# Холодильник ╧225

Ксайо Атрей

Холодильник ╧225


Пролог


Идти в дом не было смысла. Он так решил. Жабель сидел прямо на снегу, обхватив руками колени и уткнувшись носом в красный шарф. Поначалу он мелко трясся от холода, затем раскачивался взад-вперёд, слушая, как снег хрустит под ботинками, а потом замер.

Не мигающими глазами он смотрел на потемневшую от влаги обувь, на подползающий свет утра, на мелкие искорки снега, и думал. В этот предрассветный момент, уже не чувствуя пальцев ног, ему отчего-то было очень важно вспомнить, с чего всё началось. Где был тот первый шаг, приведший его в это царство отчаяния и тихого умирания? С соревнования в Университете? Со встречи на ярмарке? Или, может, ещё раньше, с кораблей в гавани, с отца, державшего его за руку, и приветствовавшего мореплавателей? И чем больше Жабель погружался в воспоминания, тем больше росла его уверенность, что всё началось с красного шарфа.

Утренний свет разгорался всё ярче. К ботинкам подбежала волна, робко лизнула подошву и исчезла. Жабель неуверенно моргнул. Эта волна ему о чём-то напомнила. Словно он услышал запах из прошлого и никак не мог ухватить ниточку ассоциаций и образов. Когда же это было? Вчера? В прошлом году? Нет, это было лет сорок назад - не меньше. Жабелю тогда было девять.

-А вдруг они меня не заметят? - услышал Жабель свой детский голос.

-А знаешь, ты прав. Там будет много народа, тебя и правда могут не увидеть, - отец в лакированных туфлях стоял посреди прихожей.

-Что же мне делать?

-Надо что-то придумать.

Маленький Жабель смотрел, как отец бросается от одного шкафчика к другому, обшаривает тумбочки, вешалки и вот, наконец, достаёт длинный красный шарф. Лицо Жабеля расплывается в улыбке, а отец наматывает шарф ему на шею.

-Вот так тебя точно все заметят!

-Да! - радостно кричит Жабель, и они выходят в тёплое утро, и шагают бок о бок по мощённым улочкам вниз, к набережной.

Оба одеты в костюмы. На Жабеле чёрные брюки и синий пиджак. Красный рукав шарфа хлопает по коленям. А рядом идёт отец, на нём белая рубашка, узорчатый галстук и тёмно-синий костюм. Он всегда так одевался, когда они шли на набережную. Как-то Жабель спросил отца, почему он так наряжается? А отец ответил: "Они приплывают из дальних стран, таких, о которых ты даже не знаешь. Чего они только не повидали: обширные земли с диковинными растениями, разных чудищ, другие народы и племена со своими нравами и обычаями. Они как инопланетяне, впервые высадившиеся на нашу землю. А мы с тобой - первые люди, которых они увидят. Это очень ответственный момент, поэтому нужно выглядеть подобающе".

Они стоят на набережной, и океанская волна лижет им ботинки. Отец стоит, выпрямившись во весь рост, приставив ладонь к глазам, как козырёк, и всматривается в огромные чёрные облака кораблей, а Жабель нетерпеливо бегает вдоль берега и радостно кричит, приветствуя путешественников.


## Глава 1


Сорок лет спустя, в то утро, когда, по мнению Жабеля, всё покатилось кувырком, он шёл в направлении Университета. У Жабеля уже наметилась залысина, у него были большие карие глаза, жабий рот с пухлыми длинными губами и массивная нижняя челюсть. Радость и предвкушение бурлили в нем так, что он чуть не подпрыгивал от счастья и улыбался всему миру. Забежав, как всегда, в цветочную лавку, он взял у господина Блюманже охапку жёлтых тюльпанов и, завидев по дороге первое распахнутое окно, забросил туда букет. Это была некая традиция, которую он подхватил ещё от отца - первым делом с утра порадовать кого-то, тогда всё пройдёт как по маслу. Услышав приятно удивленные возгласы, Жабель поспешил свернуть за угол, ускорил шаг и вскоре уже шел по сочной лужайке перед зданием Университета.

День обещал быть, что называется, идеальным: весна выдалась как никогда теплой, тюльпаны - любимые цветы Жабеля - цвели вовсю, а на горизонте маячила долгожданная мечта, которую Жабель вот-вот словит в прыжке, словно бабочку.

Жабель взбежал по ступеням навстречу белым колоннам, влетел в распахнутую деревянную дверь, лавируя между студентами и преподавателями, и поскорее направился на этаж Исследований. Сегодня всё должно решиться. Десять кандидатов, объявление победителя - человека, которому достанется лаборатория. Своя, личная лаборатория, в которой под его началом будут трудиться другие учёные, изобретая и исследуя. Жабель был в предвкушении.

Но когда организаторы объявили победителя - Майкла Дюна, Жабель ошарашено стоял посреди кандидатов, удивлённо улыбаясь и в уверенности, что произошла ошибка, и вот сейчас высокий кучерявый мужчина попросит прощения, скажет, что прочёл не то имя, и объявит победителем его, Жабеля. Но нет, он молчал и смотрел, как все поздравляют Майкла, и хлопал, держа в одной руке лист.

Жабель перевёл взгляд на женщину, стоявшую позади организатора. В ту же секунду чёрные бархатные глаза посмотрели на него. Зелёное платье очень красиво оттеняло смуглую кожу и длинные, ниже пояса, чёрные прямые волосы. Жабель не мог определить её возраст. Вот сейчас ему казалось, что ей сорок, а через секунду свет падал так, что ей нельзя было дать больше двадцати пяти. Женщина улыбнулась.

-Попрошу внимания, - услышал Жабель голос организатора. -Второй и последний кандидат - Жабель Тюлип. Между ним и господином Дюном пройдёт соревнование. Прямо сейчас, не откладывая. Главный приз - лаборатория. И одно единственное условие.

Все затихли.

-Тот, кто проиграет, должен будет покинуть Университет. Навсегда. Таково пожелание наших спонсоров, - с этими словами он обернулся и кивнул женщине в зелёном платье.

Жабель и Майкл переглянулись, и Майл спросил:

-Так, а что же нам делать?

-Вы оба достойные кандидаты, у вас замечательные, интереснейшие, полезные научные проекты. Но организация не смогла решить, кто из вас лучше. Поэтому мы решили предоставить право выбора вам.

-То есть? - не понял Майкл.

-Вы должны решить прямо сейчас, кто уйдёт, а кто останется, - организатор сочувственно поджал губы. -Вот ключ. Пусть тот, кто считает себя заслуживающим его, откроет лабораторию, - он положил ключ на стол перед оставшимися кандидатами.

В ослепительно белом зале было больше дюжины людей. И все молча смотрели на Жабеля и Майкла, которые, в свою очередь, старательно избегали смотреть друг на друга.

Жабель молчал. Ему казалось, что это сон и вообще всё происходит не с ним, поэтому он стоял, сцепив пальцы перед собой, и оглядывал зал и людей. Майкл поднял на него затравленный взгляд.

-Я имею счастье знать тебя со студенческой скамьи, мой приятель, Жабель, - начал он тихим голосом, -я знаю, как важно для тебя это соревнование. Ты всегда мечтал о великом, о свершениях, об открытиях, изобретениях. Для этого не хватало одного маленького, но важного нюанса - собственной лаборатории.

"Не такого уж и маленького" - подумал Жабель.

Майкл сделал шаг к столу и взял ключ. Жабель смотрел на его белые ботинки и думал, почему-то о жёлтых тюльпанах, которые не больше получаса назад залетели в распахнутое окно. Мысли о том, что у Майкла большая семья, трое детей, что он невероятно эрудированный, полный энтузиазма, готовый к новым свершениям, о том, что Университет - его единственный заработок, что от этого зависит вся его семья - все эти мысли порхали на заднем плане сознания Жабеля, словно не желая тревожить.

Жабель молчал. Он смотрел, как белые ботинки поворачиваются и подходят к нему. Перед ним оказалась раскрытая ладонь, а на ней лежал ключ.

-Держи. Бери его, Жабель, он принадлежит тебе. Это твоя мечта.

Жабель смотрел на ключ, не расцепляя пальцев. Он, кажется, даже начал покачиваться с носков на пятки.

Майкл взял его руку, раскрыл ладонь и вложил ключ.

-Всё в порядке, приятель. Ты, главное, не подведи! Покажи им всем, что такое настоящий учёный!

И, развернувшись, направился к выходу, кивая коллегам и пожимая руки.

-Вот и определился наш победитель! - радостно сказал организатор, обнимая почему-то не Жабеля, а Майкла.

Организатор провёл его обратно, взял у Жабеля ключ и вручил его Майклу.

-Мы хотели проверить, - он замялся, обернулся на женщину в поиске поддержки, - выявить... Ну, словом, вы тот, кто нам нужен, Майкл Дюн! Поздравляем! Лаборатория ваша!


***


Жабель шёл домой, понурив голову. В руках он нёс коробку, полную разных бумаг, канцелярских принадлежностей и документов. Он прошёл несколько улиц, не замечая весёлых витрин, пёстрых фиалковых клумб и дамочек в разноцветных шарфах - всего того, чему так радовался ещё пару часов назад.

Зайдя домой, он поставил папку на кухонный стол и удивился звенящей тишине. В глаза бросилась записка. Жабель развернул её деревянными пальцами. Она была от жены.

"Дорогой Жабель,

Ты замечательный человек, без сомнения великий учёный и большой мечтатель. К сожалению, среди твоих добродетелей не значится любящего мужа, семьянина и отца. Да и из вышеперечисленных добродетелей, ты больше мечтатель, чем всё остальное. Поэтому, я ухожу. Навсегда. Малышку оставляю тебе, в надежде, что она сможет спустить тебя с облаков на землю. Она у родителей. Обо мне не переживай - я смогу о себе позаботиться.

Когда-то твоя, Лизель".


***


За столом царило напряжённое молчание. Жабель медленно орудовал вилкой и ножом, стараясь производить как можно меньше шума и не звякать приборами о тарелку. Время от времени он бросал исподлобья взгляд то на бабушку, то на родителей, и тут же утыкался в тарелку с жарким.

-Только подумать, - фыркнула Бабуля.

-Не надо, - Мама легонько тронула её руку и вернулась к салату.

Бабуля сидела, надувая щёки и с остервенением кромсая кусочки мяса. Картошка отодвигалась к краю тарелки, а горошек маленькими снарядами разлетался по скатерти, оставляя жирные пятна. Отец возил ножом по тарелке, но ничего не ел и только неловко откашливался время от времени. Жабель всем своим существом чувствовал, что они ведут бессловесный разговор, перекидываясь взглядами. Сбоку от стола, под раскидистой пальмой стояла коляска, а в ней тихо посапывала Малышка.

-Нет, это ни в какие ворота! - Бабуля бросила нож, звякнувший о край тарелки, и уперла руки в бока. - Ты о чём думал, Жабо? Что ты там такое учудил, что тебя и с работы выгнали и жена ушла? Совсем от рук отбился! - обратилась она к родителям. -А я говорила: семья должна жить вместе. Нечего было позволять им переезжать. Глупости. Трата денег. И за Малюхохой никто не следил. Родители, тоже мне!

На какое-то время за столом воцарилась тишина. Потом бабуля опять фыркнула:

-Ну и куда его теперь? Дылда такая, куда тебя теперь возьмут? Сорок лет и опять на шее у родителей? Как не стыдно-то? Тьфу.

Отец откашлялся, бросая на Бабулю укоряющие взгляды. Мама смотрела то на Бабулю, то на Жабеля и ему показалось, что взгляд у неё был виноватый. Жабель продолжал медленно жевать, хотя во рту у него уже давно ничего не было. Но ему, как в детстве было стыдно наколоть на вилку картошку и положить её в рот, когда Бабуля его так рьяно отчитывает. Но и перестать жевать тоже было неловко.

-И барышня эта твоя, тоже мне! Бросила ребёнка, как можно? Ну и скатертью дорожка, - продолжала Бабуля. -Что соседи-то подумают?

-Я найду работу. Поднакоплю и построю свою лабораторию, - тихо пробурчал Жабель, не поднимая взгляда.

-Что ты там себе под нос бормочешь, Жабо? Лабораторию. Знаешь сколько денег на лабораторию надо?

-Знает, конечно, - тихо вставилась Мама.

Отец утвердительно кашлянул.

-Много! Очень много! - Бабуля направила указательный палец на Жабеля. -Так что тебе лучше поторапливаться, а то годикам эдак к восьмидесяти накопишь. Сейчас вот доешь, собирайся и шуруй. Пока работу не найдёшь, домой не возвращайся, - она махнула на него рукой, взяла в руки вилку и со спокойной душой принялась за жаркое.

Жабель переглянулся с родителями. Они еле заметно пожали плечами и уткнулись в свои тарелки.


После ужина Жабель стоял в прихожей перед зеркалом и наматывал на шею красный шарф. Отец промелькнул в дверях, многозначительно подняв брови и расширив глаза. Мама открыла Жабелю дверь.

-Пока не устроишься на работу, не возвращайся! - крикнула из зала Бабуля.

Жабель вздохнул и вышел за порог.

-Я оставлю дверь незапертой, - шепнула Мама, сочувственно дотрагиваясь до его плеча.

Жабель благодарно улыбнулся и пошёл по улице, толком не зная, куда направляется.


## Глава 2


Ноги сами принесли Жабеля на пристань. Уже стемнело, и яркие разноцветные фонари освещали галдящую ярмарку. Было по-летнему тепло, множество людей ходили по широким рядам, рассматривая причудливые фигурки, статуэтки, ткани, пряности, сухофрукты - да и чего там только не было. Все улыбались, разговаривали, ели мороженое и сладкую вату, дети играли на берегу и катались на качелях в Луна-парке. Жабель уловил в воздухе запах праздника: смесь сухофруктов, пряностей и манящего океанского ветра.

Он прошёлся по набережной и облокотился на металлические поручни, слушая шум волн и тихую мелодию из дальнего бара. Жабель смотрел на тёмный горизонт, где вода сливалась с небом, и вдыхал ароматы ночи и ярмарки.

-Господин Тюлип, вы ли это?

Жабель обернулся. Рядом стояла высокая смуглая женщина в зелёном платье. Её чёрные как смоль волосы были перекинуты через плечо и ниспадали до самых бёдер. Это была та самая женщина из Университета.

-Меня зовут Шива Лакшми, - она протянула руку для рукопожатия. Жабель неловко ответил.

-Мне так жаль, господин Тюлип.

-О, ничего страшного, - отмахнулся он. -Всё в порядке. Я понимаю. Вам нужен был тот, кто сможет пожертвовать мечтой и карьерой ради другого. Я не подошёл на эту роль, - Жабель поджал губы, словно говоря "случается".

-О, господин Тюлип, вы не знаете, кто нужен был мне, - она погрозила ему пальцем. -Мне нужен был тот, кто ради своей мечты сможет пойти по головам. Не удивляйтесь так, ведь, в сущности, это то, что все мы делаем каждый день, - Шива одобрительно улыбнулась. -Вы замечательно подходите.

Жабель опешил. Он не знал, радоваться ему или оскорбляться.

-Вы ошиблись, я не такой, чтобы...

-Конечно, конечно, вы не переживайте так, - Жабель почувствовал её руку на своей спине, - я устроила тест и вы его прошли - это ведь самое главное, верно?

Жабель, помедлив, кивнул. Затем отрицательно дёрнул головой и снова кивнул. Он запутался.

-Насколько я знаю, вас попросили удалиться из Университета, - не обращая внимания на его метания, продолжала Шива. -Ваша незанятость мне тоже на руку.

-А мне нет. У меня, знаете ли, семья, - он запнулся на последнем слове.

-Вы просто ещё не слышали моего предложения. Я ищу помощника, а точнее, учёного. Работа несложная, но ответственная, поэтому и оплата велика. Настолько велика, что вы смогли бы построить свою лабораторию, ну, скажем, через год. Как вам такое предложение?

Жабель недоверчиво смотрел на Шиву. Перед его внутренним взором предстала надувающая щёки Бабуля.

-Я понимаю, вам нужно дать время, чтобы всё хорошенько обдумать...

-А в чём заключается работа? Что конкретно от меня требуется?

Шива сложила руки перед собой и с прищуром, чуть склонив голову, посмотрела на Жабеля.

-Вы имели дело с холодильными установками?

-Да, - неуверенно ответил Жабель.

-С хранением биовеществ, отслеживанием биопроцессов, работой с биомассой?

-Да... То есть, это всё как-то абстрактно. Что это за вещество?

-Сожалею, господин Жабель, но я связана договором о неразглашении. Никаких подробностей, но я уверена, вы именно тот, кто мне нужен!

Договор о неразглашении? Во что она хочет его втянуть?

Шива заметила нерешительность Жабеля.

-Ничего такого страшного, о чём вы могли бы подумать. Работа и правда непыльная, а неразглашение скорее формальность. Никого не будут расстреливать, - подмигнув, добавила она. -Зато через год, только подумайте, своя лаборатория! Никаких умников из Университета, указывающих вам, что делать, своя новейшая аппаратура, огромное помещение - руки так и чешутся, чтобы что-нибудь изобрести.

Жабель поймал себя на том, что улыбается и тут же собрался, принял представительный вид и, откашлявшись, сказал:

-Предложение действительно очень заманчивое, но, как вы верно подметили, мне и правда нужно время, чтобы его обдумать.

-Конечно, господин Жабель. Я всё понимаю, такие серьёзные решения нельзя принимать скоропалительно. Пожалуй, если бы вы тут же согласились, я бы ещё подумала над правильностью своего выбора, а так, я больше не сомневаюсь в вас.

Жабель натянул улыбку.

-Позвольте уточнить. Вы ведь только спонсор, верно? - спросил Жабель.

-В некотором роде, да, - осторожно ответила Шива и Жабель понял, что заходит на опасную территорию, откуда его в любой момент могут попросить удалиться.

-Значит, вы работаете на кого-то.

-Господин Жабль, - улыбнулась Шива, понимая, к чему он клонит, - я понимаю ваше желание узнать побольше деталей, но, к сожалению, не могу в полной мере удовлетворить ваше любопытство. По крайней мере, пока. Я работаю на других, более могущественных и влиятельных... людей, - она запнулась, перед тем как произнести последнее слово, - и вы очень можете мне помочь. Они дали мне вроде испытательного срока, очень важное задание, которое я должна выполнить. На кону стоит очень многое. Почти всё. Здесь, как говориться, либо пан, либо пропал.

Шива, улыбаясь, доверительно нагнулась к Жабелю.

-Вы поможете мне, господин Жабель?


## Глава 3


Дни смешались, превращаясь в стремительно улетающие месяцы. Год спустя Жабель не мог бы точно сказать, когда ответил "да" и принялся за работу. Все события были яркой мешаниной, тонущей в фиолетовом тумане. Вот он пожимает руку Шиве, а вот они сидят в каком-то ресторане, уже не в первый раз, и Шива заливисто смеётся его глупым шуткам. А вот они у алтаря. Жабель переезжает в огромный дом Шивы, который словно врезан в прибрежную скалу и весь из камня и стекла. Время течёт, словно река. Жабель ходит на работу, возвращается домой уставший и ничего не соображающий. Порой он настолько выматывался, что фиолетовый туман играл с ним странную шутку, и, входя в дом, Жабель видел многорукую Шиву. Она была изящна, как всегда в платье, с длинными чёрными волосами. Одной рукой она держала телефонную трубку и с кем-то разговаривала, в другой руке - раскрытая кулинарная книга, третьей она помешивала что-то в кастрюле, четвёртой укачивала ребёнка в коляске, а пятой и шестой поправляла ему одеяло.

Жабель застывал на секунду, а потом поднимался в спальню, не раздеваясь падал на кровать и мгновенно засыпал, а наутро всё увиденное казалось ему сном и последствием усталости.

Единственное, что он помнил точно, до мельчайших деталей, и что вырисовывалось ярким пятном в его рабочем графике - проверка холодильника ╧225.

Проверка холодильников в принципе входила в его ежедневные обязанности. Обязанности, к которым он, скажем прямо, смог привыкнуть не сразу. В первый день, когда он пришёл в бывшее здание текстильной фабрики и оказался в длиннющем помещении, освещённом рядами белых ламп, он ахнул от увиденного. Всё пространство занимали холодильники. Все были одинаковыми, белыми, марки "Айсберг", чуть ниже его роста. Но это оказалось далеко не последним удивлением. Тут же из-за угла на него выехал странный механизм и приветливо помахал клешнёй. Он представился просто как Робот. "Техобслуживание холодильников и ваш помощник", добавил он, моргая огромными синими глазами на продолговатой голове. Ездил он на треугольном гусеничном ходу, а ростом почти дотягивал Жабелю до груди. Робот показал ему холодильный зал, подсобные помещения, рабочее место, которое представляло из себя длинный стол с несколькими лампами и кипами бумаг, а за углом небольшой уютный закуток с диваном, буфетом и кофеваркой.

-А что же в холодильниках? - спросил Жабель, когда экскурсия закончилась.

Робот повернулся к нему и уставился немигающим взглядом.

-Как я понял из разговора с госпожой Шивой, я должен буду следить за тем, что храниться в холодильниках.

-Всё верно, - подтвердил Робот, но с места не сдвинулся.

-Так что же? Я могу взглянуть?

-Попробуйте.

-Попробовать? - Жабель фыркнул. -Попробовать. Ну что же, хорошо, я попробую.

Он подошёл к ближайшему холодильнику и отворил дверцу. По странной случайности или, может, по закономерности судьбы, это был тот самый последний 225й холодильник.

Внутри был всего один отсек, на котором лежал слой снега. Слева возвышалась многоэтажка, а посреди был двор с миниатюрной детской площадкой. В этот ранний час площадка была пуста, только какой-то толстый мужичок выгуливал тявкающую собачонку.

Жабль несколько секунд смотрел на мужичка, на собачонку, а затем самым безобразным образом хлопнулся в обморок прямо на холодный кафельный пол.

-Госпожа предупреждала, что поначалу будет сложно, - прокомментировал Робот.


***


Приходя утром на работу, Жабель выпивал кружку кофе и начинал ежедневный осмотр. Жабель боялся спрашивать, как Шива смогла поместить людей в холодильники, и для чего они ей нужны. Шива, в свою очередь, приводила его в чувство и успокаивала, говоря "так надо, всё хорошо, ты делаешь важное дело". Человек, как известно, рано или поздно ко всему привыкает.

-Нужно следить, чтобы у них всё было хорошо, никаких несчастных случаев, понимаешь? - говорила она. -А ещё, они не должны творить. Ничего. Ни творить, ни создавать, ни изобретать.

С этой частью вначале было сложно. В холодильниках оказалось немало детей, а заставить их перестать рисовать было проблематично. Жабелю приходилось отнимать рисунки, забирать карандаши и бумагу. Дети плакали, не понимая, куда всё девается. Справиться со всеобщей истерией помогли телевизоры. Красная лампочка на стене над рабочим столом стала мигать меньше обычного. Рядом с лампочкой находилось табло, на котором высвечивался номер холодильника, в котором происходит безобразие. Завидев красное мигание и неприятный пищащий звук, Жабель кидался к очередному холодильнику.

Первый месяц был тяжёлым и выматывающим. Жабель сбросил несколько килограммов, осунулся и ходил "вялым брокколи", как называла его Бабуля. Тогда Шива взялась за дело, и начала откармливать мужа. Со временем красная лампа мигала всё меньше, но номера холодильников начали терять случайный характер, и чем дальше, тем чаще высвечивался номер последнего, 225го холодильника.

Помимо уже виденного Жабелем мужичка с собачкой, которая, как оказалось, имела прескверный характер, там проживали ещё три семьи с детьми, бездетная пара и одинокий мужчина. Все неприятности происходили по вине последнего.

Он был моряк. Жабель так и окрестил его, когда красная лампочка замигала в очередной раз и, открыв дверцу, он увидел мужчину в белой бескозырке с синими ленточками, сидящего за столом на кухне. Он тоскливо подпирал кулаком щёку, а перед ним лежал листок с рисунком кораблика. Жабель забрал рисунок.

Спустя два месяца, если вспыхивала красная лампочка, Жабель уже бежал к 225му холодильнику, и только на ходу оглядывался на табло. Ещё ни разу он не ошибся. Моряк доставлял ему ежедневные неудобства и оказии. Постоянно умудрялся что-то учудить. Бывало, он затихал на пару дней, но Жабель быстро понял, что затишье каждый раз предвещало бурю. Из мелких шалостей были бумажные фигурки корабликов, которые Моряк делал в большом количестве и пускал плавать в наполненной ванне, то, что он учил делать эти фигурки малышей на детской площадке, он играл с ними в "море волнуется", в "крушение корабля" и в "пиратов". С этим Жабель мало что мог поделать, только найти для детей другие способы развлечения, менее творческие, тот же телевизор, к примеру.

Но бывали дни, когда у Жабеля случались большие неприятности из-за Моряка, и приходилось прибегать к помощи Робота и чинить весь холодильник. Так, однажды, он пробил трубы отопления и затопил весь двор. Когда Жабель открыл холодильник, ему на ноги хлынула вода. Люди высовывались из окон многоэтажки и смотрели, как Моряк, сидя на самой верхушке детской горки, запускает в плаванье длинный деревянный кораблик. Жабель голову ломал, как Моряк умудрился его сделать? Мало того, что Жабель это проворонил, так и где он нашёл материал и инструменты?

В этот день что-то изменилось. Жабель ещё не знал об этом, но, в отличие от остальных творений Моряка, которые он безжалостно отправлял в мусорную корзину, деревянный кораблик он сохранил, спрятав его и от Робота, и от Шивы.

Прошёл год. Жабель всё больше приглядывался к Моряку. Каждый день он с нетерпением приступал к осмотру холодильников, чтобы поскорее добраться до последнего и посмотреть, что же на этот раз учудил Моряк. Жабель стал чаще улыбаться. А иногда, когда видел, что Робот занят в другом конце зала, он ненадолго принимал участие в проказах Моряка, будь то игры с детьми или сооружение корабля из снега. Но потом, со вздохом, как всегда наводил порядок, разгонял детей по домам, ровнял с землёй фигуру кораблика, и с тоской закрывал дверцу холодильника. Время от времени он ловил на себе немигающий синий взгляд Робота, быстро опускал глаза и поспешно переходил к другому холодильнику.

Тем временем, за стеной вовсю кипела работа. Шива взяла инициативу на себя, наняла рабочих, и вот уже подходил срок сдачи нового помещения - лаборатории. Личной лаборатории для Жабеля.


***


Как-то утром, прекрасным солнечным утром, Жабель шёл на работу и, как всегда, заглянул в цветочный магазин. Посреди пышных букетов роз и лилий, на отдельном столике стояло ведёрко с красными тюльпанами.

-Но как же, июнь-месяц!? - удивился Жабель.

Господин Блюманже посмеялся и рассказал о корабле, который пришёл с севера и привёз тюльпаны.

-Там у них климат другой, знаете ли. У нас лето, а у них, считай, весна.

Тюльпаны были очень дорогие, но Жабель взял один цветок. Он попросил завернуть его и аккуратно спрятал под пиджак. Придя на работу, он попросил робота сварить кофе и приготовить бутерброды.

-Проспал, не успел позавтракать. Не сочти за труд, приятель, - добавил он, надевая белый халат.

Пока робот возился в закутке, Жабель широкими шагами прошёл в конец зала, открыл холодильник, вытащил тюльпан и поставил его в вазочку на кухонном столе Моряка, который пока что мирно спал. В холодильнике всё было гораздо меньше, чем в жизни, но стоило достать из него, к примеру, карандаш, который внутри был размером с малюсенькую щепочку, вне холодильника он тут же приобретал обычные размеры. Так что, когда Жабель засунул тюльпан в холодильник, тот сразу уменьшился, принимая привычные для этого мирка размеры.

Жабель поспешно закрыл дверцу и вернулся к делам.

Вечером этого же дня, когда рабочий день подходил к концу, Жабель - убедившись, что Робот занят починкой барахлящего 13го холодильника - наблюдал за тем, как Моряк рисует бурлящее море и маленький корабль, отчаянно пытающийся выжить посреди гигантских волн. Жабель засмотрелся и не заметил, как к нему подкатил Робот.

В ту же секунду в холодильник рванулась клешня, выхватила рисунок и вытащила наружу. Посыпались карандаши.

-Господин Жабель, - начал было Робот, но Жабель его перебил.

Внезапный испуг перерос в негодование.

-А ну отдай! - Жабель выхватил помятый лист, - это моя работа! Не твоя, ясно? Я должен следить за ними, а ты чини холодильники и делай мне кофе, но к людям не лезь, ясно тебе?

-Жабель следит за людьми. Ясно, - ровным голосом сказал Робот, - Робот следит за холодильниками. Ясно. Робот следит за холодильниками и Жабелем.

-Что? Повтори! - опешил Жабель.

-Указ Шивы нужно исполнять. Никакого творчества, иначе ничего не получится. Люди нужны Шиве. Жабелю нужны деньги. Робот следит за холодильниками, за людьми и за Жабелем.

Жабель вдруг осознал, что так и не знает, для чего все эти люди нужны Шиве. Сколько раз он пытался расспросить её, она всегда ловко уходила от ответа, и фиолетовый туман окутывал его сознание, внушая уверенность, что всё так, как должно быть.

-Конечно, Робот. Ты абсолютно прав. Указы надо выполнять.

Жабель забрал оставшиеся карандаши и закрыл холодильник.

Робот кивнул и уехал, прихватив с собой рисунок. А Жабель скинул белый халат, надел пиджак и поспешил домой.


***


Придя домой, он не застал Шиву дома, но через окно увидел, что она играет на берегу с ребёнком. Невдалеке паслась корова. Она была на этом берегу с самого первого дня, как Жабель переехал в дом Шивы. Он свыкся с ней, как с домашним животным. Быстро пройдя в гараж, Жабель пошарил по полкам, нашёл какой-то тоненький короткий гвоздь, спрятал его в руке и пошёл на берег. Прежде чем приблизиться, он обхватил пальцами шляпку гвоздика, а остриё чуть вдавил в ладонь. Почувствовал укол и остановился. Сойдёт. Должно помочь.

-Здравствуй, милый, - Шива увидела Жабеля и, улыбаясь, обняла его, - как дела на работе?

Жабель кивнул, пряча руки за спиной.

-Всё хорошо.

-Точно? Ведь нет же. Я знаю, когда ты врёшь, Жабель, - она погрозила ему пальчиком.

Жабель опустил взгляд.

-Что случилось, дорогой? Ты можешь всё мне рассказать.

-Зачем... Зачем они тебе? - пробормотал он.

-Что? - не расслышала Шива.

Жабель прокашлялся и выпалил:

-Жачем тебе эти люди? - при этом он слегка надавил гвоздём на ладонь. Начавший было подступать, туман развеялся. Жабель приободрился. -Что ты хочешь с ними сделать?

-Ты уверен, что хочешь знать?

Жабель на секунду поднял взгляд, удивившись, как переменилась интонация Шивы. Она перестала улыбаться, голос стал резче, и, как показалось Жабелю, в нём проскользнули оттенки грусти и решимости одновременно.

-Зачем тебе эти люди? - повторил он, отводя взгляд.

-А что по-твоему хранят в холодильниках?

Жабель изумлённо посмотрел на неё.

-Нет...

-Да, милый мой Жабель. Ты хотел правды, вот она, - Шива кивнула на корову, жующую траву в нескольких метрах от них. -Люди для неё.

-Для коровы?

-Она постоянно жуёт траву на этом берегу. Точнее, тебе так кажется. На самом деле этот берег находится далеко-далеко отсюда, совершенно в другом пространстве, но это не меняет сути. Приходит время, и корова вместе с травой начинает поедать землю. Землю, камни, дороги, дома - всё, пока не останется сплошная чернота. Так корова может съесть целый мир. И, к слову сказать, она делала это уже не раз. Не наш, конечно, несколько других, пока не попала сюда.

Жабель ошарашенно смотрел на Шиву и думал, что он бредит. Вспомнив о гвозде, он пару раз до боли уколол ладонь, но наваждение не спало. Шива продолжала рассказывать.

-Чтобы этого не произошло - чтобы корова не начала поедать мир - раз в определённый отрывок времени ей нужно скармливать определённое число душ. При этом не все души подойдут. Корова не может есть созидающих людей, которые что-то делают, творят, изобретают. Именно поэтому нужны такие холодильники. Там люди "притупляются", лишаются возможности творить, перестают думать разумно и их сознание отключается от реального мира. Ты ведь сам забирал у детей карандаши и краски, понимаешь, о чём я говорю.

Жабель кивнул. Он чувствовал, как по ладони течёт тёплая кровь.

-Иначе никак. Иначе будет сопротивление, а сопротивление допустить нельзя, тогда корова начнёт поглощать мир и всех его обитателей.

-То есть, скормить корове пару сотен людей, чтобы она не съела всех? - Жабель не узнал свой голос.

-Это должна быть добровольная жертва мира. Его приношение корове.

-Ничего себе, добровольная жертва! Они ведь даже не знают, что происходит! Да и что эта корова делает для мира, что он должен платить ей такую дорогую цену?

-Ты, что же, меня совсем не слушал? Если корове не принести в жертву людей, она поглотит весь мир.

-А дальше что?

-Во вселенной множество миров, она будет есть один за другим.

-И что, в каждом мире есть такая корова? Или это только мы наделены таким счастьем?

-Если корове не принести жертву, она будет есть и другие миры, - повторила Шива. -На нас большая ответственность.

-Какого чёрта мы отдуваемся за целую вселенную? Чем люди в этом конкретном мире так облажались перед богами?

-Милый, ну опять ты ничего не понимаешь, - она погладила его по голове, словно ребёнка, - никто не спрашивает, когда его одаривают или карают. Если приносят дары, значит так надо, если карают, значит это необходимо.

-Это несправедливо.

-Ну вот опять, - Шива всплеснула руками, - всё так, как должно быть. Как задумано. Как можешь ты, маленький человечишка, охватить своим малюсеньким разумом целую вселенную и понять замысел богов? Это как муравью понять устройство и назначение андроидного коллайдера.

-Весьма опасная и бесполезная штука, - брякнул Жабель.

-Ну и чем ты лучше муравья?

-Я человек. И у меня есть право выбора. Свободная воля. И у всех этих людей, которых ты засунула в холодильные камеры, она тоже есть! Ты не имеешь права так распоряжаться чужими жизнями, - Жабель со злостью швырнул окровавленный гвоздик на берег, и тот затерялся между камушков. -Только подумать - всё это время я помогал тебе. Приготовил целое стадо на закланье.

Шива улыбнулась.

-Всё-таки ты не такой глупый, как пытаешься притворяться. Ты всё правильно понял, они - стадо, которое нужно принести в жертву ради жизни целого мира. Разве ты не любишь свой мир? Разве не хочешь, чтобы он и дальше существовал? - Шива сделала паузу, а потом добавила: Разве не хочешь, чтобы твоя дочь счастливо жила в этом мире?

Жабель резко обернулся, посмотрел на Шиву. Она улыбалась как всегда своей спокойной нежной улыбкой, тёмные глаза цвета горького шоколада излучали тепло. Она положила руку ему на спину.

-Ты всё делаешь правильно.

-Я всё делаю правильно, - повторил Жабель. Его плечи опустились.

-Да, - Шива заметно повеселела, - а теперь, иди спать. Ты хорошо поработал и очень устал. А завтра на работе тебя ждёт сюрприз.

-Я очень устал, дорогая, так что пойду отдыхать. Ты не против?

-Конечно, дорогой, - она поцеловала его в лоб.

Жабель развернулся и на негнущихся ногах пошёл в дом. С его ладони капала кровь.


## Глава 4


Когда робот открыл дверь, пропуская Жабеля в сверкающую стеклом и металлом лабораторию, он отметил, что зрачки Жабеля расширились, нижняя челюсть немного опустилась, и человек несколько секунд не дышал, ладони вспотели, а сердце пропустило пару ударов. Жабель был поражён. Робот был доволен.

-Оставляю вас. Вы хотите осмотреться, - как всегда в своей безапелляционной манере выговорил робот, и укатил на поскрипывающих колёсах.

Он не ошибся - Жабель был поражён. И даже больше - он был напуган. Вспотевшие ладони говорили вовсе не о радости и предвкушении заняться работой, а о том, что то, чего Жабель неосознанно так старательно избегал - наступило. Его мечта - лаборатория - вот она, тут: хромированная, стеклянная, гладкая и пропахшая дезинфекцией. Больше никаких отсрочек, никаких мечтаний о том, что он свершит, когда у него будет такая лаборатория.

Жабель вдруг понял, что прислушивается к звукам из холодильной комнаты. Далеко ли робот от выхода? Есть ли у Жабеля шанс сбежать? На секунду ему показалось, что это просто - тихонько выйти обратно, пройти мимо ряда холодильников, подняться по пяти ступеням, открыть дверь, выйти, тихонько притворить её за собой и мчаться во весь дух прочь от этого места, стучать каблуками по мощённым улицам, чтобы выбить из ушей гудение холодильников, падать носом в букеты тюльпанов и нарциссов в руках девушек, чтобы отбить запах хлорки, смотреть на пёстрые шарфы и зонты, на фиалковые клумбы, чтобы затмить стальную белизну лаборатории.

Жабель сделал шаг назад.

-Сэр хочет осмотреть лабораторию, - откуда ни возьмись подкатил робот.

-Н-нет, да, я хотел бы посмотреть поближе, - кивнул Жабель, натягивая улыбку и спиной вперёд шагая в лабораторию.

Он обернулся, опасливо огляделся, словно из-за длинных высоких столов на него могли выпрыгнуть дикие обезьяны, и пошёл вдоль шкафчиков, аппаратуры, приборов, колб, микроскопов и прочего оборудования. Жабель поглядывал на все эти приборы, как на ядовитых насекомых, сцепив руки перед собой. Время от времени он натягивал улыбку, одобрительно кивал и переходил к следующему аппарату. Робот наблюдал.

Шагая между столов, словно зверь по клетке, полной ядовитых шипов, Жабель понял, что отсрочивал воплощение гениальных творений не потому что для этого нужна была лаборатория, а потому что это не было его мечтой. А в чём же тогда его мечта? Раздумывая над этим, он незаметно для себя остановился и загляделся на круглую колбу из толстого стекла.

-Сэр хочет взять колбу в руки, - сказал робот.

Жабель слегка вздрогнул. Он позабыл о том, что находится в лаборатории не один. По привычке, он потянул руку, чтобы ухватиться за холодное стекло колбы, но замер.

-Нет, - сказал он тихо.

-Сэр хочет взять в руки колбу, - повторил робот уверенно.

Жабель опустил руку.

-Я не хочу брать колбу в руки, - сказал он, глядя прямо на робота.

Повисла пауза. Жабель почти слышал, как вжикают шестерёнки у робота в голове.

-Сэр хочет взять в руки колбу, - наконец повторил он.

У Жабеля невольно сжались кулаки. Он почувствовал, как вспыхнули щёки. Затем, он вдруг разжал челюсти, рассмеялся и взял в руки колбу.

-Ты прав, робот, ты, как всегда прав. Я хотел взять эту чёртову колбу в руки... чтобы запустить ею в тебя! - замахнувшись, он швырнул колбу прямо в робота, но промазал и стекло брызнуло на пол, ударившись о стену.

Жабель замер. Робот смотрел на него. Шестерёнки вжикали.

-Аааа! - Жабель смахнул со стола ближайшие колбы и рванулся к выходу.

Робот откатился в дверной проём и захлопнул дверь. Жабель навалился на неё всем телом, но она не поддавалась. Вслепую зашкрябал рукой по металлу, в поисках ручки, глядя в маленькое квадратное окошко, как робот преспокойно едет вдоль холодильников и скрывается за углом. Опустил взгляд и понял, что ручки нет. Она была только с внешней стороны. Он засмеялся, бессильно ударяя кулаком по двери, и понял, что почти плачет.

-Робот! - крикнул он, - ну брось, пошутили и хватит. Открой дверь. Робот!

На его призыв никто не откликнулся. Жабель пнул дверь ногой.

-Чтоб тебя!

***

Когда дверь отворилась, и внутрь въехал робот, Жабель сидел на полу, прислонившись спиной к стене, откинув голову и тихо посапывая. Робот подъехал ближе, удостоверился, что рядом нет предметов, которыми Жабель может в него швырнуть, и сказал:

-Сэр хорошо поработал сегодня.

Жабель всхрапнул и проснулся. Мутными глазами посмотрел на робота.

-Сэр проголодался. Я приготовил кофе и бутерброды.

Робот выкатился из лаборатории. Из приоткрытой двери жёлтым треугольником падал свет. Жабель поднялся и поплёлся за роботом. В холодильном помещении был приглушен верхний ледяной свет, но горели настольные лампы, грея тёплой желтизной. Пар из кружки завихрялся и манил указательным пальцем.

Жабель вдохнул запах кофе, горячего хлеба и плавленого сыра и понял, насколько он голоден. Под надзором робота, он плюхнулся в кресло, тут же скрипнувшее колёсиками, взял бутерброд и откусил почти половину. Сделал осторожный глоток и замычал, потому что кофе был обжигающим.

Жабель откинулся на спинку стула и крутанулся вбок, чтобы видеть зал. Ряды холодильников синели в темноте, издавая тихий гул. Жабель почти видел десятки, сотни людей за квадратными дверцами. У них уже вечер, как и здесь. Дети играли в снежки под жёлтыми лучами фонарей и недовольные мамы и бабушки кричали из распахнутых окон, зазывая ребятишек домой. Усталые отцы клевали носом напротив телевизоров, готовые заснуть прямо на диване. Они не были выдающимися, не были даже полезными, но они оставались людьми, и Жабелю сложно было представить, что завтра эта вялая, однообразная, но неумолимая жизнь оборвётся, и холодильники опустеют. И Моряк... Моряк тоже исчезнет.

-Сэру не нравится бутерброд? - спросил робот и Жабель понял, что перестал жевать, поэтому активно заработал челюстями.

-Всё идёт своим чередом, - одобрительно сказал робот. -Все делают то, что должны: вы - следите за холодильниками и работаете в лаборатории, я - помогаю вам в обслуживании, люди в холодильниках продолжают жить, ожидая своей участи, госпожа Шива поддерживает мироздание. Каждый на своём месте исполняет свою программу.

Жабель перестал жевать и, не отрывая взгляда от робота, с трудом проглотил большой ком. Он всё ещё держал в руке кружку кофе.

-Что-то у тебя на затылке искрится, - сказал Жабель, наклоняясь к роботу.

-У меня ничего не искрится. Все системы в полном порядке.

-Нет, нет, я точно видел искру, и даже не одну. Дай-ка взгляну.

-У меня ничего...

Жабель резко выкинул вперёд руку с кружкой и в лицо роботу плеснул коричневый кипяток. Нижняя челюсть робота задёргалась вниз-вверх, выплёвывая "я-я-я-я-я". Жабель вскочил со стула и с размаху бросил в робота кружкой. Робот вскинул клешню, перехватил кружку.

-Я не люблю кофе, - сказал робот и поставил кружку на стол.

Жабель огляделся по сторонам в поисках чего-нибудь тяжёлого.

-Каждый должен выполнять свою программу, - повторил робот и поехал на Жабеля.

Жабель схватил настольную лампу и как битой ударил робота по голове. Робот даже не дёрнулся, только голова резко развернулась в сторону, и челюсть съехала куда-то вбок.

-Выполнять программу. Если вы отказываетесь делать то, что сказала Шива...

Жабель ещё несколько раз ударил робота лампой. На третий раз верхушка с лампочкой слетела полностью, оголяя металлический штырь. Голова робота походила на помятую тыкву, будь она сделана из железа. Один синий глаз продолжал смотреть на Жабеля. Обхватив обеими руками штырь, оставшийся от лампы, Жабель с усилием воткнул его в глаз робота. Тут же отпустил плоскую рыжую подставку и отступил на шаг.

Внутри у робота что-то жужжало, вжикало, щёлкало. Отстранённым голосом он зачитал:

-Если объект отказывается от выполнения указа, его необходимо поместить в карантин до исполнения...

-Нет! - выкрикнул Жабель.

-Посадить в карантин, посадить в карантин, - из затылка робота теперь на самом деле летели искры. Рыжая подставка, торчащая из глазницы, дёргалась из стороны в сторону, словно робот пытался увидеть за ней Жабеля.

Робот двинулся вперёд, оттесняя Жабеля к двери в лабораторию. Жабель был уже не в том возрасте, чтобы перемахнуть через холодильники. Он медленно отступал, оглядываясь, придумывая, как прорваться к выходу. Робот поднял клешни и выкинув их вперёд, клацнул, чуть не схватив Жабеля за подбородок. Жабель отшатнулся, споткнулся о маленький порожек и больно шлёпнулся на холодный пол лаборатории. Дверь захлопнулась. Жабель даже не сделал попытки подняться.

***

Дверь открылась. "Цок-цок-цок". Жабель, лёжа на боку, приоткрыл один глаз и увидел чёрные каблуки. Открыл оба глаза и посмотрел вверх. Над ним возвышалась Шива. Прекрасная Шива с длинными чёрными как смоль волосами, в фиолетовом платье. Она стояла, скрестив руки перед собой. На пальцах переливались неизвестные Жабелю фиолетовые и зелёные камни в серебряной оправе колец. Он снова закрыл глаза и перевернулся на спину.

-Вставай, милый.

Жабель почувствовал, как в ногу легонько пнули и отрицательно промычал.

-Все выполняют свою программу. Я лежу, запертый в лаборатории, дабы не мешать вам сожрать две сотни людей в соседней комнате. А потом меня отпустят домой - так, по крайней мере, твой робот обещал, - и я буду сидеть на берегу и чувствовать себя самым никчёмным человеком на свете. Надеюсь, ты счастлива, милая?

-Твоё несчастье не сделает меня счастливой, дорогой, ты ведь знаешь. Но я не понимаю, что тебя расстраивает, - она присела на корточки, сложив тонкие смуглые руки на коленях, - люди живут - люди умирают, они выполняют свой долг и уходят в вечность, чтобы потом вновь перевоплотиться в колесе Сансары. Всё идёт своим чередом. Мироздание создаёт и уничтожает себя, а затем вновь создаёт. Как можно не радоваться, лишь созерцая этот великий процесс?

Жабель открыл глаза и посмотрел на Шиву. Она была прекрасна, словно он заглянул в храм и увидел, как в черноте сияют драгоценные камни.

-Ты мне противна, - сказал он таким голосом, словно озвучивал день недели.

Шива улыбнулась, мягко, словно бархат.

-Я тебя ненавижу, - убеждал себя Жабель. -Ты плохая. Ты хочешь убить кучу людей, и мне всё равно, что там делает мироздание, потому что я приложил к этой резне свою руку, - он отвернулся и уставился в потолок.

-Они не умрут, - голос Шивы журчал в тишине лаборатории, Жабелю казалось, что где-то рядом бьет родник.

-Их сожрёт твоя корова, - он приподнялся на локте, - я думал, коровы травоядные.

Шива загадочно улыбнулась. В её тёмных глазах было снисхождение и терпение, словно она общалась с непослушным, но любимым ребёнком.

-Как ты можешь с такой любовью делать такие ужасные вещи? - вскричал Жабель.

-Я знаю их предназначение, как знаю своё. Я просто исполняю веленое.

-Кем?

Шива опять улыбнулась, ничего не отвечая. Жабель вскочил на ноги, Шива тоже поднялась.

-Выпусти меня отсюда.

-Конечно. Как только холодильники опустеют, твоя миссия подойдёт к концу, и ты сможешь уйти.

-Выпусти меня сейчас! Сию минуту!

-Не могу милый, ты всё испортишь.

-Ага! - крикнул Жабель, тыча в Шиву пальцем, - значит я могу, да? Ничего не предопределено, и я способен тебе помешать, поэтому вы держите меня здесь!

Лицо Шивы посерьёзнело. Прохладный свет луны ушёл из её глаз, теперь они смотрели строго и мрачно.

-Я могу! Я всё могу!

Жабель оттолкнул Шиву и вылетел в холодильную комнату. Заметался от одного ряда к другому, а потом воскликнул "двести двадцать пятый!", и ринулся в конец зала. Верхний свет был приглушен, и маленьких золотых цифр было почти не разглядеть, но он столько раз проделывал этот путь, что мог найти нужный холодильник с завязанными глазами.

-Вот он! - Жабель положил руки на холодные бока холодильника, как на сокровище.

Сзади послышался смех. Жабель обернулся. Шива приближалась неспешно, по ровной линии, балансируя руками, словно шла по канату, и искренне заливисто хохотала.

-Жабель, Жабель, милый мой спаситель человечества. Какой же ты наивный. Ну выпустишь ты людей, вернутся они к реальной жизни, даже не заметив перемены, но потом ведь будут другие. Другие люди, другие холодильники, другой Жабель. Ты же не думаешь, что это в первый раз?

Жабель инстинктивно прижался к холодильнику, желая защитить его обитателей.

-Ты - чудовище, - на бледных щеках выступили красные пятна.

Шива зацокала.

-Ну-ну, милый, зачем так грубо. Я тебе уже всё объяснила. Но если ты так хочешь... Робот говорил мне, что ты всё время наблюдаешь за одним из людей. Зная ранимое человеческое сердце могу предположить, что он стал близок тебе, как друг, я права?

Жабель сжал челюсти. Шива улыбнулась, довольно кивнув.

-Ну что ж, почему бы не проявить великодушие, правда? Я выпущу твоего друга. Хочешь?

У Жабеля вздулись щёки, он задыхался. Лицо его сменило несколько оттенков, прежде чем он выпалил:

-Отпустишь Моряка?

-Моряк, так вот как ты его назвал, забавно. Да, отпущу, пусть себе бороздит океанские просторы. Только вот один маленький нюансик: число людей нельзя менять.

Шива долго смотрела на Жабеля, наблюдая, как понимание постепенно проявляется на его лице.

-Да, милый, я могу выпустить твоего друга, но только взамен на другого человека. Есть кто на примете? - Шива мило улыбнулась, кокетничая.

-Не думай о других, - поймала она его рассеянный взгляд, - тебе их не спасти. Но ты можешь воспользоваться моей благосклонностью и выпустить одного человека, твоего любимого Моряка. Либо можешь оставить всё как есть, - она развела руками.

-Нет! - выпалил Жабель, -я...я...

-Ну что, кого? Кого ты хочешь, чтобы я посадила взамен? Твою бабушку? Продавца цветов? А может Майкла Дюна? Он заслужил это.

-Меня, - тихо сказал Жабель.

-Что-что, дорогой? Я не расслышала.

-Меня. Возьми меня, - кашлянув, повторил он громче.

Шива скрестила руки и склонила голову на бок, глядя на Жабеля с любопытством.

-А как же семья? Оставишь меня и своего ребёнка? Лабораторию? - спросила она ровным голосом.

Жабель сделал несколько глубоких вдохов, боясь убрать руки с холодильника.

-Отпусти Моряка. Я... Возьми меня вместо него.

Шива ещё какое-то время смотрела на Жабеля, а потом пожала плечами.

-Ну, как скажешь.


## Глава 5


Жабель оказался посреди заснеженного двора и обхватил себя руками - он был в тонкой рубашке и красном шарфе, пиджак остался висеть на спинке стула. Вечерело. Толстый мужичок, как всегда, выгуливал собаку, как всегда повякивающую на прохожих. Дети резвились в снегу, обкидывались снежками и скатывались на санках с невысокой горки. Родители прохаживались по площадке, укутанные в шарфы, натянув шапки так, что глаз почти не было видно.

Начало смеркаться и многоэтажный дом заморгал жёлтыми окнами. Жабель подошёл к подъезду, дёрнул дверь - она с трудом, но отворилась - зашёл внутрь. Тусклый фонарь освещал пролёт лестницы. Жабель поднялся на третий этаж. Квартира 8 была приоткрыта. Он толкнул дверь и шагнул внутрь. Шагнул тихо и аккуратно, словно боясь побеспокоить спящее божество. Жабель и сам затруднялся сказать, чем эта квартирка стала такой замечательной для него, но тут он ощущал тёплое волшебство.

В кухне горел свет. Жабель снял ботинки и прошлёпал в ванную. Помыл руки, грустно взглянул на себя в зеркало, и зашёл на кухню. Чайник засвистел. Жабель выключил конфорку, залил кипятком приготовленную кружку с заваркой и сел за стол. Вздохнул.

Рядом с тарелкой полной печенек стояла ваза, а в ней один единственный красный тюльпан. Прислонившись бортом к вазочке, стоял бумажный кораблик. Жабель улыбнулся, но улыбка тут же растаяла. Он протянул руку к кораблику, но передумал и взял печенье. Покрутил в руках, вздохнул и бросил его на стол. Встал, подошёл к окну, отодвинул шторку и выглянул на улицу. Всё точно так же, как и всегда. Жабель обернулся на бумажный кораблик.

Он долго стоял над корабликом в нерешительности, качаясь с носков на пятки. Он всё-таки протянул руку и взял кораблик. Внутри из-под заворота вылезли несколько буковок, размашисто написанные синей ручкой. Жабель развернул кораблик.

Он читал и перечитывал. Это было письмо. Послание от Моряка. Он не знал Жабеля и не мог его видеть, но точно чувствовал с самого начала, что кто-то за ним наблюдает. А потом, когда Моряк увидел на столе тюльпан, он понял, что этот наблюдатель добрый. Он ждал его в гости.

Жабель сложил листик в три раза и засунул в нагрудный карман рубашки. Он прошёл в спальню Моряка, открыл шкаф, отыскал тёплые носки, свитер, натянул на себя одежду. В коридоре обнаружил сапоги и тёплое пальто. Собравшись, Жабель потушил в квартире весь свет, прикрыл дверь и направился на улицу.

Жабель огляделся. Дети всё ещё резвились, но родители уже нетерпеливо ждали их, подзывали, чтобы идти домой. Надо было поторапливаться. Жабель заметался. Он подбегал то к одной паре, то к другой, говорил, что они находятся в искусственном мире, в холодильнике, за которым он, Жабель, следил вот уже год, а теперь сам попал сюда. Говорил, что им всем нужно объединиться, чтобы выбраться наружу.

Люди кривились, фыркали и отстранялись. Кто-то быстрее подхватывал детей и скрывался в подъезде. Другие не обращали на него внимания. Жабель впал в отчаяние, понимая, что выглядит сумасшедшим. Надо было продумать речь заранее, чтобы она была убедительной. Но что ещё он мог им сказать, кроме правды?

Через четверть часа на площадке ни осталось ни одной живой души. Только Жабель растерянно стоял посреди снежного квадрата с повисшими руками. Он хотел было вернуться в квартиру, поспать и попробовать ещё раз завтра, но вспомнил вдруг, что всё это бессмысленно, что завтра уже не наступит.

Жабель подошёл к краю площадки, так, чтобы не видеть ни дом, ни двор, и сел прямо на снег. Он обхватил руками колени и поглубже зарылся носом в красный шарф. Он долго думал о чём-то бессвязном, затем даже провалился в сон, очнулся под утро, вспоминал отца и как они ходили на пристань, и пытался понять, с чего начались его злоключения. А потом вдруг волна лизнула его ботинки.

Подкатила очередная волна. Жабель моргнул. Следующая волна замочила ботинки до шнурков. Жабель с трудом разогнул шею и тут же прищурился от яркого света. Заслонился рукой, поднялся со снега, треща заледенелыми костями, и вгляделся вдаль.

Из яркого света на него выплывал нос корабля, а на носу стоял маленький человек и махал ему рукой. Жабель узнал Моряка. Потеряв голову от счастья, не думая даже реальность это или сон, он бросился Моряку навстречу. Он протянул к нему руки. Утренний ветер сбросил с Жабеля красный шарф и улетел с ним в море. А Жабель, сделав ещё пару тяжёлых шагов, ухнул с головой в ледяную воду.


***


Жабель вынырнул из воды. Она оказалась ему почти по колено. Холодильники стояли, наполовину затопленные. Неподалёку красной змейкой плавал его шарф. Из ламп на столе брызгали искры. Красная лампочка под потолком сияла опасностью. Жабель почувствовал чью-то руку на плече и резко обернулся.

Рядом с ним стоял Моряк. Тёмные кудри выбивались из-под белой с синими ленточками бескозырки. Тёмные обычно грустные глаза улыбались. Жабель порывисто заключил его в свои объятия. Оба радостно захохотали.


## Глава 6


Жабель с Моряком ринулись открывать холодильники. Жабель не знал, на что это будет похоже, когда он возьмёт сопротивляющуюся фигурку и вытащит её наружу. Моряк сказал, что когда его освободили, он оказался на набережной - именно там, где стоял до того, как попал в холодильник. То, что люди исчезали, как только Жабель с Моряком вытаскивали их наружу, говорило о том, что все они оказывались в том месте, где были до того, как заботливая рука Шивы поместила их в миниатюрный мир.

Шива!

-Иди, - кивнул Моряк, - я справлюсь.

Жабель колебался.

-Иди, иди.

Жабель пожал Моряку руку, притянул его к себе и, обняв, похлопал по спине.

-Как я рад, - сказал он. -Ну, пойду. Надо покончить с этим делом.

Жабель выбежал из здания и побежал по мощённым улочкам. Солнце садилось, окрашивая мир в чёрно-жёлтые тона. Здания, фигуры людей, лавки, машины - всё было чёрным, а воздух искрился жёлто-рыжими оттенками.

Дом был пуст и Жабель побежал на берег.

-Неужели ты думаешь, что я не найду другого, кто будет кормить корову? - услышал он голос позади. -Неужели ты думаешь, что её возможно уничтожить? Неужели ты думаешь, что возможно уничтожить меня?

Жабель обернулся и вскрикнул от ужаса. Впервые он увидел Шиву такой, какая она есть: огромным многоруким божеством. Она возвышалась над ним, прекрасная и ужасная одновременно

-Неужели ты думаешь, глупый человечишка, что людей возможно разбудить?

-Возможно, - выпалил Жабель, - возможно, если они сами этого захотят. Я пришёл за... - начал было он, но дыхание перехватило.

-Ты знаешь ответ, - Шива захохотала, - и ты прав. Всё это была иллюзия.

Дом растекался, словно акварель. Стены сползали на землю, превращаясь в тёмные лужицы и впитываясь в землю. В своей голове Жабель слышал голос ребёнка. Его малышки.

-Где она? - он побежал прямо на Шиву, но пролетел насквозь, а она хохотала и руки её извивались, словно змеи.

-Ищи, ищи, Жабель - не найдёшь!

Жабель всё отчётливее слышал голосок ребёнка. Ребёнок плакал. Жабель остановился, посмотрел на Шиву. Шива удивлённо замолчала. Затем на лице проявился гнев и она крикнула: -Нет!

Но Жабель уже бежал вниз по зелёному холму, туда, где паслась корова.

Молния пролетела совсем рядом и зашипела, ударившись о камень. Следующая пронеслась над его головой и чуть не угодила в корову. Шива спохватилась и перестала метать молнии. Она злобно визжала, и Жабелю казалось, что её голос в крике ниспадает от высокого женского, до низкого мужского.

Корова была уже совсем близко. Она подняла жующую морду и бесстрастно воззрилась на Жабеля. Позади неё на траве сидел ребёнок. Его щёки были красные и мокрые от слёз. Жабель подхватил ребёнка на руки и побежал.

-Не так быстро, - услышал он голос Шивы, обернулся и увидел, что Шива кивнула корове. Та перестала жевать. Она словно стала больше. Она всё росла и росла, и рога её становились огромными и длинными. Наклонив голову и направив острые рога перед собой, она понеслась на Жабеля. Корова была огромна, а Жабель маленький. Он понимал, что никак не успеет убежать. Поэтому он повернулся к ней спиной, сел на землю и накрыл всем телом ребёнка.

Ребёнок утыкался тёмной головкой ему в грудь. Он всхлипывал, но уже не плакал. Жабель смотрел на его темечко, откуда завихрениями росли волоски. Ребёнок поднял розовое личико и посмотрел на Жабеля. Жабель смотрел на ребёнка.

За его спиной раздавались странные звуки.

-Нет, я всё объясню! - услышал он голос Шивы. -Я же ради вас старалась! Не надо, нет!

Корова замычала, перекрывая крик Шивы, и всё это было похоже на низкий трубный глас. А потом всё разом стихло.

Жабель осторожно разогнулся, готовый в любой момент заслонить собой ребёнка, и обернулся. Коровы не было. Шивы тоже. Берег был пуст. Изумрудная зелень колыхалась на ветру словно волны. Синие тучи бродили на горизонте, становясь всё темнее оттого, что на них светило предзакатное рыжее солнце.

Жабель вспомнил их первый разговор на ярмарке. Откровение Шивы про других, более могущественных существ, которые дали ей задание. Что теперь стало с ней? Где она? Куда пропала корова? Съест ли она этот мир или эти существа переместили её в другой?

Жабель ничего не знал. Да и, честно признаться, не хотел знать. Он взял на руки малышку и встал. Пошёл по берегу, оставляя следы. Следом за ним шёл ветер и сдувал следы в море. А трава колыхалась, словно провожая улетающий вдаль песок.


Эпилог


Фиолетовые, светло-лиловые и жёлтые тюльпаны пёстрой россыпью стояли в стеклянной вазе. Жабель поправил галстук, застегнул пиджак, взял на руки ещё спящую дочку, подхватил букет тюльпанов и пошёл на пристань.

Солнце бегало по мощённым улочкам, заглядывало в тёмные витрины, смахивало пыль с потрёпанных фолиантов и терялось во фланелевых шарфах, намотанных на дамские шеи. Жабель шёл на пристань. Он был в костюме и без шарфа. Он чувствовал торжественность момента. Он шёл встречать Моряка, который приплывал из дальнего странствия.