздевалки, и тренажёров, и даже душевых, убедившись, что после утренних посетителей всё к открытию приведено в надлежащий вид, а лишних вещей не оставлено. И, если что-то обнаружит, непременно вернёт - всё же они довольно хорошие и давние знакомые, - но рисковать не стоило, а уж тем более доставлять кому-то лишние хлопоты.

Рита закинула сумку на плечо, как ни в чём не бывало, терпеливо дождалась, когда соизволят подобрать свои манатки остальные, вывела их из зала, приветливо кивнув на входе хозяину, перекидывающемуся новостями с первыми дневными посетителями. Жизнерадостно помахала на прощание девчонкам, с беззаботным видом отказавшись от дальнейшего совместного времяпровождения, предложенного ими в угоду имиджу радушных и не зазнающихся, несмотря на всё своё великолепие, особ. И довольно потопала прочь, улыбаясь прекрасной погоде и заодно всему свету.

Но всё же, если по дороге к магазинам книг Рите встретился бы хоть один ничего не подозревающий субботний прохожий, серьёзный ожог от такой радиоактивной доброжелательности был бы ему обеспечен на несколько недель вперёд.

Пройтись по книжным казалось сейчас не просто хорошей идеей, а по-настоящему блестящей. Умиротворяющая тишина широких полок с толстыми энциклопедиями, маленькими брошюрками, всевозможных размеров словарями, справочниками пособиями и прочими обучающими изданиями действовала, как хороший глубоководный нырок, не оставляющий ничего, кроме захватывающего ощущения прикосновений к чему-то гораздо более могучему и всеобъемлющему, чем любая из оставшихся на берегу дрязг.

Осторожно дотрагиваясь до корешков книг, Рита бродила по секции технической литературы, медленно продираясь сквозь шипастый клубок обиды и разочарования, и пыталась сосредоточиться на длинных вереницах букв в мудрёных названиях. Ей нужно было пройти к полке графики максимально длинным путём, ухитрившись обойти все магазины, попутно ничего не прихватив в нагрузку к задуманной покупке. Аромат свежеотпечатанных страниц манил, а тихое шуршание кондиционеров расслабляло и снижало бдительность. Таким манером до непредвиденных расходов рукой подать!

Рита зажмурилась и потрясла головой, разбрызгивая последние грустные мысли о том, что с теми поганками ничего дружественного уже не сложится. С другой стороны, было бы о чём скорбеть, как выяснилось. Раз эти акульи морды верещали так громко, значит даже не пытались скрывать своё презрение - наоборот, давали напрямую понять, насколько Рита ничтожна по сравнению сними. Поэтому она уверенным шагом направилась в секцию фантастики, более-менее успешно выкинув из головы недалёких бабищ, даже не способных держать себя в руках, если вожжа под хвост попадёт, и, пожелав им как следует травануться собственным ядом, полностью сосредоточилась на сопротивлении всякого рода книголюбским искушениям.

В некотором роде, на этот раз ей повезло. Рядом с отделом фантастики ютился закуток оккультизма, предсказаний и гаданий, в котором по обыкновению толпились стайки хихикающих школьниц, высматривающих очередной бредовый любовный гороскоп, или архиважные сведения по способам приворота. Сегодняшний день исключением, к вящей досаде Риты, не стал. Группка умело размалёванных девиц, выглядящих уже не столько взросло, сколько, даже, престарело, оккупировала уголок и громко комментировала все коллективные открытия и выуженные из недр книжных залежей "сокровища". Оставаться рядом с ними определённо не хотелось, и Рита, окинув грустным взглядом ряды фантастики, мысленно на прощание пожелала им не скукожиться от всей той белиберды, которую они сейчас выслушивают. И дождаться её в следующий раз - какую-то из книг она уж точно спасёт от незавидной участи стлеть прямо на полке от множащейся неподалёку в катастрофических масштабах глупости.

Проход в следующий зал располагался аккурат возле галдящей компании юных сердцеедок, поэтому Рита, собрав всю волю в кулак, но так и не удержавшись от неодобрительного фырканья, хотела прошмыгнуть мимо как можно менее заметно, чтобы никто и помыслить не мог, будто она станет задерживаться возле стеллажей с этой эзотерической ересью.

Тем не менее, план не удался. Как раз в тот момент, когда она неслышной тенью проскальзывала мимо девиц, одна из них, неудачно повернувшись, чтобы порыться в колоссальных размеров заплечной сумке, задела ближайшую полку с выступающими форзацами богато иллюстрированных книг по символике и мифологии. Соседний ряд с физиогномикой зашатался, но выстоял, а вот несколько изданий, содержащих сумбурные правила по начертанию пентаграмм и рунических оберегов, попыталось сорваться со своих просиженных жёрдочек и отбыть навстречу полу, чтобы хоть как-то разнообразить свою полную бессмысленных перелистываний жизнь.

Не задумываясь, Рита кинулась хватать книги, но всё равно не успела, и те с грохочущими шлепками посыпались на пол. Девчонки, как по команде замерли и уставились на место крушения. Одновременно с тем, как в их глазах начали проявляться осуждающие тени, Рита поняла, что сейчас всё свалят на неё, а если книги повредились, то, возможно, вызовут продавца и заставят платить.

Нахмурившись, она выпрямилась во весь свой немалый рост и строго посмотрела на свору готовых броситься на неё по малейшей команде мосек, пресекая любые попытки вякнуть строгим взором бледных ледяных глаз.

- С книгами нужно обращаться уважительно, - чётко и повелительно прозвучал её голос в повисшей тишине, чудом не дав петуха от страха за возможную опалу.

Какое-то мгновение виновница катастрофы сверлила Риту дерзким, но сосредоточенным взглядом, явно прикидывая, поднимать шум, или сделать вид, что раскаивается. Видимо, грозный вид незнакомки и неприкрытые майкой довольно крепкие мышцы всё-таки стали более веским аргументом вести себя благоразумно, нежели подпирающая спину, но всё же довольно мелкая стая.

- Извините, - пробубнила девчушка, состроив по-овечьи невинный вид, и, с деликатной неторопливостью присев, принялась медленно собирать упавшие экземпляры.

Подружки мгновенно засуетились, предложив подержать сумку и раздвигая книги на полках так, чтобы она могла незаметно затолкать их поглубже.

Рита притворно улыбнулась, расслабив скулы, и нагнулась, чтобы помочь поднять остальное. Всё же книги, какими бы они не были, такой участи не заслуживали. Ведь не вина деревьев в том, что люди пускали их тела на мукулатурную писанину, загаживая чистые страницы бессмысленными наборами чернил.

Под разобранной грудой паранормальной публицистики обнаружилась чёрная папка-планшет с аккуратно воткнутой под зажим кипой исписанных листов. Её явно забыл кто-то из продавцов, расставлявших товар по полкам, и, небрежно воткнув её между книг, наверняка отправился на склад. Рита тревожно заозиралась, ожидая, что сейчас из двери подсобки высунется какая-нибудь встрёпанная голова, увидит беспорядок на рядах и закатит скандал. Девичье собрание усилиями коллективного бессознательного пришло к тому же выводу и упорхнуло в сторону выхода кучкой спугнутых воробьёв.

На кассе, вопреки обыкновению, никого не было. Под кондиционером висела плотная рябь охлаждаемого воздуха, несмотря на то, что работал он достаточно тихо. Рита ещё раз нервно покрутила головой и решила сбежать от греха подальше в соседний филофовско-теологический магазинчик, предварительно всунув папку обратно. Та упорно не лезла, хотя на полке места оставалось предостаточно.

Наконец, кое-как затолкав упорную бестию между парой книжек по чёрной магии и большой энциклопедией символов, Рита с облегчением развернулась, чтобы скрыться с места несостоявшегося преступления, но, не успев сделать и шага, услышала за спиной знакомое "Шмяк!". Папка выскочила обратно и беспечно улеглась подле ног, всем своим видом намекая на неловкость и криворукость того, кто поставил её так неаккуратно.

Развернувшись, Рита начала новое сражение. Просто так уйти она не могла - беспорядок, учинённый в святая святых, игнорировать было решительно невозможно, а привычка возвращать всё на свои места вопила о произволе и требовала сатисфакции. Порядком намучившись и даже слегка вспотев, Рита раздражённо уставилась на орудие божьей кары, ниспосланной ей за постыдные мысли о побеге, пытаясь понять, как продавец, которого явно суждено было дождаться, вообще ухитрился её туда утрамбовать.

Листов было подкреплено предостаточно, но не настолько уж много, чтобы имитировать целый талмуд, коим папка явно пыталась себя возомнить, чванливо не желая отправляться на положенное место. Рита с обречённым любопытством пробежала взглядом по строчкам, надеясь обнаружить списки новинок, но ничего подобного там не значилось и в помине.

Вообще, если приглядеться, оформление рабочих документов было весьма странным. Желтоватые выцветшие листы с потёртыми замызганными углами не создавали впечатления недавно распечатанного документа. Кое-где попадалась линовка с широкими пустыми строками, или заполненными корявым убористым почерком с врачебным уклоном, разбирать который было себе дороже.

Вместо аккуратных таблиц-распечаток на первых страницах красовался длинный список, выполненный готическим шрифтом, с бредовым заголовком "Ознакомительный перечень правил исполнения желаний". Рита неодобрительно хмыкнула, сетуя на дурную фантазию оккультных книжонок, для которых даже банальные бюрократские документы печатались с переподвывертом, и углубилась в чтение.

Дрожащий воздух под решёткой кондиционера аккуратно сместился всторону, будто заинтригованный её реакцией, боле не желая упускать ни одного нового комментария к содержимому.

Основные положения, указанные под размашистой шапкой заголовка, гласили:

1. Оплата желания производится согласно выбранной клиентом модели расценок* - внизу шла сноска на загадочное "Повременная, либо Сдельная".

2. Исполненное желание отмене не подлежит.

3. Желание не может дополняться после его исполнения в счёт предыдущей оплаты.

4. Право трактовки формулировки остаётся за исполняющей стороной.

Далее, более мелким шрифтом простирался длинный список пунктов и подпунктов, призванный, казалось, учесть любую внештатную ситуацию. Рита вскинула в недоверчивом удивлении брови и медленно моргнула. Кому потребовалось заниматься подобным графоманством на отчётных бумагах, ей не было понятно.

Бегло посмотрев подпункты, она зацепилась взглядом за более-менее серьёзные или особо загадочные ограничения вроде "Клиент не имеет права желать ничего хорошего для других" и "Срок жизни клиенту не разглашается". И, недовольно нахмурившись из-за количества пустопорожних параграфов, окинула придирчивым взором пустые строки внизу последней страницы перечня, предназначавшиеся для даты заключения договора, даты расторжения и места для подписей обеих сторон.

Шутка показалась крайне неудачной. Возможно, эта папка вовсе не принадлежала кому-то из сотрудников отдела, а выпала из сумки той неаккуратной школьницы - мало ли какие замороченные анкетки передавали друг-другу юные любительницы шаманства и астрологии. Ещё эффектней был вывод о том, что это умеренно занимательное чтиво подбросили специально, а теперь смотрят сквозь прозрачную дверь магазина и потешаются. Тем более что чей-то заинтересованный взгляд Рита затылком чувствовала, но держала паранойю в узде.

Найдя повод лишний раз поозираться, она как можно незаметней оглядела помещение, но так ничего подозрительного и не обнаружила. Даже за дверью не светилась ничья глумливая физиономия, расплывшаяся в ехидной улыбке от удавшейся проказы. Неприязненно поглядев на скрепленные листы, Рита перемахнула ещё несколько и наткнулась на практически пустую страницу.

На чёрном фоне белыми размашистыми буквами всё тем же готическим шрифтом было накарябано: "Повременная форма оплаты", - и шла всего одна строчка: "Согласно данной модели расценок клиент имеет право на исполнения желания любых масштабов, с фиксированной стоимостью в 1 год жизни". Далее опять следовали даты и место для подписей.

Со следующей же страницы начинался невнятный прейскурант под заголовком "Сдельная форма оплаты", в котором значились совсем уж диковинные категории товаров и услуг в купе с зашифрованными расценками, возле которых значились приписки вроде "г.", "мес.", "дн." и прочие варианты указания, очевидно, сроков доставки после полной оплаты товара. Рита восхищённо хохотнула, поражаясь наглостью автора сего запредельно невменяемого опуса - кому могло потребоваться ждать какую-нибудь фиговину несколько лет, да ещё и по заказу, если можно было пойти и купить? За годы потенциальной доставки можно было смастерить желаемое даже самому, и уж точно найти какого-то более расторопного продавца.

Последняя страница знаменовалась заголовком "Отзывы, пометки, предложения" и оставалась совершенно чистой. Внизу, однако, мелким шрифтом значилась хитро подогнанная приписка: "За последствия выполненных желаний клиента исполняющая сторона ответственности не несёт". Что наталкивало на мысль об очередной шарашке для выкачки денег по шаблону разного рода каталогов. Рита скривилась и, как следует примерившись, решительно втиснула папку обратно. Когда владелец спохватится, она будет ровно на том, месте, на каком и была.

Времени, отведённого на любование книгами, оставалось в обрез, поэтому пришлось прервать букинистический променад и возвращаться в техническую часть скопища магазинчиков.

Решительно схватив томик по освещению и эффектам цвета, Рита двинулась к кассе, попутно незаметно огладываясь на отдел фантастики. Папка из уголка высоких антинаучных материй снова лежала на полу.

Пожав плечами, Рита перестала обращать внимание на упёртый канцелярский предмет - если желает валяться, пусть валяется, - она сделала всё, что могла. Кассир приветливо кивнула, споро заталкивая товар в небольшой фирменный пакет, и сообщила о надвигающихся скидках для всех учащихся - период контрольных и сессий маячил на горизонте призраком неупокоенного педагога, мотивируя даже самых нерадивых взяться если не за ум, то, хотя бы, за шпаргалки.

Марево дрожащего воздуха недовольно отделилось от кондиционера, потолкалось возле полок хиромантии и, раздражённо навернув пару петель над оставшимся валяться планшетом с листами, ввинтилось в забранную решёткой отдушину, напоследок чихнув облачком застарелой пыли.

Один из доброй сотни выверенных планов не удался, хотя никто и не говорил, что будет легко. Экземпляры с сильной волей и неуравновешенным характером попадались в практике не так уж часто, хотя работать с ними было чистым удовольствием. Можно было до посинения экспериментировать, изобретать, изощряться, но они всё равно выдавали в итоге какую-либо неожиданность, предсказать которую бывало весьма непросто. Это веселило и раздражало одновременно, создавая непередаваемо восхитительные всплески эмоций, прививающие неотторжимую любовь к профессии. Дело, зачастую, требовало полной отдачи, и эмоциональное подкрепление в таком нелёгком труде являлось одним из весьма достойных бонусов.

Прозрачные потоки перемещались в след за Ритой, мелькая в верхушках рассаженных по обе стороны дороги тополей. Когда та присела перекусить на скамейку, рябь зависла над соседним деревом и принялась перебирать листья в кроне, попутно вытряхивая их них мелкие отмершие фрагменты веток и кидая на голову подопытной.

Из-за всклокоченного ареола мелких волос, которые, высохнув на ветру, пушились буйной кустовиной, Рита никаких посторонних эманаций не ощущала, уплетая бутерброды и поглядывая на соседний проспект. От тренажёрного зала до торгового центра далековато, но, раз уж она вышла на улицу, то и разделаться со всеми нужными покупками логичней было бы сразу.

Наверху что-то хрустнуло, и посыпалась древесная труха. Рита вскочила, стряхивая опилки с колбасы, и осторожно провела ладонью по волосам. Обнаружив там намечающееся гнездо, она неопределённо хмыкнула, одним махом затолкала остатки бутерброда в рот и принялась выбирать палочки и веточки, превращавшие её шевелюру в куриный питомник.

Нырнув в сумку за заколкой-крабом, Рита отработанным движением скрутила сзади из волос тугой канат и прицепила его за самую плотную часть к голове. Над темечком вырос привычный пушистый хвост и незамедлительно опал на левую сторону - коль скоро Рита была правшой, то и краб пристраивала с небольшим перекосом, стабильно обеспечивающим пружинистый задорный хохолок.

Заколка была любимой, хоть и неимоверно старой. Простая, чёрная, без каких-либо изысков или украшений. Рита ценила её за прочность пластмассы и надёжность пружины, рассуждая, что такому занятому человеку, как она, не нужны вещи, способные через пару дней сломаться или потерять первоначальный вид. Блестяшки и росписи она обходила стороной, считая неподходящими для себя, а то и вовсе атрибутами легкомысленности в поведении и показушности в действиях.

Конечно, такие 'слабости' прощались тем, кто был недостаточно силён духом, чтобы противостоять соблазнам, или вовсе дурно воспитан, но к себе Рита подобных снисхождений не проявляла, каждый раз приводя различные безукоризненные доводы против покупки той или иной яркой безделицы.

Топая по широкому тротуару шестиполосного проспекта, она пристально вглядывалась в прохожих, размышляя о том, что вскоре начнётся пора отпусков и народу в городе поубавится. Это Риту вполне устраивало. Постоянный шум и бесконечные людские потоки - единственное, что ей не нравилось в своём мегаполисе. Даже давящие шпили старых небоскрёбов центра, скорее, создавали уют, нежели угнетали своей монолитностью стекла и бетона.

Рита не любила небо. Постоянно казалось, что оттуда кто-то пристально за ней наблюдает, поэтому при каждой возможности она с благодарностью ныряла под сень деревьев, навесов или зонтиков придорожных кафе. Конечно, делалось это всегда не в ущерб длине маршрута, но всё же на открытых пространствах Рита чувствовала себя куда более беззащитной, чем имея какое-никакое прикрытие над головой.

Сейчас предстояло пересечь большой перекрёсток, со всех четырёх сторон которого собралось по одинаково пёстрой и нетерпеливой куче спешащих по своим делам людей. Рита, поёжившись, неосознанно придвинулась поближе к группе, по-прежнему не замечая дрожание воздуха, добросовестно пролетевшее за ней все оставленные позади улицы. Теперь оно рябило невинным ореолом вокруг фонарной лампы, периодически с любопытством свешиваясь вниз и поглядывая на высоко торчащий из толпы русый вихор.

Когда загорелся зелёный свет, а человеческая масса двинулась с разных сторон навстречу друг другу, чтобы амёбой смешаться в центральной точке и заново распасться на составляющие, воздушный сгусток совершил гигантский скачок и зацепился за фонарь на противоположной стороне дороги. Не рассчитал он, однако, того, что Рита пересечёт её по диагонали и теперь окажется далеко встороне.

Фонарь завибрировал, заискрил. Дрожь оттолкнулась и, сиганув на соседнюю улицу, заструилась вдоль кирпичной кладки крайнего дома, цепляясь за выступы и мелкие трещинки. Она пронеслась вперёд так стремительно, что едва не обогнала Риту, неспешно шагающую к следующему повороту.

Та, погружённая в свои мысли, бодро топала по мощёному тротуару, попутно разглядывая магазинные вывески и пытаясь обнаружить в них любой неожиданный смыл, который даже не пытался вкладывать автор, но усилием надмозга незаметно для себя всё же забурил. Чаще всего веселили отклеившиеся в неожиданных частях слов буквы и само расположение конкурирующих табличек.

Например, под огромной вывеской "Овощи" ютилась мясная лавка с ярким плакатом говяжьей нарезки, а возле выставленной у входа в крохотную общепитку рекламы свежих шашлыков призывно хлопала дверь в аптеку, словно намекая на многочисленные последствия поедания пищи грязными руками. Рита довольно ухмылялась и петляла по проулкам, привычно сокращая свой путь. Ей нравилось, что не многие люди обращают внимание на подобные несуразности, а значит можно было ощущать себя кем-то, кто был слегка наблюдательней остальных. Опять же, тонкие каламбуры были Рите по нраву куда сильнее, нежели прямые, как палка, стратегии рядовых анекдотов и бытовых историй.

Продолжая улыбаться, она пересекла ещё с десяток пешеходных переходов, каждый раз ответственно дожидаясь зелёных сигналов светофора, и наконец вышла к широкому торговому центру с очередным осеннее-весенним незамысловатым названием. Идея с подземной парковкой и высокими пешеходными переходами, обвитыми прозрачным голубоватым плексиглазом, Рите нравилась, как нравились и быстрые бесшумные лифты, и выход центральных дверей прямо на автобусную остановку. Что не говори, но архитекторы и планировщики постарались наславу, создавая всё для максимально комфортных перемещений по этажам и свободного подъезда к зданию, что в городе было пока что не таким уж и частым явлением.

Вообще, подобную заботу о людях начали проявлять не так давно, и, скорее, ввиду новых поправок в законодательстве, обязующих разгружать центральные улицы и накладывающих драконовские штрафы на всю цепочку виновных в неисполнении. Под особенно острым надзором были как раз места массового скопления народа, поэтому, если владельцы желали поместить такое в оживлённой части города, волей-неволей приходилось продумывать всё досконально, чтобы не затруднять движение транспорта.

Юркнув в большие вращающиеся двери, Рита оказалась на первом из этажей, отведённом под галантерею, аксессуары и мелкорозничные точки мобильной техники, и, привычно вильнув в сторону от основного потока, направилась к эскалаторам, ведущим на первый подвальный этаж. Там располагался огромный продуктовый магазин, где ей предстояло увлекательное путешествие с громоздкой тележкой между широкими рядами съедобной снеди и познавательное простаивание в очередях на кассу, где всегда можно было узнать что-то новое и о сотрудниках, и о соседях по ожиданию, частенько норовивших изгваздать в мороженом или уронить на ногу увесистый пакет стирального порошка.

Дрожащий воздух кое-как протолкнулся во входные двери и шустро плыл под потолком, терпеливо дожидаясь Риту на поворотах, а затем лихо нырнув в спуск первым. Тихонько скользя над полками с товаром, он временами стряхивал не убранную ещё пыль на проходящих внизу посетителей, шуршал упаковочными пакетами и незаметно надавливал на весы в овощном отделе у тех, кто ему не особо приглянулся.

Некоторые скользили и спотыкались, проходя под прозрачной рябью, снова маскирующейся потоком от кондиционеров, кто-то ронял пакеты с фруктами, пара тележек укатилась от своих недоумённых владельцев. Воздух колыхался, вздрагивал и бесчинствовал, как мог. Когда к лотку с луком подошла Рита, он нырнул вниз и быстрым порывом ветра метнул шелуху ей в лицо.

Рита замахала руками, пытаясь отгородится от беснующихся сухих очисток, но вместо этого неосторожно закинула себе несколько под майку. Всклокоченная и раскрасневшаяся, она обвела настороженным взглядом людей, с любопытством наблюдавших за этим безобразием и, быстро покидав а тележку все нужные по списку продукты, ретировалась из отдела. Где-то в районе лотков с крупой обнаружилось, что надоедливый лук прицепился не только к майке, но и волосам, и штанам, отчего общий внешний вид сейчас напоминал неизвестный ранее прообраз Чипполино.

Окончательно становиться посмешищем Рита не собиралась, поэтому, подстёгиваемая собственным воображением, она забежала в отдел приправ, где болталось подле пёстрых полок полтора покупателя, и принялась усиленно отряхиваться, стараясь скрыть досаду, и как можно незаметнее вытащить из-под майки шелуху. Последнее удавалось с трудом.

Хитрые, раздражающе колкие листы забились туда, где дотянуться руками, не задирая верхней части гардероба, было практически невозможно. Рита вертелась юлом, но выудить паскудников так и не смогла, в добавок чуть не обрушив пару коробок с усилителями вкуса. Оставалось терпеть зуд и щекотку, сосредоточившись на том, чтобы на лице никаких связанных с этим эмоций не отображалось.

Рябь с интересом завибрировала, опустившись чуть ниже. Уцепиться пока было не за что. Девчонка не только не желала громко четырхаться и клясть всё на свете, но даже получив белые кляксы на штаны от пролившегося кефира в молочном отделе, всего лишь исторгла сакральное "Блин, что ж сегодня за день такой" и отправилась за влажными салфетками.

Обычно такие неврастеники принимались вопить о вселенской несправедливости, призывая громы и молнии на чужие головы, на чём их и можно было подловить. Этот же подававший большие надежды объект являлся настолько пассивным, что растормошить его можно было, пожалуй, только какой-нибудь катастрофой планетарного масштаба. Но с учётом того, что девчонка уже была морально готова к последующим неприятностям, нужного эффекта такой поворот бы не дал.

Устраивать серьёзные бытовые травмы тоже в разряд плодотворных решений не входило. Нередки были случаи, когда подотчётный экземпляр пользовался услугой единожды, будучи присмерти, а затем благополучно обо всём забывал, принимая за галлюцинацию или, того хуже, проделки конкурирующей конторы. В последнем случае убыток был колоссальный, ибо набожниками становились подобные товарищи с изрядной регулярностью.

Зыбкий воздух покрутился над кассой, прикидывая, не подкрутить ли счётчик итоговой суммы на экране считывателя штрихкодов, но пришёл к выводу, что в этом случае наблюдаемая упрямица просто отложит часть товара, а потом сделает крюк за деньгами и вернётся за всем остальным. Если вообще не примется пересчитывать в уме все стоимости продуктов, чтобы свериться с чеком. Оставалось исследовать и выжидать.

Подхватив четыре объёмных пакета, Рита непринуждённо направилась к выходу, стараясь не замечать округлившихся глаз парочки охранников. Домой предстояло добираться на автобусе, поэтому она решительно двинулась к остановке, на ходу прикидывая - доставать деньги сразу, или повременить до посадки. Прозрачная дрожь понуро поплелась за ней, попутно оценивая, какая из пакостей подойдёт лучше всего. Можно было оборвать ручки пакетов, или столкнуть продукты с лавки, на которой Рита разместила свою ношу в ожидании подходящего транспорта.

Последняя каверза отменялась по причине повышенной бдительности - объект крепко держал накупленное, периодически проверяя, чтобы ничего не выпало. Облако растеклось по черепичной крыше навеса, нежась в тёплых солнечных лучах и решив на этот раз такую искреннюю ответственность поощрить собственным невмешательством.

Благополучно оставив позади три остановки, Рита выбралась из маршрутки и нырнула в арку между домами. Через пятнадцать минут ей предстояло увлекательнейшее занятие по раскладыванию набранного в разные места хранения, а затем отчаянная попытка приготовить что-нибудь съестное. Шаг был достаточно опрометчивый, поскольку с готовкой у неё не то, чтобы не клеилось, но до кулинарных навыков среднестатистической домохозяйки не хватало около половины обычной алгебраической бесконечности.

Пределом способностей Риты являлось любое неиспорченное блюдо, приготовленное согласно распечатанному и постоянно держащемуся в поле зрения рецепту за время, вдвое больше отводимого мастеровитыми кухарками на реализацию этого сомнительного изыска. Отдельной статьёй шли заминки по поводу многочисленных рекомендаций добавлять приправы по вкусу и отмерять количество ингредиентов на глазок. Радости добавляла и суровая необходимость перемывать за собой всю тару, основательно пачкающуюся в процессе нелёгкого кулинарного промысла. А потому Рита предпочитала что-то быстрое и не особо муторное, вроде полуфабрикатов, салатов, бутербродов или вовсе уже купленных где-либо готовых гарниров.

Размышляя о своей незавидной участи неумелой поварихи, Рита проморгала регулярно встречающую её радостными объятиями старую выбоину на асфальте пешеходной дороги, не ремонтировавшейся, казалось, со времён постройки микрорайона. Несмотря на малограциозный пируэт, достойный любой арены цирка, равновесие удержать всё-таки удалось, но неудачный взмах рукой отправил половину продуктов в бреющий полёт.

Рита с тоской смотрела, как апельсины, на мгновение зависая в воздухе, со смачным "Пляк!" опускаются на пыльную дорогу. Яблоки, влекомые непреодолимой силой бесчувственной злодейки-гравитации, прыгали вниз по склону и тормозили в ближайшей луже у бордюра. Пара бутылок молока нашла приют под придорожной берёзой, а хлебобулочные изделия кирпичами попадали рядом. Остальная растительная и не очень снедь живописно раскинулась по всему асфальту и укоризненно навевала мысли о постмодернизме.

Взглянув на пару уцелевших пакетов, обволакивающих гораздо более хрупкое содержимое, Рита нервно засмеялась. Проявлять чудеса проворства сегодня было явно не суждено, поэтому она как можно аккуратнее дошла до берёзы с упокоившимся под её сенью молоком, и медленно опустила уцелевшие покупки вместе с сумкой на траву. Отойдя на пару шагов, ещё раз подозрительно обернулась, уточняя, не грохнулась ли поклажа, и принялась собирать разбросанные по обширной площади овощи и фрукты.

Во избежание очередных провокаций, Рита таскала продукты в кучу по два-три, даже не пытаясь унести всё сразу. Радовало то, что прохожих в это занимательное утро по дороге домой ещё не попадалось, поэтому риск нарваться на интеллектуалов, возжелающих реализовать свои форвардские футбольные наклонности на потерявших веру в жизнь помидорах, был минимален. Особо продвинутые сограждане, в теории, могли и вовсе спереть беспризорные пакеты, покуда их законная хозяйка увлечённо ковыряется в большущей луже, вылавливая несговорчивые скользкие яблоки. Поэтому Рита, двигаясь напряжёнными перебежками, постоянно следила краем глаза за своими доморощенными "подберёзовиками".

Собрав-таки всё утерянное вместе, она с облегчением выдохнула и задумчиво оперлась рукой на ствол дерева, недовольно рассматривая весь этот запыленный и перемазанный грязью бардак. Пакеты пришли в негодность. В остальные два толкать что-либо верхом было нерационально - их наверняка постигла бы участь собратьев. Взгляд упал на сумку с вещами, и Рита задумалась. По идее, можно было оттуда всё вынуть и нести в свободной руке, а то и вовсе подмышкой. Упадут душевые принадлежности или одежда - не страшно, а ладоням легче, и основной вес остальной не самой лёгкой ноши распределится по спине.

Руку что-то ненавязчиво щекотало. Рита обречённо посмотрела на ладонь и впала в ступор. По предплечью, не взирая на условности, бодро маршировали муравьи, споро перебираясь с берёзового ствола на прислонённую ладонь. Чёрная цепочка тянулась к продуктам, исчезая в недрах ближайшего из пакетов.

"Ё-моё!" - поражённо констатировала Рита, и принялась вытряхивать непрошенных бедуинов из целлофановых мешков, куда наглые насекомые уже отважились заползти. Ей почему-то вспомнился список библейских напастей, вот только чёрный отряды кусачих засланцев туда никаким боком не входили. Хотя внести их туда, по её авторитетному мнению, непременно следовало - избавляться от толп мелких оголодавших букашек являлось тем ещё высокоморальным удовольствием и вполне сошло бы за кару господню.

Затолкать же сам объём накупленного в малогабаритную, по сути, сумку, было задачей не только на силу и креативность, но и на общую трёхмерность мышления. Рита, однако, справилась с ней блестяще, чем осталась крайне довольна. Радоваться подобным мелочам она приучила себя с детства, как и мысленно хвалить за удачные решения сложных проблем. Стряхнув последних зазевавшихся мурашей с колен, пришлось навьючиваться, попутно поглядывая, как обездоленные насекомые крутятся подле порванных пакетов.

Увы и ах, гражданский долг призывал их ликвидировать, поэтому Рита, неспешно наклонившись, подобрала остатки компромата и бодро двинулась в сторону ближайшей мусорки.

Прозрачная зыбь, наблюдавшая за процессом с верхушки соседнего клёна, недовольно помялась и перепорхнула на крышу пятиэтажки, откуда неплохо просматривалась помойка. В её планы входило устроить нападение мух, однако предвидеть того, что Рита близко подходить не станет, она не смогла.

Рита же, связав оба пакета крупным узлом, размахнулась и зашвырнула их в контейнер, проходя на расстоянии пары метров от подготовленной пакости. Воздух зарябил гневно-восхищёнными волнами и, проследив за девчонкой до самого подъезда, втянулся в открытую форточку межэтажной площадки. Покрутившись возле шахты лифта, он определил местонахождение кабины и взмыл вверх, нацелившись на залаз лифтовой.

Тросы дёрнулись и пошли вверх. Марево засуетилось и нырнуло в дыру подъёмника, догнав кабину и начав обустраиваться на крышке. Рита стояла внизу и ждала, размышляя о том, стоит ли в такой невезучий день пользоваться какими-либо механическими приборами, или всё же избегать подобных рисков любой ценой. Руки уже начинали побаливать, от чего лестница казалась дорогой не на вожделенный четвёртый этаж, а на бесконечный восьмой.

Двери лифта с грохотом раскрылись. Рита нервно заглянула в кабину, но входить не торопилась. Секунды шли. Она всё медлила. Двери дёрнулись и со скрипом поползли навстречу друг другу. Рита судорожно отшатнулась и мотнула головой, оглянувшись на лестницу. Пожалуй, сегодня лучше было пойти пешком.

Над кабиной раздался едва различимый злобный скрежет. Аккуратно поднимавшаяся по лестнице вдоль стенки Рита его не услышала, но неосознанно поёжилась, представляя, как покатится со ступеней вниз, считая пролёты, если не будет внимательно смотреть себе под ноги. Разбитым носом в этом случае можно будет и не отделаться.

Добравшись до тамбурной двери, она вздохнула с облегчением. Фактически, единственной возможной напастью оставалась поломка замка. Ну, или застревание ключа. Или его потеря. Рука Риты панически метнулась к карману, путаясь в швах и складках штанов. Нет, ключи были на месте, однако теперь предстояло не свернуть сам замок.

Пришлось повозиться, но Рита таки попала внутрь, благополучно ввалившись в пустую квартиру и опустив сумки на пол. Щёлкнул замок, отгораживая ото всех мнимых проблем внешнего мира, привычной дробью загудел холодильник. Скрипнула кровать.

Рита напряжённо замерла в прихожей. Последний звук был явно лишним. Дома в это время никого быть не могло.


Желание 2. Убедиться.


"Мам, а что ты так рано?!" - крикнула Рита, подхватывая баулы и, как ни в чём не бывало, пронося их на кухню. Вытащив пару буханок, она спокойно направилась к хлебнице, шурша их упаковочными обёртками. Подле деревянного ящичка для мучного располагалась стойка с разнокалиберными ножами.

Одной рукой укладывая хлеб внутрь, другой Рита потянулась за длинным керамическим тесаком для разделки мяса. Затем, уверенно обхватив рукоять, она открыла воду в раковине, чтобы заглушить шум собственных шагов. И медленной поступью крадущейся мыши направилась в спальню.

Страх сильно отвлекал, сковывая ноги, мешая ясно мыслить. Чувства обострились, и Рита явственно слышала, как за стенами шуршат соседи. Но никто не пришёл бы ей на помощь - если посторонний пробрался в дом, значит, никто не заметил и не услышал. Кричать же и выдавать себя было совершенно неразумно. Если поднять шум до того, как она будет в состоянии обороняться, то могут и убить. Рита молилась, чтобы всё это оказалось одним большим недоразумением. Чтобы это кто-то из родственников пришёл раньше времени с работы. Но задним умом она понимала - если никто не откликнулся сразу, значит дела плохи.

Судя по теням на двери, на кровати действительно кто-то сидел. Рита покрепче стиснула нож и пригнулась, сделав ещё один маленький шажок в направлении комнаты. Оттуда с кровати её видно ещё не было, но вот она уже могла обозревать из-за угла чьи-то ноги, закинутые одна на другую. Видимо, непрошенный гость расположился прямо по центру и теперь, откинувшись, созерцал книжные полки. Но если он наклонится, то заметит...

Искушение плюнуть на геройство и сбежать стало настолько велико, что Рита провела ещё несколько минут в тяжких раздумьях. Сейчас, прямо сейчас она может развернуться и неслышно покинуть квартиру, оставив включенной воду. А потом с лестничной клетки позвонить в службу спасения и остаться караулить несколькими площадками выше. Самый разумный выход. Самый.

Рита напряжённо втянула воздух, как можно сильнее приглушая звук дыхания. Сейчас она уйдёт. Она должна уходить. Она уже подняла ногу, чтобы сделать шаг назад, но тут в голову пришла неподходящая мысль. Если развернётся, то окажется спиной к врагу. И пока будет открывать дверь, прирежут, как свинью. Рита решила такого шанса не давать.

Вместо того чтобы сделать шаг назад, она, гонимая новым страхом, одним плавным движением пересекла коридор и прислонилась к противоположной стене. Теперь увидеть её можно было, только если незнакомец соизволит встать, чего он делать явно не собирался. Рита ещё раз прислушалась к звуку своего дыхания и гулкому биению крови в висках. Она может всего этого лишиться.

Но отступать поздно. Нужно напасть как можно неожиданней. Не убить, но покалечить, чтобы противник не смог ей навредить. В идеале - вырубить, чтобы не сопротивлялся. Начинал наклёвываться план.

Сейчас она ворвётся в комнату и первым делом полоснёт по лицу. Кровь отвлечёт злоумышленника, а она в это время его оглушит. Благо, рядом книжный шкаф - энциклопедий много. Лишь бы успеть схватить что-нибудь до того, как эффект неожиданности рассеется, иначе несдобровать.

Слегка наклонившись вперёд, Рита ещё раз окинула взглядом комнату и свешивающиеся с кровати ноги. Хорошенько присмотревшись, она с удивлением обнаружила одну значимую деталь - супостат был в ботинках! Конечно, логично, что никто, покушаясь на чужое жильё, блюсти этикет не станет, но Риту такой поворот возмутил до глубины души.

Получалось, что какой-то негодяй, мало того, что топтался своими грязными ботами по её любимому ковру, так ещё и забрался в них на постель! Куда она сама ложилась босиком, да и то исключительно после того, как смоет с ног приставшую за день пыль. Рита мысленно вскипела. Теперь она была счастлива, что не сбежала в такой ответственный момент.

Яростно сжав ручку ножа, она напрягла мышцы и приготовилась к броску. Кровать снова скрипнула. Видимо, подлец устраивался поудобнее.

Взревев, словно раненый бизон, Рита кинулась в комнату, гонимая чувством вселенской несправедливости. На кровати развалился тощий панк, небрежно листавший альбом с фотографиями, и с интересом поднявший голову на новый звук. Более рассудительно среагировать он не успел. Рита, размахнувшись, хлестнула его лезвием по бровям, не рассчитав габаритов незнакомца. А затем, не растерявшись, припечатала свободной рукой в челюсть, хорошо заехав по инерции в нос.

Панк завопил, прикрывая пострадавшие части тела, и попытался встать, но Рита надёжно обезвредила его ударом ногой под дых, хотя и метила чуть ниже. Крови, однако, нигде не было, что её одновременно и обрадовало, - альбом был не запачкан, - и насторожило. Неужели она не попала? Но ведь под лезвием ножа явственно чувствовалось сопротивление кости, когда наносился удар.

Рита отскочила к шкафу, нашаривая какой-нибудь увесистый талмуд. Панк скрючился на кровати, мерцая зелёным ирокезом из-за острого тщедушного плеча, одной рукой прикрывая лицо, а другой держась за живот. Сопротивляться он пока не спешил, но расслабляться не стоило. Как и поворачиваться спиной.

Рука наконец нащупала на полке что-то многообещающе широкое и достаточно плотное. Рита, отбросив нож, метнула взгляд на ряды книг и с усилием выдернула объёмную и детально иллюстрированную энциклопедию по анатомии. В какой-то момент ей показалось ироничным, что ходячее скелетное пособие на кровати будет пришиблено своим двухмерным тёской, но вся сентиментальщина выветрилась, стоило взглянуть на не первой свежести штаны, в которых мерзавец катался по чистым простыням. Желание запинать негодяя до полного равномерного посинения безоговорочно победило абсолютно все доводы врождённой осторожности, и Рита, подскочив ближе, размахнулась талмудом от души.

Пронзительно взвизгнув, панк подскочил на два метра вверх и залип на потолке. Рита задрала голову и уставилась на паршивца, выкинувшего такую неординарную подлянку, круглыми глазами. Руки с зажатой в них книгой она опустить так и забыла и теперь выглядела незадачливым хозяином тапка, упустившего в последний момент самую раздражающе жирную муху.

Личность на потолке выглядела крайне закомплексовано и жалась в угол, пытаясь занимать как можно меньше хорошо простреливаемого пространства. Отчаянно цепляясь за стены, панк ухитрялся не только не падать в низ, но даже разместиться таким образом, чтобы не подставлять под удар наиболее уязвимые точки своего и без того болезненного организма. Рита опустила энциклопедию на плечо и нервно поскребла лоб. Произошедшее виделось каким-то бредом. Неизвестно кто непонятно как торчал на потолке её комнаты, не используя при этом никаких специальных приспособлений, чтоб было весьма отчётливо понятно с такого ракурса.

Одежда сомнительного товарища выглядела кичливо-дерзко, но весьма потрёпано, а вот габариты внушали недоверие. Дрищавый субъект под два с лишним метра, видимо, выживал, как мог, оттого и был настолько жалок на вид. Ирокез, однако, выглядел весьма ухоженно и даже симпатично, вздымаясь над причудливо сбритым ёжиком остальных волос не твёрдыми залаченными шипами, а довольно оригинально зафиксированными мягкими прядями.

Недоверчиво сощурившись, Рита склонила голову набок. По всему выходило, что банальным проходимцем этот клиент не был, а следовательно, требовал особого подхода к своей ликвидации. Пришлось опуститься на колени и, не сводя глаз с противника, шарить одной рукой под кроватью - там у Риты была припасена разная снедь как раз для таких экстремальных случаев. Хотя родители подобных предосторожностей не разделяли и регулярно подкалывали её на предмет иррациональной возможности применения собранного. Интересно, что они бы сказали теперь.

Нащупав гладкую ручку черенка от лопаты, переоборудованного в своё время под импровизированное копьё, Рита медленно выпрямилась, недобро глядя на всё ещё торчащего вверху супостата, с интересом наблюдавшего за её манипуляциями. Панк почуял неладное и заёрзал, нервно зыркая по комнате в поисках путей отхода, но не успел сориентироваться. Энциклопедия полетела на кровать, а палка с размаху впечаталась ему в зад. Рита быстро отвела орудие возмездия и вкатила ещё пару дружеских тумаков прежде, чем несуразный дистрофик успел осознать, что его колотят.

Издав возмущённый вопль, панк по-крабьи перебежал в противоположный угол, однако Риту его уникальные способности больше не отвлекали. Для себя она вполне решила, что со всеми аномалиями можно разобраться позже, сейчас же чужак не только пробрался в её тщательно охраняемую обитель, но и без зазрения совести топтал белоснежный потолок. Виновность по всем статьям предъявленных обвинений не оставляла никакого шанса на апелляцию, поэтому Рита с проникновенными порицающими криками и невиданным усердием гоняла супостата по потолку за каждое из возможных прегрешений.

Однако хитрый анатомический экспонат, кажется, начинал получать удовольствие от процесса, то прячась за люстрой, то выписывая неожиданные кульбиты, то взбалмошно кувыркаясь по стенам вопреки любым законам физики. Запыхавшаяся Рита, обнаружив такое паскудство, замерла посреди комнаты и, воздвигнув к люстре черенок, громогласно провозгласила:

- А ну спускайся оттуда, ворюга!

Панк выпучил глаза, притворно укрываясь за одним из плафонов, и впервые подал голос, негодующе завопив: "Я бы попросил!!!" Уверенно качнувшись, он, сделав незамысловатое сальто, приземлился на пол и гневно уставился на Риту, ткнув в неё пльцем.

- Я, между прочим, честный труженик конторы! И обвинить меня не в чем, кроме сомнительной степени халатности! Я, кстати, с последним категорически не согласен, но вот Белиал всю плешь проел! - ходячий костыль скорчил рожу и, высунув язык, забубнил, определённо пародируя кого-то из знакомых: "Где отчётность?.. Зачем проводишь без регистрации?.. Когда предъявишь план?.. Почему по срокам не совпадает..?"

- Что ты забыл у меня дома?! - зарычала Рита, выставив вперёд острие черенка, и двинулась в сторону потенциального мародёра, намереваясь вытрясти из него душу заодно с правдой. Аудиозапудривание мозгов на неё не подействовало, скорее наоборот, - добавило решимости. Замашки у незнакомца были навязчиво-торгашеские, а такие профессиональные болтуны по-хорошему не понимали, привыкнув промывать извилины на автопилоте всем и каждому.

Потоки демагогии мгновенно прекратились. Честный труженик попятился, вскинув в демонстративно-несопротивляющемся жесте руки, и затараторил на грани перфоратора:

- Опсти-плку-пжлст-й-тут-п-делу-ни-ккй-й-ни-вр-й-к-вм-с-прдложнийм...

Начисто проигнорировав идиотский бубнёж, Рита размахнулась и обрушила черенок на голову этому тощему недоразумению природы. Вернее, таков был план.

То ли панк, увернулся, то ли поднырнул, но Рита со всего размаху шваркнула палкой об пол так, что у самой завибрировали руки, а зубы отозвались недовольным клацаньем. Подняв голову, она обнаружила, что впереди никого нет. Резкое оглядывание подтвердило, что и позади тоже. Незнакомец пропал.

Рита панически заозиралась, но ни на белоснежно-чистом потолке, ни на кровати его не обнаружилось. Более того - простыни выглядели так, словно на них никто и не сидел. Лишь где-то у центра лежал брошенный ею анатомический справочник, да на краю сиротливо умостился фотоальбом. Рита напряглась. Такого потенциально галюцинагенного бреда ей ещё никогда не мерещилось.

Застыв столбом, она осторожно оглядывалась, в любой миг готовая врезать выпрыгнувшему из ниоткуда паршивцу. Но все усилия шли прахом - никто не выпрыгивал и ни на что не покушался. Бросив взгляд на окно, Рита автоматически начала подыскивать рациональное объяснение произошедшему. Вариантов было несколько, однако они все хорошо делились на две большие категории: привиделось и нет.

Сама Рита предпочла бы, чтоб это всё оказалось одним сплошным сюром от переутомления мелкими авариями. Но ни какой усталости, ни, тем более, тяжести в голове она не ощущала. Более того, существовала одна неопровержимая улика, что сумасшествие ещё не скребётся в форточку. Рита перевела тяжёлый взгляд на кровать, искренне надеясь, что там сейчас ничего не окажется.

Фотоальбом по-прежнему лежал с краю. Там, где бросил его непрошенный гость. Рита смотрела на него, как на исчадье ада, буквально мечтая, чтобы он воспылал синем пламенем за то, что разрушал одним своим видом такую стройную версию о помутнении рассудка.

Естественно, всё было бы намного проще, если бы визитёр оказался всего лишь плодом воображения. Тогда удалось бы и расслабиться, и спокойно заняться своими делами. Сейчас же приходилось оставаться на чеку, и в ближайших планах маячили уже не бытовые обязанности, а острая необходимость удостовериться в собственной безопасности, обшарив каждый уголок квартиры и трижды перепроверив все возможные входы-выходы.

На всякий случай покрепче сжав черенок, Рита двинулась в сторону окна за одиноко пристроившимся под батареей ножом. Беглый обыск в комнате пропаж вещей не выявил, вот только к фотоальбому прикасаться она пока не решалась. Хотя следовало бы - вор мог унести какую-то из её фотографий, чтобы натравить потом своих дружков.

Подобрав оружие, Рита какое-то мгновение размышляла, стоит ли его брать с собой в обход, или следует спрятать понадёжнее, но в итоге запасливость взяла верх. Нож отправился за пояс, а палка была перехвачена поудобнее.

Максимально осторожные проверки ванной, туалета и пары шкафов посторонних тел или предметов не проявили. Рита даже пошуровала палкой по секциям висящей одежды так, что ускользнуть от тычков не смогла бы и кошка. Простукивание стиральной машинки с тазами тоже ничего не дало. Опаснее всего выглядела кладовка с инструментами, где можно было при определённом усердии затаиться, а затем вывалиться и как следует приложить законных хозяев газовым ключом. Однако Рита обследовала её без происшествий, дальновидно не приближаясь на столько, на сколько позволяла длина черенка.

На кухню она кралась с особой осторожностью - там всегда можно было разжиться разными колюще-режущими приспособлениями, однако ни под столом, ни за холодильником, ни над шкафчиками с посудой, ни под раковиной никого не было. Не было даже в маленьком вентиляционном отверстии, забранном белой пластмассовой решёткой, хотя Рита по инерции заглянула в него дважды.

Оставалось самое неприятное по габаритам место - гостиная. Если все предыдущие помещения во время осмотра удавалось держать в поле зрения так, чтобы злоумышленник не мог проскользнуть из одного в другое, то зал требовал безраздельного внимания. И контролировать одновременно несколько точек не представлялось возможным. Лучшим выходом было двигаться вдоль стены, примыкающей ко входу. Тогда, хотя бы, противник не смог бы напасть сзади. Беда, однако, состояла в том, что вдоль неё располагался длинный угловой диван, забираться на который виделось довольно опрометчивым решением - злоумышленник мог притаиться внутри выдвижных ящиков.

Рита панически дёрнулась - всё это время она исходила из того, что проходимец был один. Но если у него имелись сообщники - это всё кардинально меняло. Прижавшись к стене гостиной, она крепко сжала палку двумя руками и нервно сглотнула. Фактически, если бы их было несколько, то они либо уже ушли все вместе, либо притаились в последней комнате. Последнее было не совсем логично, поскольку гораздо выгоднее получалось напасть, когда Рита осматривала другие части квартиры. Следовательно, одно из двух: все, как один, отпетые трусы, что подтверждало поведение панка, или же все уже давно смылись через дверь, поскольку кто-то оставался на стрёме и держал её открытой.

Но всё это лишь в том случае, если гипотеза о множественном числе налётчиков верна. Против неё говорило и то, что Риту никто не попытался обезвредить во время диалога с незнакомцем. А уж ему-то она всыпала. Значит, справится и ещё раз. Рита судорожно вдохнула и тремя быстрыми скачками оказалась возле окна. Теперь гостиная была, как на ладони, а уверенности прибавилось.

Предстояло обследовать закрытые тумбы с лишней техникой и кухонной утварью, но самую большую опасность таил купейный шкаф, в зеркалах которого сейчас отражалась взвинченная до предела хозяйка. Можно было первым делом залезть и в диван, отсутствие сюрпризов в котором позволило бы наклониться к тумбам.

Окинув быстрым взглядом потолок и дальние углы, Рита наклонилась, чтобы приподнять одно из диванных сидений, не сводя глаз с остального пространства. Дёрнув мягкую кожаную крышку вверх, она отскочила и выставила вперёд палку. Однако в приоткрывшуюся и мигом схлопнувшуюся щель всё же удалось разглядеть, что внутри пусто. Теперь за тылы можно было не опасаться.

Резво простучав все ящики и никого постороннего в них не обнаружив, Рита повернулась к своему главному оставшемуся неисследованным оплоту. Шкаф внушал. Внутри при должном усердии могло поместиться человек 5-6, и ей предстояло перелопатить все секции так, чтобы не дать вырваться тому, кто затаился внутри.

Подумав несколько секунд, Рита сдвинула некоторые двери секций так, чтобы они пересекались друг с другом. Теперь вырваться оттуда будет чуть более проблематично, а она сможет спокойно обшаривать одну за другой, не слишком опасаясь, что преступник ускользнёт от её бдительной проверки.

Осмотр шкафа обернулся исключительной нервотрёпкой, но зато теперь Рита была уверена, что в доме никого нет. На всякий случай она ещё раз обежала комнаты, действуя гораздо бесстрашней и сноровистей, и уверилась в своём полном одиночестве. Тамбурные и дверные замки не были взломаны. Более того, их дужки стояли в том же положении - слегка набок - в каком, закрыв, оставила их Рита.

Ничего не оставалось, кроме как отложить верное орудие возмездия и заняться делами насущными. Палка, на всякий случай, была приставлена к стене подле холодильника, нож отправился на своё законное место - в стойку возле хлебницы. Рита перебирала грязные фрукты под струёй воды в раковине, прикидывая, как бы половчее утрамбовать их все в холодильник, и попутно размышляла о неожиданном визитёре. Себе она обычно верила, поэтому факт, что панк был настоящий, сомнений пока не вызывал. Осталось понять две вещи - как ему удавалось перемещаться по стенам, и как он ухитрился уйти. В последнем виделся и ключ к разгадке его загадочного появления. Более того, Рита предполагала, что умение перемещаться по отвесным плоскостям каким-то образом увязывалось со способом проникновения в квартиру.

Влезть на четвёртый этаж снаружи представляло для обычных прямоходящих некоторую проблему. Но если ты, как таракан, можешь маршировать по вертикалям, то и двери теряют свою актуальность. Зачем ломать замок и поднимать лишний шум, оставляя улики, если можно просто забраться в форточку, прошагав, насвистывая, несколько этажей вверх по наружной стене. Другое дело, что это само по себе маловероятно. А значит, если уж прыжки по потолку она наблюдала сама, у панка были какие-то специальные приспособления.

Рита невольно перевела взгляд на окно. Деревьев близко к дому не росло и случайный налётчик просто так пробраться внутрь снаружи не смог. Спуститься с крыши на тросах средь бела дня тоже виделось маловероятным. Присоски, которые, возможно, и сработали бы на обоях, на кирпичную кладку пристать попросту не могли из-за неоднородности рельефа. Оставались "кошки" или штыри. Эти, однако, испортили бы обои, когда панк буйствующим бараном скакал по спальне. Да и вообще, окна в квартире всегда закрывались перед уходом - как раз на случай проворных форточников.

Яблоки гулко посыпались в раковину - Рита, вытряхивая последние испачканные продукты, заметно нервничала. Непонятно кто, непонятно как оказался у неё дома, и она ничего не смогла с этим поделать. Только погонять идиота палкой по потолку, о чём даже не возможно было рассказать кому-то ещё - попросту не поверили бы. Человеку такое вытворять вряд ли удалось. Рита вздохнула и твёрдо решила сходить к врачу. В конце-концов, исключать вероятность, что весь этот бред мог быть признаком надвигающейся шизофрении, было нельзя. Вдруг сама Рита сейчас - всего лишь ничего не подозревающая субъличность, которая не знает ничего о действиях другой половины.

В пользу последней теории говорило то, что галлюцинации вещи перемещать не могут. Следовательно, ей могло всего лишь казаться, что панк брал фотоальбом, а в это время действовало подсознание, вытащив его с полки и положив на постель. Вероятно, существовал и обратный вариант - ей пригрезились и гость, и то, что он листал. В этом случае масштабы ахинеи закручивались уже спирально, не влезая в одну маленькую черепушку.

Непроизвольно крякнув от попытки подавить истерический смех, Рита принялась катать яблоки по раковине, смывая основной слой пыли, а затем полоскать каждое под струёй крана. Почти убедив себя в том, что вся эта белиберда произошла от перегруза и единственно правильным выходом будет проспаться, а затем записаться на приём к психиатру, Рита потянулась к ящику с целлофановыми пакетами, чтобы разложить по ним промытые фрукты, и автоматически взглянула на потолок, вспоминая свою реалистичную галлюцинацию. Галлюцинация неожиданно подмигнула, сидя на подвесном коробе для посуды. Рита недоверчиво подалась вперёд...

По квартире грянул безумный вопль. Отскочив к противоположной стене, Рита орала во всю мощь лёгких, решив не сдерживаться и выплеснуть накопившееся напряжение на эти радужные потоки весёлой идиотии. Панк скривился и обхватил голову ладонями, яростно зажимая уши. В какой-то момент Рита обнаружила, что кричит с определённым удовольствием и даже моральным удовлетворением от того, что идёт наперекор установленным негласным правилам проживания вроде соблюдения тишины или повышенной эмоциональной сдержанности. Обычно, в таких ситуациях она старалась действовать хладнокровно, но сейчас смысла в этом не было - хотелось кричать на весь мир, чтобы сплавить ему хоть немного собственного прочно окопавшегося в черепушке безумия.

Прислушавшись к себе, Рита отметила, что уже минуты три кричит без остановки на одном дыхании. Факт наличия настолько мощных лёгких настолько поразил и обрадовал, что она невольно сбилась с ритма и, подавившись глотком углекислого газа, закашлялась. Побежали слёзы и слюни. Рита кашляла, задыхалась, шмыгала носом и недобро поглядывала на глюк, с любопытством уставившийся на её рулады из верхнего угла кухни. Почему этот окаянный плод воображения предпочитал именно верхние углы комнат, было в корне не ясно, но досады не вызывало - Рита была согласна и на это, лишь бы всё поскорее закончилось, и её разум пришёл в норму.

Откашлявшись и чихнув напоследок, она подняла слезящиеся глаза к потолку и как-то невпопад ляпнула:

- Вот! - словно бы высказав какую-то неимоверно дельную мысль. От осознания нелепости произнесённого ей стало неловко, и пришлось уставиться в пол, судорожно втягивая воздух в опустевшие лёгкие.

Увидев, что девица закрыла рот, панк осторожно приподнял ладони от ушей и, удостоверившись, что посторонних звуков больше не предвидится, опустил руки, подавшись вперёд. Пока Рита глубоко вздыхала, чтобы успокоиться, он оттопырил мизинец и с наслаждением принялся ковыряться им в ухе, дерзко сощурившись. А затем, разглядев на свет извлечённое и щёлкнув острым чёрным ногтем, сбросил остатки в раковину и многозначительно изрёк:

- С вашим мнением по данному вопросу ознакомлен.

Поражённо уставившись в наглую физиономию, Рита подхватила неэстетично отпавшую челюсть и возмущённо рыкнула:

- Пошёл вон, глюк!

Загадочный фрукт, подперев ладонью щёку и по-прежнему сидя на ящике, потенциально грозившем обвалиться под внезапным добавочным весом мешка костей, плутовато ухмыльнулся и начал пространно стенать:

- Вы уже таки определитесь: то иди сюда, то пошёл вон. Никакой стабильности во взглядах и потребностях!

Кое-как нащупав левой рукой приставленную к стене палку, Рита не сводила глаз с таинственного пройдохи, так некстати пригрезившегося ей в самый разгар дня, и прикидывала, что бы сделать первым: накостылять своей болезненной фантазии или сунуть голову под кран с холодной водой. Впрочем, сходу назревал и компромисс...

Размахнувшись, насколько позволяла длина руки, Рита в полсилы треснула себя по голове палкой. Шедевр безумия от такой неожиданности чуть не свалился с кухонного шкафчика, ухватившись за край обеими руками в последний момент. Тряхнув головой, Рита уставилась на него в упор, но улучшений не обнаружив, замахнулась ещё раз - явно следовало прикладываться к целительной губой силе поактивней. Панк следил за процессом самобичевания с нескрываемым интересом, прикидывая, как далеко девчонка готова зайти и не вырубит ли она сама себя от усердия.

Когда и третий, и четвёртый удары не помогли, от боли слезились глаза, а на загривке вспухло две шишки, Рита посмотрела на плод своего разгулявшегося воображения и с мольбой в голосе простонала:

- Сгинь, а? - после чего сползла по стенке на пол, расписываясь в собственном бессилии перед жестоким ударом судьбы и зажатой в руке палки.

- Не имею практической целесообразности, - донеслось со шкафчика.

Субъект откровенно развлекался и цирк сворачивать определённо намерен не был. Рита с безразличием смотрела, как он плавно соскальзывает вниз, точно просчитанным движением приземляясь на мыски стоптанных ботинок, украшенных в нелепом рокерском стиле шипами и клёпками. С пола сей палеонтологический экспонат напоминал ходячий отпрыск столба и монорельса, если допустить, что подобное скрещивание не противоестественно и в состоянии дать приплод. Зеленоватый оптимистичный причесон терялся в облаке света от потолочных ламп, а наиболее доступными предметами для разглядывания оказались разболтанная белая майка, да небрежно распахнутая драная жилетка, болтавшаяся поверх неё на тощей груди.

Узрев сей бедлам, Рита обречённо склонила голову на грудь и, вяло махнув рукой, заявила: "Вали отсель". После чего брякнулась на пол и, обняв черенок, отрубилась.

Какое-то время оставшийся без надзора глюк обескуражено созерцал свернувшуюся на полу девицу, а затем растерянно почесал за ухом. Взглянув на круглый циферблат настенных часов, он решил подождать минут двадцать, а затем приступать к нелёгкому акту внеплановой побудки. Пока же оставалось настаться по квартире в поисках компромиссных развлечений и методов расширения кругозора относительно подопечной.

Подойдя к раковине, панк небрежно крутнул кран холодной воды, выключая воду. Не сказать, что это была добровольная помощь почивающей от перегруза девчонке, скорее, шум воды в тишине безжизненного помещения его раздражал. Задумчиво покосившись на яблоки, шедевр инакомыслия выбрал на глазок самое большое и с энтузиазмом запустил в него зубы. Так до конца и не промытые грязные разводы его волновали мало, а по сему, оставалось только убивать время, не без удовольствия похрустывая незаконным приобретением.

Заглянув в гостиную, незваный гость ничего сверхлюбопытного не обнаружил, кроме внушительной коллекции игр для располагавшейся под телевизионной тумбой приставки и двух коротких рядов дисков с фильмами в коллекционных упаковках. Ассортимент варьировался от детских мультфильмов и мейнстримовой фантастики до откровенного треша и нишевых ностальгических боевиков. По сути, придраться было не к чему, поэтому пришлось переключить своё внимание на список каналов.

Первое, что отметил панк, развалившись на диване и включив телевизор, это безупречный вдаривший по ушам из подвешенных в разных точках комнаты колонок объёмный звук рекламы какого-то мыльного шоу. Пульт от неожиданности полетел на пол, а сам гость взвился под потолок, затравленно озираясь. Распознав источники несмолкаемой омерзительной какофонии, он сплюнул, резво сполз вниз и, нащупав кнопку звука, быстро приглушил маразматическое безобразие. Причина столь громких настроек выяснилась быстро - канал был музыкальным, вот только в данный момент по нему вместо клипов крутили ключевые анонсы сетки вещания.

Скрипнув зубами и недовольно поморщившись, прочно окопавшийся в реальности плод воображения принялся с остервенением давить по кнопкам, пытаясь подыскать нечто менее претенциозное и драматичное. Каналы, видимо, оказались сгруппированы в порядке приоритета, поскольку на ближних стояли несколько центральных, а затем сразу же шла группа историко-познавательных, после которой сразу начинались спортивные и музыкальные. Следом стоял большой пакет круглосуточных вещателей фильмов, а вот уже после него, в районе 60-х чисел шли разнокалиберные общеразвлекательные каналы, которые панк без особого интереса быстро промотал.

Сунув нос на кухню и кинув огрызок в раковину, он убедился, что Рита по-прежнему вдохновенно сопит возле стола, несмотря на шумевшую не так давно рекламу, недовольно вздохнул и мстительным сусликом навис над анабиозным телом. Внятных идей, однако, не было никаких, поэтому пришлось импровизировать. Панк подцепил носком ботинка зажатую в руках Риты палку и, слегка сместив, со злобным стуком опустил ей на ухо. Вящее недоразумение просипело что-то нечленораздельное и прямо во сне постаралось треснуть отвлекающий фактор черенком, ухитрившись довольно точно размахнуться, но не вложив в удар достаточно силы.

Присев рядом на корточки, незнакомец, размяв шею и хрустнув суставами пальцев, потянулся к лицу Риты и принялся творить разнообразные непотребства: тянул двумя пальцами за нос, зажимал его, отвешивал щелбаны, хлопал по щекам, дул в уши - но добился лишь того, что схлопотал-таки палкой по черепушке. Упрямица выходить из блаженного транса явно не собиралась, просто перевернувшись на другой бок и откатившись под защиту холодильника.

В кране набухла капля и с громким стуком упала на яблоки. Панк обернулся, озарённый новой идеей, и принялся искать глазами подходящую тару. Все чашки и кружки располагались внутри стеклянного подвесного шкафчика над разделочным столом, поэтому пришлось встать и потрудиться нашарить самый объёмный бокал. В идеале для пущего эффекта требовалась кастрюля, однако копаться в кухонной утвари гостю подсознания было откровенно лень. Набрав воды по самый ободок суровой фарфоровой кружки, он снова умостился на корточках подле Риты и с коварным предвкушением поднял руку, диковато расплывшись в акульей улыбке.

Первая капля полетела крайне осторожно, предварительно задумчиво поболтавшись на самом краю и нехотя соскользнув вниз, разбившись ответственными брызгами на щеке. Рита не шелохнулась, казалось, совсем не заметив творящегося безобразия. Панк неодобрительно щёлкнул языком и наклонил бокал, пуская тонкую струйку ей на шею.

Ледяная влага пробралась за майку, стекая по спине, струилась по плечам, заставляя покрываться гусиной кожей. Рите снилось, что она попала под дождь и нигде не может от него укрыться. Становилось всё холоднее и мокрее. Вода шла стеной, а козырьке ближайшего подъезда зияла такая дыра, что пришлось спасаться оттуда под грибок детской площадки. Но и он больше походил на ржавый дуршлаг. Продрогшая Рита металась по тёмно-бурому городскому району, не в силах спастись от вездесущей влаги. Вот она упала в лужу, и к промокшей насквозь майке добавилась сырость штанов. Слипшиеся комки волос закрывали обзор. Рита обнаружила, что потеряла заколку и принялась в ужасе ползать на коленях в луже, пытаясь отыскать своё сокровище.

Они были вместе уже много лет, и расстаться с ней было для Риты равносильно потере близкого друга. Она считала этот аксессуар своим верным спутником и даже талисманом, не раз помогавшим выпутываться из передряг. Поэтому сейчас приходилось по шею бултыхаться в давно вышедшей из берегов лужи, внезапно оказавшейся глубоким ремонтным котлованом, и отчаянно шарить по грязному, полному вросшего в грунт щебня, дну. Рита яростно скребла руками, надеясь вслепую наткнуться на заколку, но ничего не получалось, а вода всё прибывала.

По улицам уже бежали ручьи глубиной с локоть. Скоро она захлебнётся, или напорется на какую-нибудь плывущую железку. Рита ярко представила, как железный штырь неожиданно входит ей в руку, а надломанный кусок оторвавшегося бампера распарывает горло. Последняя картина сделала своё - в ужасе завопив, булькая и пуская пузыри в образовавшейся под ней луже из заботливо наполненного уже в третий раз бокала, Рита вскочила с пола и замахала руками, барахтаясь в невидимой толще воды.

Мокрая, похожая на облезлую кошку, она замерла посреди кухни с крепко зажатой в ладони палкой и бешеными глазами уставилась на панка, успевшего отскочить к раковине. И, потихоньку приходя в себя, начала понимать, что потоп и мёртвый город оказались всего лишь кошмаром, вызванным хамским поведением глюка, лившего на неё воду и промочившего насквозь.

С рёвом замахнувшись палкой, Рита бросилась на обомлевшую шизофрению и со всей силы заехала плоду воображения по шее. Палка затрещала, но выдержала, а вот незваный визитёр кубарем покатился под стол выронив бокал. Который тут же с готовностью дзенькнул об пол и разлетелся вдребезги, расплёскивая остатки воды на обои.

Рита поражённо замерла. Если она смогла ударить глюк так, что кружка разбилась, значит, это всё не плод её воображения. И не раздвоение личности. Невозможно бить самого себя, держащего посторонний предмет, двумя руками. Рита обернулась, с бесноватой улыбкой глядя через плечо на нерешительно высунувшийся из-под стола светло-зелёный вихор. Ну теперь-то паршивец за всё ответит! И за вторжение, и за то, что она настучала себе по башке, и за ледяной душ, и за разбитый бокал. И уж втройне - за её расшатанные всем этим идиотизмом нервы.

- А ну вылез сюда! - рявкнула Рита, шмякая концом черенка об пол, словно придворный лакей. Нотки готовности крушить всё на своём пути заставили панка, передёрнувшись, подчиниться без каких-либо препирательств. Он счёл за лучшее не нагнетать, тем более, если предполагалось, что их знакомство должно быть максимально плодотворным.

Недобро посмеиваясь, Рита с наслаждением смотрела, как гость, скрючившись в три погибели, медленно выбирается на свет божий, цепляясь за выступы стола всем, что плохо торчит. Наконец, воздвигнувшись во весь свой немалый рост, незнакомец навис над ней, пристыжено шоркая ножкой. На лице было написано такое светлое неподдельное раскаяние, что поверить в его искренность было попросту невозможно. Рите весь этот цирк изрядно надоел.

- Либо ты объяснишь, что тут забыл, либо я проломлю тебе голову, а потом сдам следствию! - с наслаждением процедила она, беря панка под прицел своего верного оружия возмездия. Тот мигом прекратил выделываться и, недовольно уставившись на неё, пробубнил:

- Между прочим, я пытался с тобой поговорить, но вместо этого получил только тычки этим увечным садовым инструментом, - он неодобрительно указал мизинцем на черенок в руках Риты и нахохлился, словно заборный петух. Что определённо стало стратегической ошибкой, поскольку он недооценил взвинченность противника.

Отведя палку назад, Рита коротким стремительным ударом ткнула врага в горло, от чего тот закашлялся и осел на пол, хрипя и хватаясь руками за шею. Не останавливаясь на достигнутом, девчонка шарахнула его по хребту, заставив испытать все прелести креольского массажа подручными бытовыми средствами.

- Истеричка! - просипел панк, кое-как придя в себя, и тут же свернулся улиткой, ожидая нового занесения возражений в личное тело. Рита, однако, смотрела на него со спокойным осуждением разочарованного соперника, надеявшегося на славную драку с достойным оппонентом, а получившего избиение гусеницы старой тяпкой.

- Итак... - выжидающе протянула она, явно намереваясь докопаться до истины.

- Бардак! - буркнул панк в рифму, усаживаясь поудобнее. - Кто кого ещё гнобить должен...

Подняв руку, Рита нетерпеливо шевельнула острием черенка перед его носом.

- В общем, я пришёл, чтоб предложить сотрудничество, - пространно заявил пленник и уставился вверх в ожидании ответной реакции.

Повисла неловкая пуза. Рита размышляла, какого лешего простой уличный торгаш пошёл на такой риск и пробрался в дом. И не вешают ли ей сейчас лапшу на уши, усыпляя бдительность. С другой стороны, если бы это вор, он давно бы предпринял попытку смыться. И уж точно бы не стал возвращаться, когда сбежал из спальни. И тем более настоящий преступник никогда не оставил бы её в живых, валяющуюся без сознания на полу. И подавно не занялся бы её добровольной побудкой и попытками толкнуть речугу. Если только не полный псих. Хотя, психи в закрытых помещениях, обычно, сами по себе не материализуются.

Уставившись в упор на панка, Рита неожиданно заметила странную деталь: на лбу у несостоявшегося ворюги бледными коричневыми чернилами был выведен не то рисунок, не то татуировка в форме перевёрнутой звезды, заключённой в недобитые текстовые кавычки. Присмотревшись получше, она начала подмечать и другие неординарности вроде покрытых чёрным лаком ногтей, набивного ёжика трапецивидной бородки, или того, что волосы вовсе не полностью имеют ядрёный густо-салатовый цвет, а отливают у корней фиолетовым. Стриженая часть головы и вовсе была банального тёмного оттенка с пробритыми участками светлой кожи в виде симметричного окологеометрического узора.

Но самым уникальным элементом были уши. Рита недоверчиво сощурилась и надавила на глаз пальцами свободной руки, проверяя, не мерещится ли ей в очередной раз новый иррациональный нонсенс. Картинка раздвоилась, как и положено материальному объекту, а Рита поражённо икнула.

Острые кончики ушей торчали ввысь по самые вздёрнутые брови незваного гостя, сходясь верхними треугольными концами практически в ноль. Мочки же плоскими полумесяцами были завёрнуты назад, заканчиваясь не менее острыми краями. Да и вообще, уши выглядели по человеческим меркам достаточно твёрдыми и непластичными.

- Ёй! - констатировала Рита и отступила на полшага. Теперь уверовать в то, что перед ней обычный ловкач, стало неимоверно сложно. С другой стороны, это означало, что особой опасности нет - её определённо не стремятся обокрасть или убить. Ведь даже если перед ней всё-таки человек, то у него хватило денег на пластическую операцию. Правда, общий нищенский вид в пользу этого предположения не говорил, но мало ли какие у миллионеров могут быть закидоны.

Чудо-юдо смотрело на неё снизу вверх, не прозревая свершившихся открытий, и барабанило пальцами по полу, пытаясь понять кардинальную смену температуры в комнате. И заодно ухитриться не вляпаться в расползающуюся по линолеуму воду, стекающую с хозяйки помещения. Наконец, вернув самообладание, Рита задала самый животрепещущий вопрос:

- Как ты сюда попал?

- Ну, я... - замялся панк, шевельнув тощими плечами и явно вознамерившись ускользнуть от темы.

- Следил за мной? - помогла Рита безапелляционным заявлением, грозно поглядывая сверху на взъерошенный ирокез.

Панк ощутимо напрягся, раздумывая, насколько корректно следует обрисовать ситуацию. С одной стороны, можно было без особых усилий солгать, заявив о своей непогрешимости. Но эта бестия наверняка сразу же просчитала, что просто так набрести на её квартиру с деловым предложением, да ещё и забраться внутрь в отсутствие хозяев, сторонний распространитель вряд ли сумел бы. А посему отрицание своих действий станет весьма очевидным враньём, которое ещё сильнее её разозлит. Кроме того, неизвестно, как именно данная особа вообще трактует действие "следил". Быть может, под ним подразумевается такой дикий комплекс мер, что и ни одному супершпиону не снилось. Тогда любое возражение априори окажется в её глазах гнусной ложью и приведёт к усилению агрессии.

Другой же вариант - проявить добропорядочную искренность - может и подкупить, и успокоить нервную девицу, расположив на дальнейший диалог. Использовать его было бы в высшей степени благоразумно, поэтому незваный гость уверенно расправил плечи и спокойно ответил:

- Да. До дверей.

За что тут же и поплатился. Рита, не поскупившись на силу, врезала ему палкой по уху, вынудив повалиться на пол и закрыть голову руками.

- Сейчас-то почему?! - возопил панк, стараясь нащупать ладонью изувеченный орган слуха.

- Во-первых, чтоб не повадно было по чужим домам лазить, - отрезала Рита, гневно сверкнув глазами. - А во-вторых, за ложь.

На последней фразе она улыбнулась с видом довольного садиста, готового продолжать экзекуцию до бесконечности, по возможности расширив и арсенал пыток, и карательного инструмента. Человек был перед ней, или нет - значения особого не имело. Это враг, покусившийся на её жилплощадь, и вести себя с ним следовало соответствующе.

Панк поёжился и задумался, стоит ли поставленная цель таких унижений. Минуты через полторы он пришёл к выводу, что стоит. Более того, пока всё оборачивается даже интереснее, чем можно было предполагать. Поэтому, собрав волю в кулак, он произвёл на свет недоумевающий писк:

- Но я же не врал! - и тут же получил ещё один категорически несогласный тычок под ребро. Рита смотрела на противника со странной внимательной брезгливостью, размышляя о том, стоит ли озвучивать ход своих мыслей.

- Да ну? - презрительно насупившись, наконец объявила она. - Если бы ты следил до самых дверей, то не смог бы вовремя пробраться снаружи. Видишь ли, когда я открыла дверь, ты уже там был.

Припечатанный кувалдой железной логики гость притих и внимательно посмотрел на хозяйку квартиры, явно возжелавшую его зашибить. Та с твёрдым намерением членовредительства и праведным гневом обманутого собственника таращилась на него в ответ, не сдавая позиций в безмолвном поединке. Панк грустно вздохнул и принял решение вести себя немного серьёзней. Похоже, с этой дамочкой иначе было нельзя - дружеских подколов она категорически не понимала.

Поднявшись с пола, он с удовольствием уверился в своей монументальности по отношению к оппонентке и внёс предложение:

- Сперва опусти палку. Тогда и поговорим.

- Не смей диктовать мне условия, ворюга! - взвилась Рита и размахнулась. Панк легко ушёл от удара и со вздохом перехватил черенок. С удовольствием заглянув в лицо опешившей девчонки, он с нетипичной для комплекции скоростью и силой рванул на себя палку, оставив хозяйку без оружия. Та метнулась к осколкам кружки, пытаясь выхватить хоть один, но гость перегородил дорогу, хищно ухмыльнувшись. Рита отметила, что зубы у противника были треугольные и неровные, определённо натурального происхождения, потому как кривых имплантатов обычно никто не ставит.

Судя по реакции, он был неплохо подготовлен. А это означало, что все её предыдущее доминирование было чистейшей воды фарсом, который гость специально поддерживал, создавая иллюзию незадачливого слабака. Чтобы в самый ответственный момент перехватить инициативу и выбить Риту из колеи.

Поняв, что просто так его не одолеть, а все преимущества блекнут перед скоростью соперника, она гордо выпрямилась и заявила, твёрдо глядя обманщику в глаза:

- С чего бы мне тебя слушаться?

- Потому что я тебя до сих пор не прибил, - высунул язык панк и отшвырнул палку в коридор. После чего преспокойно отошёл к столу и умостился на табурете.

Рита, не веря своим глазам, вытаращилась на него, силясь определить: эта демонстрация безоружности - очередная тактическая хитрость, или гость специально играет на её нервах, строя из себя скромняшку-пацифиста. Так и не придя к однозначному выводу, она покачала головой, хмыкнула и, вопреки ожиданиям уже приготовившегося к обороне гостя, спокойно прошла к столу и села напротив, хлюпнув мокрой одеждой о гладкую поверхность сиденья.

"Сумасшедшая женщина!" - с восхищением подумал панк, радуясь собственной прозорливости. Обычно, чутьё его не подводило, но в этот раз экземпляр превзошёл все ожидания. Но радостные перспективы перечёркивал один жирный минус - таких клиентов уламывать было ой, как непросто. Подобные непосильные задачи, однако, честного полевого работника нисколько не смущали, даже наоборот - были лишним поводом проверить, а то и совершенствовать, собственные способности.

- Давай-ка сперва познакомимся! - жизнерадостно начал он, протягивая ладонь через стол. - Барт.

Девчонка, недоверчиво сощурившись, определённо оценила попытку разрядить обстановку, но рукопожатием отвечать на приветливость не спешила.

- Меня больше интересует не то, как тебя зовут... - наконец протянула она, выпрямляясь на табурете и убирая под стол ладони, - а то, кто ты есть.

Гость довольно ухмыльнулся и, нарочито медленно опуская кисть на клеёнку, равномерной красно-белой сеткой покрывавшую поверхность, заявил:

- Приятно познакомиться, Рита. Впрочем, кому какое дело, как там тебя...

Как и ожидалось, девчонка гневно вспыхнула, спесиво задрав подбородок и дерзко процедив:

- Не хами мне, животное, - Рита уставилась на уши гостя, намекая на причины таких образных параллелей. - Выкину в окно, и сдохнешь, как крыса.

- Да попробуй, - повелительно взмахнул рукой панк, проигнорировав выпад, и, развернувшись на табуретке, прислонился к белоснежному пластиковому покрытию стены.

Мгновенно вскочив, Рита приготовилась сделать бросок через стол, но напротив неё уже никого не было. Тревожно заозиравшись, она медленно опустилась обратно на табурет, внимательно разглядывая потолок. Практика показывала, что именно там хамоватая личность возникала чаще всего. А то, что панк просто так не уйдёт, стало понятно, как ясный день.

- Я всё же думаю, что нам следует общаться более цивилизованно, - с укоризной прозвучало над холодильником, но, вскинув голову, Рита так ничего и не увидела.

Тяжело вздохнув, она махнула рукой, поднялась и направилась к раковине. Беседы беседами, а осколки бокала себя не уберут. С холодильника послышался загадочный хмык, выражавший не то согласие с её рассуждениями, не то одобрение более миролюбивого настроя.

- Помню, ты меня обзывал. Это, что ли, цивилизация? - неожиданно парировала Рита, попутно заглядывая в мойку и обнаруживая там огрызок. - Кстати, ты сожрал яблоко, тебе не принадлежавшее, намусорил, забрался без спросу в чужой дом, напугал хозяев, устроил потоп...

Она повернулась и обнаружила панка там, где и рассчитывала - смирно сидящим за столом в том же положении, из которого он исчез. Тот выглядел совершенно невозмутимо и, закинув руки за голову, покачивался на наклонённом табурете, периодически ударяясь спиной о стену.

- Мне можно, - наконец ухмыльнулся он.

- С чего бы? - недоверчиво осведомилась Рита, поглядывая на раскиданные по полу осколки. Панк оскаблился и, твёрдо глядя ей в глаза, изрёк:

- Я ведь демон.

Рита скептически вскинула бровь и ткнула в визитёра засвидетельствованным огрызком.

- Ты правда думаешь, - в такую ахинею можно поверить?! - Она осуждающе покачала головой, а затем с грустью добавила: - Честное слово, ты уже достал. Просто свали и не порть мне нервы. Так и быть, я тебя прощаю.

Самопровозглашённый демон от такого благодушия скривился, словно у него разом заныли все зубы, но устраняться не спешил. Рита закатила глаза и, раздражённо фыркнув, решила просто его игнорировать.

В конце-концов, теперь ей хватало произведённых экспериментов и наблюдений, чтобы сопоставить все факты и классифицировать визитёра, как откровенно аномальное явление. Способное-таки проникать в закрытые помещения, бегать по потолку, мгновенно перемещаться и становиться невидимым.

С областью паранормального Рита предпочитала не связываться, считая её плодом людских страхов и предрассудков. Она давно решила, что даже если где-то подобное сверхъестественное и возникает, то лечится банальным скепсисом, внимательностью и осторожностью. А коль скоро визитёр прямой угрозы не представлял, просто пытаясь капать на мозг своей социальной активностью, то рано или поздно отсутствие нужного эффекта ему бы надоело, и он улетучился стенать в какую-то более благодатную на неврозы обитель.

Единственным неприятным моментом было то, что явление продемонстрировало способность управляться с вещами, лапая без спросу всякие фотоальбомы, подтачивая яблоки и круша посуду. Но Рита закономерно просчитала, что коль буйный дух привязался именно к ней, то и перед родителями он являться не будет - судя по манере общения, лишние свидетели ему не нужны. Следовательно, если она не будет оставаться одна, то от потусторонней бессмысленной болтологии станет надёжно изолирована.

Руки споро подбирали осколки и складывали их в мусорное ведро. Панк, всё это время мирненько просидевший на стульчике и наблюдавший за процессом, качнулся последний раз и встал, шаркнув подошвами по линолеуму.

- Значит, не веришь? - полувопросительно констатировал он, выпрямляясь во весь свой немалый рост. Рита посмотрела на него, как на кусок зловонной морской водоросли, неведомым образом оказавшийся в комнате, и продолжила уборку.

На кухне потемнело. Обернувшись на окно, Рита обнаружила, что оно удаляется в небытие, оставляя её во тьме наедине с осколками битой кружки и мусорным ведром. Сверху раздался раскатистый дьявольский смех, видимо, призванный нагнать побольше мурашек на кожу, а лампы на потолке последний раз тревожно мигнули и потухли. По полу прошла нервная дрожь, имитирующая надвигающееся землятресения, от холодильника раздался угрожающий скрип, захлопали дверцы ящиков...

- Только не ломай мебель, - голосом отпетой зануды, на которую весь этот иллюзион особого впечатления не произвёл, протянула Рита, покручивая в руках острый фарфоровый кусочек.

Кухня мгновенно вернулась в норму, а возле стола нарисовалась тощая фигура, которая, вкинув в отчаянном жесте руки, трагическим голосом изрекла:

- Ну и как прикажете работать в пропащий век скептиков и нигилизма!..

- Завязывай ныть и сходи за веником, - оборвала нарастающий колоритный скулёж Рита, даже не оборачиваясь, и повелительно махнула рукой в сторону кладовки.

Демон опешил от такой наглости, застыв впечатлительным сусликом около дверного проёма, а затем прислонился к косяку, беспокойно забарабанив пальцами по деревянной отделке. Вариантов дальнейшего развития ситуации было несколько, но большинство его не устраивали, потому как упрямая девчонка наверняка отказалась бы сотрудничать, мотивируя всё ненадёжностью творящихся явлений. С другой стороны, на этом же можно было и сыграть, обставив всё, как один большой сюр, в котором любые нерациональные действия позволительны и даже одобряемы.

Но рта раскрыть так и не дали. Недовольная Рита пнула его в коридор, замахнувшись для острастки мусорным ведром, и заявила, что пока панк не принесёт веник и совок, никаких диалогов она вести не намерена. Скорчив рожу, пришлось подчиниться, но Барт твёрдо решил, что запустит в хозяйку принесённым.

Проказа, впрочем, не удалась - Рита ловко перехватила летящий ей прямо в голову хозъинвентарь и даже поблагодарила за исполнительность, от чего у демона зачесались уши.

Определённо, впереди его ждала самая нелёгкая работёнка из всего обширного послужного списка. Но профессиональная гордость ходу назад, конечно же, не давала никому.


Желание 3. Решить.


Тяжести этого понедельника в жизни Риты позавидовала бы сама гравитация. Практически все выходные безумный потусторонний посланец, представившийся Бартом, терроризировал её, как только мог. Поняв, что доверие завоевать будет сложнее, чем взять измором, демон глумился от души, и в конце-концов Рита просто наглоталась снотворного, чтобы получить возможность хоть как-то отдохнуть.

Печали добавлял внезапно открывшийся факт - беса никто не видел, кроме неё самой, что начало наводить стойкие мысли о походе к психотерапевту, поскольку вывод о непрошеном порождении сознания напрашивался сам собой. Барт после таких рассуждений невероятно оскорблялся, и начинал молоть вдвое больше чепухи, чем обычно.

Наконец, злая и замученная Рита разоралась, закатив феерический скандал, и заявила, что если он не уберётся, она позовёт священника. А если и тот не поможет - плюнет на всё и уйдёт в монастырь. Последняя угроза на демона, кажется, подействовала, поскольку вести себя он стал гораздо смирней, и вообще, превратился если не в полного адеквата, то уж в обстоятельную и добродушную галлюцинацию точно.

С усилием продрав глаза под неприятный писк будильника, Рита уставилась в потолок. Как же она мечтала о том, чтобы этот настырный плод шизофрении убрался восвояси и больше ей не докучал! Однако всего лишь один поворот головы нарушил вырисовывающуюся, было, идиллию.

Глюк смирно дремал на шкафу, свесив голову и исполинские ходули, по недоразумению числившиеся ногами, с разных концов крышки. Рита застонала и прикрыла глаза, желая ему провалиться сквозь землю. Впрочем, если это действительно был демон, как он сам утверждал, то подобное выражение означало всего лишь пожелание скорейшего отпуска и возвращения домой, напрочь лишаясь своего оскорбительного оттенка.

Стараясь не разбудить паранормальное явление, Рита выбралась из кровати и, прихватив вещи, потрусила в ванную, а оттуда перебралась на кухню. Собираться на пары предстояло именно там, попутно доделывая домашнее задание по иностранному в благословенной тишине.

Под натирание свежеподжаренных гренок чесноком и маслом прекрасно сочинялись предложения на тему современной экономической ситуации вокруг нефтедобывающей отрасли. А под взбивание молочного коктейля отлично шёл трактат про американские заповедники. Довольная, Рита хрустела гренками, заедая их колбасой и картофелем в мундире, попутно черкая в тетрадь идеи насчёт среднего размера секвой в национальном парке. Выходило довольно достоверно, несмотря на то, что знания об этом виде вечнозелёных были почерпнуты ещё в седьмом классе школы, да и то ограничивались особенностями распространения.

Постоянно оглядываясь и каждую минуту ожидая многочисленных подвохов, Рита таки сумела добраться до университета без приключений, что, скорее, не обрадовало, а насторожило. То ли бес и правда остался спать на шкафу, то ли умотал по своим делам, но его глумливая физиономия так ни в одном стекле и не мелькнула. Рита напряглась, поигрывая мускулами и размышляя о том, не был ли привязан демон к одному месту происками неприятелей или какой-нибудь специфической печатью, которые малюют недобитые малолетние шаманы в попытках призвать в подъезд сатану.

На горизонте всё так же маячил вариант с умопомешательством, рассеявшемся при смене обстановки, но Рита в него уже не особенно верила, скорее, держала про запас на случай допроса кем-то из врачей. Размышляя над этим, она неосознанно ускорилась, проходя мимо медкабинета, и резво взлетела на второй этаж корпуса, где располагалась большая часть аудиторий, закреплённых за их факультетом.

Первые три пары прошли без инцидентов, а вот в середине лекции по биологии Риту, забывшуюся беспокойным сном где-то на предпоследнем ряду, разбудил знакомый вредный голос, протянувший прямо в ухо со щекоткой:

- Соскучилась?

Рита застонала и, обхватив голову руками, рухнула на крышку стола.

- Я так надеялась, что ты отчалил! - недовольным шёпотом произнесла она, не открывая глаз. Демон ухмыльнулся и поспешил согласиться, что хоть кое-какие дела у него всё же были, но ради неё он управился побыстрей, и теперь представлен в полное распоряжение.

- Даже не надейся! - отрезала Рита, вспоминая их воскресный разговор.

Тогда, средь бела дня Барт внезапно дотрепался до того, что начал предлагать услуги по выполнению желаний, в обмен на заранее оговорённую плату. После чего пришлось его резко окоротить категоричным высказыванием о том, что просить потусторонних существ о чём-либо бессмысленно ввиду непринадлежности их к реальному миру. Демон взъерепенился и принялся доказывать свою реальность, разбрасывая вещи, после чего Рита и устроила давешний бунт опостылевшему психологическому давлению.

- Нет, ну ты подумай, - мурлыкнул бес, кладя голову на руки, лежащие поверх стола. - Всё, что захочешь! Сразу и без посредников! Без лишних усилий. Хоп - и готово.

- Ты ведёшь себя, словно каталоговый торгаш, - констатировала Рита, лениво приоткрывая один глаз.

Демон явно оскорбился, но быстро взял себя в руки и зашёл с другого бока.

- Какая разница, если это всё, как ты говоришь, не реально. От того, чего нет, и вреда тебе в настоящем не будет.

- От тебя есть вред... - заметила Рита, устраиваясь поудобнее и подкладывая под голову раскрытую тетрадь.

- Это какой?! - сыграл в святую невинность демон, изобразив надлежащее ситуации изумление. Рита незаметно для преподавателя потянулась, хрустнув позвоночником, и многозначительно воззрилась на беса, разминая кулаки.

- Понял. Учту, - вырулило порождение ада и сделало вид, что запирает рот на замок.

Впрочем, через пять минут он, не выдержав, забубнил снова. Однако Рита, нацепив непроницаемую маску, вяло махнула рукой, посылая его жестом окучивать помидоры, и отвернулась, мирно засопев под ровное брюзжание непрошенного соседа. Барт проказы ради пробовал толкать её, щипать, щекотать, но добился только того, что получил увесистый тычок под дых острым локтем, и подавился воздухом.

После звонка, споро подобрав вещи и бесстрастно перебросившись парой слов с кем-то из одногруппников, Рита быстро вышла в коридор и направилась к лестнице, на ходу заталкивая тетрадь в рюкзачок. Демон семенил следом, с интересом озираясь по сторонам и набираясь впечатлений от нового для себя помещения. Внезапно их настиг гиппопотамий топот нескольких пар ног, а затем и громкие задиристые смешки.

Размышляя о не сделанном вовремя домашнем задании на завтрашний семинар по истории и не обращая внимания на шум, Рита медленно спускалась по лестнице вниз, привычно держась стенки и по-прежнему воюя с тетрадью. Пожалуй, следовало обзавестись одной общей - на кольцах с вставными листами - вместо того, чтобы упорно таскать в таком маленьком рюкзаке несколько пухлых обычных.

- Эй, пеструшка! Дай конспект! - раздалось за спиной, и в следующий миг на погружённую в свои мысли Риту налетел ураган, буквально выдрав так и не утрамбованную в сумку тетрадь из рук. Барт отвлёкся от созерцания кактусов на подоконниках и с живым интересом уставился на возмутителей спокойствия.

Группка задиристых мальчишек с энтузиазмом потрошила тетрадь Риты в поисках минувшей лекции, не особо церемонясь в обращении с чужим имуществом. Когда последний исписанный лист издал трагичное 'шрак' и надорвался до середины, державший тетрадку белобрысый абалдуй с удивлением воззрился на опешившую от такой наглости хозяйку и с претензией заявил:

- Ничего нет? Ты чем на паре занималась?! - и, чуть наклонившись к остальным в поисках поддержки, нагло добавил. - А говорили, что у ботанички всё есть. Дуришь ты нас, коза!

Демон выжидательно уставился на Риту, не желая пропустить начало славного броска на обидчиков, но вместо этого обнаружил, что та растерянно хлопает глазами и ничего не предпринимает. Более того, она даже не удосужилась сжать кулаки, что совсем уж противоречило сформировавшимся у беса представлениям.

- Валите, придурки! - презрительно раздалось откуда-то сбоку, и все, как по команде, уставились на нового участника потасовки. У Риты на лице промелькнула какая-то мимолётная брезгливость, но она быстро напустила на себя скучающий вид, не особо, впрочем, вязавшийся с её текущим положением.

Подошедшим оказался высокий светловолосый парень нарочито аккуратной наружности в стильных прямоугольных очках. Отработанным до автоматизма движением он пригладил и без того ровно лежащие волосы и укоряющее воззрился на собравшуюся братию с верхней ступеньки. Державший порванную тетрадь проныра с видом оставшегося без обеда хорька сплюнул и процедил сквозь зубы:

- О! Трепещите, пацаны! Палладин нарисовался. Стринги твои розовые не жмут, голуба?

- Они зелёные, - улыбнулся, как ни в чём не бывало, общеизвестный факультетский цветочек и, театральным жестом поправив очки, добавил. - А теперь я рекомендовал бы вам отдать тетрадь этой юной леди и впредь ей не докучать.

Группа зачинщиков переглянулась и каким-то инстинктивным образом придя к единому мнению, недобро заухмылялась.

- Ты, петушок, не выпендривайся. А то мигом без очков останешься... если тебе ещё и так не ушатали! - свора поддержала реплику дружным смехом, а главарь размахнувшись, швырнул затрепетавшую листами тетрадь в Риту. Та, ловко поднырнув, ухватила разорённые конспекты за корешок и начала аккуратно разглаживать листы, изо всех сил делая вид, что ничего особенного не произошло.

- Ты как? - заботливо наклонился к Рите новоявленный защитник, когда орава, всё ещё громко хохоча и демонстративно подкудахтывая, отправилась дальше по лестнице.

Но ответа услышать он не успел. Бес, всё это время самозабвенно развлекавшийся просмотром местечковой учебной драмы, решил добавить комедийный элемент внезапной перчинки. Подкравшись сзади, он без особых усилий столкнул обоих со ступенек. А затем, мигом усевшись наверху и подперев ладонями щёки, с энтузиазмом начал наблюдать процесс совместного кувыркания незадачливой парочки до ближайшей лестничной клетки.

Пересчитав все ступеньки, чудом не сломав шею и брякнувшись на широкий бетонный пол межэтажной площадки, Рита глухо застонала, выражая обуревавшее её отчаяние. Начало недели шло под откос с первых же минут, а неистребимая причина всей этой анархии сейчас потешалась, восседая где-то наверху и притопывая ногами от удовольствия.

Попытавшись подняться, она неудачно упёрлась рукой во что-то мягкое. Мягкое предательски поплыло под ладонью, и Рита снова брякнулась лбом о бетон. Цедя сквозь зубы различные околоанатомические термины, она приподняла голову и обнаружила, что лежит поперёк слабодышащего тела второго горемыки. Но что самое ужасное, с площадки первого этажа на них пялятся любопытные рожи давешней компании, притормозившей свой спуск во время отчаянного грохота.

- Оп-па! - выдал белобрысый зачинщик свары, и Рита невольно начала заливаться краской, живо вообразив, какими последствиями для неё обернётся этот инцидент. Судя по расплывающимся на лицах желчным улыбочкам, сейчас только глухой не услышит, как она оседлала андрогенное пособие, невнятно стонущее в этот момент под животом, и устроила настоящую оргию при всём честном студенческом народе.

Старушка-интуиция, к великому огорчению, не подвела. Как следует вдохнув, блондин радостно заорал на весь корпус:

- Глядите, ботаничка на Самойлова влезла! Эй, родная, нежнее! Грудь ему не расцарапай!

Эффект последовал незамедлительно - десятка полтора любопытствующих голов свесились с верхних этажей в час пик вожделенного покидания обители знаний, а ещё человек двадцать столпилось в коридоре у лестницы, не решаясь спускаться. К вящей досаде Риты, кусок человечины, находившийся в данный момент под ней, по каким-то непонятным законам эволюции нравился практически всем девчонкам курса, как пресловутый серо-зелёный портрет Франклина.

Резко оттолкнувшись стёсанными ладонями, Рита взвилась в воздух, но было уже поздно. Более того, стало ясно, что этим действием она себе только навредила. Осталась бы лежать спокойно, притворяясь потерявшей сознание - ситуацию рассмотрели бы тщательней, а возможно даже пожалели и отвели бы в медпункт. Теперь же она выглядела, словно преступница, застигнутая в момент правонарушения.

Множество смешливых, осуждающих или нескрываемо-враждебных взглядов пронизывали испорченным рентгеном и болезненно приковывали к месту не хуже кандалов. Собравшись с силами, Рита опустила глаза, чтобы не смотреть в эти хищные лица, и медленно наклонилась за отлетевшим в угол рюкзаком. Затем, всё так же неторопливо переступила лежащее тело и подняла валявшуюся на краю пролёта порванную тетрадь с конспектами.

В этот момент до неё дошло, что была совершена ещё одна непростительная ошибка. Нужно было акцентировать внимание на том, что Самойлову требуется помощь - приподнять, усадить, попытаться привести в чувство. Проявить заботу, чтобы толпа взбудораженных девах, теряющихся на заднем плане, заохала и кинулась, если не к ней, то, хотя бы, к нему. Что позволило бы незаметно ускользнуть. Теперь же всё выглядело так паршиво, как и вообразить было нельзя. Сумасшедшая фанатка набросилась на своего кумира, чуть его не угробив, а потом бессердечно сбежала, даже не потрудившись загладить свою вину.

Рита поёжилась и обернулась на медленно приходящего в сознание парня. Всё-таки, кто бы что не подумал, а помощь ему оказать, просто по-человечески, было нужно. В конце-концов, он смягчил её приземление, да и доля вины во всём этом была - демон-то притащился за ней, значит, придётся расхлёбывать.

Произведя такие нехитрые расчеты с совестью, Рита, не церемонясь, кое-как затолкала измочаленную тетрадь в рюкзак, накинула его на плечи и, наклонившись к сопящему телу, отвесила пару звонких оплеух, приводя в чувство.

Тело дёрнулось, открыло глаза и громко застонало, приложив руку к голове. Девчонки с задних рядов действительно засуетились и попытались пробраться вперёд, активно тесня парней прочь от увлекательного зрелища. Самойлов, тем временем, с трудом приподнялся на локтях и, недоумённо обозрев собравшийся контингент аудитории, невразумительно выдал:

- Что случилось?

- Ботаничка в тебя втюрилась, и с лестницы спустила от неудержимой страсти! - выдал кто-то сверху свою версию, и народ возбуждённо загалдел. Самойлов недоумённо воззрился на Риту, буквально сверля безмолвным вопросом: "Правда, что ли?" - и начал подниматься выше.

Скривившись, Рита хотела, было, помочь ему сесть, но тут подоспела сердобольная кавалерия возмущённо охающих наседок, и её оттеснили к перилам. Однако косо брошенный вниз взгляд подтвердил - просто так смыться не выйдет. Нижний пролёт ответственно перегораживала рассредоточенная партия любознательных во главе с пачкой хулиганья, однозначно пытающаяся развить идеи неразделённых чувств методичным вбрасыванием будущих сплетен в толпу зевак. Рита раздражённо стиснула зубы и быстро перекроила план побега, вписав туда пособничество своенравной силы инерции.

Студенты всё ещё беспокойно гудели, когда Рита, как следует оттолкнувшись от верхней ступеньки, пулей понеслась вниз, придав себе дополнительное ускорение наклоном корпуса. Как и предполагалось, ловить её никто не собирался. Поэтому вместо того, чтобы благородно устроить мягкую амортизацию своими многорукими объятьями, толпа, завидев летящий с безумной скоростью человекообразный снаряд, сверкнула округлившимися глазами и дружно расступилась, даже не удосужившись рассмотреть, кого пропускает.

Безболезненно оставив удивлённые возгласы за спиной, Рита выскочила в коридор и метнулась к входным дверям, умудрившись затеряться в образовавшейся пробке покидающих здание довольных студиозусов, слегка согнув колени и прикинувшись отчаянной коротышкой. Выбравшись из корпуса, она рефлекторно промчалась ещё несколько сот метров, чтобы оторваться от потенциального неразличимого преследования "восторженными" одногруппницами, а затем сбавила шаг, прерывисто дыша и пытаясь унять красноту на лице.

- Куда спешим? - с наслаждением клацнув зубами, демон навис из-за плеча, прерывая процесс успокоения. В ответ Рита воззрилась с таким яростным негодованием, что он даже отшатнулся, непроизвольно воспарив над плавящимся под солнцем асфальтом.

Рита уставилась ему под ноги, отказываясь верить в факт свершившейся левитации. Скрывая собственное смущение от несошедщей ещё красноты, она опустила голову и присела на корточки, проведя рукой под витавшими на высоте сорока сантиметров от дороги бесовскими ботинками.

- Ты умеешь летать? - некстати произнесла она, напрямую наблюдая сие явление.

- Я и не говорил, что не умею, - отозвался демон, кувыркнувшись в воздухе, и, паря спиной вниз, уставился ей прямо в глаза, откинув голову.

Отведя взгляд, Рита поднялась с корточек, стряхнула невидимую пыль над коленками и, отвернувшись, потопала домой, больше не проявляя никаких эмоций по поводу нового открытия. Она была зла и на беса, за то, что чуть не угробил, столкнув с лестницы, и на себя, за то, что растерялась и не смогла вовремя повернуть ситуацию в свою пользу.

- А ты, выходит, обычная трусиха... - лениво прозвучало над ухом.

Мгновенно обернувшись, Рита выбросила кулак туда, где, как предполагала, находится голова засранца. Но рука ткнула лишь пустоту, а тело замерло в нелепой позе посреди довольно оживлённой улицы. Пришлось круто разворачиваться и нырять под сень одной из боковых аллей, чтобы скрыться от недоумённых насмешливых взглядов многочисленных прохожих. Демон парил сзади в полный рост, не отставая ни на шаг.

- Ты смотрелась так очаровательно жалко, словно облезлая курица в стае павлинов! - продолжал он гнуть своё, даже когда Рита ускорила шаг, а затем и вовсе перешла на бег, чтобы оторваться от настырного потустороннего феномена.

- А почему ты сразу не вмазала тем дегенератам? А кто этот белобрысый чушок? А что у вас с ним? А давно? А почему ты не отвечаешь? А ваши чувства взаимны? А чего ты боишься? А зачем убежала? А так себя вести нехорошо!..

Бес продолжал пилить её до самого подъезда, но Рита твёрдо решила не реагировать. В конце-концов, оправдываться ещё и перед причиной всех бед, несущей откровенную околесицу и продолжающей безбожно глумиться, она не собиралась. С лихвой хватало того, что было тошно от самой себя. К тому же, Рита окончательно уверилась, что с этого дня её ждут ещё более восхитительные студенческие будни.

Если раньше она просто держалась в стороне, стараясь минимизировать контакты с недалёкими одногруппниками, то теперь ей проходу никто не даст, поливая грязью, ухмылками или бесконечными подколами в зависимости от половой принадлежности, уровня интеллекта и общей злобности, помноженной на неадекват самооценки.

- Знаешь, это всё легко исправить... - продолжал нудеть демон, когда Рита мыла посуду после плотного обеда.

- Ты предлагаешь исправлять мне то, что сам натворил?! - рявкнула она, замахнувшись на беса мокрым полотенцем. - Скотина! Да ты мне сам за моральный ущерб должен!

- У-тю-тю, какие мы бойкие наедине-то... - протянул панк, водружая свои грязные штаны на разделочный стол. Рита схватилась за половник с чётким намерением любой ценой ушатать супостата, но то уже выплыл из кухни и начал проводить инспекцию прихожей, комментируя язвительными замечаниями свои самые неординарные находки. Осталось лишь скрежетать зубами и домывать оставшуюся утварь.

Закончив с тарелками, Рита принялась за уроки. Задание по истории грозило ей мифическим хомячком из недр тетради, поэтому, пока окончательно не рассеялось всякое желание заниматься, пришлось лезть в пособия и выискивать ответы на вопросы к семинару. Бес настался по комнате и ныл, требуя внимания, но Рита, наученная горьким опытом, предусмотрительно запаслась берушами и теперь с удовольствием перебирала серые страницы учебников, выписывая имена и даты.

Демон на такой нескрываемый пофигизм отреагировал странно - крякнул и втянулся в шкаф. Рита хотела уже вынимать затычки, когда оттуда высунулась довольная голова с её трусами, нацепленными на ухо, и что-то пробубнила. Презрительно взглянув на сие непотребство, хозяйка лишь вздохнула, изрекла многозначительное: "Ой, дурр-ра-а-ак!" - И покрутила пальцем у виска, акцентируя внимание на своём мнении по поводу нерационального поведения гостя. А затем всё так же безмятежно уткнулась в книги.

Как ни странно, бес уложил всё обратно и терпеливо примостился на кровати, соблаговолив затихнуть. Девчонка уже в который раз демонстрировала норов, поэтому приходилось идти на поводу. Всё же планка изначально была задрана довольно высоко, а по сему, теперь приходилось расхлёбывать последствия исключительно собственной гордыни. Барт довольно сощурился, словно мартовский кот на персональном заборе, и быстро перебрал в уме списки клиентуры. Было у него несколько похожих случаев, вот только там ключик к заветной мечте удавалось подобрать не в пример проще.

В большинстве своём, подопечные сами буквально забрасывали его подсказками и идеями. Здесь же приходилось тянуть информацию клещами, по миллиметру подбираясь к вожделенной цели. Другой бы на его месте даже не стал возиться, плюнув и отправившись искать более доступной поживы. Но Барт был работником настолько ответственным, что не позволял себе опускаться до утешительных призов. Он часто наблюдал, как один раз дав слабину, его предшественники скатывались всё ниже и ниже, и вскоре уже не могли организовать даже самого плёвого дела. Такого позорного завершения карьеры он категорически не хотел.

Покончив с историей, девчонка занялась ещё чем-то, а потом ещё, и ещё... Демон тосковал, не видя ни одной причины просиживать здесь штаны в бездействии, но тем не менее оставался паинькой. Даже в такой нелёгкой работе иногда требовалось терпеливо выжидать, хотя подобные действия и противоречили самой бесовской натуре.

Корпя над конспектами, Рита не замечала активной внутренней борьбы с основными инстинктами у своего нового коллеги, поэтому ни его тревог, ни чаяний не разделяла, целиком погрузившись в неприятную учебную повинность. Обычно она заканчивала уроки гораздо раньше, но сегодня из-за обилия писанины потратила целых лишних полтора часа на подготовку к занятиям. Процесс пора было как-то упрощать, и Рита это понимала, но всё равно продолжала скрупулёзно следовать требованиям педагогов и расписывать каждую мелочь.

Наконец, добив столь неприятную рутину, около шести вечера она потянулась, хрустнув всеми суставами, и захлопнула тетрадь. Бес на кровати было воспрял, и попытался снова бухтеть, но Рита взяла беруши и засела в кресло с книгой.

У демона отвисла челюсть. То есть стоило вот так ударно три часа корпеть над учебниками, чтобы в итоге вернуться к тем же буквам, но уже добровольно?! Понимать такое безнадёжное поведение его разум категорически отказывался. Всё-таки собравшись с мыслями, он встал, взял стул и, развернув его спинкой вперёд, уселся сверху, положив голову на скрещенные руки. Рита неосознанно оторвалась от книги и с умеренным безразличием проследила за его манипуляциями.

- Ты хоть представляешь, от чего отказываешься? - обратился предельно серьёзным тоном демон, внимательно глядя ей в лицо.

- Нет. И даже не хочу знать, - отозвалась Рита, снова утыкаясь в книгу. Бес озадаченно вылупился на неё и почесал за ухом. Вряд ли девчонка ничего не понимала, скорее, темнила. Или вовсе накрутила себе каких-то совершенно невероятных выводов, к которым ни один нормальный человек в свете всей имеющейся информации не пришёл бы. Разве что, был бы очень невнимательным.

- Э-э-э, то есть, ни один из пунктов договора тебя не заинтересовал? - решил уточнить Барт, всё так же пребывая в полупрострационном состоянии.

- Какого договора?! - рыкнула Рита, раздражённо захлопывая книгу. Своей серьёзной физиономией демон настолько отвлекал, что невозможно было прочесть ни строчки. А если и удавалось, то приходилось пробегать глазами прочитанное заново.

- Так, - завис бес, ошеломлённо хлопая глазами. - Та-а-ак.

Он взмахнул рукой, и прямо из воздуха на неё упала чёрная потёртая папка-планшет, которая в субботу благополучно осталась валяться на полу книжного. Сунув её немало удивлённой Рите, он настойчиво произнёс:

- Ты ведь листала её. Изучала. Неужели...

- И что? - перебила та, даже не удосужившись снова просмотреть на страницы. - Кому интересна эта графомания? Позанятней ничего выдумать было нельзя?

Демон молча обтекал, переваривая неразделанные куски полученных сведений. Девчонка не только не поняла, что попало к ней в руки, но ещё и сочла за посредственную выдумку, проигнорировав всё, что предлагалось в договоре. С таким упёртым отрицанием действительности сталкиваться ещё не доводилось, и как действовать в подобных ситуациях, демон не знал. Похоже, придётся начинать всё с нуля, приводя примеры и подробно растолковывая суть, как первоклашке, впервые попавшей на оперу.

- Давай-ка я поясню... - начал Барт, забирая у Риты папку и напуская на себя спокойный менторский вид, не взирая на общее взбудораженное состояние, близкое к откровенной панике. - То, что ты видишь, - он взмахнул папкой перед её носом так, чтобы хорошо просматривался титульный лист, - вершина юридической мысли.

Рита скептически приподняла бровь и, скрестив руки на груди, приготовилась слушать версию потустороннего агента по продажам, который наконец перестал ломать комедию, ожидая восторженной реакции после каждой оглашённой фразы, и изволил разъяснить всё по существу. В тайне она гордилась, что вынудила демона сдаться первым, и теперь была настроена даже благосклонно, твёрдо решив позволить ему выговориться, а затем послать ко всем остальным чертям.

- Я так понимаю, ты мне ни в чём не доверяешь? - на всякий случай уточнил феномен из преисподней.

- Разумеется, - безмятежно отозвалась Рита и, немного поразмыслив, сочла нужным аргументировать. - Если ты всё же, упаси господь, мой глюк, то ты нереален априори. Если настоящий человек, значит проходимец и ворюга, который шастает по чужим домам. Как такому доверять? Если, как утверждаешь, демон, которого никто не видит, кроме меня, значит снова - либо буйное воображение, либо потусторонняя хрень, которая капала на мозги двое суток явно не от доброты душевной. Опять же, ты можешь врать по поводу расовой принадлежности. И, если всё же не соврал, то учти - у людей демонам вообще доверять особо не принято.

- Хм... - запнулся Барт, подбирая подходящие для увещевания слова, вызвавшие бы минимум отторжения и негатива. - В таком случае, давай предположим, просто предположим, что это всё реально, взаправду, и имеет смысл.

Посмотрев на предельно сосредоточенную физиономию беса, Рита задумалась, а затем осторожно кивнула. В конце-концов, выслушать можно было всё, что угодно, а вот соглашаться с этим, или нет - уже её личное дело.

- Этот договор, - демон тряхнул листами, привлекая внимание, - позволяет мне выполнять любые твои желания. Самые невероятные. Самые, казалось бы, невозможные. - Рита демонстративно сжала губы в недоверчивую тонкую линию, и бес поспешил оговориться. - Ну, в пределах разумного, конечно. Сдвигать планету с орбиты тебе никто не станет. Но дипломчик, там, подогнать... мешок денег, влюбить кого-то, и прочее-прочее, - это запросто.

- Материальные блага, то есть? - надменно резюмировала Рита, уже мысленно готовясь к отправке гражданчика в долгий путь. Бес задумался, пытаясь сформулировать полнее.

- Не только... - наконец выдал он, поглаживая бородку. - В сущности, ты можешь влиять на все аспекты своей жизни. Хоть погоду солнечную заказывай. Только, вот, для других ничего хорошего желать нельзя.

- Погода, однако, будет хорошей для всех, - вставила резонное замечание Рита и уставилась на демона, прикидывая, как тот намерен выкручиваться. Строго говоря, если он сейчас вешает раскидистую лапшу, то на деталях будет непременно спотыкаться, что позволит уличить его в прохиндействе и банальном запудривании мозгов.

- Это как посмотреть, - расплылся в улыбке Барт, радуясь, что его начинают принимать всерьёз. - Желание-то вполне эгоистичное.

- Тогда не вижу разницы! - вынесла вердикт девчонка, поглядывая на свою закрытую книгу и демонстрируя всем видом отсутствие интереса к теме.

- Не торопись. Подумай, - предложил бес, спокойно выпрямляясь на стуле. - Времени у тебя полно. Глядишь, и появится, что пожелать.

- Даже если мне вдруг чего-то и захочется, то я вполне справлюсь сама. Без помощи всякой вудистики, - отрезала Рита, решительно открывая томик без закладки сразу же на нужной странице. Демон наклонил голову к плечу и меланхолично подытожил:

- Странная позиция для такого неуверенного в себе человека.

- С чего ты взял, что я неуверенная? - оскорблено прошипела Рита, в который раз отрываясь от текста. Спокойно отдохнуть ей упорно не давали.

Бес поскрёб макушку, и принялся перечислять свои наблюдения, загибая пальцы. Рита слушала в пол-уха, изо всех сил пытаясь сосредоточиться на книге, поскольку ответ её ни грамма не интересовал. Этот зеленоволосый дрищ обладал и без того фантастически больной фантазией, чтобы покатать его несуразным идеям и безумным выводам.

- ...Улыбаешься, когда зла. Безропотно глотаешь всё, что скажут. Ну, и я подметил, что ты всегда ходишь по краю дороги. Жмёшься к стенам на лестницах... - наконец провозгласил демон, чувствуя себя неоспоримым в только что доказанной просвещённости.

- Это тактический ход. Чтобы не нападали со спины, - нехотя буркнула Рита, оценив масштабы дотошности потусторонней заразы.

- Вот видишь. Ты не уверена в собственной силе. Хочешь, я дам тебе её? - демон ухмыльнулся и продолжил просветительскую деятельность.

Процесс наконец-то пошёл, по крайней мере, девчонка уже не отмахивалась слёту, а даже воспринимала какие-то базовые увещевания. Барт даже начинал потихоньку гордиться собой - не каждому по зубам вытащить такого сложного клиента. Девчонка задумчиво кивала, изредка что-то уточняя, и, когда бес решил, было, что дело в шляпе, изрекла:

- В общем, молодчина. Удачи тебе в нелёгком труде. А теперь катись.

От такого исхода демон просто обалдел. Выходило, что он распинался всё это время перед кирпичной стеной, уже заранее решившей, что с места не сдвинется.

- Н-но как же так?! - залепетал он, стискивая папку и покрываясь бисеринками пота. - Я ведь...

- Ты всё очень хорошо расписал, конечно, - ни грамма не смутившись, прохладно пояснила Рита тоном лектора по философии, вещающего незыблемые истины. - Вот только вопрос об оплате весьма продуманно обходил стороной. Из чего вполне можно заключить, что всё не так просто, как ты пиаришь. Из последнего же вытекает, что ты пытаешься меня обуть. И с этим я категорически не желаю мириться.

Бес поперхнулся и пошёл мурашками. По статистике, только 30% клиентов задавало вопросы об условиях договора до его подписания. Самых дотошных же было менее 1%. Этот не рядовой случай, похоже, подпадал как раз под последнюю категорию, добавляя себе баллов по шкале муторности ещё где-то на треть. Барт вздохнул, и решил выложить карты на стол - если девчонка обнаружит эту деталь, когда уже согласится, шуму будет столько, что проще свернуть дело и уйти в отставку. Набрав в грудь побольше воздуха, он заявил:

- Естественно, всё не задаром. И будь ты хоть чуточку внимательней, то заметила бы соответствующий пункт об оплате предоставляемых услуг. - Он отчеркнул ногтем сноску внизу страницы и воззрился на Риту в ожидании яростных возмущений по поводу способов компенсации. Однако она снова сумела удивить и, даже не взглянув на предложенное, парировала:

- Вот только, видишь ли, мне это не интересно.

Коль скоро перевести стрелки не удалось, бес скорчил недовольную физиономию и без особого удовольствия пустился в повторную агитацию, но его, к величайшему прискорбию, уже упорно игнорировали. Патетично вздохнув, Барт решил довольствоваться малым - сейчас, во всяком случае, не пытались лупить палкой, посылать к начальству в глубины преисподней или шантажировать околорелигиозными угрозами. Последние и так не имели особого смысла, но дело значительно усложняли, поэтому бес старался, по возможности, до этого не доводить.

Пораскинув мозгами, Барт пришёл к выводу, что пора вводить в бой тяжёлую артиллерию. А именно припорошить обстоятельства и начать наглядно доказывать преимущества контракторов перед обычными людьми. Своенравность девчонки переходила всякие границы, и неизвестно, на чём можно было сыграть. Исходя из этого, наиболее оптимальным вариантом виделось начать пробовать всё по спискам смертных грехов и распространённых искушений. Но тут важно было не переборщить - имелись случаи, когда подозрительность клиентов многократно возрастала в связи с отчаянным натиском количества проблем. Более того, Барт знавал пару подопечных, которые изматывались настолько, что просто не желали отвлекаться на что-либо ещё, и все усилия шли прахом.

Видимо, ситуация была как раз из таких, несмотря на то, что девчонка держалась бодрячком и явно не зацикливалась на мелочах. С другой стороны, это могло стать и своеобразной проблемой - обычно, сложные контракторы соглашались подписать договор под грузом множества мелочей, выводивших их из себя. Тут же следовало действовать глобально и целенаправленно.

Демон усмехнулся и отправился искать вдохновения, шарясь по комнате. Ничто не выдавало привычек и привязанностей человека так, как его материальное окружение. Рита на происки нечистого внимания не обращала, радуясь наступившей тишине и возможности полностью сосредоточиться на книге, которая, хоть и была прочтена уже несметное количество раз, всё равно несла блаженное отдохновение уставшему разуму.

Следующим же утром бесовская рожа из квартиры испарилась, но Рита не была склонна к раннему ликованию, поэтому отнеслась к исчезновению докучливой аномалии настороженно. Демон наверняка готовил феерическую пакость, и нужно было морально подготовиться к следующему витку позора. Первый ожидал её уже на утренней лекции.

Обычно сонная по утрам группа сегодня гудела, как растревоженный рой диких ос. Стоило Рите перешагнуть порог аудитории, как жужжание мгновенно удвоилось, сдобренное смехом, и переплелось с выкриками различного эмоционального окраса. Девчонки на первых партах поглядывали недобро, и что-то вполголоса шипели друг другу, а вот парни без ложной скромности забавлялись и не считали нужным умерять тон своего буйного веселья.

Окинув безразличным взглядом помещение, Рита быстро пробралась за самый дальний стол, благополучно перепрыгнув несколько подножек и увернувшись от пары скабрезных шлепков. Реакция большинства оказалась вполне ожидаемой, и предсказать, как именно будут подкалывать или травить, Рита могла с точностью до жестов каждого отдельного участника процесса. На счастье, Самойлова пока не было, и она могла спокойно держать круговую оборону в отсутствие главного аргумента для подтверждения всех тех безумных сплетен и пересуд, которые благополучно множились с самого утра.

Спустя пятнадцать минут непрерывных порицаний, издёвок и недоумений от отсутствия требуемой бурной реакции, следом за припозднившимся преподавателем в аудиторию влетел демон и, отыскав глазами Риту на задворках общества, умостился рядом с ней на свободной скамье, вежливо поздоровавшись. Дождавшись весьма вялого вздоха, он счёл контакт удовлетворительным и принялся излагать свои представления насчёт общего морального состояния и способов его стабилизации.

Привычно отключившись от бесовской ереси, Рита сосредоточилась на лекции и принялась с максимальной прилежностью конспектировать каждое слово из монотонной диктовки преподавателя, разъяснявшего стилистические особенности речевого изложения. Тщательно вслушиваясь в построение предложений, можно было занять побольше нейронов объективными насущными задачами, а не унылыми размышлениями о том, как выбираться из всей этой опалы, в которую демон своими тощими ручонками её затолкал. Восхитительное чувство выведенного на убой агнца доставляло Рите массу неудобств, заставляя прилагать титанические усилия для поддержания видимого безразличия, хотя внутри у неё бушевал настоящий ураган из обрывков эмоций, впечатлений и разрушенных надежд на спокойную жизнь.

Барт наслаждавшийся тем, что его в кои-то веке не перебивают, не сразу заметил летящий в его сторону комок бумаги. Летел-то ком, разумеется, в Риту, вот только встретил на пути к адресату невидимую преграду в виде бесовского лба. С интересом развернув послание, демон хохотнул и ткнул девчонку под локоть, вынудив ту черкануть длинную закорючку в конце только что написанного слова. Яростно воззрившись на нарушителя спокойствия, Рита мельком взглянула на похабное народное творчество и попыталась всадить ручку демону в глаз, не столько решив, что это его проказы, сколько в качестве мести за испорченную запись и общей нервной разрядки.

Тот с тихим писком уклонился и демонстративно закрылся руками, показывая, что готов капитулировать уже на стадии первого вражеского наступления. Впрочем, Рита добивать его не стала, справедливо рассудив, что драка с воздухом популярности ей не прибавит. Бумажку, однако, она затолкала в рюкзак, твёрдо намереваясь выкинуть где-нибудь подальше от университета, а в идеале и вовсе сжечь.

И последующие пары, и перемещения по этажам между ними проходили с аналогичным весельем и расслабляться не давали. Попытавшись заскочить в буфет за едой, Рита обнаружила, что даже студенты с других курсов проявляют к ней весьма живой интерес, выражающийся в многочисленных тычках и щипках, поэтому, чудом урвав две последние сосиски в тесте, пришлось, минуя столики, ретироваться на последний этаж. Но к вящей досаде Риты перекусить не удалось даже на подоконнике - там она обнаружила тщательно выведенную маркером кривую иллюстрацию ко вчерашним событиям в вольном изложении неизвестного однокашника и поспешила убраться в ближайший парк.

Такие меры предосторожности чуть не стали причиной опоздания на следующую лекцию, а последнее уже сама Рита, как человек архипунктуальный, сочла для себя несмываемым позором и решила заняться самобичеванием, твёрдо вознамерившись на следующей перемене ни от кого не прятаться и получить причитающуюся долю смешков и издёвок с честью. Однако шум, как ни странно, большей частью поутих, и перед семинаром до неё уже никто особенно не допытывался, хотя Рита прекрасно понимала, что такого ещё долго не забудут, и отсылки на инцидент будут сыпаться, как минимум, пару месяцев.

По-своему сглаживало ситуацию и то, что Самойлов так и не появился, видимо, отлёживаясь после всего случившегося. С одной стороны, это Риту беспокоило, потому как он вполне мог заработать сотрясение, но с другой, отсутствие дополнительного раздражающего фактора радовало неимоверно. Тут, однако, крылась и засада - женское население, и без того не особо адекватно реагировавшее, могло обвинить в попрании прелестей своего кумира и мстить за тяжкие телесные, из-за которых он, якобы, сегодня не пришёл. Но Рита понадеялась, что до такого не дойдёт, а все эти "светлые" мысли всего лишь плод её параноидального воображения.

Выйдя из университета после окончания всех занятий, она решила прогуляться до дома пешком, поэтому свернула в сторону парковых аллей и неторопливо двинулась по дороге, перешагивая трещины на асфальте. Демон вёл себя поразительно спокойно, привычно осаждая её разного рода рекламными предложениями и попутно вещая насчёт своих впечатлений от сегодняшней охоты на дичь, в роли которой выступала Рита. Та, не реагируя на подначки, любовалась зеленью деревьев и игрой ветра в кронах старых тополей.

Звук тормозов догнал её совершенно неожиданно, ударив по ушам пронзительным визгом. Инстинктивно шарахнувшись всторону, Рита успела заметить, как чёрная легковушка юлом скользит по асфальту, несясь прямо на пешеходный переход, по которому в этот момент двигалась кучка студентов с её кафедры. Она даже успела разглядеть мелькнувший вдалеке светлый вихор того самого задиры.

Один за другим раздались два глухих удара. Машину протащило по инерции ещё несколько метров, и она, наконец, остановилась, кряжисто скрипнув амортизаторами. Но все эти звуки тут же заглушили громкие людские крики. Рита нашла в себе силы отлипнуть от дерева, за стволом которого она укрылась, и, вытянув шею, сделала пару шагов в сторону места аварии.

Одного из пострадавших отбросило к противоположной стороне обочины, и сейчас он вяло шевелился на асфальте, пытаясь прийти в себя. Вокруг него суетилось значительно больше народу, что говорило об относительной лёгкости состояния. А вот ко второму подойти мало кто решался. Рита дёрнулась и направилась прямиком к зебре, где лежал другой студент. За неплотно обступившими тело ногами сочувствующих виднелась перемазанная белобрысая голова и густая лужа тёмной расползающейся крови.

Собравшиеся говорили негромко, даже не пытались помогать, яростно тыкая пальцами в телефоны, и под скованный гул перебрасывались отрывистыми репликами. Подобравшись ближе, Рита смогла разглядеть характер травм. Живого места почти не осталось. Фактически, самой неповреждённой можно было считать только правую ладонь. Неизвестно, был ли цел позвоночник, а вот грудная клетка однозначно пострадала - из-под майки в ареоле кровавого пятна вспучился нехороший бугорок открытого перелома. Одна нога, похоже, была всего лишь вывихнута, но на другой сломана берцовая кость. Ушибы внутренних органов Рита прикидывать не бралась.

Хотя, если судить по гомону и неуклюжим попыткам остановить некоторые из кровотечений, задира был всё ещё жив. Напрягшись, Рита даже попробовала вспомнить фамилию, но так и не сумела - несчастный учился в другой группе, и на лекциях они пересекались достаточно редко, чтобы знать друг друга исключительно в лицо. Да и не имела Рита привычки особенно интересоваться сокурсниками, действуя лишь в рамках вынужденного общения по поводу заданий.

- Ох-ох-ох! Бедняга! - сочувственно прогремел над ухом голос беса, заставив её взвиться в воздух на добрые полметра. Засмотревшись на ужасающее зрелище, Рита напрочь забыла про демона, всё это время неотступно витавшего рядом.

- Падальничать пришёл? - ощетинилась она, пытаясь скрыть досаду от того, что потусторонний иждивенец сумел застать врасплох. Бес высоко вздёрнул брови и недоверчиво шевельнул ушами, всем своим видом имитируя полное непонимание претензии.

- Вы же забираете людские души. - процедила Рита, попутно прикидывая, что наилучшей помощью пострадавшему в данный момент будет уйти подальше и увести за собой демона, пока тот не напроказил.

- Милочка, ви таки меня с кем-то путаете! - подражая южной манере, всплеснул руками бес и зарделся от умиления. - Ми подобным уже давно не промышляем! Дались нам ваши жалкие душонки! Проку от них, как от ежей экстрима!

Последнее сравнение Рите показалось несколько странным, ввиду того, что как раз ежи-то при должном обращении могли обеспечить массу новых ощущений, но она решила сделать вид, что поняла такое выражение эмоций в соответствии с задуманным ораторским приёмом. Впрочем, на всякий случай мысленно поставила пометку впредь внимательней относиться ко всем оговоркам беса.

Развернувшись, она двинулась обратно к аллее, оставив демона недоумённо созерцать такой беспринципный манёвр.

- Что, и помочь ему не хочешь?! - наконец заорал Барт, убедившись, что девчонка решительно настроена скрыться.

- Пусть друзья помогают, - бросила через плечо Рита, не утруждаясь даже сбавить шаг.

- А как же человеколюбие? Помощь ближнему?.. - не отставал демон, неохотно двинувшись следом. Рита неожиданно замерла и резко повернулась, в упор воззрившись на него потускневшими в тени деревьев глазами.

- Забавно слышать такое от демона, - с расстановкой произнесла она, особо выделив последнее слово неприязненной интонацией.

- Ты в курсе, что он умрёт? - Скрестив руки на груди, вместо ответа спросил демон и окинул брезгливым взглядом область ДТП, куда уже начали подтягиваться зеваки и первые машины скорой.

- Умрёт, так умрёт. Значит, судьба, - отрезала Рита, разворачиваясь и твёрдо намереваясь слинять, пока её не загребли, как свидетеля.

Демон просто стоял и смотрел, как она уверенно топает прочь по ставшей внезапно неприветливой аллее, не справляющейся с порывами негодующего ветра. А затем вдруг тихо произнёс вслед:

- Ты ведь можешь его спасти.

Рита на мгновение остановилась. Подняла голову, с откровенной ненавистью уставившись на проглядывавший среди буйно разросшихся крон участок сизого неба. Но затем, стиснув побелевшими кулаками лямки рюкзака, не оборачиваясь, двинулась прочь, всё так же перешагивая трещины асфальта.

Презрительно фыркнув, демон поплёлся следом, продолжая бубнить в адрес Риты различные уничижающие эпитеты до тех пор, пока она не кинулась на него с кулаками. Глумливо воспарив выше, бес принялся сыпать аргументами, порицающими столь бесчувственное поведение и безразличие к чужому горю. Злобно зарычав, Рита отвернулась и пошла прочь, сетуя на то, что не догадалась прихватить с собой беруши.

- Могла бы помочь, а вместо этого бросила умирать, - не унимался Барт. - Вообще, я такой подход одобряю, конечно. Как ты чётко, без зазрения совести распорядилась чужой жизнью! Талант! Легко быть в таких случаях равнодушным, правда? Беда же не с тобой... А ты живи себе, иди, дыши...

- Отвяжись от меня!!! - завопила наконец Рита, в бешенстве размахивая руками и пытаясь допрыгнуть до парящего наверху беса. - Не смей мне указывать, как жить и что делать!

- А я разве указывал? - изумился демон и даже подлетел чуть ближе. - Я всего лишь голос твоей совести. Кстати, не находишь занятным, что твоя совесть явилась к тебе из преисподней? Может ты и сама та ещё мерзавка? Просто прикидываешься нейтральненькой.

Рита уставилась на беса с таким неистовым изумлением, что тот чуть не врезался в фонарный столб.

- Ты, чудовище... - тихим голосом начала она, пытаясь подобрать слова для всех скопившихся в голове мыслей. - Ты хоть понимаешь, что... - Она на секунду замолкла, борясь с рефлекторным желанием набить засранцу рожу. - Ты вообще первый припёрся. Тебя никто не звал. Какое право ты имеешь меня судить?! Что ты вообще обо мне знаешь?!

- Например то, что по твоей вине человек может умереть. А тебе на это наплевать. - парировал демон серьёзным тоном и улёгся прямо в воздухе на невидимую площадку.

- По МОЕЙ вине?!! - заорала Рита, но тут же взяла себя в руки и нехарактерно ледяным тоном произнесла. - Ты сам утверждал, что, согласно договору, ничего хорошего другим желать нельзя.

Демон удивления не выказал, однако втайне довольно сильно изумился. Оказывается, девчонка вникла в предписания достаточно внимательно, чтобы запоминать такие детали. Вероятно, и вся её незаинтересованность была всего лишь показным артачеством. Теорию с банальным любопытством и пытливостью ума он, по какой-то причине, рассматривать не стал.

- Где твоя изобретательность, дорогуша? Зачем обязательно желать хорошего другим? Пожелай себе! - вместо нормального разъяснения выдал демон. Рита зыркнула на него с таким озадаченным видом, что Барту даже стало её немного жаль. Несчастная дурёха так и не удосужилась до конца проанализировать все преимущества своего нынешнего положения, предпочитая упереться рогами и делать вид, что ни на что особенное не способна. Бес закатил глаза и покачал головой, показывая, насколько он разочарован в умственных способностях своей подопечной:

- Ты могла бы просто пожелать стать его спасительницей.

Рита ошалело вылупилась на демона, пытаясь облечь всё своё негодование в хоть какие-то звуки, но не особо преуспела. Наконец, похватав несколько секунд ртом воздух, она возмущённо просипела:

- Какая, блин, разница между этим и добром для ближнего?!!

- Ну, одно дело сказать: "Хочу, чтобы воробей снова летал", - а другое, - "Хочу помочь взлететь воробью", - пожал плечами бес, будто не видел в этом ничего особенного или нелогичного. - Второе - весьма эгоистичное желаньице. Так что, его вполне можно исполнить.

- Удавлю, - констатировала Рита, окинув демона решительным задумчивым взглядом, словно бы прикидывала, какую из пыток для него выбрать.

- Ну так что, будем желать? - потёр ладони Барт, не обращая внимания на угрозы. Дело вплотную пахло контрактом, который предприимчивый бес ни в какую не желал упускать, тем более потратив столько сил и нервов на убеждение.

- Да пошёл ты, - неожиданно бросила Рита и, круто повернувшись, отправилась дальше, больше ни в какую полемику не вступая.

Пусть если бес и был прав, она всё равно не видела особых причин что-либо менять. В конце-концов, этого белобрысого она даже не толком знала. К тому же авария вполне могла быть просто судьбоносным воздаянием за его плохое отношение. А к таким превратностям судьбы Рита относилась очень уважительно по причине нечастого их проявления.

Барт едва не взвыл. В который раз эта ненормальная человеческая девчонка делала вид, что заинтересована, а затем просто давала от ворот поворот. Теория альтруизма не сработала - эгоистичности в ней было больше, чем заботы или тщеславия. Бес быстро перебрал в уме грехи и с невероятным сожалением отметил, что некоторым из них девчонка не была подвержена сама по себе, а местами и вовсе имела в характере в качестве дополнительных бонусов. Тот же гнев, например.

Более-менее перспективными оставались лишь похоть, зависть и уныние. Именно в таком порядке бес решил их организовать, чтобы провести следующие полевые испытания. С похотью, однако, вставала нешуточная проблема. Выяснить основополагающие вектора ориентации подопечной демон так и не сумел за неимением толковых контактов с противоположным полом на момент наблюдения, или какого-либо компромата в квартире.

Ни плакатов со звёздами, ни глянцевых женских журналов с пометками в комнате Риты не имелось. Правда, была стопка застарелых изданий о рыболовстве, некоторое количество бесполой периодики про здоровье и пара мужских журналов обо всём сразу, начиная с машин и заканчивая тоном галстуков. На книжных полках царил такой стилистический разброс, что выявить определённую закономерность было практически невозможно. Разве только подопечная имела известную для человеческого вида половую направленность "ботан обыкновенный", потому как больше всего в её комнате наблюдалось именно учебной литературы.

Раздражённо буркнув что-то про дурацкую тягу к нонконформизму, Барт сгруппировался и пулей взмыл в небо, оставив девчонку в гордом одиночестве. Та на отсутствие беса особого внимания не обратила, наслаждаясь каждой свободной от его болтовни минутой.


Желание 4. Принять.


Утро было настолько же мерзким, насколько и предыдущие два. Рита полночи крутилась на кровати, не в силах заснуть. Но когда наконец окунулась в беспокойное забытьё, мозг даже не смог толком расслабиться. То ей снились реки крови, то марш отрубленных рук, под конец вообще прискакал одинокий молоток и принялся рассказывать о том, какие гвозди больше всего подвержены изгибанию во время забивания, и по какой технологии нужно ваять нормальные. Рита попыталась его унять, но возмущению молотка не было предела. Он прыгал вокруг и требовал на ковёр технологов, чтобы лично отбить им пальцы и показать, как надо работать.

Под конец Рита зарядила ему пинка, чтобы хоть как-то заткнуть, но неустанный бубнёж всё равно продолжился. Открыв глаза, она обнаружила, что по комнате шляется демон и гундосит себе под нос какие-то невнятные отрывки из журналов мод. Во всяком случае, в его речи часто мелькали прилагательные "стильный" и "красивый", от чего могло показаться, что крыша беса начинала плавиться не меньше, чем у Риты.

Пока Барт суетился, измождённая девчонка, хмуро восстав с кровати, поплелась в ванную и сунула голову под струю холодной воды. Демон прикинул, что напор, наверное, стоит сбавить. Клиентка и так его уже ненавидит, что идёт далеко не на руку. С другой стороны, её неприязнь могло вызвать буквально, что угодно, и бес приписывать всё на свой счёт не спешил.

Рита давилась завтраком, под чутким присмотром демона и пессимистично размышляла о том, что в худшем случае он не отвяжется до конца жизни. Пора было учиться существовать в новой нервозной обстановке. При таком варианте, весь этот психотропный ад можно было рассматривать в качестве тренировки, что, конечно, не облегчало страдания, но зато позволяло придумать им глубинный смысл.

Подметив, что каждый день бес придумывает новые уловки, методично капая ей на нервы, Рита сделала заключение о весьма успешном с её стороны противостоянии сатанинским выходкам и твёрдо решила одолеть заразу измором. Или вовсе довести до ручки раньше, чем он проделает это с ней.

Сегодня в университете ожидали новые сюрпризы. Ещё вчера в Риту откровенно тыкали пальцами, неминуемо подкалывая насчёт жажды сексуальных утех, норовили толкнуть или облапать. Но сегодня дела обстояли с точностью до наоборот. Уже в холле корпуса её обходили по широкой дуге, недоверчиво косились, а некоторые, самые впечатлительные, и вовсе шарахались прочь, если видели её на лестнице. Окончательно добили настороженные и затравленные взгляды одногруппников, когда она появилась на утреннем семинаре. Разговоры в аудитории мгновенно стихли, но затем перешли в настороженный, украдкий шепоток.

Подавив желание выказать неодобрение, Рита прошествовала к своему столу, не получив по пути ни одного тычка или подножки. Возникло ощущение, что вокруг неё образовалась некая аура прокажённости, в зону которой никто категорически не хотел попадать. Рита с грустью поняла, что и у активного взаимодействия студентов есть свои минусы.

Поступая в вуз, она думала, что большей части учащихся нет друг до друга никакого дела. Это разные люди, из разных школ, порой даже разного возраста, поэтому и точек соприкосновения у них априори могло быть немного. Но каким-то непонятным для неё образом целый поток сумел в достаточно небольшие сроки скооперироваться и наладить между собой дружественные взаимоотношения. Студенты из разных групп обменивались записанными лекциями, сообщали друг другу вопросы контрольных, покрывали прогулы и стояли за своих стеной в деканате. И конечно же внутри потока установилось беспрецедентное с точки зрения Риты количество товарищеских связей.

Она не знала, является ли это нормой, или же их год просто отличался такими экстравертивными особенностями. Но факт то, что порой сплочённость этих, по идее, разных людей, превышала даже уровень типовой школьной параллели, в которой Рита когда-то обучалась. Вот только для неё здесь места как-то не нашлось.

Размышляя, почему так вышло, Рита в своё время пришла к выводу, что она просто упустила момент. Когда, как казалось, она закончила свои основные дела и была готова начинать общаться, все уже разбились по кучкам, подступиться к которым для неё, которую уже все воспринимали, как странноватую эгоистичную одиночку, оказалось непосильной задачей. Оставалось проявлять максимальную отзывчивость и не лезть на рожон, в надежде, что кто-нибудь её к себе всё-таки позовёт. Но никто так и не позвал.

Рита продолжала предпринимать попытки сближения с одногруппниками, но со стороны это выглядело неуклюже, а временами даже странновато. Как, например, неудавшийся поход в тренажёрку, вспомнив о котором, Рита печально вздохнула. Наверняка девчонки, отправившиеся с ней, думали, что удастся пофлиртовать с подтянутыми тренерами, или просто строить глазки и демонстрировать свои прелести окружающим парням, озабоченным здоровым образом жизни. А она их так обломала, притащив в пустой зал, да ещё и заставив пахать по полной.

Возможно, тут требовалось какое-то особое социальное чутьё, которым Рита не обладала, да и не считала нужным развивать, прикидывая, что разум сам пробьёт себе дорогу в любой ситуации. Как выяснилось, на практике всё было гораздо сложнее. Либо ты принимаешь общество со всеми его оговорками, либо общество не принимает тебя.

Вот и сейчас группа действовала, как единый солидарный механизм. Не сказать, что все однозначно поддерживали какое-то непонятное заданное отношение, но общее настроение угадывалось безапелляционно. Рита для такой кардинальной смены ветра причин не видела, но, похоже, однокашники в очередной раз что-то себе втемяшили, либо повелись на какой-то совсем уж запредельно идиотский слух.

Появившаяся в дверном проёме аудитории бесовская рожа напомнила ей о том, что вчера произошло событие, которое могло всколыхнуть всех. И сейчас остальные, скорее всего, подавлены известием о смерти одного из них, поэтому большей части группы не до издёвок. Демон, прервав эти некрологические размышления, привычно умостился рядом и, судя по виду, приготовился докучать агитационной болтовнёй.

Однако, вопреки ожиданиям, Барт просто улёгся на руки и, сладко зевнув, задремал. Или сделал вид, что дремет, обеспечив, таким образом, совершенно мирное преодоление семинара и неплохой отдых для своей подопечной в течение ближайших полутора часов.

Зато следующее занятие подбросило крайне неприятный сюрприз. Группы отправили в другую аудиторию, потому как в их обычной лекционной заседал организационный совет по привлечению абитуриентов, но правильно оценить количество необходимых для размещения мест не удосужились. В итоге, несмотря на стабильное отсутствие части коллектива, свободных скамеек не осталось вовсе. Только место рядом с Ритой закономерно пустовало, словно было зарезервировано специально для беса. Тот, впрочем, на глаза не появлялся, благополучно оставшись посапывать в предыдущей аудитории. Рита невольно подумала, что, наверное, даже у демонов бывают свои рабочие авралы, и решила просто наслаждаться отведённой передышкой. Её ни капли не смущало, что соседи спереди нервно ёрзают и периодически украдкой оглядываются, словно боясь, что она может обратиться к ним с каким-либо вопросом, на который они не знают ответа.

Лекция шла уже минут пять, когда дверь в аудиторию неожиданно отворилась, и в помещение просочился запыхавшийся Самойлов, благополучно прогулявший первый семинар. Рита мельком покосилась на опоздавшего и неодобрительно поджала губы, демонстрируя своё презрение к такому вопиющему поведению. Но затем снова уставилась на доску, быстро переписывая закорючки теорем в тетрадь.

Перекинувшись парой слов с преподавателем, Самойлов двинулся по проходу, выискивая место, чтобы сесть. Тревожный гул в аудитории заметно усилился - многие с паникой косились на свободное место рядом с Ритой, понимая, что садиться парню больше некуда. Да и сам Самойлов, разглядев намечающиеся перспективы, многозначительно дёрнул бровью. Девушки с третьего ряда уже принялись сдвигаться поплотнее, чтобы дать ему уместиться и любой ценой не допустить приземление на скамейку рядом с участницей столь безнравственных событий, но тут раздался зычный голос преподавателя:

- Самойлов, ты чего там копаешься?! Садись быстрее. Вон, место есть!

Девицы нервно зашевелились, придя к выводу, что бедняга совершил самую страшную в жизни ошибку, притащившись на эту злосчастную лекцию. Некоторые даже предлагали громким суфлёрским шёпотом сказаться больным и уйти - всё лучше, чем сидеть рядом с этой стервой. Но Самойлов лишь покачал головой и, в последний раз взглянув на преподавателя, аккуратно опустился рядом с Ритой, стараясь занимать как можно меньше места.

Та всю разыгравшуюся драму пропустила мимо ушей, аккуратно вычерчивая символы интегралов и переменных в тетради, и на соседа не обратила ни малейшего внимания. Более того, ей вовсе показалось, что это явился блудный демон, ведь только его она видела рядом с собой последние пять дней. Поэтому, спустя двадцать минут, Рита, оторвавшись от бесконечной писанины, чтобы размять затекающие пальцы, наклонилась к нему и негромко произнесла:

- Что-то ты, прям, тихий сегодня. Никак приболел?

И решив, что настало её время издеваться, самодовольно уставилась туда, где должен был сидеть Барт. Но вместо беса, обнаружила озадаченно косившегося на неё Самойлова.

От неожиданности Рита дёрнулась и прикусила язык. Лучшего и желать было нельзя. Теперь этот выскочка, чего доброго, сочтёт, что она к нему клеится.

- Да нет, я себя прекрасно чувствую, - наклонившись в её сторону, сообщил доверительным шёпотом Самойлов. - Но спасибо за заботу.

От подаренной после этой фразы улыбки Риту покоробило, и она сочна нужным нервно уточнить:

- Я это не тебе, - после чего уткнулась в тетрадь, старательно делая вид, что ничего не произошло.

- А кому же? - переспросил настырный сосед, подчёркнуто оглядываясь. - Кроме меня с тобой сидеть некому. Ты и так вечно одна на задних рядах торчишь.

Рита неприятно поразилась такой странной наблюдательности, но виду не подала, продолжая усердно царапать в тетради лекцию. Самойлов тоже вернулся к прерванному занятию, но изредка поглядывал на неё с хитрым понимающим прищуром, словно бы намекая на то, что знает обо всех её сокровенных мечтах. Оставалось стиснуть зубы и изо всех сил игнорировать самовлюблённого щегла, возомнившего себе невесть что.

Однако делать это становилось всё сложнее - шёпот вокруг них усиливался, и на следующей же небольшой передышке, когда преподаватель отклонился от темы, чтобы перечислить обстоятельства применения указанных типовых решений, Самойлов снова наклонился, чтобы озвучить очередную блажную мысль:

- Не обращай на них внимания. По-моему, чушь всё это.

- Разумеется! - холодно отозвалась Рита и тут же спохватилась, что слово прозвучало излишне резко. Но Самойлов, к её удивлению, не обиделся, и даже решил развить тему:

- Не верю я во все эти потусторонние штучки. Стечение обстоятельств, вот и всё, - он помрачнел, всем видом выражая понимание относительно сложности человеческих судеб, а затем спокойно взглянул на Риту, ожидая ответной реакции.

- Что? - не поняла она, и соизволила наконец повернуться, в упор уставившись на объект неприязни. Самойлов как-то странно на неё покосился, определённо недоумевая - издевается ли Рита или правда не в курсе.

Наконец, разглядев в лице соседки что-то понятное только ему, щеголеватый очкарик кивнул и, собравшись с мыслями, осторожно заговорил, стараясь не привлекать к себе лишнего преподавательского внимания:

- Тут с самого утра говорят, что Просвирина с Мамонтовым по твоей вине сбили. Ну... - он замялся подыскивая нужные слова, в то время, как Рита изумлённо таращилась, пытаясь осознать масштабы творящегося кретинизма. - Что... вроде как...

Самойлов окончательно запнулся, напоровшись на обеспокоенный взгляд Риты, и совсем тихо выдавил:

-...прокляла ты их.

Он исподлобья посмотрел на соседку, рассчитывая увидеть слёзы, шок, или, на худой конец, просто вселенскую тоску - в общем, любое выражение, которое хоть как-то отражало всю сложность сложившейся вокруг неё ситуации. Однако девчонка сумела его удивить. Вместо ожидаемого огорчения, она, прикрыв глаза ладонью, изо всех сил сдерживала хохот, то и дело прорывавшийся наружу в виде отдельных тихих смешков.

Наконец, совладав с собой, Рита радостно воззрилась на растерявшегося Самойлова и, протянув руку, панибратски потрепала его по плечу, чем вызвала судорожный вздох девиц с соседнего ряда.

- Спасибо, что просветил, - искренне поблагодарила она. - Такой чуши давно про себя не слышала!

Попытавшись прикинуть, подтрунивает Рита, или нет, так открыто насмехаясь над чужим горем, приведшим к клевете на неё саму, Самойлов окончательно зашёл в тупик и не нашёл ничего лучшего, чем кивнуть. До самого конца лекции они больше не разговаривали, правда, соседка порой прерывалась, чтобы хмыкнуть в такт своим странным мыслям, но затем с двойным усердием принималась записывать бесконечные ряды формул и их упрощений.

Когда до завершения пары оставалось несколько минут, вся аудитория уже измученно сползала под столы, а мел практически заканчивался, преподаватель наконец изволил закруглиться и принялся напоминать о своевременной сдаче грамотно оформленных методичек по интегральным исчислениям, грозясь выставить по результатам проверки экзамен автоматом особо отличившимся. Народ одобрительно загудел и принялся с гвалтом и шуршанием собираться на выход.

Привстав, чтобы выпустить оперативно запаковавшуюся Риту, Самойлов дождался, когда они поравняются, и тихо произнёс так, чтобы расслышать посторонним было практически невозможно:

- Не настолько ты плохой человек, каким хочешь казаться.

Рита понимающе усмехнулась стереотипным выводам, облачённым в не менее стереотипную фразу, и заговорчески прошептала в ответ:

- Вообще-то я и этого не хочу. Только никому не говори. А то решат, что приворожила.

После чего взмахнула на прощание рукой и устремилась к выходу, желая как можно скорее добраться до буфета. На душе, несмотря на общий умиротворённый вид, у неё скребли даже не кошки, а целые снежные леопарды, прочерчивая острыми когтями длинные полосы на камнях социальных убеждений.

Мало того, что однокашники с такой охотой верили в любую мало-мальскую дурь, сказанную в её адрес, так ещё и явно этим наслаждались, даже не пытаясь выяснить всё на чистоту, а предпочитая множить слухи и шугаться так, словно перед ними возникал призрак кровавого маньяка. Задумчиво жуя булочку за столиком в углу, Рита окидывала горьким взглядом дребезжащую толпу и размышляла о том, насколько в действительности ото всех них далека.

Присмотревшись внимательней, она начала замечать, как движутся эти люди и каким именно образом взаимодействуют. Вот к очереди вливается шумная группа старшекурсников. Они быстро находят знакомого и присоединяются к нему, вместо того, чтобы отстаивать всё с самого конца. Вот кучка девчонок заливается громким смехом и быстро рассчитывается друг с другом. Одни идут занимать свободный столик, пара других остаётся, чтобы принести еду остальным. В толпе практически нет одиночек: студенты стоят либо по двое, либо ждут свою группу, либо покупают на всех. А те, кто отходит со своей порций, или присоединяется к кому-то из знакомых с факультета, кучкующихся в разных частях столовой, или удаляется вовсе.

Криво ухмыльнувшись, Рита сделала небольшой глоток свежезаваренного чая и, закономерно ошпарив себе нёбо, возмущённо закашлялась. Судя по всему, её участь отныне лежала в последней плоскости - тех, кому следует уйти ради поддержания общей атмосферы добродушия. Ну, или дистанцироваться как можно сильнее, если хватит терпения существовать в такой кромешной изоляции.

На семинаре, сидя по привычке на предпоследнем ряду, Рита с отвращением рассматривала своих одногруппников, с которыми провела вместе почти год. Кого из этих людей она по-настоящему знала, а кого лишь думала, что знает?

На первых рядах заядлые умники пополам с подмазавшимися троечниками. Последние только делают вид, что усердно занимаются, создавая себе нужный имидж в глазах преподавателей. Рита такой подход презирала, поэтому предпочитала в один ряд с ними не садиться, чтобы не покрывать. Но сейчас она смотрела на них и понимала, что этот симбиоз несколько глубже, чем казалось на первый взгляд. Зубрилы разбавляли толпу неудачников, маскируя их, а те, в свою очередь, давали им то, чего сами по себе такие люди обычно лишены - комфортное непринуждённое общение с остальным коллективом.

Усмехнувшись, Рита вгляделась внимательней. Да, всё верно. Сидят по парам или через одного. Троечники всё время вертятся, естественным образом поддерживают беседы, перекрикиваются и создают общую атмосферу одной большой толпы, формируя благоприятный эмоциональный климат более тихим отличникам. При этом не забывают поглядывать к последним в тетради, на что хозяева добродушно соглашаются. Эдакое взаимодействие гриба и водоросли - один поставляет энергию, а другой запасает вещества.

Чуть дальше обычно размещается группа девчонок во главе со старостой. Рита прикинула диспозицию, отметив, что она выбрана на редкость удачно во всех отношениях: на небольшом расстоянии от тех, у кого можно списать, при этом не слишком близко к преподавателю, чтобы можно было спокойно заниматься посторонними вещами. Но и недостаточно далеко, чтобы вызывать какие-то подозрения в безалаберности. Чёткий, бессознательно продуманный ход общественной самоорганизации. Эти клуши вряд ли действительно размышляли о таких многообещающих перспективах. Скорее, просто сели, как придётся, интуитивно угадав наиболее выгодное для себя положение. Рита фыркнула.

Ещё бы! Зачем таким знания, если они могут просто взять, и влиться в любую компанию, когда пожелают. У одного спросить подсказку, у другого списать домашнюю работу. Таким всё прощается, ведь они могут преподнести себя в виде кротких обездоленных овечек. Рита невольно окинула взглядом свои крепкие мышцы и недовольно дёрнула уголком рта. Получится у неё сойти за пришибленную всеми этими страшными научными непонятностями бедняжку, как же! Да даже если бы она и попыталась, всё равно вышло бы искусственно и нелепо. Не её это - вот так нагло врать людям в глаза, создавая пустой образ из ничего.

Только получается, что лицемерам живётся гораздо легче, чем простым трудягам. Потому, наверное, и развелось этих паразитов столько. Если ум в себе надо выращивать, то все эти низкие уловки достаточно просто перенять. Рита яростно цокнула языком. Нет, она такой быть совсем не хочет, пусть даже и сулит это дикое, по её меркам, поведение немалые выгоды.

Сразу за "женскими" рядами окопались полчища лентяев, или безразличных. Но и те, так внезапно подметила Рита, никогда не сидели поодиночке. Очевидно, чтобы меньше привлекать внимания к своему вопиющему бездействию. Почему даже лодыри тянутся друг к другу, она особенно не понимала, но рискнула предположить, что неуверенным в себе людям непременно требуется эмоциональная поддержка. Особенно от тех, кто так похож на них самих, чтобы иметь возможность принимать коллективные решения, подавляя свои частные сомнения общим гуманистическим перевесом.

А возможно, всё это - лишь завуалированный меркантильный интерес. Вроде и какая-никакая помощь обоюдная есть, и особенно никто никому ничего не должен. Наиболее комфортные условия для тех, кто не хочет связывать себя лишними обязательствами. Рита покачала головой. Пусть она и смотрит сейчас на них всех с расстояния, позволяющего оценить всю искусственность этой социальной мишуры, но как много бы она сама дала за то, чтобы оказаться там, вместе с остальными.

Одиночество тяготило её и выматывало, хотя порой и удавалось находить какие-то мимолётные утешения. Но для того, чтобы перестать испытывать это щемящее чувство отверженности, перестать ютиться на отшибе, требовалось либо кардинально изменить себя, на что Рита идти была пока не готова, либо какое-то совсем уж невероятное чудо. Способное повернуть всё вспять и стереть из памяти однокашников идиотские случаи, домыслы, слухи и выводы о ней, прочно укоренившиеся там за время обучения.

Непроизвольно сжав кулаки, Рита уставилась в размытые многолетними слоями лака узоры деревянных волокон стола. Внутри закипала сильнейшая обида, проросшая на благодатной почве общей неприязни.

Подумать только! Эти люди, получающие сейчас высшее образование, верили в старые религиозные предрассудки и считали её ведьмой. Способной убить человека ради мести за порванную тетрадь. Эти, которые сами ни на что толком не способны. Которые тупы настолько, что даже не пытаются смотреть дальше своего носа. Ограничены своим слепым доверием к тем, кто их окружает, и не в состоянии оценить что-либо самостоятельно. Какой реакции от таких можно ждать? Понимания, эмпатии, или, может быть, признания личностных особенностей каждого и уважение к ним?! Как же!

Свирепо воззрившись на шумный кабинет, Рита впервые задумалась о том, что, возможно, это не с ней что-то не так. А с остальными. Она ещё раз обвела взглядом группу. Те, кто, вроде бы, пропагандировал всеобщее дружелюбие и сплочённость, на деле наверняка просто стремились упрочить своё собственное влияние. Иначе с чего бы им с таким упорством выискивать объект для насмешек? Выходит, не такие уж они и хорошие, эти людишки вокруг. Может и вовсе не стоило искать их расположения? Ведь они его пока никак не заслужили.

Но так было нельзя. Рита отдавала себе отчёт в том, что, какими бы плохими эти люди не были, именно ей нужно их доброжелательное отношение а не наоборот. Возможно, она была такой же гнилой, как и они сами.

Поражённая новой мыслью, Рита встрепенулась. А ведь демон упоминал об этом! Намекал, что не пришёл бы к ней, будь она действительно хорошим человеком! Может, религиозные трактаты не врут, и бесы падки на тех, кто способен согрешить, а вовсе не на тех, с кем надо долго биться и много месяцев искушать? Получается, за неё уже всё решили? Взвесили её душу и пришли к выводу, что она ни на что не годна, поэтому можно отдать на растерзания нечистым силам.

Тогда какой во всём этом смысл? Есть ли резон теперь брыкаться? Рита разжала кулаки и с тоской посмотрела на однокашников. Могло ли быть так, что все эти люди дистанционно чувствовали её ущербность, поэтому сторонились? Выходит, всё бесполезно. Как бы она ни старалась, её никогда не примут. Ни здесь, ни где-либо ещё. Эти многочисленные травоядные чуют хищника, и боятся к нему подступиться. Что толку пытаться быть благородным с овечками, если ты волк. Не проще ли будет отыскать свою волчью стаю?

Только вот где же она? Каждая из попыток покуда была обречена погрязнуть в овечьей шерсти. Но тогда придётся либо прогрызать себе собственный путь по их несчастным недальновидным трупам, либо примерить на себя шкуру одной из них. Окончательно запутавшись, Рита покачала головой. Да, конечно она могла быть такой уникальной и единственной в своём роде, но с учётом количества людей на планете, виделось это маловероятным. Скорее, она просто ещё не нашла себе подходящую компанию.

Криво усмехнувшись, Рита вспомнила о демоне. Вот теперь её компания. Самая, что ни на есть подходящая. И ведь всё верно - розы должны расти в саду, а сорняки на обочине. Только сейчас она напоминала себе одинокий одуванчик среди зарослей подорожника. Вроде бы оба вида дикие, вот только других одуванчиков поблизости всё равно нет. И что теперь делать? Продолжать искать, множа массу безрезультатных попыток, или смириться со своей незавидной участью и попытаться жить, как живётся, мирно плывя по течению? Несмотря на то, что одуванчиков таких, безусловно, где-то было целое поле, возле дороги росла только она и о круге себе подобных могла лишь мечтать.

Видимо, пора было привыкать к тому, что впереди ожидает вовсе не радостная, насыщенная традиционно важными общественными событиями жизнь, а жалкое существование закоренелого социального отщепенца. Может быть, для кого-то и были в этом огромные плюсы, но Рита искренне верила, что при подобных обстоятельствах молодость просто проходит мимо, помахивая недоразвитым крылом так и не вылупившегося толком цыплёнка.

Впрочем, разумности хватало на то, чтобы не кидаться в крайности и не пытаться ломать собственные убеждения в угоду большинству. Если не хотят понимать - пёс с ними. Значит, просто люди не те. Рита постаралась не упускать эту мысль, чтобы хоть как-то подбодрить себя, но получалось плохо. Её обуревала тоска по упущенным возможностям, разбитым надеждам, и перебороть подобное депрессивное состояние было достаточно сложно, да и не особенно хотелось.

За пребыванием в коконе полнейшей апатии Риту и застал демон, влетевший минут через двадцать в аудиторию. Похоже, план сработал не так безупречно, как хотелось бы. Вместо вожделения, подопечная погружалась в пучины уныния и самобичевания, мутным взглядом уставившись в тетрадь и слабо реагируя на подначки. Барт озадаченно поскрёб за ухом, прикидывая, какие выгоды из этого можно извлечь. В сущности, всё было не так уж плохо - клиент сам целенаправленно доводил себя до кондиции, всего-то и стоило, что приоткрыть завесу над некоторыми очевидными фактами.

Задумчиво хрустнув пальцами, бес внёс эти сведения в личный реестр приёмов убеждения особенно упёртых контракторов и с увлечением принялся ждать, когда девица загнобит себя настолько, что сама обратится к нему с просьбой о помощи. Но Рита идти лёгким путём не спешила, к средине дня спрессовав все неприятные ощущения в один большой каменный блок и оставив его покоиться где-то на дне желудка до самого вечера, когда все маломальские дела исчезнут. Вот тогда и придётся оставаться наедине со своими невесёлыми мыслями, чтобы найти возможность нормально существовать дальше, не порываясь каждое мгновение выйти в окно для избавления от тяжкого груза земных проблем.

Но этот крепко сбитый эмоциональный кирпич стал напоминать о себе гораздо раньше запланированного.

Лучшим отдыхом Рита считала смену деятельности, поэтому сейчас равномерно топала по беговой дорожке тренажёрки, которую она предпочитала посещать в середине недели. Игнорируя традиционное бухтение расположившегося неподалёку демона, она на мгновение поддалась искушению и позволила себе отвлечься от музыки в наушниках, привычно обведя взглядом улицу через широкие стёкла зала.

По заасфальтированным аллеям двигались разношерстные потоки людей, поражая соображение своей пестротой и неоднородностью. Но кое-что общее было у всех - компания. Группы непоседливых младшеклассников играли в догонялки по дороге домой. Мамаши с детьми в колясках возвращались из магазинов с продуктовыми пакетами в руках. Прошла пара офисных работников, спешащих с обеденного перерыва в ближайший банк. Судя по активной жестикуляции, они обсуждали либо котировки, либо начальство, но Рите не было до этого никакого дела.

Её взгляд цеплялся за парочки, неторопливо прогуливающиеся под сенью деревьев в такой тёплый солнечный денёк. Удивительно, какое количество этих бестолковых голубков выползало на улицы, стоило весне чуть-чуть распогодиться. И все, как один, выглядели до неприличия жизнерадостными и счастливыми.

Обычно, подобные формы взаимодействия Риту не интересовали, вызывая исключительно раздражение своей повсеместностью и насаждаемостью. Она не понимала, что плохого в том, чтобы интересоваться одними вещами, - знаниями, например, - и совершенно не интересоваться другими. Такими, как сопливые романтические позывы. Но, как со временем выяснилось, последние интересовали представительниц её пола на порядок больше. А поскольку сама Рита в этом не только ничего не смыслила, но и не считала нужным заполнять пробелы в сведениях, отсутствие в арсенале такой широкомасштабной темы для девичьих разговорчиков и сплетен сыграло с ней злую шутку.

Мало того, что из-за этой ерунды многие считали её ненормальной, ущербной, и, как она изволила убедиться во время встречи с одногруппницами, даже жалкой, так ещё пытались навязать необходимость во всевозможных демонстративно-возвышенных коммуникациях с мужским населением планеты.

Гневу Риты по этому вопросу не было предела, и каждый раз, как кто-нибудь из дальних знакомых промеж делом имел неосторожность интересоваться, нашла ли она себе кого-нибудь, подразумевая наличие некой социально-одобренной стабильности, она вспыхивала и яростно принималась доказывать, что со всем прекрасно справляется сама, и никчёмные довески в этом деле ей не нужны.

Упрёки в агрессивном феменизме, бессмысленном мужланстве и прочих, якобы, нелестных для любых нормальных девушек характеристиках сыпались на Риту регулярно, но она с удовольствием пропускала их мимо ушей, считая, что все эти так называемые "отношения" не более чем сомнительным, с её точки зрения, показателем статуса в женском сообществе. Вроде как, у кого платье круче. Или кто его первым успел урвать на распродаже.

Такое потребительское, зачастую, отношение к живым людям, пусть и другого полового круга со своими ролями, устоями и особенностями взаимодействия, Рите претило, но, судя по всему, додумалась до такой очевидной, казалось бы, параллели, только она. Остальные предпочитали заблуждаться, с наслаждением покорных барашков следуя укоренившимся стереотипам в поведении и целеполагании.

Но несмотря на столь отчуждённо-рациональный подход к оценке чувственной сферы, в данный момент Рита ощущала острую тоску, внезапно осознав, что с таким уникальным восприятием рискует всю жизнь провести в полной изоляции. Её грызло чувство вселенской несправедливости и лёгкая зависть к тем, кто был, возможно, намного глупее её, но при этом имел то, чего у неё нет и никогда, видимо, не будет - понимание и поддержку хотя бы одного человека из всего многомиллиардного населения планеты.

Некоторое время понаблюдав за изменениями в эмоциональном фоне подопечной, демон, всё это время не прекращавший заваливать её байками из профессиональной деятельности, неожиданно смолк и протяжно вздохнул. Надо было срочно что-нибудь предпринять, иначе девица накрутит себя настолько, что может додуматься сигануть под автобус раньше, чем успеет заключить контракт.

Барт с кряхтением поднялся, устало хрустнул шеей и, аккуратно подкравшись, опустил руку подопечной на плечо. Погружённая в свои тусклые мысли Рита, не ожидавшая такого внезапного тактильного проявления сочувствия от беса, сбилась с бегового ритма. Ноги заплелись, поехали куда-то назад, и она, нелепо взмахнув руками, полетела вниз, хорошенько приложившись лбом о программную панель. Тренажёр опасно закачался, но выстоял. Сама же Рита неуклюже свалилась на пол позади него, давясь ругательствами и потирая ушибленные части тела.

- Собирайся! - неожиданно скомандовал бес не терпящих возражений тоном, и быстро наклонившись, поднял её за ворот футболки, игнорируя возмущённые вопли и последовавший за ними сдавленный хрип. Разъярённо потирая шею, которую чуть не раскроила одёжная резинка, Рита свирепо воззрилась на демона, готовая линчевать паскуду прилюдно. Тот, однако, встретил её взгляд с поразительным хладнокровием, а затем, не особо расшаркиваясь, схватил за руку и бесцеремонно потащил к раздевалкам.

Чтобы не привлекать дополнительное внимание к своей и без того изрядно засветившейся особе, Рита молча плелась за ним, обещая себе прибить поганца за ближайшем же поворотом. Но внезапно её поразила доселе даже не рассматриваемая мысль. Зачем ссориться с демоном? Чего ради посылать обратно в преисподнюю единственное существо, которое, теоретически, может остаться рядом с ней и стать, если не полноценным другом, то, хотя бы, компаньоном. Конечно, придётся всю жизнь выслушивать его нескончаемое бормотание и терпеть сомнительные шуточки, но ведь выходит, что она уже не одна.

Лихорадочно соображая, Рита без принуждения отправилась в душ, несмотря на то, что оставалась ещё больше половины отведённого на занятия времени. Нужно было оперативно придумать, каким образом удержать демона рядом, а то и вовсе подружиться, не идя при этом у него на поводу и полностью контролируя ситуацию. Свежих идей не обнаружилось, поэтому Рита просто решила вести себя несколько внимательней и сдержанней, а там - действовать по ситуации. Смурное настроение, впрочем, отступать не спешило, поэтому на улицу она с Бартом выплыла мрачная, как грозовая туча в летний зной.

Демон решительно полетел в сторону книжных магазинов. Рита сперва поразилась, как верно он угадал с успокоительным, но затем вспомнила, что впервые бес подкараулил её именно там. Возможно, нынешний, почти благородный порыв знаменовал собой потребность посетить места боевой славы, а может и напомнить об упущенных возможностях. Кисло улыбнувшись, Рита поплелась следом, прикидывая, есть ли в кошельке хоть немного денег, чтобы прикупить себе что-нибудь литературно-просветляющее.

Спокойно просочившись в первый же отдел, Барт принялся с интересом рассматривать полки, предоставляя Рите возможность копаться в стеллажах самой. Та вздохнула и, покачав головой, отправилась перебирать знакомые корешки. Ощущения были двоякие. С одной стороны, она очень злилась на то, что пришлось отклоняться от графика и терять оплаченное время в зале. С другой - была немного благодарна бесу за то, что нарушил её обычный распорядок и тем самым позволил вырваться из замкнутого круга бесконечной рутинны.

Барт незаметно поглядывал на девчонку с легким интересом и сочувствием. Нетерпеливо кружа под потолком, он уже смотался в эзотерический отдел и организовал всё необходимое. Теперь оставалось дождаться, когда подопечную занесёт прямо по адресу. Шанс на это был весьма неплохой, поскольку она ходила по всем секциям, обводя взглядом даже не особенно интересующие тематические полки, но вероятность срыва стратегии оставалась всегда. Поэтому, чтобы хоть как-то себя занять, демон принялся продумывать альтернативные шаги на случай очередной неудачи. С этим контрактором такая предусмотрительность виделась отнюдь не лишней.

Понуро бродя между полок, Рита со смесью удовлетворения и беспробудной тоски отмечала, что начинает свыкаться с не особо оптимистичным будущим. В конце-концов, её беды были довольно надуманными - еда есть, кров тоже. Будет и работа. А всё остальное - так, ерунда. Эгоистичное желание чего-то большего, чем простое существование.

Пройдя по ряду больших иллюстрированных энциклопедий о природе, она остановилась напротив полки с реликтовой фауной и внимательно посмотрела на большую выразительную морду тираннозавра, взирающую на неё с ближайшей стопки книг. Ни большие зубы, не мощные ноги от метеорита его в своё время не спасли. Даже такие могучие звери были ни на что не способны перед лицом глобальных климатических изменений. Один в поле не воин, так ведь? Значит, нужно жить, пока дают, и не грузить себя лишними проблемами.

С сожалением оставив позади раздел доисторических времён, Рита двинулась дальше, без особого внимания скользя взглядом по книгам. Одно из тонких, явно детских изданий в солидной твёрдой обложке стояло поперёк полки и завлекало молодых посетителей в секцию. С переплёта книги смотрели волки, сияя в темноте зимнего леса золотыми радужками умных, не по-звериному проницательных глаз. Рита замерла и вгляделась в эту странную, пленяющую обложку, раз за разом пробегая взглядом по талантливо выполненному кадру, который, казалось, дышал ночной тишиной и неумолимым спокойствием далёких заснеженных просторов.

Волков было двое. Среди опустившейся на лес ночи они стояли на вершине высокого холмистого сугроба, обозревая окрестности. Позади чёрной громадой высился размытый хвойный лес, наверняка шевеливший под напором ветра своими раскидистыми еловыми лапами в кронах. Крупный самец выразительно мерцал огромными глазищами прямо в объектив неизвестного фотографа, а волчица, развернувшись, вглядывалась за горизонт, выискивая признаки затаившейся опасности. По положению ушей и хвостов Рита безошибочно определила главную пару. Это были не забитые омеги, а самые настоящие вожаки.

Внимательно приглядевшись, Рита неожиданно обнаружила ещё одну интересную деталь. Несмотря на размытость фона, можно было рассмотреть, что за деревьями скрывается остальная стая. Где-то белыми, где-то тёмными пятнами выделялись искривления лесного массива, в которых угадывались чьи-то острые уши, мускулистые лапы или пятна чутких носов. Волки тоже были не одиноки.

Сняв издание с полки и зашуршав большими, богато иллюстрированными страницами, Рита углубилась в чтение. Книга рассказывала историю одной стаи, за которой наблюдали в течение всего года в естественной среде обитания. Множество самых удивительных фотографий наиболее ярких моментов их жизни, схемы территориальных стычек и маршруты патрулирования, основные сведения, выделенные крупным шрифтом, и отчёты о состоянии волков по месяцам - всё, вплоть до изменений социальной иерархии, умещалось на 36-ти страницах детской, по сути, книжки.

Недобро усмехнувшись, Рита пролистала несколько месяцев и принялась рассматривать тамошние семейные снимки. Вот так живут эти дикие псы и не знают, что год их жизни - это всего лишь 36 цветных страниц с небольшими кусочками текста, да кучкой удачных фотографий, а все, казалось бы, будоражащие события важны лишь для них самих, но никак не для стороннего наблюдателя.

Скептически перевернув ещё пару листов, Рита уже хотела ставить книгу обратно, но тут взгляд зацепился за начало одного из абзацев. "Волки формируют стаи..." - медленно прочла она вслух и нахмурилась. Какая-то мысль не давала покоя, маяча на краю сознания пушистым серым хвостом. "Формируют... Формируют..." - забормотала Рита, пытаясь понять, чем так насторожила её эта фраза. Глагол казался странным. Не совсем уместным в детской энциклопедии, написанной скорее, как большая сказка с уклоном в науку, нежели как полноценный источник терминов и детальных сведений.

Ещё раз проговорив под нос слово, Рита глубоко задумалась. Выходило, что волки стараются создавать окружение сами. "Формируют" свою стаю. Им не обязательно нужно вливаться во что-то уже существующее - они в силах организовать такую группу, которая придётся по нраву им самим. Но как?

Быстро пробежав взглядом по тексту, Рита почти сразу нашла то, что искала. Вот оно. Центральная пара. Это и есть начало всей стаи. Быстро взглянув на обложку, Рита убедилась - та была подобрана неспроста. Для оформления использовали не столько обычный удачный кадр, сколько демонстрацию начала начал - способа формирования своего круга близких по духу.

То есть, приступать к созданию благоприятной социальной обстановки нужно с малого - одного человека, который будет помогать в дальнейших поисках единомышленников. Но человека доверенного, надёжного, обаятельного и, несомненно, обладающего куда большими коммуникативными талантами, чем сама Рита.

Отыскав глазами демона, та разочаровано покачала головой. Хоть трепаться он умел за шестерых, но вот в организации быстрого расположения к себе не преуспевал. Последняя мысль заставила Риту сочувствующе вздохнуть - возможно, бес был не меньшим отщепенцем, чем она сама, поэтому выбрал в качестве жертвы именно её. Кроме того, Барта никто не видел, от чего в делах налаживания дружеских контактов он был малополезен. А значит, требовался кто-то со стороны, и желательно, чтобы этот некто был человеком.

Осознав это, Рита незамедлительно понурилась - ни одного знакомого, выказывающего ярое желание общаться, у неё никогда не было. А те, что были, предпочитали переброситься парой фраз при встрече и безболезненно разойтись по своим делам. Да и вообще, образовались бы у неё такие проблемы, если б просто так удалось отыскать кого-то, кто согласился терпеть все причуды и несуразности подруженьки, вызванные последствиями недостаточной социальной адаптации.

Неуверенно поставив книгу на полку, Рита развернулась к двери. Находиться в магазине стало физически невыносимо, словно бы сами стены порицали её бессилие перед всем остальным миром. Волки с обложки смотрели теперь с немой укоризной, упрекая такое жалкое поведение, а мёртвый динозавр неодобрительно скалился, беззвучно предлагая откусить голову, чтоб убогая представительница Homo Solitarius больше не мучилась.

Заметив, что девчонка собирается покидать подготовленный плацдарм, так и не добравшись до нужной секции, демон ласточкой нырнул вниз и вырос у неё на пути памятником дорожному указателю, выставив ладонь вперёд и многозначительно дёрнув ушами.

- Не желаете ли ознакомиться с новыми поступлениями? - тоном бывалого менеджера по продажам возвести бес, неуклонно демонстрируя всем своим видом, что отказа не приемлет.

- Да ознакомилась уж... - буркнула Рита, кинув взгляд через плечо на полку с энциклопедиями. - Уйди с дороги.

- Брось! - безапелляционно клацнул зубами Барт и, ловко развернул подопечную, стал подпихивать её в следующий магазинчик. - Ещё не всё осмотрели. Пошли! Пошли!

Рита особо не сопротивлялась, безучастно позволив вытолкать себя в следующую секцию. Куда угодно, лишь бы убраться от этого вездесущего пронизывающего взгляда с обложки книги. Она бы с превеликим удовольствием задержалась возле полок с астрономией, но все издания по естественным наукам, к вящему сожалению, находились в одном отделе и неминуемо просматривались окаянными волками со своего постамента.

Поэтому пришлось поковыряться в учебной литературе, затем в отделе истории и лишь после добраться до полок развлекательных изданий. Косо взглянув на притулившийся в дальнем конце уголок мистики и оккультизма, Рита брезгливо передёрнула плечами и предпочла пробежаться глазами по знакомым обложкам, с сомнением выискивая интересные новинки.

Демон явно нервничал, томительно елозив возле кондиционера и заглядывая во все щели. Он изо всех сил старался не смотреть в сторону книжных полок, но при этом не терять девчонку из вида. Дождавшись, когда она, наконец, невзначай приблизилась к секции фантастики, Барт напрягся и выжидательно замер.

Папка со знакомым стуком плюхнулась на пол. Опустив глаза, Рита заворожено смотрела на неё, в деталях вспоминая тот злополучный день, когда познакомилась с бесом. Вот она листает многострадальный список правил. Затем пытается впихнуть бесхозную кипу листов обратно на полки. А после бессовестно бросает на полу. Интересно, не притронься бы она к ней, демон стал бы её донимать? Вероятно, отыскал бы способ всучить папку, так или иначе...

Грустно улыбнувшись, Рита наклонилась, подняла его профессиональный инструмент и решила восстановить справедливость, устроив плашмя на книжных полках. Папка лежала совершенно спокойно, больше не выпадая. Посозерцав её какое-то время, Рита начала нервничать. Положение папки виделось совершенно неправильным. От чего-то казалось, что есть особое, принадлежавшее только этой вещице место, которое нужно непременно отыскать. Только тогда всё станет на свои места, и, возможно, даже демон отвяжется и уйдёт, оставив объект своих бесконечных измывательств в нелюдимом покое. Хотя, быть может, для этого пока ещё слишком рано?

Поморщившись, Рита невольно перевела взгляд на арку, ведущую в отдел истории. Где-то там, за парой блочных стен притаилась книжка с волками, только и ожидающая её возвращения. Может, если прочесть её подробней, найдутся и другие подсказки о том, как создать свою собственную стаю? Создать... Рита неуверенно покосилась на чёрную папку с кипой листов. Создать, говорите, да?

- Барт... - тихо произнесла она, впервые обращаясь к демону по имени. Тот, оторвавшись от верхних полок с постапокалиптикой, медленно кувыркнулся в воздухе и уставился на Риту скучающими глазами, демонстрируя крайне вялый, чисто вынужденный профессиональный интерес.

Собравшись с духом, Рита бесстрастно произнесла:

- А ты можешь создать живого человека?

Произнесла и задумалась, поняв, насколько глупо и отчаянно это звучит. Ей стало неимоверно стыдно за саму себя. Как можно одичать, чтобы опускать руки и просить помощи у того, к кому ни один нормальный человек ни за что не обратится? Но ведь слишком много времени уже потрачено на безрезультатные попытки. Слишком много поставлено за прошедшую жизнь социальных экспериментов. Ждать у моря погоды - всё равно, что терять драгоценные дни своих лучших лет дальше, не имея достаточной храбрости рискнуть и что-то изменить.

- Вообще, что-то такое было... - почесал лоб бес и подлетел ближе. - Дай-ка взглянуть.

С этими словами он потянулся за договором и принялся усердно перелистывать страницы, выискивая нужный пункт. Рита колебалась. То, что она сейчас делала, было неправильным. Нерациональным. Фактически, она шла наперекор отведённой ей участи, даже не представляя, какими последствиями это может для неё обернуться.

В памяти всплыл случай с белобрысым. Быть может, за такое плохое поведение ей тоже грозит расплата. И возможно даже немалая. Что у неё отберут? Жизнь, здоровье, возможно, семью или дом? А может, она себе всё это просто придумывает, и никакой судьбы нет. И сейчас она сама выбирает свой путь, готовая отвечать за последствия принятых решений.

В конце-концов, разве выйдет хуже? Любые материальные напасти она вполне сможет пережить - не в первой. А вот если ничего не предпринять в самое ближайшее время, участь озлобленного изгоя ей гарантирована. Кто знает, может, в конце-концов она сорвётся и натворит глупостей. Возможно, именно сейчас она спасает себя от ещё более страшной доли, нежели может преподнести ей провидение в качестве возмездия за сделку с дьяволом.

- Смотри, - отвлёк её бес от безрадостных размышлений. - Сложные материальные объекты. Пометка о возможности оживления присутствует.

Забирая папку, открытую на нужной странице, Рита даже не особо удивилась такой циничной формулировке. Кем ещё демоны могли считать людей, если не расходным материалом. По сути, Рита была с ними в некотором отношении солидарна, ведь роль отдельных людей в человеческой истории была крайне незначительной, исключая великих лидеров или учёных, разве что. Но не каждому суждено было стать выдающимся. Вероятно, демоны на протяжении всего существования человечества выискивали таких вот серых мышек, как она, которых довольно легко соблазнить многообещающими перспективами. Ведь таким, по сути, особо нечего терять.

Проведя пальцем по нужной строчке, Рита в недоумении замерла - напротив более-менее подходящей позиции значился ценник "5 лет". Панически перелистнув договор на первую страницу, она снова вчиталась в условия оплаты. Нет, ей не показалось. Для исполнения этого желания согласно сдельной тарификации требовалось отдать пять лет. Рита расхохоталась, озадачив беса, решившего, что подопечная рехнулась окончательно, и теперь тут ловить нечего. Покачав головой, она кинула проницательный взгляд на Барта и, усмехнувшись, открыла страницу с фиксированной стоимостью.

Тот факт, что контрактор сам мог выбирать подходящие для себя условия, конечно, неимоверно радовал и говорил о глубокой продуманности системы. Вот только если проводить параллели с прочими компаниями, предоставляющими какие-либо услуги, выходило, что какими бы тарифы выгодными не казались, в выигрыше всё равно оставалась именно контора, а не клиент. Значит, и в этом договоре непременно должен был таиться какой-то подвох, но выбирать было особенно не из чего.

В её воле было отвернуться и послать демона прогуляться до преисподней, однако делать вид, что всё и так неплохо, Рите больше не хотелось. Была проблема. Было решение. Решение быстрое и удобное, хоть и весьма дорогое. Но кто бы стал воплощать в жизнь мечту задаром? Людям всегда приходится отказываться от чего-то ради исполнения своих желаний. Так какая разница - потратит она этот никчёмный год на самосовершенствование и очередные попытки протаранить многокилометровый барьер между ней и остальными людьми, или прямо сейчас сделает шаг навстречу своей мечте?

Даже хорошо, что желание стоит так дорого - ценнее будет. Лишнее напоминание о том, что пришлось потерять, чтобы его исполнить. В конце-концов, Рита не знала, отберут ли у неё время, полное смеха, горя, головокружительной карьеры или безрадостных перспектив на дне общественной ямы. Прямо завтра с ней могло произойти то же, что и с белобрысым, так какой резон оберегать это туманное будущее, в котором для неё пока нет ничего хорошего?

Более того, можно было считать, что за всю предыдущую жизнь она уже наскребла этот несчастный год, занимая время, отведённое под отдых, прилежной учёбой и получением новых навыков. Те минуты, которые её ровесники прожигали в увеселении, тратились ей на дело, а значит теперь можно со спокойной душой отдать то, что она откладывала на потом - тот неосязаемый счёт на отдых, скопленный за долгие годы трудолюбия и аскетизма.

Подхватив папку подмышку, Рита решительно направилась к выходу. Права она, или нет, покажет время, а сейчас лучше всего внимательно ознакомиться с договором. Решить она сможет после того, как всё тщательно взвесит, да и беса надо толком порасспрашивать. Кто знает, во благо он явился или во вред. Может быть даже его послало само провидение, как шанс изменить всё к лучшему. А то, что посланник из преисподней - так и люди сами не святые, к чему проявлять лишний расизм. Следует держать ухо востро, только и всего.

Возможно, она даже найдёт способ перехитрить демона. Неспроста же у него не вышло совратить её нахрапом. Да и сейчас, скорее, не его это были проказы, а её сознательно решение. Свободный выбор, на который никто не толкает и за последствия которого человек отвечает сам. Да, упрекать будет некого, но что, если всё получится и удастся изменить свою жизнь к лучшему с самыми минимальными потерями? Ведь если бы бес методично угроблял всех своих контракторов, то и работа не спорилась бы.

Значит, шанс есть. Значит, она отстоит своё право на нормальную жизнь перед кем бы то ни было - богом, чёртом, безумной судьбой или перед собственной совестью. Всё решаемо. Нужно лишь выбрать путь.