# Фатум. Поводок и ошейник

Дмитрий Владимирович Таниди

Ты остался один? Вокруг нет никого? Совсем никого? Это ты виноват? Самое время поговорить!

Фатум. Поводок и ошейник


В рассказе использован фрагмент песни "Она лежала на земле" группы "Русский Размер".


- Эмм... здавствуйт-т-те, - глянь на него: глаза красные, веки синие, сам худенький, заторможенный, того и гляди - по частям развалится. А ведь пареньку лет двадцать пять, не больше.


- ...мен-н-ня зовут Игорь, - жалкое зрелище, но уйти ты не можешь, потому что уйти, означает убежать. В очередной раз, признав поражение, трусливо отступить. Позволить страху вновь ухватиться за поводок и натянуть потуже ошейник...


- И я наркоман. - Продолжает парень. Убого. Но самое омерзительное в Игоре то, что своим внешним видом и поведением он напоминает тебя самого. Как, впрочем, и многие другие члены этого "кружка".


А вообще, что ты здесь делаешь? Вот с Игорьком понятно - зеленый еще совсем, зашуганный. Да, Игорь стоит здесь в надежде изменить свою жизнь. Он верит в это. А ты?


- Привет, Игорь! - хором отвечают присутствующие. И поощрительно аплодируют. И ты аплодируешь. Зачем? Может, сказав: "...я наркоман", Игорь перешагнул какую-то незримую черту? Ту черту, которую он уже когда-то переступил, перетянув бицепс жгутом? ... Это что, и впрямь помогает? Тебе-то откуда знать, ты никогда этого не говорил... Бред! И что, сейчас каждый по очереди будет вставать и рассказывать, по-разному, одну и ту же историю, а остальные понимающе смотреть на него и хлопать в ладоши? И это поможет? Ну, бред же? Бред!


Может, действительно свалить отсюда? Встать, повернуться спиной к этому сонмищу сострадания и соучастия и выйти прочь. На улицу. Где ярко светит солнце, дует прохладный ветерок, и... никого нет. Забыл? Снаружи пусто. Ты сам всех прогнал, верно? Она продержалась дольше всех, Она верила в тебя дольше всех. Но ты прогнал и Ее. Нет, идти тебе некуда. Снаружи пусто... Только поводок и ошейник.


А паренек-то заметно расслабился: стоит не напряженно, взгляд больше не опускает... Да, теперь мы в его глазах не взрослые дяди и тети а такие же как он - торчки, пытающиеся завязать. Да, лишь "пытающиеся", потому что пока ты ходишь на такие встречи - ты наркоман.


Так, что ты здесь делаешь? Ведь, "поздно что-то менять" - твои слова? Последнее, что ты Ей сказал. Помнишь? Ты ожидал в очередной раз увидеть Ее дрожащие губы, мокрые от слёз глаза. Но нет... Сквозь пелену ломки, ты увидел в Ее взгляде лишь собственную смерть. И Она ушла. Что-то тогда в тебе щелкнуло, какая-то эмоция мелькнула на границе сознания, и ты ухватился было за нее, но поводок дернулся! "Она вернется, - думаешь ты, - всегда возвращается". И, минут десять спустя, ноги несут тебя вниз по лестнице. В руках навороченная игровая консоль, которую Она тебе подарила, на которую копила деньги, явно, не один месяц, которую ты сейчас продашь. Недорого, лишь бы на дозу хватило.


Игорь, монотонно, порой прерывисто, рассказывает свою историю: как начал употреблять, как подсел, как осознал, что подсел. Довольно подробно...


Скоро его рассказ подойдет к концу, и настанет твоя очередь говорить. Что ты им скажешь? Стоит ли рассказывать всё, или кое-что лучше утаить? И главный вопрос: как начать? Подумай об этом.


Ты можешь сказать, что не помнишь как начал употреблять, но это будет ложью. Ты помнишь все. Не до мельчайшей подробности, но всё же помнишь. Но стоит ли говорить о том, что подтолкнуло тебя к... или лучше рассказать, что заставило придти сюда? Кстати, а почему ты здесь? Ай, да признайся хотя бы себе: это место последнее, где ты хочешь быть. Почти последнее. Есть еще тот притон. Квартирка с обвисшими обоями и потрескавшейся штукатуркой. Вот и ответ: не быть здесь, значит быть там. Очнуться на холодном линолеуме, вытереть рукавом натекшую струйку слюны, вынуть вколотый в вену шприц, на который ты забил, вырубленный захлестнувшей тебя волной кайфа, и отправиться добывать деньги на новую дозу или в следующий притон, потому что своего дома у тебя уже нет. Своего у тебя нет ничего. Даже твое тело и твоя душа тебе больше не принадлежат.


Вопросы, вопросы. Почему? Почему ты такой? Это ты так решил? Сам создал себе эту жизнь? Зачем? Это ведь безумие...


Но эти мысли приходят в голову лишь в те короткие просветы между ломкой и "приходом", когда ты можешь мыслить здраво... почти здраво.


Это ведь болезнь, верно? А болезни лечат лекарствами. Чем тебе могут помочь здесь? Стоп. Как ты вообще сюда попал?


Она лежала на земле,

глазами целясь прямо в небо...


Что это? Знакомая песня.


Так никогда с ней ласков не был

весь мир, кипящий на огне.


Игорь зашарил по карманам...


Холодной тенью в тишине,

Раскинув руки, выгнув тело,


Достал из кармана смартфон...


Обняв огромный мир несмело,

Она лежала на земле...


- Извините, я... думал, что отключил его. - он провел пальцем по экрану и в помещении воцарилась тишина.


Помнишь, как Она лежала на траве, справа от тебя? Вы смотрели на звезды и ты обещал подарить Ей Луну? Хм, а ведь ты мог. Что пошло не так? Чего тебе не хватало? Или наоборот - у тебя было слишком много? Ты видел, как она сияет от счастья, ты был счастлив сам, у тебя была Жизнь, у тебя был Смысл... у тебя была Она. А потом - ты остался один.


Друзья... родители... Какое-то время ты еще мог приходить к ним, выпрашивать деньги, клясться, что это только на еду, что ты завязал, вот-вот возьмешься за ум...


Она ушла лишь единожды, и ты больше Ее не видел. Даже в твоем воспаленном сознании было понимание - вы не встретитесь. Это конец. И тут, стоило бы прекратить все это дерьмо, но нет. Ты вкачал в себя двойную дозу. Зачем?! Наперекор Ей? Родителям? Себе? Кому?!


И вот ты вдавливаешь поршень шприца, наблюдая, как эта дрянь проникает в вену, сливается с кровью.


Грудь сдавило невероятным по силе прессом. Ты выдыхаешь, но втянуть в легкие воздух - никак. Через несколько секунд ты упадешь, трясясь в конвульсиях на полу грязного туалета в не менее грязном клубе и, разглядывая гниющий плинтус, отдашь последние секунды сознания тщетным попыткам вдохнуть, под аккомпанемент стонов в одной из кабинок. Грязно. Мерзко. И это все ты.


- Тогда я слабо соображал, что делаю, - говорит Игорь, - хотел обменять на "дозу" золотой браслет, который сам же ей и подарил...


О, да. С каждым выжатым шприцом, ты становишься все менее привязанным к обычным вещам. Ревнивая наркота заменяет собой все остальные зависимости. И каждый предмет вокруг себя, ты оцениваешь лишь с точки зрения: "хватит ли на дозу?"


- ... она схватила этот браслет мертвой хваткой и со слезами на глазах умоляла меня не делать этого. А я взял кухонный нож и приложив его себе к горлу сказал, что порешу себя если она не отдаст мне эту чертову цацку. Она молила меня остановиться, говорила: "Мы еще можем все изменить"...


Бла, бла, бла. Ты все это уже проходил и знаешь, что будет дальше. Так зачем рассказывать одну и ту же историю дважды? Может, раз уж не можешь уйти, стоит просто встать и сказать, мол: "моя история ничем не отличается от истории каждого из вас, и по сему не вижу ни малейшего смысла в ее повествовании", м? Каково? А потом ты дождешься окончания этого группового сеанса нытья, и сможешь со спокойной душой свалить отсюда. А главное, винить себя будет не за что - ты ведь попытался, честно попытался завязать с этим. Верно? А эти разговоры, эти истории... они все равно не помогут. Или все-таки помогут? Черт! Да ты же сам себе противоречишь! Хочешь уйти, но хочешь остаться.


С каждым словом Игоря времени у тебя все меньше. Пора решать. Ну же! Сейчас!


- "Передоз", я умер от передозировки наркотиков.


ЧТО!? Что он только что сказал? "Умер", он сказал "умер"? Какого хрена он несет?! И какого хрена он смотрит прямо тебе в глаза?!


- Я умер. - бесстрастно повторил Игорь.


Ты═попытался было что-то сказать, но горло сжалось в тисках ошейника.


- Я умер... - шаг в твою сторону.


Руки связаны за спиной, лицо покраснело, вены на лбу и шее набухли.


- Умер, - еще один шаг, и его лицо замирает в полуметре от твоего, - ты умер, Игорь. Игорь!


***


- Игорь! Игорь, очнись,... пожалуйста! Кто-нибудь, помогите!!! Сестра!


Знакомый голос. Ее голос. Я слышал его во всех тональностях, мне знаком каждый всхлип. Я узнаю его из тысячи...


На губы капнуло что-то мокрое, соленое. Слеза. Она плачет. Снова... снова из-за меня. Господи, почему я не мог просто сдохнуть и перестать отравлять жизнь самому близкому мне человеку.


И что? Снова все пойдет по кругу? Так и буду калечить свою жизнь, жизнь своих близких, Ее жизнь?


Плечи сжимают маленькие ладошки. Волосы щекочут лицо. Открываю глаза, встречаю ее взгляд. Пытаюсь улыбнуться. Окончательно разревевшись, Она прижимается к моему плечу.


Хочу успокоить Ее, сказать хоть что-нибудь, - нечего, - лимит слов исчерпан. Сотни ложных клятв, нарушенных обещаний. Нет, говорить я не имею права.


Ладонь поглаживает Ее по головке. Мое Солнышко, моя Свобода, моя Надежда. Больше не подведу. Теперь все будет хорошо...


***


Теплые солнечные лучи, не замечая стеклянной преграды, пронзают окна и, врезаясь в мелкосетчатые шторы, рассеиваются по мягкому ковролину, плавно контрастируя с царящей в помещении "спокойной" палитрой красок.


Цветовая гармония расслабляет, а тихий, умиротворяющий голос куратора медленно вводит в транс.


Не смотря на успокаивающую обстановку сердце бьется все чаще а коленки трясутся все энергичней. Я боюсь... боюсь раскрывать этот шкаф, боюсь быть погребенным в выпавших из него костях, но в тоже время хочу в нем прибраться. Я знаю, что больше не убегу, не сдамся и не струшу, но мандраж от этого не проходит.


Мысли о Ней помогают, успокаивают, дают надежду и уверенность.


Я мысленно тяну руку к шее, нащупываю кожаный обод ошейника и легко срываю его...


Куратор заканчивает свою речь и в помещении становится тихо. Выжидающе она оглядывает присутствующих. Моя рука тянется вверх. Легкий кивок куратора и я, игнорируя бешеные удары сердца, встаю с места...


- Эмм... здавствуйт-т-те, мен-н-ня зовут Игорь, - усилием воли беру себя в руки. Я не слабак. Теперь нет.


- И я наркоман...

КОНЕЦ.