# Земная неземная ч.1

Елена Дмитриевна Тимофеева

ЗЕМНАЯ НЕЗЕМНАЯ

История одной любви

часть1 (+18)


Новая жизнь


3 ноября1972года, мой первый рабочий день. Сегодня я начинаю работать в реставрационно-архитектурной мастерской техником-реставратором. Это самая маленькая должность, но мне все равно, кем быть. Когда я пришла устраиваться, мне понравилось. Обстановка была необычной. Начнем с того, что сама мастерская находилась в здании бывшего храма в Новоспасском монастыре. Огромный двор, обнесенный белокаменной стеной, посредине которого стоял большущий собор. Он был из темно-красного кирпича, очень обшарпанный, с обвалившейся маковкой, от которой остался только металлический каркас. Над входом в храм было замечательное, чистое и сияющие изображение Нерукотворного Спаса. Как яркая звезда на сумеречном небе! Справа к собору была пристроена желтая церковь с зеленым куполом и двумя изящными белыми колоннами. На фоне главного храма она казалась игрушечной. В ней и сидели реставраторы. В церкви было два этажа. На первом, с полом из белокаменных плит, находился конструкторский отдел. На втором были архитекторы. Я поднялась по витиеватой белокаменной лестнице, довольно крутой, и вошла в деревянную дверь. Передо мной был огромный зал, весь уставленный кульманами, столами и шкафами. У дальней стены, черного дерева резной алтарь,во всю стену. Людей было мало. Напротив входа, в стене была небольшая дверь, ведущая в кабинет главного архитектора,Николая Дмитриевича (Н.Д.).

- Здравствуйте! - поприветствовала я немолодую девушку. Она ответила и продолжала заниматься своим делом.Я постучала в кабинет,

. -Да, да.- я вошла. За большим столом сидел дядечка лет за пятьдесят, с аристократической внешностью, изящный, с холеными небольшими руками и в пенсне.

- Вы ко мне?- голос его был приятным и дружелюбным.

- Я, Елена Тимофеева, Вам Леонид Исаакович звонил.

- А, да,да. Звонил. Леня говорил, что Вы хотите у нас работать. Сейчас поезжайте в трест, на Красную Пресню, оформитесь и завтра приступите к работе.- он вышел из-за стола и жестом пригласил меня выйти.

- Проходите, я Вас представлю и покажу Ваше рабочее место.- Мы вышли. Народу поприбавилось. Н.Д. подвел меня к моложавому худому мужчине с бородкой,

- Вадим! Вот тебе новый работник. Пристрой куда-нибудь. У тебя, как раз, на Гончаровых людей не хватает.

- Лады!- сказал Вадим и добавил -Какая милашка! Тебя как зовут? - он вел меня к пустующему кульману со столом .

- Лена,- представилась я.

- О! Опять Лена! - закатил он глаза, - Лены меня преследуют, повсюду Лены.-

- Чем ты занималась раньше? - спросил Вадим.

- Училась в институте.- ответила я. - в МАРХИ? - Нет, в МЭИ - он больше не задавал вопросов. Вадим был начальником отдела "Усадьбы и парковая архитектура". Он указал на немолодую девушку, ту самую, что я видела утром, и сказал мне, что она будет моим ведущем архитектором и куратором.

- Лен! Тебе новая подопечная.- Лена посмотрела и улыбнулась мне.

- Очень хорошо. Ты чертить умеешь? А с тушью работала? - я ответила,

-Да, немного.- она кивнула. Обустроившись на новом месте, я поехала в трест.

Вечером дома я рассказывала маме о своем первом дне.

- Только опять фортель не выкинь.- отреагировала мама. Она не могла мне простить, что я бросила институт после третьего курса. Я бросила учиться из-за Феди. Он был моей первой любовью, мы вместе учились в школе. После школы поступили в МЭИ, где его отец был зав. кафедрой. Факультеты у нас были разные. Мы были парой три года, но потом он начал встречаться с Ириной из своей группы и год назад они поженились. Так, что я уже почти два года одна. Мне трудно было сталкиваться с ними в институте, где они ходили парочкой, как мы до этого. Я страдала и мучилась. Предметы мне не нравились и я без сожаления ушла. Проболтавшись лето, осенью я начала искать себе работу. И вот нашла!

Утром я тщательно собиралась. Чистые волосы убрала в хвост, одела черные брюки и тонкий, черный в обтяжку, джемпер под горло. Подкрасила глаза тушью. Я не пользовалась косметикой, лишь иногда подкрашивала глаза. Мне не было надобности, я была симпатичной девушкой. Темно-русые волосы с необычным отливом красного золота. Чистая, нежная, натянутая белая кожа. Не широкое, овальное лицо с небольшими впадинами под скулами, что придавало ему некую утонченность. Небольшой припухлый, яркий вишневый рот и ослепительно белые, красивые зубы. Нос был прямой, с чуть приподнятым кончиком и крошечной родинкой-точкой на нем, слева. Но самое главное, что отмечали все, и мужчины и женщины, были глаза. Два больших миндалевидных серых глаза были яркие, блестящие и сверкали как звезды на моем лице. Фигура у меня была ладная, с красивыми ногами, тонкой талией, неширокими бедрами и торчащей назад попкой. Белоснежная, тяжелая грудь с маленькими розовыми сосками и не широкие, округлые плечи. Мне очень шли открытые платья. Рост у меня был средний,166 см. У меня был 35-й размер обуви и маленькие ручки, как у ребенка. Мне исполнился летом двадцать один год.

Рабочий день начинался в девять пятнадцать, и я вышла из дома в восемь часов утра. Ехать было час, автобус, метро и пешком от метро до Новоспасского. Я вошла в наш отдел, огороженный шкафом и села на свой стул у доски. Ко мне подошла Лена в белом халате, спецодежда, чтобы не испачкать себя тушью или+ карандашом на чертежах.

- Поздравляю с первым рабочим днем! Покажи, что ты умеешь. Сейчас принесу тебе "синьку" и ты переведешь ее на кальку. Я покажу как. У тебя рейсфедер есть? - У меня был старинный рихторовский рейсфедер, тонкий, с резной черной ручкой, но он был дома.

- Ладно, я тебе свой дам сегодня, и ручку с пером тоже. Тушь там возьми.- и показала где стояли пузырьки с тушью. Она дала мне инструменты и показала как натягивать на чертеж кальку. Я начала свои опыты. Это было нечто. Линии растекались по кальке и размазывались, циркулем вообще ничего не получалось. Короче, тихий ужас. Подошло время обеда и Лена велела мне отдыхать.

Я спустилась по лестнице на первый этаж, в туалет, покурить, но в туалете не курили, а курили на лестнице между двумя пролетами. Я заметила какой-то ажиотаж на первом этаже, но не придала этому значения, и присоединилась к курящим, став в уголке. Мимо ходили люди и дверь не закрывалась. - Это она? - услышала я реплику проходивших мимо двух мужчин, спускавшихся вниз. Я вернулась в зал и уселась опять. Стала глазеть по сторонам. Людей было много, все как-то кучковались. Стоял гул от голосов, раздавался смех то тут, то там. Ко мне подошла Лена с худой женщиной,

-Надя! - представилась она, - Лена. - ответила я. Они немножко пообщались со мной и отошли. Улучив момент, когда Лена была одна, я спросила у нее , что происходит.

- Сегодня четвертое число, зарплата и квартальная премия, поэтому все здесь. Обычно почти все на объектах. Еще сегодня, через час, наверное, будет общее празднование, ведь четыре выходных впереди. Ты, когда все начнут спускаться на первый этаж, можешь идти домой.- я кивнула и пошла сидеть на стуле. Мне очень хотелось чаю, но я стеснялась попросить, а мне никто не предложил. Присутствующие были в основном не старые мужчины, практически все с бородами, бритых было четыре - пять человек. В дальнем углу собралась большая компания, оттуда раздавался громкий смех и оживленный разговор. Среди них была только одна женщина, худощавая, лет за тридцать, в джинсах. И очень некрасивая, бросалась в глаза ее некрасивость. Я услышала, как Надя сказала Лене,

- Смотри, и Нинка Калинина здесь, пасти пришла.-

- Посмотрим за столом.- ответила ей Лена. От компании отделился бородатый парень лет тридцати, он шел в нашу сторону. Усевшись прямо на свободный стол рядом с кабинетом Н.Д. он в упор стал смотреть на меня, не отрываясь. Он был очень колоритен и красив какой-то дикой красотой.Это был брюнет, с растрепанными волосами и темной бородой, чуть выше среднего роста, ладный, хорошего телосложения. Сквозь бороду был виден чувственный рот, но самыми впечатляющими были его глаза. Синие-синие, огромные фонари выделялись ярким пятном на его лице. Он съедал меня взглядом и я задергалась. Внезапно парень спрыгнул со стола и зашел в кабинет, плотно закрыв за собой дверь. Недолго пробыв там, он вышел из кабинета вместе с Н.Д. и они подошли ко мне. Я в это время надевала белую пуховую шаль, собираясь идти домой. Шаль очень была мне к лицу, этакая русская красавица. Н.Д. обратился ко мне,

- Куда это ты собралась? Рабочий день еще не закончился. У нас сегодня банкет в честь праздника. Оставайся. Тебе и нам пойдет на пользу. Тебе предоставляется шанс слиться с коллективом, а нам, лучше познакомиться с тобой.-

-Я не участвовала в общем котле.- промямлила я. Парень достал пятерку из кармана и протянул Лене,

-Это девушки взнос. Запиши.- развернулся и ушел. Лена прокричала ему в спину,

- Мы по четыре собираем.-,но он не обернулся.Мне пришлось остаться на банкет. Я вышла курить, а Надя шепталась с Леной. Было ясно, о чем. Покурив, я стала подниматься по лестнице, но вышел Н.Д. и подхватив меня, повел вниз. Конструктора, в отличие от архитекторов не сидели все вместе, а располагались по кабинетам. В самом большом из них, был накрыт длинный стол из составленных рабочих столов, покрытый белой стороной миллиметровки. На столе было множество бутылок со спиртным и лимонадом и незамысловатые закуски. Н.Д. усадил меня и сам сел рядом. С другой стороны ко мне подсел здоровяк с бородой, в очках, на вид лет сорока.

-Вольфган, или Вольф,- представился он и протянул мне свою огромную лапищу.

- Лена - проговорила я. Вольф мне ужасно понравился. Он был интеллигентен, весел и интересный собеседник.. Он меня развлекал и ухаживал, подливая и накладывая. Хохотал Вольф громко и заразительно,веселился от души. Одними из последних явились синеглазый парень и та некрасивая женщина.

-О! Стасик! Иди к нам. Я тебя с Леночкой познакомлю. Очаровательное созданье! Иди, садись.- кричал Вольф. Стас оставив тетку одну, подошел к нам. Он сел и представился,

-Станислав Петрович!-

- Елена Дмитриевна.-

- Ой, ты, гой еси, Алена Дмитриевна! - проголосил Вольф и разразился громким смехом. Стас заулыбался, но промолчал. Застолье шло своим чередом. Некрасивая быстро ушла и больше не появлялась. Стас сразу ожил и прекратил манерничать а-ля Печорин. Раздавались тосты, пели песни, сыпались анекдоты. Н.Д. встал со стаканом в руке и сказал,

- Друзья! Сегодня в наш дружный коллектив влилась Леночка Тимофеева. Прошу любить и жаловать! Она совсем юная и я прошу вас ее не обижать и помогать ей во всем . Выпьем за новую сотрудницу. За Лену! - Прозвучали крики Ура! и заздравные. Стас встал и громким басом спел "За Царя". Мы с Вольфом хохотали до упаду. Вечер подходил к концу. Многие были "подшофе", особенно Вадим. Мои рыцари держались и пьяными не выглядели.

Я стала собираться, оделась и вышла на улицу. Было темно, но свет фонаря освещал дорогу. Я была в зимнем, длинном пальто, темно-сером в крупную серую клетку, по тогдашней моде, сверх воротника я обвернула шаль. Почти у арки ворот меня догнал Стас, в теплой куртке с капюшоном. Он торопился, почти бежал, чтобы догнать меня,

- Вы на метро? - спросил он меня. -Да! - последовал ответ.

- Давайте прогуляемся до Таганки, Алена Дмитриевна.- предложил Стас. - Давайте.- ответила я. Мы медленно пошли вдоль стены монастыря. Он мне что-то рассказывал из истории этих мест, периодически идя передо мной, спиной к дороге и лицом ко мне. Мы дошли до "Таганской", вошли в метро и разъехались каждый в свою сторону.

Дома мама живо интересовалась моими впечатлениями и я с охотой делилась с ней. Впереди было четыре выходных дня и я с большой компанией ехала праздновать на дачу. Я должна была приехать на день раньше. Н.Д. велел мне прийти восьмого числа к половине одиннадцатого на авральную работу, готовилась выставка. Я с волнением ждала этого дня. Утром восьмого я, приготовив с собой рейсфедер, готовальню, фаянсовую кружку для чая и сам чай в баночке, серебряную ложечку, вилку и ножик, льняную салфетку и полотенце для рук, отправилась на работу. Мама всучила мне пакет с пирожками с капустой, которые напекла вечером,

- Перекусите там.- Я явилась вовремя, но работа кипела вовсю. Был Н.Д., двое бородатых парней, девушка лет за двадцать пять и конечно же Стас. Все были заняты своим делом и только Стасик болтался от одного к другому. Потом они с Н.Д. ушли в кабинет. Мне дали в руки толстую колонковую кисть и велели размывать часть стены, нарисованной на огромном листе ватмана. Предварительно Татьяна, так звали девушку, показала как это делается. В баночке с водой растворяют акварельную краску нужного оттенка и по мокрой поверхности ватмана, разводят в нужном месте. Я с тщением взялась за дело. Когда я закончила, все остолбенели. Я испортила рисунок! Цвет был неровный, в пятнах и стена была похожа неизвестно на что. Я чуть не плакала, так я расстроилась.

- Гриша! Что можно сделать?- спросил Н.Д. улыбаясь. Подошел Гриша, ярко-рыжий молодой парень с окладистой бородой. Он был похож на нестеровского отрока. Гриша молча взял у меня кисть и пошел исправлять мою мазню. Когда он закончил, никто бы не догадался, что и моя рука побывала здесь. Работа была закончена, все было готово. Н.Д, принес бутылку грузинского вина "Хванчкара", ребята добавили две бутылки портвейна "Агдам", я достала мамины пирожки и сахар в коробке, для чаепития. Татьяна тоже положила на стол уже порезанные сыр и колбасу. Кто-то принес несколько яблок. Импровизированный стол был накрыт. Н.Д. налил мне в кружку вина и сказал,

- Друзья, вы сделали хорошую работу, к выставке все готово.Спасибо вам! Выпьем! - все выпили. Пирожки шли на "Ура!". Н.Д. немного посидел с нами и затем быстро ушел. Все расслабились и вели неспешный разговор о профессиональных делах. Я молча переживала свою неудачу.

-Не переживай, научишься.- тронула меня за рукав Таня. Я и вправду потом научилась и делала размывки мастерски. Стали собираться уходить. Стас рванул первым. Мы не торопясь одевались, переговариваясь между собой. Гриша предложил еще выпить и они стали скидываться, чтоб послать гонца. Я ушла. Вечерело, было уже темно. Выйдя из ворот, я увидела Стаса, который ходил по тротуару взад и вперед. Он меня ждал! Стас подошел ко мне решительными шагами и предложил прогуляться. Мы пошли к мосту через Москва-реку. Падал редкий снег. Стас вновь рассказывал мне о старой Москве и о Коломне, где был его дом и где он был ведущим архитектором в коломенском кремле. Стас был интересным человеком, он очень многое знал и был хорошим рассказчиком. Он был фанатиком своего дела и одним из лучших реставраторов в Москве. Мы шли не спеша, разговаривая о многом. Только тема личной жизни не затрагивалась. Мы прошли мост, затем Павелецкую и свернули направо в Бахрушинский переулок, так мы дошли до метро "Новокузнецкая". Моя родная Пятницкая! Мы переехали в Беляево два года назад и это было большой травмой для меня.

- А я здесь родилась и выросла.- и я рассказала Стасу историю о переезде.

- Хочешь, дойдем до твоего дома? - я отказалась, сославшись на усталость. На самом деле мне не хотелось, чтобы он увидел меня в расстроенных чувствах. Потом, через время, мы со Стасом побываем там не раз. Стас явно ухаживал за мной, но все было вполне достойно, платонически. В метро мы распрощались.

- Меня не будет всю неделю, утром в Коломну уеду.- сказал мне Стас.

- Счастливо!- ответила я. В Коломне были самые важные объекты и ими занимались Стас и Вольф, как лучшие реставраторы мастерской. Неделя прошла вяло. Я ездила на работу и обратно, вечерами была дома. В пятницу, в конце рабочего дня, меня позвали к телефону, который стоял на тумбочке у двери. Звонил Стас,

- Я буду тебя ждать за воротами. Давай куда-нибудь сходим.- услышала я. Почти все уже разошлись, я оделась и вышла. Стас ждал меня под фонарем у арки.

- Давай поедем в "Жигули", пива выпьем,- я легко согласилась. Пивной бар "Жигули" на Новом Арбате был в большой моде. Недавно открытый, он пользовался бешеным успехом. В отличие от других пивных баров, там всегда были креветки, большая редкость в то время. Мы, отстояв небольшую очередь,вошли в бар, разделись в гардеробе и сели за столик. Дым стоял коромыслом, воздух был тяжелый, стоял гул. Официант принес нам пиво в кружках и креветок. Мы попивали пивко и болтали. Мне нравилось пиво, но я, обычно, больше одной кружки выпить не могла, и эту не допила и до конца. Стас выпил две. Посетив туалет, чтобы вымыть руки, я вернулась к столику и не садясь предложила уйти. Мы вышли из бара и побрели в сторону бассейна "Москва", где свернули на набережную. Шли медленно, говорили мало. Стас остановился и облокотился на парапет, я встала рядом с ним. Через реку зловеще возвышался серый дом, "Ударник",знаменитый дом на набережной. Стас долго молчал и вдруг начал меня целовать в губы.

- Я влюбился в тебя! Со мной уже давно такого не происходило.- хриплым голосом сказал он, и продолжал целовать. Я оторопела. Поцелуи мне не очень понравились, я не была влюблена, мне просто льстило внимание Стаса. К тому же, меня никогда не целовал бородатый мужик, ощущение было не очень, от его бороды пахло пивом и еще чем-то. Но я не отстранилась, несмотря на неприязнь, сама не знаю почему. Уже около двух лет я ни с кем не целовалась и ощущения были непривычными. Стас настойчиво продолжал целоваться и лапать меня,

- Я всю неделю думал о тебе. Я хочу тебя.- сказал он. Я пожала плечами и ответила,

- Нуу, я не знаю, что тебе сказать. Правда, не знаю.-

- Ничего не говори. Все увидишь.- Мы пошли через мост, пару раз останавливаясь и целуясь. Около "Ударника" он посадил меня в автобус, который довез меня до "Октябрьской". Оттуда было ехать до дома двадцать минут.


Стас


Так начался наш роман. Стас находил возможность приезжать из Коломны почаще, а звонил ежедневно. Оказалось, что он был женат на той некрасивой женщине, что я видела в первый день. Меня это оставляло равнодушной, ревности не было. Жил с ней Стас в сером доме "Ударника", у нее был сын шести лет и она работала искусствоведом у нас в мастерской. Как-то в пятницу, после работы он повез меня в "Ударник". Нина уехала в Грузию на несколько дней к друзьям, оставив ему на попечение сына. Квартира была богемная и богатая. Я прекрасно знала этот дом, здесь жил Федя (его дед был старый большевик) и много моих школьных друзей. В этом доме я часто проводила время в последних двух классах. Мы хипповали напротив английского посольства, плясали рок-н-ролл, пели и пили портвейн. Хорошее было времечко! Стас провел меня на кухню, а потом в одну из комнат с незастеленной постелью. Мне стало ясно, что должно произойти дальше, он давно искал способ затащить меня в кровать, а я все пустила на самотек и решила уступить и не ломаться. Мальчика он уложил спать в другой комнате, а мы пили сухое вино за маленьким столиком. Попозже, видимо убедившись, что мальчик спит, он сказал,

- Я больше не могу терпеть, я измучился. Я хочу тебя! Иди ко мне, стань моей!- он потянул меня к себе и повел к постели. Мы пробыли в ней часа три, было уже за полночь, когда он встал и надел полосатый махровый халат. Стас предложил мне ехать домой. Я оделась, он вызвал такси и проводил меня до него. Я уехала. Дома мама спала, а я налила ванну и просидела там часа полтора. Мне хотелось отмыться от чужой несвежей постели и от самой себя. Мне казалось, что их запах въелся в мою кожу и я терла ее губкой докрасна. У меня было чувство омерзения и грязи. На другой день Стас позвонил рано, спросил как я доехала и сказал, что встретиться не получится из-за мальчика. Я не возражала и уехала на весь день к подруге, к Тане. Танька была моей самой близкой подругой, пожалуй, единственной в моей жизни подругой. Она раньше всех вышла замуж и у нее уже был сын трех лет. У Тани и ее муже, Боряни, я отвела душу. Я очень любила у них бывать. Когда я осталась одна, они одни меня поддержали, и я всегда испытывала к ним благодарность. Это были настоящие друзья. Еще я любила Танину маму, простую, добрую и мягкую женщину. Я помню ее по сей день.

В понедельник Стас неожиданно явился к вечеру, часа за два до окончания работы,

. - Не мог ждать, хотел тебя увидеть. Пойдем куда-нибудь.- мы пошли гулять по таганским улицам. Время от времени, он набрасывался на меня. Желание охватывало его и жгло, он мне так и сказал,

- Я горю и сгораю!- но, чем я могла ему помочь? Куда мы могли пойти, чтобы уединиться?

- Можно поехать на дачу.- неуверенно предложила я.

- А где она, твоя дача?-

- В Абрамцево. Правда, там сейчас холодно и вода перекрыта.- решили ехать и вернуться завтра утром. Мы рванули на Ярославский вокзал, сели в полупустую электричку. На Таганке Стас забегал в магазин и купил с собой целую головку сыра Рокфор, хлеба и сухого вина. Ехать было ровно час и до дачи два километра пешком. Мы вышли на ночной станции, все было в снегу. Вокруг был старый лес с большущими елями. Красота была неземная, что прибавляло нам лирики. Мы подошли к дому, я нашла ключ над притолокой и мы вошли. Холодно было очень, дров не было, у меня замерзли ноги. Найдя толстые вязанные носки я сунула их под пальто к груди, чтобы согрелись. Позже надену.

Стас взял топор и пошел рубить деревянный штакетник от забора, еще он нашел у сарая два толстых круглых чурбана и расколол их на дрова. Печка была растоплена, мы не раздеваясь пили горячий чай, ели Рокфор и пили вино. Когда Стас закрыл печь, теплее стало ненамного. Но потом, постепенно, в самой маленькой комнате, где одна стена была печной, стало тепло и даже жарко. Я сооружала постель около печной стены, навалив сверху и снизу все одеяла, что были в доме. Нашла в шкафу чистое белье и застелила им постель. Кровать была узкая, панцирная. Мы разделись и залезли под одеяла. Постель была ледяная. Плотно прижавшись друг к другу,нам через какое-то время стало жарко. Утром мы проспали, но не намного. Главное, попасть на электричку до перерыва, мы оделись и рысцой помчались на станцию. Он поехал со мной на работу, чтобы объяснить Вадиму мое опоздание. Все уже знали о нашем романе, да мы особо и не скрывались. Тетки завидовали и обсуждали, мужчины строили догадки. Вольф поддерживал меня, несмотря на свою крепкую дружбу со Стасом. Все здесь не любили Нину.Так продолжалось до конца декабря. Я опасалась беременности, но Стас меня успокоил,

- Я не могу иметь детей. Если случится такое чудо, и ты сможешь понести, то я сразу разведусь и женюсь на тебе.- в первый и единственный раз Стас обозначил наше будущее. Мы никогда не обсуждали его и наши чувства тоже. Да и что обсуждать, я к Стасу привязалась, но не полюбила. Для меня наши отношения были не столь важны, как должны были бы быть у любой нормальной девушки. Стас любил меня, но предпочитал не говорить об этом. Все шло само собой и чем все закончится никто не знал. За восемь дней до Нового года, был понедельник, мы погуляли и Стас повел меня в "Прагу", в кафе, пить кофе. Там он попросил меня проводить его до электрички в Коломну, я сдуру согласилась. Мы поехали на Казанский вокзал, где Стаса ждал его помощник Витя, молодой архитектор из Коломны. Мы дошли до дверей электрички и стояли около. Раздался свист об отправлении, Стас с Виктором зашли в тамбур и двери стали закрываться. В этот момент они схватили меня за руки и втащили в поехавший поезд.


Встреча


Двери с шумом захлопнулись. Я обомлела.

- Вы что? С ума сошли? Как я теперь выйду отсюда?-

- Поедем со мной! Не волнуйся, я завтра позвоню Н.Д. и все ему объясню. Тебе ничего не будет, вот увидишь.- уговаривал меня Стас. Господи! что же делать? Электричка мчалась без остановок. К тому же у меня были женские дни, самое начало. Я сказала об этом Стасу тихонько,

-Ерунда! Все будет тип-топ. Главное, ты будешь со мной.- сказал он довольный. Витя достал портвейн и стакан, мы стали выпивать понемножку. Я выпила чуть-чуть. Стас был разговорчив и весел, рассказывал всякие истории. Вскользь упомянул о своем коломенском друге, молодом священнике.

- Завтра хочу к отцу Георгию зайти. Я тебя с ним познакомлю. Красавец. Бывший морской десантник. Хороший мужик, мы дружим с ним.- мне было не до этого и я пропустила его слова мимо ушей. Какое мне дело до какого-то попа. Что он мне? Я даже некрещеная. Я верила в Бога и читала евангелие не один раз, но понимала немногое. У меня были свои отношения с Иисусом Христом. Я, почему то его жалела, но не потому, что его распяли на кресте, в те времена это было обычным делом и он не один был подвергнут этой пытке, тогда и остальных нужно жалеть. Но я чувствовала его присутствие, когда задумывалась о нем. Мне, подчас, казалось, что он, Иисус Христос, стоит рядом со мной и, что он меня очень любит. Однажды, когда я страдала по Федору, мне показалось, что Иисус гладит меня по голове и утирает мои слезы. Мне казалось, что он присутствует на земле и ходит где-то рядом. ОН был РЕАЛЕН для меня.

Через два часа мы были в Коломне. Был поздний вечер, часов десять или больше. Я не носила часы, не любила их, редко, когда они были необходимы, я брала их в сумку. Мы пошли ночевать к Вите, но не туда где он жил со своей семьей и маленьким ребенком, а в какую-то избу, которую он называл дачей. Мы зашли в эту "дачу", типичную халупу, холодную и неприбранную. Там был топчан с одеялами и двумя подушками, квадратный стол из досок, полка с мисками, кастрюлей и тремя старыми кружками, один стул и две табуретки. На прибитых гвоздях висели старые халаты, что-то еще непонятное и огромный ямщицкий черный тулуп из овчины. Была еще малюсенькая печка и старый чайник на ней. Я спросила у Вити где туалет,

- Темно и снега много. Я поставил ведро в сенях.- ужас какой! Как ж я в своем состоянии буду ходить в ведро? Вот, я попала! Делать нечего, придется смириться.

- А умыться и руки помыть где можно?-

- Пойдем, покажу.- мы вышли в сени и он показал мне ведро с чистой водой и ковшиком. Другое ведро, для туалета, стояло напротив. Обмоюсь на улице, полив из ковша, а потом снегом закидаю, решила я. Стас стоял у растопленной им печки и комната быстро нагревалась. Ночь была трудная. Подстелив под себя ситцевый халат почище,чтобы не протечь, я заливалась, а Стас с упорством домогался меня. Я измучилась за ночь. Рано утром пришел Витя. Он принес холодную глазунью, завернутую в бумагу, три куска серого хлеба и круг полтавской колбасы. Мы съели эти "деликатесы" и выпили горячего чая. Одевшись, мы вышли на улицу. Стас повел нас к своему дому на главной площади Коломны, по дороге он где-то раздобыл бутылку вина и пил ее из горлышка, поскольку мы пить отказались. Я много курила.

. - Мне нужно в аптеку и сигареты купить.- сказала я Стасу. Он протянул мне трешку и показал аптеку. Сигареты я купила в киоске на площади. Стас ушел домой, оставив нас около подъезда. Через полчаса он вернулся. Он был одет в черный тулуп до пят, копия того, что я видела у Вити на гвозде. Типичный ямщик! Мы мотались по городу часа два. Стас всю дорогу пил, был пьян и говорил громко на всю улицу. Я, как привязанная тащилась за ними и у меня совершенно вылетело из головы, что я могу сесть в электричку и уехать в Москву. После полудня Стас решил двинуться в церковь к своему дружку.

Мы шли минут двадцать, пока не оказались у ворот храма. "Кафедральный собор Богоявления", было написано на доске объявлений на заборе, рядом с входом во двор храма. Мы вошли во двор, до дверей храма было метров сто. Стас осенил себя размашистым крестом и шел вперед, широко шагая. Гротеск начался! Я никогда еще не видела Стаса таким. Мне все это не нравилось и я ужасно злилась. Войдя в храм в распахнутом тулупе, Стас стал креститься у каждого столба и бухаться на колени. Я стояла тихо около конторки, за которой старушка считала мелочь. Витя стоял напротив, сняв шапку. Народу было мало, службы не было. Открылась дверца сбоку алтаря и из нее вышел молодой батюшка в черной рясе и с большим крестом на груди. Он обвел быстрым взглядом компанию и направился, с какими-то бумагами в руке, к конторке. Батюшка сказал что-то старушке и положил бумаги. В этот момент он в упор посмотрел на меня. Я втянула в себя воздух и не смогла выдохнуть. Мое сердце бухнуло и упало вниз. Он сразил меня наповал! Это был высокий, стройный блондин со светлыми платиновыми волосами, схваченными в хвост. С узкой талией, развернутыми широкими плечами, длинными стройными ногами и особой, никогда доселе мной не виданной, статью. У него была небольшая пепельная бородка и чуть раскосые, "пушистые" глаза цвета шоколада. Не карие, а именно шоколадные. Этот шоколад начал разливаться внутри меня по всему телу.Я не могла отвести от него взгляд. Внезапно раздался громкий вопль Стаса.

- Отче! Благослови, отче! Прости за грехи!- Стас стоял на коленях посреди храма,падал ниц и орал еще что-то, обращаясь к батюшке. Я готова была провалиться сквозь пол храма, так было стыдно. Батюшка повернулся к Стасу и сделал в его сторону несколько шагов. Лицо его было сердито, но он говорил ровно, мягким звучным баритоном,

-Что Вы кричите! Почему Вы в таком непотребном виде? Это храм, а не кабак! Ведите себя прилично! Сейчас же встаньте и покиньте храм, и чтобы я никогда не видел Вас нетрезвым в храме! - отчеканил отец Георгий и развернувшись ушел, бросив еще один взгляд на меня, когда проходил мимо. Ох! Как было стыдно! Мы ушли. Стас что-то говорил, но я ничего не слышала. Я была потрясена! В голове у меня стучало, сердце бешено колотилось.

Мы продолжали таскаться по городу, периодически заходя в магазин за вином. Стас был в усмерть пьян, он орал, размахивал руками и пугал своим видом прохожих. Мимо проезжал милицейский газик. Он остановился рядом с нами и два милиционера, взяв Стаса под белы ручки, посадили его в машину, сказав при этом,

- Опять нажрался.- видно Стасик был их постоянный посетитель.

- Куда вы его увозите?- спросила я милицию.

- В вытрезвитель. Пусть немного отдохнет, барышня.- я сникла, но мне опять не пришла в голову мысль, что нужно уехать. Витя проводил меня в отделение милиции, куда увезли Стаса. Он довел меня до дверей и сказал, что уходит домой. Решив дождаться развязки, я стала бродить вокруг. Я впервые была в Коломне и ничего здесь не знала. Ужасно хотелось пить и есть. Еще бы вымыться. Я зашла в какую-то кафешку и на последний рубль взяла себе суп, блины и два стакана чая. Посидев в теплом кафе, я отогрелась и стала вспоминать сцену в храме. Очень подробно вспоминать, восстанавливая в памяти все детали. Когда я представила отца Георгия, меня охватило смущение, как будто бы он видит мой интерес к нему. Что касается Стаса, то я вдруг отчетливо поняла, зачем он ввалился в храм. Он хотел обвенчаться со мной и уговорить своего друга сделать это. Да, да, именно так и есть. Я вспоминала вопли Стаса и укоренилась в своем мнении. Интересно, говорил ли Стас ему обо мне и если говорил то, что? Отогревшись, я вышла на улицу. Побродив еще с час, я направилась в отделение милиции где "отдыхал" Стасик. Милиционеры были приветливы и учтивы. Они предложили мне ждать Стаса на лавке у стены, чтобы я не мерзла на улице. Я просила их отпустить его, но они были непреклонны.

- Он сейчас спит богатырским сном. Ему доктор снотворное вколол. Так что ждите, девушка, до вечера. Если хулиганить не будет, то так и быть, отпустим.- говорил мне словоохотливый милиционер. Я притулилась в углу лавки, закрыла глаза и ушла в раздумья. Пусть они думают, что я задремала. Мне хотелось еще раз увидеть батюшку. Я гнала от себя эту мысль, но понимала, что это правда. Я хочу его увидеть! Почему-то мне казалось, что это очень важно, что появится ясность. Что за ясность, что должно проясниться? В моих мозгах была каша. Я говорила себе перестать бредить и вообще забыть о нем. Кто он такой? Какой-то совершенно не знакомый мне поп, зачем он мне нужен? что тут раздумывать? забудь о нем, уговаривала я себя, но ничего не могла поделать. Желание его увидеть еще раз было непреодалимым. Так я маялась долго. Уже был вечер, стемнело окончательно. Я встала и вышла на улицу. Я не хотела, но мои ноги шли сами к храму.Я даже не задумалась ни разу, что отца Георгия может там не быть, что он давно дома, что у него есть семья, жена и дети. Меня несло к нему, как щепку в весеннем ручье. Хотелось еще раз взглянуть в его шоколадные глаза. Я горела! Мне довольно долго пришлось искать храм, он находился почти рядом с железной дорогой. Подойдя к воротам, я встала, они были закрыты. В храме не горел свет и стало ясно, что он закрыт. Уф! Слава Богу! Никого нет. Я стала бродить вокруг, то уходила, то возвращалась обратно. Безумие какое-то, говорила я себе и вновь возвращалась к воротам. Я не могла уйти! Неожиданно зажегся свет фонарей и у небольшого дома, справа от храма, я увидела сухонькую старушку, монашку и рядом с ней отца Георгия с лопатой в руке. Он начал чистить снег у домика. Видимо, он здесь жил. Старушка что-то говорила ему,он иногда отвечал ей, не прекращая чистить снег широкими взмахами. Он был в подряснике и в жилетке,подбитой мехом ,на голове скуфейка. Я стояла за забором как мертвая, не чувствовала своих ног, так они замерзли, но я продолжала стоять и смотреть. Они увидели меня, старушка указывала рукой в мою сторону. Он облокотился на ручку лопаты и глядя на меня говорил что-то старушке. Она засеменила ко мне.

- Тебе чиво? чиво стоишь столбом? Чиво надо? - и уставилась на меня вопросительно.

- Мне отец Георгий очень нужен. Мне поговорить с ним нужно. Пожалуйста! Можно его позвать? Старуха повернулась и пошла обратно. Она передала отцу Георгию мою просьбу и он, воткнув в снег лопату, двинулся в мою сторону. Когда, потом уже, я вспоминала эту сцену, то понимала, что вид у меня, видимо, был безумный. Глаза горели ярким сиянием, волосы выпали из съехавшей шали. Я даже вспомнила, что я ее поправляла, пока он шел ко мне. Он распахнул калитку в воротах и пригласил меня войти. Я вошла в нее, он прошел к фонарю, я шла за ним. Он остановился, освещенный светом фонаря, я встала напротив. У меня дрожало все внутри,

- Простите меня за вторжение. Я Вам помешала.-

- Что-то случилось? -

- Стас попал в милицию, а я ничего здесь не знаю, и никого не знаю. Стас мне говорил, что Вы его друг, и мне не к кому обратиться, кроме Вас. Я не знаю, что мне делать и куда идти.- он пристально смотрел на меня. От страха я не могла понять его реакцию на мой поздний визит. Разозлился или нет?

- Я дам Вам совет. Идите на станцию и поезжайте домой. Это самое лучшее для Вас. Больше мне сказать Вам нечего.- он смотрел мне прямо в глаза своим шоколадным прищуром. О, Боже! Как он красив! Мне стало обидно от его слов, никакого участия. Он что, не понимает моего плачевного положения? Нотацию прочитал, как Онегин Татьяне. Ничего себе, батюшка! Отбрил без сожаления. Я повернулась и пошла к калитке. Сделав два шага я обернулась,

- Спасибо, батюшка! За совет. А что у вас, у православных, все такие бездушные, а?- повернулась и ушла не оборачиваясь. Выйдя из калитки я незаметно посмотрела, он продолжал стоять на том же месте, у фонаря. Я шла вдоль ограды храма и ни о чем не думала. Совсем ни о чем. Если я сейчас начну мыслить, то я разревусь. У меня началась дрожь. Я остановилась и пыталась взять себя в руки. Меня трясло, я прислонилась к какому-то забору, испугалась, что упаду и не смогу подняться. В милицию я вернулась к одиннадцати часам. Стас проснулся и ждал меня. Когда я пришла его отпустили.

- Скажи спасибо этой девушке. Она весь день тут просидела, просила за тебя. Ты ей ножки целовать должен. Устала, девонька? - сказал напоследок пожилой милиционер. Мы вышли на улицу, Стас обнял меня за плечо и мы пошли к нему.

- Ты, как верная маркитантка.- я молчала, а он напевал марш из Аиды. Когда мы вошли в его подъезд, он попросил меня чуть подождать и вошел в квартиру один. Пробыв там недолго, он вернулся за мной. Мы поднялись на второй этаж и вошли в квартиру.Он разделся у двери, снял ботинки и завел меня в чуланчик направо от вешалки. Там он сказал мне,

- Снимай пальто и ботинки, а я сейчас приду.- я сняла пальто, ботинки были совершенно мокрые, их я тоже сняла, на деревянном полу отпечатались мокрые следы от моих ног в колготах. Я села на кушетку, стоявшую в чулане. Кроме нее здесь был стул рядом с дверью, и я положила на него пальто и шаль. Я сидела на кушетке и ждала Стаса. Как же я устала! Я ничего не хотела, даже спать. Появился Стас, принес подушку и одеяло, ушел снова и принес два бутерброда с докторской колбасой и чашку горячего сладкого чая. Я начала пить чай, бутерброд не лез в горло. Он постоял, наблюдая как я пью, и унес бутерброды обратно. Он вернулся и я спросила его,

- А в туалет можно?- он провел меня в туалет, но в ванную не пригласил. Вернувшись в чуланчик он сказал мне - Ложись.- и ушел вглубь квартиры. Он еще немного повозился там и затем все звуки пропали. Свет в прихожей остался гореть. Я расстелила пальто на кушетке, сняла свитерок, мокрые колготы и повесила их на спинку стула. Мокрые ботинки стояли под стулом, авось за ночь подсохнут. Я легла, поджав ноги и мгновенно уснула. Рано утром в квартире началось шевеление. Раздавалось звяканье посуды, лилась вода из крана, иногда слышались приглушенные голоса. Я лежала, боясь встать, но затем оделась и села на кушетку. В двери мелькнула пожилая седая женщина, маленькая и пухлая. Она с интересом взглянула и прошла мимо.

- Нина вчера несколько раз звонила. Мы не знали, что отвечать.- говорил властный женский голос из глубины квартиры. - Где ты опять шатался?- кто-то выговаривал Стаса. Его голоса слышно не было.

- Что за девицу ты притащил? Если Нина узнает? Опять за старое взялся.- говорил властный

голос. - Выведи ее отсюда. Еще шлюх не хватает в доме.- Стас что-то отвечал, но было не слышно, что.Скоро и сам нарисовался в проеме, он пил из чашки кофе.

- Ты как?- спросил Стас. - Нормально.- ответила я ему. Он ушел и быстро вернулся с чашкой горячего чая и бутербродом с сыром. Протянул мне и опять исчез. На всю квартиру раздалась музыка. Прелюдии Шопена. Он опять вошел и сказал,

- Ты поезжай домой, Н.Д. я позвоню и все улажу.- Стас протянул мне пять рублей и добавил,

- Поешь. Рядом с вокзалом есть блинная. Извини, что не смогу проводить тебя.- и опять ушел. Шопен громко звучал, я быстро оделась и вышла в подъезд.

Я ехала в электричке, прислонясь к окошку. Слезы тихо текли по щекам, но я не обращала внимания на них. Какая же я дура! Перестав плакать, я прокручивала в голове, все что случилось со мной в эти последние дни. Со Стасом все закончилось. Я не хочу больше его видеть рядом с собой. Все, конец! Мне сразу стало легче после вынесенного мною вердикта. Георгий! Я старалась о нем не думать, но мысли лезли в голову сами. Я понимала, что больше не увижу его никогда, что между нами ничего не может быть, мы из разных миров, и от этого становилось еще горше, еще тоскливее. Мне было жалко себя. Ну, почему в моей жизни все не так, как у людей? Всегда все наперекосяк, вечно вляпываюсь в истории, витаю неизвестно где? Что со мной не так? Вроде умная, симпатичная девушка, а жизнь дурацкая, не устроенная. Как папа ушел, так и понеслось. Болтаюсь, как листик на ветру. Как мне жить? Так хочется тепла, прижаться к кому-то и сидеть тихо. У меня немного кружилась голова и я отчетливо увидела Георгия в рясе, стоящем в храме и молящемся. Затем видение исчезло. Сколько я еще буду мучиться им? Когда я его забуду? Электричка тряслась, а я все думала и думала.


Новое место


Дома мама со мной не разговаривала. Оно и к лучшему, меньше выговаривать будет. У нее есть отрада, Миша, мой брат близнец. Когда на другой день я пришла на работу, Лена сказала, что меня спрашивал Н.Д., видно Стас ему все-таки позвонил.

- Ну, что делать будем? - спросил Н.Д. посматривая на меня лукавым взглядом сквозь пенсне.

- Значит так! Возьмешь в поликлинике справку за два дня, без справки нельзя, народ уже заметил. Эх! Чтобы во вторник позвонить, все было бы проще намного. Пойдем со мной.- он встал и мы вышли, направившись к Вольфу, в их угол. Вольф был на объекте, но Н.Д. подошел к Иннесе, начальнице их отдела. Иннеса была хорошая тетка, она не занималась архитектурой, она была администратором. Всегда приветливая и добродушная, Иннеса была прекрасной начальницей. Она знала все про всех, но этого не афишировала, никогда никого не обсуждала и не осуждала. К ней можно было обратиться почти с любой просьбой, она всегда с радостью приходила на помощь. Н.Д. поговорил с ней коротко, она кивнула и Н.Д. ушел к себе. Иннеса встала из-за своего стола, заваленного бумагами и позвала меня с собой.

- Леночка! Вот твое новое место. Теперь ты числишься в нашем отделе. Ведущим у тебя будет Вольф, он в курсе, и Гриша. Это ваша бригада. Устраивайся.- Она оставила меня рядом со столом с большим кульманом. Стол стоял впритык с Гришиным. Получался отдельный от всех уголок. Эх! Как мне повезло. Сколько разных разговоров мы здесь говорили, сколько вина выпили, сколько смеха и песен здесь слышали. Мы с Гришой очень подружились, он многому меня научил. После обеда прибежал Вольф.

- Ты как, детка, все хорошо? Уже устроилась? Я рад, что ты теперь у меня под крылом. Завтра поедем на обмеры в Троицу на Мосфильмовской. Гриша, расскажи деточке где встречаемся. Ладно, моя милая, увидимся. Да, не забудь записаться в журнал.- он умчался. После обеда позвонил Стас, он обо всем расспросил и остался вполне доволен. Вечером с мамой был неприятный разговор. Я ей рассказала историю, почти всю выдуманную, только как я попала в Коломну было правдой. После всех укоров и нравоучений, мама пообещала взять для меня справку. Я собирала вещи к завтрашнему дню. Надо одеться потеплее, отметила я про себя. Ночью я плохо спала, просыпалась и засыпала вновь. Мне несколько раз за ночь снился Георгий, он то звал меня и тянул ко мне руки, то убегал, и я не могла догнать его.

С Вольфом и Гришей мы встретились на "Киевской", и дальше на автобусе, ехали вместе. Мы вышли, перед нами была беленькая церковь в овражке, обнесенная лесами из сосны. Мы зашли внутрь, там был свечной заводик, делали церковные свечи. Немного поговорив с сотрудником, Вольф велел идти на улицу. Мы подошли к началу лесов и он велел мне лезть по ним наверх. Так и сказал,

- Лезь!-

- Я боюсь высоты.- ныла я. На лесах были доски с просветами между собой, и хлипкие перильца.

- Лезь! Я позади тебя. Не смотри вниз и лезь вперед, детка.- я ступила на доски. Вольф прогнал меня до самого верха, леса шатались и ходили ходуном под ногами. Я лезла и боялась страшно, но Вольфа я боялась больше. Когда мы долезли до самого верха, Вольф велел мне оглядеться по сторонам.Я увидела панорамный вид Москвы, было видно Ленинские горы, Москва-река протекала витиевато, скверы и парки в снегу. Красота! Мы полезли обратно, я впереди, Вольф сзади меня. Когда мы стояли на земле, он спросил, - Ну, как? - Я была под впечатлением. Так, в один миг, Вольф научил меня лазать по лесам и не бояться. Я до сих пор боюсь высоты, балконов и мостов, но ходить по лесам колокольни не боюсь. Позже я чуть не бегом бегала по ним и скакала как обезьяна по пальме. После Вольфа за меня взялся Гриша. Он научил меня нулить, то есть прокладывать горизонтальный уровень, и делать обмеры. За один день они научили меня одной из главных вещей в реставрации. Вольф умчался, а мы с Гришей купили вина и поехали в Новоспасский. До Нового года осталось четыре дня. Новый год отмечали тридцатого. На первом этаже нарядили пушистую елку, ее привезли ребята из Звенигорода. Традиционно она будет стоять здесь до Старого Нового года. Я в этот день принесла свою гитару в чехле. Все были нарядные и в приподнятом настроении. Увидев гитару рядом с моим столом, Вольф развеселился,

-Деточка! Ты играешь на гитаре? А что ты поешь? Каков репертуар?-приставал он с вопросами.

- Все пою. Хочешь, всю "Пиковую даму" сейчас выдам, все партии? - и я запела громко, во весь голос "Чем кончилась вчера игра? Конечно я продулся страшно. Мне не везет..." , Вольф был в восторге.Окружающие разинули рты, они не понимали наших шуточек.Стас взглянул вопросительно, оторвавшись от какого-то журнала и вновь занялся чтением. Мы первый раз увиделись после Коломны. Я старалась на него не смотреть и отводила глаза, когда он смотрел на меня. Мне показалось, он понял, что наши отношения прекращены, но я глубоко ошибалась. Он ждал. Как хищник ждет добычу часами, Стас ждал подходящий момент, днями. Застолье было более камерным, чем предыдущее, хотя народу было много. Видимо поводы для праздника были разными, все-таки Новый год. Все закусили и выпили и я принесла расчехленную гитару. Я пела часа два, многие подпевали, особенно песни Окуджавы, а "Синий троллейбус" пели почти все. Я несколько раз пыталась закончить пение, но со всех сторон раздавались просьбы петь еще. Вольф млел и подпевал. Н.Д. просил петь романсы и был приятно удивлен, что романс "Дремлют плакучие ивы" написал мой дед. Он с интересом поглядывал на меня сквозь свое пенсне. Я спела новую окуджавскую песню "Мой конь притомился, стоптались мои башмаки". Наконец, концерт был окончен, народ стал расходиться.

. - Деточка, ты знаешь старый городской романс "Моя маленькая", а? - спросил меня Вольф.

- Знаю. Но пою его редко, он мало знаком.-

- Моя Катя любит этот романс.- Катя, жена Вольфа, доктор наук и профессор химии, пела романсы, а все, что делала Катя, было для Вольфа эталоном, он обожал свою жену. Я ему спела "Мою маленькую" и убрала гитару. Стас весь вечер был хмурым и молчаливым. Когда я одевалась, он подошел ко мне и сказал осторожно

- Пойдем куда-нибудь. Новый год, заодно, отметим.-

- Лучше старый проводить, чтоб не возвращался. Я не могу сейчас, у нас семейный праздник.- соврала я. Стас настаивать не стал. Новый год встретили тихо, мы с мамой поднялись "наверх" к моей тетке, и встречали там. Когда нас расселяли с Пятницкой, мама и тетя Галя просили дать им квартиры в одном доме и тетке дали трехкомнатную на седьмом этаже, а нам двушку на втором. Стас меня с Новым годом не поздравил, ну и фиг с ним. Только спустя время я узнала , что Нина поставила ультиматум Стасу. Она прекрасно знала все,и о том, что он бегает за мной, и про Коломну, и про Ударник, только про дачу не знала, но понимала, что у нас есть свое местечко. Второе января было рабочим днем, но в Новоспасском народу было мало, все заранее записались в журнале. Мы с Гришей немного почертили в чертежах, потом просто болтали и попивали винцо. Время неслось быстро и наступил Старый Новый год.


Георгий


Мы решили просто посидеть в тесной компании. Вольф, Гриша, я, Макс и Таня. Мужчины организовали спиртное, а мы с Таней закуску. Купили мандарины и яблоки, колбасу, сыр, шпроты и хлеб. Я принесла из дома салат в банке, а Таня селедочку.На столе у Вольфа, он был больше остальных, расстелили кальку и накрыли на стол. Еще у нас был кекс и печенье к чаю. Чай заварили, чтобы потом не отвлекаться и сели кто куда. Вольф сел со мной рядышком. Я была в красной короткой юбке в клетку, темно-синем джемпере в облипочку, чуть ниже талии и с вырезом лодочкой, в черных сапогах. Юбка была короткая и подчеркивала стройные ноги. Глаза я подвела и чуть растушевала, получился декаданс. Волосы были распущены по плечам. Вольф, когда увидел меня, произнес восторженно, - Мэри Пикфард отдыхает, деточка!- Мы посидели с полчаса и компания велела браться за гитару. Я начала петь. Мы пели с Вольфом "Часовые любви" когда я краем глаза увидела Георгия, вошедшего в зал и смотрящего прямо на нас. Я запнулась и остановила пение от неожиданности. Он подошел к нам,

- Прошу прощения за вторжение. Я в Москве по делам, до электрички времени много, вот решил вас навестить.- смущенно проговорил он. Вольф вскочил и протянул ему руку,

- Как хорошо, Георгий! Проходи, садись и присоединяйся к нам. Тань, принеси чашку и тарелку. Мы тут Старый Новый год отмечаем. Детка, это отец Георгий из Коломны. Георгий, а эта наша Леночка, красавица и певунья. Тебе что налить? Водочки выпьешь? - Георгий сел напротив меня. Таня принесла ему тарелку, вилку, чашку и поставила рядом с ним. Вольф плеснул ему водки в чашку и протянул баночку с селедкой. Георгий поставил банку на стол. Он был в "штатском", в черных отглаженных брюках, голубой рубашке и в темно-бордовом джемпере с "В"образным вырезом. Его белый хвост был перехвачен черной узкой ленточкой. Я сидела с гитарой, нога на ногу, моя коленка почти упиралась в него.

- Деточка, отец Георгий монах, разверни коленочку в другую сторону, его смущать нельзя. Хочешь, дай мне твою ножку, я подержу и давай продолжай петь, только выпьем сначала.- балагурил Вольф. Георгий смутился окончательно. Я чуть развернулась в сторону Вольфа, боялась случайно задеть Георгия коленкой. Гришка беззвучно ржал. Он налил мне вина и мы чокнулись чашками.

- С Новым годом! - поздравили все друг друга. Я принялась петь, была в ударе. Первой я спела "Неистов и упрям", потом "А как первая любовь" и по накатанной. Георгий внимательно слушал, то краснел, то бледнел, он боялся на меня смотреть. Все расслабились, иногда пели вместе, а он все сидел, молчал и смотрел в пол.

- Ты что такой угрюмый? Праздник сегодня! Ты что, детку испугался? Она очень хорошая девочка, не стерва, не бойся ее, она тебя не съест.- сказал ему Вольф. Я закурила и сделала перерыв. Мы иногда разрешали себе покурить на рабочем месте. Георгий взглянул на меня исподлобья.

- Вы меня осуждаете за курение? - спросила я его.

- Нет, что Вы! Как я могу Вас осудить?- испугался Георгий. - Я, наверное, поеду.- добавил он.

- Мы никуда тебя не отпустим. В кое-то веки приехал к нам и убежать собрался. Сегодня Новый год, посиди с нами, уедешь позже в свою келью. Детка, спой нам романс.- я встала и вышла из-за стола, чмокнув Вольфа.

- Сейчас, будет вам второе отделение, разомнусь минутку, ноги затекли.- проворковала я, походив туда-сюда и поводя плечами. Немного наклонилась и кофточка оголила спину. Георгий покраснел и опустил глаза.

- Детка, не смущай батюшку. Иди сюда, садись.- скомандовал Вольф. Таня и Гришка хихикали.

- Лен, спой про розан.- попросила Таня. Я спела "Моя маленькая".

- А это для батюшки подарок! - и запела окуджавскую "Молитву". Когда я закончила петь, все молчали, так проникновенно я ее спела, мне показалось, что у Георгия блестят глаза. Первый раз за вечер он посмотрел на меня долгим взглядом и сказал,

- Спасибо Вам! Вы очень хорошо поете, я заслушался.- У меня внутри начал растекаться шоколад и я смутилась. Он просидел с нами до конца. Когда стали одеваться, он помог мне надеть пальто. Только потом надел теплую куртку типа "Анарак" и маленькую черную вязанную шапочку. Мы вышли втроем, с Вольфом. Таня с Гришей остались прибрать, Макс ушел раньше. Вольф, не привыкший ходить неспешно, раскланялся и помчался. Его ждали дома.

Мы вышли из арки и остановились под фонарем. Опять фонарь, мелькнула мысль. Мы стояли, не зная, о чем говорить, оба смущались

- Вы на электричку не опоздаете? - он промолчал, словно взвешивая, говорить или не говорить.

- Я приехал из-за Вас, Елена. Мне надо извиниться перед Вами, я тогда по хамски себя повел, простите меня, простите ради Бога! - он опустил глаза и смотрел на свой ботинок, носком которого обивал снег. Затем он медленно и тяжело поднял голову и стал смотреть мне прямо в глаза. В его взгляде была вселенская тоска. Я медленно умирала от любви к нему. Да, я полюбила этого человека, батюшку, монаха! Что делать? "Что мне делать?" хотелось закричать на всю улицу.

- Я давно простила Вас. Я себя виню, а не Вас. У меня случаются необдуманные поступки, о которых я жалею потом. Этот один из них. Мне не нужно было приходить к Вам. Видите, Вас это мучает. Вы не виноваты. Нет. Я сама отвечаю за свою глупость. Это Вы меня простите, я ворвалась к Вам тогда.Просто я,... Ой, ничего, простите меня.- я резко замолчала. Я испугалась, что могу ему признаться. Ни в коем случае! Мы стояли под фонарем, мимо прогромыхал трамвай со звоном. Георгий вдруг предложил,

- Коль мы встретились, давайте пройдемся до метро Таганская, погода,кажется, подходящая.-

- Давайте.- и мы повернули на Таганку. Мы шли и молчали. По пути, ближе к Таганской площади нам попалось кафе с большими окнами. Оно было маленькое, людей в нем было совсем мало, уютно горели настольные лампы на столиках.

- Зайдем, посидим немного? Вы замерзли, наверное? - спросил он. - Зайдем, почему нет?- мы вошли в кафешку. Сели за столик у окна. Георгий помог мне снять пальто и повесил его на высокую вешалку, рядом он повесил свою куртку. Подошел официант, спросил, что будем заказывать.

- У вас чай есть? -

- Только кофе и вино сухое.- я вопросительно посмотрела не Георгия. Он пожал плечами.

- Тогда по бокалу вина и по чашечке черного кофе.- сказала я официанту. Довольно быстро он принес нам вино и кофе. Мы молчали. Георгий вертел бокал за ножку и смотрел на меня. Я пригубила вино и запила глотком горячего кофе. Кофе был так себе, жидковат. Я отодвинула чашку и опять сделала глоток из бокала. Георгий ничего не пил. Потом, все же выпил немного вина.

- Елена, у Вас есть молодой человек? - неожиданно спросил он.

- Нет. А почему Вы спросили об этом?- он замялся,

- Нуу, Вы влюблены в кого-то? - я совсем опешила, что это он спрашивает, к Стасу подводит?

- Да. Влюблена.- я смотрела на него, он смотрел на меня.

- Это Стас? Ой, простите, что я спросил.- он смотрел мне в глаза не отрываясь.

- Нет. Я не люблю Стаса. Я люблю Вас.- его как ударило и он сделал два больших глотка.

- Как это, меня? -

- Да. А что тут удивительного. В Вас ,что влюбиться нельзя? Вы спросили, я ответила Вам. Это мои чувства, Вас они ни к чему не обязывают. Так что не волнуйтесь, просто я честно ответила на Ваш вопрос. Я тогда пришла к Вам, ну вечером тогда, потому, что влюбилась сразу, с первого взгляда, в храме.- он смотрел на меня, в его глазах промелькнуло счастье и страх, одновременно. Он ничего не ответил, но взял мою руку со столика и вложил ее в свою, с длинными пальцами. Моя рука утонула в его ладони. Вот и все! Я пропала! Георгий осторожно перебирал мои пальчики и охрипшим вдруг голосом сказал, почти шепотом,

- Какая маленькая ручка, как у ребенка.- и поцеловал сначала в ладонь, а потом в запястье. Он так и не отпускал мою руку, продолжал держать,

- Я думаю о Вас постоянно, и днем, и ночью. Я не знаю любовь это или нет, но я не могу больше. Без Вас, я сгораю заживо. Я растерян, я теряю себя, я не знаю, что мне делать. Еленочка! Помоги мне! Я умираю без тебя! - проговорил он с отчаяньем. Он прижал мою руку к своим губам и не отрывал их. Я молчала. Я была ошеломлена и растерялась. Я любила его!

- Я не знаю, что мне сказать Вам, тебе. Вы монах, священник, а я обычная девушка, не очень удачливая по жизни и я далека от церкви, я совсем не знаю Вашей жизни, что можно, что нельзя. Что у нас может получиться? Я понимаю, что ничего. У нас нет общей жизни. Тем более я человек свободный, я не терплю давления на себя, не люблю бессмысленных правил, живу я сердцем, а не расчетом. Как вы будете со мной? И потом, Вы монах, Вам нельзя любить девушку,особенно в короткой юбке. Я полюбила Вас, и как и Вы, не знаю, что мне с этим делать. С одной стороны любовь, с другой жизнь, которую нужно проживать. Я могу испортить Вашу жизнь, нарушить ее, а я не хочу причинить Вам боли и мук. Но я тоже умираю без тебя, мой хороший! У меня была уже первая любовь и я знаю, что это. Но мое чувство к Вам, к тебе, совершенно другое. Мое чувство к тебе огромное, как космос и я одна бултыхаюсь в этом космосе. Я знаю, моя любовь к тебе не исчезнет, она вечная и невозможная. Жаль, правда? - он молча слушал закрыв глаза. Помолчав, сказал,

- Я могу оставить служение, и ты станешь моей женой.-

- Нет. Ты возненавидишь меня, когда страсть поутихнет. Я стану причиной твоего отказа от служения. Нет. Я могу погубить тебя. Лучше я буду страдать всю жизнь, чем испорчу ее тебе. Видишь, выхода у нас нет.-

- Я найду выход.- твердо сказал Георгий.

- Пойдем на улицу. Тебе ехать далеко.- сказала я, намекая, что разговор закончен. Мы оделись и вышли на улицу. Я не могла застегнуть пуговицы, так меня колотила дрожь. Он решил мне помочь, но я уронила варежку и он нагнулся за ней, потом выпрямился и стал пытаться надеть ее мне на дрожавшую руку. Он взял мою руку в свою и начал целовать ее в пальцы, в ладонь, в запястье. Он взял мою голову, гладил меня по волосам и начал целовать в лицо. Потом он одной рукой взял меня за затылок, другую, просунув внутрь пальто, положил на спину, притянул к себе и начал целовать в губы. Он терзал мой рот неистово и долго. Чуть приостановившись, впивался в губы вновь. Мы целовались очень долго, никак не могли оторваться друг от друга. Он сжимал мою грудь, тискал твердый сосок прямо через кофту. Я была на грани, он тоже. Как мы смогли оторваться друг от друга? Он отпрянул от меня и быстрыми шагами, почти бегом, пошел в сторону Таганки. Пройдя так метров десять, он остановился и вернулся ко мне,

- Извини, я сам не знаю, что делаю. Пойдем.- Мы пошли к метро не останавливаясь. Только перед входом, Георгий остановился и обнял меня за плечи,

- Милая моя! Еленочка!- сказал он и поцеловал меня долго и нежно. От него слегка пахло ладаном и его борода мягко касалась моей кожи. Мы вошли и спустились вниз. Там он сказал,

- Мне нужно на Ждановскую, тогда успею на электричку.Тебе в какую сторону?

- Мне на кольцо, до Октябрьской.- я не смотрела на него

- Я приеду, обязательно приеду. Я не оставлю тебя в неведении. До свидания, Еленочка.-

- До свидания, Георгий. Не опоздай.- я повернулась и пошла на платформу. Георгий смотрел, как я захожу в поезд. Я старалась не думать о нем, пока не доберусь до дома, не было сил ни на что. Я не знала тогда, что сегодня у него День рождения.


Ожидание


- Как повеселились?- спросила мама, - Отлично, песни пели.- ответила я. Мне не хотелось разговаривать, я хотела остаться одна.

- Что-то я подустала, пойду лягу. Мне завтра к десяти на обмеры.- и ушла в свою комнату. Я разделась не спеша и легла, завернувшись в одеяло почти с головой. Наконец-то я могу спокойно подумать и осмыслить произошедшее. Но выплывал образ Георгия и его страстные поцелуи. Я спрятала голову под одеяло, чтобы снова и снова почувствовать их. Меня никогда, никто еще так! не целовал! Он целовался по другому, его поцелуи влекли за собой, заставляли поддаться им, от них было невозможно оторваться. Хотелось остаться в его поцелуе. Ох! Пропала ты, Алена! Где он научился так целоваться? Он же монах, ничего себе! Меня уколола ревность. Я вспоминала как Георгий необычно называл меня Еленочкой, даже этим он отличался. А его невиданная стать, а фигура, разворот плеч? С ума можно сойти. Он вызывал во мне такое желание, которого я не испытывала ни к кому, никогда. У меня начала кружиться голова от этих мыслей и я увидела образ обнажененой себя в объятиях Георгия. Эй! Притормози, девушка, полегче, ты так себя загонишь в такие дебри из которых не выбраться, остановила я себя. Мечтать вредно. А я? Что я сделала! Я сама, своими руками его оттолкнула, доказывая, что мы не можем быть вместе. Дура набитая! Кто ж так делает? Отказывать любимому в любви. "Но это правда, вы не пара", говорила мне моя совесть. Мне не нужно его ждать, это бессмысленно. Успокоюсь и попробую не думать о нем. Все нутро протестовало, но я решила забыть о Георгии и не ждать ничего. Я представила, как он едет в электричке, страдает и мучается, что я сажусь с ним рядом и утешаю его. Потом представила его дома, одинокого и несчастного. Я увидела его лежащего ничком на кровати в одежде, потом молящемся на коленях перед иконами и еще плачущем навзрыд. Какая я фантазерка! Забудь его. Не думай о нем. Оставь его в покое. Изменить ничего нельзя. Остановись! Под эти уговоры самой себя я уснула.

Прошла неделя, затем другая. Ничего нового не происходило. Как-то вечером к моему кульману подошел Стас. Он облокотился на него и глядя на меня произнес,

- Я соскучился по тебе.-

- И что теперь я должна сделать? - спросила я с прохладцей.

- Давай погуляем, или на дачу к тебе поедем.- с надеждой в голосе ответил мне Стас.

- Не хочу. Я забыла о тебе!-

- И кто этот счастливец? - стал злиться он.

- Дурак! Ты самовлюбленный дурак.- разозлилась я на Стаса. Он ухмыльнулся,

- Бабьи капризы. Когда будешь готова, скажешь.- и отошел от кульмана. Я страшно злилась, он так ничего и не понял. Не понял, как оскорбил меня в Коломне, как мне было больно от его пренебрежения. Что он унизил меня у себя дома. Брр! Я вспоминать об этом спокойно не могла. Фраза "шлюху притащил" меня приводила в бешенство. Он не только не защитил меня, он даже умыться мне не предложил. Втихаря принес чай и бутерброд и чувствует себя героем. Ничтожество! Я чуть не заплакала от злости.

В день зарплаты появилась его жена. Она издали, не подойдя, во всеуслышание спросила меня,

- Что-то, Леночка, ты очень осунулась, бледная стала. Гуляешь мало? - народ навострил уши.

- Я на диете, джинсы не лезут. И у меня насморк для прогулок.- Гришка показал мне большой палец, а Вольф захохотал. Нина фыркнула и отвернулась. Стас что-то коротко и резко сказал ей. Сказала бы я вам! Я и вправду схуднула, ела плохо, аппетит пропал напрочь, много курила. Вообще стала вялая, без задора. Вечерами я была дома, чем радовала маму. По ночам я думала о Георгии, забыть о нем не получалось.Он не появлялся, да я и не мечтала об этом. Я знала, что он не приедет, но в тайне от себя, ждала его. Я часто плакала, когда просыпалась ночью, от безысходности, тоски и любви. Он снился мне во сне и это еще больше терзало меня. Прошел уже месяц, а он так и не приехал. Однажды я увидела сон. Георгий был прикован длинной цепью к дверям храма, он ходил по кругу вокруг него, его волосы развевались на ветру и он звал "Елена! Еленочка!". Я проснулась и долго плакала.


Явление


Была пятница, последний рабочий день на неделе. Наступил вечер, почти все ушли. Остались только Таня, Макс и я. Я тоже решила уходить и взялась за шапочку. Открылась дверь и вошел Георгий. Он смотрел на меня и шел ко мне, взгляд его был отрешенный. Он поздоровался,

- Здравствуйте, Елена! Вы уходите? Я буду ждать Вас внизу, на улице, у входа.- я не произнесла ни слова, только кивнула. Он вышел, а я стала одеваться так, чтобы оттянуть встречу хоть ненамного. Наконец, я вышла на улицу. Он стоял ко мне полубоком. Сделав пару шагов в моем направлении, он сказал,

- Нам надо поговорить.-

- Хорошо.- больше я ничего не смогла произнести. В горле был ком, сердце заныло.Мы пошли рядом по дорожке двора, повернули и остановились напротив изображения Спаса.

- Елена! Я пришел сказать, что потрясен Вами. Мне трудно это говорить, мне хочется говорить Вам совсем другое, но я свою жизнь отдал Богу и не могу нарушить обет. Моя жизнь мне не принадлежит, она отдана служению. Мне очень жаль, но быть с Вами у меня не получится. Мне больно при мысли, что я разбиваю Вам сердце и в надежде, что это не так, я прошу Вас простить меня. Простите меня! Я хочу, чтобы Вы были счастливы и тогда и мое сердце будет счастливо вместе с Вами.- он замолчал, молчала и я. А что сказать? Все верно, я знала об этом. Он не уходил, смотрел на меня виновато. Затем тихо проговорил,

- Елена! Еленочка! - развернулся и пошел к воротам в арке. Я постояла несколько секунд и повернула обратно. Меня душили слезы, на повороте я сошла с тропинки и села в сугроб. Слезы лились ручьем, я их не замечала. Я умирала. Внезапно появился столб сверкающего света, направленного прямо на меня. По этому свету шел человек в белой одежде. Он спустился на снег и шел ко мне. Это был ИИСУС ХРИСТОС! ОН встал рядом со мной и положил свою руку мне на макушку. Шапка упала на снег. ОН гладил меня по голове. Я даже не удивилась ЕМУ и не испугалась.

- Любимая Моя дочь! Не печалься! Я рядом с тобой. Я всегда рядом! Ты Мое любимое Дитя! - мне стало так хорошо, так спокойно, тихая радость разливалась во мне.

- Господи! Христос Иисус, это Ты? Ты пришел ко мне, мой Бог! Я знала, что Ты рядом, всегда знала.- к нам подходил Георгий. Он был ошеломлен и пока шел, крестил себя крестным знамением. БОЖЕ! воскликнул он и упал на колени, как подкошенный, протянув руки к Христу. Иисус сделал ему знак рукой, повелевающий встать. Георгий, как под гипнозом, встал и молчал. Господь начал говорить с ним,

- Ты почему отказался от нее? - и указал на меня. - Ты любишь ее? -

- Очень Люблю! Очень! Хочу стать ей мужем, хочу быть с ней, я мечтаю только о ней! -

- Никогда не отказывайся от Любви! Любовь Основание Всего! Без Любви нет Неба, без Любви нет Земли! Без Любви все тлен! Помни! Не забудь! - Христос повернулся ко мне,

- Дочь Моя, ты хочешь стать ему женой? -

- Да, Господи! Очень хочу быть с ним и принадлежать только ему. Я Люблю его! -

- Подойди и встань рядом с ним. Возьми ее руку. Я Венчаю вас Венцом, во имя Мое! - ОН положил свои руки нам на головы, мы стали на колени. Потом ОН скрестил свои руки и приложил их к груди каждого. Внутри стало тепло и щекотало, будто там порхают мотыльки. ОН скрепил наши сердца, вложив одно в другое, соединив их вместе,. Затем в ЕГО руках появился сияющий знак бесконечности и ОН положил его нам на головы. - Любите друг друга Бесконечно! - Христос простер над нами руки и из них полились струи ослепительного света. ОН достал из складок одежд два золотых кольца и протянул нам их на своей ладони,

- Обвенчайтесь! - мы надели кольца на пальцы друг друга. На кольцах были надписи на непонятном мне языке. ХРИСТОС велел нам встать с колен и начал говорить.

- Теперь вы супруги, муж и жена. Ваш союз заключен на Небесах. На Земле его заключит архиепископ Киприан. В воскресенье вы придете в патриархию утром в десять часов. Отец Киприан будет ожидать вас. Он знает о вас. Георгий, ты не ответил Мне. Почему ты оставил Елену? Ответь сейчас.-

- Я дал обет служить Тебе, Господь Мой! Я дал его в пятнадцать лет. Я не смог нарушить его.- Иисус внимательно слушал и заговорил,

- Такие обеты придумали монахи в первые века. Это Петра выдумка. Монашество портит людей. Они становятся бездушными и мертвыми. Монахи служат не Мне, а своему игумену. Монашество не рядом со Мной стоит, а против Меня. Оно похищает Души. Думай о Моих словах. ВСЕДЕРЖИТЕЛЬ создал своих детей, людей, для Живой Жизни, для Любви, для Творения. Я радуюсь, когда вижу Любовь человеческую. Любовь гора, человек идет вверх по этой горе, иногда падает и идет вновь, многие не выдерживают и падают вниз, многие останавливаются и не идут дальше. Идти в эту гору большое мужество и сильная воля, но тот кто дойдет до вершины обретет полноту себя и своей Души. Георгий и Елена, Любите друг друга, отбросьте премудрости, живите в радостях Любви. Георгий, твоя Душа Елена, она сама Любовь. Потеряешь ее, потеряешь Душу, останется черная пустота. Тела и Души ваши отныне едины. Ласкайте, целуйте друг друга, соитие не для продолжения рода, соитие вершина Любви. Любовь Чиста. Помните! - Господь улыбнулся и провел лучами вдоль моего тела, затем вдоль тела Георгия. Внутри прошла волна вниз и откатилась вверх. Начало пощипывать между ног, слегка заныло внизу живота.

- Вы вновь невинны, прошлое ушло от вас.Теперь вы и ваша Любовь есть друг для друга.- ОН отошел на шаг,

- Я хочу подарить вам в этот день два подарка. Елена ты теперь будешь Ясно Видеть, прошлое и будущее. Ты сможешь врачевать людей. Будь осторожна, не разбрасывай Мой Дар.- ОН положил мне руки на голову и струя света полилась внутрь меня. Меня закружило.

- Георгий, грядет Новая церковь во имя Мое. Эта церковь есть Любовь. Ты выбран, одним из первых, служить ей и принести ее в Мир. Этим ты станешь служить Мне. Обет твой не нарушится. Я тебя наделяю Даром Красноречия. Но грядет большая битва Старой и Новой церкви. Будь внимательным.- Иисус приложил руки к груди и горлу Георгия и тот закрыл глаза. ГОСПОДЬ повернулся и вошел в луч, который стал поднимать ЕГО. Затем ОН исчез. Только снег искрился там, где ОН только что был. Мы стояли потрясенные. Георгий взял мои руки и поцеловал каждую.

- Боже! Еленочка! Ты моя жена? Это Чудо! Это невероятно! - он поцеловал кольца, сначала мое, затем свое.

- Смотри! ОН шел, а следов нет! - воскликнула я, указывая на снег.

- Это же Бог! - ответил Георгий. Ошеломленные, мы не знали, что делать дальше. Мы только держались за руки.

- Где твоя шапочка? Постой тут, я найду, сейчас.- он оглянулся по сторонам, увидел шапку и отошел, чтобы поднять. Тут же вернулся с корзиной в руках. Мы посмотрели содержимое, в ней была большая, больше литра, оплетенная бутыль с неизвестным нам напитком, круг сыра и круглый хлеб, но не магазинный. Еще там было два бокальчика на низеньких ножках из толстого темно-зеленого стекла К бутыли была прикреплена на веревочке потертая этикетка, где было что-то написано. Георгий рассмотрел ее и сказал,

- На арамейском языке. Это свадебное вино.- и положил бутылку обратно в корзину. Мы стали обсуждать, что делать дальше, и я отдала принятие решения Георгию. Решили ехать в Коломну, ему нужно переодеться в рясу для визита в патриархию. Завтра суббота и мы приедем в Москву вечером, чтобы с утра в воскресенье, быть у Владыки Киприана. Мы помчались к метро, нужно быть на Ждановской, и там сесть в электричку. Мы доехали, Георгий ушел взять билеты в кассу, а я в ларек, за минералкой. Наконец мы вошли в электричку. Вагон был почти пуст и мы сели к окошку, оказавшись в уединении. Георгий усадил меня к окну и сел рядом. Мы ничего не говорили, только смотрели друг на друга, не отрываясь. Он взял мои руки и целовал их попеременно,

- Ты моя! Ты моя жена! Невероятно. Я так счастлив! Еленочка моя! - он продолжал целовать мои руки. Я сняла шапочку и расстегнула пальто, он расстегнул молнию на куртке.

- Сделаем себе гнездышко?- я вытащила руки из рукавов и он сделал тоже самое. Накинув одежду на плечи, полы завернули на себя. Получился некий кокон, внутри которого были мы. Я обхватила его за талию и положила голову ему на грудь. Он обнял меня за плечо двумя руками. Мы продолжали смотреть друг другу в глаза, изредка он поправлял мои волосы и целовал в нос и щеку. Так и ехали.

- Давай знакомиться. Я Елена Тимофеева. Мне двадцать один год, исполнился в июле. Я москвичка, живу с мамой, еще у меня есть брат-близнец, Миша. Он в армии сейчас.- представилась я.

- Я Егор, моя фамилия Любомиров, твоя теперь тоже. Я живу один, я детдомовец, родни у меня нет. Мне тридцать лет исполнилось четырнадцатого января.- О, Господи! Он из детдома! Бедный! У него никого нет, и я крепче прижалась к нему.

- Миленький мой! - я поцеловала его в грудь через свитер. Это стало сигналом и он стал целовать мое лицо, поддерживая рукой мою голову.

- Родная моя! Милая моя! Девочка! Малышка моя! Я люблю тебя, мое счастье! - проговаривал Егор между поцелуями. Он крепко прижал меня к себе и целовал, целовал, затем впился в мой рот. Я прижималась к нему, обняв за шею и спину. Мы еле остановились. В вагоне было только два человека, но они сидели к нам спинами.

- Я хочу попить, откроешь воду? - он вытащил из кармана перочинный нож и открыл минералку, потом повозился в корзине и достал бокальчики.

- Хочешь свадебного вина? - спросил Егор. - Да, давай.- он стал открывать бутыль. Сначала он внимательно оглядел бутылку, только затем ковырнул пробку ножом и снял верхнюю часть из воска. Внизу была притертая пробка из стекла, необычной формы. Он покрутил ее и вытащил из горлышка. Егор слегка понюхал содержимое и дал понюхать мне. Аромат был необычный, терпкий и сладковатый. Егор налил вино.

- За новую семью!- предложила я тост.

- За нашу семью! За тебя, моя нечаянная радость! - поднял тост Егор. Мы понемножку выпили. Вино было непривычным и вкусным.

- Судя по всему, оно из древней Палестины, здесь по арамейски написано.- Егор указал на этикетку. Мы начали обсуждать произошедшее чудо и незаметно перешли на разговор о нас самих.

- Я целибатный священник.- я спросила, что это такое.

- Я принял обет безбрачия, прежде, чем был рукоположен. Я не монах, я только собирался им стать, мне постриг назначен в мае. Я готовился к этому со школы. Так вот, брак для таких священников запрещен и женщины тоже, в этой теме целибат как монах.-

- И у тебя никогда не было женщин? - поинтересовалась я. Егор засмеялся, поцеловал меня и ответил "Нет". Он продолжал рассказывать. Рассказал, что родителей не знает, он попал в приют в полтора года в городе Вильно, после обстрела. Мать закрыла его телом и он остался жив. Что назвали его в честь маршала Жукова. Что он с отличием закончил Духовную академию в Ленинграде. Что во флот он пошел специально, там соблазна меньше и хорошая подготовка для будущего монаха.

- А кто же тебя так целоваться научил? Оторваться невозможно от тебя.- он пожал плечами

- Нуу, я конечно целовался несколько раз в последнем классе школы. Мы в "бутылочку" играли, не ударяться же в грязь лицом перед ребятами.-

- Ох! Вот это да! Муж у меня девственник! - то ли восхитилась, то ли удивилась я. Егор покраснел.

- Ты мне сказала, что у тебя уже была одна любовь. Расскажи мне.- попросил он, сконфуженно. Я рассказала ему историю с Федором и добавила в конце,

- Я все забыла, мне не интересен этот человек. Ушли обида и боль. Теперь я рада, что так вышло. Я встретила тебя! - Егор взял мое лицо в руки, посмотрел долгим взглядом в мои глаза и поцеловал меня в губы. Внутри меня начал разливаться шоколад.

- Ты моя! Ты только моя! Я люблю тебя! - шептал он мне.

- Да, да, я твоя на все времена, только твоя! Любимый мой! Желанный мой! - шептала я в ответ. Дверь вагона с шумом отворилась и зашли две контролерши. Они подошли к нам проверить билеты.

- Не процелуйте Коломну, вам выходить.- бросила одна из них. Мы стали одеваться и пошли к выходу.


Суббота


Мы вышли на платформу и пошли по ней к лестнице. Егор поставил корзинку на землю, обхватил меня крепко и закружил.

- Добро пожаловать в Коломну!- сказал и засмеялся он. Потом бережно поставил меня обратно на платформу, взял за руку и мы пошли к его дому. Во дворе храма было темно, горел только наш фонарь. Он открыл ключом дверь, и сказал мне,

- Идем. Это теперь и твой дом.- я сделала первый шаг, переступив порог. Егор снял с меня пальто и повесил его на вешалку рядом с дверью. Он, присев на одно колено, развязал мои ботиночки, достал ногу и держа ее в руках, поцеловал несколько раз, затем проделал тоже самое с другой.

- Мои ножки, мои лапочки! - прошептал Егор. Он начал искать, что мне надеть на ноги, от его шлепанцев я отказалась, мне не нравилось, когда мужчины ходят в носках.

- Дай мне теплые носки потолще, они заменят тапочки.- он поспешил так и сделать. Я огляделась, было очень чисто. Он вернулся, держа в руках серые, толстые носки. Я их надела, мои ноги утонули и я подвернула носки. Егор подошел и начал меня целовать, он двигался со мной как в танце, продолжая поцелуй, пока я не уперлась спиной в стену. У меня кружилась голова, но оторваться от него было невозможно. Я стянула с него свитер, под ним была тонкая тельняшка. Он сделал то же и я осталась в беленькой маечке. Мы целовались, как безумные, я водила руками по его спине и плечам, он обнимал меня и ощупывал мое тело. Дыхание становилось тяжелым.

- Егор, покажи где туалет, я писать хочу.- Егор тяжело оторвался от меня и сказал хрипло,

-Пойдем.- его брюки натянулись и на них выделялся внушительный бугор. Он зажег свет в туалете и в ванной, в которой распахнул дверь.

- Здесь умыться можно, я сейчас тебе полотенце принесу.- пока он ходил за чистым полотенцем, я вышла и стала мыть руки в ванной комнате. Здесь также была чистота. Сама ванна была узкой, была раковина, полотенца висели на крючках, стоял стул и на стене, над ванной, газовая колонка. Он протянул мне вафельное полотенце и я вытерла лицо и руки. Оттуда мы пошли на кухню. Кухня была отдраена до блеска. Посредине стоял обычный кухонный столик со старенькой клеенкой, стул и две крепкие табуретки. Возле раковины была длинная тумба, затем газовая плита. Над тумбой была открытая полка с кухонной посудой. На стене напротив висел закрытый шкафчик и под ним стояла маленькая тумбочка с хлебницей на ней.

- Кто у тебя убирает? Такая чистота везде.- Егор смущенно улыбнулся,

- Я сам убираю. Матросская школа научила. Я люблю машкой помахать.-

- Кто такая Машка?- он рассмеялся, машка от слова махать, швабра по русски.

-Аа- протянула я.

- Ты и лопатой неплохо машешь,- поддела его я. Он посмотрел исподлобья и сказал мне,

- Я простить себя не могу за тот вечер.- нужно учиться держать язык за зубами, сказала я себе. Егор достал графинчик с кагором, красным как кровь, две рюмки, хлеб и сыр из нашей корзинки. Он тонко порезал сыр , а хлеб нарезать не стал, будем отламывать. Открыл холодильник, посмотрел в его нутро и закрыл его.

- Яйца есть. Сделать яичницу? - я отказалась. В доме раздался звонок-колокольчик.

- Маня идет.- сказал Егор и пошел открывать. В кухню за ним вошла та самая сухонькая старушка,и уставилась на меня, будто увидела привидение.

- Мань, познакомься, это моя жена, то есть невеста пока. Еленой зовут.- старушка пробормотала,

- Здрасьте. А я смотрю свет у тебя шпарит, дай думаю, зайду попроведать.-

- Еленочка, это Мария Ивановна, мой ангел-хранитель и подруга. Проходи Мань, садись. Выпьешь кагорчику?- Егор улыбался во весь рот. Зубы у него были ровные и крепкие. Маня села и Егор достал еще рюмку. Он налил нам из графина и произнес,

- За нас с Еленочкой! - мы выпили, я, как обычно, пила глоточками. Егор предложил выпить чаю, но я отказалась. Маня тоже.

- Ладно, пойду я. Дрыхнуть давно пора.- сказала она и вышла с кухни. Егор проводил ее, они пошептались и он закрыл дверь изнутри. Он вернулся на кухню, сел, положил голову на руки, сложив их на столе, и смотрел на меня неотрывно. Я засмущалась.

- Ты так хороша! Я в жизни не видел такой красавицы! - он встал, подошел и поднял меня со стула. Затем сел сам и посадил меня себе на колени. Он крепко прижал меня и целовал не отрываясь. Он гладил и мял мои груди изредка постанывая.

- Можно я это сниму- он имел в виду лифчик.

- Мне нужно в ванную ненадолго.- прохрипела я. Егор с трудом отпустил меня. Я пошла в ванную.

- Какое полотенце можно взять, каким ты вытираешься после душа? - он показал и вышел. Я быстро сполоснулась, надела маечку на голое тело и обернула бедра полотенцем. Простирнув трусики, я попыталась забросить их на веревку над ванной, но было высоко и я позвала Егора.

- Егор, я никак не достану, повесь пожалуйста.- он взял мои мокрые трусики, прижал к своему лицу и втянул воздух. Постоял так и аккуратно разгладив, повесил на веревку. Мне показалось, что он впервые увидел женские трусы. Повернувшись, он уставился на меня, его взгляд тяжелел и уходил вглубь. Его шоколадные глаза манили. Внутри у меня разливался этот шоколад. Егор взял меня на руки и понес в комнату, где была уже расстелена чистая постель. Он аккуратно посадил меня на нее, не отпуская взглядом, стянул тельняшку, брюки и носки, и кинул их на пол. На нем остались только темно-голубые трусы. Он подошел и встал на колени к моим голым ногам. Он целовал мои ноги, проводил по ним языком и сбросил с меня обмотанное полотенце. Затем снял маечку и зарылся лицом в моих грудях. Что он творил с ними! Он ласкал, мял, гладил их, а его губы целовали торчащие соски. Я млела, начала выгибаться и ерзать, пытаясь стянуть с него трусы. Он встал и рывком сбросил их. Я ахнула, увидев его член. Он был огромный, с большой круглой головкой и торчал вверх выше пупка. Я застонала от предвкушения и невольно раздвинула ноги. Егор опять встал на колени и гладя внутреннюю сторону моих бедер лизал их и целовал. "Мммм" только и мог он произнести. Следом за бедрами он добрался до интимного местечка, сунув туда два пальца.Там все было мокро, он раздвинул пальцами влажные складки и впился ртом в самое нежное место. Я о таких ласках даже не слыхала. Я извивалась, приподнимала попу и издавала нечленораздельные звуки, а он продолжал пить меня. У меня начался оргазм, первый в моей жизни. Я закричала "Аааай" и затрепетала. Егор встал с пола, одним сильным движением уложил меня вдоль кровати и встал на колени между моих бедер. Он гладил и целовал мой живот, взял в руки груди, стал целовать меня в рот. Я потянула его на себя и он оказался на мне, его распухший твердый, как металл, член уперся мне в живот. Я, широко раздвинув ноги, обвила его ими за талию и он начал входить в меня осторожно. Я приподняла попу и он пронзил меня рывком. Я ойкнула, а он начал отбивать во мне ритм, старый как мир .Он держал меня за попу и убыстрил темп, я кончила опять и в моем оргазме он излился в меня. Мы оба прерывисто дышали, но он продолжал быть во мне. Затем аккуратно вышел и лег на бок, тесно прижавшись. Я тоже была на боку, кровать была слишком узкая, чтобы разметаться по ней. Я легко перебирала его волосы, целовала его глаза, уголки губ и плечо. Наконец, Егор произнес,

- Боже! Какая ты сладкая! Какая пылкая! Я никогда в жизни не испытывал такого блаженства! Моя девочка! Моя малышка! Счастье мое! Благодарю тебя, моя милая, обожаемая моя! Я люблю тебя! Я твой!-

- Пойдем в душ, нужно обмыться.- мы встали с постели, на простыне было два пятнышка крови. Я оказалась девственной.

- Что это? Я тебя поранил?- испугался Егор.

- Нет, это ты меня девственности лишил.- Егор потерял дар речи. Он схватил меня в охапку и стал покрывать поцелуями, так и донес до ванной. Обратно тоже нес на руках, чтобы я не шла босиком. Это была упоительная ночь! Егор не сдерживал себя, он был очень сильным мужчиной. Нежный и ласковый, пылкий и страстный, он брал меня снова и снова. Мы уснули с ним под утро.

Проснулись мы только к полудню. Пили свежезаваренный чай, ели яичницу и козий сыр из корзинки. Решили, что поедем на шестичасовой электричке. Я позвонила маме, телефон у Егора был в коридоре, стоял на одном из подоконников.

- Ты где? Почему не звонишь? Я изволновалась.- спросила мама.

- Мам, мы приедем вечером. Ты не волнуйся, у меня все хорошо. Я в Коломне. Жди нас.- без объяснений протараторила я.

- Какая опять Коломна? Стас звонил недавно. С кем ты? Что значит "мы"? - мама продолжала спрашивать.

- Дождись вечера, все увидишь. Сейчас ничего объяснять не буду. Только прошу тебя, держи себя в руках, пожалуйста! Иронию свою прибереги, это не тот случай.- я повесила трубку.

- Тебя тревожит реакция твоей мамы на меня? - спросил Егор.

- Немного, я же знаю свою маму. Хотя мне все равно, кто и как среагирует. Для меня важен только ты и только твои реакции мне не безразличны.- Он меня обнял и начал целовать

Егор пошел в ванную мыться, бриться, а я внимательно рассмотрела его дом. Через весь дом был длинный коридор, как школьный, с тремя окнами, и входной дверью. По другую сторону коридора вход в маленький коридорчик перед кухней, затем две комнаты Егора, и опять коридорчик - закуток. Дальше все зеркально повторялось. Я вошла во вторую комнату Егора, она была небольшая и узкая. Здесь висело много икон с лампадкой, стояла свечка на маленьком столике, лежала толстая библия. У окна был письменный стол, на нем старенькая настольная лампа. Еще была кушетка и шкаф для одежды. У противоположной стены стояла самодельная полка с книгами. На окнах были белые занавески в пол-окна, такие же как на кухне. Я перешла в спальню, она была большая с широким окном. Здесь был шкаф для белья и одежды, узкая кровать, которую я уже узнала, старенькое кресло и маленький столик у кровати. На столике стояла ночная лампа-грибок. Еще было два стула и занавески на окне. Ой! Штор нет, а мы голые здесь сверкали. Вошел Егор, обнаженный, с полотенцем вокруг бедер. Ох! До чего же хорош, красавец мой! Сердце мое забилось быстрее. Я подошла к нему и стала оглаживать его тело, руки, плечи, грудь и живот, особенно живот, втянутый, с дорожкой мягких волосков, он притягивал меня больше всего. Я целовала его маленькими поцелуями. Егор скинул полотенце и увлек меня в постель.

Мы были готовы к выходу, Егор был в шелковой рясе с широким подолом, на груди наперсный крест, его сапоги были начищены до блеска, на голове была скуфия. Он взял свой паспорт и предписание на службу в своем приходе. Документы он положил во внутренний карман куртки и застегнул его на кнопку. Мы вышли. Ехали веселясь, рассказывали разные истории из жизни, много смеялись. Вдруг Егор спохватился,

- Ой! Я в этой суматохе забыл посмотреть надписи на кольцах.- он снял с пальца свое кольцо и начал его изучать.

- Написано по древнегречески. "Любовь есть жизнь. Любовь бесконечна". Внутри на арамейском,

"Люби ее вечно" ЕЛЕНА 16.02.1973."- я захлопала в ладоши от радости, так мне понравилась надпись и стала стягивать свое кольцо. Егор меня остановил,

- Родная моя! Не надо, не снимай его. Я хочу, чтобы ты носила его на своем пальчике всю жизнь-

- Егор! Я хочу посмотреть твое имя на моем кольце. Ну, пожалуйста.- Егор уступил, как уступают детям. Я протянула ему колечко. Он прочел,

- Здесь та же надпись, внутри написано"Люби его вечно. Георгий 16.02.1973". Вот, смотри, имя. Видишь?- я увидела "GEORG". Он поцеловал колечко и надел его на мой палец. Поезд подъезжал к "Ждановской".

Мы стояли у двери нашей квартиры. Было видно, что Егор взволнован. Я ключами открывать не стала и позвонила в звонок. Дверь открыла тетя Галя. Мы вошли и мама вышла с кухни, она смотрела на нас с обычной укоризной.

- Здравствуйте. Я Егор. Будущий муж Елены.- неожиданно для меня представился Егор. Мама сказала - Здравствуйте, будущий муж.- и замолчала. Тетка смотрела на нас не скрывая интереса.

- Моя мама, Тамара Павловна, а это моя тетя, Галина Пантелеймоновна.- представила я их.

- Очень приятно, батюшка. Ленка, какой симпатичный Егор.- проговорила тетка.

- Вы в каком храме служите? - продолжала тетя Галя.

- В кафедральном соборе "Богоявления" в Коломне. В чине иерея.- ответил официально Егор.

- Ух, ты! Здорово! Тамара, что стоишь, принимай зятя.- вывела она маму из штопора. Я взяла куртку у Егора, повесила ее в настенный шкаф и дала ему Мишкины тапочки.

- Проходите- сказала мама, когда Егор был уже в тапках. Я взяла его за руку и повела по квартире, показать. Его заинтересовали книги в стеллажах вдоль стен.

- Идите ужинать, все готово.- крикнула мама с кухни. Мы вымыли руки и сели за стол. Егор держался прекрасно. С достоинством и просто, без подъигрований. Я сияла от радости.

Мама приготовила вкусный ужин, она вкусно готовила. Котлеты с картофельным пюре и с солеными огурчиками, селедочка, идеально очищенная и изящно порезанная на кусочки, клюквенный морс в белом кузнецовском кувшине. Моя мама умела создать уют и красоту из ничего.

- Ну, я пошла. Меня Миша ждет ужинать.- сказала тетя и ушла кормить мужа. Мама сняла свой чистый фартук и села с нами за стол. Она начала задавать вопросы и Егор отвечал на все. Он сказал, что завтра в патриархии нас должны обвенчать.

- А в чем будет Алена? Платья же нет?- Егор ответил,

- Я думаю, там все предусмотрено, несомненно платье и фата ждут Еленочку.- мама зыркнула в мою сторону.

- Но Алена не крещенная, разве можно ее венчать? - она явно намекала, что ее интересует зарегистрированный брак. Егор ей объяснил, что венчают только при наличии свидетельства о браке из ЗАГСа, что меня окрестят до венчания, что там все решат как надо.

- А давно ли вы знакомы? Где вы познакомились?- начался мамин допрос. Я перехватила инициативу и сказала маме,

- Мам! Хватит мучить Егора вопросами. Что, где, зачем, почему, ему неловко от твоего натиска.-

- Мы познакомились в Коломне. Два месяца назад.- ответил Егор и добавил - В храме.-

- А что у вас за кольца на руках?- продолжала мама. Я быстро ответила,

- Это мы с Егором помолвку устроили.- мама, кажется, удовлетворилась ответом.

- Давайте пить чай. Алена, принеси чашки с птицами.- велела мне мама и стала убирать со стола.Я принесла чайные чашки с блюдцами и тарелочками, саксонского фарфора "Сакс", положила чайные серебряные ложки и по льняной салфетке каждому. Мама заварила вкусный чай, поставила на стол сахарницу, кекс в маленьком, длинном блюде, вишневое варенье, печенье и шоколадные конфеты россыпью в чаше. Я ухаживала за Егором, подсовывала ему конфеты и кекс. Он предпочел варенье с печеньем.

- В детском доме, варенье было для нас счастьем.- сказал Егор. Мама осмотрела его пристальным взглядом. После чаепития я решила выбрать, что завтра надеть. Егор спросил,

- Можно мне книги посмотреть, пока ты занята? - я проводила его в комнату и усадила в старинное вольтеровское кресло с львиными мордами.

- Почитай, я недолго.- и ушла к маме выбирать наряд. Я выбрала вишневое платье с белым отложным воротничком, оно мне было к лицу, только выглядела я в нем как гимназистка. Мама посоветовала вызвать такси на утро, я пошла к телефону сделать заказ, но телефонный звонок меня опередил. Звонил Стас! Ничего себе, что ему нужно?

- Я тебя хочу увидеть. Давай встретимся сейчас.- он явно был "подшофе".

- Нет! Я не буду с тобой встречаться, и вообще я сейчас занята.- холодно ответила я.

- Прошу, пожалуйста! Я знаю, что виноват перед тобой. Я тебе все объясню.- уговаривал Стас.

- Нет! Не хо-чу! Забудь обо мне, меня нет. Думай, что я уехала за полярный круг. Все.- и повесила трубку. Еще Стаса мне не хватало. Я кипела. Как чувствует, мерзавец. Выдохнув, я стала звонить в такси. Я зашла в комнату к Егору, он рассматривал большой папин географический атлас. Он поднял на меня глаза и в них была растерянность. Я подошла к нему, поцеловала и обняв за плечо, повертела перед ним кольцом на пальце и снова поцеловала его. Он ни о чем не спросил.

- Я в ванну сейчас залезу. Помокну и вымоюсь. Я быстро, долго не буду. Хочешь, ложись, я расстелю сейчас. Да, я такси на девять часов вызвала. Стас сейчас звонил, пьяный. Мерзавец! - Егор дернулся, но ничего не сказал. Я расстелила постель на большом диване, положила две подушки, затем принесла вешалку для рясы,

- Зацепи за книжную полку, чтобы повыше висела, я иду мыться.- Егор не произнес ни одного звука, только кивнул головой. Я включила воду в ванне и стала мыть голову. Затем помылась сама. Я торопилась, настроение у Егора явно испортилось, нужно как-то исправлять ситуацию. Я не могла не сказать Егору, чей это был звонок. Мне не хотелось начинать нашу жизнь с обмана. Я вышла, надев махровый халат, с полотенцем на голове. Мама уже легла и позвала меня к себе.

- Он сегодня три раза звонил, что он хочет?- с тревогой спрашивала мама.

- Что,что. Меня он хочет, вот что. Спи, не думай об этом. Я его уже давно отбрила, а он никак не угомонится.- мама вздохнула тяжело и сказала,

- Ох, Алена, Алена. Хоть бы ты поумнела. Ладно, иди к своему батюшке.- я вышла от нее. Егор не ложился, сидел в кресле с книгами "История инквизиции" Чарльса Ли. Он был без рясы, в черных брюках и белой тонкой рубашке без воротничка. Ряса висела на книжной полке.

- Это очень редкое издание. Его днем с огнем не сыщешь.- он показал рукой на тома книги.

- Возьми почитать. Мы теперь одна семья, можешь брать любые книги.- и начала сушить волосы полотенцем.

- В другой раз возьму, завтра будет не до этого.- Егор встал, подошел ко мне, обнял и прижал к себе. Спросил,

- Ты любила Стаса? Ответь, мне это важно знать.-

- Нет. Я не любила его ни одной минуты. Я скорее его боялась, слишком упорно он за мною бегал и домогался. Ты сомневаешься?-

- В твоих словах, нет, нисколько. Я его не встречал за эти месяцы, но до этого он мне рассказал о тебе, спрашивал совета, как ему поступить. Он любит тебя, ты знаешь об этом?-

- Знаю, конечно. Только я считаю, что он не способен любить кого-нибудь, даже себя, любимого. Уж не знаю почему, но у него нутро паршивое, чести в нем нет и порядочности, одна бравада. Он не мужчина, он капризный испорченный мальчик, а женщин он презирает и боится их. Да, ну его, нашли о чем говорить в такой вечер. Я его отшила, вот он и бесится. Не хочу даже вспоминать о нем.- Егор поцеловал меня и начал раздеваться. Мы еще не знали, каков Стас на самом деле, и что ждет нас впереди.


Воскресенье. Венчание.


В семь утра я проснулась. Егор стоял на коленях у окна и молился. На окне стояла иконка "Преображение Господне". Видимо он взял ее из дома. Он тихо шептал молитву и крестился. Я тихонько наблюдала за ним, мне понравилось как он это делает. На него было приятно смотреть. Егор закончил, встал и подошел ко мне. Он улыбался. Поцеловав меня он сказал,

- Просыпайся, родная! Пора вставать. Какая ты вкусная после сна, хочется тебя съесть.- и он губами прикусил меня за грудь. Я заверещала на него,

- Что ты! Вдруг синяк появится. Как же меня крестить будут. Разденусь, а у меня синяк на таком месте.- Егор рассмеялся,

- Ты решила, что тебя догола разденут? Не бойся, голыми только младенцев крестят, такую взрослую девочку будут крестить в рубашке. - он продолжал смеяться.

- Ну, что ты хохочешь? Откуда я знаю, вот поженят нас, тогда кусайся сколько влезет.- строго сказала я. Егор перестал, затем опять рассмеялся,

- Я представил, как тебя голенькую батюшка крестит и мне стало жаль того батюшку.- он веселился, я тоже рассмеялась. Мама за дверью спросила,

- Егор, Вы кофе будете пить или чай? Алена, вставай, до такси только полтора часа.- Егор вышел из комнаты и сказал маме,

- Не волнуйтесь, мы не опоздаем. Если не сложно, я буду чай покрепче.- мама пошла заваривать свой коронный чай. Я встала и пошла умываться.

- Ты умылся уже? Я тебе чистое полотенце повесила вчера, а сказать забыла.-

- Я разобрался, и полотенце нашел.- он прихватил меня за попку, пока мама не видит. Мама уже накрыла завтрак и варила мне кофе. Чай был заварен. Она сделала омлет, тонко нарезанная колбаса и тончайший сыр были на тарелке. Масло, хлеб и кекс стояли на столе. Мы завтракали и болтали. В восемь позвонили из такси, подтвердить заказ. Я начала одеваться в маминой комнате. Я одевалась, тщательно разглядывая себя в зеркало. Белье одела новое, чешское. Маленькие белые трусики с вышитым цветком, белый лифчик с прошвами и тонкие колготки. На ноги я решила надеть черные лодочки, не по сезону, но до такси добегу. Последним надела платье. Мама вечером пришила к нему красивый кружевной воротничок молочного цвета. Волосы я завернула низким узлом и закрепила черепаховой заколкой. Я повертелась перед зеркалом и осталась собой довольна. Вошел Егор в рясе, увидев меня произнес,

- Какая ты красавица! Неужели это моя жена? Ты ж совсем юная девочка. Скажут, школьницу соблазнил.- Мама стояла позади Егора и смотрела на нас теплым взглядом.

- Я хочу пожелать вам счастья, ребята. Берегите друг друга, не ссорьтесь, уступайте друг другу. Будьте счастливы, дети! - мы расцеловались с мамой. У меня заблестели слезы.

- Аленушка, смотри, там не заплачь, держись. Она у меня очень ранимая, нежное создание. Не в меня. Чувствительная через чур. Береги ее, Егор. Она драгоценная девочка. Вверяю ее тебе.-

- Я знаю, какая Еленочка чудесная девушка. Я никогда ее не обижу, даю Вам слово. Я очень сильно ее полюбил.Спасибо Вам, мама, за доверие и теплые слова.- проникновенно сказал Егор. Мы оделись и вышли, мама проводила нас до такси.

В патриархию мы доехали быстро, не было еще десяти. Мы сняли пальто и куртку, оставив их в гардеробе. У меня была маленькая сумочка, номерки от пальто я положила туда. Егор осмотрел меня и вдруг вспомнил,

- Ох, я забыл совсем, тебе же волосы нужно покрыть. Платочка нет!- он растеряно огляделся.

- Налево лавка открыта, там можно купить.- сказал, проходивший мимо человек в рясе и указал рукой направление. Мы нашли магазинчик за стеклянной дверью и вошли в него. Там продавали церковные принадлежности. Кресты и крестики, подсвечники, иконки и многое, чего я не знала. Платков каких только не было, мы выбрали два шелковых палантина, белый и дымчатый, с бахромой на концах.Егор сам надел на меня белый, закинув концы за спину.

- Вот так! Теперь хорошо, душенька моя! - любуясь, сказал Егор. Мы пошли искать приемную Владыки Киприана. Было ровно десять часов. Нас ждали, секретарь Владыки пригласил нас в его покои. Это был своеобразный кабинет, весь в иконах. Нам навстречу поднялся из кресла, белый как лунь, величественный старик в очках в золотой оправе. От него исходило сияние, таким он был благообразным, на лице отображалась мудрость. Я узнала этого человека, я видела его несколько раз в храме "Всех скорбящих радость" на Ордынке. Я посещала этот храм, известный на всю Москву, своими "концертами" духовной музыки.Только в нем можно было услышать "Всенощную" Рахманинова и "Литургию" Чайковского в исполнении Свешниковского хора. Изредка там пел и сам Иван Козловский. Все московские меломаны и интеллигенция бывала на этих концертах-службах. Егор подошел к Владыке и приложился к руке.

- Я вас жду, молодые люди! Не стесняйтесь и садитесь в кресла. Я вас поздравляю с брачным Небесным союзом, но нужно и здесь, на тленной Земле, его закрепить. Сейчас проведем обряд крещения Елены, затем вам выдаст "Свидетельство о браке" служитель ЗАГСа и последним проведем обряд венчания. Как, Георгий, я ничего не упустил? - с добродушием спросил Владыко. Он вызвал секретаря,

- Принеси все для крещения Елены и зови матушку Евлампию. Отца Георгия проводи в ателье для примерки. И предупреди швей для Елены, пусть поторопятся.- дал указания Владыко Киприан.

- Вы пока колечки мне отдайте, до венчания у меня побудут.- Мы сняли кольца и отдали ему. Он положил их в маленькую коробочку и убрал в стол,

- В первом веке колечки эти впервые пришли. Третий раз их надевают, теперь уж в последний.-

рассказал нам Владыко, чем озадачил Егора. Только через двенадцать лет мы узнаем историю наших колец. Егор и секретарь ушли, мы остались с Владыкой наедине,

- Елена, сегодня для тебя важный день, ты станешь православной христианкой. Ты знакома с Иисусом Христом не понаслышке (здесь он улыбнулся), ОН был крещен в водах иорданских, Иоаном Крестителем. Также ты станешь женой иерея, матушкой. Это большая нагрузка, нужно все тщательно взвешивать, во что одеваться, как разговаривать, как держать себя. Матушка, это главная помощница мужу в его служении, а служение у Георгия будет нелегким. Не забывай этого. Тебе дан Дар, ты скоро привыкнешь к нему. Не афишируй его, пользуйся им осторожно, люди не поймут и не оценят его. Ну, милая девочка, пожалуй мы готовы.- Владыко поднялся из своего кресла и повел меня куда-то. Мы зашли в просторную комнату, похожую на церковь, это и была храмовая комната. В ней были царские врата, амвон со свечами, иконы и изображения на библейские темы. В углу стояла шелковая ширма, а посредине комнаты большой чан. В храме нас ожидала немолодая монахиня, она держала в руках что-то белое и свернутое.

- Проходи за ширму, там разденешься и одень вот это. Я буду рядом.- монахиня протянула мне сверток. В нем была простыня с вышитыми гладью золотыми крестами в уголках и легкая,из муслина, белая, ниже колен, сорочка. Я разделась и одела сорочку, она была невесома, на плечи я накинула простыню. Мать Евлампия, велела мне распустить волосы и я вытащила заколку. Она сняла с меня простыню и набросила мне на голову мой палантин. В таком виде я предстала перед Владыкой. Два служки принесли воду и кувшин. Начался обряд. Владыко был одет в белую ризу, он начал читать евангелие и задавать мне вопросы, я отвечала "да" или "нет". Он освятил крестом воду в чане и велел мне залезть в него. Я встала в воду. На мгновение подняв глаза, я увидела ХРИСТА рядом с собой. ОН улыбался и сделал движение рукой. Вода заиграла искрами света, который изливался на меня из ЕГО рук. Киприан спокойно и негромко читал. Затем ИИСУС брызнул на меня водой три раза и у меня все закружилось вокруг. Владыко произнес " Во имя Отца и Сына и Святого Духа" и надел мне на шею маленький золотой крестик на длинной тончайшей цепочке. ХРИСТОС ИИСУС поцеловал меня в лоб и начал медленно исчезать. Из-за ширмы вышла Евлампия и накинула на меня простыню. Я стала православной христианкой! Владыко поздравил меня,

- Поздравляю тебя, Елена с принятием Святого Крещения! С этой минуты я твой крестный отец и духовник. Поди оденься, дочка.- я зашла за ширму, оделась и вышла. Евлампия забрала мокрые вещи и унесла просушить, чтобы вернуть их мне сухими. Значит меня окрестил сам Господь? Я не понимала всей важности этого события. Мы вернулись в кабинет Владыки Киприана, у секретаря нас ждал Егор. Он поздравил меня и поцеловал в щеку. В кабинет, вслед за нами вошла тетя из ЗАГСа с большой книгой. Она записала наши имена и велела расписаться в указанных ею местах. Затем она протянула Егору свидетельство, сухо поздравила нас и ушла. Мы открыли свидетельство и Егор прочитал,

- Муж: Любомиров Георгий Николаевич, жена: Любомирова Елена Дмитриевна.- он сиял и поцеловал меня в весок.

- Я так рад, что ты Любомирова! Теперь и у меня есть семья.- тихо сказал он.

- Я потом тебе расскажу интересное про крещение.- шепнула я ему на ухо, пока он рассматривал крестик. Владыко все это время разговаривал по телефону. Вошел секретарь, доложил, что все готово и позвал нас с собой. Он передал меня пожилой монашке и та повела меня к портнихам одевать свадебный наряд. Меня усадили на банкетку. Велели опять раздеться и сложили мою одежду в пакет, аккуратно все уложив. Девушка принесла мне белье, трусики с шитьем и тоненькие колготки. Лифчика не было.

- А лифчик? -спросила я у девушки.

- Вам не нужен лифчик.- ответила она. Я постеснялась спросить почему. Меня пригласили в примерочную, там висело платье. Я даже не поняла сначала, какое оно красивое. Швеи надели его на меня. Длинные рукава, лиф и спина до уровня подмышек были из тонкого кружева шантильи. На абсолютно прозрачном полотне редко разбросанные цветы и листья. Платье все было из шантильи, от подмышек шел чехол из муслина, в бока были вставлены косточки чтобы поддерживать грудь. Фасон был облегающий до талии и широкая юбка с легкой сборкой, шея была чуть оголена круглым вырезом, застежка на маленьких плоских крючках по спинке. Платье струилось вниз мягкими складками. У меня не было слов! Начали укладывать волосы. Я поняла, что мои волосы стали гуще и толще после крещения. Волосы у меня прямые и это сразу стало заметно. Мне заплели косу. К средней пряди прикрепили длинную нить с жемчужинами и махонькими бриллиантиками и начали вплетать ее в косу. Коса была толстая, до лопаток. Остались обувь и фата. Принесли простые, на плоской кожаной подошве, лайковые лодочки, совсем невесомые. Очень стильные. Все сидело идеально! Откуда они узнали мои размеры и мерки? Меня озадачил этот факт, но я увидела лицо Христа в мыслях, и все поняла. Фата оказалась необычной. Мне надели на голову плетеную шапочку из такой же нити как в косе, джульетку, и к ней был прикреплен длинный шлейф из тонкого шифона. Я смотрела на себя в зеркало и не верила своим глазам. Я себя не узнавала. Из зеркала на меня смотрела девушка с сияющими серыми глазами и яркими губами, стройная и юная невеста. Интересно, что скажет Егор? Появилась Евлампия с маленьким букетом белых роз. Она внимательно осмотрела меня и осталась довольна. Евлампия взяла меня за руку и повела в храмовую комнату, где нас ждал Егор. Монахиня передала меня из рук в руки Егору и отошла в сторону.Когда мы входили и Егор меня увидел, у него округлились глаза. Он явно был не готов к такой невесте. Он весь сиял от восторга и не мог выговорить не слова,

- Девочка моя! Драгоценная моя девочка! - все, что он смог произнести.

- Тебе нравится? - спросила я, подняв на него глаза.

- Я не могу найти слова, чтобы сказать тебе об этом! Неужели ты моя жена? До сих пор не верится! - Он тоже был очень хорош! Черные брюки, сидевшие на нем как влитые, белая батистовая рубашка с воротником "апаш" и широкими присборенными рукавами.на заниженном плече.Высокие ботинки из тонкой кожи типа "челси". Его наряд особенно подчеркивал его стать. Он был похож на аристократа из прошлого века. Я любовалась им!

- Хорошо, что я без каблуков. Я могла бы упасть от твоего вида. Ты не представляешь, как ты красив и хорош собою. У меня даже ноги подкашиваются от восхищения.- и прошептала ему в ухо,

- Я хочу с тобой в постель.-

- А, я? Я хочу в твою сладкую мышку.- я вмиг сделала серьезное лицо, чтобы спустить пары. Егор меня понял. Вошел Владыко Киприан и с ним еще двое молодых служителей. Шаферы, промелькнуло в мыслях. Они взяли венчальные венцы и две большие венчальные свечи, которые дали нам в руки зажженными от алтарной свечи. Таинство началось. Я стояла как в тумане, где были только МЫ. Владыко перевил наши руки льняным вышитым полотенцем, читал, говорил, водил нас по кругу, поил из золотой чашечки вином, но туман не рассеивался, были только Мы. Я очнулась, когда Егор надевал мне на палец кольцо, и я надела кольцо ему на палец,и поцеловала этот символ нашей Любви. Владыко поздравил нас и пригласил к себе в кабинет. В кабинете, оставшись наедине, Владыко поздравил нас еще раз,

- Вы венчаны на Небесах самим Господом! Что я могу вам пожелать? Помните об этом событии всю жизнь, помните, кто ваш ПОКРОВИТЕЛЬ и БЛАГОДЕТЕЛЬ! Господь с вами! Не забывайте! Пронесите свою Любовь через всю вашу жизнь. Вон, красавы какие, любуюсь на вас.- он подошел к нам и трижды расцеловал. Затем сел в свое кресло и позвал первой меня,

- Подойди ко мне, доченька, красавица! Тебе первой свой подарок дарю.- он взял со стола бархатную коробочку, и достал оттуда ожерелье из небольших бриллиантов с рубиновой подвеской посредине. Носи и помни старика.- он надел мне ожерелье на шею, камни сверкали и переливались. Я смутилась совершенно, и в порыве благодарности расцеловала Владыку.

- Ладно, ладно, иди дочка. Георгий, тебе мужской подарок, теперь у тебя красавица жена есть. Я тут услыхал, у тебя в доме пусто, так вот тебе на обустройство подмога. Такую женушку нужно баловать.Подойди.- Егор подошел к Владыке и тот вручил ему конверт.

- Спасибо, Владыко! - сказал Егор и приложился к руке. Владыко рукой отпустил Егора и он встал рядом со мной. В кабинет вошел секретарь, он нес на подносе бутылку шампанского и бокалы.

- Владыко, все уложено, можно ехать.- поставил поднос на стол и вышел.

- Ну, жених! Иди открывай шампанское. Выпьем понемногу за вашу новую жизнь и семью.- Егор аккуратно открыл бутылку и налил шампанское в бокалы. Мы чокнулись и выпили.

- Что-то горькое вино, может подсластите?- лукаво улыбаясь сказал Владыко. Егор обнял меня за талию и поцеловал в губы.

- Вот так-то лучше. Там вам кое-что припасли с собой, возьмете, а машина вас до места довезет, до Коломны. Елена, ты мне звони, когда нужен буду, не забывай меня. Георгий, ты тоже обратись, если понадоблюсь.- он махнул нам рукой, давая понять, что встреча завершилась. Мы вышли и секретарь пошел нас проводить. Он привел нас в небольшую комнату и сказал,

- Подождите здесь недолго, сейчас ваши вещи принесут, оденетесь.- и вышел. Скоро пришли служка и монашка средних лет. Они принесли наши вещи, большой пакет и мою сумочку, где были номерки.Я отдала их служке.

- Здесь Вам шубка и ботинки.- обратилась ко мне монашка. Она открыла пакет и достала белую короткую шубку из ягненка и белые теплые ботиночки. Я надела ботинки, они были с мехом внутри, а шубку мне набросила на плечи монашка. Мое пальто и белые лодочки положили в пакет, его взял служка. Егор надел свою куртку, и мы с сопровождением пошли к выходу из патриархии. На улице, перед лестницей стояла "Волга" пикап, вся задняя часть была в больших коробках, на переднем сидении тоже стояла коробка.Из машины вышел водитель и представился,

- Николай Сергеевич. Я вас повезу, куда скажете. Садитесь поудобней, путь не близкий.- он открыл заднюю дверцу и мы сели в машину.

- А можно через Беляево проехать? Мне надо домой забежать, к маме.-

- Без вопросов. Не волнуйтесь, быстро домчимся.- ответил водитель. Мы тронулись в путь, в наш первый путь. Егор взял руками меня за лицо и поцеловал меня долгим поцелуем.

- Женушка! Моя родная девочка! Любимая моя! Я так счастлив! - я тоже взяла его за лицо и поцеловала.

- И я очень счастлива, любимый мой! Желанный мой! Егорушка! Любовь моя!- у него в глазах блеснули слезы и я поцеловала их. Было почти три часа дня, в машине было тепло и мы расстегнулись. Решили не снимать верхнюю одежду до мамы. Мы подъехали к подъезду и стали выходить из машины. Егор помогал мне и держал фату за концы, чтобы не испачкать. Николай Сергеевич что-то искал среди коробок в багажнике. Наконец я выползла и Егор, подхватив меня на руки, понес к дверям подъезда. На нас уставились прохожие и бабки у дома. Николай Сергеевич подбежал и открыл дверь, в руке у него был пакет. Егор донес меня до нашей двери и я нажала на звонок,

- Иду, иду.-крикнула мама и открыла дверь, ахнув увидя нас.

- Я вас ждала, была уверена, что вы заедете.- от растерянности проговорила мама. Егор поставил меня на пол.

- Принимайте новую семью!- сказал он маме. Мама всплеснула руками и побежала на кухню.

- Пироги!- крикнула она. Мы зашли в маленькую комнату и кинули одежду на диван. В дверях стояла мама и смотрела на нас вовсе глаза,

- Ой! Какие вы красивые! Алена, ты ли это?-

- Я, мам, я, и твой зять. Прошу любить и жаловать! Теперь я Любомирова Елена Дмитриевна.-

- Какая красивая фамилия! Да, что ж я стою, Господи, совсем голову потеряла. Ребята, я вас поздравляю! Егор, Аленушка, желаю вам только счастья! - и расцеловала нас обоих. Николай Сергеевич поставил пакет у двери и сказал,

- Отметьте событие, я в машине вас жду.- и ушел.

- Ну, дайте мне вас рассмотреть как следует. Откуда такой рубин? А платье? Обалдеть можно.-

- Это подарок архиепископа, мы тоже еще не переварили.- ответила я маме.

- Егор, посмотри, пожалуйста, что в пакете. - Егор достал бутылку шампанского и коробку конфет.

- Несите в большую комнату, там я скатерть постелила.- сказала ему мама и начала осмотр меня. Егор отнес все и пошел мыть руки. Мама восторгалась, удивлялась, иногда теряла дар речи. Егор достал свидетельство из ЗАГСа и протянул маме. Церковное свидетельство он не показал, и так все ясно. Мы вошли в другую комнату и Егор открыл шампанское, мама достала бабушкины фужеры, а я открыла конфеты. Мы выпили за нас и съели по конфете.

- Мам, давай быстро соберем мои вещички. Мы торопимся, нам ехать далеко.-

- Иду, что ты возьмешь? А пироги? Егор,сходи на кухню и возьми пирог сам, там все найдешь.- Егор пошел на кухню. Мы быстро приготовили мое бельишко, вещи, сапоги и ботинки. Несколько полотенец и льняных салфеток. Мама принесла четыре серебряные ложки, две чайные и две столовые, большую плоскую тарелку саксонского фарфора и вазу для цветов. Я сказала, - Ну, мам.- она ответила,

- Не перечь, поперешная. Все пригодится.- мы пошли к Егору на кухню, где он уплетал теплый пирожок с капустой.

- Очень вкусные, я уже третий ем.-

- Сейчас я вам с собой их заверну. Где-то калька была?- мама вышла.

- Егорчик, залезь на антресоль, достань мне сумку для вещей.- Егор открыл дверцу в верхней части стенного шкафа и вытащил большую спортивную сумку. Я все уложила, только обувь положила в отдельный пакет. Мы стали одеваться, я взяла фату и букет, Егор сумки, мама несла сверток с пирогами в полотенце, чтобы не остыли. Мы распрощались у дверцы машины. Волга тронулась, а мама все стояла.

- Куда теперь едем? - спросил Николай Сергеевич. Мы воскликнули в унисон,

- В Коломну! Домой! - и засмеялись от радости. Егор бережно положил фату на коробки за спиной и снял куртку, оставив ее наброшенной на плечах. Я сделала тоже самое.

- Ты не замерзнешь? - заботливо спросил Егор.

- Нет, в машине жарко. Давай шампанское пить, у нас свадьба.-

- Давай, сейчас найду.- он начал оглядывать заднюю часть машины. Николай Сергеевич тотчас отреагировал. Он достал из недр машины бутылку шампанского "Абрау-Дюрсо", коробочку с марципанами и два толстеньких круглых стакана. Приостановив Волгу, он сам открыл бутылку и протянул ее Егору. Мы выпили за нас. Я открыла коробочку, там были марципановые фигурки двух ангелов, мальчика и девочки и несколько звезд. Я никогда не пробовала марципановые фигурки, Егор вообще видел их в первый раз. Мы взяли по звезде и попробовали.

- Вкусно! Может девочку съешь?- предложила я Егору.

- Я лучше другую девочку съем, вот эту.- Егор чмокнул меня в нос. Водитель не обращал на нас никакого внимания. Он делал вид, что его нет. Мы удобно расположились и весело пили шампанское. Машина выехала на Рязанку и довольно быстро поехала. Мы мчались, чокались и пили, пока я, слегка захмелев, не приютилась подмышкой у Егора. Он начал меня целовать легонько и я заснула.

Мы подъезжали к Коломне, когда Егор начал будить меня. Он тихонько дул мне в лицо и целовал в закрытые глаза.

- Просыпайся, соня! Приехали почти. Можно, я надену тебе фату, я хочу тебя в фате в наш дом внести.- он стал надевать на меня шапочку с фатой расправляя шифон,

- Красавица моя, моя невеста, моя женушка милая.- он в последний раз поправил фату, я взяла свой букет невесты. Мы въезжали в открытые ворота храма. У дома была небольшая толпа, несколько мужчин в рясах и без, старухи в черном одеянии и просто зеваки. У дверей стояла Маня с хлебом-солью на рушнике. Егор открыл дверцу машины, вышел без куртки и протянул мне руку, чтобы помочь. Я поставила ногу на землю и он подхватил меня на руки. Раздалось "Многия лета" и пожелания счастья, на нас сыпали рис. Егор остановился напротив Мани, не выпуская меня из рук. Маня поклонилась в пояс и протянула хлеб-соль,

- Добро пожаловать в дом. Невестушка - лебедушка, жених - красный молодец, пусть в дому вашем достаток прибудет, вода пьется, еда естся, детки родятся. Совет вам, да любовь! - я была тронута таким приемом.Мы отломили по кусочку хлеба, обмакнули в соль и положили в рот друг другу. Маня распахнула дверь,но две женщины подбежали и перекрыли нам вход, держа красную ленту за концы. "Выкуп! Выкуп давай!" послышалось вокруг. Егор обернулся и Николай Сергеевич сунул ему в руку десятку, которую Егор протянул одной из женщин. Те отпустили ленту и пропустили нас в дом. Егор пронес меня через порог, крепко поцеловал и опустил на пол.

- Добро пожаловать домой, хозяюшка! - и опять крепко поцеловал. В дом занесли коробки и поставили их в коридорном закутке. Заглянул водитель и велел отнести две из них на кухню, там были продукты. Маня суетилась и отдавала команды. Наконец все ушли и мы остались одни.

- Устала? Давай я тебе ботиночки сниму и раздену, полежишь немножко.- я погладила его по щеке.

- Любиимый!- протянула я и обвила его за шею руками. Егор стал целовать меня все сильнее и слаще. В объятиях друг друга мы вошли в спальню и оба застыли от удивления. За шкафом, стояла огромная, белая, кованная ажуром кровать, изголовьем к стене. Она была расстелена. Белоснежное белье с прошвами, две пухлые подушки и большое красное одеяло приглашали испробовать их мягкость. На полу был пушистый ковер, а поверх одеяла лежали синий махровый халат и белый атласный пеньюар. У кровати стояли две пары замшевых тапочек без пятки, маленькие и большие.

- Как в сказке!- ахнул Егор.

- Про Золушку.- ответила я. Мы засмеялись, представив, что кровать превратится в тыкву.

- Я могу с тобой хоть в тыкве, хоть а репе спать, лишь бы ты была рядом со мной.- Егор усадил меня и начал снимать с меня ботинки. Мы обновляли кровать часа два. Несколько раз звонил телефон, но мы не прерывались. Встали мы, только когда почувствовали голод. Надев новые халаты и тапочки, мы из ванной отправились на кухню. Первым делом Егор нашел мамины пирожки и тут же стал есть. Голодный, весь день не ел, мой хороший. Открыв коробки, мы стали смотреть, что там. В одной были два венгерских цыпленка, кусок замороженной осетрины, язык, масло "Валио", ветчина, уже тонко порезанная, рыба красная и белая, сухая колбаса, два длинных огурца, торт "Идеал" и пирожные в коробке. В другой была бакалея и консервы. Коньяк , бутылка шампанского, две банки лосося, печень трески, зеленый горошек, майонез, икра черная и красная в стеклянных банках, ананасовый компот, рис, гречневая крупа, тонкие итальянские макароны, большая банка французского молотого кофе, банка английского чая , две коробки шоколадных конфет "Красный Октябрь" и две голубых чашки с блюдцами тонкого немецкого фарфора, с цветочным узором.

- Ого, можно недели две питаться, только в булочную ходить.- прокомментировала я снедь.

- А чашки какие красивые! Я таких и не видел, только вчера у вас дома.- Мы набили едой холодильник, цыплят Егор закинул между окон, они не поместились в морозилку. Я велела ему принести сумку с моими вещами. Достала из нее мамину тарелку и ложки, вазу поставила на подоконник. На тарелке разложила ветчину, рыбу и огурчик нарезанный кружками. Открытую коробку с пирожными поставила на стол. Егор поставил чайник и вымыл новые чашки. Он отнес сумку в комнату и вернулся с пакетом, где было недопитое в машине шампанское и марципаны. Бутылку он пихнул в холодильник. Чайник закипел. Я открыла новый чай и заварила его в маленьком чайничке, накрыв полотенцем. Егор нарезал хлеб.

- Шампанское допьем? Будешь?- спросил Егор, доставая два высоких бокала.

- Откуда у тебя бокалы? Ты же аскет?-

- От прежних жильцов достались. Здесь священник с женой жил до меня, на севере теперь, в приходе служит.- и задумался ненадолго. Мы сели за стол, съели всего понемногу, допили шампанское. Я разливала чай в новые чашки и по кухне разнесся чайный аромат. Мы решили выпить еще. Егор достал наше вино в плетеной бутыли и зеленые бокальчики. Мы пили Божественное вино и я рассказала ему о крещении. Он задумался. Конечно у него были вопросы, на которые он не мог ответить, многое нужно было переосмыслить и от многого отказаться. Егору было трудно, он был истинным верующим. Но и отрицать, что увидел и услышал он не мог. Он был человеком абсолютно честным и не обманывал себя.

- Знаешь, давай пока не говорить ничего на эту тему. Я ищу ответы, хочу разобраться, насколько будет возможно. Тогда мы поговорим обо всем, обещаю. Ты слышала что-нибудь о кумранских свитках? Я расскажу тебе позже.-

- Мне проще все воспринять, я ничего не знаю и всегда считала,что Иисус Христос находится рядом, что он есть везде. Я чувствовала его с детства, только не понимала этого. Я не боялась, я знала, что я не одинока. С другой стороны я всегда чувствовала свое одиночество. В мире людей одиночество. С тобой это ощущение ушло, я чувствую твою незримую защиту. Даже если я одна, то я не одна.- Егор взял мои ноги и поставил их себе на колени, поглаживая от коленок до стоп.

- Милая моя, девочка! Какое счастье, что ты есть, что ты рядом. Я очень счастлив! Очень! - Взгляд у него начал темнеть и углубляться, у меня внутри разливался шоколад. Он встал и начал меня целовать, все теснее прижимая к себе. С легкостью, он поднял меня и понес в спальню.Мы занимались любовью до рассвета. Егор был очень страстным и сильным, его мужская сила была неуемной. Закончив, через несколько минут начинал сначала. Будто он копил эту силу много лет и теперь она расплескивалась через край. Он открывал в себе новые, неизвестные ему ранее грани и желания и не сдерживал их. При этом он был нежным, очень ласковым и тактичным. В нем совсем не было грубости и мужланства. Я сильно любила его и желала страстно, в этом я не уступала ему. Наши ночи были феерическими. Эта была второй.


Понедельник Свадьба в храме.


Утром меня разбудило яркое солнце. Вся комната была залита его светом. Егора не было рядом. " Где он? что-то тихо.Странно". Я сильно потянулась всем телом, как кошка, но вставать не стала, продолжала нежиться в постели. Тихонько заглянув в дверь,Егор увидел, что я не сплю.

- Уже проснулась? Поспи еще.

- А который час? -

- Начало девятого, еще рано-, и вошел в комнату . Он уже был одет, в легкие домашние брюки и футболку, на лице сияла улыбка.

- Ягодка моя, сладенькая! - он присел рядом со мной и погладил по волосам. Затем наклонился и поцеловал в краешки губ, по очереди, в один и в другой. Я обняла его за шею и прижалась к его уху.

- Любииимый мой! Родной мой! Желанный! - Егор выпрямился сидя, потянув меня за собой, я села, продолжая держаться за него. Начался танец губ, языка и пальцев по моим плечам, шее, груди. Я потянула его футболку вверх, он стащил ее, откинул на ковер, сбросил с себя брюки вместе с трусами и нырнул ко мне под одеяло, которое быстренько сползло вниз.

С завтраком мы решили не морочиться, будем есть вкусности и пить кофе.

- Будешь мамины пирожки? Погреть их?- спросила я Егора.

-Не грей, захочется, я холодные съем.- ответил он. Я разложила ветчину и рыбу на маминой тарелке, нарезала козий сыр, огурчик,острейшим ножом порезала хлеб. Достала масло.

- Вот, еще масленку нужно купить. Столько всего надо! Нужно все записывать, а то запутаюсь. Чайник уже кипел во всю, я открыла новую банку с кофе. Кофе был молотый и очень вкусно пахнул. Турки, конечно же, не было и я поискала в чем бы сварить кофе. Нашла большую алюминиевую кружку и металлический ковшик. Решила сварить в кружке. Я достала новые чашки и налила в них ароматный кофе с пенкой.

- Я никогда не пил утром черный кофе. - он поглядел на меня своими шоколадными глазами.

- Попробуй, тебе должно понравиться. Все всегда бывает в первый раз.- я улыбнулась ему и он кивнул мне, соглашаясь.

- Может тебе заварить чай? -

-Не нужно, я хочу попробовать. Как я понимаю, ты всегда будешь кофе пить по утрам? Начинаем создавать семейные традиции.-

- Думаю, их будет много, не только утренний кофе. - ответила я. Кофе ему понравился и он попросил еще. Я сварила новую кружку.

- У нас сегодня трудный день. Не просто тебе придется. Ничего, продержимся! - Дело вот в чем, вчера Егору сообщили, что сегодня прибудет митрополит нас поздравлять и местный клир устраивает нам свадьбу в трапезной храма. В два часа дня.

- У нас еще целых четыре часа в запасе. Давай патриархийские коробки посмотрим.- предложила я

- Я не возражаю, давай.- Мы направились в закуток к коробкам, Егор принес мне низенький детский стульчик, стоявший у вешалки, чтобы я могла сесть. Мы начали с коробки "Жених", так было написано на ней. В коробке были новые мужские вещи. Две пары брюк, цвета маренго из шерстяной фланели и черно-синие, как ночное небо, мягкие домашние брюки из неизвестной мне ткани.

- Примерь, хочется взглянуть на тебя в них.- Егор с неохотцей одел брюки. выглядели они на нем очень стильно. Люкс! О чем я тут же ему сообщила. Мы продолжали. Дальше были две рубашки в клетку, красно-коричневую и красно-белую, обе итальянские. затем джемпер из мягкой шерсти темно-бежевого цвета, несколько разноцветных футболок, набор трикотажных трусов и несколько пар носков. Все вещи были высшего качества, фирменные, из кап.стран. Внизу были ботинки из замши типа мокасин английской фирмы "Лотос", очень модные в то время и очень дефицитные. Молодежь так и называла их, "лотосы". Я хлопала в ладоши от радости, а Егор был смущен, он не привык получать такие подарки.

- Откуда они узнали мой вкус? Этот мужской стиль мне очень нравится. Я не люблю мужиков в галстуках.- Егор пожал плечами, не зная, что мне ответить.

- Тебе понравились подарки?-

- Нравятся, конечно. Только куда я буду это надевать? Я же в основном в подряснике хожу.-

- Ну, в рясе ты просто неотразим, а это будешь носить дома и вне дома.- ободрила я Егора. Следующая коробка называлась "Невеста", я ее отодвинула в сторону.

- Почему ты не хочешь посмотреть, что в ней? - заинтересовался Егор.

- Потому, что если я сейчас ее открою, то мы можем опоздать на свадьбу. Я ж зароюсь в ней! Давай откроем "Посуда".- решила я, уже открыв коробку. Там были кофемолка и миксер. Набор тарелок и тарелочек, нежного салатного цвета с полевыми цветами и травками, к ним пиалы для супа, на шесть персон. Набор ложки,вилки, ножи. Чайный богемский сервиз, тонкого и прозрачного фарфора. Набор из двух селедочниц, побольше и поменьше,круглого блюда, двух салатниц и шести пиалушек. Половник, шумовка, дуршлаг и латунная турка. Сверху лежало шесть льняных полотенец, шесть салфеток, кухонная скатерть и фартук с петухами.

- Ура! - Все теперь у нас есть.- я радовалась как ребенок, а Егор радовался моей радости. Вещи мы разбирать не стали, было мало времени для этого. Оставили все пока в коробках.

- Любимый мой муж! Сейчас тебе предстоит тяжкий труд. Заплетание косы! И вплетение в нее нити жемчуга. Если ты умеешь вязать морские узлы, думаю, что с этим делом ты отлично справишься.- подтрунивала я над Егором. Он рассмеялся и ответил мне поцелуем.

- Надеюсь, это не трудней, чем отстоять ночную вахту, "диану" по матроски- Егор иногда переходил на моряцкий сленг.

- Ну, если ты Диану стоял, то Елену осилишь.- продолжала подшучивать я. Если б кто-нибудь нас услышал, то решил бы, что это разговор двух сумасшедших, а не матушки и батюшки.

Как не хотелось нам никуда уходить, но пришлось собираться на собственную свадьбу. Мы в обнимку пошли в спальню, одеваться. Егор взял жемчужную нить и стал внимательно ее рассматривать.

- Это настоящие камни?

- Да! Видишь, жемчужины неровные, немного разные. Ты разберешься, вечером ты же снимал ее.

- Сними халатик, я буду ориентироваться по центру спины.- я расчесала волосы и скинула халатик с плеч, прикрыв бедра, чтобы меньше смущать Егора. Он разделил волосы на три части, прикрепил нитку и стал заплетать. Я млела и затихла. Иногда он проводил пальцами по ложбинке на позвоночнике или касался кожи на спине кончиками волос. В результате у меня случился оргазм. Хорошо, что на мне нет трусов, мелькнула мысль. Он понял, что что-то происходит,

- Что-то не так? Что с тобой, родная? - заволновался Егор, видя что я притихла.

- Я сейчас кончила.- тихо сказала я ему.

- Отлично!- произнес Егор через некоторое молчание. Я не поняла, отлично получилась коса или отлично, что я кончила. Он пробежал дорожкой поцелуев по моей ложбинке на спине.

- Ты одевайся потихоньку, я сейчас приду.- Я одела трусики и колготки. Егор возвратился с моими туфлями в руках.Он снял платье с вешалки и положил его на кровать, это же проделал с фатой. Я надела платье с его помощью и Егор занялся застежкой.

- Сейчас не надо, не то я возьму тебя прямо в нем.- мы поняли друг друга.

- Все! Я заслужил медаль.-

- "За отвагу". -

- Служу твоей красоте! - отчеканил он, и ушел одеваться в свою комнату. А я надела туфли и фату и вышла в коридор. Егор разговаривал по телефону. "Да, мы готовы", "Хорошо, ждем ". Он был в рясе, брюки и ботинки, в которых был вчера. Волосы схвачены узкой черной ленточкой. Егор был очень красив!

- Какой же ты красавец! Неужели ты мой муж? Я умру от восхищения тобой, точно.-

- Не умирай, не надо. Еленочка! Любовь моя! Бесценная моя! - Егор замолчал, опасаясь нашего возбуждения. Раздался дверной колокольчик, Егор открыл дверь. У порога стояла серая "Волга". Проехав метров пятьдесят, мы остановились у дверей храма. Вокруг толпились люди, пришли поглазеть на нас и на митрополита. Мы шли к дверям под руку, сквозь толпу, раздавались возгласы "Многия лета" ,"Счастья вам!", "Невеста, девочка совсем", кидали в нас рис и монетки, а чей-то женский голос сказал, "Невероятно, отец Георгий женился!". Я поняла, что мой муж популярен, особенно у прихожанок. Он приостановился около седобородого старика, тот поздравил нас.

- Познакомьтесь, Иван Павлович! Это моя матушка, Елена."- представил он меня старику. Старик только покачал головой из стороны в сторону.

- Это профессор, историк и философ. Мы иногда общаемся.- на ухо шепнул мне Егор. Я еще не знала, сколько знаний и смысла принесет этот старик в мою жизнь. Мы вошли в храм. Певчие грянули "Многия лета". Нас встретил настоятель, отец Анатолий и его жена, матушка Анна. Они поздравили нас, но остались ждать митрополита. А мы вошли в дверь в правой стене и пройдя несколько шагов, оказались в довольно большом помещении, в трапезной храма. Посредине стоял большущий стол, весь уставленный яствами. Людей было человек двадцать пять и первые, кого я увидела были мои коллеги. Вольф, Вадим, Иннеса и Люба, ведущий архитектор Волоколамского монастыря. Я чуть ни села,

- Почему они здесь? Как они узнали? - спросила я у Егора.

- Не знаю, Еленочка! Понятия не имею.- а они уже шли к нам.

- Ну, вы даете! - воскликнул Вольф, подходя к нам. Он расцеловал меня и пожал Егору руку.

- А ты, деточка, оказывается, плутовка, даже я не догадывался. Ладно, ладно. Я вам обоим желаю счастья и прекрасной жизни вместе! Только не рожай сразу, детка, фигурку свою испортишь. А ты,Георгий, удивил,так удивил! Самую красивую девочку у нас умыкнул! Вот вам и монах! - залился смехом Вольф.

- Почти вся мужская половина посыпает голову пеплом.- добавила Люба с сарказмом.

- Леночка, мы очень рады за вас! Желаем вам счастья в браке и благополучия.- расцеловала меня Иннеса, протягивая мне букет привокзальных гвоздик.

- Поздравляю, желаю счастья! - сказал Вадим и покосился на накрытый стол. Он протянул Егору конверт и сказал, - От реставраторов. Последней поздравила Люба,

- Ленка, я очень рада за тебя. Ты от такой беды ускользнула. Молодец! - За себя ты рада, подумала я. Все знали , что Люба влюблена в Стаса уже много лет.

- Инн, попозже расскажешь? - Иннеса кивнула головой и шепнула мне тихо "он ничего еще не знает" и снова кивнула. Она не сводила глаз с моего ожерелья на шее. К нам начали подходить с поздравлениями. В основном это были клирики с женами. Они нас поздравляли, некоторые хлопали Егора по плечу и троекратно целовали. Жены ели меня глазами. Подарки складывали в стороне на столик, в основном это были конверты. Букеты гвоздик тоже оставляли там. За стол никто не садился, ждали митрополита. Из всех, мне приглянулся один молодой человек, брюнет с небольшой бородкой и веселыми черными глазами. Он часто смеялся.

- Кто этот веселый парень? - поинтересовалась я у Егора.

- Это Андрюша, диакон Андрей, он со мной служит. Хороший парень, только легкомысленный немного, несерьезный. Даже во время службы позволяет себе смеяться, приходится одергивать. Ты не замерзла?- я ответила "нет" и стала разглядывать накрытый стол. Чего там только не было. Всякая рыба, заливные языки, холодец, салаты на любой вкус, ветчина, холодный ростбиф, икра в чашах и блюда с пирожками разной формы. Посуда была красивая и не дешевая. Много бутылок и графинов, кувшины с морсами. На отдельном столике, фрукты в вазах. В трапезную вошли певчие и стали отдельной стайкой,началось движение, раздавалось "Приехал" и все стали выстраиваться в подобие очереди. Мы стояли особняком. Открылась дверь нараспашку и вошел маленький старик в черном клобуке и мантии, на груди у него кроме наперсного креста была панагия, с ним рядом шел настоятель, отец Анатолий, а за ними два служки с коробками в руках и букетом белоснежных лилий. Митрополит остановился, служки унесли коробки. Митрополит стоял опершись о высокий посох.

- Приветствую всех!- зычным голосом сказал он. К нему стали подходить по очереди и целовать руку, что-то тихо говоря при этом. Мы с Егором стояли не шелохнувшись.

- Когда мы подойдем, приложись к руке после меня, так полагается.- тихонько сказал мне Егор. Я боялась сделать что-нибудь не так и волновалась изрядно.

- Ну, где наши молодые? Подойдите, подойдите. Дайте я посмотрю на вас. Говорили, невеста хороша, как ангел небесный! - глядя прямо на нас громыхнул митрополит. Мы подошли и Егор приложился к руке, я за ним, рука была пухлая и мягкая, вся в крапушках. Он перекрестил нас мелким крестом.

- Приветствуем Ваше Высокопреосвященство!Благожелательно о Господи!- произнес муж.

- Не обманули старика, и в правду, хороша матушка! Ну, давайте, я вас облобызаю.- он троекратно поцеловал меня, затем Егора.

- Совет вам, да любовь! Живите дружно и богопочетаемо!- поздравил нас митрополит.

- А что затихли все? Чай, не панихида. Свадьбу играем! Что не поете? Давай, все за стол!- дал старт митрополит. Хор грянул "Многия лета" и гости потянулись к столу. Его усадили в высокое кресло, рядом сел настоятель, за спиной митрополита встал молодой служка. Нас посадили в кресла попроще, но было удобно. Началось застолье. Гостей обслуживали четыре официанта в белых перчатках и фартуках.

- Что тебе положить? Ты не ела ничего толком сегодня.- ухаживал за мной Егор.

- Ты тоже не ел. Я не знаю, чего мне хочется, положи что-нибудь. Рыбки и салатику вон того, только немного. А! Холодцу себе клади,а я у тебя попробую.- Егор подозвал официанта и велел ему наполнить наши тарелки.

- Еленочка, вина выпьешь? Давай, вон мозельское вино есть, или грузинского?-

- Я буду морс и красное грузинское вино.-

- Нам принесите бутылку красного грузинского вина, мы его будем пить, и морса из брусники.- распорядился он.

- Есть абхазское розовое "Псоу", не хотите? - спросил официант.

- Нет, оно пьянит- отказалась я. За столом раздавался звон посуды, все набросились на еду.

- Егор, поешь, милый, поешь как следует.- уговаривала я мужа.

- Что-то не хочется, я б тебя сейчас съел, начал бы с щечки.- ответил Егор. - или с плечика.

Официанты начали открывать шампанское и разливали его по бокалам. Перед нами тоже поставили два бокала. Первый тост сказал митрополит,

- Дорогие гости! Сегодня мы празднуем самое важное событие в жизни наших молодых, Георгия и Елены. Давайте выпьем за них, пожелаем им счастья вместе, всем миром и поблагодарим Бога за создание такой красивой новой семьи! Выпьем же! - Все начали чокаться и говорить " Счастья вам".

Митрополит пригубил из бокала,

- Что- то горько! - лукаво произнес он. Все закричали "Горько" и Егор скромно поцеловал меня.

- Неет! Так дело не пойдет! Целуй ее крепче! Такой сахарок грызть надо.- крикнул митрополит и Егор поцеловал меня в губы долгим поцелуем, крепко прижав к себе.

- Вот это другое дело! - умиротворился митрополит и вновь лишь пригубил. Он мало ел и пил минералку, которую ему наливал служка за спиной. В тарелке у него была какая-то каша и вареная рыба.Печень больная, подумала я. Застолье шло своим чередом, стоял гул голосов. Принесли горячее. Это был поросенок с гречневой кашей и барашек с овощами.

- Я бы чаю выпила, горячего.- сказала я Егору и нашла его руку под столом. Он сжал легонько мою и стал поглаживать ее. Он отлично понимал меня, нам хотелось уединения в эти первые наши дни, а они превратились в сплошную суету.

- Потерпи, моя милая, моя девочка любимая. У нас вся жизнь впереди вместе, мы все, что упустили, наверстаем. Единственная моя Любовь! - он прижал к губам мою руку.

- Молодые, идите-ка сюда.- раздался голос митрополита, он подал нам знак рукой. Позади него служка принес две коробки. Мы встали из-за стола и подошли к нему.

- Святейший патриарх велел мне поздравить вас и передать вам подарки от себя. Сначала невесте,- служка достал из коробки шубу и набросил ее на меня. Над столом повисла гробовая тишина

-Соболь!- раздался женский голос. Затем он достал темно-вишневые высокие меховые сапоги.

- Сафьяновые, в патриархии мастера шили.- пронеслось эхом.

- Носи на здоровье, красавица.- сказал митрополит,

- А это тебе от меня, грешного,- и подал мне две большие, тонкие, пуховые шали, белую и серебристо-голубую.

-Там еще от монашек наших кое-что, от сестры Евлампии, помнишь? - я махнула головой, опешив от таких даров, и в порыве благодарности расцеловала старика в обе щеки. Он тоже расцеловал меня и сказал,

- И нам, старику, досталось от молодильных яблочек! Теперь жениха очередь настала.- Егор подошел к нему и поклонился,

- Святейший, своим особым распоряжением, разрешает тебе продолжать служение. Это первый случай в истории нашей церкви, но все бывает впервые, целибатные тоже только век назад появились. Служишь ты Господу нашему, Иисусу Христу (тут все перекрестились) верно и исправно, так и продолжай. На-ка вот, возьми бумагу от Святейшего патриарха. Я такого хорошего и образованного иерея из епархии своей не выпущу! - громко и властно сказал митрополит,

- Всем ясно! Все уразумели? Чтобы никто не посмел шушукать по углам! - очень строго сказал митрополит. Егор упал на колени и приложился к руке, митрополит благословил его.

- Благодарю, Глубокочтимый Владыко! За веру в меня, грешного и за доверие Ваше.- у Егора дрожал голос. Владыко поднял его жестом и продолжил,

- Служи! А это тебе от всей нашей епархии подарок, подспорье.- и протянул Егору конверт. Мы сели на свои места за столом. Хор запел что-то, бравурное, не церковное. Все по очереди стали поздравлять Егора. Он был на седьмом небе от такой развязки. Он весь светился! И еще искренне радовался диакон Андрей.

- Я так рада за тебя! Родной мой, ты не представляешь, как рада.- обняла я Егора.

- Счастье мое! Драгоценная моя, Еленочка! - все, что он смог выговорить в эту минуту. Митрополит вскоре откланялся и уехал. Его провожал отец Анатолий. Атмосфера за столом стала непринужденней, кто-то вел беседу, женщины шептались между собой, кто-то выпивал без тостов. Да и тостов уже не произносили, устали от них. Мы сидели приобнявшись, несмотря на рясу, я приютилась на плече у Егора. Запел приятный мужской тенор, это пел Андрей песню Владимира Трошина "Ты рядом со мной".Я удивилась,

- Разве священнослужителям можно петь песни советских композиторов?-

- А почему нет? Мы ж советские люди. Можно, в неформальной обстановке. А ты будешь мне петь? Только мне одному? -

- Конечно буду, ты еще устанешь от моего пения. Я когда чем-нибудь занимаюсь, напеваю что-то. Даже арии из опер.-

- Я слышал. Ты в ванне пела, песню старинную.-

- Ааа, помню, хочешь спою ее сейчас? -

- Спой, конечно спой. Я хочу, чтобы все услышали как ты поешь, и Вольф будет рад.- я запела во весь голос "То не ветер ветку клонит". За столом все затихли, а на втором куплете мне начал подпевать хор. Получилось очень здорово. Потом мы еще спели "Степь широкую" и "Это было давно". Подпевали нам многие, затем еще пели и другие. К нам подсел Вольф, он чмокнул меня в щеку,

- Как мы теперь без тебя останемся? Я к тебе очень привязался, детка.-

- Вольф, я тоже к тебе. Но почему ты решил, что наша дружба закончится? Ты же бываешь в Коломне, будешь в гости к нам приходить. Летом с Катей приедете. Наши теплые отношения не закончатся. Не грусти, Вольф.- он похлопал меня по руке. Егор отошел, чтобы не мешать нам.

- Все в порядке, деточка. Все в порядке. Ты хоть счастлива? Он любит тебя, это видно, сильно любит. Георгий хороший парень, на него можно опереться. Я рад за тебя.-

- Я очень, очень счастлива, поверь мне. Я в него влюбилась сразу, как в первый раз увидела. Это было, когда меня в Коломну умыкнули, помнишь? Я тебе потом как-нибудь все расскажу, не сейчас.-

- Мы встречаемся сегодня с мистером Икс. Вместе в Москву едем. Даже не представляю, что будет. Хорошо, Любаня здесь, она угомонить сможет. Мы уже пойдем скоро. Еще Вадима тащить придется! Ладно, девки помогут.- он пошел к нашим. Пьяненький Вадим что-то плел и Люба хохотала над ним. Теперь подошла Иннеса,

- Леночка, какая ты сегодня красавица! Я, когда Н.Д. позвонил вчера и велел в Коломну ехать, так и обомлела. Надо же! Никто не ожидал. Послушай, Н.Д. просил тебя заявление написать, об уходе. Ты ж работу теперь оставишь? Не ездить же тебе в такую даль?-

- Давай лист, я подпишу, а ты, что там надо, сама напишешь. Я тебе доверяю. Давай два, на всякий случай.- она достала из сумки два листа бумаги и я расписалась на них. Иннеса положила их обратно в сумку.

- Н.Д. из патриархии звонили, предупредили. Он вчера нам всем звонил, чтоб мы ехали. Какие у тебя бриллианты! А рубин? А шуба? Я онемела, когда тебе шубу подарили. С ума сойти, это же целое состояние стоит. Патриарх, он что, родственник твой? Ну, надо же! Что теперь со Стасиком будет? Взбесится, наверное. Ты мне позвони, я расскажу тебе.-

- Нет, Инн, я патриарха никогда в глаза не видела. Мы сами ничего не поняли, почему такое участие. Георгий на хорошем счету у них, может поэтому.-

- Мужик он красивый, ничего не скажешь. Но и ты хорошенькая, не отнять. Как он? Лучше Стаса? -

- Спрашиваешь! Такого мужчину даже в лотерею не выиграешь. Считай, мне крупно повезло.-

- Я уже вижу. Ладно, нам ехать пора. Вадим накушался, еще его до Москвы тащить. Пока.Звони.- Иннеса чмокнула меня и уплыла. Подошел Егор,

- Ребята твои уходят, им на электричку. Пойдем, проводим.- он явно был рад их отъезду. Мы подошли к ним, они одевались и помогали Вадиму встать. Мы распрощались и они ушли.

- Все! Закончилась моя реставрация. Я заявление подписала, об уходе.-

- Я видел. Ты расстроилась?- спросил меня Егор.

- Нисколечко! Зачем мне расстраиваться, я ж с тобой.- мы пошли в свои кресла.

- Устала, родная? Потерпи, недолго еще.- он заботливо поправил выбившуюся прядку волос.

К нам семенила Маня. Она села рядом и тяжко вздохнула,

- Притомилась я, с зарею на ногах. Щас торт везут, на колесиках стол. Самовары уже кипят. Вам чиво с собой собрать, много осталось. Букеты увязывать? - обратилась она к Егору.

- Это ты у матушки спрашивай. Она хозяйка.- отмахнулся он.

- Нет, цветы не возьмем, я гвоздики не люблю, они мавзолеем пахнут. Только лилии митрополита заверни аккуратно. А гвоздики в храме поставьте, завтра люди придут, а кругом цветы. А куда мы дома лилии поставим, вазы такой нет. Может Мань, в кувшин поставишь их, так и донесем. Мы кувшин обратно вам отдадим.- Маня была рада, что я только один букет заберу домой.

. -Какие продукты собирать? Пирогов положи, какие батюшка мой любит, холодец вкусный был, что еще, Егор? Что ты хочешь? - Егор сказал,

- Тебя хочу, больше ничего. Мань, сама разберись, не приставай к нам, мы устали очень.И себе возьми всего, дома поешь. Поняла?- Маня махнула на нас рукой и заворчала,

- Одна девка, молодуха совсем, другому не надо ничаво, ХозяЕва хреновы.- и засеменила от нас.

Подошел регент хора, вежливо спросил, - Можно присесть? - Я кивнула в знак согласия.

- Вы, матушка Елена, хорошо поете, профессионально почти, и диапазон у вас широкий. Вы учились пению? Я хочу пригласить Вас в наш хор.- предложил регент.

- Да, я в детстве в музыкальной школе училась, под патронажем консерватории. С самого начала, хор и сольфеджио были обязательными предметами. Но специально пению я не училась. Я подумаю насчет хора, но Вы не очень рассчитывайте на меня. Мы только поженились с батюшкой, мне не до хора.-

- Да, да! Я понимаю. Но все же подумайте о моем приглашении. Извините, что прервал вас.- он отошел в сторону. Егор смотрел на меня с интересом, он все больше нового узнавал обо мне. Следом за регентом к нам подкатили две бойкие женщины средних лет. Одна, полная, в аляповатом платье, другая поскромней и помоложе. Обе были с прикрытыми головами.

- Мы хотим с тобой познакомиться, матушка Елена!- начала толстуха.

- Ты теперь наша. Сколько тебе лет? Откуда ты? Из Москвы? Где работаешь? Расскажи нам.- я взглянула на Егора, допрос начался? Он поднял брови и усмехнулся, потом подмигнул мне и слегка кивнул, мол не трусь.

- Я москвичка, была студентка, теперь работаю реставратором. Мне двадцать один год. Что-то еще хотите узнать? -

- А кто твои родители? Из какой ты семьи?- продолжала толстая.

- Я живу с мамой и братом. Из интеллигентной семьи. Мой покойный дедушка, академик. А вас как зовут? Вы не представились.- сбила я им фишку.

- Меня Ниной, я матушка отца Николая.- сказала скромная.

- А я, матушка Лариса, жена диакона Алексея.- ответила толстая.

- И где ж вы с отцом Георгием познакомились, если ты из Москвы? - продолжала Лариса.

- В Третьяковской галерее, у картины Репина "Приплыли".- начала шутить я. Егор еле-еле сдерживал смех. - Ааа! Тогда ясно. - произнесла Лариса.

- Ну, мы пойдем. Еще увидимся. Отец Георгий, вон тебе какие почести, и свадьбу богатую отгрохала епархия, и Святейший за тебя. Мы и не знали раньше, что ты в таком почете.- не сдержалась Лариса, показав свою зависть. Егор строго взглянул на нее, а я улыбнулась.

- Можно мне не общаться с местными тетками, я с Маней лучше дружить буду.- сказала я мужу, когда мы остались одни. Он сидел задумавшись.

- Что? Конечно можно, даже нужно. Я бы никогда не смог полюбить подобных женщин. Ты здесь еще и не такое увидишь. Все бабы здесь сплетничают и завидуют всему на свете. Невежи, что ты хочешь. Я хочу свести твое общение со здешними матушками к нулю. А, здорово ты им про Третьяковку ввернула, как я не рассмеялся, сам не знаю. Молодец, умница ты моя!- и он залился смехом. Время тянулось медленно, гости ждали чай. Наконец, принесли два самовара с пузатыми заварочными чайниками сверху. Чашки и стаканы уже стояли на столе, сахарницы, блюда с булочками и пирогами, варенье и мед ставили на стол. Лежало несколько коробок конфет. Два официанта ввезли большой торт на тележке. Один из них подошел к нам и позвал разрезать его. Мы подошли, Егор взял большой нож, я положила руку сверх его руки и мы отрезали небольшой кусок. Официант ловко подхватил его лопаткой и положил на тарелку, которую протянул нам вместе с ложкой. Я отломила кусочек и сунула в рот Егору, он проделал тоже самое очень аккуратно. Видимо, набил руку на причастии. Официант дорезал торт. Гости наливали себе чай и брали кусочки. Банкет подходил к концу.

- Домой очень хочется.- сказала я Егору, попивая чай.

- Потерпи, моя лапушка, уже немножко осталось. Только гостей проводим и домой!- он поцеловал меня в шапочку.

- Сегодня надо выспаться. Которую ночь толком не спим. Тебе когда на работу?-

- В четверг, с утра. Мне надо тебе ключи дать, не забыть. Вот и свадьбу сыграли, а я тебе даже цветов не подарил.- с грустью произнес Егор.

- Не печалься, ты еще много мне цветов подаришь. В том числе и детей - цветов жизни.- мы улыбнулись друг другу.

- Я бы прямо сейчас, здесь начал эти цветы сеять.- ответил он, глядя в глаза. У меня внутри начал разливаться шоколад. Я глубоко вздохнула. - Слаадкая! - прошептал Егор и закрыл глаза на минутку.

Гости стали потихоньку расходиться. Некоторые не прощались. Мы ждали, когда уйдет последний. Нас доставит к дому та же машина, что привезла сюда, вместе с подарками. Это была машина настоятеля. Отец Анатолий был средних лет, лысоватый и полноватый, с властными голосом и манерами. Он был хозяином в приходе и никому не давал повода в этом усомнится. В миру, я бы сравнила его с парторгом. Его жена так же была похожа на жену партийного бонзы. Она считала себя полной хозяйкой и позволяла себе высокомерный тон с клириками и их женами. На старушек при храме она покрикивала.

Мы проводили последних гостей, облегченно вздохнули и рассмеялись. Надо было дождаться машины, которая увезла настоятеля с женой и должна была вернуться за нами. Все подарки были в коробках, конверты в пакете, а букет в высоком кувшине. Маня притащила коробку с едой и пакет с фруктами,

- Мань, куда так много набрала? Нам класть некуда, в холодильник все не поместится .-

- Щас придем и все уляжим, не боись.- уверила меня Маня. Я махнула рукой. Егор предложил мне одеть шубу, но я взяла серую шаль из коробки и сказала ему, - Добегу.- Мы с ним ожили при мысли, что мы одни и скоро будем дома. Через двадцать минут Егор уже расстегивал крючки на моем платье. Мы переоделись в домашнее. Я достала из сумки теплую пижаму с зайцами и носочки. Сразу стало уютно и тепло. О свадьбе напоминала только нить вплетенная в косу. Маня суетилась на кухне, вынимая из коробки снедь.

- Маня! Коньяк то зачем,и конфеты все собрала? Забери себе половину.- посетовал Егор, рассматривая бутылку с коньяком. Я помогала ей раскладывать еду.

- Что-то есть захотелось, давайте поедим.-предложила я. Маня заворчала, но присела на стул.

- Все поешьте, еще мало будет. Пироги будешь, барин? -

- Чем меня жена накормит, то и буду. Что ты выпьешь, Еленушка? Может коньячку по рюмочке-

Я согласилась выпить рюмку коньяка и стала накрывать на стол. Принесла новые тарелки, поставила мамину тарелку с нарезанными вкусностями, а в новые положила салат и по кусочку холодца. Егор достал рюмки и "палестинский" хлеб. Пирожки положили на тумбочку и сели за стол. Егор открыл коньяк и налил в рюмки. " За нас! За Еленочку!" сказал он и выпил глоток. Маня выпила рюмку залпом, охнула и стала закусывать.

- Давеча Нюрка все подобрала, две коробки увезли, и сумку с бутылками. Девкам с кухни ничаво не досталось. Да, они с графинов нальют. А ты, девка, чья будешь? Много болтают про тебя.-

- Пусть болтают, на каждый роток не накинешь платок.- ответила я Мане.

- Маня! Сплетни не собирай, сама знаешь как у нас любят приврать.- строго предупредил ее Егор. Маня долго не засиживалась и засеменила домой, устала она за день. Мы остались одни.

- Пойдем, я косу тебе расплету, а потом чаю выпьем.- сказал Егор и глаза его стали темнеть. Внутри меня начал разливаться шоколад. В комнате я села на кровать боком, спиной к нему.

- Я сниму? Хочу спинку твою видеть.- Егор снял с меня пижамную кофту и провел легкими пальцами по позвоночнику. Поцеловал нежно в шею под косой и стал медленно ее расплетать. Я сидела тихо, сообразив, что он ждет повторения утренней сцены. Он расплел косу, но ничего не произошло.

- Посиди так, я сейчас.- Егор взял щетку для волос и быстро скинул с себя одежду. Он стоял голым и расчесывал пряди моих волос, я продолжала тихо сидеть. Когда он расчесал мои волосы, то опять начал заплетать их в косу. К середине косы я простонала "Ооох" и начала кончать, Егор продолжал плести косу. Я вцепилась пальцами в его ногу. Оргазм длился долго, затем стал спадать и снова нарастать. Я кончала без перерыва, оргазм длился и длился. Егор рывком положил меня поперек кровати, сдернул с меня штаны и раздвинул мои бедра. Оргазм не утихал. Он впился в меня губами, провел языком внутри и затем сильно вошел в меня. Он бился во мне, я не утихала, меня качало как на волнах, то поднимая, то опуская. Я летела, ничего не видя и не слыша вокруг себя. Вернулась в реальность я от легкого дуновения. Егор легонько дул мне в лицо и держал мою голову в руках. Я открыла глаза,

- Миилый. Люблююю.- простонала я, глядя на него не мигая.

- Еленочка! Девочка! Я так испугался! Ты в обмороке была. Я дурак! Что я наделал! - он был перепуган,а мне было хорошо, только ослабела, не могла пошевелиться. Он гладил меня и чуть не плакал.Егор сидел на коленях в постели и боялся меня повредить, он даже лечь рядом боялся, так и сидел. Я уже пришла в себя и погладила его по животу,

- Мне хорошо, не бойся. Мне очень, очень хорошо, правда. Иди ко мне, ложись со мной. Я хочу тебя касаться.- Егор лег рядом, поцеловал меня в плечо и обнял за другое, поглаживая его.

- Ты что-нибудь хочешь? Принести попить? Солнышко мое, что для тебя сделать? Хочешь конфетку? - я покачала головой.

- Нет. Полежи со мной. Я люблю тебя. Я задыхаюсь от любви к тебе, так сильно я тебя люблю.- он слушал и боялся дышать.

- И я люблю тебя, очень люблю. Я тоже дышать не могу от любви к тебе. Я хочу тебя и днем и ночью. Я горю от желания, от обладания тобой. Моя малышка! Моя девочка! Моя родная, любимая Еленочка! Сладкая моя! Боже! Благодарю тебя! За это счастье, за эту муку, за это блаженство!- он крепко прижал меня к себе и стал осыпать поцелуями. Нам хотелось слиться воедино, стать единым телом, чтобы не было просвета между нами. Мы перестали говорить слова и лежали так молча. Мне было уютно в его руках, я чувствовала себя защищенной. Мы так и уснули, не расцепляясь. Мне приснился сон. Я шла босая по песку в пустыне. Яркое солнце палило. Жажда мучила меня. Хотелось выпить глоток воды. Вокруг был только горячий песок и колючки. Мои ноги были изранены, пятки были в занозах. Меня охватил страх и отчаяние. Я не могла идти дальше. Я увидела идущего мне навстречу человека в одной набедренной повязке. Он подошел прямо ко мне. Это был ИИСУС ХРИСТОС. ОН молча присел на одно колено, взял мою ногу и стал вынимать занозы, одну за другой. Затем подул на ранки и моя пятка стала чистой, как у младенца. ОН поставил ногу на песок и взяв другую проделал тоже самое. "Иди дальше" сказал ОН мне и улыбнулся широкой улыбкой. ОН стал уходить не оборачиваясь. Я тянула к НЕМУ руки, просила взять с собой, но ОН не обернулся, ОН шел туда, откуда пришла я.

Мы спали часа два и проснулись вместе, будто нас кто-то толкнул.Была ночь, но сон ушел. Мы встали и пошли на кухню пить чай. Достали торт "Идеал" и я отрезала нам по кусочку.

- Мой самый любимый торт, это пралине, миндальная паста. Этот торт можно купить только в одной кондитерской в Москве, на Белорусской. В фирменном магазине фабрики "Большевик", которая делает пирожные, торты, печение и прочее. "Большевик" и "Красный Октябрь" это знаменитые кондитерские фабрики еще с дореволюционных времен. Попробуй и поймешь, что я права. Это очень вкусно.- Егор попробовал, причмокнул и доев, попросил еще кусочек.

- Правда, очень вкусно. Я первый раз такой торт ем.- я порылась в конфетах и нашла две шоколадные конфеты "Малина",

- А это мои любимые конфеты, краснооктябрьские. Попробуй-ка.- Егор съел конфету.

- Вкусно! Малина, говоришь? Вот моя малина.- и подняв кофту на мне, поцеловал мои соски. Он встал, достал из висячего шкафика оплетенную бутыль и бокальчики, налил в них вина.

- Я заметил, что это вино прибавляет сил. А тебе так не кажется? - он наблюдал, как я пью.

- Да, ты прав. Действительно, прибавилось силенок. Я это каждую ночь вижу.- я ему улыбнулась

Егор посмотрел на свет бутылку и вздохнул,

- Я его стараюсь беречь, но уже одну треть мы выпили. Недели еще не прошло.-

- Ты боишься, что если закончится вино, наша любовь тоже закончится?- спросила я.

- Ты что! Разве моя любовь к тебе может закончится? Ты что! Не говори так никогда больше, это, это богохульство! Никогда ни говори подобные вещи. Ты можешь разлюбить меня? А?- он испугался собственного вопроса,

- Дурачок! Конечно нет! Нас даже смерть не разлучит с тобой. Ты видел, что сегодня со мной произошло. Разве это не подтверждает силу моей любви к тебе. Я могу залезть на колокольню и кричать с нее во весь голос, что люблю, люблю, люблю своего Егора! И ты прав, нельзя говорить такое, даже в шутку, и в мыслях тоже нельзя.- он успокоился немного. Я рассказала ему свой странный сон. Егор внимательно слушал и задумался, пытаясь его объяснить.

- Видимо, твой путь будет нелегким, как в пустыне. Ты одна и никто, кроме Господа тебе не поможет, я так думаю.- я с ним не согласилась,

- Нет, мой путь был труден до встречи, ОН убрал мои раны, то есть то, что усложняло путь и не давало двигаться дальше. ОН очистил меня от ран и сказал "Иди дальше". Это то, что с нами произошло, теперь я иду с чистыми пятками и мне легко идти. Потому,что у меня теперь есть ты. В течении всей своей жизни, я вспоминала этот сон и каждый раз трактовала его по другому. Мы вместе убрали со стола и вернулись в комнату.


Вторник. Дом.


Меня разбудил голос Егора, доносившийся из коридора. "Можно чуть позже, у нас только вчера свадьба была. Хорошо. Приходите." говорил он по телефону. Опять кто-то придет, не дают нам побыть вдвоем. Я встала и пошла умываться. Егора в кухне не было. Я позвала, он не ответил. Где это он? Я стала его искать и открыла дверь в его комнату. Егор отжимался на полу, он делал зарядку. - Ой! А я тебя ищу везде, а ты тут. Прости, я не знала, что ты занят.- и закрыла дверь. Я довольно не скоро привыкла просыпаться одна. Егор вставал очень рано, не позже шести часов утра. Он молился, затем делал зарядку и потом шел под душ. В редких случаях он позволял себе нарушить этот порядок. Например на пасху, когда служба не прекращалась более суток.

- Доброе утро, моя Еленочка! - услышала я, когда вытирала лицо полотенцем. Егор стоял в дверях ванной и улыбался мне. Он собирался принять душ после зарядки.

- Разбудил тебя? - он обнял меня одной рукой и поцеловал в щеку.

- Доброе утро, родной! Ничего страшного, я выспалась.- Егор включил воду и стал раздеваться. Он встал под душ и стал мне рассказывать о звонке.

- Звонил человек из патриархии. Я так понял, они ремонт у нас здесь будут делать, распоряжение Святейшего, этот человек со строителем здесь через час появятся.-

- А я мечтала весь день с тобой побыть и в пижаме проходить.- я тяжело вздохнула.

- Не печалься, моя лапушка, что поделать. Придется тебе одеться, о чем я очень сожалею. Я предпочел бы даже без пижамы.- я побрела одеваться и причесываться. Конечно, ремонт не помешает, это не плохо, если его сделают сейчас, когда мы еще не обосновались и у нас кроме кровати ничего своего нет. Нам нужно создавать все с нуля. Ладно, посмотрим. Я застелила постель и оделась. Юбка в красно-синюю клетку и светлый батничек с цветочками, черные плотные колготки. Ничего вроде бы, довольно скромно. Я заплела слабую косу и вышла на кухню. Егор был там и ставил чайник.

- Что ты хочешь на завтрак?- спросила я его.

- Надо подъедать, давай что-нибудь.- ответил Егор. Я сварила кофе в новой турке и достала из холодильника свадебные остатки. На сковороде грелись пирожки. Егор выпил кофе и лишь потом начал завтракать. Мы говорили о предстоящем ремонте, я сварила еще кофе, но выпить не успели. Прозвенел колокольчик и Егор пошел открывать дверь. В кухню вошли Егор и еще двое.

- Здравствуйте матушка. Я Борис Иванович из отдела снабжения патриархии. Буду руководить и обеспечивать ремонт.- представился пожилой лысый дядечка с пухлым потертым портфелем.

- Я Сергей, лучше Серега. Бригадир ремонтников.- протянул руку видный мужик лет под сорок.

- Я Елена или Лена.- пожала я руку одними пальчиками. Серега расплывался улыбкой.

- Здесь нет никаких Лен! Матушка Елена! Моя жена. Я отец Георгий. Мы вас слушаем.- строго отрезал Егор. Мне вспомнилось мое знакомство с ним в храме. Борис Иванович бросил недовольный взгляд на бригадира и начал говорить,

- Ремонт этого помещения будет полностью за счет патриархии. Вам нужно будет выбрать материалы и интерьер. Сейчас Сергей посмотрит, нужно ли менять трубы, а мы решим, каким вы хотите видеть свой дом.- Сергей молча начал осматривать трубы на кухне, затем вышел в ванную и туалет.

- Пожалуйста, присядьте. У меня для вас важное сообщение. Патриаршим распоряжением вам передается этот дом в дар. Это дело сложное и трудоемкое, как вы знаете все имущество РПЦ находится в владении государства, но существуют юридические схемы, где можно такой дар осуществить. Я не буду вдаваться в тонкости, но владение на дом на имя Любомировой Елены Дмитриевны сейчас оформляется. Через день, два я вам привезу все документы. Сейчас я прошу Вас, Елена Дмитриевна, прочитать указ его Святейшества и подписать дарственную на дом. Прошу Вас.- он достал бумаги, ручку и протянул их мне.Наступила гробовая тишина. Я вытаращила глаза на Егора, он тоже обалдел от такой новости.

- Как это, дом? Ничего не поняла. Почему мне? Почему не моему мужу? Что это за дар такой, дом! Я ничего не подпишу. Я только два дня как замуж вышла. Егор, ты что-то понял, что происходит? я кипела. Я и вправду мало, что поняла из сказанного Борис Ивановичем.

- Еленочка, успокойся, прошу тебя! Сейчас все выясним. Дайте мне, я почитаю.- он взял бумаги и начал их внимательно читать. Задал пару вопросов Борис Ивановичу. Я сидела и постукивала ногой.

- Родная моя, ты можешь это подписать. Здесь все по закону. Не волнуйся ты так. Это просто формальность. Ты же мне веришь?- он уговаривал меня и положил руку мне на колено, чтобы я перестала стучать ногой.

- Вы не ответили на мой вопрос.Почему дарят мне, а не моему мужу, Любомирову Георгию Николаевичу? -

- Поскольку отцу Георгию было дозволено продолжить служение, Его Святейшество Патриарх, счел это не целесообразным. Вчера такая борьба была с синодскими, что Владыко Киприан пот со лба утирал платком. Юристы наши, всю ночь не спали, работали. А Вы капризничаете. Что я скажу Владыке?- мне стало его жалко, да и Киприан участвовал в этом,

- Ладно. Ты все прочитал? Я подпишу, если ты советуешь.- сдалась я, но мне было обидно за Егора. Я взяла бумаги и не глядя в них, поставила свою подпись где указал Борис Иваныч. Он быстро убрал бумаги в портфель, как будто я могу передумать. Я предложила чай в знак примирения. Борис Иванович согласился.

- Вы совсем юная, а какой характер. Вы сможете постоять за себя. Молодец, матушка Елена. Не часто встретишь такую матушку у нас.- в результате похвалил он меня. Я попросила Егора принести новые чашки из сервиза и сахарницу. Он принес весь сервиз целиком. Я сполоснула три чашки и блюдца, вытерла их полотенцем и налила горячий свежий чай. Борис Иванович внимательно следил за мной. У него были добрые и грустные глаза. Вид у него не был презентабельным, одежда была чистой, аккуратной, но потертой и старомодной. Брюки сидели мешковато и была понятно, что под ними надеты теплые кальсоны. Ботинки были растоптаны, галстук старенький, на локтях пиджака потертости. Типичный интеллигент из прошлого. Интересно, у него есть семья? У меня мелькнула картинка в голове, как он ухаживает за больной, старой женщиной. Я еще не привыкла видеть ответы на свои вопросы и не придала этому никакого значения. Вошел Сергей и сообщил, что трубы менять не нужно. Борис Иванович попросил его остаться. Я предложила чаю, но Сергей отказался и начал перечислять,

- Трубы хорошие, сильные. Полы можно не снимать, или настилать прямо на них. Батареи, как скажете, можем ошкурить эти и покрасить заново. Рамы я тоже не менял бы, подоконники на ваше усмотрение. Сантехнику менять, это ясно. Начнем завтра с утра . Первыми делаем блок туалет, ванная, кухня. Вторым пойдет блок до коридорчика, третий коридор, четвертым жилой блок. Может и вместе их объединим. Последнее полы. Сегодня нужно выбрать все для первого блока. Проводку я посчитаю. Все. Работать будем с девяти утра, до шести-семи вечера. Без выходных. Думаю, за пару недель уложимся. Бригада из пяти человек, я и еще четверо.- Ух, ты! профессионал, сразу видно, отметила я. Егор поговорил с ним о чем-то, касаемо ремонта, а Борис Иванович достал из портфеля два каталога и предложил начать обсуждать. Егор начал первым,

- Все решения принимает хозяйка. Какой она создаст дом, в том я и буду жить. У меня только одна просьба к тебе, Еленочка, моя комната пусть останется прежней, там намоленно, я привык к ней. Хорошо, моя девочка?- Сергей с интересом наблюдал за нами. Егор подчеркнуто демонстрировал наши нежные отношения между собой. Он тактично показал, что он хозяин положения и я его слушаюсь.

- Ты что, отказываешься принимать участие? Как я буду без тебя, мой родной?- укорила я Егора.

- Да, нет конечно, я всегда буду рядом. Но мне хочется, чтобы ты создала этот дом, чтобы твой дух и стиль были в нем, понимаешь? Ты все сделаешь лучше, необычно. У тебя не может быть ничего обыкновенного, как принято у других. Я хочу в доме твоего своеобразия.- он взял меня за руку и при всех поцеловал в ладошку и запястье. Ему были не свойственны такие демонстрации, но он этим сразу же поставил все точки над "и". Я начала говорить,

- Первое и основное, интерьер дома будет классическим,под старину! Никаких финтифлюшек и никаких пластиков по возможности. Этот дом прошлого века и будем придерживаться его стиля.- Борис Иванович открыл новенький блокнот и стал записывать в него мои желания. Сергей попрощался и ушел.

- Матушка, давайте выберем плитку и обои в кухню, для начала.- подтолкнул меня Б.И., он дал мне каталог с плиткой. У меня разбежались глаза, я такого разнообразия представить себе не могла.

- Ой! Подождите, Борис Иваныч, я должна представить себе всю картинку сразу, тогда детали выскочат сами собой. Ванна должна быть большая и широкая, на лапах, у нас на даче такая. Все будет белое. Стены синие, пол вишневый, под оникс. Это в туалете и в ванной. Давайте выбирать.- Мы выбрали довольно быстро, Егор тоже участвовал. Перешли к кухне. Я нашла в каталоге очаровательную плитку бледно-оливкового цвета с птицами. она будет по всей стене, от мойки до плиты. Когда закончили со стенами и полами, перешли к выбору смесителей и кранов. Последним Борис Иванович достал каталог бытовой техники, многие вещи я видела впервые.

- А можно стиральную машину?-

- Нужно, матушка, холодильник не забудьте.Каталог для этого и дан. Выбирайте, не стесняйтесь.- Я выбрала огромный финский холодильник цвета металлик с большой морозилкой внизу. Я хотела буфет на кухню и большой дубовый стол, рабочий стол от раковины до плиты с дверцами внизу и полку над ним.

- Я привезу Вам столяра, он сделает все, что скажете.- успокоил меня Б.И. Мы еще обговорили детали и Борис Иваныч распрощался с нами. Ему надо было заниматься заказами. Я очень устала и осоловела от всех событий. Был третий час дня.

- Надо пообедать, а у меня нет сил.- сказала я еле шевеля языком. Я сидела на стуле вытянув ноги и опустив руки. Егор наливал коньяк в рюмки и протянул мне полную,

- На-ка, взбодрись, собственница ты моя. За хозяйку этого дома! - произнес он тост. Я отпила глоток, он положил мне в рот дольку апельсина, который почистил раньше. Я зажала дольку зубами, сунула ее ему в рот и он откусил пол дольки.

- Не дразни меня собственницей, а то откажусь. Это твой дом и ты его хозяин, не я. Сам сказал, что это формальность, значит я только на бумаге хозяйка.-

- На самом деле, я рад, что дом оформят на тебя. Обо мне и так судачат Бог знает что, а если мне и дом отдадут, то начнется шторм в девять баллов. Да и какая нам разница, ты или я, мы одно целое с тобой, мы семья.- мне пришлось с ним согласиться. Мы не говорили, КТО явился причиной такого события, хотя и знали наверняка. Но я помнила просьбу Егора не затрагивать, до времени, эту тему. От выпитого коньяка мне полегчало и я ожила.

- Егорушка, давай решать с обедом. Что тебе приготовить? Надо суп тебе сварить, но все заморожено, только к вечеру получится.-

- Нет, моя милая, давай доедать. Сейчас я сам ревизию проведу.- он открыл холодильник и начал вытаскивать оттуда еду.

- Что у нас тут? Смотри, сыр, ветчина, сухая колбаса, масло, рыба еще есть, ее нужно в первую очередь доесть. О, поросенок с кашей, целая банка каши и вот поросятина и баранина. Ну, Маня, все собрала, что можно. Это что? Это язык в желе, отложим в сторону пока. Это торт, тоже в сторону. Салат еще есть, сейчас его съедим, а это, что за пакет? Кусок холодного мяса, потерпит до завтра. Баночка с селедкой, сейчас маслом залью и постоит еще, потом с картошечкой съедим. Грибочки, можно оставить для разнообразия. И так! На обед разогреем кашу с поросенком, салатик доедим и по грибку.- Егор стал убирать обратно то, что нам сейчас не понадобится. Я положила масло в сковородку, выложила кашу и сверху уложила кусочки поросенка и баранины. Поставила на маленький огонь и закрыла крышкой.Взяла тарелки и положила в них салат. Грибы поставила на стол в пиалушке. Егор достал горчицу и половинку черного хлеба.

- Только водки не хватает.- прокомментировала я обед.

- У меня есть. Хочешь? Давай по рюмочке к грибочкам.- он достал початую бутылку и рюмки. Я положила ему полную тарелку горячей каши с поросенком, а себе немного каши и ломтики баранины.

- За наш первый совместный обед!- мы чокнулись и выпили, я как обычно по глоточку.

- Я не умею пить залпом, мне не комфортно рюмки махать, ты не обращай внимания на это.-

- Я, как раз, обратил внимание. Мне нравится твоя манера. Очень женственно. Не могу себе представить, что ты рюмку заливаешь в рот, как мужики.- он засмеялся и покачал головой.

- А ты хотел бы что-то во мне изменить? Ну, привычку какую -то, или жест, или тон, ну не знаю что. Что-то не нравится тебе?-

- Мне все в тебе нравится, абсолютно все. Особенно твоя самобытность, ты необычная. Я, когда ты вечером в тот день пришла, был поражен этим. Какая девушка, в той ситуации, решилась бы сделать такой шаг? Только онегинская Татьяна. И при этом никакой бравады или нахальства не было совсем, ты была деликатна и очень смущалась. Меня это окончательно добило.- он вспоминал детали того вечера.

- Желание тебя еще раз увидеть, победило все. Стыд, гордость, неловкость. Я не задумывалась, а может у тебя семья и дети? И что ты живешь здесь, тоже не знала. Меня ноги сами принесли к тебе. Стрела амура не промахнулась! Сразила наповал.- он пристально смотрел на меня и слушал.

- А что было дальше в тот вечер? Чем он закончился? Ты уехала? Я переживал, что ты одна, в таком отчаянии едешь. Я себя ужасно корил, но я побоялся пригласить тебя в дом. Ни одной женщины в этом доме не было, кроме Мани, конечно. И еще я был очень зол в тот день, теперь знаю почему. Стрела амура поразила нас обоих еще в храме. Помнишь?-

- Помню, я все помню. Я ушла, а ты стоял под фонарем. Меня ужасно трясло, я даже где-то остановилась, чтобы успокоиться немного. Боялась, что упаду и не смогу встать, так трясло. Я может и уехала бы, но у меня не было ни копейки. Я на последние деньги в блинной перекусила, днем еще, и чай выпила горячий, чтобы согреться. На мне ботинки были, ноги закоченели. Я не собиралась сюда приезжать. Меня Стас обманом заманил на Казанский и они меня в электричку силком втащили, когда двери закрываться стали. Так я сюда и попала. Короче, пошла я опять в милицию и Стаса отпустили, пожалели меня. Ему так милиционер и сказал, скажи спасибо девушке. Он меня к себе привел, но там я пережила такое унижение, какого в моей жизни не было. Мне он даже умыться не предложил, а знал, что у меня женские дни, мне ванная нужна была. Запихал в какой-то чуланчик при входе и утром велел уезжать. Правда, чаю принес горячего, не отнять.- я умолкла. У Егора ходили желваки на лице и он сжимал кулаки.

- Я убью его. - сказал он тихо, почти шепотом.

- Зачем? Он свое получил. Я его отшила при первой же встрече.- пыталась смягчить я свой рассказ. Егор подошел ко мне и встал на колени. Он взял мои руки в свои и сказал,

- Прости меня! Прости меня за все, что тогда случилось с тобой. Родная моя! - и уткнулся мне в колени лицом. Я гладила его по волосам, обняла его за голову и целовала ее.

- Но мы встретились! Вот главное. Все остальное не важно, пережила и забыла. Может все это нужно было вынести и обрести тебя. Любимый, желанный, единственный мой.- Он поднял голову, в его взгляде была боль. Мы обнялись и стали целоваться.

Вечером явилась Маня. Она просеменила на кухню и села с торжествующим видом.

- Давай, рассказывай! Слухи уже пошли? Вся округа в курсе? - спросил ее Егор.

- Ох! Что было, что было! Пух и перья летали в храмУ. Нюрка аж матюками грозилась.- начала Маня. Видимо был скандал.

- Давай, по порядку рассказывай.-

- Давеча, отец Анатолий пришел угрюмый и злой, как леший из лесу. Надька, с кухни, узнала гдей-то, что вам хоромы будут строить и денег не возьмут. Все за так, значит. Ну, девки посудачили и рассеились кто-куда. Говорили, батюшка Егорий женился на Святейшего внучке, потому такой почет. Я уж, молчком, слушаю только, баб то. В обед сели трапезничать, отец Анатолий и диакон Лексей. Тут и матушки ихнии подоспели. Мы накрываем обед, а Нюрка давай Анатолия пытать, что это мол за дела такия, малявке дом отписали. Правда, что ль, девка? - спросила у меня Маня.

- Маня! Не отвлекайся.- строго заметил ей Егор.

- Да, ладно тебе, не серчай. Она, Нюрка то, давай криком вопить, что дескать не гляну на Святейшего, до Синода дойду, а дом энтот малявке не отдам. Костями расстелюся, а не дам ей домик. Ишь, блатовая, и шубу ей, и свадьбу сыграли, и хоромы строют, а еще и дом подавай. Не дам и все тут. Лариска дьякова подначивает, да Лексей как зыркнет на нее, она и заткнулася, помалкивала все. Нюрка разгорелась вся, орет на всю церкву, аж галки взлетели. Я, кричит значит, мать перемать твою, здеся хозяйка, а мне кукиш с маслом, а малявка два дня как пришла, ей хоромы. Анатолий то, как шарахнет кулаком по столу, аж тарелки взлетели. Заткнись, орет на Нюрку, нос свой не суй, ни тваво ума дело. Нюрка давай посуду колотить, стакан с компотом грохнула об земь и тарелку с хлебом. Мы уж посля подбирали, при ней струсили. Уж больно гневная была. Отец Анатолий красный весь сделался и как заорет, пошла мол вон отсюдова, чтобы духу твоего не было здеся. И вытолкал ее взашей. Она воет, волоса рвет, голосит сердешная, а он сел и давай хлебать дальше. На кухне девки гадают теперича, чиво дальше будет. Еленка, а ты и впрямь патриархова внучка? - любопытство не оставило Маню.

- Глупости не говори, Маня. Я рассержусь. Никакая Еленочка не внучка патриарха. Ее дедушка ученый, академик, а не патриарх. Поняла? Даа, видимо одним скандалом не закончится. Душечка моя, ненаглядная, ну что ты нос повесила, не думай об этом, они твоей ни одной мысли не стоят. Люди такие, что поделаешь? Улыбнись, моя хорошая.- он обнял меня и прижал к себе.

- Я тебя в обиду не дам, не думай Если мне кто-то скажет что-нибудь в твой адрес, я ответить сумею. Мне за тебя обидно очень. Мы и сами не знали ничего, сегодня эти приехали и как обухом по голове.Ремонт завтра начнут. Что мы скажем? - объясняла я Мане.

- Вы прям чистые голуби. А дом то в правду отписали? Мне скАжите?- продолжила интерес Маня.

- Отписали. У владык свои причуды.- ответила я.

- Так то так, да чудно больно. Отец Анатолий сам метил на энтот дом, потому и не селит никого. Взять Андрюху, дьяка, у них с Маринкой дитя родилося, чистый ангел, а они у ее родителев живут, в комнатухе ютятся. Им бы отдал, так нет, придерживает для себя. Вот и придержал.- мелким как бисер, смехом залилась Маня.

- Давайте, девочки, пить чай с вареньем, конфетами и тортом. Мань, кагорчику выпьешь?- Егор любил Маню,и она его любила, он ей как сыночек был. Два одиноких сердца привязались и заботились друг о друге. Я накрыла стол для чаепития, поставив варенье к Егору поближе, и заварила чай. Он достал графинчик с кагором и рюмки.

- Я энтот дом с малых лет знаю, еще до кожанных помню. Я в ем служу с поры, как открыли в войну. До Егория здеся две семьи жили. В его половине жил батюшка Кирилл с матушкой Евгенией, деток у их не было, одни значит были. Хорошие люди, тихие. На дальней стороне жил дьяк Геннадий с матушкой Галиной У их трое ребят было, погодки, в мать пошли, баловники. Галька девка шустрая, хабалистая, а Генка, как выпьет, так буянил, а так тихий. Они теперича в деревню съехали, в приход ушли. Там им приволье, куры свои, коза , огородик. А энтих, Кирилла с матушкой сослали в север, в приход далекий, уж не знаю за что такое наказание понесли. У его, у Кирилла значит, здеся у нас брат остался, бобылем живет. Тоже в Сибирь ссылали, кожанные.-

- Иван Павлович, помнишь старика у храма, профессора? Он брат отца Кирилла.- объяснил Егор. - Маня, а у тебя была семья? Муж был?- мне было интересно, как Маня рассказывает.

- Неет, девица я. Жених был, да его убили. Меня дядька мой с матушкой, покойницей, сосватали в деревню, голод поправить. Я жениха то и не видала даже. В ту пору колхозы начинали,а у их мельница была, значит. Кожанные давай хлеб мешками тащить, а он не дает. Ночью то всю их семью и запалили в дому, ребятишек не пожалели, все погорели живьем, и люди и скотинка. Так то вот.-

- Ну а ты любила кого-нибудь? Влюблялась в юности?- пытала я Маню.

- Иии, девка. У меня батюшка, царствие ему небесное, отец Иван, ох,строг был. Какая там любовь,что ты. Косу всю повыдергал бы. Его кожанные прямо в алтаре повесили, мучили, сердешного. За веру страдалец.- Маня тяжело вздохнула и отерла рукой слезящиеся глаза. Какая судьба! Сколько еще таких на нашей земле? Мы с Егором посмотрели друг на друга.

- Мань, а ты еще нам счастья не желала, давай поздравь нас с Еленочкой.- Егор сбил Маню с грустных воспоминаний. Он хорошо знал цену таким воспоминаниям.

- Да что уж, вы как голубок с голубкой, всю жизнь свою ворковать будите. Деток народите, я им пышки буду печь, да сказки сказывать. Давай, налей, за вас, голубков, выпью.- так поздравила нас Маня.

- Моя Еленочка очень хорошая девушка, ты ее полюбишь, Мань.-

- А я и щас ее люблю. Хорошая девка, ладная из себя и косу плетет. Не то, что нынешние, волосы пообдирут и ходят не покрымшись. И тебе пара.- я была тронута такой оценкой.

- Спасибо, Маня! - и я ее расцеловала в обе щечки, похожие на печеное яблочко. Она очень растрогалась.

- Побегу я, еще печка не топлена.- Егор пошел ее проводить к дверям.

- Я хочу вымыться под душем, а то ремонт начнут, могу прозевать, останусь немытая.-

- Иди,конечно. Там увидишь шампунь и мочалку. Полотенце я принесу.-

- И халатик принеси тоже.- сказала я в дверях ванной. Я разделась и встала под горячий душ, вымыла голову, намылилась сама и стояла под душем подставив лицо под струи воды. С меня как будто смывалась вся накопившаяся усталость последних дней. Дверь открылась, в двери стоял Егор с халатом и полотенцем в руках. Взгляд его потемнел, он быстро разделся и запрыгнул ко мне в ванну. Он встал позади меня, взял мои груди в руки и стал целовать мою спину, лизать ложбинку языком, упираясь восставшим членом в мою попу. Затем он резко согнул меня и вошел в меня сзади. Он мощными ударами бил меня прямо в матку, а его тяжелые яички стукали меня по ягодицам. Он тяжело дышал и постанывал. Ощущения обостряла, льющаяся на нас сверху, вода из душа. Я выгибала спину от наслаждения и хрипела "Еще, еще", "Хочу", "Да". Мы закончили разом мощным острым оргазмом. Он разогнул меня и бессильно обмяк, головой у меня на плече. Так мы простояли под душем довольно долго.Егор отпустил меня и выключил воду. Я вылезла из ванны и взяла полотенце, села на край и стала вытирать себя. Егор взял у меня полотенце, тоже сел на край и начал вытирать мне ноги, целуя их.

- Любимая моя, бесценная девочка! Ты даришь мне такое наслаждение, я не могу его выразить словами. Я люблю тебя, слышишь? Я люблю тебя! Люблю! Люблю! Люблю!. Маленькая моя, малышка! Жена моя, счастье мое! Я все готов положить к твоим ногам. Весь мир! - я сидела и слушала его слова, а сама не могла вымолвить ни звука. Мне хотелось сказать ему тоже самое, но я молчала. Меня начали душить слезы и я отпустила их на волю. Я сидела на краю ванны и плакала навзрыд. Егор вскочил, начал меня успокаивать, но слезы текли ручьем. Он растерялся. Схватил полотенце и стал вытирать мне мокрые волосы, одновременно целуя меня в залитое слезами лицо. Поднял меня на руки и понес в комнату. Положив меня на кровать, он пытался остановить этот поток слез.

- Почему ты плачешь? Что случилось? Я тебя обидел,тебе больно? Что, что с тобой? Скажи мне что-нибудь, Еленочка! Не пугай меня. Не плачь.- он не знал, что ему делать.

- Ппростти ммення. Ссейччас. Яя ллюббллю ттеббя. Яя дддураа - и зарыдала опять. Егор выбежал из комнаты, на ходу одевая халат. Он принес воды в чашке и рюмку коньяка.

- На, попей водички. Тшшш.-он осторожно поил меня, я сделала глоток, потом второй и начала затихать. Немного успокоившись, я обхватила подушку и уткнулась в нее, шмыгая носом. Я закрыла глаза,мне было стыдно перед Егором.Подушка стала влажная от мокрых волос и я села. Егор заставил меня выпить коньяк и сел рядом. Лицо его было серьезным.

- Ты устала. Сегодня вторник. С пятницы прошло четыре дня, а такой шквал событий и эмоций. Ты же еще девочка совсем, тебе не по плечу такая нагрузка. Ничего, я с тобой, рядом. Мы выдержим все. Нас не сломает никто. Господь с нами, это главное! Как ты? Лучше? Может чаю выпьем? Хочешь?- я помахала головой в знак согласия. Егор достал мою пижаму и надел ее на меня.

- Голышек мой, давай зайцев наденем, сразу согреешься. Носочки надеть? - он надел на меня маленькие носки. Мы не спеша двинулись на кухню. Мы пили горячий чай и говорили о будущей жизни. О том, какой будет у нас дом, родим ли мы детей и какие имена им дадим, где нам хочется побывать и еще о многом и ни о чем. Егор берег меня и не затрагивал рискованных тем.

- Весной мне хочется около дома цветы посадить. Простые, анютины глазки, маргаритки, астры и флоксы. Еще я люблю сирень. И елку маленькую посадим? В лесу выкопаем и здесь посадим, тогда у нас на Новый год будет своя елка.- мечтала я.

- Конечно, обязательно посадим, что захочешь. Я для тебя всю землю вокруг перекопаю,чудо мое, и весь лес вырою. Хочешь лес? - он ожил после моей истерики. Был рад, что я успокоилась.

- Нет, лес не хочу Я лес в лесу люблю. Сирень у лавочки посадим, надо узнать где можно саженцы купить. А за домом ты мне сделаешь грядку и я посажу укроп и петрушку, еще лук и редиску. Нам одной грядки хватит.- продолжала я мечтать.

- А давай ягоды посадим, ты мне варенье будешь варить. Можно яблоньку и вишню тоже.- продолжил Егор мои мечтания.

- Да, яблоню хорошо бы. А что здесь у людей растет, в основном?-

- Картошка у большинства. Да, у кого, что. Но вишня цветет у многих, и на рынке много продают в сезон, только он короткий, недели две.- Егор включился в мечтания.

- Тепло наступит, будем гулять с тобой, у реки сидеть. Я люблю одно место пониже, у Оки. Там соловьи хорошо поют по вечерам.- видя, что я устала, он поднялся, убрал со стола и помыл чашки.

- Пойдем, родная. День сложный сегодня, отдохнуть нужно.- и повел меня в постель за руку.

Мы легли. Егор закинул руки на подушку и смотрел в потолок. Сна не было. Мы молчали. Очень скоро Егор заснул так, с руками на подушке. Намучился он со мной сегодня, и вчера тоже с этим обмороком. Я сама себя не узнавала. Таких случаев раньше не было. Но и чувств таких тоже не было. Меня раньше не трясло от любви. А интим? Такого я точно не знала раньше и не испытывала ни с кем. Видимо прав Егор, не готова я к таким нагрузкам. А он? Он готов разве? На него свалился еще больший груз новых событий, чувств и переживаний. Как он держится еще? Вместо того, чтобы поберечь его, я только прибавляю ему трудностей. А вдруг он решит, что я истеричка с нестабильной психикой? Вдруг он испугался и разлюбит меня? От этой мысли я оцепенела, у меня все похолодело внутри. Да, да, ведь он даже не обнял меня, когда мы легли и не поцеловал ни разочка. Сразу стал холоден и руки на подушку закинул, чтобы до меня не дотрагиваться. Точно! Он испугался и теперь будет бояться меня, а не любить.Я начала накручивать себя и ужас охватил меня. Все сжалось внутри, сердце заныло, хотелось вскочить и убежать. Я зажмурилась, испугавшись увидеть нелюбовь Егора. "Господи! Что же делать? Я теряю Егора! Как мне это вынести? Господь мой! Помоги мне!" шептала я. Я боялась прикоснуться к Егору, боялась разбудить его неосторожным движением, боялась его холодности. Я была в отчаянии. Все внутри меня рушилось и зацепиться было не за что. Из ночного окна начал литься свет. Вначале я решила, что это луна, но свет усиливался и я увидела ИИСУСА. Он подошел близко ко мне и положил мне руку на сердце. Меня стало отпускать.

- ТЫ здесь? ТЫ пришел ко мне? Забери меня из этого ужаса. Я не вынесу потери Егора.-

- Смотри на кольцо. Оно поможет тебе. Я с тобой, даже НЕЗРИМ. Люби мужа, не бойся ничего.

Враг посылает страх и сомнения. Не поддавайся ему. Смотри на кольцо! Любимая дочь Моя! - ОН погладил меня по голове и щеке, нагнулся и поцеловал в лоб. Затем отошел и стал растворяться в свете.Свет исчез. Я поцеловала колечко, положила руку на живот Егора и закрыла глаза, засыпая.


Среда. Последний выходной.


Утром шел снег. Он завалил все вокруг, дорожки не было видно.На лавочке около дома появился пушистый, белоснежный сугроб.

- Сегодня придется дорожку чистить, лопатой помахать. Снег закончится, займусь. И ты на улице погуляешь, а то щечки твои побледнели.- говорил мне Егор за завтраком.

- Не получится, метель будет.- ответила я на полном серьезе.

- Почему ты так решила? Откуда ты знаешь?-

- Знаю! Откуда, не знаю, но знаю.-

- Очень убедительно. Аргумент железный.- засмеялся Егор. Он подошел сзади, обнял меня за шею и поцеловал в висок и в ухо. Мы еще не привыкли к таким моим "знаниям". Рабочих пока не было. Видимо их задерживал снегопад. Сегодня я была в брюках и заплела две косички. Егору понравилось. Он осмотрел меня со всех сторон и изрек,

- Здорово! 9-ый А. Но тебе идет, хотя тебе все к лицу. Моя красавица жена! -

- "Красавица, богиня, ангел" - пропела я из "Пиковой дамы".- Егор улыбнулся чуть смущенно. Между нами чувствовалась некоторая неловкость после вчерашнего. Не напряжение, нет, а именно неловкость. Мы уводили прямые взгляды друг от друга, но постоянно поглядывали искоса. Сегодня впервые он не проявлял бурно своих чувств. Был сдержанным, хотя я и ловила на себе его горящий взгляд. Было видно, что он подавляет свои желания. Наконец приехала бригада на микроавтобусе. Из него высыпали рабочие во главе с Сергеем. Егор пошел открывать дверь.

- Ну и снег! Пару раз буксовали, пока ехали.- говорил Сергей. Следом вошли еще четверо..Они с любопытством меня разглядывали. Один, молодой, вылупился так, что у него отвисла челюсть.

- Здравствуйте, матушка Елена.- поздоровался Сергей. Я кивнула ему.

- Эти комнаты открыты? - указал Сергей на дальние комнаты.

- Одну минуту, сейчас я принесу ключи.- сказал Егор и ушел в свою маленькую комнату, откуда быстро вернулся со связкой ключей. Они открыли самую дальнюю, она была почти квадратная и вся завалена хламом. Какие-то тряпки, старые ботинки, сломанный детский велосипед, корыто, детские поломанные игрушки, один кирзовый сапог и прочий мусор. Я хотела открыть форточку, но Сергей не разрешил. Он велел двум рабочим очистить комнату. Те сразу же приступили. Один взял лопату и пошел очищать место за домом, для мусора. Мы перешли во вторую комнату. Она была по размеру такая же, как комната Егора, узкая и небольшая. Там были связки со старыми журналами "Огонек" и "Работница", кучей лежали детские трепаные книжки и еще какие-то церковные журналы. Сверху в куче я увидела книжки "Зоя и Шура" и "Кораблик" Маршака.

- Плывет плывет кораблик, кораблик золотой. Везет везет подарки, подарки нам с тобой".- продекламировала я. Егор с тоской посмотрел на меня. У меня защемило в груди и я вышла. Последней была комната перед закутком. Это была просторная комната с большим окном и камином.

- Здесь у нас будет гостиная. Я из нее конфетку сделаю.- приняла я решение сразу, как вошла.

- Я ни секунды не сомневаюсь, что так и будет. Ты уже представляешь ее себе? А, малышка!- Сергей покосился на меня. После осмотра мы с Егором ушли на кухню. Я захотела кофе и поставила чайник. Егор стал мыть посуду оставшуюся от завтрака. Я сварила кофе и налила его в чашки.

- Брось, я потом домою. Иди, выпей кофейку.- позвала я его. Он подошел к столу, взял горячий кофе, потом отставил чашку и взял мою у меня из рук. Егор поставил ее, обнял меня и начал целовать. Он прошептал,

- Девочка моя! Любимая моя! Единственная, драгоценная, любовь моя! - и опять начал целовать.

- Кхе, кхе, послышалось от двери.- это был Борис Иванович. Мы отпрянули друг от друга.

- Здравствуйте! Ну и погодка. Метель начинается, к вечеру совсем заметет. Очень некстати.- снял напряжение Борис Иваныч. У него был довольный вид.

- Я вам документики привез. Вот, извольте взглянуть, матушка Елена.- протянул он мне папочку.

- Это все к Георгию Николаевичу вопросы. Я не понимаю в этом ничего.- Б.И. передал папку Егору.Егор сел и начал смотреть бумаги. Он тщательно все просмотрел и прочитал, задавая вопросы Борис Ивановичу.

- Я должен быть уверен в абсолютной законности этих процедур. Чтобы комар носа не подточил.Законно ли двойное дарение одному частному лицу? - Борис Иванович подробно объяснял Егору всю законность этой процедуры, каждый нюанс и закорючку,о которых спрашивал его Егор.

- Где надо подписать? Еленочка, иди сюда, подпиши вот здесь и на кадастровом паспорте тоже.- я расписалась под строгим контролем Егора. Он еще раз взглянул на мои подписи -Любомирова Е.Д.- ЕЛюба.

- Поздравляю тебя с владением этим домом в 124 кв.метра и прилегающему к нему участком земли в 6,5 сотки. Моя родная, теперь ты полновластная хозяйка и никто не сможет тебя упрекнуть.- Егор был очень доволен. Я поцеловала его в щеку и тоже поздравила,

- Георгий Николаевич, я поздравляю Вас с приобретением такого замечательного дома и кусочка земли для сирени и грядки с петрушкой. Ура! товарищи!- смеялась я. Борис Иванович улыбался, глядя на нас и качал головой.

- Я так же поздравляю вас обоих и желаю вам прожить в этом доме долгую и счастливую жизнь вместе.- поздравил он нас .

- А нам пора заняться выбором обоев. Прошу Вас, матушка.- спустил нас на землю Борис Иваныч, и достал блокнот и каталог. Я полистала его и у меня захватило дух от увиденного. Каталог был на английском, под каждой картинкой была надпись с номером, описанием и ценой в долларах. Борис Иваныч показал мне как им пользоваться, чтоб не запутаться. Он дал мне тоненькие бумажки-закладки и велел начинать. Егор, тем временем, домыл посуду и стал внимательно наблюдать за нами

- Начнем со спальни. Она будет красная.-

- Как красная? - удивился Егор.

- Да.да. Именно красная. Это будет не спальня, а будуар. Там не будет ни батюшки, ни матушки. Переступив порог мы остаемся только любовниками, коими, надеюсь, будем до старости. Поэтому интерьер должен соответствовать.- без возражений решила я.

- С ума сойти! Ну, ты и придумала, шалунья моя.- отреагировал Егор.

- Борис Иваныч, Вы уж простите фантазии матушки, она творческая личность. Ей можно позволить некоторые вольности.- оправдывал меня Егор. Борис Иваныч с мягкой улыбкой произнес,

- А я согласен с матушкой Еленой, она права. Вы молодые, вам спальня не только для сна нужна.

- В твоей комнате сделаем тебе кабинет. Стиль останется твоим, как сейчас, только сделаем хорошие стеллажи для книг во всю стену и вместо кушетки поставим диван, где ты сможешь отдохнуть. Эх, стол бы письменный, как у моего деда и отца был, большой, под сукном, и лампой со стеклянным колпаком. Кресло вольтеровское, помнишь, ты в нем сидел у мамы. И ковер на пол, чтобы ты во время молитвы колени не отбивал.- Борис Иваныч записывал все в своем блокноте.

- Ковер не нужно, он будет лишним там.- Егор дал понять, что молитва должна быть в строгости.

- Хорошо, как скажешь, мой родной. Гостиная будет зеленая, с тяжелыми шторами на кольцах и деревянными палками для штор. Кстати, я на всех окнах хочу палки, а не кронштейны с крючками, которые всегда заедает. Камин останется. Хорошо бы массивный старинный буфет. Мягкий диван и два кресла, венские стулья, телевизор в углу и большой круглый стол на одной ноге-лапе. Над столом будет большой абажур. Никаких хрустальных люстр! Чего-то не хватает, но по ходу додумаю.- Б.И. записывал за мной.

- Маленькая комната станет для гостей, там поставим диван или тахту, я не понимаю разницы в них, шкаф, столик рядом с окном и кресло небольшое. Уфф, давайте переменку устроим, а то у меня голова кругом.- Я взяла несколько мандаринов и начала чистить их в тарелку.

- Корочки не выбрасывай, я в шкаф положу, для запаха и от моли. Угощайтесь!- Я поставила тарелку с очищенными мандаринами на стол. Егору я давала в рот по дольке, одну ему, другую себе.

- Борис Иванович, мы вас не смущаем? Мне почему-то кажется, что Вы не осудите нас за отсутствие чопорности.-

- Нет, что Вы, на вас приятно смотреть. Вы очень красивая пара, от вас сияние исходит.-

- Итак, осталась дальняя комната, а я не знаю ее применения. Еще не понимаю, зачем она. Оставим как склад пока. Если дети родятся, то сделаем им там игровую, а потом школьную. Будут по всему коридору на великах кататься.- Егор довольно улыбался. Я в первый раз говорила о наших будущих детях.

- Теперь коридор. Егор, будь добр, позови бригадира, мне с ним нужно посоветоваться.- Егор вышел за Сергеем и они вернулись вместе.

- У меня к Вам два технических вопроса. Первое, можно ли сделать свет в коридоре на стене между окон, я не хочу потолочный свет, но не в розетки включать шнуры, а сделать выключатели? Второе, как Вы считаете, обои в коридоре лучше до потолка или их снизить. Мне нужно его расширить визуально.-

- Свет сделаем как скажете, а обои, конечно, нужно делать ниже и с каймой. То есть сверху лента по ним идет. В каталоге должно быть, посмотрите. Проводку тайную сделаем, в стены. Что-нибудь еще? Тогда я пошел, матушка.- я кивнула ему. Мы перешли к выбору обоев. После недолгих споров выбрали для спальни алые, с легкими цветущими веточками, на некоторых из которых две птички вили гнездо. В гостиной будут темно-зеленые с золотыми коронами в вензелях. Для гостевой светло-серые с веточками цветущей сакуры, а в кабинет строгие в желто-оливковую полосу с тонкой белой полоской между ними. В дальней комнате будут синие с розочками, а в коридоре темно-синие с золотыми ветками вензелями. У меня в глазах рябило от количества просмотренных картинок.

- Я понял, ты любишь птичек. Может канарейку в клетке тебе подарить?- пошутил надо мной Егор.

- Лучше кормушку для птичек сделай, за окошком.- парировала я. Борис Иваныч сложил все в свой портфель и раскланялся с нами. Один из рабочих уже вовсю клал плитку на пол в ванной и туалете. Остальные сдирали старую краску со стен в комнатах и шкурили окна. Работа кипела. В одной из комнат стояли упакованные новая ванна и унитаз. Плитка была в длинных коробках. А две раковины, тоже в упаковке, стояли в углу. Было еще что-то, но мы не стали туда лезть.

- Быстро работают, ничего не скажешь.- проговорил Егор. А я думала об обеде для него.

- У тебя картошка есть?- спросила я.

- Конечно, целый ящик за вешалкой. Ты хочешь картошечки? Сейчас наберу, идем на кухню, я миску возьму. Он принес картошку и начал ее чистить острейшим ножом.

- Давай я сама почищу, я женщина, и я должна это делать.-

- Женщина моя милая, не нужно пачкать такие махонькие ручки, когда есть я. Я же матрос, я все умею. Может быть хочешь полежать или поспать? -

- Вот еще, не хватает лежать средь бела дня. Нет, не хочу. Может быть после обеда, раз гулять нельзя. Посмотрим.- я хотела бы прилечь, но признаться в этом не смогла. Еще я хотела его, но тоже не показывала этого. Он с утра был сдержан на ласки и я решила, что он просто устал от любовных услад.

- Я после обеда хочу почитать кое-что и подготовиться к завтрашнему дню. Ты не возражаешь?

- Почему я должна возражать? Нет, конечно. Делай свои дела, а я придумаю для себя занятие.- мне не хотелось ему показывать, что его последний выходной я думала провести с ним рядом, не отвлекаясь ни на что. Видимо, он утомился от тесного общения со мной за эти дни и хочет побыть один. Завтра он выходит на службу и мы будем реже с ним видеться, нужно привыкать к этому. Я достала холодное мясо из холодильника, порезала его ломтиками и поставила разогревать в сковороде. Картошка кипела, мясо грелось, соленые огурцы стояли на столе нарезанные на тонкие ломтики. Два стакана со свадебным морсом были рядом с тарелками. Осталось порезать хлеб, но Егор это сделал сам.

-У меня такие острые ножи, я все время боюсь, что ты порежешься. Я не люблю тупые ножи.- сообщил мне Егор.

- Я тоже люблю острые, в этом мы схожи с тобой. Только я их точить не умею, совсем не умею.-

- Тебе не нужно это умение, у тебя я есть. Еще я сам глажу себе одежду и давай эта обязанность останется за мной. Брюки и рясы я буду гладить сам.- твердо сказал Егор.

- Хорошо, как скажешь. Но рубашки то мне будет дозволено тебе гладить, ну и белье, футболки- я вопросительно посмотрела на него.

- Ладно, рубашки так и быть, гладь.- примирительным тоном ответил Егор.

- Птенчик мой, давай за стол садиться.- Мы сели за стол. Я ела вяло, мне не хотелось, я хотела совсем другого. Егор, напротив, был весел и много шутил. Рассказывал смешные истории из корабельной службы или школьные истории. Я тоже вспомнила пару забавных случаев, про то как хипповали, как научилась рон-н-ролл отплясывать у англичан.

- Ты скучаешь по той жизни? Я бы не прочь взглянуть, как ты танцуешь.-

- Пока не скучаю, а дальше?...Я последний раз отплясывала на ноябрьские праздники, мы на дачу традиционно ездим большой компанией. Жаль, без моих братьев, мои оба брата в армии, Миша, родной и Алеша, старший двоюродный брат. Мы с ним очень дружны. Он в геолого-разведочном учился, с четвертого курса ушел, его рок- группа от учебы отвлекла. Придет, восстановится в институте. Он один у нас продолжил династию геологов.-

- Расскажи, если не против, про вашу семью. Мне интересно.- попросил меня Егор. Я стала рассказывать.

- У нашей семьи интересная история. Мой дед академик, на самом деле он прадед, он отец моей бабушки, Ирины Леонидовны. Он был сибиряк, из Красноярска. Еще при царе он стал молодым профессором, дружил с Докучаевым, Обручевым и другими известными геологами и почвенниками. Мой родной дед с ним работал, они были почти одного возраста. Андрей Александрович, дворянин, известный меценат и меломан. Он был горный инженер. Раньше ведь дворяне не учились в университете. Они или были офицерами, или учились в Горном институте в Петербурге. Он работал вместе с дедом, и моя бабушка в юном возрасте влюбилась в него. Он читал ей всемирную историю вслух и сразил этим, так говорят. Они поженились. Дед был старше почти на тридцать лет. У них родилось три сына, мой папа самый младший. Они расстались, когда он еще младенцем был. Дед завел роман с бонной, ну, немкой, гувернанткой дяди Саши. Бабушка ушла Потом бабушка вышла замуж за деда Владимира, который сейчас с ней. Он младше бабушки. Он был аспирантом у ее отца. Я подробно рассказала Егору историю нашей семьи. Он очень внимательно слушал, задавал вопросы иногда. Когда я закончила рассказ, он вздохнул и сказал мне,

- Мне нечего тебе рассказывать, я не знаю даже, кто я по национальности, поляк, или литовец, или белорус, менее всего я русский. Знаю точно, что не китаец. Для меня понятия бабушка, дед, отец, мать, это абстракция, я только как слова их понимаю, никакой конкретики. Я без роду, без племени. Сейчас я тебя обрел и только начинаю учиться понимать, что такое семья.- Он говорил спокойно, как бы с равнодушием, но я видела его тоску в глазах и понимала, что для него это больная тема. Он тосковал по семье всю свою жизнь, чувствовал себя изгоем. Я подошла к нему и обняла, поцеловала его в плечо и положила голову на него. Егор погладил меня по спине и встал со стула. Он не захотел продолжать объятия. Я сказала ему,

- Я возьму что-нибудь почитать, пойду полежу. Ты поработать хотел.- Егор только кивнул.

- Пойдем, выберешь себе книгу.- Мы вошли к нему в комнату, я села на кушетку и уставилась на полку с книгами. В основном там были богословские книги.

- Дай мне сам что-нибудь, про Христа.- он удивился.

- Про Христа? Тогда надо начинать с евангелия от Марка.Лучше читать вдвоем, я сам тебе буду читать. Хорошо?-

- Как скажите, батюшка. С Вами, значит с Вами. Ты прав, будешь читать и объяснять непонятное.-

- Сенкевича может быть, "Камо Грядеши"? -

- Нет, сложная книга. Давай Тютчева, я вижу у тебя томик.- я взяла стихи Тютчева и пошла к двери. Егор промолчал, смотрел только вслед. Я вышла, постояла и ушла в спальню. Я сняла брюки и легла с книжкой поверх одеяла, прикрыв ноги халатом Егора. Читать расхотелось и я стала раздумывать о нас. Я уснула неглубоким сном, сквозь который я слышала, как Егор приоткрыл дверь и смотрел на меня. Потом тихо закрыл дверь и вернулся к себе. Там он сел на кушетку, на то место, где сидела я, и поставил руки локтями на колени. Он уткнулся лицом в ладони и так сидел. Потом встал к образам и стал молиться, но это я уже увидела во сне. Я проспала часа два. На улице уже было темно, завывала вьюга. Я чувствовала себя совершенно разбитой. Нельзя спать на закате. Я встала и пошла в ванную умыться холодной водой. Егор ждал меня на кухне.

- Поспала? Вот и хорошо. Хоть немножко отдохнула. Я тебе приготовил ключи от дома и вот телефон записал, в храм.- Егор протянул мне листок с номером телефона. Я взяла ключи и листок, сунула их в ящик тумбочки.

- Спасибо. А наш номер скажи, я маме хочу его дать. Сейчас позвоню ей, а то я пропала, она волнуется наверное.- я вышла в коридор, звонить маме. Егор шел за мной со стулом, который поставил рядом с окном, чтобы я могла сесть. Он пошел к себе и вернулся с листком на котором написал здешний номер.

- Я на кухне, чайник поставлю.Ты поговори.- он ушел. Я начала звонить. Мама подошла сразу же.

-Мама, привет! Как ты там? Я замоталась и не звонила, прости.-

- Господи, Алена! Я уже извелась вся. Уехали и пропали. Я собралась в вашу Коломну ехать в субботу, искать тебя, если не объявишься. Галь, это Алена, не уходи. Вам привет от тети Гали.-

- Ей тоже. Мишка звонил? Он знает про меня? Что сказал?-

- Что сказал. С ума она сошла, за попа замуж вышла. Дура, как была так и осталась.- я засмеялась

- Хорошее начало! Сам он дурак, так и передай. У нас свадьба была в понедельник, в храме, в трапезной. Даже Вольф был и еще трое с работы. Я заявление написала об уходе.-

- Жаль! Ну,теперь у тебя есть муж, сами решайте, как вам жить. Расскажи про свадьбу.-

- Митрополит приезжал поздравлять. Мне шубу из соболя патриарх подарил и сапоги теплые, сафьяновые сказали. Свадьба была хорошая, весь клир был с женами.-

- Что такое клир? - спросила мама у тетки, та ей объяснила. Видимо только сейчас до мамы дошло сообщение про шубу.

- Как это шуба из соболя? Что это за подарки такие? Галь, Ленке шубу соболью патриарх подарил, ты можешь себе представить? Ничего не понимаю.-

- Мам, что теперь делать, выбросить или нищим отдать? Что ты предлагаешь? Мы сами в шоке.-

- Он что, богатый очень, твой муж?- "Тамар, успокойся, все хорошо. У Ленки теперь шуба на всю жизнь есть, порадуйся за нее." слышался голос тети Гали.

- Мам, глупости не неси, у него даже мыши не ночуют. Будешь так реагировать на все, не буду ничего рассказывать. У нас ремонт в доме начали, весь дом. Тоже нагрузка будь здоров. Завтра Егор на работу выходит, его дома не будет, я одна буду тут ковыряться с этим ремонтом. Правда, быстро все делают, это тебе не РСУ. Ни минуты простоя. Когда все закончится, приедешь к нам, посмотришь все.-

- Ничего я у вас не понимаю, как хотите. Ну, а между вами как дела? Чем занимаетесь? Ты привыкаешь к чужому дому?-

- Это теперь и мой дом, это моя семья и мой муж. Что делаем? Ничего не делаем, ходим друг за другом. Разговариваем о том о сем. Егор очень хороший, он заботится обо мне. Ничего делать не дает.-

- Так и будешь теперь жить? Ничего не делать? - "Тамар, еще неделя не прошла, как они поженились. Не наседай на Ленку" осаживала маму тетка.

- Мам, запиши наш телефон, диктую,- я продиктовала маме номер и код.

- Ладно, пока. Мишке привет, и скажи ему, что я счастлива. Тете Гале привет, и всем привет передай. Целую, не нервничай. У нас все в порядке. Пока.- я повесила трубку. Егор стоял облокотясь на стену у кухни и улыбался.

- Уфф! Мама! Иногда хочется быть сиротой.-

- Нет, сиротой быть плохо. Что, мама ругает тебя? Пойдем, чай готов.-

- Она в шоке от шубы и от того, что я бездельничаю теперь.-

- Это нормально. Свыкнется со мной. Я же ее дочечку увел, она переживает.-

- Мишка весной вернется, ей не до меня будет. Она нормально к тебе относится, просто мама о любви не знает, она отца простить не может. Она ему с нами не разрешила общаться, когда он ушел. Я очень страдала девочкой, я к отцу привязана была, любила папу и он меня очень любил. У нас так и было в детстве, я папина, а Мишка мамин. Он хорошим отцом был. Играл с нами, читал каждый вечер на ночь. Еще очень веселый был, выдумщик. Это папа научил меня лес любить, читать, петь, мы с ним часто пели вместе. А, ладно, что я тут нюни распускаю, все в прошлом.- я смахнула слезинку.

- Если бы я маме еще и про дом сказала, она бы точно ошалела бы. Как я сообщу ей эту новость? Мне же теперь прописываться здесь нужно. Хотя, могу не говорить, мало ли, я к мужу прописываюсь.-

- Все утрясется, моя милая. Ненаглядная моя!- сказал Егор и отвел взгляд. Я налила нам чай, он достал конфеты и остаток торта.

- Не хочешь, что-то посущественней? Ты в обед плохо ела.-

- Нет, ничего не хочу. Сам поешь, ты голодный наверное.- Егор кинул на меня пристальный взгляд. Я поняла, что его голод совсем другой .Почему он сегодня холоден со мной? Мы выпили чай, Егор доел торт, я велела ему доесть, а я съела пол конфетки. Мы пошли в спальню.

- Мне завтра к третьему часу, уйду в восемь утра.-

- Как это к третьему часу в восемь утра? - Егор рассмеялся. Это по церковному уставу третий час.Первый час в шесть вечера. Часы, ты никогда не слышал такое? -

- Нет. Впервые от тебя слышу.-

- Часы, это короткое богослужение. Три псалма читают, смотря какой день. Третий час читают в девять утра. Затем девятый в три часа дня и первый час вечером.- рассказал Егор.

- Хорошо, значит ты уходишь рано завтра, а вернешься когда?-

- Я позвоню тебе, пока сам не знаю своего расписания.- Мы входили в спальню. Я стала раздеваться, Егор вышел в ванную. Я осталась сидеть на постели. Мы спали без ничего, голыми. Я раздумывала, может ночнушку надеть? Нет, неудобно перед Егором, это уже демонстрация получится. Нет, лягу, как всегда. Я легла под одеяло, натянув его до носа. Лежала на спине, повернусь, когда он ляжет. Может глаза закрыть, мол я сплю? Пока я так рассуждала, вернулся Егор. Он разделся и лег. Поцеловал меня в волосы и в висок, затем выключил маленький свет. В первый раз выключил, обычно он горит. "Спи, мой ангел", сказал и повернулся ко мне спиной. Приехали! Я лежала с открытыми глазами и смотрела в потолок. Было очень тихо. Егор не спал. Снег освещал комнату через занавески.

- Ты меня разлюбил? - тихо спросила я. Егор резко повернулся и сел лицом ко мне.

- Ты что? Что ты придумала? - он схватил меня и прижал к себе, словно защищая от самой себя.

- Ты избегаешь меня весь день, даже не смотришь.-

- Я весь день не знаю как не дотрагиваться до тебя. Хотел дать тебе передышку, я замучил тебя. Девочка моя! Как тебе в голову такой ужас пришел? Это ты так мучила себя весь день? Вот я дурак! Надо было тебе объяснить все, но я не знал как сказать. Думал, что ты поняла. Я измучился сегодня, я не знал куда мне себя деть от тебя. Моя маленькая! Моя любимая! Моя сладость! - он целовал меня и говорил. Мы рухнули в постель. Он начал целовать меня, схватил мои груди и мял их, прикусывая сосок.

- Сладость моя!- прошептал он. Его член налился и уперся в мой живот.

- Подожди, я хочу тебя потрогать везде. Ложись, не шевелись. Дай мне насладится тобой.- он лег и замер. Я легла рядом на живот и стала его гладить по плечам, следуя губами и языком за руками, затем по груди, покусывая по очереди его соски, потом спустилась к животу, который меня очень возбуждает. Я гладила его кругами, целовала, лизала языком и спускалась все ниже. Я начала гладить его бедра и целовать их. Опасное место я не трогала пока, я к нему подбиралась осторожно, но хотела очень. В какой то момент я начала перебирать кончиками пальцев по низу его живота, а лицо опустила к его мошонке. Я легко, пальчиками пробежала по ней и приподняла его яички Я лизнула их по очереди, прошлась губами и втянула в рот одно, затем другое. Я поиграла с ними недолго. Положив ладонь на его лобок, я лизнула кругом основание его члена. Затем я начала лизать его головку, проводя языком по влажному отверстию. Я пальчиками пробежала по всему стволу туда-сюда и сжала его рукой. Не отпуская руку, я втянула головку в рот и помогая языком и губами начала опускаться ниже. Егор застонал. Я стала водить головой вверх, вниз, помогая себе рукой. Крепко сжав губами член я начала движение вверх вниз, вверх вниз. Я опускалась все ниже, его член заполнил весь мой рот, но я упорно продолжала опускаться еще ниже. Егор положил мне одну руку на голову, другой направлял мою руку. Я качала его вверх вниз, водя языком по стволу и слегка сжимала зубами, наконец я достигла основания члена и нажала языком на него Головка была у меня в горле, но я не сдавалась. Я хотела выпить его до конца, до последней капли. Я продолжала вверх вниз, вверх вниз. Егор издал протяжный стон и в мои рот и горло полилось горячее семя. Как я не захлебнулась? Я проглотила жидкость, облизала член и вышла из Егора вся мокрая. Я лежала головой между его ног и не шевелилась. Егор затих, он тоже не шевелился. Я начала подниматься по его телу, целуя его от живота к груди дорожкой поцелуев. Когда я дошла до его лица, я обомлела. Егор лежал с закрытыми глазами и из них текли слезы. Его лицо было все мокрое. Я опешила.

- Что с тобой? Родной мой! Любимый! Счастье мое! Егорушка! Почему ты плачешь?- он помотал головой и сделал знак рукой, чтобы я его не трогала пока. Он пытался перестать.

- Тебя шокировало, что я сделала это? Я не знаю, как так вышло. Правда! Само получилось.- он опять покачал рукой.

- Я, я, я люблю тебя! Подожди! Сейчас!.- он перестал плакать, но глаза не открыл. Чуть позже он произнес осевшим голосом,

- Я в жизни не испытывал ничего подобного. Почему ты так любишь меня? Чем я заслужил твою любовь? Я твой навсегда, я весь твой! Делай со мной, что захочешь, только всегда будь рядом со мной. Какое наслаждение ты мне подарила. Любовь моя вечная! Счастье мое единственное! Мое сердце, моя Душа! Еленочка, родная моя девочка! Я люблю тебя! - он обнял меня и прижал к себе, будто я могу исчезнуть. Он трогал меня везде, проверяя тут ли я.

- Знаешь, я хотела тебя выпить до капли. Это желание меня одолевало с утра и нарастало во мне.Я хотела тебя и боялась признаться тебе в этом. Я чувствовала себя вампиром, но желание только росло.Я называла себя порочной, но желание выпить тебя не отпускало и не давало мне покоя.-

- У тебя получилось. Ты выпила меня всего, с потрохами. Это был экстаз! Я в жизни не думал, что испытаю это. Спасибо тебе, ты подарила мне величайшее наслаждение, сладость моя, сладкая!

- Тебе понравилось? Хорошо тебе было?-

- Понравилось? Это не то слово, я испытал такой восторг! Я слышал о таком, но что сам узнаю, я даже и мечтать не мог.-

- И где ты об этом слышал? Ты же не ведешь такие разговоры?-

- На коробке, на баке. Там такие разговоры ведутся, такие истории можно услышать, что ой,ей,ей. Я на баке узнал, как с женщиной обращаться, как сделать ей хорошо, про ласки и прочее. Только я думал тогда, что мне все это не пригодится. Оказалось, я помню моряцкую школу.- он поцеловал меня.

- Что мне сделать для тебя? Что тебе хочется? Я все сделаю, моя богиня! - он целовал меня и начал постепенно спускаться по моему телу все ниже.


Четверг.


Громко стучали в дверь. Я подскочила, как ошпаренная,на ходу натягивая на себя Егоров халат и побежала открывать. Бригада приехала, а я в неглеже. У дверей стояла Маня.

- Ой! Как хорошо, что это ты. Маня, что-нибудь случилось? Что с Егором?-

- Батюшка мне велел тебя побудить, матушка. Ступай, говорит, разбуди мою голубицу, до мужиков прихода. Поможешь ей, ежели чиво. Сиди, меня дожидайся, в обед сам приду. Ишь, чиво так всполошилась то? Вона, коса то вся растрепалась. Иди, прибери себя.- Маня засеменила на кухню. Я перевела дух и стала одеваться и причесываться. Умывшись, я вошла к Мане.

- Значит Егор обедать придет. Надо суп варить ему. Сварю курочку.- я достала из-за окна цыпленка и бросила его в раковину, размораживаться. После этого стала варить себе кофе в турке. Маня уже пила горячий чай из стакана, вприкуску с сахаром.

- Брось в воду, куру то, застыла больно, не успеешь.- я последовала ее совету и положила курицу в кастрюлю с водой.

- В котором часу обед начинается? Когда Егор придет?- спросила я Маню.

- Посля часов, в три с хвостом. Успеешь, не бойсь. Он любит курятину, угодишь ему.- сообщила мне Маня. Я достала из холодильника масло, сыр и остатки холодного мяса. Порезала тонко и положила на тарелку. Хлеб был несвежий, но я нарезала его тонкими ломтиками.

- Давай, Маня завтракать. Как там отец Анатолий? Успокоился?- начала я спрашивать Маню.

- Хмурый. Нюрка ево не ходит, девки говорили, он ей фингал под глаз закулачил. Все судЯт по углам, про дом то. Только батюшка Николай, да Андрюха помалкивают, не наше, мол, дело судить.- рассказывала мне новости Маня.

- Давеча, опять рядили, бабы то, говорили, матушка Еленка внучкой доводится Святейшему. Я им талдычу, что врут люди, а оне мне, ты ихняя защита, мы тебе не верим. Молва идет вперед языков то.-

Прозвенел колокольчик и я вышла открыть дверь рабочим. На улице стояли две машины. Микроавтобус с рабочими и грузовая с Борис Иванычем. Он привез рулоны обоев, краску в банках, и прочие вещи для ремонта. Рабочие приехали с большими сумками и рюкзаками.

- Нам домик дали на время ремонта, мы сейчас доедем туда, сумки бросим и назад.- сообщил мне Сергей и добавил с улыбкой,

- Поживем тут у вас. Рядом будем, если что.- и зыркнул на меня.

- Если мимо булочной будете проезжать, купите мне хлеба, половинку черного и половинку за двадцать восемь.-

- Не нужно. Доброе утро, матушка Елена. Я привез Вам свежего хлеба. Сейчас возьму в кабине.-

- Так брать хлеб Вам?- спросил меня Сергей.

- Не нужно, Спасибо.- и я ушла в дом. Борис Иванович догнал меня у кухни и мы вошли с ним вместе. Маня сидела на табуретке, сложив руки на коленях. Она посмотрела на Б.И. и успокоилась. Сторожит меня, догадалась я. Борис Иваныч протянул мне в пакете хлеб, два ситника и половинку круглого черного.

- Ой, спасибо Вам! Вы меня очень выручили, Егор обедать придет, а хлеба нет. Сколько я Вам должна?- спросила я,

- Нисколько, пусть будет моим ответом за чай.- сказал Б.И., Я убрала хлеб в хлебницу.

- Сегодня мы займемся обстановкой и светом. Прошу Вас, матушка.- он достал очередной каталог.О гостиной я уже записал, только детали обсудим. Кабинет и гостевую тоже записал и стол нашел, как у дедушки. Завтра столяра привезу, он здешний, коломенский.- мы начали обсуждение. С мебелью разобрались быстро, светильники я выбрала тоже без проблем. Описала шторы, Только тюль я терпеть не могла, но первый этаж, что-то нужно было придумывать. Мы решили сделать вторые шторы из легкого шифона. В каталоге я выбрала образцы тканей. Борис Иваныч показал мне ручки к дверям и указал на некоторые. Я выбрала из латуни, удобные для руки и хорошо подходившие к синим обоям коридора. Последнее, что уговорил меня заказать, был кухонный комбайн, немецкой фирмы. Еще я нашла классную небольшую дрель в подарок Егору. Мы закончили и Борис Иваныч убежал по делам. Будильник показывал половину первого. Маня дремала на табуретке. Вошел Сергей и сообщил, что после обеда будут освобождать кухню. Сергей улыбался мне, в отсутствии Егора он чувствовал себя уверенней.

- Ишь, лыбится, как кот. Морда масляная, хитрый, шельма. Ты его не привечай, смотри в оба. Такому только волю дай.- поучала меня Маня. Я не ответила ей, я искала вермишель. Нашла в тумбочке, но маловато. Решила сварить рис, и в суп положу и гарнир вкусный.

- Где у Егора может быть морковка? В суп положить. И если есть, капуста, я ему салатик с яблочком сделаю.- Маня подхватилась и побежала в коридор. Принесла морковь и кочан капусты.

- Через час поставлю цыпку варить, чтобы не остыла к приходу Егора.- Зазвонил телефон. Егор наверное. Я подошла и взяла трубку.

- Как ты? Маня с тобой?-

- Здравствуй, родной! Все в порядке. Маня здесь, Борис Иваныч недавно ушел.-

- Что ты делаешь сейчас? -

- С тобой говорю, и радуюсь твоему голосу. Обед тебе варю, ты же придешь обедать? Да? -

- Приду, в половине четвертого. Потом опять уйду в шесть, до восьми вечера. Ладно, цветочек мой, увидимся. Целую тебя тысячу раз.- я улыбаясь, вошла к Мане на кухню.

- Егорий звонил? Волнуется, сердешный. Он любит тебя, сам мне говорил.-

- Когда это он тебе такое сказал?- удивилась я.

- Помнишь, ты, девка, у ограды его звала? Он тогда сам не свой сделался. Аж трясся весь. Доолго трясся. Опосля лопату бросил и на лавку сел, руками лик прикрыл и приговаривал все, "Что я наделал". Я трясу его за плечо то, а он в ответ, "Что я наделал".- я вспомнила, как меня трясло по дороге, значит и с Егором было тоже самое.

- Ну, а дальше что? Когда он тебе сказал, что любит меня? -

- Прошло недолго время, мы с им тута были, в кухне значит. Он тогда ел ничего, аж потемнел, родимый. Я его пытать давай, что не ешь то, вон с лица спал совсем, а он мне "Люблю я ее,Маня. Сильно люблю, аж мочи нет". А в один день плакал, слезы так и лилися речкой. Он Богу молился, а я подглядела.Так то, девка. Помучила ты Егория. Опосля в Москву собрался, все чистился, значит. Я смекнула, к голубке своей едет. Вернулся уж ночью. Посля хоть есть начал. Ему ж и свататься запрет был, как уж дозволили, не ведаю. Наши болтают, сам патриарх хлопотал. Правда что ль?-

- Не знаю Мань, не знаю.- так я узнала про начало любви ко мне у Егора. Вспомнила Старый Новый год, наше первое объяснение и поцелуи на Таганке.

- Чиво тихая стала? Давай обед вари, мужа встречай.- выбила меня из воспоминаний Маня. Я поставила на огонь кастрюлю с курицей, промыла рис и почистила морковку. Затем взяла из нового набора салатницу, доску, нож и принялась резать капустные листы. Я обычно беру несколько листьев, один на другой, сворачиваю их в трубочку и режу такой рулетик тонкой лапшой. Капуста получается длинная и тонкая.

- Как ты капусту ладно рубишь. Кто ж тебя научил? Матушка твоя? - заинтересовалась Маня.

- Нет, не мама. Кто-то, не помню кто.-

-Любишь Егория то, вижу. Да и как не любить, хороший, ладный из себя. Вы с ним пара. На ево бабы да девки издАли ездют глядеть. Молва об ем, мол батюшка дюже ладный у нас служит. Одна даже в ноги кидалася ему. Он только заступил к нам. Выходит он на амвон, а баба то хвать его за подол и в ноги ему кинулася. Люблю мол, мочи нет. Глянь хоть разок на мене своими очами ясными. Он замлел, стоит столбом. Хорошо отец Николай подоспел и прогнал бесовку. А то еще круг храма соберутся стайкой и ждут ево покуда он выйдет. И по сей час еще сохнут об ем. Да он строг с ими, не допускает до себя.- под Манины байки я приготовила салат. Смешала с капустой мелко нарезанное яблоко, соленый огурчик и заправила майонезом. Вкусно и полезно. Я посмотрела рис и бульон, через несколько минут выключу. Обед был готов. Я красиво накрыла на стол и села ждать мужа. Было без двадцати четыре. Через несколько минут Егор стоял в дверях кухни. В руке у него был сверток из газеты. Он развернул его и протянул мне три больших, белых, круглых шара хризантем. Он поцеловал меня в щеку и сказал,

- Это тебе. Сегодня ровно неделя, как мы с тобой вместе.- я всплеснула руками.

- Спасибо, Егор! Спасибо, родной мой. Золотой мой муж! Какие красивые хризантемы, как шары.-

Я поставила цветы в мамину вазу на окно.

- Пахнет так вкусно! Пойду руки мыть и обедать. Я голоден, как волк.- я положила свежий хлеб на доску, но нарезать его оставила Егору.

- Ты бульон хочешь или тебе рис положить в суп? - спросила я Егора, когда он сел за стол.

- Давай с рисом, попробуем, что матушка моя наварила.- я положила ему рис в тарелку и залила бульоном. Курицу я выложила в отдельную тарелку и поставила около него.

- Давай, ешь пока горячий.- Егор начал есть и похвалил,

- Вкусный суп, и красивый.- Маня тоже взяла ложку и поела, накрошив в суп хлеба. Я положила Егору рис в тарелку, как следует сдобрив его сливочным маслом.

- А это салат? Из чего он, не пойму.-

- Пробуй, поймешь. Интересно, понравится тебе такой салатик? И курицу ешь, отламывай от нее ножки, я крылышко съем.- Егор положил себе салат и начал есть второе.

- Вкусно, правда очень вкусный салат. Я в первый раз такой ем. Так ты оказывается умеешь вкусно готовить? Я не подозревал.-

- Ты многое не подозревал,- поддела я его. Он метнул на меня свой шоколадный взгляд. Маня поела рис с маслом, курицу и салат отказалась.

- Брюхо лопнет. Пойду я, мне печку топить пора. Да завалюся.- Маня встала из-за стола и направилась к двери. В проеме оглянулась и произнесла,

- Ишь, словно голубь с голубкой воркуете. Егорий, ты когда завтра то?-

- К утрене, к девяти буду. Треб много накопилось.- ответил ей Егор. Мы остались вдвоем. Я убрала остатки курицы в кастрюлю, чтоб не сохла, сложила посуду в раковину. Вошел Сергей,

- Извините, нам кухня нужна, сейчас все вытащим. Холодильник оставим, сдвинем только. С окна все уберите, а вещи мы в коридоре поставим.-

- А туалет и ванную уже закончили? Взглянуть можно?- спросила я.

- Не совсем еще, но посмотреть можете.- Мы встали и я начала мыть посуду. Кастрюлю с супом унес Егор, я сунула остатки салата в холодильник, прикрыв тарелкой. Мы перенесли продукты в коридор, а вазу с шарами хризантем Егор унес в спальню. Рабочие мгновенно перенесли стол и тумбочку, полку и шкафчик, вместе с содержимым. Все аккуратно составили в коридоре, поставив стол чуть в стороне, чтобы им можно было пользоваться. Мы ушли к себе, чтобы не мешать.

- А чай не пили! Как теперь?-

- Перед выходом попьем, не переживай. Красавица моя! - поправлял он мне выпавшие пряди.

- Что тебе Маня разболтала? Давай, рассказывай.-

- Рассказала, какой популярностью ты пользуешься у прихожанок. Что на тебя тетки приезжают со всех окрестностей посмотреть. Что караулят тебя у храма. Это правда? - Егор покраснел.

- Да ну их, дуры. Никакого стыда. Безумных много.-

- Про безумную тоже уже слышала, которая перед тобой валялась.- он засмеялся.

- Даа, тот случай меня потряс. Я только служить начал, после рукоположения. Обет только дал. На женщин взглянуть боялся. Спускался я с солеи на амвон. Она как дернет меня за подол, вцепилась и не отпускает, я думал, что рясу сейчас стащит с меня. Что делать? Не драться же с ней. Она кричит громко, "Батюшка, посмотри на меня! Я тебя полюбила. Посмотри на рабу свою", представляешь? Я отцепить ее не знал как. Ладно бы в храме, но ведь амвон подо мной! Хорошо, отец Николай из алтаря вышел. Как гаркнет на нее "Что это такое! Сейчас же отпустите отца Георгия. Вас бесы одолели? Сейчас изгоним.", она отпустила мой подол и убежала из храма. Больше я ее не видел.- я громко хохотала, Егор тоже, только тихо. Посмеявшись, я сказала,

- Жалко ее. Я ведь тоже к тебе приходила. Тоже самое.- и посмотрела на него с грустью.

- Ты другое совсем, ты не шла.Ты стояла в темноте ночи, одна одинешенька.- он начал целоваться

- Не могу на постели с тобой сидеть. Пойдем, чайку выпьем и я пойду опять.- вздохнул Егор. Мы вышли в коридор.Он взял чайник и протянул рабочему,

- Будьте так добры, поставьте нам чайник.- рабочий взял и ушел в кухню. Мы попили чай с конфетами и Егор опять ушел. Целых два часа без Егора! Чем мне занять себя? Читать не хотелось. Надо позвонить кому-нибудь. Сейчас Тане своей позвоню. Я набрала номер Татьяны, подошла мама Тани,

- Але! Полина Сергеевна, это Лена. Таня дома?- .

- Ой! Пропажа! Ты куда делась? Танька сказала, ты замуж вышла, за батюшку. Правда что ли? Вот молодец, девчонка. Утерла нос кое кому. Сейчас, позову ее. Тань, иди, Ленка звонит.-

- Але! Ну ты куда делась то? Слух идет, что ты за попа замуж вышла и уехала с ним. Правда, что ль? А как же Стасик твой? -

- Да Тань! Вышла, теперь матушка Елена называюсь.- Танька залилась смехом. Смех ее был заливистый и заразительный, если она начинала смеяться, то ты тоже начинал ей вслед.

- Ой, не могу! Хаахаха. Ой, мам Ленку матушкой теперь называют. Ой, умора! А мне Сибоша сказал, ему Наташка рассказала. Короче, все уже в курсе. Ну и как ты теперь будешь? Ты же куришь и пьешь. Неужели бросила? -

- Бросила, Тань. Полюбила сильно. Мы уже венчались с ним. Я в Коломне теперь живу. Дом свой.-

- Даа, ты удивила всех. Свадьба то была? С родителями живете? -

- Нет, одни. У него нет никого, он сирота. Он сорок третьего года, ему в январе тридцать лет исполнилось Девять лет разница, вернее восемь с половиной. Свадьбы не было, только венчались.-

- Ну, ладно. Счастья тебе желаю, от всей души, матушка. Ахахаха. Ну, а так, красивый хоть?-

- Очень,Тань! Очень красивый, блондин с глазами цвета шоколада и нежный, ласковый, сильный.

Он моряк бывший. Я его когда увидела, так и пропала сразу.-

- Ну, ладно, я рада за тебя. А то одни чудилы кругом, на букву "м". Боряня опять загулял, все пьет который день. Ты появишься теперь? Когда увидимся?

- Не знаю, Тань, При первой возможности.-

- Ладно, пока давай. Пойду, Димка хнычет. Звони, не пропадай.- вот так и поговорили с подругой. Никто не знает про свадьбу, мамы же не было на ней. Хорошо, что не знают, лишнее это. Теперь у меня совсем другая жизнь началась. Та в прошлое ушла. Было начало восьмого. Рабочие собирались уходить.

- До свидания, матушка Елена.- попрощался Сергей.

- До свидания всем.- ответила я.

Я сидела в ожидании Егора. В доме было тихо. За окном начинался мороз. Стекла покрывались узорами. Я сидела и тупо ждала. Даже думать не могла. Как-будто жизнь остановилась. Раздался звук ключа в двери, это пришел домой Егор. Я сидела в безжизненной позе.

- На улице мороз начинается.- сказал Егор, раздеваясь у вешалки. Он надел тапочки и шел ко мне.

- Что с тобой, почему такая вялая? Тебя обидел кто-то?.-

- Нет, я тебя ждать устала. Как хорошо, что ты дома и никуда не уйдешь. Мне без тебя плохо.-

- Птенчик мой! Я здесь, с тобой. Моя малышка, родная моя девочка. Пойдем, я подрясник сниму.-

Он расстегнул подрясник и сняв его, унес в свою комнату.

- Посмотрим, что уже сделали? Я без тебя не стала смотреть.- предложила я Егору. Он обнял меня за талию и мы двинулись смотреть. В туалете и ванной не была только светильников. Белоснежные унитаз, раковина и ванна на широких лапах, большая, вместительная, с приподнятым изголовьем. Егор присвистнул,

- Ничего себе! Красота какая! А пол, как во дворце, а не в гальюне.- Пол был цвета вишни, под оникс, из крупной плитки. Стены были выложены синей плиткой с легким золотым обрамлением. На стене в туалете был приделан держатель с рулоном туалетной бумаги. Тогда это был большой дефицит. В ванной на стене был полотенцесушитель, а за ванной висел новенький газонагреватель. У раковины внизу был шкафчик с дверцей и ящичками, а над ней висело овальное зеркало со стеклянной полкой. К стене были приделаны четыре изящных крючка из латуни. Краны и душ на гибком шнуре тоже были из латуни. Все было в едином стиле. Нам очень понравилось.

- Хорошо получилось. Я довольна, молодцы ребята.- похвалила я работу. Егор еще не очнулся от удивления.

- Неужели мы будем пользоваться такой красотой? В этой ванне мы вдвоем легко поместимся, представляешь? Я теперь буду сам тебя мыть.- и он заулыбался от предвкушения.

- Мы так и сделаем, когда все будет готово.-

- Так уже все готово, смотри, вода льется.- он открыл воду.

- Нет, пусть Сергей скажет, что можно, вдруг еще не все сделано?-

- Ладно, но завтра нашу ванну испробуем. Я жду этого момента, вместе понежиться. Ммм!-

Счастливые, мы решили отметить первое изменение в нашем доме и первую нашу неделю вместе. Егор достал графинчик и рюмочки, я порезала яблоко и апельсин дольками и мы уютно расположились.

- Может,тебе рис с курицей погреть? Ты поесть не хочешь? -

- Нет, если захочется, я скажу, хорошо пристроились, не будем нарушать уют. Я соскучился.-

Мы сидели и смотрели друг на друга, как после долгой разлуки. Я внимательно рассматривала его черты. Провела пальчиком по его бровям, по усам, бороде, очертила изгиб его губ, носа, обогнула вокруг уха, оно просвечивало на свету.

- У тебя ухо светится, здесь кожа тонкая, розовая,- Егор поцеловал мою ладонь.

- Еще у тебя пушистые глаза, потому,что твои ресницы густые и коричневые. А глаза у тебя , как две шоколадки. Я балдею, когда смотрю в них.- Егор млел. - Я тоже.- шепотом сказал он.

- Твой ротик как вишни, он манит меня. А твои глаза, как два бездонных озера, у нас на Онеге такие озера. Бывали случаи, что кто-то уходил в такое озеро, без оглядки. Как я в тебя! -

- А почему ты оказался на севере? Ты ведь из Литвы? -

- В Вильно, я попал в приют, в Дом малютки,14 июля сорок четвертого года. Как раз брали город наши войска вместе с поляками. Обстрелы были каждый день, сначала авиа, а потом и танковые. Моя мать, мама, попала под обстрел, у нее вся спина была прошита пулями, но она сумела закрыть меня собой, на мне не было ни царапины, говорили, я в рубашке родился. Меня нашел русский офицер. Николаевич, это в его честь отчество. Он Николаем был. А Георгий в честь маршала Жукова, тогда многим детям давали его имя. Любомиров, потому, что в день моего появления в приюте, город освободили и как бы я мир принес с собой. У матери не было никаких документов, видимо сумку украли после обстрела и карманы почистили. Рассказывали, что я только "ма,ма,ма" говорил первое время и плакал. Маму звал. В приюте определили, что мне больше года, но меньше двух, значит полтора. От даты принятия отняли полтора года и получилось дата моего рождения, 14 января 1943 года.

- Значит ты приехал в Москву тогда, первый раз, в свое тридцатилетие? Получается,что мы вместе отметили и Новый год и твой День рождения ! -

- Да. Ты еще мне песню подарила. Помнишь? Ты сказала, а это подарок отцу Георгию.-

- Я помню, все очень хорошо помню. Рассказывай дальше, про север.-

- Я прожил в приюте на год больше, чем по закону, до трех лет. Война закончилась и было много неразберихи. В сорок седьмом меня в детский дом определили, в Лиде, город на границе с Белоруссией. В приюте хорошо, там кормили получше и нянечки были, любили нас, не обижали. А детдом, это тюрьма своего рода. Я на Онеге уже в третьем был, но уже в последнем.-

- А вас обижали там? Били? -

- Я не помню. Но наказывали, конечно. Все от директора зависело, какое наказание. Могли обеда или ужина лишить, а могли и в карцер. Маленьких, в основном, в умывальной на колени в угол ставили.

Я увидела картинку, как маленький белоголовый мальчик стоит в углу на коленях и тихо плачет, чтоб не увидали. Мое сердце сжалось и я заплакала тихо. Егор сказал,

- Ну, вот, расплакалась. Это уже давно было, я все забыл. Малышка моя, нежная! -

- А почему ты Богу стал служить? Как это произошло?-

- Я в школе хорошо учился , мне нравилось учиться и я быстро все схватывал. У нас преподавали, в основном, ссыльные. Учитель по литературе был бывший профессор, он привил мне любовь к хорошим книгам. Я запоем читал, он давал мне книги из своей личной библиотеки. От него я узнал Вальтера Скотта, Майн Рида, Дефо "Робинзона Крузо", "Гуливера" Свифта, Жюль Верна и дальше. Уже в старших классах я читал Толстого, Чехова, Лермонтова, Гоголя и даже Бунина, у него было дореволюционное издание. Он научил меня любить стихи и как-то дал мне Есенина. Во всех этих книгах было о любви, но я совсем не знал любви и не понимал ее. Она меня не волновала. Я ее боялся. Я внушил себе, что я-то не попаду в эту ловушку под названием любовь. Мне казалось, что вся эта любовь для девушек, а для нас, мужчин, это путешествия, война и тому подобное. На нашем острове был старый монастырь. Некоторые монахи остались жить на острове. Они были совсем нищие, мы иногда приносили им остатки еды, если находили. Мы сами были всегда голодные. Ко мне привязался один монах, брат Паисий. Он первым мне рассказал о Боге. Он был истинно верующим и открыл мне любовь к Богу. Он крестил меня в небольшом озере в глубине острова. Озеро, как твои глаза. Так я стал православным христианином. В девятом классе я твердо решил посвятить свою жизнь Богу. Брат Паисий наставлял меня на этом пути. Он посоветовал идти служить во флот, хорошая подготовка для будущего монаха. А еще, раз я любил учиться, сподвигнул меня поступать в Духовную академию в Ленинграде. Я уже тогда стал готовиться к Академии, начал читать богословские книги и выучил древнеславянский. Школу я закончил с тремя четверками, по всем математикам. Директор знал о моем желании учиться в Ленинграде и выбил мне комнату в городе Кировск, в области. Там я жил до армии. Осенью попал во флот. Через три года поступил в Академию. В двадцать шесть я закончил ее с отличием и был рукоположен. Вот тебе моя биография.- Егор закончил и чмокнул меня в нос.

- Впечатляет! Ты у меня такой умный. Я тебя обожаю. И еще горжусь. Правда.- Егор встал.

- Поставлю-ка я чайник! Где у нас маленький, я его сполосну, а ты чай заваришь.- Я не могла отойти от услышанного рассказа Егора, образ белоголового плачущего мальчика стоял передо мной.

- Любимый мой! Желанный мой! Сердце мое! Я всегда буду очень сильно любить тебя. Слышишь?- Я обняла Егора, когда он вернулся из кухни. Он начал меня целовать.

- Я хочу, чтобы у наших детей были беленькие головушки, как у папы.- он задохнулся и стал целовать меня еще сильнее. Чай мы уже не пили.


Пятница.


Перед уходом на службу, Егор тихонько разбудил меня.

- Просыпайся, мой ангел. Так не хотелось тебя будить, ты красиво спишь, особенно, когда волосы золотом разметаются по подушке. Но если ты сейчас встанешь, я успею выпить с тобой кофе. Скоро и рабочие придут.- я без промедления встала, накинула пеньюарчик и пошла варить кофе, даже не умывшись. Так хотела побыть наедине с Егором лишнюю минутку. На нем уже был подрясник и крест на груди. Он взял чашку и пил кофе стоя у окна, торопился, ведь уже без двадцати девять. Егор допил и чмокнув меня, пошел быстрым широким шагом к вешалке, кинув на ходу,

- Извини, уже опаздываю. Я позвоню.- надел куртку и не застегиваясь, открыл дверь.

- Застегнись, мороз на улице, на голову капюшон накинь.- крикнула я вслед. Но в дверь ввалилась ватага рабочих. Они столкнулись в дверях, пропуская Егора. Я стремглав рванула в ванную, умываться. Когда я вышла, в коридоре был только Сергей, он что-то ковырял в руках,какой-то инструмент.

- Здравствуйте, матушка.- я кивнула и ушла к себе. Зараза, видел меня в шелковом пеньюаре с распущенными волосами. Егор теперь нервничать будет. Надо построже одеться. Я одела плотные колготки, синюю юбку в складку, до колен и тоненький черный свитерок под горло. Причесалась и туго заплела косу с красной ленточкой. Привет, девятый класс! Я вышла и заглянула в кухню

- Доброе утро! Ребята, ничего, если я кофе здесь у вас сварю? Я не помешаю? - пожилой рабочий кивнул мне. Я пила кофе и ела бутерброд с сыром, когда появился Борис Иваныч. Я обрадовалась и пригласила его на кофе. Он не стал, а пошел за Сергеем. Оказывается он привез половую доску.

- Нужно чтобы она полежала и привыкла к вашему климату, чтобы меньше рассыхалась потом.- Рабочие заносили упакованные доски и складывали их в закутке в высокий штабель, сдвинув мои коробки.

- Борис Иваныч, мне Вы нужны. Я хочу сделать здесь антресоль, или балкончик с лесенкой по стене. Это как, осуществимо?-

- Конечно. Сергей, подойди к нам. У матушки Елены к тебе вопрос.-Сергей ухмыльнулся и подошел

- Я Вас слушаю внимательно.- я объяснила ему, что хочу.

- Сделаем. Полы у вас из лиственницы, давайте и балкон сделаем из нее.Я сейчас подсчитаю все.- Я сказала, - О, кей! - и обратилась к Б.И.

- Этот вопрос решили. Пойдемте, присядем к столу. Борис Иваныч, у меня к Вам просьба. Я мечтаю иметь сундук. Да, да, сундук для вещей, которые всю жизнь хранятся. Свадебное платье и фата уже готовы для него, еще матроска и бескозырка Егора. Вы понимаете, о чем я? -

- Я все понял. Нет ничего проще. Будет у Вас сундук. Я сам подберу его Вам.- с мягкой улыбкой сказал мне Борис Иваныч. Двое рабочих потащили большую коробку к ванной.

- Это немецкая стиральная машина. Эти машины, автоматы, кнопку только нажмете и она сама и воду нальет, и постирает, и прополощет, и отожмет. Она к трубе с водой подсоединяется, сейчас ребята установят.-

- Ой, спасибо Вам, я уже думала о стирке, где и как. Теперь бы знать, где сушить белье. Ничего не могу придумать, в ванной не очень хочется развешивать.-

- Я подумаю, что можно сделать. На улице, конечно, не будете, за домом?-

- Что Вы! Разве можно такие интимные вещи, как белье, на всеобщее обозрение выставлять. Нет! -

- Я подумаю. Я для Вас нашел старинное трюмо с большим зеркалом и изящным столиком. Вам в спальню, как раз.-

- Вот оно! Это именно то, чего не хватает для гостиной. В спальне я не люблю зеркал, они меня тревожат, зазеркалье, знаете ли, а в гостиной ему самое место. И торшер к дивану, хорошо бы.-

- Что-то Юрочка не идет, столяр наш. Он молод, но один из лучших. Поэт, а не столяр , очень талантливый. Дерево нутром чувствует. Он Вам понравится. Правда, суховат, но это он юность свою так прикрывает.- делился со мной Борис Иванович.

- Возвращаюсь "к нашим баранам", насчет сушки белья. Может в дальней комнате, которая пока без применения, аккуратно пару веревок натянуть? Я там и так гладить хотела. По стенке ряд крючков приделать, чтобы вешать одежду. Всегда найдется, что повесить. Как Вам идея? -

- Возможно, это пока лучший вариант.- ответил Б.И.

- Кстати, на коридорных окнах шторы не выбрали. Или Вы не хотите там ничего ?-

- Да, забыла. Шторы мне не хочется там, нет. Но прикрыть окна надо.- я задумалась, прикидывая.

- Так давайте римские шторы сделаем. В откосы с двух сторон металлическую трубку ввинтят и на них штора, типа жалюзи. Я сегодня без каталога текстиля. Завтра привезу, посмотрите. Ковер выберете, пледы , подушки на диван и прочее.- Раздался телефонный звонок.

- Простите, Борис Иванович, это наверное батюшка звонит.- я побежала к телефону.

- Как ты? Все в порядке? Ты умыться не успела, когда бригада явилась.-

- Все в порядке, не переживай. Я сразу же в ванную нырнула, в смысле умыться, и одета я строго, как монашка. Мы с Борис Иванычем сидим. Ты придешь обедать?

- Да, после двух, я тебе позвоню перед этим. Хорошо, целую тебя, птенчик. Увидимся.-

- Обедать в два придет. Обед вчерашний еще остался, я ему рис с яйцом обжарю, это вкусно.- озвучила я свои мысли.

- Я любуюсь вашей парой. Вы так нежно друг за другом ухаживаете, сердце радуется. Вы очень красивая пара.- сказал мне Борис Иванович.

- Спасибо Вам за теплые слова.- я улыбнулась ему.

- Егор ведь, сирота круглый. Мне хочется ему красивый и теплый дом создать. Он был лишен домашнего уюта, не знает ни тепла, ни ласки. Вот я и стараюсь восполнить этот пробел.-

- Вы умница. Все у вас хорошо будет. Главное, вы любите друг друга.- с грустью сказал Б.И. Мы еще немного поболтали, пока не появился Юра, столяр. Мы познакомились. Передо мной стоял невзрачный, худенький паренек с большими руками. Я обрисовала ему свои пожелания. Он достал альбомчик и нарисовал то, о чем я ему говорила. Рисунки были четкие, ясные, с прорисовкой деталей. Я бы сказала, талантливые. Юра взял рулетку и мы пошли на кухню. Там он быстро все измерил и мы вышли обратно в коридор. В коридоре я хотела шкаф-полки от туалета до окна. Затем мы вошли в комнату Егора и он померил стену для стеллажа. Я посоветовалась с ним о цвете полов и цвете шкафов. Он посмотрел доски, и коридорные обои.

- Я бы покрыл доски темным маслом и воском, фактура дерева останется и пол будет темный.- Мы договорились, о сроках и обменялись телефонами. Юра уехал, Борис Иваныч остался ждать машину с холодильником и газовой плитой. Скоро машина была у дверей. Рабочие втащили огромный ящик и коробку поменьше. Борис Иваныч все проверил и уехал вместе с машиной. Делать было абсолютно нечего и я поболталась по дому. Решила посмотреть наши запасы, что есть, а чего не хватает. В результате получился целый список недостающего. Мука, вермишель, соль, сахар и так далее. Кофе в зернах нужно купить, этот уже скоро кончится. В выходной нужно идти на рынок. Около двух дня прибежал Егор.

- Почему ты шел без перчаток? У тебя замерзли руки. И шея голая, без шарфа. Мороз ведь! -

- Моя заботливая женушка! Не ворчи. Я побуду с тобой до половины шестого.- он обхватил меня и прижался холодной щекой.

- Ой, какой холодный! Сейчас поцелую и согреешься.- Егор подставил мне щеку,

- Ай! Замерз! Целуй быстрей!- мы балагурили с ним. У рабочих был обед и я поставила греть вчерашний суп с курицей.

- Егор, нам нужно за продуктами с тобой. Даже хлеб последний.- Сказала я Егору, пока он ел.

- Ох, забыл в холодильнике, в кухне. Мне женщина одна приносит молоко, творог, сметану и яйца. У нее корова и куры свои. Вечером не забуду, принесу. Ты любишь творог?-

- Очень люблю. Отлично, значит на ужин будем есть творог.- обрадовалась я.

- Я забываю тебе сказать. В моей комнате стоит рундучок, в нем все наши деньги. Там бери, когда понадобятся. Вечером нужно все конверты свадебные вытрясти и посчитать, что мы имеем.-

- Это сидение такое в углу? Это рундук?-

- Да, он самый. Там письма, бумаги и всякая всячина. Увидишь сама. Я наелся, давай чаю выпьем.

Он взял чайник и пошел на кухню ставить. Я достала заварку. Мы пили чай с лимоном и вареньем из сливы.

- А кто тебе варенье варит? Ты ж не можешь жить без варенья.-

- На рынке покупаю, иногда прихожанка какая-нибудь угощает.-

-Ох, уж эти твои прихожанки! Все ластятся к тебе.- Егор засмеялся.

- Ты меня ревнуешь? Неожиданно.-

- Еще как, ревную. Глаза бы им выцарапала.- Егор расхохотался и добавил,

- Я тоже тебя ревную, ко всем. Ничего не могу с собой поделать. Ты моя, только моя! Я не хочу, чтобы кто-то еще на тебя смотрел и видел как ты хороша.- я взяла его руку и поцеловала ее.

- Я и есть твоя, больше ничья. Я, кроме тебя, не вижу никого.- Егор поцеловал мою ладошку.

- Давай поспим часочек, я подустал немного. Пойдем?- и посмотрел на меня темнеющем взглядом. У меня внутри начал разливаться шоколад. Мы вошли в спальню, Егор плотно закрыл дверь изнутри, снял наперсный крест и подрясник. Мне очень нравился он в нижней рубахе без воротника с маленькими пуговками до середины груди.

- Мы не проспим?

- Нет. Меня Маня разбудит в половине шестого.- ответил Егор, снимая все остальное, на нем осталась только рубаха.

- Иди ко мне, я сам тебя раздену.- Он расстегнул молнию на юбке, она упала под ноги. Стянул свитерок и усадил меня на кровать. Я уже плыла. Он снял мои колготки вместе с трусиками и отбросил их, стянул маечку. На мне остался только лифчик. Егор расстегнул крючки на спине, поддел бретельки одними пальцами и медленно снял его с меня. Ему в руки упали две тяжелые груди с торчащими сосками. Он прильнул к ним ртом. Я застонала.

- Тихо, тихонько.- прошептал Егор и начал свои восхитительные ласки... Разбудил нас стук. Егор вскочил, надел халат и побежал открывать дверь. Это пришла Маня.

- Все дрыхнешь. Ступай, портки хоть надень, голожопый. От людев прикройся. Все им ночи мало.- она прошла к табуретке и села.

- Так уже темно на улице, что ты ругаешься. Сейчас, одеваюсь. Жди Еленочку.- Я уже натягивала колготки. Егор стал одеваться, но прежде наклонился ко мне и поцеловал несколько раз, - Слаадкая! - Я вышла к Мане, поздоровалась и зашла в ванную умыться.

- Мань, иди, взгляни какая у нас ванная теперь.- Маня присеменила и охнула.

- Царям в ентой ванне полоскаться. А пол то, пол, как в храме. Хоромы знатные. Ежели тута так богато, то как здеся будет? А, девка? -

- Красиво будет, Мань. Все красивое и новое будет. Батюшка порадуется.- Егор выходил из комнаты.

- Батюшка рад, что на службу успевает.- засмеялся он, натягивая куртку.

- В восемь буду. Творог не забыть бы.- чмокнул меня и вышел из дома.

- Мань, чай будешь? Ставить?-

- Неа, погодю. Пускай мужики рОбят. Давеча Нюрка была, тиихая, спуганул ее Анатолий то.-

- Я опасаюсь, как бы она нам втихую вред не нанесла, кто ее знает, что у нее на уме.-

- Баба она злобливая, она может, да мужа сваво боится. Не станет.- подвела черту Маня.

- Ну, и Слава Богу!- подвела и я. Мы еще немного поговорили и Маня ушла к себе, печь топить.

Жила она за нашим домом, в нескольких шагах, в маленькой хибарке. Много лет обитала при храме, убирала там. Так и прожила жизнь около жизни других. Мы с Егором опекали ее до самого тихого ее конца. Вскоре ушли и рабочие. Я осталась одна, ожидая Егора. Мечтала о новом доме, как мы будем в нем жить,что будет весной и летом, скоро ли у нас появится дитя. Мне было хорошо вдвоем с любимым и пока я не хотела делить себя между ним и ребенком. Хорошо бы годок пожить одним, но это уж как Бог даст. Два часа пролетели незаметно и мы вновь были вместе. Егор пил молоко, а я отказалась.

- Мой желудок молоко не принимает. Хоть это и вкусно. Так что уволь, не предлагай больше.-

- А я люблю молочко. Раз в неделю беру у этой женщины, уже года три. На посудине, в походе, не было молока, а хотелось. Только на яшке душу отводил. Ой, прости, на якоре.-

- Тебе нравилось во флоте?-

- Да, очень. Конечно нагрузки, вахты, походы, все не просто. Но море! Там чувствуешь себя свободным как птица. Только море, небо и ты. Потом, там братство настоящее, без фальши, команда как кулак, там особняком не получится.-

- А у тебя отпуск будет? Полагается вам отпуск?- спросила я.

- Будет, конечно, пара недель, в конце июля. А почему ты сейчас об этом спросила? -

- Я мечтаю. Хочу с тобой на море поехать, в Крым, дикарями. Здорово было бы, правда?-

- Угу. Можно, только если тут пузика не будет к тому времени.- он погладил меня по животу. Я засмущалась.

- Поживем, увидим.- Егор встал.

- Сейчас принесу конверты. Давай посчитаем нашу наличность.- он взял большую миску и пошел к себе. Через пару минут принес полную миску с конвертами и стянутую резинкой, свернутую в трубочку пачку денег.Он начал освобождать конверты и откладывать их в кучку. Денежки он раскладывал по номиналу. Получилось прилично. Егор посчитал, вышло семь тысяч сто пятьдесят рублей. Он снял резинку с трубочки и приложил деньги к остальным. В итоге было восемь тысяч четыреста рублей.

- Ого! Да мы с тобой богаты, как Крез.- воскликнула я. По тем временам это была огромная сумма.

- Владыко и митрополит много подарили. А эти, в трубочке, я накопил. Я не умею деньги тратить, да и куда мне они, я ж постриг собирался принять, жил скромно. Я думал их на нужды братии отдать, после пострига.-

- Я таких денег и не видала никогда. Для меня триста рублей уже несметное богатство. Но я ужасная транжира. У меня денежки не задерживаются.-

- Вот и трать, а зачем же они еще нужны?- подвел итог Егор.

- Еще новость. Завтра тебе нужно в храме появиться, к евхаристии, в десять утра. Причастие принять. Я не стал бы тебя принуждать, но не нужно нам лишних разговоров. Иногда тебе придется бывать в храме. Обычно все на воскресную литургию приходят, но я счел, что лучше я сам тебя Святых Даров причастие проведу. Ты одень шубу, холодно очень и теплые сапожки. Не забудь голову прикрыть. Да, и еще. Ты одень то платье, что в патриархию надевала, с воротничком. Я хочу свою матушку в полной красе показать. Ладно? - Егор чуть смутился.

- А шаль можно надеть на голову? -

- Можно, конечно, но лучше будь в шарфике легком. Тебе удобнее будет, а шаль на плечи накинешь. Только смотри, по улицу в шарфике не иди. Мороз! - Господи! он даже об этом волнуется, милый мой.Я обняла его и потерлась щекой.

- Пойду платье приготовлю.- я вышла. Мы легли не поздно, завтра нужно пораньше встать, но уснули заполночь. Медовый месяц, как-никак! Егор шептал мне в ухо разные нежности, я вторила ему.

- Еленочка, восхитительная моя! Обнимай меня крепче, я так люблю твои нежные пальчики. Потрогай меня везде, я рассыпаюсь от твоих прикосновений. Да, вот так! Ооо, как сладко ты делаешь это! Малышка, девочка моя!- он то замирал, то ласкал мою грудь.

- Любимый мой! Я хочу тебя! Возьми меня всю! Целуй меня, бери меня как захочешь. Я всю себя отдаю тебе. Да, да! Так! Хочу! Мммм! Ааай! - Егор спустился ниже и широко развел мои ноги, устроившись между ними.

- Слаадкая, моя сладкая! - и принялся за дело.

- Ты вся сочишься медом! Ты уже ждешь меня, я иду, иду к тебе.- он забросил мои ноги на свои плечи.

- Я буду долго в тебе, моя сказка! Кончай в меня много раз, я наслаждаюсь тобой! - когда мы затихли, он целовал меня во влажные волосы на лбу и произнес только,

- Я так счастлив! -


В храме. Причастие.


Утром я подходила к храму. У входа меня ждала Маня.

- Меня батюшка прислал, иди за мной.- она провела меня через весь храм и остановилась рядом с аналоем, сбоку.

- Тута стой, жди. Сейчас служба будет. Я подойду еще. Давай шаль то, унесу.- взяла шаль и отошла от меня. Народу было много. Я расстегнула шубу и поправила концы у шарфа. Некоторые глазели на меня. Две женщины неподалеку переговаривались тихо,

- Вот она! Красивая! -

- Молоденькая совсем. Понятно, почему отец Георгий не устоял.-

- Говорят, она внучка патриарха. Интересно, врут или нет? -

- Да, врут конечно. Смотри, она даже молиться не умеет.-

-А ведь он, до нее, ни на одну, даже не взглянул! Повезло девчонке! - вздохнула тяжело одна из женщин.Вышел чтец и служба началась. Дьякон Андрей с веселыми глазами, совершал каждение и кивнул мне. Егор пока не появлялся, он читал молитвы в алтаре. На нем была красно-золотая риза. Наконец, он вышел, - Мир Всем! - пропел Егор. Действие продолжалось более часа, затем началось причастие. Вынесли дискос с просфорами и потир с вином, образовалась очередь. Я стояла как вкопанная, пока ко мне не подошла Маня и не подвела меня к концу очереди. Егор улыбнулся мне краешками губ и ловко влил мне в рот вино длинной ложечкой. Он дал мне просфору и сказал,

- Поздравляю с причастием. Жди меня здесь.- я отошла и встала на свое место. Когда все закончилось, Егор вышел ко мне уже без облачения. Он взял меня за руку и повел в трапезную.

- Ну, как тебе, понравилось? -

- Да, действо впечатляет. Как в театре.-

- Это и есть постановка. Все тщательно расписано и выверено веками.- Мы вошли в уже знакомое мне помещение. Женщины накрывали на стол к обеду. Кроме нас, здесь были диакон Андрей со своей женой и еще кто-то из служителей. Егор снял с меня шубу и повесил на вешалку на стене, поправил шарф на спине.

- Андрей, Марина, идите сюда, я вас со своей матушкой познакомлю.- к нам подошел Андрей с женой. Марина была худенькой, невзрачной девушкой с белесыми волосами.

- Мы уже, кажется, знакомы. Здравствуйте, матушка Елена.- Андрей был красавец парень. Черноглазый, кудрявый брюнет, со здоровым румянцем на щеках и белозубой улыбкой, погибель для сельских девушек. - Марина.- тихим голосом проговорила Марина и опустила глаза, смутившись.

- Елена. Как ваша кроха поживает?-

- Она с мамой сейчас, дома.-

- Она уже большая, ей десятый месяц пошел. Скоро ходить начнет.- с гордостью сказал Андрюша.

- Мы ее не взяли, она шустрая больно. Весь храм на уши поставит. Не зря мы ее Шуреной зовем, Александрой крещена.-

- Наверное в папу, раз шустрая.- сказала я комплимент Андрею.

- Есть такое, моя дочечка! - похвалился Андрей. Было видно, что он очень привязан к дочке и, что в семье он заправила. Мы сели обедать. Был грибной суп со сметаной, тушеное мясо с гречкой и разные соления. Морс и компот, кто, что захочет. Я была рада, что Егор пообедает, дома из-за ремонта сейчас трудно что-то приготовить.

- Когда закончится ремонт, приходите в гости вместе с Шурочкой. Мы будем рады вам.-

- Спасибо! Обязательно придем. Да, Марин? - Марина только кивнула. Она все время смущалась

- Как Вам, нравится у нас? Не скучаете по Москве?- спросил меня Андрей.

- Не знаю, пока. Слишком мало времени прошло. Но мне здесь нравится. Я теперь с мужем, куда он, туда и я, а где он, там и мне хорошо.- Егор погладил мою руку, он был польщен. Мы вышли из храма. Егор шел с сумкой, в ней был свежий хлеб и пряники, кто-то ему принес с кухни.

- Давай погуляем. Я уже вечность на улице не была, подышим.- предложила я Егору.

- А ты не замерзнешь? Холодно! -

- Надоели рабочие, постоянно на виду, как на подиуме. Давай здесь походим немножко.-

- А обнять? А поцеловать мою лапушку?- я, в ответ, бросила в него пушистым снегом. Егор подхватил игру. Мы бросали снег друг в друга, смеялись и бегали вокруг. Егор пытался меня поймать, а я убегала от него. Кончилось все тем, что я рухнула в сугроб.

- Так не честно! Я же не могу прыгнуть в снег в рясе.- протягивая мне руку, сказал Егор.

- Итак все видели, что мы вытворяем.- сетовал он.

- Ничего страшного, ты с женой бегаешь. Нам можно, мы молодые еще.- уверила его я.

- Мы вечерком, как-нибудь в снежки поиграем с тобой. Ладно? Уж я тебя поваляю тогда.-

- Кто кого поваляет! Посмотрим еще.-

- Пойдем скорее, поцеловать тебя хочу, нет сил терпеть.- мы повернули к дому. Дома нас ждал сюрприз, рабочие устанавливали плиту и ставили новый холодильник. Ура, дело продвигалось быстро.

- Можно уже пользоваться ванной и кухней?- спросила я Сергея.

- Сейчас подключим плиту и пользуйтесь. Машину стиральную тоже подключили, можете заводить. Там описание внутри лежит. Мы сейчас все с кухни обратно поставим.- ответил Сергей.

- Егор, пришли ко мне Маню вечером. Старый холодильник ей отдадим, ребята отнесут.-

- Точно,ты хорошо придумала. Маня обрадуется.- В половине седьмого Егор ушел ко всенощному бдению, обещал вернуться через два часа. Рабочие тоже засобирались и я осталась одна. Через полчаса явилась Маня,

- Батюшка велел к тебе идти. Сказал, иди, тебя матушка ждет. Чаво стряслось то? -

- Маня, нам холодильник новый поставили, я тебе наш старый хочу отдать. Идем на кухню, посмотришь.- мы с ней отправились на кухню.

- На кой он мне? Я всю жисть без его жила. Ой, мамочки, хоромы то какие! Я и не видала таких!-

воскликнула Маня, зайдя на кухню.

- Это еще без мебели. Столяр должен на неделе закончить. Вот тогда скажешь "хоромы". Давай чай пить с пряниками.- мы уселись пить чай.

- Чтой-то вы сегодня бегали по двору? Вся кухня сбежалась поглядеть, как ты в снег кувыркалась. Как дети малые, ей бо. Дети и есть. Давеча, Надька сказывала, Егорий то наш светится весь, видать любит матушку свою.-

- Любит, Мань, любит. И я его люблю очень, что скрывать. Повезло мне с мужем.-

- Да, он не обидит тебе, и голоса не подаст. Смотри, Еленка, завистных много тута, любовь то таи в себе, сглазют. Ни дай Бог! - Маня перекрестилась.

- Глупости это. Кто нас сглазить может? Как любовь можно сглазить? -

- Иии, девка, не знаешь ты людев. Иной раз такое уделают, небо с овчинку покажется. Стерегися.-

- Ладно,ладно. Ну, что, возьмешь холодильник? -

- Возьму, коль даешь. Что ж не взять то.- я рассказала Мане про разговор двух женщин в храме.

- А я тебе об чем толкую то? Много баб на ево глаз кладут. Всех не перечесть. Гляди в оба.- Мы еще немного поболтали и Маня ушла к себе. Я решила помыть ванну, вечером ее испробуем вместе. Егор вернулся уже в десятом часу. Сел у вешалки на стульчик и посидел немного, расслабленный.

- Устал что-то.-

- Ты не высыпаешься совсем. И ритм жизни изменился.-

- А ты? Разве высыпаешься? - он обнял меня за попу и уткнулся лицом мне в живот. - Родная моя, девочка моя сладкая! Как же я тебя люблю! До дрожи!

- Я тоже, до дрожи, до потери мозга, до...не знаю чего! - я присела на корточки перед ним. Егор взял мои руки в свои и начал целовать их, затем прижал мои ладони к своему лицу и продолжал целовать.

- Век бы так сидел с тобой, ничего не нужно больше.- я села к нему на колени, обняла и стала целовать в волосы, прижав к груди его голову.

- Я ванну намыла, пойдем вместе понежимся в ней, обновим. Я тебя сама помою, всего, всего.-

- Я тоже хочу сам, я нежно буду, только руками, без мочалки. Мммм, хочу! - мы поднялись и пошли в комнату, раздеться. Надев халатик, я ушла готовить ванну, прихватив два больших банных полотенца. Егор явился в своем синем халате, под которым ничего не было.Он освободил свой хвост от резиночки и его платиновые волосы рассыпались по плечам. Викинг, самый настоящий викинг. Его прямая, широкая спина, гордо посаженная голова и сильные руки выдавали его не славянские корни. Он смотрел на меня не отрывая взгляда, темнеющего и уходящего вглубь, внутри меня начал разливаться шоколад. Егор развязал у меня поясок, стянул с моих плеч халатик и повесил его на крючок. Затем он расплел мою косу и распустил мне волосы. Взяв меня за талию, он легко оторвал меня от пола и поставил в воду. Через несколько секунд мы уже стояли, в половину наполненной ванне, напротив друг друга. Хотя оба уже были преисполнены желанием, совсем не банного характера, я его остановила,

- Дай я тебе хоть голову помою, потерпи еще.- и усадила его в ванну. Я взяла шампунь и намылила ему волосы. Я терла его мочалкой, а мне хотелось бросить ее, обнять его спину или сесть и прижаться всем телом. Он сидел и покорно терпел мои издевательства. Когда дело дошло до нижней части, он прикрыл свой напрягшийся член рукой,

- Не три здесь, я не выдержу.- умоляюще произнес Егор. Я положила свою ладонь сверху и он убрал свою руку. Я легонько потерла его ладошкой,он вздернулся и рывком усадил меня на себя. Я начала ласкать его под видом мытья он приподнялся и вошел в меня на всю длину. Он насаживал меня на себя, ускоряясь с каждым качком, затем встал и держа меня за попу прижал спиной к стене и завершил процесс стоя. Когда он вышел из меня, то усадил в воду и сел за моей спиной.

- Сиди тихо и наслаждайся, теперь моя очередь.- он стал намыливать мои волосы. Егор так осторожно делал это, так нежно мыл меня, легко касаясь, что я впала в такую негу из которой невозможно было выйти. Мы "опробовали" новую ванну еще почти час.


Первая прогулка.


В воскресенье Егор ушел на службу к литургии, к девяти утра.

- Я к обеду буду дома, ты не вари ничего. Сходим, поедим где-нибудь и погуляем. Согласна? - я легко согласилась, прогуляться на воздухе давно было пора. Я раздумывала, чем бы себя занять и решила просмотреть коробки в закутке, которые так и стояли не открытые со дня свадьбы. Первой посмотрела коробку от Евлампии, в ней было постельное белье и я его не стала доставать, оставила там же. Затем была коробка митрополита, кухонная посуда. Набор из трех ярких кастрюль, одна в другой, две сковородки, одна из них блинная, набор мисок, мясорубка, терка и тому подобная утварь. Я отодвинула тяжелую коробку, Егор отнесет ее на кухню сам. Осталась патриархийская "невеста".

Уже неделю меня ждет, не дождется. Коробка была высокая, выше остальных, я с придыханием открыла ее. Сверху лежали два платья. Темно-зеленое, с белыми колечками и овальчиками, с белым воротником на довольно открытом горле, длинными рукавами и с широкой юбкой полусолнце, из штапеля, турецкое. Другое английское,из хлопка, красное, с малюсенькими синими розочками, с листиками и веточками, из хлопка. Рукава были три четверти, лиф по фигуре, юбка широкая, чуть присборена, до колен. От горла шла застежка на планке с маленькими синими пуговками. Но главная фишка была в юбке. К подолу была пристегнута с изнанки на маленьких кнопках и пуговках,еще одна юбка, до щиколоток, то есть платье могло быть и коротким и длинным, в зависимости от желания. Супер! Дальше были серая юбка "годэ" из тонкой шерстяной фланели, две блузки, белая и дымчатая, голубой сарафан из маркизета на лето. Английский голубой джемпер из мягкой шерсти и коралловая тоненькая кофточка на пуговицах, набор трусиков "неделька", три лифчика, белый, черный и телесный, который застегивался впереди на крючочек, три маечки к ним, тех же цветов.Последними были тонкий длинный махровый халат с капюшоном, желтого цвета и две пары обуви.Черные туфли на высоком прямом каблуке и красные плетеные босоножки из тонких кожаных ремешков. Было понятно, что все тщательно продумано и собрано с любовью. Но не САМ же ОН это делал? Я стала укладывать все обратно, буду надевать, когда закончится ремонт.

Невольно, я услышала разговор в одной из комнат, где работали мужики.

- А матушка, хороша девчонка! Я б ей засадил. Чего ты Серега ждешь?- сказал первый голос.

- Хороша, слов нет, да языкастая больно. Я ее когда в халате увидел, она из ванной вышла, волосы распущенные, ножки голые, так у меня так встал, что не знал куда деваться.- говорил Серега.

- Так зажми ее в углу где-нибудь, пока попа дома нет.-

- М..ак что ли? Она сама кого хошь зажмет за яйца. Повезло попу, они даже днем шуры-муры крутят, он ее везде прижимает. Видно, горячая девочка.-

- Вы бы языки придержали, услышит еще.- вступил третий голос.

- Ладно, и помечтать нельзя. Ты старый, тебе по х..у, такая цыпочка под боком и словом не перемолвишься. Эх! Говорят она самого патриарха внучка, так Серег?-

- Болтают разное. Но хороша, ведьма. Впервые такую матушку вижу, персик! - и причмокнул.

Я встала и вошла к ним. Они как стояли, так и замерли.

- Вы совершенно правы, я горячая, даже через чур. В РСУ не хотите поработать? Могу посодействовать.- развернулась и ушла.

- Говорил я вам, козлы. Теперь что будет? - спросил с отчаяньем в голосе старый рабочий. Я ушла на кухню, злая и раздраженная. Если расскажу Егору, он этого так не оставит, нет, нельзя. Нужно молчать. Ладно, теперь в любом случае, осторожнее будут. В дверь тихонько постучали и вошел Сергей. Вид у него был неважный,

- Матушка Елена, извините нас. Мужики, сами знаете, иногда позволяем себе непристойности. Простите, такого больше не будет.- он смотрел в пол не поднимая глаз.

- Настоящий мужчина никогда не позволит себе говорить скабрезности в адрес женщины. Особенно, если находится в ее доме. Мне нет до вас никакого дела, Вы мне не интересны. Работайте дальше, скорее бы все это закончилось.- и отвернулась, глядя в окно. Сергей постоял еще немного и тихо закрыл за собой дверь. Около трех часов появился Егор. Он не раздеваясь, сказал мне,

- Одевайся, я тебя жду.- и протянул мне наперсный крест, который снял с себя.

- Убери ко мне в стол. Я так пойду.- я взяла крест и ушла к нему в комнату. Я уже была готова, в брюках и белых ботинках. Осталось надеть полушубок и шаль.

- Егор! Какая погода? Так нормально будет?-

-Да,да, Еленочка! Погода мягкая, снежок редкий идет. Пойдем, милая моя, прогуляю тебя.- мы вышли, предупредив рабочих, что уходим. Выйдя за ворота, я взяла Егора за руку,

- Куда направляемся? Какая программа?- я заглянула ему в глаза, он был явно не весел.

-Что-то случилось? Что с тобой? Ты какой-то не такой? -

- Нет, все в порядке.Давай сначала поедим, а потом погуляем. Я знаю одну шашлычную, тут недалеко, там очень прилично кормят. Ее таксисты любят. Хочешь шашлык? и харчо там всегда вкусное, или в ресторан пойдем? -

- Нет, в шашлычную лучше. Не хочу в ресторан.- я смотрела на него и не понимала, что с ним не так. Видимо, что-то произошло на службе. Ладно, не буду спрашивать, сам расскажет, когда сочтет нужным. Я прижалась к его боку и погладила по щеке ладонью.

- Это первая наша прогулка, семейная.- "Угу!" среагировал Егор и замолчал. Мы шли минут пятнадцать, почти не говоря, пока не оказались у стеклянной, типовой кафешки. Егор открыл дверь и пропустил меня вперед. Народу было довольно много, в основном мужички, таксисты. Столики были высокие и без стульев. Все ели стоя. Было несколько групп, которые выпивали, разливая в стаканы под столом. Когда мы вошли, все обернулись и стали глазеть на необычную пару. Из-за столика у окна встали какие-то люди и шли к выходу,

- Идите туда, пока не занято.- сказал один из них, проходя мимо нас. Мы протиснулись сквозь занятые столики к окну. Было удобно положить верхнюю одежу на широкий подоконник. К нам подбежал молоденький кавказец и стал убирать со стола, протирая его сухой тряпкой. Очень тщательно все протер и улыбнулся нам.

- Ничего себе, поп, какую кралю подцепил! - раздалось от одного из столиков. Егор сжал зубы, я погладила его по руке, успокаивая.

- Да, ладно тебе. Они ж женаты, не видишь что-ли? Кольца одинаковые на пальцах. Отстань, не мешай людям покушать.- ответил другой голос. Голоса утихли.

- Это неизбежно, не обращай внимания. Молодая женщина и батюшка, конечно люди реагируют.-

- Хорошо, постараюсь. Я не учел этого, когда позвал тебя сюда. Извини. Ты что будешь? -

- Сам реши, мне все равно, что принесешь, то и буду.-

- Тогда по харчо, шашлык и еще лобио, у них здесь вкусно все.- Егор было направился к кассе, но молодой кавказец его остановил. Он принес мне высокий стул, чтобы я могла сесть и слышал наш диалог.

- Извините, отэц! Я все вам сейчас принесу и накрою. Не беспокойтесь. Все принесу!- Егор остановился в недоумении, но парнишка уже залетел на кухню. В дверях кухни стоял толстый усатый грузин в поварском колпаке и улыбался нам. Он что-то сказал вглубь кухни и направился к нам с бутылкой вина в руке.

- Здравствуйте, батюшка! Я прошу вас, будьте сегодня моими гостями! - и поставил бутылку "Ахашени" на стол.Следом уже бежал паренек с подносом. На нем дымилось харчо в суповых пиалах. Он ловко поставил суп на стол, положил ложки, вилки и ножи рядом. Поставил три тонких стакана и два стакана с гранатовым соком. Лаваш и лобио в пиале. Усатый взял бутылку и разлил вино по стаканам.

- За нашу прекрасную Грузию! Вас как зовут?- обратился он к Егору.

- Я Георгий, а это моя жена, Елена.- усатый чуть не подпрыгнул,

- Георгий, дарагой, тезка! Я тоже Георгий. Вахо, давай мясо и чачу неси. Мы с тезкой пить будем!- паренек прытью побежал на кухню.

- Вы пока кушайте, вы ж поесть пришли.- мы стали есть суп, который был очень вкусный и горячий. Вахо принес блюдо с шашлыком из баранины и поставил его посредине стола. Мы взяли по кусочку и стали есть мясо и лобио.

- Выпьем за Грузию! Самую прекрасную землю на свете.- сказал усатый и поднял стакан с вином

- Простите Георгий, но я не пью. Мне нельзя.- строго сказал Егор. Усатый разинул рот и поставил стакан на стол. Он уставился на Егора и покачал головой,

- Вай, вай! Такой молодой, такая жена, а уже болеешь! Вай, вай, как же так! Вахтанг, не надо чачу, унеси это.- и показал на вино в стаканах. - Ну, вы кушайте, мы не будем вам мешать.- и ушел, цокая языком. Вахо убирал стаканы и пустые пиалы на поднос.

- Сколько я должен за обед?- спросил у него Егор. Юноша замахал руками,

- Мы угощаем вас, ничего не надо - и ушел с подносом. Мы поели еще немного, выпили сок и стали одеваться. Егор подал мне шубку и надел куртку. Уходя он положил под блюдо трешку и мы вышли из кафе. На улице мы стали хохотать. Мы веселились, передразнивая усатого и хохотали еще больше, было безлюдно. Егор подхватил меня и стал кружить вокруг себя. Успокоившись, мы взялись за руки и пошли неспешно куда-то. На повороте Егор остановился и поцеловал меня.

- Родная моя, лапушка! Любимая девочка моя! Ты веришь, что я всем сердцем люблю тебя?-

- Что за странный вопрос? Конечно верю! Даже уверена в этом. А ты? Ты веришь в мою любовь? Ты не сомневаешься в ней?-

- Господи! Конечно верю, знаю и чувствую, как ты любишь. Малышка моя, я боготворю тебя! -

Мы брели по улицам и переулкам, пока не стало смеркаться.

Мы дошли до ворот храма и вошли в калитку. Было темно, только наш фонарь горел, как обычно. В доме огней не было, значит рабочие уже ушли. Мы дошли до лавочки у дома и я, стряхнув варежкой снег со спинки уселась на нее, поставив ноги на лавочку. Егор ходил туда сюда,потом остановился и повернулся ко мне,

- Сегодня после литургии опять история произошла. Отец Анатолий объявил, что митрополит распорядился прибавить мне зарплату. "Не знаю, чем ты его так очаровал, но с марта у тебя высшая ставка для твоего чина." сказал он мне при всех. Я готов был провалиться, так неловко получилось. И тут его матушка Анна ввернула, " Ясно чем, на патриарха внучке женился, вот ему и все блага сразу. А то неприступным был все четыре года. В монахи постричься собирался, а как девицу эту встретил, сразу о постриге забыл. Конечно, разве кто откажется от таких благ. Он потому и женился на ней быстренько, теперь карьера обеспечена. Скоро и в Москве приход подыщут."- Егор смотрел на меня горящими глазами. Я видела, что ему очень больно от таких обвинений.

- Не бери ты в голову! Глупые, завистливые люди. Такие не могут радоваться чужому счастью. Мы ведь знаем правду с тобой. Не трать попусту на них свой гнев, они не достойны даже этого.-

- Ты не понимаешь! Меня обвинили в расчете, что я женился по расчету на тебе. Я? Из выгоды своей? Никогда еще я не чувствовал себя таким униженным! Может уедем отсюда куда подальше? На север, в приход дальний? А? Плюнем на все и уедем.- он опять начал ходить туда сюда.

- Я, конечно, поеду с тобой, куда скажешь. К оленям и моржам, к обезьянам и крокодилам. Но это не выход, это будет поражением, они только этого и ждут. А вот презреть их и делать свое дело, миссию, что на тебя Господь возложил, выполнять, вот тогда ты победишь А наша любовь им не понятна, она даже маме моей мало понятна. Трудно найти кого-то, кто сможет полностью принять такие чувства, как у нас. И что, мы теперь подо всех подделываться должны? Да ни за что! Не расстраивайся, душа моя, милый мой Егор, мы с тобой красивую жизнь проживем в любви и согласии. По другому у нас и быть не может.- Егор сел на заснеженную лавочку рядом со мной и взял мои руки в свои. Сжал их и приложил к своему сердцу,

-Оно бьется только для тебя. Моя разумная, любимая жена, Моя Еленочка!-

- Внучка патриарха!- и я залилась смехом.

- Ты им так и говори, внучка патриарха и племянница папы римского.До кучи!- я бросила в него снежок. Егор подхватил игру и мы стали бросаться снегом и бегать, затем упали в сугроб и возились в нем. Потом встали и начали отряхивать друг друга от снега. За забором, на улице, кто-то стоял и смотрел на нас долго, закрыв лицо капюшоном. Потом ушел.

Дома наше настроение оставалось легким и веселым. Мы решили выпить нашего вина. Егор принес бутыль и бокальчики, открыл пробку и мы ахнули, вино заполняло бутылку почти до краев. Мы посмотрели друг на друга и я, подняв глаза кверху сказала,

- Спасибо ТЕБЕ, Господь наш! - а Егор перекрестился.

- Егор! Я люблю тебя! - вдруг сказала я, сама не ожидая. Егор встал на колени передо мной и целуя мои пальцы произнес тихо,

- Я люблю тебя, моя Еленочка, люблю тебя очень.- он уткнулся мне в колени лицом и стоял так несколько минут. Мы потягивали вино из зеленых бокальчиков и болтали.

- Я хотела устроить стирку в новой машинке, но описание на немецком языке, так что тебе придется разбираться в нем, оно внутри, в машинке.- Егор вышел и принес книжечку с описанием.

- Это автомат, все делает сама. Новое поколение стиральных машин. Интересно, как прогресс шагнул вперед. Читаю. Закладываешь белье внутрь, лучше белое отдельно от цветного. Дальше сыплешь порошок в специальное отделение, вот здесь нарисовано, смотри.- он показал мне рисунок.

- Закрываешь и захлопываешь дверцу у машины, проверь, плотно ли закрылась. Затем ставишь программу, вот этим колесиком, видишь? Я тебе напишу, где какая, мне ручка нужна.- я встала и принесла ему ручку из сумки. Егор читал дальше,

- У каждой программы своя температура воды. Теперь отжим, нужно поставить обороты, но это я сам сделаю, тебе не нужно будет. Далее нажимаешь кнопку, вот эту, и машина начнет стирку. Она сама будет менять воду, полоскать и отжимать. Главное, не открывать до конца, пока на экранчике не появиться слово "end". Тогда выключаешь машину и достаешь белье. Все. Давай первый раз вместе запустим ее, я сам буду следить. Мне интересно.- Егор взял ручку и начал писать мелкими буквами рядом с программами.

- Хочешь, давай прямо сейчас постираем что-нибудь.-

- А развесим где? Я планирую в дальней комнате веревки натянуть и там сушить. И гладить там будем.-

- Да, это проблема. Ты права, давай там пока прачечную устроим, а потом видно будет.-

- Сколько же ты языков знаешь?-

- Ну, смотри, давай посмотрим. Древнеславянский, древнегреческий, латынь и арамейский, еще санскрит немного, разберу со словарем. Это старые языки. Теперь, немецкий, английский, китайский только разговорный и японский, это от службы в КТОФе осталось. Испанский не знаю, так, отдельные слова и фразы, французский со словарем могу прочесть. Не так уж и много.-

- Я тобой восхищаюсь! Мне кажется, что нет ничего, что ты бы не знал. У тебя не мозг, а кладезь. Мой умный, образованный муж! - я начала его теребить и целовать. Он обвил меня в кольцо своих рук и прижал к себе.

- Пойдем, я тебя хочу. Сейчас съем прямо тут. Ам! - В спальне он сам раздевал меня, ему нравилось это делать.

- Я хочу твою грудь. Можно? - я кивнула Он положил свой член между моих грудей и сжал их. Зажав соски между двумя пальцами, он стал водить бархатным членом между грудей, я пальчиком трогала его за самый кончик.

- Как сладко!- он постанывал, увеличивая темп, пока не кончил. Взяв маленькое полотенчико, он тщательно вытер меня и стал целовать мои соски, а потом и все остальное. Что он только не вытворял со мной. Он крутил меня, как куклу, изгибал в немыслимые позы и даже укусил за ягодицу. Он трахал меня, как дикий зверь, как безумный и только иногда говорил хрипло "Люблю тебя". Я тоже не сдерживала себя и кричала громко во время оргазма. Когда мы успокоились, вся постель была в крови, его член тоже. Он перепугался,

- Это я так тебя насиловал? Я тебя поранил? О, Господи!-

- Егор, не паникуй. Это у меня месячные начались.- я встала с постели и взяла из шкафа черные трусики. Все остальное было в ванной и я направилась туда, сказав Егору,

- Сними грязное белье и тащи его в ванную.- Я обмылась и надела трусы, подложив , что нужно.

Егор притащил ворох белья и тоже стал мыться. Он никогда на сталкивался с этими вещами и был несколько насторожен. Он не знал, как себя вести в таком случае.

- Привыкай, раз в месяц это будет происходить.- "утешила" я Егора.

- Тебе не больно? Правда? А как долго это длится?-

- Дня три, четыре. Нужно отметить в календарике, у меня в сумке, в кармашке лежит.- он принес мой календарик и я отметила сегодняшнее число.

- А зачем ты отмечаешь этот день?-

- Видишь, можно посчитать цикл, увидеть, есть ли задержка. Все женщины так делают, ну, наверное все. Можно высчитать овуляцию, это наиболее благоприятные дни для зачатия.- Егор внимательно слушал, вникал. В дальнейшем он сам следил за моим циклом, отмечая его в календаре. Мы вместе постелили чистое белье и легли. Егор боялся приблизиться ко мне. Я придвинулась к нему и обняла.

- Нельзя только туда, остальное можно, не бойся, все это совершенно естественно. Природа, ничего не попишешь. Целоваться не запрещено.- Он тихонько обнял меня за талию и мы закрыли глаза.


Будни.


У Егора предстояло два выходных, только в среду к трем дня ему нужно быть на службе. Дальняя комната и гостевая были готовы, кроме полов и светильников. Я попросила Сергея сделать аккуратно веревки для сушки белья, он кивнул и сам принялся за дело. Егор уже затеял стирку. Чуть позже приехал Юра, привез все для кухни, кроме буфета, сохнет еще. Следом появился Борис Иванович,

он велел рабочим таскать коробки из машины и масло для пола в банках. В некоторых коробках были светильники.для коридора и кухни.. Все были заняты своим делом. Я размораживала курицу, пожарю Егору, это быстро. Рабочие с Юрой внесли новую мебель на кухню, а старую вытащили в коридор. Сергей собственноручно повесил светильник на кухню, в виде латунной лампы с ручкой на гибком шнуре, которую можно было опускать и поднимать за ручку. Также он приделал две длинные лампы дневного света над мойкой и между полкой и рабочим столом. Выглядело все просто замечательно. Я радовалась, как ребенок.Табуретки были широкие, вместительные с прорезями для руки, чтоб удобно было брать. Лавка точно встала у батареи, ну,а дубовый стол просто красавец.

- Еленочка, ты вся сияешь, звездочка моя! Все как ты хотела? Я тоже ошеломлен. Не мог себе представить, что моя мрачная кухня станет такой симпатягой. Это все твои выдумки, моя лапушка.-

- Ой, подожди нахваливать, еще занавески повесим, буфет поставим, тогда уже будешь хвалить меня. Я на лавку пару подушечек вышью, а из лоскутов сошью сидушки на табуретки.-

- Ты что, вышивать умеешь? Неожиданно! -

- Каждая дворянская девушка должна уметь вышивать. Это закон. Мне бабушка в пять лет наперсток на палец надела.- похвасталась я. Егор приобнял меня при всех и поцеловал в щеку. Борис Иваныч улыбался, довольный, а Сергей смотрел в пол. Компания разошлась по своим делам, Борис Иваныч и Юра уехали. Мы повесили белье и стали решать, чем нам заняться.

- Нам бы магазины посетить пока ты дома, но мне лучше надолго не уходить пару дней.-

- Может тебе полежать? Давай список, я схожу один.-

- Нет, вдвоем пойдем, за бакалеей. Крупы, муку и прочее купим. Где у вас в Коломне хороший гастроном?-

- Недалеко от центральной площади. Еще у рынка, но сегодня рынок закрыт.-

- Ну и ладно, в магазин пойдем. Давай собираться.- мы оделись, взяли сумки и отправились в большой гастроном. Ехали на автобусе, остановок пять. У закрытых ворот рынка сидело несколько бабушек и мужичок, что-то продавали. Я выбрала петрушку, зеленый лук, банку квашенной капусты. У мужичка оказалась свеженаловленная рыба, мы купили двух больших лещей и я пообещала дома приготовить их на обед. Цыпленок может подождать. В гастрономе мы накупили всякой крупы, муки, вермишели и прочей ерунды. Хлеб, печенье и сушки тоже купили. Кофе в зернах я не захотела, он мне показался залежалым.

- Маму попрошу, она на Кировской купит Колумбийский, я люблю этот кофе.- Нагрузив Егора, мы отправились обратно.

- Рыбу буду чистить я.- сказал Егор.

- Мы ее вообще не будем чистить, только выпотрошим брюхо и оторвем жабры.-

- Как это? А чешую?-

- Увидишь! Жалко кальки нет, я бы ее завернула. Но и так сделаем, в духовке. На тебе чистка картошки.-

- Смотрю, ты опять что-то задумала. Вот хитрющая! - я усмехнулась,

- Когда за уши не оттащишь, тогда увидишь хитрющую.-

Дома я убрала курицу в холодильник и стала заниматься рыбой. Я выпотрошила лещей, удалила жабры и натерла солью внутри и снаружи. В брюшки я напихала нарезанную петрушку и репчатый лук, прижала их, чтобы не вываливались. Положила рыбы на противень и выставив нужную температуру у новой плиты, сунула в духовку. Егор уже почистил картошку и мы поставили ее варить. Через сорок минут еда была готова. Я достала блюдо для рыбы, поставила приборы, положила нам по льняной салфетке.В пиалу положила капусты и налила яблочный сок в стаканы, достала сливочное масло. Мы достали рыбу и я выложила ее на блюдо. Картошку оставили в кастрюле, оттуда положим на тарелки.

- Садись за стол, будем пировать. Можешь по рюмочке водки налить.- Егор налил нам по маленькой рюмке и сел в ожидании. Я положила ему картошки и масло, а рыбу велела есть из блюда.

- Смотри, отодвигаешь чешую, вот так и берешь кусочек рыбы вместе с петрушкой. Давай!-

Егор попробовал и покачал головой,

- Как вкусно! И главное ничего сложного. Какая ты умница, малышка!- Мы съели целую рыбину и еще от второй немного.

- Теперь всегда так будем делать.-

- Но это вкусно только из свежей рыбы, а летом в золе на костре очень здорово. Неужели вы на озерах так не делали?-

- В золе, часто, только мы рыбу чистили, не знали, что можно без этого обойтись.- Я вышла в ванную по своим женским делам, Егор убирал со стола. Когда я вернулась, Егор обсуждал что-то с Сергеем. Ребята начинали коридор и решали вопросы с комнатами, куда что перетаскивать. Егор и Сергей ушли смотреть, как все разместить. Раздался дверной колокольчик, это пришла Маня.

- Маня, как хорошо, что ты пришла! Смотри, у нас новая кухня, старая нам не нужна теперь, бери, что тебе нравится. Садись, я тебя рыбкой угощу.- Маня ахала и села на новую табуретку.

- Ох, хоромы, ох, хоромы! Правду люди говорили, царские им почести дадены. Еленка, на кой вам стол то такой здоровый, вас ведь двое всего.-

- Мань, интерьер такой, да и большой стол всегда лучше.- Маня качала головой, не понимая.

- Егорий тебе про скандал то сказывал? Нюрка на него чуть не бросалась, хорошо Анатолий удержал. Отец Николай даже пристыдил его, зачем мол при всех разговор завел. А Нюрка завыла, как Егорий то ушел.-

- Какое ей дело до нас, ну прибавили Егору зарплату, ей то что за беда? Ни из ее же кармана.-

- Они боятся, что Егория настоятелем поставят, я сама слыхала. Вот о чем ихняя беда.-

- Ах, вот оно что! А Егор знает об их опасениях?-

- Как не знать, весь храм гудит об ентом. Девки на кухне давеча говорили, вот будет отец Егорий главным, все по другому станет, порядок наведет. И матушка его, то бишь ты, хорошая, кричать не будет, ласковая она.- я улыбнулась.

- Надеюсь, что этого не случится. Нам не нужны чины и почести. Нам и так хорошо.- На кухню вошел Егор.

- Что, Мань, все сплетни рассказала? Давай, вставай, покажешь, что тебе отнести, пока ребята ждут. Малыш, пойдем с нами.- мы уговорили Маню забрать себе все, кроме стола и табуреток. Я всучила ей еще две кастрюли, таз и сковородку. Остальное, когда все окончательно встанет на свои места. Маня вышла во главе шествия, очень гордая. Я решила прилечь немного, устала за сегодня. Егор вошел и сел рядом. Он с жалостью смотрел на меня, ему казалось, что я тяжело больна. Я вспомнила вдруг, как вел себя Стас в подобной ситуации и усмехнулась,

- Что ты? Что-то не так?-

- Нет, просто вспомнилось некоторое, неприятное. Не бери в голову.- мне показалось, что Егор понял о чем я вспомнила, но ничего не сказал.

- Это правда, что тебя в настоятели прочат?-

- Слухи ходят, но это только слухи. Вряд ли такое может случиться. Да и я не горю желанием занять чье-то место. Я и вторым священником себя хорошо чувствую и в настоятели не стремлюсь. Может лет так через десять, не раньше.-

- Я согласна с тобой. Я тоже не хочу для тебя этой должности и также не горю желанием быть первой леди среди этих теток.-

- Вы решили, где мы будем спать, пока они здесь работать будут?-

- Завтра все перетащим, мои вещи в гостевую, а кровать и шкаф отсюда в гостиную.-

- Ну и хорошо. Жаль, камин еще нельзя топить. А то бы мы при свете живого огня любовью занялись.-

- А разве можно тебе?-

- Смешной ты! Сегодня и завтра негигиенично, а потом можно. Некоторые пары даже любят в такие дни, видимо есть какой-то кайф в этом.- Егор взглянул с интересом. Я погрозила ему пальчиком

- Только в ванне, при наличии воды.- он улыбнулся,

- Я потерплю. Постараюсь, во всяком случае.-

Вечер наступил быстро. Все разошлись. Мы уселись на кухне на новой лавке. Егор протянул ноги на табуретку, а я положила на них голову, разлегшись на лавке. Он тихонько перебирал мои волосы, думая о чем-то своем.

- О чем ты задумался? Тебя что-то тревожит?-

- Не то, чтобы тревожит, я вчера весть получил, от игумена. Ждет он меня. Разговор предстоит тяжелый и малоприятный. Вот и обдумываю, что ему сказать.-

- Скажи, что полюбил и женился. Чего проще.-

- Да нет! Не в этом дело. Как объяснить, что за меня патриарх вступился и разрешил продолжить служить. Вот где загвоздка. Игумен ушлый, его не проведешь байками про внучку.-

- Но ведь ты от него не зависишь. Что тебе его мнение?-

- Все намного сложнее. Он очень влиятелен в монашеских кругах. И злопамятен, я знаю. Он на меня хорошие ставки ставил, хотел двигать в нужном ему направлении. Теперь все обломалось, а он такого не прощает.-

- Родной мой, ты помни, КТО нас поддерживает и успокойся. Все уладится, вот увидишь. А когда тебе нужно с ним встретиться и где? - Егор помолчал,

- Сообщат. Может быть он сам явится сюда. Не знаю, но нужно быть готовым ко всему. Теперь ведь нет монастырей открытых, как раньше. Только в Лавре, в Загорске официально братия есть. Остальные в миру монашествуют, но дисциплина, как в армии, железная.- он вздохнул.

- Я за тебя, за любовь нашу, хоть на крест, хоть на дыбу пойду. Но не откажусь, не предам! Знай это, если что-то случится со мной.-

- Господи! Не пугай меня так! Что может случиться? Ну, отказался ты от монашества, так это твой выбор, в монахи ведь добровольно идут. Конец двадцатого века на дворе, что за мысли у тебя? Дыба, крест! Бред! Что он может тебе сделать? Убить что-ли? Не пугай меня так.-

- Не бойся, моя родная! Это я так, патетика. Но неприятности могут быть. Не на службе, нет. Тут ничего не смогут сделать. А вот мщение вполне может иметь место, игумен человек жесткий.-

- Господи! Бедный ИИСУС! Кто только ЕГО именем не прикрывается! -

- Давай,сменим тему. Как думаешь, когда этот ремонт уже закончится? Долго еще?-

- Думаю неделю, точно. Если не дней десять. Полы ведь еще во всем доме стелить.-

- Но все-таки уже половина сделана, ну почти половина.-

- Ты какие дни занят будешь? Я на базар хочу с тобой сходить, посмотреть какой он.-

- Завтра я выходной, в среду и четверг занят до вечера, в пятницу опять свободен, в субботу только к всенощной уйду, вечером. В пятницу поедем, самый рынок.-

- Хорошо бы погода ясная была, чтобы повеселее настроение.- я встала с колен Егора и налила чайник. Стала накрывать на стол. Зазвонил телефон. Кто это вечером звонит? Егор пошел в коридор

Звонила мама. Мы поговорили с ней оба, вначале Егор, потом я.Она скучала без меня.

- Мам, скоро ремонт кончится и ты приедешь к нам. Потерпи еще.-

- Одиноко дома, делать нечего, совсем, никаких забот.-

- Вот и отдыхай, наслаждайся. Скоро Мишка приедет, не соскучишься, будет кого гонять.-

- Я в субботу к нему собираюсь поехать. Пирожков напеку, салат сделаю, котлет его любимых.-

- Вот и хорошо, и ему радость. Привет передай.- я жалела маму, одна, в пустой квартире. Мыкается по углам. Дети разлетелись. Это жизнь, что поделать? Егор подошел сзади, обнял меня и уткнулся мне в шею. Я закончила разговор и повернулась к нему. Он стал меня целовать. Шепотом спросил, - Может в ванну?-

- Нет, потерпи денечек еще. Или?- я показала глазами на его пах. - Хочешь? - он, смущаясь, кивнул. Мы вошли на кухню. Я встала на колени перед ним, расстегнула молнию на джинсах, задрала ему футболку и начала ласкать. Через полчаса мы уже пили чай.

На другой день, после завтрака, мы начали упаковывать вещи из шкафов. Кое-что было отправлено на тряпки и в мусор. Егор уносил вещи и коробки в дальнюю комнату, в "синюю" как мы ее прозвали. Рясы и подрясники он повесил на вешалки уже приделанные к стене, я прикрыла рясы старой ветхой простыней. Рабочие отнесли нашу кровать в гостиную, шкаф поставили в синей комнате. Для осмотра камина Борис Иванович привел печника, старого дедушку, дядю Мишу, как он представился. Он приладил новую кованную решетку, плитка вокруг камина уже была выложена. Часа через полтора в камине пылали дрова. Егор подошел к деду и расспрашивал его как обращаться с камином и с огнем.

Я ушла на кухню варить обед. Поставила варить свеклу для винегрета, начинила цыпленка чесноком и натерла солью с перцем, отложила мариноваться в миске. Картошки осталось достаточно и для винегрета , и для обжарки на гарнир. Не было только супа. Я позвала Егора и он отрубил мне топориком кусок замороженного мяса от большого куска. Я поставила его в воду, разморозить. Сварю бульон и сделаю гренки. Появился Борис Иванович. Он привез среди прочего кухонный комбайн. Мы тут же его поставили и начали изучать. То есть изучал Егор, а мне показывал, где и что и как работает. Борис Иваныч отозвал меня в сторону и показал на две коробки в коридоре,

- Я Вам тут презентик небольшой привез. Стиральный порошок, немецкий, для автоматических машин и туалетную бумагу, Вы такую не купите. Пока вам хватит, а в дальнейшем мне позвоните и мы этот вопрос решим.- я только развела руками от такой удачи,

- Борис Иванович, дорогой Вы мой, спасибо огромное! Сколько я Вам должна?

- Нет, нет! Это Вам подарок, он в смету войдет, не беспокойтесь. Даже о таких вещах надо позаботиться, к сожалению у нас их не купить.- действительно, это был подарок очень ценный по тем временам.

Так день и прошел в бытовых заботах и мельтишне. К вечеру я даже устала немного. Хотелось прилечь. Я сказала об этом Егору. Он уложил меня на кровать,принес плед и накрыл им мои ноги.

- Хочешь, я тебе почитаю что-нибудь?-

- Хочу, даже очень. Только сам выбери, что.- Егор принес томик Пушкина, "Повести Белкина". Открыл "Станционный смотритель" и начал читать. Он читал легко, профессионально, с выражением и ударениями в нужных местах. Чувствовалась школа Духовной Академии. Я слушала и поглаживала его руку. Когда он закончил читать, то отложил книгу в сторону и нагнулся ко мне. Он смотрел на меня долгим взглядом, который стал углубляться и темнеть. Внутри у меня разливался шоколад.

- Я хочу тебя, сейчас хочу! Пойдем? - я села, чтобы встать, но Егор подхватил меня на руки и понес в ванную. Он сам осторожно вымыл мое местечко и усадил меня, положив мои ноги на края ванны, нырнув в меня языком и губами. Он стонал от удовольствия, а я? я кончила пару раз, выгибаясь и поскуливая. Он оторвался и быстро умыл лицо, затем резко вошел в меня до самого конца. Ох! Какой это был секс! Все чувствовалось острее и ярче. Мы оба стонали от наслаждения. Он посадил меня к себе на член и с силой насаживал меня на него. Я кончила раз пять, но он никак не хотел прекращать действо. Наконец мы разом взлетели и потихоньку перевели дух,

- Удивительно новые ощущения! Очень острые. Я вижу, что тебе тоже понравилось. Ведь так?-

- О, да! Я не ожидала такого. Ты потрясающий любовник! Ты даришь мне неописуемые чувства, с тобой я улетаю в рай!- я поцеловала его плечи и ключицу.

- Любимый, желанный, потрясающий мой муж! Я люблю тебя до безобразия!- целовала я его лицо

- А я теряю рассудок рядом с тобой. Моя страстная, моя нежная, моя неземная Еленочка! Я люблю тебя каждой частью себя, каждым нервом, каждой клеткой. Я хочу тебя везде, в постели, в ванной, за столом, на улице, спящую, даже в храме, во время службы я вспоминаю тебя и хочу.- он прижимал меня к себе и гладил мою спину.

- Ты знаешь, я даже рад, что не знал женщин до тебя. Ты единственная, которую имеет смысл познавать и любить безрассудно. Другую такую не встретишь, такой женщины просто нет на свете больше. Любимая моя, девочка! Малышка моя! Еленочка! Мое счастье!- он тихо говорил и я млела от его слов. В воде появилось пятно крови и я начала вставать. Егор сполоснул ванну и меня, обмылся сам. Начал промокать меня полотенцем. Я привела себя в порядок и стала одеваться. Егор обвернул полотенце вокруг бедер и мы вышли.


Болезнь Шуры.


На следующий день, когда Егора уже не было дома, раздался телефонный звонок. Звонил Егор,голос у него был встревоженный,

- Ты не можешь сейчас придти? У Андрея девочка заболела, может поможешь чем-то? -

-Сейчас, бегу.- я начала одеваться и быстро вышла из дома. Я вошла в храм и увидела Егора, он ждал меня.

-Пойдем в трапезную.- мы пошли быстрым шагом, на ходу я расстегивала шубку. В трапезной Андрей, весь красный, ходил из угла в угол, едва сдерживаясь, чтобы не зареветь. Я быстро подошла к нему, - Андрюша, что случилось?- Андрей схватил меня за руку и взволнованно начал говорить,

- Вчера Шурена заболела. Вдруг стала задыхаться, голос пропал, только хрипит. Ночью вызывали скорую, они сказали, что это ангина и сделали укол. Сегодня с утра пришла участковая врач, тоже говорит ангина.Температура под сорок, выписала пенициллин в уколах, а ей стало хуже сейчас. Маринка звонила, сказала, что еле дышит и посинела. Умирает моя дочечка. - он заплакал.

- Она не умрет, не реви. У нее отек гортани, поехали срочно, я помогу.- отчеканила я. Андрей растеряно посмотрел на Егора.

- Поезжайте, я после вечери приеду за матушкой. Давайте, не тяните время.- Андрей быстро оделся и мы помчались. Минут через двадцать мы входили к ним в дом. Это был обычный частный домик, каких в Коломне было много. Внутри было жарко и душно. Шурочка лежала на большой, высокой кровати с огромными подушками и хрипло дышала. Я открыла форточку и поток свежего воздуха ворвался в душную комнату. Девочка начала хватать свежий воздух ртом. Я сосредоточилась на своих внутренних ощущениях и увидела еле видимую щель между распухшими, красными стенками горла. Нужно срочно раскрыть эту щель и убрать отек. Я мысленно обратилась к ИИСУСУ ХРИСТУ за помощью. Мне в правую ладонь упал луч света и я машинально направила его на горло Шуре. Я водила лучом по горлу, и просила уйти отек. Щель начала просматриваться лучше, я продолжала водить лучом по стенкам у горла. Вдруг у меня в левой руке появилась маленькая баночка с золотой мазью и я начала смазывать ей горло девочки. Отек начал медленно спадать, краснота бледнеть и Шура задышала. Я продолжала смазывать горло, девочка открыла глазки и сказала -ПИТЬ!- Андрей сорвался с места и принес воды в кружке.

- Андрей, только комнатной температуры, ни холодной, ни горячей.- я не отпускала свой внутренний взор с горла Шуры. Мне казалось, если я перестану видеть горло, то оно опять станет прежним. "Смажь горло мазью и отпускай" раздался голос у меня в голове. Я так и поступила. "Возьми чистой воды в банке и заряди воду светом из рук. Представляй картину чистого здорового горла. Пусть пьет эту воду часто по глотку. Утром все пройдет." Я велела принести чистой воды для питья в банке, Марина принесла трехлитровую банку с водой. Я стала заряжать ее потоком света, лившимся из моих рук. Минут через пять я видела, как свет брызжет из банки, вода была наполнена этим светом и искрилась. Я закончила и села. - УФФ!- сказала я и положила ладонь на маленькую шейку девочки. Она смотрела на меня внимательно блестящими глазенками, потом протянула ручку ко мне, сказала "вала"

и заулыбалась. Андрей схватил мою руку и начал целовать ее, я отдернулась,

-Ты что, Андрюша! Не смей так никогда делать. Это Господь Шурочку спас, а не я! Завтра она будет совсем здорова.- Марина тихо плакала, утирая слезы фартуком. Шурочка потянулась к Андрюше и он бережно взял ее на руки Она положила головку к нему на плечо и уснула мгновенно. На ее щечках появился легкий румянец.Андрей положил девочку в кроватку и прикрыл одеяльцем. Мы вышли в другую комнату, похожую на кухню - гостиную. Мы сели к столу. Появилась мама Марины, такая же тихая и субтильная женщина. Она предложила чай.

- Конечно наливайте, мама.- сказал Андрей. Женщина поставила на стол тарелку с блинами, вазочку с вареньем, сахарницу и карамель в блюдце. Принесла стаканы и ложки и стала наливать чай.

-Марина, нужно померить температуру у Шуры, но она спит, не хочется ее будить.- сказала я.

- Я сейчас схожу к ней и посмотрю, как она.- она вернулась быстро,

- Жар спал, она теплая, но не горячая. Дышит ровно и тихо, немного сопельки хлюпают, а так дышит нормально.- и заплакала опять.

- Спасибо Вам, матушка Елена. Вы ее с того света вытащили. Я все жизнь за Вас молиться буду.Если бы не Вы!- и она махнула рукой, вытирая слезы. Андрей погладил ее по плечу, успокаивая.

- Марин, я не старше тебя, зови меня Леной. Хорошо? А то мне неловко как-то. Будем дружить, ты ведь ни с кем из матушек не дружишь?- Марина кивнула и улыбнулась.

- Нет, она их боится, матушек этих. Маринка тихая очень и болтать не умеет, все молчит. Да и они на нее свысока глядят. Вы первая в ней человека увидели.- сказал Андрей с гордостью.

- Вот и хорошо. Ко мне отношение, сам знаешь какое. Так что нам с Мариной самый резон подругами стать. Шурочка поправится, придете ко мне с ней, у нас ремонт скоро закончат, я надеюсь.

Теперь Шурена мне как крестница, родной стала.- я перевела разговор на болезнь Шуры.

- Я не врач, но мне кажется у девочки аллергия на что-то. Может даже на перины и пух, понаблюдайте. У нее гортань отекла, это опасно. Ладно, вместе разберемся. Я зарядила воду в банке, давайте ей пить почаще, только ее, она не даст новому рецидиву развиться.

- А как Вы это делаете? На глазах ребенок ожил.-

- Не знаю, Андрюша. Это от Бога дар. Не знаю, правда.- Андрей с благоговением посмотрел на меня. Я для них прям волшебницей стала, или ведьмой.

- А у вас через год сыночек родится! Это точно, я вам обещаю. Маменькин будет сыночек, в Марину. Тихий и умный.- они заулыбались, веря мне на слово. Раздался стук в дверь. Андрей пошел открывать и вернулся вместе с Егором.

- Ну, как? Помогла девочке?- спросил Егор, снимая куртку.

- Еще как помогла, отец Георгий. Шура спит сейчас, температура спала и дышит ровно. Спасибо матушке Елене, спасла нашу дочку, с того света вытащила.-

- Вот и славно.Только Андрей, Марина! Не надо никому об этом рассказывать. Не дай Бог узнают, проходу не дадут. Итак уж ославили, дальше некуда. Договорились? Пусть между нами останется эта история.-

- Да, ребята, лучше пусть не знают. Я вам всегда помогу, если нужно будет. Но чтобы матушки не узнали, а то Анна такого наплетет, что даже мне не расплести.- я засмеялась.

- Да уж, языки без костей у многих. Это точно.- сказал Андрей и задумался. Мы оделись и стали прощаться. Андрей проводил нас до остановки.

Мы ехали в полупустом автобусе и я рассказывала Егору как все происходило. Он слушал меня не задавая вопросов. Потом взял мою ладонь и сжал ее тихонько,

- Как мне уберечь тебя с таким даром? Ты ведь все через себя пропускаешь, через сердце свое. Не разрешать тебе я не могу, не я распоряжаюсь твоим даром, но быть осторожнее прошу, люди злые, как бы вреда тебе не причинили. Этого боюсь.- он опять задумался. Я провела свободной рукой по его щеке.

- Я с ума схожу от любви к тебе. Даже дышать трудно от любви.- он поцеловал мои пальцы.

- Ты когда так говоришь, у меня сердце начинает колотиться и я теряюсь совершенно, родная моя, любимая! Единственная моя! - он сильно сжал мою руку, вложив в это пожатие все свое чувство ко мне.

Дома я поняла, как устала. Руки и ноги отяжелели, говорила односложно, думать не могла, голова была словно ватная. С Шурой у меня был первый опыт экстрасенсорного воздействия и я совсем не была готова к последствиям. Оказалось, что выброс энергии и эмоциональная отдача забирают много сил. Впоследствии я научилась довольно быстро восстанавливаться, но этот, первый опыт дался мне тяжело. Егор заварил мне крепкий сладкий чай и заставил выпить рюмку коньяка. После этого я легла и уснула, как убитая.

На следующее утро к нам забежал Андрей. Он вручил мне банку соленых огурцов, банку бочковых помидор, квашенной капусты и моченых яблок. Рассказал, что Шурочка с утра веселая и активная, пьет мою воду, показывая на нее, когда хочет пить.

- Сегодня придут укол делать, может быть отказаться от них?- спросил у меня Андрей. Я не знала, что посоветовать и мы решили довериться врачу. Она увидит, что у девочки никакой ангины нет и примет решение сама.

- Только пусть Марина скажет, что у ребенка был отек гортани.- Андрей сразу же позвонил домой и дал мне трубку, чтобы я все сама сказала Марине.

Андрей и Егор ушли,а я бездельничала половину дня. Рабочие уже начали покраску в наших комнатах и нарезали обои для поклейки. Антресоль была почти готова, к ней поднималась изящная лестница с балясинами. Такие же балясины были и на самой антресоли. Приехал Борис Иванович на большой машине, он привез, среди прочего, абажур для гостиной и обещанный сундук. Сундук был резной, а абажур, просто произведение искусства, очень большой, из шелка желто-зеленого цвета с золотистой бахромой по волнистому краю. Весь в каких-то складочках, защипах и буфах. Очень классный и хорошо сочетался со стилем и цветом гостиной. Вечер у нас прошел тихо, без приключений, мы поужинали и легли пораньше, хотелось выспаться в тишине. Завтра нам предстоял набег на рынок.

Позавтракав, мы довольно быстро собрались и отправились на базар. Погода была чудесная, было начало марта и в воздухе пахло наступающей весной. Весна света, так это называется. Настроение соответствовало погоде. Начиная от автобусной остановки расположились торговцы, используя коробки и ящики вместо прилавков. Мы пока осматривались, не останавливаясь надолго, приценивались. Войдя на крытый стеклянной крышей рынок, я растерялась. Водоворот людей затягивал внутрь, где на больших длинных прилавках разложили свой товар продавцы. Рынок ничуть не уступал московскому "Даниловскому", на который мы обычно ездили.

- В мясные ряды пойдем после, чтобы тебе не таскать лишнюю тяжесть. Сейчас за ягодами и за вареньем.- скомандовала я. Мы пошли в ягодный ряд. В основном продавали клюкву, которой мы купили, там же попалась брусника и сухой шиповник. Купили орехов, пригодятся, и чучхелы, я ее любила. Я высмотрела аджику и мы взяли маленькую баночку, на пробу. Соления у нас были дома и мы не стали ими заморачиваться. В молочных рядах мне понравился творог пластом и брынза, добавили к ним и топленого масла. Наконец повернули к мясным рядам. Здесь я разгулялась, выбрала кусок свинины, две курицы и большую утку с потрохами для рассольника. Затем купили мяса для фарша на котлеты и баранины, потушу Егору с овощами. Еще не удержалась и выбрала шесть отбивных,

- Устрою тебе праздник живота.- пообещала я мужу. Егора я нагрузила покупками по самое "не хочу", но он стойко все тащил не сопротивляясь. Мы вместе выбрали кусок сала с прожилками, нам осталось купить зелень и можно трогаться домой. Егор поставил меня в уголок вместе с сумками и велел его ждать. Скоро он возвратился с пятью оранжево-желтыми розами и букетиком фиалок.

- Это тебе, моя любимая женушка!- я была польщена и очень довольна цветам. Мы двинулись к автобусу и по пути прикупили разной зелени у уличных торговцев и банку земляничного варенья у старушки.

- Я рыбу заказал у одного рыбака. Он обещал, как наловит, принесет.- поэтому рыбу даже не стали смотреть. Приехав домой, мы вместе разгрузили сумки и я предложила Егору,

- Давай, я сварю гречневую кашу и сжарю нам по отбивной. С Андрюшиными разносолами будет вкусно.-

- Ты делай, как считаешь нужным, а я хочу сала с черным хлебом. Для затравочки.- он отрезал свежего хлеба и порезал ломтиками сало. Я сделала тарталетки на один укус и мы с аппетитом умяли их, пока варилась гречка. После этого есть расхотелось и я, завернув кастрюльку с кашей в плед, отложила ее до обеда. Я варила морс из клюквы, а Егор решил почитать какие-то свои книги, делая выписки из них в толстую тетрадь. Я украдкой наблюдала за ним, мне нравилось, как он работает. Так захотелось его обнять и прижаться к широкой спине, но я сдержалась, чтобы не отвлечь его. Я налила ему горячего морса и поставила поодаль, чтобы остыл. Егор взял стакан с морсом и взглянул на меня. Он все понял по моим глазам,

- Я скоро закончу и буду весь твой.-

- Ничего, я потерплю до вечера, мой красавец муж!- и вышла из кухни, чтоб не смущать его.

Обедать мы сели уже в шестом часу. Я предложила погулять вечером около дома. Мы оделись и вышли походить вокруг. Начали играть в салочки. Я чувствовала в себе нарастающее желание к мужу и старалась, как могла, отвлечься от этого. Редкие прихожане, идущие из храма, оглядывали нас с любопытством. Набегавшись, я села на привычное уже место на спинке лавочки, чтобы отдышаться.

Егор подошел совсем близко ко мне и обняв за плечи смотрел мне в глаза. Он взял меня и усадил себе на колени, сев на лавку. Не обращая внимания ни на кого, он стал целовать меня в губы,

- Ты хочешь меня?- спросил он шепотом,

- Очень! Хочу очень!- Егор поднялся, держа меня на руках и понес в дом. Он поставил меня у вешалки, снял с меня шубку и сапоги. Разделся сам. Мы оба прерывисто дышали. Он опять поднял меня на руки и понес на кухню. Там он начал снимать с меня все подряд, посадив на стол. Затем быстро скинул с себя одежду и прижался к моим губами. Он властвовал в моем рту своим языком, я ногами обхватила его за талию. Он овладел мною прямо на столе, с силой входя в меня, держа руками мои бедра широко раскрытыми. Хорошо, что окно выходило на заднюю часть двора, где все было завалено снегом. В какое-то мгновение мне показалось, что с краю окошка кто-то смотрит на нас, но я закрыла глаза и забыла об этом тут же. После душа я не отпустила Егора и мы отправились в кровать, продолжать утолять свою вырвавшуюся страсть. Я крутилась по постели, закидывая ноги чуть ли Егору не на голову, прикусила ему ягодицу. Он изцеловал меня всю с головы до ног и оставил несколько синяков на груди и один на шее. Наконец, мы обессилили и валялись, как бревна, переплетясь ногами. Не было сил встать, чтобы пойти в душ.

Представляешь! Я опять хочу тебя, только сил уже нет. Что ты со мной творишь? Девочка моя!- он хотел обнять меня, но рука сползла и упала рядом. Мы оба провалились в короткий сон. Я очнулась, вылезла из под тела Егора и побрела в душ. Через несколько минут появился Егор, я уступила ему место под душем, начав вытираться. Потом мы пошли пить чай. и есть творог.

- Я тебя за попу укусила. Не больно? надо йодом смазать, на всякий случай.-

- Нет, не больно, жить буду. А вот я тебя изукрасил как следует. Ладно, на груди, но на шее видно. Что делать будем? Скажут батюшка матушке засос поставил, позор! -

- Я замажу пудрой, и платочек повяжу на шею, и вообще пусть завидуют!- мы рассмеялись оба. Нам было хорошо вдвоем, мы были счастливы от своей любви, мы купались в ней и ничто не могло омрачить это счастье. Раздался звон разбитого стекла в коридоре, мы выбежали и увидели разбитое окно и камень, валявшийся на полу рядом с осколками стекла. Егор поднял осколок, посмотрел на него и растерянно спросил,

- Зачем? Кто это мог сделать?- он кинулся к двери, но я его остановила,

- Не надо, любимый! Не ходи, я боюсь. Все равно не догонишь. Кто-то нас так ненавидит, что готов на любые подлости, лишь бы нам стало плохо. Хочет напугать нас. Не надо реагировать. Давай заткнем дырку чем-нибудь и уберем стекла.- Егор помрачнел и молча вышел за веником и совком. Я сняла старую простыню, которой прикрыла рясы в синей комнате и мы заткнули дыру. Завтра рабочие вставят новое стекло. Когда мы легли, я прижалась к Егору и обняла его. Меня немного трясло, но я старалась держаться. Мы лежали тихо обнявшись и долго не могли уснуть, прислушиваясь к звукам.


Ремонт окончен!


Наш ремонт подходил к концу. Уже были настелены полы, осталось их только покрасить. Начали с наших комнат, чтобы первыми их обставлять. К вечеру все полы, кроме коридора были покрыты темным маслом. Мы ходили по краешку. На кухню был проведен телефонный провод и теперь у нас было два аппарата, один в коридоре, другой на кухне, очень удобно. Егор в эти дни много работал, пропадал в храме допоздна. Прошла неделя после того случая с разбитым окном, но Егор все не мог придти в себя, он чувствовал себя виноватым и беспомощным.

- Ты пойми меня, Еленочка! Я не смог защитить тебя! Кто угодно может вытворить что-то подобное, даже когда я рядом. А что может произойти если ты будешь одна? Я, мужчина, оказался не способным дать отпор хулигану, покусившемуся на покой моей семьи. Я в отчаянии, не могу не думать об этом. Меня это разъедает.- он рассказал мне, что утром следующего дня осмотрел все вокруг дома и обнаружил следы от мужских ботинок вдоль стены, доходившие до кухонного окна.

- Значит кто-то следил за нами! Боже, в момент нашей близости некто подглядывал за нами. Меня это убивает! - я не стала ему говорить, что тоже видела эти следы и прекрасно знала, чьи они.

Я пыталась утешить его, остудить хоть немного,

- Егор! Не убивайся ты так. Какой-то сумасшедший или сумасшедшая устроил демарш, это не конец света. Все целы, дом стоит и становится все краше. Я рядом, без единой царапины. Что ты так убиваешься? Я понимаю тебя, конечно этот случай неприятный, но тебе нужно быть спокойнее, не разрушай себя из-за ничтожества. Это мог быть кто угодно, влюбленная в тебя женщина, влюбленный в меня мужчина, просто сексуальный извращенец, подглядевший за нами в окно. Поступок этот детский, так может вести себя подросток, но не взрослый человек. Мне больно видеть тебя таким, ты меня расстраиваешь, я невольно не могу забыть про это разбитое окно. Давай, перестань себя корить, ты ни в чем не виноват. Не можешь ты отвечать за всех безумцев в округе! - За ужином я сказала Егору еще раз,

- Милый, родной мой! В нашей жизни столько красоты, столько любви и счастья, что нам грех жаловаться. Давай ты перестанешь мучиться сам и мучить меня этим происшествием. Попробуй взглянуть на все с юмором. Кто-то посмотрел бесплатное эротическое кино, порадуемся за него, и пожелаем дальнейшего процветания. Бог с ним. Думаю, что мы неплохо смотрелись в этот момент.-

Я положила свою ладонь на его руку, а потом подошла и села ему на колени, обняв за плечи. Егор посмотрел на меня каким-то детским взглядом, потом улыбнулся широко и обнял меня тоже, уткнув нос мне за ухо. Когда мы нацеловались, Егор сказал,

- Мне кажется, ты знаешь кто это, только мне не говоришь. Так ведь?-

- Я не знаю. Все, что связано со мной от меня скрыто. Я не могу видеть то, что касается меня самой.Я только знаю, что все откроется само собой, как только мы отпустим от себя мысли об этом.

Больше ни слова! Хватит мусолить эту тему. Табу! -

- Завтра все закончится, мы повесим шторы на все окна и никто не сможет заглянуть в наше гнездышко, я сам буду следить за этим. Не хочу, чтобы кто-нибудь мог увидеть тебя такую, какую вижу только я. Ты моя и я тебя никому не дам, даже на секунду! -

- Ого! В нас проснулся собственник! Конечно я твоя и ничья больше. Даже не мамина.- я прижалась к нему совсем близко и потерлась о его набухшую ширинку.

- Не пора ли им встретиться? Ты как, милый? - Егор мгновенно откликнулся на призыв и начал стаскивать с меня колготки вместе с трусами. Он задрал мою юбку, вывалил грудь из лифчика, не снимая его и начал мять мои груди, не обращая внимания на окно. Я расстегнула молнию у него на ширинке и стянула брюки ниже, вместе с трусами. Освободившийся член уперся мне в живот, Егор встал, держа меня за попу и прижал к стене, прямо напротив окна. Он вошел и начал яростно барабанить внутри меня, одновременно сжав губами сосок. Дождавшись моего оргазма, он сел на край стола спиной к окну и посадил меня к себе на колени. Я скакала на его жеребце как заправская наездница, он издавал хриплые утробные звуки и проговаривал "Еще!", "Еще чуть,чуть!", "Вот так, моя милая!", "Ммм", "Сильней!", "Все!" и мощные толчки оргазма накрыли нас. Когда я очухалась, то помахала в окно рукой, - Привет, не ослеп еще?- и соскочила с Егора. Мы расхохотались во весь голос. Занимались любовью мы весь вечер, перейдя в кровать. Ведь наш медовый месяц все еще продолжался.

Утром встали пораньше, сегодня знаменательный день! Последний день ремонта. Пока пили кофе явилась Маня, помогать. У меня были приготовлены две коробки с утварью для нее, и я велела ей унести их сразу, чтобы не мешали. Рабочие отнесли нашу кровать в спальню, а остальную старую мебелишку утащили на улицу. Первым прибыл Юра на большом грузовике. Осторожно вытаскивали детали стеллажей и уносили в дом. Последним был буфет, который поставили сразу на кухне, два рабочих и сам Юра. В это время подъехал Борис Иванович, также на большой машине. Сегодня был его триумф! У него был склад в старой церкви, неподалеку, где он хранил все наши вещи до окончания ремонта. Всего было три ездки, разгрузив первую машину, она без промедления уехала за следующей партией вещей. Сергей сам повесил жалюзи на окнах в коридоре и показал мне, как их поднимать и опускать. Егор вешал шторы в спальне и в своем кабинете. Юра устанавливал стеллажи. Постепенно дом заполнялся и приобретал жилой вид. Последними были привезены огромный, темный, старинный буфет , трюмо с изящным столиком и большой телевизор. Все ставили в гостиной. Когда была установлена последняя деталь, гостиная стала необыкновенно красивой комнатой. Выдержанная в едином стиле, с большим круглым столом, с оливковой бархатной мягкой мебелью и тяжелыми шторами в тон она получилась необычной и уютной. Камин дополнял эту гармонию в ней. Спальня получилась такой, как я и мечтала. Большой ореховый трехстворчатый шкаф справа от двери, наша кровать и изящная тумбочка с лампой в виде обнаженной женской фигуры, держащей плафон, из которого лился неяркий свет. Комод, тоже из ореха, изящное шелковое кресло и большой пушистый ковер в восточном стиле. Тот, который был прежде переехал в гостевую комнату. Когда все было расставлено и приделано, Егор пригласил всех к столу на кухне и открыл шампанское,

- Мы хотим всем вам сказать огромное спасибо за вашу работу, вы настоящие мастера и нам очень повезло, что именно вы превратили наш дом в сказку.- он начал разливать шампанское в стаканы. Я тоже сказала пару слов,

- Ребята, большое вам спасибо! Все так красиво, что у меня нет слов, эмоции переполняют меня. Теперь, если нам понадобится что-то сделать в доме, я обращусь только к вам, потому что вы не только высококлассные мастера, но и вам можно доверять. Спасибо вам еще раз!- рабочие заулыбались, довольные. Слово взял Борис Иванович,

- Вам тоже спасибо, за ваше терпение и деликатность. Не часто встретишь такую семейную пару, как ваша. А уж матушка Елена всех нас покорила. Мы желаем вам прожить в этом доме долгую счастливую жизнь в любви и радости.- все чокнулись и выпили. Я попросила Сергея дать мне номер его телефона, он продиктовал мне его и сказал,

- Если понадоблюсь, звоните без сомнений. Вы замечательная девушка, поверьте мне.- и опустил глаза в пол. Борис Иванович отозвал меня в сторону и сказал,

- Я позволил себе смелость и кое-что приобрел для Вас, Леночка. В синей комнате пара коробок. В одной швейная машинка для Вас, в другой инструменты для батюшки, помните Вы заказали дрель для него, так я немного добавил необходимое. Посмотрите позже.- мы обменялись телефонами,

- Борис Иванович, не забывайте нас. Я буду обращаться к Вам с просьбами, можно? Не будет это через чур навязчивым с моей стороны?-

- Что Вы, Леночка! Я буду только рад Вам помочь и увидеть Вас снова.- мы начали прощаться со всеми и проводили их до улицы.

Оставшись одни, мы обнялись и постояли так у двери.

- Это наш дом! Только наш! Представляешь?- я обвела рукой пространство вокруг.

- Дом стал похож на тебя. Такой же самобытный и красивый, не похож ни на какой другой.-

- Подожди-ка, у меня есть для тебя сюрприз! Пойдем, посмотрим.- я повела Егора за руку в синюю комнату. На полу стояли три коробки. В одной была швейная машинка "Веритас", мечта многих женщин в то время. Другую, поменьше я с заговорщицким видом открыла и достала ящичек с ручкой,

- Та-там! Это тебе подарок. Открывай! - Егор открыл осторожно и ахнул, в ящике была дрель и сверла к ней.

- Еленочка! Это мне? Господи! Вот это подарок! Я и мечтать не мог о таком. Спасибо, родная моя. Ты точно угадала мое тайное желание, да еще и немецкая! Вот радость. Спасибо тебе! - он вертел дрель, рассматривая ее со всех сторон. Доволен был очень. Он открыл последнюю коробку, в ней была пластмассовая коробка с гвоздиками, винтиками, шурупами и прочими подобными штучками, в которых я не разбиралась. Все это лежало по своим отделениям. Там же были разные отвертки. Егор был счастлив. Как мало нужно для радости мужчине! Егор оставил подарки и поцеловал меня,

- Ты моя золотая жена! Самая заботливая и любящая на свете.-

- А ты мой золотой муж, самый ласковый и нежный! - мы взялись за руки и начали осматривать наш дом. Теперь нужно заполнять шкафы и полки. Но это позже, а сейчас мы пошли на кухню отметить событие. Егор достал наше свадебное вино в плетеной бутыли и зеленые бокальчики. Мы сели и выпили за наш дом, за жизнь а нем , за нашу любовь, которая будет согревать этот дом и нас в нем. Незаметно начало темнеть, мы пили вино и чай с конфетами, есть не хотелось. В какой-то момент Егор обнял меня за талию и повел меня в спальню, в нашу спальню! Он сел в кресло и начал медленно снимать с меня одежду, распустил косу и мои волосы рассыпались по плечам. Затем, также медленно, разделся сам. Мы стояли обнаженные напротив друг друга и просто смотрели. Постояв так, Егор встал на колени передо мной и начал не торопясь ласкать меня и целовать, начиная со ступней и поднимаясь выше. Он целовал каждый пальчик на руке, полизывая языком между ними. Эта ласка особенно меня возбуждала. Я стояла тихо замерев, и только перебирала его распущенные волосы. Он взял меня за руку и посадил на край кровати. Подложив подушку мне под попу, широко раздвинул мои ноги и стал гладить и раздвигать влажные лепестки внутри. Запустив палец в вагину он поводил там и вытащив, облизал его,- Ммм, нектар! - Я была уже вся влажная и он начал языком лизать вокруг бутончика, иногда чуть прикусывая его. Я стала выгибаться, тогда он, крепко держа меня, впился губами в меня и стал посасывать и лизать одновременно. Я взвыла и кончила ему в рот. Он вылизал меня всю и лег на меня, всадив свой огромный член до самого основания. Кровать ходила ходуном, я стонала, Егор рычал. Перевернув меня на живот он продолжал трахать меня с той же силой, пока мы не провалились в общий оргазм. Егор откатился на бок, утянув меня за талию на себя.

- Ты неописуемо сексуальна! Я теряю весь рассудок с тобой. Тот восторг, который я с тобой испытываю, не передать словами. Полежи на мне вот так, мне хорошо, я наслаждаюсь.- мы лежали так и вдруг я рассмеялась,

- Ты что смеешься? Что случилось?-

- Я представила, видели бы нас сейчас твои попы или монахи. Они бы уж точно предали тебя анафеме за развратные действия.- Егор тоже рассмеялся, потом сказал уже серьезно,

- Господь видит нас и радуется. Это главное.- я перебирала его волосы и целовала в плечо маленькими поцелуями. Нега разливалась во мне, не хотелось двигаться. Наконец мы зашевелились и стали подниматься из постели.

- Сегодня ничего раскладывать не будем, все завтра, когда ты уйдешь. Только маме сейчас позвоню, сообщу радостную новость и позову ее к нам в субботу.- на этом и порешили. Я надела новый желтый халат с капюшоном,

- Откуда такой цыпленок? - удивился Егор,

- Из коробки "невеста". там оказалось много интересного. Пойдем, поедим что-нибудь, есть хочется.- Егор надел халат и мы пошли в душ, а потом на кухню.


Приезд мамы.


В субботу утром приехала мама. Егор встретил ее на станции. Мама привезла мне целый мешок моих вышиваний, нитки, пяльца, иголки, канву и прочие причиндалы. Еще кофе в зернах и хороший индийский чай со слоном. Она вошла в дом и огляделась,

- Вы меня сейчас ни о чем не спрашивайте, мне нужно переварить такой роскошный дом.-

Я стала ее водить повсюду, показывать и рассказывать. Егор, чтобы нам не мешать, ушел к себе в кабинет, где еще не закончил все раскладывать. В гостиной мама охнула,

- Даже камин есть! И все так хорошо подобрано, все в едином стиле. Молодцы вы.-

- Мам, чья я дочка? У кого я могла научиться наводить уют. Нам с тобой предстоит заполнить этот буфет и прикинуть, что еще нужно.- мы пошли дальше. Кабинет Егора маме понравился, его стиль был ей знаком. Ее потрясло обилие икон на стене и книги в стеллаже на иностранных и старословянском языках.

- Егор читает эти книги? -

- Конечно. Он знает много языков, даже арамейский.- мама была приятно удивлена тем, что он так хорошо образован. Арамейского она явно не ожидала. Она слегка стеснялась Егора.

Войдя в спальню, мама слегка впала в шок.

- Вы что, здесь спите? В красной комнате? - она рассматривала голую женщину на лампе.

- Ничего себе! Как бедный батюшка выдерживает твои закидоны?-

- Спроси у него, он расскажет.- улыбнулась я. Дальше я показала маме ванную и туалет и мы прошли на кухню. Маме очень понравилась кухня, и она наконец села у окна. Я поставила чайник и достала из холодильника всякие закусочки.

- Что будем пить, чай или кофе?-

- Давай кофе, нужно взбодриться.- я налила нам кофе и позвала Егора к нам. Мама рассматривала чашки и покачала головой,

- Пьете из саксонских чашек, да вы помещики, как я посмотрю.-

- Ну так это хорошо, как ты считаешь? Лучше пить из стаканов, что ли? - мама не ответила.

- Сейчас кофе выпьем и котлеты с тобой сделаем, я поучусь у тебя.- Пришел Егор в новых домашних брюках и рубашке в клетку, ему очень шла такая одежда. Он предложил нам по рюмочке за новоселье и достал графинчик с кагором. Беседа была нейтральной, мама привыкала к нам таким. Егор рассказывал забавные случаи о ремонте и обстановка постепенно разряжалась. Я достала мясо для котлет, которое приготовила заранее и почистила лук. Затем включила комбайн и начала крутить фарш в нем. Через несколько минут фарш был готов. Мама остолбенела,

- Ничего себе, машина! Сухарики есть? Покрути туда тоже.- я взяла сухой хлеб, который складывала в льняной мешочек и прокрутила его в фарш, затем еще морковку. Мама сама посолила и поперчила фарш и налила туда кружку холодной воды,

- Вымешивай как следует. Руками, и отбивай фарш, кидай его в миску с размаху.- она учила меня

- Пусть постоит пока, перед жаркой еще раз вымесишь.- я попросила Егора принести картошки для пюре. Он принес и начал чистить ее. Мама подняла брови.

- Мам, не удивляйся. У нас Егор картошку чистит, он это лучше делает.- мама опять ничего не сказала.

- Давай супчик сварганим, бульон у меня есть, петрушка и укроп тоже.-

- Не морочьтесь, сделай бульон с яйцом, как ты делала и хватит. Я котлеток хочу с пюре. Можно?- спросил Егор.

- Конечно, милый! Для тебя все и делается. Ты когда на службу? -

- Часов в шесть пойду, всенощная сегодня большая, перед масляной неделей. Треб много.-

- Мам, требы, это по запискам молиться за здравие и за упокой, которые прихожане пишут.-

- И много народу у вас верующих? Много на службу приходит? -

- Хочешь, можем сходить, сама посмотришь. Много, ткнуться негде. Храм то один на весь город и округу.-

- Нет, не пойду. В другой раз, как-нибудь. А ты ходишь в церковь? Тебе ведь нужно, наверное, там быть? - маму интересовало, стала ли я набожной.

- Нет, Еленочка только иногда бывает на причастии, чтобы лишних вопросов не задавали мои коллеги.- ответил за меня Егор. Мама удовлетворенно кивнула. Она была совсем далека от религии и не видела смысла в вере в Бога.

- Ален, тебя как здесь называют, не Леной же?-

- Матушка Елена! Только так.- мама покачала головой.

- Дожила, дочку матушкой называют.-

- Тебе не нравится? Я Таньке рассказала, так она смеялась полчаса.-

- Да нет, почему не нравится. Главное, чтобы вам нравилось. Мишка удивится, что ты матушка.-

- Может Мишка познакомится с Егором и проникнется. Откуда ты знаешь?-

- Я была бы рада, если бы мальчики подружились. Мы одна семья.- мудро вышла из положения мама.

- Я думаю, у нас с Михаилом найдутся общие темы для общения.- уверил маму Егор. Он дочистил картошку, убрал очистки сполоснул миску, в которой чистил и откланялся,

- Я пойду, у меня еще дела есть, а вам поговорить хочется. Ладно, малышка? - он поцеловал меня в щеку, улыбнулся маме и вышел. Мама стала меня разглядывать.

- Муж у тебя, конечно, красавец, ничего не скажешь, и интеллигентный вроде бы. Как он к тебе относится? На первый взгляд, любит. Хорошо тебе с ним? Не скучаешь по дому?-

- Мам, Егор замечательный муж. Он любит меня до безумия, как и я его. Заботится обо мне, волнуется. Когда ремонт был, он все время звонил, волновался, что я одна с рабочими. Мы все делаем вместе, он без заморочек. И посуду помоет , и мусор выносит и все делает сам. Даже в ванне меня моет, как маленькую.-

- Ну это уж слишком. Он что, тебя голую моет? -

- А какую же? Мам, он мой муж, я тоже его мою. Нам нравится.-

- Не говори мне такое, я не понимаю подобной распущенности.- мама поджала губы.

- Зачем ты спальню красную сделала, это ведь твоя идея?-

- Мы решили, что за порогом спальни мы любовники, а не матушка с батюшкой. Егор очень страстный мужчина, мне хорошо с ним.- мама замахала руками, не желая слушать об этом.

- Ну, а зарабатывает он прилично? На жизнь хватает вам?-

- Хватает, и еще остается.Его ценит митрополит, у Егора образование высочайшее, как после аспирантуры в МГУ. Так что ты можешь гордиться зятем, он очень образованный человек.-

- Надо же, ведь он в детском доме рос.-

- Ну и что? Он на Онеге жил в детдоме. У них учителя были ссыльные, профессора. Это тебе не Нина Егоровна. И учился он прекрасно всегда, любил учиться. Гены наверное.-

- А кто его родители? Он знает их?-

- Мам, ты что? Какие родители. Его мать в Вильно под обстрел попала, когда ему полтора года было, ни документов, ничего не было. Он чудом жив остался, она его своим телом прикрыла. Он даже не знает кто он по национальности, а ты говоришь родители. У него только я есть теперь, а то вообще никого на свете не было. Хлебанул он с детства, будь здоров. Я стараюсь ему тепло создать, чтобы он семью почувствовал. Имей это ввиду, его обижать нельзя, он сирота круглый.-

- Давай котлеты жарь, пора уже.- перевела мама неприятную тему. Я поставила сковороду и кастрюлю с картошкой на газ. Достала молоко и налила в ковшик. В четвертом часу мы сели обедать. Мама наблюдала, как я ухаживаю за Егором. После обеда мы немного посидели и Егор стал собираться на службу. Мы с мамой распаковали кухонные коробки и раскладывали по полкам и шкафам утварь и посуду. Заглянул Егор перед выходом. Он был при параде, в рясе и с наперсным крестом на груди. Аккуратный, подтянутый, красивый. Я пошла его проводить к двери, мама тоже встала, но остановилась в коридоре. Егор обнял меня и поцеловал, я ответила ему, обняв за шею.

- Буду после девяти часов.- сказал Егор и ушел. Мама смотрела внимательно, вздохнула,

- Хоть бы ты была счастливой. У меня вот не получилось.- мы закончили разбираться на кухне и сели пить чай. Разговаривали о разном.

- Я скоро приеду в Москву. Мне нужно выписаться и прописаться здесь.-

Ты что, с ума сошла? Кто же из Москвы в провинцию выписывается? А случись, что? Как я тебя обратно пропишу. Не шути так.-

- Мам, есть некоторое обстоятельство, которое обязывает меня прописаться здесь Я не могу тебе его озвучить. Но если бы не это, я не стала бы даже говорить на эту тему. Так надо! -

- Ты, конечно вольна делать что угодно, ты никогда меня не слушала. Но я говорю тебе, не делай глупости, не выписывайся. Это не шутки.-

- Мам, если бы ты была способна понять многое, то у нас было бы меньше недопонимания. Но у тебя свое представление о мире и об отношениях с ним. Ты никогда не могла понять другого человека, кто бы он не был. У тебя на все свои ярлыки. Поэтому я многое не говорю тебе, многое скрываю, потому что ты все равно не поймешь, а только обидишься или заклеймишь. К сожалению это так. Думаешь, мне не хочется рассказать тебе, делиться с тобой своими сомнениями или радостями, но ты не воспринимаешь ничью позицию, кроме своей. С тобой трудно дружить. И если я сейчас говорю, что так надо сделать, значит это так и есть. Постарайся поверить мне на слово.-

- Ну вот, уже оскорбления пошли в ход. Не такая я, дружить нельзя со мной. Не дружи, я не навязываюсь никому. Делай, что хочешь, только потом не жалуйся, когда на улице окажешься.-

- Вот я об этом и говорю. Видишь, какой сразу тон. Горько все это, очень горько.- мне очень хотелось рассказать маме о доме, что он принадлежит мне, но представив ее реакцию, я оставила всякие надежды. Все, что не вписывалось в обычное совковое представление о правильности, вызывало у мамы отторжение и убедить ее было невозможно. Она не доверяла никому и прислушивалась только к доводам морального кодекса строителя коммунизма или к людям выше по статусу. Так уж сложилась ее жизнь. Я частенько жалела ее, ведь она была одна только благодаря своему нраву и неуступчивости. Хотя это была женщина тонко чувствующая красоту, поэзию и природу. Только не человеческую природу и душу, здесь она была тиран. Мама, милая мама, тебя уже нет на свете, а я скучаю по тебе и мне тебя очень не хватает. Вернулся Егор и ссоры не произошло. Мы втроем пили чай, маму я угощала домашним творогом, а Егор навернул котлеток, нахваливая тещино умение.

- А скажи мне, дочка, ты долго будешь сидеть вот так дома и ничего не делать? Ты собираешься работать? - спросила вдруг мама.

- Я собираюсь поступать в институт, я хочу учиться. На историческом.- и посмотрела на Егора. Он кивнул, соглашаясь и сделал вид, что в курсе моих планов,

- Правильно. Я помогу тебе по русскому и литературе, а по истории тебе поможет Иван Павлович, помнишь профессора у храма? Я позову его к нам и ты познакомишься с ним. Он чрезвычайно интересный и знающий человек. Он поможет, я уверен.- мама с интересом слушала.

- Откуда вдруг взялся интерес к истории? Что-то я раньше не замечала за тобой.-

- Так. Хочу попробовать поступить.Мне стала интересна история, некоторые ее аспекты.

- Не получится, как с МЭИ? Поступить то, ты конечно поступишь, в этом я не сомневаюсь, а вот удержишься ли, не станет опять скучно? -

- Мам, давай без иронии. Ты спросила, я ответила. А ты как считаешь, мне лучше на завод или на фабрику пойти?-

- Может и на фабрику лучше, там мозги быстрее на место встанут.- ответила мама. Егор промолчал, а я чуть не расплакалась Вот она, мама, во всей красе. Мне было стыдно перед Егором.

- Мы решим с женой, как ей будет лучше. А что касается мозгов, мама, то у Еленочки светлый, чистый и очень подвижный разум. Мало кому такой достается.- сказал, как отрезал. Мама покраснела,

- Вам виднее, я свою дочь совсем не знаю, судя по всему.- она встала и вышла в ванную.

- Посиди здесь, я пойду уложу маму и вернусь.- Егор поцеловал мое запястье, в этот момент вышла мама,

- Хватит миловаться, пойдем, спать меня уложишь.- мы ушли с ней укладываться. Егор ждал меня. Когда я вернулась, он обнял меня,

- Да, теща не простая, так и норовит ужалить. Ничего, привыкнет к зятю. Что-то между вами произошло сегодня, я понял, как только вошел.-

- Произошло. Я о прописке заговорила. Что было! - я махнула рукой.

- Налей нам нашего вина, мне не по себе.- Егор встал и налил нам вина в зеленые бокальчики. Я подробно рассказала ему наш с мамой разговор, я уже жалела, что откровенно ей все высказала.

- Да, сложные у вас отношения, но это было ясно еще в день знакомства. Но родителей, как и родину не выбирают. Как уж есть, надо терпеть. Мне кажется, мама боится, что ты будешь счастлива, неосознанно боится. В несчастье ты понятна, а в счастье нет, ты ей не принадлежишь, когда ты счастлива. Но я сделаю все, чтобы ты купалась в счастье! Ты самая достойная для счастья, из всех женщин. Родная моя, девочка любимая! Пойдем, я тебя зацелую всю, моя желанная. Я соскучился по тебе.-

- Я тоже соскучилась. Хочу тебя обнять и прижаться.- мы выключили свет и пошли в нашу постель.

Утром меня разбудил Егор, когда целовал перед уходом. Мама уже встала и жарила сырники.

- Ты хоть поел горяченьких?-

- Да, я таких вкусных сырников никогда не ел. Очень вкусные! -

- Я даже не пытаюсь такие делать, у меня не получаются, как у мамы. К обеду тебя ждем.-

- Мам, видишь, зятя порадовала. Он сытый и довольный на литургии будет.- Егор убежал, боялся опоздать. Я начала варить кофе. В кухне вкусно пахло пожаренными сырниками.

- Я соскучилась по ним,- сказала я жуя сырник. Мама тоже пила кофе со мной.

- Чем займемся после завтрака? Какие у тебя планы?- спросила мама с осторожностью.

- В планах сделать вкусный обед. Еще разберем с тобой что у нас есть из посуды для буфета в гостиной и что нужно еще купить. Здесь я без тебя не обойдусь.- мама кивнула, соглашаясь.

- Егор рано встал, я уже не спала. У себя в кабинете долго был. Он что, работает с утра?-

- Мам, Егор верующий человек, священник. Он утром молится, а потом зарядку делает. Даже я в это время ему не мешаю, даже не заглядываю.-

- Трудно жить с верующем? Как ты выносишь это?-

- Нет, мам! А потом, я ведь тоже в Бога верю, только не по правилам. Видела бы ты этих матушек здешних, вот уж совок непроходимый и невежество сплошное. Мы не общаемся с ними. Егор не одобряет, не хочет моего с ними общения. Говорит, держись подальше, съедят.-

- А откуда у вас такая мебель, ковры и прочие вещи? Да и ремонт роскошный. Неужели Егор такой богатый?- маме не давали покоя все эти вопросы.

- Нет, он совсем не богатый. Правда ему с этого месяца ставку повысили, он теперь триста пятнадцать рублей получает, высшая ставка для его чина.-

- Ого! Хорошие у них ставки. Что-то есть неясное в вашей истории с женитьбой. То шуба, то бриллианты, то ремонт этот. Теперь вот зарплата высокая. Что-то ты не договариваешь мне и я нервничаю.- мама смотрела на меня внимательно. Меня подмывало ей все рассказать, но я боялась.

- Ох, мама. Не пытай ты меня. Итак народ домыслы строит. Меня внучкой патриарха считают,

ничего поинтереснее не смогли придумать. Не могу я тебе рассказать многое. Знаю, что тебе неспокойно, но нельзя говорить. Поверь, могла бы, давно сказала бы все. Прими как есть.-

- Стараюсь! Только легче не становится. Какие-то тайны вокруг вас.-

- Давай обедом займемся, спустимся на землю. Есть утка большая и баранина.-

- Утку давай и рассольник из потрохов. Перловка есть у тебя?-

- Есть. Утятницы нет, вот в чем загвоздка.-

- Так на противне давай сделаем, с капустой или с картошкой и яблоками.- так и решили, начав готовить обед. Я натерла утку солью,перцем и нашпиговала ее внутри яблоком и черносливом. Сверху прикрыли калькой, чтоб не подгорела. Мама поставила отварить горсть перловки. К трем часам обед был готов. Егор пришел с большим букетом тюльпанов. Маме этот его жест понравился, она ценила такие знаки внимания. Мы весело пообедали, Егор нахваливал и с удовольствием поел.

- Девочки, очень вкусно! Спасибо вам.- Мама засобиралась домой. Мы решили ее проводить вместе, заодно прогуляемся. Я отозвала Егора и сказала ему,

- Я хочу маме денег дать, пусть у ней будут, она сможет купить нам в Москве что-нибудь нужное. Как ты на это смотришь?-

- Я смотрю хорошо. Дай, конечно. Зачем у меня спрашивать?-

- Я хочу, чтобы мы вместе решали любые вопросы. Особенно денежные.- Егор принес двести рублей и протянул мне,

- Столько хватит? Или больше?-

- Хватит, в самый раз.- Я дала маме деньги и сказала,

- На случай, если нам понадобится что-то купить в Москве. Пусть будут у тебя.-

Мы вышли на улицу. Солнце светило совсем по весеннему, кое-где подтаял снег. Небо было высоким и ярко-голубым.

- Весна совсем! Завтра масленица начинается. Зиму проводим.- вслух сказала я свои мысли.

- Скоро уже шубы убирать- ответила мама,

- Кстати, узнай как мне шубу хранить летом. В нафталине не хочется.-

- Надо у Гали спросить, она все знает.- Мы шли не спеша, до электрички еще оставалось время.

- Ребята, мне у вас понравилось. Дом у вас красивый, теплый и уютный. Друг с другом вы ладите, я вижу. Дай Бог вам счастливо жить в этом доме. Вы хорошая пара, подходите друг другу. Я рада за вас. Буду иногда приезжать к вам с проверкой.- она улыбнулась.

- Конечно приезжайте! Мы рады вам всегда. У нас кусочек земли есть, весной хотим посадить что-нибудь. Еленочка сирень хочет и елку. Цветы тоже посадим. Приезжайте обязательно.-

- Да, мам! Вместе посадим цветы. Ты думай, какие. Флоксы хочется.-

- Ты любишь флоксы и астры. Может быть пион вам выкопать на даче? Да тащить сложно.-

- Мы здесь найдем, подумаем еще. Нужно найти кого-нибудь, кто садом занимается и познакомиться. Я займусь этим, разузнаю. Хочу, чтобы у Еленочки свой садик был.-

- А я еще ягоды хочу развести, помнишь, как у бабушки Иры были.-

- Мечтатели вы у меня. Весна настанет, посмотрите тогда.- мы дошли до станции. Постояли немного у электрички, народу в ней было мало.

- Ну ладно, идите уже. Я сяду сейчас у окошка. книжка у меня есть, почитаю в дороге.- мама поцеловала нас и вошла в электричку. Мы еще чуть постояли, убедились, что она удобно устроилась и помахав ей, пошли обратно.

- Я всегда жалею маму. Она старается для нас, а сама свою жизнь не проживает, не умеет. Ее ведь тетка воспитала, сестра бабушки. Мамин отец с кулаками воевал, на Урале, его в прорубь кинули и он умер через месяц от скоротечной чахотки. Их шестеро детей было у бабушки. Младшая, Галя, еще не родилась. Мама старшая была из девочек, вот ее тетка бездетная и забрала в Москву, она учительница была, математичка. Мама образование получила, школу с золотой медалью закончила и в МГУ поступила. Но ласки и материнского тепла была лишена. Бабушка очень суровая была, очень. Я ее боялась, когда маленькой была, даже пряталась. Потому мама такая, она как бабушка. Хотя к Мише она нежно относится, это меня она шпыняет всегда и никогда не понимает. Видимо, я ей папу напоминаю.- Егор молчал, слушал.

- Тебе моей любви не хватает? Мне ведь только твоя любовь нужна, ничья больше. Я счастлив,что ты меня любишь и доверяешь. Птенчик мой! А мама у тебя хорошая, только несчастная женщина и ревнивая очень. Я вижу, она ревнует тебя ко мне.-

- Ты что говоришь! Как мне может не хватать твоей любви! Да я самая счастливая женщина, меня такой замечательный и чудесный мужчина любит. И как любит! Нет, мне обидно, мамино недоверие, ее непонимание многих вещей. То, что мы не подруги с ней. Только это. Конечно, меня же папа очень любил и баловал, это ей покоя не дает. Знаешь, она мне как-то рассказала, когда отец уходил, он сказал ей " Мне кажется, что я сплю не с женой, а со своей тещей." Этого она простить ему не может.- Егор обнял меня за плечо, так мы и дошли до дома.


Масленница.


Сегодня понедельник. Первый день масленницы. Настроение с самого утра соответствовало. Праздник, гуляния, блины и тройки с бубенцами. И хотя ничего этого в те годы не происходило, настроение было приподнятым и веселым. Правда, блины многие пекли в эти дни, а как без этого. Нашему народу только повод дай гульнуть! У Егора сегодня был выходной. Я уговорила его идти за покупками по магазинам. Нужно было докупить посуды и по хозяйству разных вещей. После завтрака мы собрались и поехали в центральный универмаг. Первым делом мы купили голубое одеяло для гостей и две подушки. К ним два комплекта белья. Все это нам хорошенько упаковали и Егор с милой улыбкой уговорил продавщицу оставить покупку в отделе, пока мы ходим по другим. Пошли в посуду. Там я выбрала большую утятницу и пару кастрюлек. Дальше наши стопы мы направили в стеклянную посуду. Там я разгулялась. Выбрали чешский набор из рюмок и бокалов, шесть толстых приземистых стаканов

и стеклянный кувшин, фарфоровый сервиз ЛФК, тонкий , с красивым рисунком. Еще масленку и пару стеклянных мисок. Все это нам положили в коробку и как следует завязали. Я решила, что на сегодня хватит, у Егора не сто рук. Потом одна приеду сюда и обойду весь магазин. Мне нужны были пледы, но где их купишь в то время? Я решила, что сама сошью, но для этого нужно было выбрать ткань. Это можно было сделать без Егора. Марину позову как-нибудь и мы сходим с ней. Егор взял коробки и мы вышли на улицу. Он поставил меня с коробками у столба с краю, и пошел за одеялом. Остановилось такси и таксист предложил подвезти,

- Сейчас муж вернется и мы сядем.- таксист развернулся и уехал. Вот урод! Егор вернулся, нашел такси, мы погрузились и поехали. Дома я сразу же начала пересматривать покупки и мы убрали одеяло и подушки в стенной шкаф в коридоре. Сервиз я поставила в буфет, а богемский ушел в буфет в гостиную. Туда же отправились бокалы и рюмки. Белье Егор сунул в стиралку на полоскание. Мы, довольные, расселись на кухне. Мне захотелось кофе и я поставила чайник.

- Давай ка, малышка, поговорим. Что это ты насчет учебы говорила? Надеюсь, это не только для мамы было сказано? Рассказывай свои задумки.-

- Видишь ли, мне нужно чем то заняться. Самое лучшее для себя я вижу в учебе. Нужно высшее образование получать, это сомнению не подлежит. Ты согласен? -

- Абсолютно! Всеми руками и ногами "за", но почему история? -

- А ты хочешь жену инженера?- засмеялась я.

- Я хочу жену Елену Дмитриевну Любомирову! А инженер она или учитель, мне все равно.-

- В силу того, что с нами произошло, я хочу узнать все, что можно о Христе и христианстве. Это главное. Изучать это нужно начинать на историческом факультете, больше негде. Поэтому и история. Да и ты под боком, будешь мне помогать.-

- Значит делаем так! Я, как только встречу Иван Павловича, приглашаю его к нам. Он знает, как нужно готовиться, в какой ВУЗ, и вообще, лучше него, советчика нам не найти. Что касается подготовки. Я узнаю какие экзамены сдают и какая программа нужна. Это на мне. Тебе останется только зубрить, моя ягодка.- Егор, при всей своей мягкости ко мне, был строгим и разгильдяйства не выносил. Я понимала, что он мне никаких поблажек в этом вопросе не даст и заставит учиться как следует. Мне и правда было интересно, я хотела докопаться до всего, узнать о Христе со всех сторон и всех мнений.

- Я вся Ваша, мой король! Как скажете, так и будет.- король схватил меня в охапку и начал целовать. Чуть позже пришла Маня. Она оглядела дом, затем мы прошлись с ней по комнатам. Когда она села за стол на кухне, то произнесла,

- Едрить твою! Это ж не хоромы, это царские покои. Егорий, наливай, а то онемею с испугу.-

Егор достал водку и рюмки, я поставила на стол закуски,

- Кто суп будет, рассольник? И утка еще осталась.- оба отказались и я оставила холодные котлеты, моченые яблоки, соленые огурцы и грибки в пиале. Егор налил,

- Давай Марь Иванна за наш дом, чтобы нам хорошо в нем жилось.- они выпили и стали закусывать.

- Разговоры только об энтом. Шепчут, дом богатый, как у Самого! - и показала пальцем в потолок. - Сам, это кто? - спросил Егор,

- Святейший, кто ж еще.-

- Тебя для проверки послали? Давай, проверяй! Видишь, с золота едим и в шелка одеты.- поддразнивал Маню Егор.

- Ты мне зубы не заговаривай. Конечно, дом ого! какой, Нюрка если увидит, ума лишится.-

- А ты не болтай лишнего. Скажи, чистенько все и только необходимые вещи. Все и успокоятся.

Маня покивала. Егор налил еще, я отказалась от водки. Тогда Егор налил мне рюмку кагора. Я поставила чайник. Маня глядела на меня в упор.

- Ты что, Мань, глядишь на меня так пристально? -

- А правда, девка, ты Шурку Андрееву с того света в жисть вернула? Говорят ты ее на ноги поставила, когда она уже Богу душу отдавала.- я взглянула на Егора,

- Это теща Андрея приходила, рассказала всем. Я уж не стал тебе говорить.Она все хотела к тебе пойти, с благодарением. Я не разрешил. Нечего тебе нервничать лишний раз.-

- Так ты ведьмачка? Коли людей лечишь водицей и словом.-

- Ну вот, приехали. Этого то я и боялась. Сейчас, Бог знает что, напридумывают. Что делать будем? А если с просьбами пойдут?-

- Маня! Об этом ни слова больше, никому. Поняла? У Еленочки дар есть от Бога, но она его скрывает. Так что, пожалей матушку мою, не лезь в это дело.- Маня закивала и перекрестилась.

- Малышка моя, не волнуйся. Я никому не разрешу к тебе приставать. И ты, если спросит кто-то об этом, говори, мне батюшка запретил. Скоро забудут, новое придумают.-

- Егор, а где наш ЖЭК находится? Пора мне его посетить. Узнать все о прописке.-

- Я позвоню туда и узнаю их часы приема. В выходной сходим вместе, одна не ходи, мало ли что.

Маня начала клевать носом. Егор ее окликнул и она, вскочив, посеменила к двери.

- Мань, ты что, от меня теперь шарахаться будешь?- поинтересовалась я,

- Зачем ты так говоришь. Я что не вижу, кто ты есть? Никакая ты не ведьма, это я так, не подумавши сказала. Блины то будешь ставить? Позови, подмогну.- Егор проводил ее, наставляя по пути к двери. Зазвонил телефон. Егор ответил в коридоре,

- О, привет! Какими судьбами. Да, принимаем, с удовольствием тебя увидим. Приезжай. Сейчас я жену позову, с ней поговори.- он позвал меня к телефону, я взяла трубку на кухне.

- Але! Ой, Вольф! Как я рада тебя слышать! Откуда ты? -

- Деточка, я в четверг буду в Коломне, хочется увидеть вас. Ты как, принимаешь гостей?-

- Конечно принимаем, особенно тебя. Можешь с ночевкой приехать, у нас теперь места полно, нам ремонт сделали. Вольф, вот здорово, увидимся. Ты один будешь? С Гришкой? Отлично! Я закатываю масленицу, блины будут вас ждать. Часа в четыре? Отлично. Да, Вольфуша, прихватите мою гитару, и рейсфедер мой возьми, хорошо? Ладно жду! - я очень обрадовалась предстоящей встрече. Егор тоже был доволен, но сдержаннее, чем я. Он меня ревновал к прежней жизни. Я от радости поцеловала его и похлопала в ладоши.

- Ты в четверг сможешь пораньше придти, они в четыре будут? -

- Постараюсь. Думаю приду к обеду, разве я могу тебя одну с гостями оставить? -

- Отелло, ты мой! К Вольфу можешь не ревновать. Он только Катю видит среди женщин.-

- Да ладно тебе, я не ревную. Я тоже хочу с Вольфом увидеться, водочки выпьем, все как полагается. Только ногами не сверкай, пожалуйста, никаких мини юбок. Все и так знают, что у тебя ножки красивые.- я его расцеловала,

- Мои ножки для тебя и только. Еще для твоих плечей, им там удобно.- Егор провел сверху вниз по моим ногам и заулыбался.

- Егор, ты пообедать не хочешь? -

- После этих разговоров, я хочу твои ножки на своих плечах. Больше ничего.- он задернул штору на окне и посадил меня на пустой стол.

- Теперь держись крепче, пока не успокоюсь, не отпущу.- он расстегнул ширинку.

Обедали мы поздно, в шестом часу. Егор с аппетитом съел рассольник и доедал утку, он изрядно проголодался после занятий любовью и теперь был сытый и довольный как кот.

- Тебе только замурлыкать осталось, такой у тебя сытый вид.- подколола его я.

- Про себя я так и делаю, моя кошечка. В пятницу у нас заканчивается медовый месяц, но я чувствую, что он будет продолжаться еще долго. Чем больше я тобой наслаждаюсь, тем больше мое желание возрастает. Каждый раз я открываю в тебе что-нибудь новенькое, что-то сладкое и томящее, мои фантазии растут с каждым разом.-

- И что же новенькое ты придумал на этот раз?-

-Я хочу тебя побрить там. Как ты на это посмотришь?-

- А зачем? Тебе что-то не нравится? Тебе волосы мешают?-

- Нет, мне нравятся твои кучеряшки. Но это будут новые ощущения для тебя. Я хочу их увидеть и почувствовать.- я смутилась и призналась ему,

- Ты знаешь, я тоже об этом думала и хочу попробовать. У меня была одна приятельница, старшая сестра одной моей подружки, очень откровенная дамочка. Она нас как-то наставляла в сексуальных изысках. Так вот , она об этом упоминала. Говорила, что впечатления фантастические. Я хочу эпиляцию сделать специальную, нужно только найти, кто это сделает профессионально. Я поразузнаю об этом. Бритье может испортить кожу, она загрубеет, а я не хочу такого. Короче, я сама этим займусь, а тебя однажды удивлю новым видом.- Егор жмурился при этом разговоре, предвкушая.

Я отправила его в кабинет, а сама стала звонить Инессе. Я ее застала совершенно случайно, она уже собиралась уходить,

- Ой, Леночка, как хорошо, что ты меня поймала, я уже домой собиралась. У тебя ко мне дело или ты поболтать? -

- И то и другое, но дело интимное, тет а тет. Кроме тебя, никто не поможет.-

- Слушай, я через час буду дома, позвони мне туда. Записывай телефон.- она продиктовала мне номер и мы договорились, что я позвоню ей около восьми вечера.

- Заодно и посплетничаем. Мне есть, что тебе рассказать.-

Я зашла в кабинет к Егору, он крепко спал на диване. Я укрыла его пледом и подложила подушку, пусть поспит. Около восьми я позвонила Инессе, как можно деликатнее объяснила ей свою проблему.

- Ленка! А что скажет твой батюшка? Это же очень пикантная вещь.-

- Так он и предложил мне такое, он в курсе.-

- Да ты что! Вот это мужчина! Значит он знает толк в любви? Невероятно. Я тебе уже завидую. Ладно, я позвоню своей знакомой, она врач косметолог, очень хороший врач, и она все устроит в лучшем виде. Я тебе позвоню, когда все разузнаю. Ты не волнуйся, об этом только я буду знать, а я могила. Ты когда за расчетом явишься? У меня твой конверт лежит.-

- Отдай Вольфу. Он в Коломне будет, занесет. Я не поеду сама.-

- Лады! Ты знаешь, Стас разводиться собирается с Ниной. Он сейчас дома не живет, где-то обитает. Он когда узнал о вас, то чуть с ума не сошел, пил дней десять. Еле в чувства привели. Жалко его. Ну, это ваши дела.- прокомментировала она мое безучастие.

- Иннусик, я на тебя рассчитываю,только ты можешь мне помочь. Я знаю, ты не подведешь.- мы еще пощебетали с ней и мило распрощались. В кухню зашел заспанный Егор.

- Давненько я так сладко не спал. Сам не помню как уснул. А ты чем занималась? С кем-то разговаривала?-

- Да, решала проблему с косметологией. Почти решено, теперь звонка дождусь и вперед, на мины! -

- Так быстро?- Егор глянул на меня и запустил руку мне в трусы.

- Как я останусь без своего пушистика?-

- Я могу и не ходить, оставить все как есть.-

- Нет. Я хочу этого для тебя. Раз решили, значит так и сделаешь.-

- Хорошо, мой повелитель! Теперь нужно решать побыстрее вопрос с пропиской. А еще, что купить к весне из вещей. Просмотреть обувь, куртки и прочую одежду. Мне пальто нужно на весну, тебе куртку легкую. Я хочу твои размеры снять, давай, неси сантиметр, я тебя измерять буду.- Егор принес жестяную коробку с нитками и иголками. Среди них был и старенький сантиметр.

- Вот видишь, нужно ниток и иголок разных купить, булавочек, наперсток, я без него не могу шить. Ножницы нормальные. Всю приблуду швейную. Это я сама куплю. Нужно и аптечку твою проверить, что там у тебя. Я займусь.- Я взяла сантиметр и стала измерять Егора. Плечи, спину, шею, длину рукава и другие мерки. Записала все, размер обуви 44-ый, измерила брюки, которые сидели на нем идеально, вдоль и поперек.

- Еленочка, а ты знаешь,что у нас под кроватью стоят две не разобранные коробки. Их рабочие, когда таскали вещи, задвинули. Пойдем, взглянем на них.- мы пошли в спальню. Егор достал две невысокие длинные коробки. В одной было три маленькие подушечки для дивана и два мягких пледа, один в бордово-зеленую клетку, а другой шоколадный, как цвет глаз у Егора.

- Как кстати нашлись, я уж было хотела сама шить плед из шерстяного сукна. Теперь вопрос решился.- открыли следующую коробку. Там было шелковое покрывало на постель и два комплекта тонкого, красивого белья. Это Евлампии подарок, я о нем забыла. Я тут же накинула покрывало на кровать, оно как нельзя было лучше, подошло по размеру и расцветке. Серое с розами, благородных оттенков. Я, довольная, расцеловала мужа и велела ему положить прополоскать белье в машинке.

- Завтра буду гладить все. Нужно старый стол приготовить и новый утюг.- Прибрав все, мы двинулись пить вечерний чай.

- Какой-то длинный день сегодня, никак не закончится. Завтра погуляем с тобой? -

- Обязательно погуляем! В мае в лес начнем ездить. Туда автобус ходит, не в лес конечно, в поселок, но можно выйти у леса, не доезжая.-

Может нам велосипеды купить, на них будем ездить?-

-Можно, хотя далековато, ты устанешь. Подумаем еще. Но идея неплохая, мы можем и поближе ездить, просто для прогулки. Рюкзак за плечи и на весь день в рощу или купаться. Красота! -

- Я блины в среду сделаю, тебе на пробу, а уж в четверг по полной программе. А хочешь, завтра тебе напеку, на ужин?-

- Как тебе захочется, так и делай, мой птенчик. Сейчас всю неделю наши будут блины печь, нас кормить. Кстати, Маня большой мастак по блинам, я тебе ее пришлю в четверг с утра, на помощь. У нее вкусные блины. Нужно сметаны побольше взять и масла.-

- Эх, рыбки бы, семги, было бы совсем отлично. Так где ее взять? Можно и селедочку, тоже ничего.-

- Так на рынке купим, давай завтра съездим. Там и масло, и молоко, и сметану купим. Заметано!

На том и порешили, завтра на рынок.

- А что ты будешь есть в пост? Ты же соблюдаешь его? -

- Обязательно. В чистый понедельник ничего, только черные сухарики и чай. В пост, каша на воде, овощи и рыба по выходным. Ничего мясного и молочного нельзя. Еще макароны с постным маслом. Но тебя это не касается, ты можешь не соблюдать поста.-

- Да ты что! Ты ж голодный будешь! Я попробую с тобой не есть, но так жестко не обещаю.-

- Грибы еще можно. Кстати, каша с грибами вкусная и борщ постный тоже.-

- Ладно, буду постигать эту науку, я же матушка все-таки. А как насчет любовных утех? С этим что будем делать? Ты вытерпишь полтора месяца? - Егор весь напрягся.

- Нет! Не вытерплю, врать не буду. Я уже думал об этом. Но лучше не обманываться. Возьму грех на себя, будь, что будет. Я не смогу без твоих ласк, с ума сдвинусь. Буду пытаться пореже к тебе прикасаться, может получится. Ты уж не обессудь.-

- А ты на колечко посмотри и вспомни, что тебе Господь говорил. Может это тебе поможет догмы преодолеть?- Егор прижал мою голову к себе и погладил по волосам.

- Не хочешь лечь, ты спишь совсем? Я выспался, пойду почитаю немного, ты меня не жди, засыпай. Малышка моя, родная! Жена моя, ненаглядная! - Я встала и ушла в спальню, сон сморил меня мгновенно. Когда Егор лег рядом, я уже видела десятый сон. Он лег тихонько, долго смотрел на меня спящую, я уткнулась ему в подмышку и он выключил лампу.

Утром я спала долго, выспалась за все дни. С неохотой встала. Егор вошел, когда я тупо сидела, свесив голые ноги с края кровати, раздумывая во что одеться.

- Какая моя теплая малышка, какая сладенькая девочка меня тут ждет! Ну,ка, я ее сейчас съем поскорее, пока не остыла! - он начал кусать меня губами и тискать. Я начала брыкаться и мы со смехом повалились на постель.

- Вставай, моя лапушка, не то я вправду тебя съем.-

- Съешь,я не против. Не хочу вставать. Иди сюда, ко мне, погреешься.- призыв не заставил себя долго ждать и Егор нырнул в постель, мгновенно раздевшись.

Позавтракав и выпив кофе, мы отправились на рынок. Купив все, что надо для блинов, двинулись в рыбный отдел. Там, перепробовав разной рыбы, купили соленую горбушу и две толстые селедки, пригодятся во время поста. Зашли в маленький магазинчик промтоваров, рядом с рынком. Там продавали все, вперемешку. Ведра и кастрюли, ситец и бязь, одежду и обувь.Я купила ниток в катушках, разных цветов, портновские ножницы, сантиметр, булавки и две черные тонкие рубашки Егору. Сюда еще мода на них не дошла и они продавались совершенно свободно. Егор удивился,

- Зачем мне черные рубахи?-

- Поймешь, когда наденешь. Это сейчас самый писк моды. Будешь как денди. Да и практично, согласись. Лишними не будут. Я еще джинсы тебе вельветовые куплю у фарцы, будешь неотразим.-

- Мне все одно,как скажешь.- Я была очень довольна покупкам и в хорошем настроении мы сели в автобус. В автобусе на меня уставилась какая-то толстенькая старушка в вязаном берете. Мне она показалась знакомой. Где я ее видела? Я вспомнила, это была одна из теток Стаса. Мне стало неуютно и я крепко прижалась к руке Егора.

- Что такое, моя милая? Что ты вдруг испугалась?-

- Там Стасова тетка меня узнала и смотрит. Неприятно, когда на тебя в упор глядят.- Егор проследил за моим взглядом и строго посмотрел на тетку. Она отвела взгляд.

- Не психуй, ерунда. Ну, пусть увидит, что ты счастливая и радостная. Еще из-за каких-то старух будешь нервничать. Она выходит сейчас.- действительно, тетка вышла и я вздохнула с облегчением. Я не стала говорить Егору, о чем мне рассказала Инесса, не нужна ему лишняя головная боль. Дома, разложив продукты, я занялась бараниной на обед. Кусочки на ребрышках поставила варить для харчо, а мякоть потушила с овощами в новой утятнице. Будем есть два дня, чтобы к посту подъесть все мясные припасы. Позвонила Инесса, дала мне телефон врача, Ирины Сергеевны. Я перезвонила ей и мы побеседовали. Договорились о встрече во вторник, через неделю, в институте косметологии, где она работала.

- Через неделю я буду голая, как младенец.- сообщила я Егору. Он взглянул на меня и вздохнул,

- Уже? Вот какое может быть воздержание, когда моя малышка будет готова к новым ощущениям? Ты одна поедешь?-

- Ну, а с кем? Конечно одна. Мне нужно еще позвонить тете, узнать про паспортный стол и Борис Иванычу, он мне нужен. Хочу в эту поездку по максимуму все вопросы решить. Может ночевать останусь у мамы. В понедельник дела сделаю, а во вторник после доктора , домой, к тебе.-

- А я, как же без тебя останусь? -

- У тебя первый день поста, тебе даже на руку мое отсутствие.- Егор сделал трагическое лицо, но потом сказал,

- Да, так наверное лучше.- Я стала звонить Борису Ивановичу. Он обрадовался, услышав мой голос, расспросил обо всем и мы договорились встретиться с ним в двенадцать дня в понедельник. Затем я позвонила тете Гале, узнать, как работает паспортный стол,

- Ты все-таки решила выписаться? Вот дурочка. Зачем тебе это? - я подумала немного и решила сказать ей правду,

- Теть Галь, я маме не могу сказать, но Вам открою секрет. Только пусть никто не узнает, я прошу Вас сохранить тайну. Мне подарили дом,в котором мы живем. Патриарх так распорядился. Теперь я владелица и просто обязана здесь прописаться. На Егора нельзя было оформить по некоторым причинам. Поэтому оформили на меня. Теперь вы понимаете, почему я так спешу с этим? -

- Да, ничего себе сюжет. Ладно, я поняла. Сейчас узнаю их расписание и ты мне позвони попозже, через час. Ленка, какие-то все тайны вокруг вас. Что-то ты не договариваешь.Ну,твое дело.-

- Как сложно с родней, все нужно рассказывать, никаких секретов.-

- Еленочка, конечно для них все выглядит странно, и наш брак, и дом и подарки дорогие. Это же для всех странно, не только для твоих. Посмотри, как клир у нас кипит, все гадают и ничего понять не могут. Люди объяснить не могут подобные метаморфозы. Переживем и это, Господь с нами! -

Вечером мы решили понежиться в ванне, помокнуть и помыться. Мы сидели в ней вдвоем, мылили друг друга, немножко хулиганили и просто нежились, рассматривая. Егор взял мою пятку и приложил к своей,

- Смотри, какая маленькая ножка, кукольная.- он поцеловал ее, потом пальчики, каждый в отдельности, положил ее себе на пах. Я с двух сторон начала гладить у него в паху мягкими пятками. Он закрыл глаза от наслаждения,

- Поводи так еще, мне сладко внутри. Потрогай его, да, вот так. Теперь двумя ножками. Ооой! Как мне хорошо! Еще чуть-чуть. Что ты делаешь со мной? Волшебная моя девочка! Давай вылезать, я хочу тебя! Пойдем в постель, я тебя обцелую!- мы стали вылезать из ванны и обернувшись в полотенца пошли в спальню, вернее шел он, неся меня на руках.

Утром,после того, как Егор ушел, я поставила тесто для блинов, немного, на пол литре молока.

Дрожжи были свежие и блины подошли довольно быстро. Я поставила новую блинную сковородку, налила масло в розетку для варенья, нацепила на вилку кусочек картошки для смазывания сковороды и заварила тесто кипятком. Я всегда так делала, тогда блины получаются тонкие и в дырочку, кружевные. Это еще бабушка моя так меня учила. Я начала печь. Раздался дверной колокольчик. Это пришла Маня, помочь с блинами.

- Мань, я уже заканчиваю, давай, ставь чайник. Будешь пробу снимать с моих блинов. Маня цапнула блинок из стопки и попробовала.

- Ишь, какие тонкие у тебя и в дырки. Молодец, умеешь. Давай я допеку, а ты себе кофий вари.- я уступила ей место у плиты.

- Ты завтра ко мне приходи, у нас гости из Москвы приедут, на блины. Нужно будет много напечь, поможешь мне. В три уже стол должен быть накрыт.-

- Приду, куды я денусь.- она ловко переворачивала блин. Я смазала их сливочным маслом и накрыла салфеткой. Мы сели пить, я кофе, а Маня чай. В обед пришел Егор. Я погрела харчо и баранину, начала греть блины на сковороде, накрыв их сверху миской. Он поел и принялся за блины. - Это ты делала или Маня? - Маня указала на меня,

- Еленка лучше меня все умеет, молодец, девка! Все сама, и тесто, и пекла сама. Вишь, ладные какие, блинки то. Ешь давай.-

- Правда, вкусные! К вечеру мне оставь, сейчас я уже наелся.- Егор встал из-за стола и ушел к себе. Он начал потихоньку готовиться к проповеди на тему божественной и человеческой любви и много работал над ней. Он читал в любую свободную минуту, делал пометки в тетради, но, кажется, пока дело с места не сдвигалось. Слишком нова и щекотлива была тема. Хотя я была уверенна, что все у него получится.

Мы с Маней болтали на кухне, я расспрашивала ее о постных блюдах, что можно готовить в пост, где мне добыть грибов, чтобы были надежные и тому подобные вопросы. Когда Маня ушла,я отправилась гладить в синюю комнату. На бывшем кухонном столе разложила глажку и включила утюг. Через некоторое время заглянул Егор.

- Ты не устала? Смотри, сколько перегладила, отдохни. Пойдем, чая крепкого хочется выпить.-

- Как у тебя продвигается проповедь? Что-то ты не очень весел, трудно?-

- Трудно. Не хватает материала для ссылок. Все не то, приходят к одному выводу, прелюбодеяние, греховность, блуд. О наполненной любви между мужем и женой практически все умалчивают. Да, есть у Марка, в десятой главе, например, слова Христа "Оставит человек мать свою и отца, и прилепится к жене своей, и будут два одной плотью... Итак, что Бог сочетал, того человек да не разлучает..." , или у Павла, тринадцатая глава, "Гимн любви" . Есть у Антония Сурожского, что любовь не имеет конца, что она вечна, уходит в вечность не угасая. Это уже кое-что. Но того, о чем нам говорил Господь о плотской любви, нет ни у кого. Не могу же я сказать, - Мне Сам Господь при встрече, сказал то-то и то-то! Соитие вершина любви! Меня ж каменьями закидают за такие речи.- Егор усмехнулся.

- Ты найдешь, обязательно найдешь! Я не сомневаюсь в этом. "Москва не сразу строилась".

Знаешь, я с каждым днем люблю тебя все сильнее, все больше. Думаю, ну куда уж больше, а получается границы нет, Чувства растут и изменяются все выше и шире. Меня обволакивает всю, изнутри и снаружи, одна только любовь к тебе. Это потрясающее чувство,сила в нем необыкновенная.

Ты понимаешь, о чем я? А ведь без наших безумств в постели такие чувства были бы невозможны. Вот тебе и подтверждение слов Христа.- Егор медленно провел ладонью по моей щеке,

- Девочка моя! Малышка! Я люблю тебя! Я любить тебя буду вечно! Только тебя, только ты у меня есть. У меня иногда челюсть сводит, как я люблю тебя. Правда! До боли!-

- Не надо боли, и челюсть пусть на месте останется.- засмеялась я.

- Как ты завтра, справишься сама, без Мани? -

- Нет, пусть придет утром, поможет. Мне же еще закусочки готовить. Боюсь, умаюсь к приходу гостей. Я думаю, мы прекрасно на кухне разместимся. Не буду в гостиной накрывать. Свои люди.-

- Конечно на кухне, здесь места теперь много, все поместимся.-

- Надень завтра белую рубаху с пуговками до груди, мне она очень нравится. Рукава я тебе чуть подверну. И брюки синие, английские. А я буду в красном платье, новом, ты его еще не видел.-

- Ты готовишься, как на праздник.-

- А как же, мне хочется, чтобы нас красивыми увидели и счастливыми. Косы заплету 9-й А.-

- Смешная ты у меня, девочка совсем!- улыбнулся Егор и поцеловал меня в шею за ухом. Я впервые выступала в роли хозяйки и жены и потому тщательно готовилась к встрече.

Утром, перед уходом в храм, Егор меня разбудил.

- Просыпайся, сегодня дел много. Я ухожу, буду после трех.- он поцеловал меня еще теплую и ушел. Я умылась и начала пить кофе. Через полчаса явилась Маня. Мы завели тесто для блинов и я начала готовить начинки. К двум у нас уже все было готово, осталось только накрыть на стол. Мы решили выпить чаю и потом уже все расставлять. Я открыла форточку, проветрить кухню от запаха жаренья, и пошла одеваться. Заплела две косы с красными ленточками, надела новое платье, отстегнув от него подол, пусть будет коротким. Мне не понравились красные ленты и я вплела зеленые, под цвет листочков на платье. Приготовила одежду Егора. Подумала, и чуть подвела веки карандашом, маленькие стрелочки. Все! Я готова, и пошла накрывать стол. Поставив четыре прибора на салфетки, расставила рюмки и стаканы для морса, масло с яйцом, тонко нарезанную красную рыбу, сметану в пиале, селедку в селедочнице, грибочки и соления в круглой салатнице, мужчины будут пить водку. Посредине стола положила большую тарелку для блинов, которые грелись на малюсеньком огне. Кажется все. Окинув глазами стол еще раз, я осталась довольна и села ждать гостей. Раздался колокольчик и я пошла открывать дверь. Ребята вошли и мы расцеловались с Вольфом. Гриша держал мою гитару. Я показала им тапочки,

- У нас полы покрыты воском, так что переобувайтесь.- они стали снимать ботинки , когда вошел Егор. Он достал из кармана куртки бутылку хорошей водки и отдал мне,

- Сунь в морозилку.- Начались приветствия и возгласы.

- Да, здесь здорово все изменилось с последнего раза, когда мы тут пили.- воскликнул Вольф.

- Пойдем, я экскурсию вам проведу, пока Егор переоденется.- я повела их по дому и комнатам.

Вольф пришел в восторг от гостиной с камином и от кабинета Егора. Гришке понравилась антресоль, он даже залез туда. Егор вышел из спальни и пригласил посмотреть ее тоже.

- Ну, детка, это твоя затея, красная спальня? Настоящий французский будуар! Шалунья ты, батюшку соблазняешь? Ох, шалунья.- Егор довольный улыбался. Наконец мы все завалились на кухню и я предложила рассаживаться. Вольф сел на табуретку в торце стола, мы с Егором на лавку, а Гриша напротив нас. Я перекинула горячие блины на тарелку и поставила ее в центр.

- Можете начинать, пока горячие.- Егор открыл водку и разлил по рюмкам.

- Можно не вставать во время тостов, и так выпьем. Все свои.- первым сказал Вольф,

- Ребята, я очень рад вас увидеть. Дом у вас просто картинка, но вы смотритесь потрясающе. Оба вы изменились и светитесь от счастья. За счастье в этом доме!- они выпили , а я пригубила. Мужчины начали есть. Я порекомендовала класть на блин масло с яйцом, а сверху рыбку.

- Деточка, а ты, я смотрю не куришь и не пьешь. Неужели уже?- и Вольф показал глазами на мой живот.

- Пока нет. Но Еленочка уже месяц не курит.- сказал Егор.

- Удивительно! Что ты сделал с нашей деткой, она так похорошела! Открывай секрет!- Егор рассмеялся и ничего не сказал. Гришка слушал и, как обычно, помалкивал. Налили еще по одной и беседа пошла бойчее и раскованнее.

- Давайте я вас поснимаю, у меня как раз пол пленки осталось. В следующий раз фотографии привезу. Для семейного альбома. Вы как, согласны? Иди, детка, обними мужа.- и Вольф стал нас щелкать. Вечер закончился чаем, все разморились и гости засобирались на электричку. Вольф достал из кармана конверт и протянул мне,

-Это Инесса просила тебе отдать. А это твои готовальня и рейсфедер.- он достал их из своей сумки. - Деточка, ты не представляешь, как стало пусто без тебя. Как-будто луч солнца покинул нас.-

- Да, скукотища настала. Как мы с тобой на объектах веселились,помнишь?- сказал Гриша.

- С кем ты теперь ездишь?- спросила его я.

- В основном один, иногда с Татьяной. Но она унылая и выпивать с ней скучно.- В дверях, когда ребята одевались, я еще раз сказала Вольфу, чтобы приезжали к нам с Катей. Мы закрыли за гостями дверь и Егор обнял меня.

-Тебе к лицу это платьице, носи его.- и стал расстегивать пуговки на нем.

В пятницу я ничего не делала, болталась без дела. Сегодня у нас с Егором заканчивался медовый месяц. Целый месяц мы вместе, столько событий произошло, а первая встреча помнилась как вчера. Я вспоминала, как потряс меня Егор, когда вышел из алтаря. Так до сих пор я и не отошла от потрясения, обожаю его.

Я поставила варить курицу, надо перед постом покормить Егора как следует, а он любил куриный суп. После четырех Егор вернулся из храма, сегодня он уже не уйдет никуда. Он вручил мне большой букет маленьких роз, часть которых уже распустились, а часть была в бутонах.

- Видишь, сколько еще не распущенных чувств у нас тобой, они скоро зацветут во всей красе, одно за другим. С нашим днем тебя, родная моя!- он провел рукой вдоль моей спины и поцеловал меня. Я ставила букет в воду,а Егор потирая руки, сел за стол,

- Как вкусно пахнет! Курочка? Отлично, блины уже не лезут, на год насытился ими.- я начала его кормить.

- А ты? Что не будешь обедать?-

- Что-то не хочется. Вечером с чаем что-нибудь пожую. Я морса выпью.-

- Отмечать будем наш день? Может винца налить?-

- Потом, пока не хочу. Отмечать будем обязательно, в постели! Или на столе?- Егор чуть не поперхнулся от такого заявления,

- Так вот, почему моя малышка голодовку объявила! Хорошо, я только "за", а силенок хватит у голодной девочки? Может супчику немножко?- я отказалась. Егор второе есть не стал, по той же причине, чтоб не переесть. Он налил нам по бокальчику нашего свадебного вина и мы стали его потягивать.

- Девочка моя, любовь моя единственная! Месяц назад нас соединил Сам Господь! Я счастлив, что ты стала моей и это чудо всегда будет в моем сердце. Оно не только подарило мне тебя, оно, это чудо, еще больше укрепило меня в моей Вере, в избранном мною пути. Да благословлен будет тот день, когда Господь наш, ИИСУС ХРИСТОС явился нам с Небес и осиял нас своим Светом! Слава Тебе Господи! Слава Тебе!- Егор перекрестился. Я повторила за ним - Слава Тебе Господи!- и тоже перекрестилась.

- Я много раз думал, не случись этого чуда с нами, что было бы? Я знаю только одно, я не смог бы быть без тебя и я, безусловно, вернулся бы к тебе. Я бросил бы всю свою жизнь к твоим ногам, потому что без тебя у меня жизни нет, просто нет и все! Я Люблю тебя, моя Еленочка, жена моя, счастье и солнце мое! - Егор встал на колени и поцеловал колечко на моем пальце, а затем на своем и переплел наши пальцы между собой. Уткнувшись мне в ноги лицом, он постоял так, а потом поднял меня на руки и понес в спальню.Мы сняли с себя одежды и стояли напротив друг друга, глядя в глаза. Обнялись и опустились на ковер, начали кататься по нему не разжимая объятий. Наши руки, ноги и тела переплелись между собой. Мы сжимали, целовали, покусывали друг друга, издавая стоны и непонятные звуки, вплоть до рычания. Я сосала его член, он лизал мою вагину. Мы трахались в немыслимых позах и залили весь ковер своими соками. Это был дикий, сумасшедший секс, который не останавливался. В какой-то момент сил поубавилось и мы заползли в кровать, но и там продолжали неиствовать. Я не смогла уловить, как это все закончилось, настолько все перемешалось. Мы просто вырубились в какое-то мгновение и уснули, даже не прикрывшись одеялом, которое валялось на полу. Ближе к утру, Егор поднял одеяло, прикрыл нас и заснул опять. Он проснулся поздно, еле успевая к молитвенным часам, быстро оделся, выпил морса на ходу и умчался в храм. Бедный, как он будет сейчас читать? подумала я и уснула. Я встала уже почти в обед, скоро должен придти Егор. Я, как была в халате, пошла варить кофе. Пока пила его, появился Егор, он осунулся и у него были темные круги под глазами. Я сварила ему кофе и налила в чашку,

-На, выпей горячего. Хорошо мы вчера повеселились, я только встала.-

- У меня нет сил, я должен собрать себя по кускам. Я лягу сейчас, посплю. Поставь будильник к вечере.- Мы допили кофе и отправились спать.

Егор спал часа три.Я так и не уснула, чуть подремала рядом с ним, потом встала и ушла на кухню. Я разбудила его и накормила горячим обедом.

- Малышка! Тебе не кажется, что мы обезумели? Ты меня останавливай в такие моменты.-

- Как я могу тебя остановить, если сама в этом участвую. Я же тебя и довожу до безумия. Это ты меня останавливай. У тебя не бочка спермы, предел должен быть.-

- Господи! О чем мы толкуем. Я уже вновь тебя хочу, а ты говоришь лимит. Но читать сегодня с утра было очень тяжело, думал вырублюсь прямо в алтаре, Господи, прости!-

- Ладно, ладно. Сейчас пост начнется, будем сдерживаться по мере сил.Родной мой, любимый! -

- Завтра тебе нужно быть в храме на причастии. Весь клир будет, Прощеное воскресение. Ты с Мариной встань рядом, поддержите друг друга. Да и подскажет она тебе, если что непонятно станет.

Егор ушел на службу, а я, взяв щетку и ведро с мыльной водой, пошла оттирать пятна с ковра. К его возвращению спальня была убрана, сияла чистотой и свежим бельем.

Утром мы попросили друг у друга прощения и наскоро позавтракав, отправились в храм вместе, чинно проходя мимо прихожан. Егор подвел меня к Марине и мы, обрадовавшись, встали рядом.

- Марин, ты мне подсказывай, что нужно делать, я без тебя запутаюсь.- Марина кивнула. Началась служба. Главным был отец Анатолий. Храм был набит народом, не протолкнуться. Наконец началось причастие. Трое священников, среди них и Егор, причащали людей в разных пределах храма.

- Пойдем, к нашим встанем.- позвала меня Марина. Мы встали в длинную очередь, в основном состоящую из женщин.

- К нашим красавцам одни бабы стоят, смотри, как нас взглядами едят.- мы посмеялись немного. Когда дошла наша очередь,я пропустила Марину вперед. Егор ловко сунул мне в рот ложку с вином и я поцеловала ему руку, чуть выше положенного места. Он пожал мой мизинец и широко улыбнулся, - Не шали! - Андрей дал мне просфору и мы с Мариной двинулись к трапезной. Я заметила в очереди тетку Стаса. С ней была другая пожилая женщина, которая смотрела прямо на меня. Еще одна, наверное та, что меня шлюхой обозвала. Тетка была высокой и худой, с горделивым взглядом и поджатыми губами. Ох, как мне хотелось подойти к ней, но я прошла мимо, презрительно окинув ее взглядом. Она поняла, что узнана и что-то сказала пухленькой. Мы с Мариной вошли в трапезную. Здесь уже собралась вся женская часть клира. Мы поздоровались и прошли к вешалке. Появилась Маня и взяла наши вещи, унеся их в глубины кухни.

- Давайте, польты ваши снесу, нето вешалки пооборвут.- Нас разглядывала Лариса, а матушка Анна отвернулась демонстративно. Подошла Нина и поздоровалась с нами, мы немного пообщались на общие темы, довольно дружелюбно.

- А тебя надо бояться! Ты оказывается колдовать мастерица.- сказала подошедшая к нам Лариса. Я взглянула на нее сверху вниз и сказала Марине,

- Видишь, Марин, что невежество делает с людьми. Даже в такой день не могут сдержать свое недрожелюбие.- Маринка захлопала глазами, она боялась этих теток. Лариса убралась от нас.

- Не обращай внимания, матушка Елена. Здесь не все такие и не все думают о тебе плохо.-

подбодрила меня Нина. Я кивнула ей и продолжила разговаривать с Мариной. Я спросила ее о Шурочке, оказалось, что она сделала первые шаги. Я поздравила Марину и спросила,

- Марин, какие размеры у Шурены. Я завтра в Москву уеду по делам, за покупками тоже. Я хочу что-нибудь купить ребенку. Скажи, что лучше, ботиночки или платьеце, может курточку? Я все равно куплю, так что не стесняйся, скажи, что необходимо.- Маринка покраснела и сказала,

- Сапожки резиновые, на ребенка от года до полутора. Она скоро по лужам начнет бегать, ты же знаешь какая она непоседа, все лужи будут ее. А платья я сама ей нашью, я же швея, техникум закончила.- я обрадовалась такой новости.

- Марина, как здорово, что ты умеешь шить! У меня машинка новая "Веритас", приходи, научишь меня обращаться с ней. И пошить можешь сама, я тебе дам. Я во вторник вернусь и мы на неделе можем встретиться у меня. Ладно?-

- Хорошо, я приду. Хорошая у тебя машинка, считается лучшей.-

- Вот и хорошо, поучишь меня.Я люблю шить и вышивать.- В трапезную стали заходить мужчины. одними из последних появились Егор и Андрей. Они сразу же подошли к нам.

- Как вы тут? Еще живы?-спросил Егор, - Не съели вас злыдни?- засмеялся Андрюша.

- Живы, мы с Ниной общались. Все в порядке. Да, Марин?- Марина кивнула и засмущалась.Она стеснялась Егора. Вошли отец Анатолий и дьякон Алексей. Настоятель встал посередине и поклонился всем,

- Простите меня за все вольные и невольные грехи мои. И я прощаю всем обиды и дела неправедные. Бог всем простит.- и перекрестился. Все по очереди стали подходить к нему и троекратно целоваться. Марина дернула меня за руку,

- Лена, пойдем, мы тоже должны.- я подошла к отцу Анатолию и он пристально посмотрел на меня. Потом облобызал и сказал "Прости" я тоже сказала "Простите" и "Бог простит".- Егор тут же взял меня за руку и отвел в сторону, подальше. Все стали просить прощения друг у друга. Мы расцеловались с Андреем и Мариной, и еще к нам подошли отец Николай с Ниной. Анатолий позвал всех садиться отобедать перед Великим постом. Мы сели рядом с ребятами, ближе к краю стола, чтобы удрать пораньше. Принесли постные щи, печеную рыбу с картошкой и разносолы. На столе стояла сметана в чаше, блины стопкой и водка в графинах. Я от водки отказалась, Марина тоже. Егор выпил только одну рюмку, первую.

- Тебя дома еще куриный суп и курица ждет, имей в виду.- предупредила я Егора.

- Я голоден как волк, так что не волнуйся, я и дома поем. Вечером весь свой голод утолю, перед завтрашнем твоим отъездом. И как я тебя отпускаю одну? Сам поражаюсь.-

- Георгий Николаевич, так мы завтра к часам, с утра?-

- Да, Андрей, к девяти. Я матушку свою на электричку посажу и оттуда сразу в храм.-

- Матушка Елена, Вам Маринка рассказала, что Шурена ходить начала?-

- Да, рассказала. Поздравляю, папаша! Это событие важное.- Андрей заулыбался.

- Неужели уже ходить начала? Как быстро дети растут, только вчера комочек маленький крестил.- удивился Егор.

- Вот свои пойдут, тогда поймете, как они быстро меняются.- Егор улыбнулся уголком губ. Мы покинули трапезную одними из первых. Когда Егор надевал на меня шубку, многие обернулись и наблюдали за нами. Я подошла и поцеловала Марину в щеку, прощаясь. Затем сказала общее "До свидание" и мы ушли. Мы шли не торопясь, снег на дороге стаял, был только по краям и газонам, потемневший и просевший.

- Весна! Чувствуешь запах? Весной пахнет.- сказал Егор.

- Скорее бы уже травка вылезла. Кто-то обещал узнать насчет саженцев.-

- Я не забыл. Все посадим, что хотели. Ты какую яблоню хочешь? Антоновку?

- Можно и Антоновку, для начала. Еще ты вишню хотел. Я в сортах не разбираюсь, ты уж сам решай, какую.- Егор обнял меня за талию и поцеловал в щеку.

- Хочу тебя! Сил нет, как хочу.-

- Егор! - укорила я его.

- У тебя еще есть силы после вчерашнего? Бочку наполняй!-

- А у тебя нет? Закончились силенки?-

- У меня для тебя всегда силы найдутся, ты знаешь. Я тоже тебя хочу. Просто я торможу на всякий случай, тебя берегу.-

- Не надо, не береги меня в этом. Отрада моей жизни, моя девочка милая.- Мы присели на нашу лавочку, она подсохла посередине. Я положила голову ему на плечо и он обнял меня. Так мы сидели молча, просто наслаждаясь покоем и весной.


Начало поста.


Утром мы встали пораньше, я пила кофе, Егор выпил пустой чай. Я проверила документы и деньги, которые приготовила еще с вечера. Все было в сумке. Егор беспокоился, он уговаривал меня получше припрятать деньги, сумма была крупная.

- Мне к трусам булавкой приколоть, что ли? Лежит конверт в сумке и пусть себе лежит. У меня на лбу не написано, что там денежки.- Он взял конверт с деньгами, сунул его во внутренний карман шубы и заколол его булавкой. Так надежней.

- Тебя когда завтра встречать?-

- Егор, я не знаю, все зависит от процедуры. Я поеду сразу же после нее. Если получится позвонить, то позвоню.- мы вышли из дома и повернули к станции. Электричка трогалась около девяти утра, Егор довел меня до нее, убедился, что я села и,помахав мне, ушел. В одиннадцать я уже была на Казанском вокзале. До ГУМа, где мы встречались с Борис Иванычем, было полчаса езды. Я не торопилась, но все равно была у фонтана в центре ГУМа раньше. Я купила знаменитое гумовское мороженое и села рядом с фонтаном. Ко мне подошел Борис Иваныч и мы обнялись с ним.

- Красавица, матушка! Я очень рад, что понадобился Вам и рад Вас видеть.Ну-с, не будем терять времени, пойдемте, я Вас познакомлю с начальницей закрытого отдела ГУМа.- мы стали подниматься на третий этаж, туда, где покупателей не было. Там было гумовское ателье и закрытые отделы. Мы прошли в торец стены, повернули направо и зашли за железную решетку, открытую в этот момент. Зайдя в небольшой кабинет, Борис Иваныч представил меня сидящей за столом моложавой, холеной женщине.

- Людочка, я привел тебе новую подружку, матушка Елена! Прошу любить и жаловать. А это очаровательная леди, Людмила, главная хозяйка всех красивых вещей.- Я представилась, - Лена.-. Людмила оглядела меня, задержав взгляд на моей шубе и пригласила меня сесть напротив.

- Ну, красавицы мои, я вам больше не нужен и потому исчезаю.- он раскланялся с нами и ушел, оставив нас один на один.

- Неужели ты правда матушка? Такая молоденькая? - спросила Люда грудным низким голосом.

- Да, я попадья. Так уж получилось, влюбилась очень. Но у меня прекрасный, молодой и красивый муж, батюшка.- и я засмеялась. - Мы женаты только месяц.-

- Ну,хорошо, матушка, ничего, что я так тебя называю? Матушки меня еще не посещали ни разу. Что тебя привело ко мне? Да, и давай на "ты", и я Люда, хорошо? - я согласилась.

- Люда, я буду откровенна. Я современная девушка, не религиозная фанатичка. Я очень люблю своего мужа, он красивый и умный человек. Мне хочется, чтобы он выглядел вне службы классным парнем, а не неухоженным растрепой. Мне хочется видеть его в джинсах, а не в брюках "Красная швея" с вздутыми коленками. Мне нравится когда его брюки вздуваются в другом месте.- Люда заржала и показала мне большой палец.

- Короче,ты хочешь его приодеть?-

- Да, но и себя, любимую, тоже.-

- Давай, говори, что нужно. Я записываю Размеры есть?-

- Есть, все записано.- я описала ей внешность Егора и достала листок с размерами. Для себя я попросила подобрать классное пальто и сапоги или ботинки. Мы с Людмилой провели часа два, пока все не выбрали. Егору я купила короткую, замшевую куртку на молнии с трикотажным поясом на талии и такими же манжетами на рукавах. Джинсовую куртку фирмы "Ли", темно-синие вельветовые джинсы

пару классных рубашек и тонкий темно-синий джемпер под горло. Ну, еще по мелочи, носки, трусы и футболки. Мне Люда предложила отличное черное кашемировое пальто до колена, сапоги в обтяг с рантом и с молнией сзади, и тоже трусики и футболки. Еще, я не удержалась и купила себе джинсы "Левис" на пуговицах.

- А сумку? Тебе нужна сумка, эту можешь выбросить.- она принесла черную сумку через плечо с множеством карманчиков на молниях. Потряс!

- Как я это все повезу в Коломну? Как тащить?- Люда позвала какую-то девушку и велела ей упаковать вещи в большую прозрачную пластиковую сумку на маленьких колесиках.

- Довезешь, не очень тяжело.- мы еще с ней поболтали за жизнь и обменялись телефонами. Я пригласила ее к нам приезжать летом, купаться в Оке и мы попрощались, как давние знакомые.

- Обращайся, когда нужно будет. Ты мне понравилась,матушка.-

- Ты мне тоже. Конечно позвоню, даже не сомневайся. Я могу и тебе пригодиться, кто знает.-

Спустившись на первый этаж ГУМа я зашла в детский отдел. Там я купила красные резиновые сапожки с зайкой для Шурены, клоуна и слоненка для нее же. Теперь в метро и в Беляево, в паспортный стол. В паспортном столе оказалось все довольно быстро. Меня выписали с огромным удовольствием, не задерживая ни на минуту, я только написала заявление и указала причину, замужество. Интересно, а прописывают они тоже так оперативно? Я пошла домой пешком, не стала ждать автобус. Мама еще не вернулась с работы, а мне делать было нечего и я взялась за телефон, обзванивать подружек и друзей. Попозже я позвонила домой, Егору. Он обрадовался и мы с ним поболтали. Я сказала, что истратила не все, он посмеялся,

- Как это ты умудрилась?-

- Не волнуйся, завтра еще в клинике траты предстоят.-

- Хоть бы я дожил до завтра, мне плохо без тебя, родная.-

- Ты хоть ел что-нибудь? Или воду дуешь? Пей морс.-

- Я не буду спать в нашей постели, лягу сегодня в кабинете.-

- Ерунды не говори. Ляг нормально и выспись как следует. Ты устал.-

- Тебе когда к доктору?-

- Поеду к десяти или чуть позже. После, сразу домой. В твой выходной пойдем прописываться, а то я сейчас нигде не числюсь. В воздухе парю.-

- Родная моя, я думаю о тебе, вспоминаю твои сладкие губки. Приезжай скорее.-

- Я тоже хочу к тебе.Так странно, что тебя нет рядом.- мы прощались минут пятнадцать, пока не пришла мама. Я не стала говорить ей про выписку, сказала, что приехала за покупками и к врачу завтра. Мама особенно не приставала с вопросами, она смирилась с моими тайнами. Я ей рассказывала про пост и мы обсуждали, что можно приготовить в этот период. Я полистала поваренную книгу и кое-что вычитала в ней о постных блюдах. Мы легли, но я никак не могла уснуть, все думала о Егоре. Как он там? Наверное тоже не спит, мой трепетный муж.

Утром мы вышли вместе с мамой. Мне надо было на Калининский проспект. Это три пересадки и еще пешком. Успею, как раз к десяти часам.

Я вошла в стеклянные двери и оказалась в большом холле. Справа была справочная, а слева лифты. Я поднялась на четвертый этаж и пошла по коридору, искать нужный мне кабинет. Постучав в дверь, я услышала "Войдите" и зашла. В кабинете была доктор, миловидная брюнетка в белом халате.

- Вы Ирина Сергеевна? Я от Инессы, Лена. Мы говорили с Вами.-

- Да, да! Проходите и садитесь. Давайте еще раз все обсудим и приступим к делу.- я еще раз рассказала, что мне нужно.

- Давайте мы на Вас посмотрим, и тогда будет ясно,что лучше сделать. Раздевайтесь за ширмой и ложитесь в кресло. Не бойтесь, оно не гинекологическое, только похоже.- я разделась и залезла на высокое кресло. Ирина Сергеевна, надев специальные очки и резиновые перчатки, подошла ко мне. Она тщательно рассмотрела мои волоски, даже в области попы.

- Я рекомендую шугаринг. Он менее болезненный и не оставляет ранок. Ноги тоже будем чистить?-

- Я не знаю, как Вы советуете.?

- Конечно да. Тогда Вы вся будете гладкая и чистая, как яйцо. На лобке будем оставлять стрелочку?-

- Я не знаю. Вы мне расскажите об этом. Что предпочтет муж?- она улыбнулась.

- Я бы убрала все, потом можно будет сделать стрелку. Но первый раз лучше ничего не оставлять. Вашему мужу понравится, даже не сомневайтесь. За уши не оттащишь.- я согласилась на все. Она принесла стеклянную пиалу с пастой лимонного цвета и начала меня брить специальной круглой бритвой. Затем намазала мне все пастой и велела полежать несколько минут. После этого она взяла тонкую лопатку и начала счищать ей пасту. Ощущения были приятные, хоть и немного щекотные. Затем она намазала мне все внутри и около попы. Процедура повторилась Последними были ноги, это прошло быстрее. Когда все было чисто, доктор сделала мне горячий компресс с вкусным запахом и последнее, что она делала, это вырвала пару оставшихся волосков, которые не убрались сами. Она намазала меня кремом и дала мне зеркало на ножке,

- Полюбуйтесь на свою красотулю.- я взглянула и ахнула. Моя мышка была как у Шурены, гладкая, белая и нежная. На лобке, чуть слева была маленькая коричневая родинка, величиной с чечевичное зернышко. Бедный Егор! Что его ожидает. Я начала одеваться. В голых местах с непривычки было прохладно.

- Когда поймете, что пора, а это произойдет где-нибудь через месяц, позвоните мне и мы повторим. Несколько сеансов и волосы сами перестанут расти. Тогда Вы сможете делать процедуру дома, самостоятельно. Сейчас я советую Вам купить у нас крем для интимных мест и лосьон, он Вам пригодится. За этим местом нужно ухаживать, чтобы Ваш муж был доволен.- Ирина Сергеевна выписала мне чек и велела заплатить в кассе в конце коридора. Я, заплатив все, вернулась обратно и отдала ей чек. Напоследок она достала стеклянную баночку и предложила мне ее.

- Это крем-смазка для анального секса.-

- Но мы не занимаемся этим.-

- Займетесь, поверьте мне. Это очень чувственный секс, пусть будет у Вас, на всякий случай. Им смазывают задний проход, розочку, и член, тогда не будет боли.- я подумала и взяла баночку. Уберу, каши не просит. Довольная, я направилась в раздевалку за шубой и сумкой с вещами. Там же, в киоске я купила хороший импортный шампунь и пену для ванны.

Было около полудня. Я поехала на Ждановскую, так было удобнее. Купила билет, булочку, воды и стала ждать электричку. К обеду я была уже дома. Егора не было, он был в храме. Я позвонила и его позвали к телефону,

- Малышка! Ты где? - Я жду тебя дома. Приходи скорее.-

- Минут через пятнадцать я твой!- Егор примчался в расстегнутой куртке и тут же начал меня обнимать и тискать.

- Подожди, отдышись немного. Все увидишь скоро.- он не отпускал меня.

- Во первых, ты ел сегодня?-

- Да, ел суп в храме. Ну, пойдем, я хочу увидеть тебя.-

- Только в кровати. Хорошо, на столе, пойдем на кухню, но рясу то сними. Доктор сказала, тебя теперь за уши не оттащишь.- он уже расстегивал рясу. Мы зашли на кухню. Я сняла брюки и джемпер. Егор стягивал с себя одежду. Он стянул с меня колготки с трусами и остолбенел.

- Боже! Что это? Ты гладкая, как младенец.- он провел ладонью по всей поверхности.

- Ты внутри посмотри!- он раздвинул мне ноги и начал рассматривать все внутри. Потом издал хриплый вздох и погрузился в мои недра. - Ооо, как сладко! Мама дорогая! Дай мне себя сейчас же!- Он всадил в меня свой член и понеслось. Мои ощущения были новы и острее, чем раньше. Я тоже взвыла от вожделения. Закончив первый акт, Егор перекинул меня через плечо и понес в спальню, где мы оторвались по полной. Утолив первый голод, Егор начал рассматривать все более тщательно. Увидев родинку на лобке он пришел в восторг,

- Это теперь мое зернышко! Мой маячок.- он поцеловал и лизнул родинку.

- Давай ка лучше встанем и я похвастаюсь тебе подарками, что я привезла тебе.- Егор с неохотой оторвался от своего занятия и принес прозрачную сумку.

- Ты это все сама тащила на себе?-

- Ну конечно, она же катится, очень удобно.- я расстегнула молнию у сумки и стала доставать вещи. Ему понравилось мое пальто и сапоги, насчет джинсов он был скромнее в похвалах. Когда я достала обе куртки для него, он не знал, что сказать,

- А зачем мне две? -

- Одна на весну и осень, а другая для прохладного летнего вечера. А джинсы? Ну-ка примеряй.-

Егор послушно натянул на себя джинсы и я воскликнула "YES!", он пожал плечами и сказал,

- Слишком узко!- Привыкнешь.- ответила я. Рубашки я раскрыла и тоже заставила их надеть. Мне особенно понравилась на нем синяя рубашка в тонкую, в одну нить, желтую и красную клетку, другая была такая же, но темно-зеленая.

-Что я творю? Собственными руками делаю своего красавца мужа еще более стильным и привлекательным! Все тетки будут у твоих ног.- я прижалась к нему, обняв.

- Я не люблю теток. Я люблю Елену Любомирову, я вижу вокруг только тебя. Завтра идем в паспортный стол, к трем часам дня. Будешь теперь прописана у мужа.-

В постели, перед сном, Егор, прижав меня к себе, прошептал,

- Не уезжай больше никогда, я вчера глаз не сомкнул один. Все думал о тебе.-

- Я тоже. Думала и не могла уснуть.-

Назавтра, в паспортном столе, особых сложностей не возникло. Заполнили какие-то бланки, взяли мои фотографии и велели приходить через неделю за новым паспортом и пропиской. Все без суеты, лишних вопросов, по деловому. Мы вышли на улицу. Солнце светило ярко, кругом были лужи и начали течь ручьи. Правда, лед на реке еще был крепкий и отдельные рыбаки сидели у своих лунок.

- Скоро нужно шубы убирать и зимние вещи. На антресоль пристроим, как ты думаешь? Сундук тоже надо заполнить. Давай сегодня займемся? Я только овощи сварю, для винегрета и супчик тебе какой-нибудь сварганю, даже знаю какой.-

- Ты не хочешь себе что-нибудь "сварганить", слово то какое выискала.-

- Это я у Мани научилась выражаться. Мне тортик хочется, с кремом.- я облизнулась.

- Так в чем проблема? Давай купим тебе тортик, моя сладкая.-

- И позовем Марину с Шурочкой к нам. Можно?- Егор с недоумением взглянул на меня,

- Что значит "Можно", конечно позови, зачем спрашивать? - Мы зашли в ближайшую булочную и

накупили сладостей к чаю. Дома я позвонила Марине и позвала их на чай. Договорились, что после Шурочкина сна они придут к нам. Я быстренько сварила рыбный суп из банки лосося и мы пообедали.

В спальне я открыла сундук и стала складывать в него свадебные вещи, платье в чехле и фату. Мою крестильную рубашку. Положила матроску и беску Егора, и еще, на самое дно, я уложила нашу первую простынь,на которой были капельки крови.

- Это полагается хранить.- объяснила я Егору. Сундук поставили в угол у окна, он неплохо вписался туда.

Часов в пять пришли ребята с Шурочкой. Я вручила ей клоуна и слона, а сапожки отдала Марине. Девочка тут же забрала игрушки и начала отрывать колпак у клоуна. Андрей попытался забрать его у нее, но она так бурно протестовала, что он оставил все попытки спасти клоуна.

- Оставь, Андрюша, пусть оторвет. После Марина пришьет.- Ребятам очень понравился наш дом, они никогда не видели ничего подобного. Марину потрясла стиральная машина, а Андрея кухня и гостиная. Мы понимали, что у них есть вопросы, но они из деликатности их не задали. Мы весело пили чай, Андрей был веселый рассказчик, и много смеялись. Шура играла на полу в миски и игрушки, с большим упорством пытаясь запихнуть слона в ковшик. Она сосала сушку и грызла горбушку от батона. Так мы скоротали пол вечера. Договорились с Мариной, что она придет ко мне в пятницу, когда Андрей будет на службе, мы с ней сходим в большой универмаг за шелком для платков к моему новому пальто. Вечером позвонила мама, она купила мне большое блюдо и вазу для фруктов на Арбате и сообщила мне об этом. Егор весь остаток вечера занимался у себя, читал. Я его не тревожила. Довольно поздно явилась Маня, мы пили с ней чай с тортом и разговаривали. Она жаловалась, что у ней стали болеть ноги по ночам. Я поняла ее уловки, ей хотелось, чтобы я ее полечила.

- Мань, бегай поменьше и на ночь ноги в теплой воде с солью подержи, минут пятнадцать, станет легче. Вода с солью всю боль оттянет.-

- А ты поворожи, девка.- я налила воду в бутылку, наполнила ее энергией из рук, на хорошее настроение и дала Мане. - Пей, по глоточку! - она спрятала бутылку в своем необъятном одеянии.

- Давеча отец Николай хвалил тебя. Говорил Нине, "хорошая девушка, образованная. Ты подружись с нею". Так Лариска аж передернулась вся, рожу скривила и съязвила, "Уж больно Георгий за ней ухаживает, видно под каблук его поставила".-

- Да ну их Мань! Они привыкли, что их мужья на них орут и матом поливают. Для них только такие отношения значимы.- вышел из кабинета Егор и присоединился к нам.

- У нас супчик остался? Налей мне, что-то я проголодался.- я поставила разогревать остатки супа.

- Бедный мой, голодный муж. Сейчас супцу похлебаешь и сил наберешься. Он, Мань, плохо ест, не заставишь, иной раз.- Егор погладил меня по попе,

- Я свой голод попозже утолю, кода спать пойдем.- он не стеснялся Мани и не скрывал от нее, своих чувств ко мне.

- Охальник! Пост держи, не приставай к девке.- строго сказала ему Маня.

- Держу, Мань, держу! Изо всех сил держу.- засмеялся, оглаживая меня. - Тьфу! - ответила Маня.

Уже лежа в постели мы еще немного поговорили о насущных делах. Я удобно примостилась на своем любимом месте подмышкой у Егора. Он поглаживал меня по гладкому местечку.

- Можно, я нырну туда? Хоть чуточку?-

- Егор, а пост? Ты ж переживать будешь, что не сдержался.- он начал гладить сильнее, прихватив мою грудь другой рукой.

- Я легонько, я нежно, чуть-чуть.- я раздвинула ноги и запустила руки в его волосы.

Я любила его самозабвенно, все что я делала, о чем думала и мечтала, было связано только с Егором, я жила для него и ради него. Я вся, полностью принадлежала только ему, и я была счастлива от этого чувства. Мне не нужны были ни подруги, ни дружеские посиделки, ничего, где не было Егора, его интересов и присутствия.

- Любиимый мой! Егоор! Люблю тебя, люблю! - шептала я ему. Он начал целовать меня в губы, захватив их полностью в свою власть и нежно вошел в меня. Я отдавалась ему каждой частичкой себя. Он шептал мне в ухо "Люблю! Люблю!" и покусывал за мочку. В конце он с силой сдавил мои ягодицы и долбанул несколько раз до самого конца, пока нас не накрыло волной оргазма. Он достал из под подушки маленькое полотенце и сам обтер меня и себя.

- Когда ты начинаешь трепетать подо мной, я полностью теряю разум. Остается только блаженство. Моя милая, моя сладкая девочка! Любовь моя! Иди ко мне, я обниму тебя. Спи, моя хорошая, спи моя маленькая!-

-Ах, Егорушка! Ах, мой родной! Что ты делаешь со мной, мое счастье? Разве возможно так любить, как я люблю тебя?- я положила ему голову на грудь и закрыла глаза. Он тихонько гладил меня по голове и целовал в волосы.

Сегодня, в четверг, Егор был занят в храме до вечера и я не ждала его к обеду. Я поставила стирку, перегладила все, что было, перекладывала белье и вещи в шкафу, но время тянулось медленно

и делать было нечего. К вечеру я планировала сделать винегрет и сварить гречневой каши, благо запас крупы у меня был. В то время гречка считалась дефицитом и достать ее можно было только по знакомству. Часа в три зазвенел дверной колокольчик. Я открыла, на пороге стоял Вольф.

- Детка, ты дома? Как хорошо. Я привез вам фотографии. Чаем напоишь?-

- Ой, Вольф! Как я рада тебя видеть! Проходи скорее, сейчас я тебе тапки дам.- мы прошли с ним на кухню и я поставила чайник.

- Ты одна? А где муж? -

-Егор сегодня до вечера в храме. Прости, у нас пост и мне тебя угостить особенно нечем. Только сушки и пряники к чаю. Нет ни колбаски, ни сыра.-

- Не бери в голову, детка. И так хорошо. У меня архнадзор по четвергам здесь, в Голутвине, вот и мотаюсь. Ну, рассказывай, как живешь.- я налила нам свежего чая и села за стол.

- Как живу? Хорошо живу, лучше не придумать, сам видишь. У нас с Егором любовь, отношения прекрасные, что еще желать?-

- Да, я вижу. Егор мне всегда нравился. Серьезный парень, не пустобрех. А ведь мы над ним подшучивали, в свое время, что он баб к себе не допускал. Но он достоин тебя, я вижу. Как же все-таки у вас все сложилось? Много странностей в вашем браке. И дом этот? - я, подумав немного, рассказала Вольфу все. От начала и до конца, ничего не утаивая. Попросила только, чтобы все осталось между нами, чтобы никто не узнал этой истории. Вольф слушал молча, потирая бороду в задумчивости.

- Теперь все встало на свои места, все понятно. Мне Стасик совсем другую историю рассказывал. Дескать, ты ему рога наставила и батюшку соблазнила. Он все никак в себя не придет, разводиться собрался. Да разве Нинка его выпустит из рук? У нее хватка железная.- Я рассказала Вольфу историю с разбитым окном и про следы вокруг дома от рифленых подошв Стасовых ботинок.

- Неужели он до такого дошел? Хотя я не очень удивлен, он как сумасшедший сейчас, здорово ревнует, в лице меняется, когда тебя упоминает кто-нибудь. Ты знаешь, он фотографии ваши увидел, я нашим показывал. Долго рассматривал, вглядывался в вас, потом бросил мне на стол и процедил "Хороша сучка!" -

- Я его побаиваюсь. Вдруг напьется и скандал какой-нибудь устроит. Неспокойно мне.-

- Это вряд ли, не станет. Все-таки Егор сильный мужик и отпор ему даст однозначно.- я тяжело вздохнула, ничего не возразив. Вольф достал пачку фотографий и дал мне. Я стала смотреть.

Они были замечательные. Мы на них выглядили счастливыми и красивыми. Почти на всех мы были в обнимку. Только на одной я смотрела на Егора снизу, широко раскрыв глаза, когда он чему-то улыбался

и еще на одной, я накладывала блины на тарелку, а он смотрел на меня с такой нежностью, что становилось ясно как он боготворит меня. Я отложила в сторону фотографию, где мы стоим в коридоре у окна. Рука Егора держит меня за плечо, я обнимаю его за талию и мы смотрим друг на друга. Очень красивая фотография. Поставлю ее ему на стол.

- Молодец, Вольф! Спасибо тебе, здоровские фотки! -

- Да, неплохо получились. Вы всем понравились.- Я поделилась с Вольфом о своих планах на учебу. Он одобрил мой выбор, сказав, что исторический, самое для меня подходящее место. Он засобирался на станцию и мы двинулись к входной двери.

- Вольф! Приезжайте с Катей как-нибудь. Места полно, с ночевкой приезжайте.-

- Мы говорили об этом. Летом обязательно приедем, всей семьей.- мы расцеловались на прощание и Вольф умчался.

Егор вернуся домой уже совсем вечером, усталый и голодный. Я скорее усадила его ужинать. Он съел горячей каши и выпил чай, только после этого немного ожил. Я показала ему фотографии. Он долго их рассматривал, по несколько раз.

- Хорошо получились. Какая же ты красивая! Малышка моя!-

- Ты не уступаешь, тоже очень хорош. Мне эта нравится, а тебе?-

- Пожалуй, она самая подходящая для моего письменного стола. Нужно рамочку купить. А эта тебе как?- он показал на ту, где смотрит на меня, занятую блинами.

- На этой хорошо видно какой у меня влюбленный муж.-

- Ты права, твой муж влюблен в тебя по уши, и даже больше.- я поцеловала его и сказала,

- Я тоже влюблена без памяти в своего муженечка.- мы еще поворковали и я предложила ,

- Давай еще чайку выпьем и пойдем спать, ты устал.- Егор согласился.Уже в постели я спросила его, умеет ли он фотографировать.

- Конечно умею. Ты хочешь фотоаппарат купить? Давай, я с удовольствием буду снимать тебя в различных ракурсах.-

- Ага! Ты наснимаешь меня голой, а кто проявлять и печатать будет такие фотки?-

- Сам и буду. Неужели я позволю кому-то взглянуть на тебя в интересных видах? Да ни за что!-

- Тогда ты сам все купи, я в этом не разбираюсь. Меня научишь,я тоже тебя пощелкаю. Мы еще немного поболтали, я поглаживала его за ухом пока он не уснул.

На другой день, утром пришла Марина, она приехала вместе с Андреем. Мужчины ушли на службу, а мы стали пить кофе. Маринка принесла мне банку моченых опят, чем несказанно обрадовала меня.Сегодня же обжарю их с луком и кашей на ужин Егору. Я оделась для выхода. Короткая юбка в клетку, тонкий темно-синий, шерстяной джемпер, новые сапоги и новое пальто, чтобы легче было подобрать ткань для платков. Положила деньги и всякую женскую всячину в новую сумку и была готова к выходу.

- Красивое пальто, тебе очень идет.- сказала Марина. - И сумка необычная, модная.-

- Да, я специально в Москву ездила за ними. И батюшке хороших вещей прикупила, куртку замшевую и джинсы.- об остальном я умолчала, чтобы не смущать девушку. Она не могла себе позволить подобные вещи. Мы направились к автобусной остановке, чтобы ехать в центр. В магазине мы решили вначале идти в отдел тканей, а потом уже все остальное. Марина посоветовала взглянуть на маркизет, он хорошо смотрелся в платках. Мы выбрали светло-зеленый, с ярким растительным рисунком, но потом я увидела такой же, но светло-лиловый и выбрала его, он лучше подходил к моим глазам и цвету лица. Затем мы пересмотрели несколько креп-жоржетов и я выбрала один черный с красными астрами и вишневый с мелкими белыми и синими колечками. Я начала выписывать чек у продавщицы но оказалось, что жоржет с колечками в остатке, два с половиной метра. Я выписала весь, отрежем ненужное и Марина сошьет платьице для Шуры на лето. Я еще купила для Шурочки детской фланели для теплой пижамки и пару веселых ситцев для нее же. Забрав свертки, мы отправились в галантерейный отдел. Там мы накупили разных ниток, еще один сантиметр и пару наперстков. Ножницы, тесьму для Шуриных платьев и лент для меня. Еще я купила дюжину носовых платков Егору и себе. Мы еще поболтались по универмагу, но ничего стоящего не было. Около отдела парфюмерии было небольшое скопление женщин и мы пошли посмотреть, что там. Оказалось, что продавали французские духи, пробники, но очень дорогие, почти тридцать рублей за маленький флакончик. Я выписала "Жи Ван Ши" и "Шанель", оплатила чек и сунула духи в сумку, предварительно брызнув на себя и Марину. Маринка зарделась,

- Лен! Зачем? Что Андрей скажет теперь?-

- Андрей скажет, что ты вкусно пахнешь, а ты свали все на меня, если будут вопросы.- Выйдя из универмага, мы пошли в гастроном, где купили свежего хлеба и коробку пирожных к чаю. Там же я купила апельсины, пару лимонов и яблоки Семеренка. С покупками мы отправились домой. Дома я достала швейную машинку и Марина села за нее. Она буквально за несколько минут освоила ее и очень тонко и аккуратно обметала края у платков. Я была очень довольна. Мы пошли с ней на кухню, выпить чаю. Суп варить не стали, поскольку наши мужья должны были пообедать в храме. В начале четвертого они явились домой и Андрей, не заходя, забрал Марину.

- У меня для тебя сюрприз. Вечером у нас гость, Иван Павлович.-

- Что мне приготовить? - Егор привлек меня для поцелуя.

- Как вкусно от тебя пахнет. Что это за запах?-

- Это французские духи, я сегодня купила случайно. Нравится?-

- Очень тонкий запах, благородный. Тебе как раз. Дай, еще понюхаю.- и он стал нюхать и целовать меня за ухом.

- Так что приготовить к приходу гостя? Есть винегрет и я сделаю вчерашнюю гречку с луком и грибами. Еще селедка в банке, залитая маслом с уксусом. Вы водку будете пить?-

- Если будем, то пару рюмок, не больше. Все есть, чем покормить, ничего не нужно больше.-

- Я сегодня пирожных купила к чаю, видишь, как кстати.- Егор задумался и глядел на меня молча

- Как ты думаешь, нужно ли рассказать нашу историю Иван Павловичу? Без утайки? Он способен понять и оценить наше откровение?- спросила я, поняв о чем он задумался.

- Я как раз об этом думаю. Он человек с большими знаниями, мистического порядка в том числе. Я давно уже хочу поделиться с ним нашей историей и спросить его о многом. Если у кого и есть ответы хоть на малую часть вопросов, то это только у него. Я прошу у тебя разрешения на разглашение нашей тайны Иван Палычу. Во всяком случае, это никуда дальше него не уйдет, он человек слова.-

- Если ты доверяешь ему, то и я также. Я верю всему, что ты говоришь. Только сам рассказывай все, а я дополню, если нужно будет.- на том мы и порешили.Нам оставалось только дождаться профессора. Егор остался в подряснике, а я надела зеленое платье с белым воротником и заплела косу. Начало смеркаться и мы зажгли свет. У меня уже был готов ужин и кое-что стояло на столе. Каша с грибами теплилась на маленьком огне на плите. Раздался дверной колокольчик и мы вышли встречать гостя. Он вошел, огляделся и начал снимать пальто. Снял шарф и шапку, затем калоши с ботинок. На нем была серая рубашка со стареньким галстуком и трикотажная кофта на пуговицах. - Иван Павлович! Познакомьтесь с моей женой, Еленой.- старик протянул мне руку,

- Иван Павлович! Очень приятно видеть такую красивую девушку.- и поцеловал мне ручку. Я пригласила их пройти на кухню.

- Да, давненько я здесь не был, вон как все поменялось, и не узнать.- он оглядывал дом с интересом.

- Может хотите взглянуть на комнаты? - спросил его Егор, профессор махнул рукой,

- Успею еще.Нет надобности.- мы вошли на кухню. Егор жестом показал ему место в торце стола, сам сел на лавку у окна. Мое место было напротив гостя.

- Сейчас пост, Иван Палыч, особых кулинарных изысков не будет, но рыбка и винегрет имеется. Сейчас еще горяченькой кашей с грибами Вас угощу, а потом уж и чай будем пить.-

- Мы, поначалу, водочки выпьем, с твоего разрешения. А тебе кагорчику, как девочке.- Егор поставил рюмки на стол и налил водку. Графин с кагором он тоже поставил, предварительно наполнив мою рюмочку.

- Ну, за долгожданную встречу! - поднял тост Егор. Они выпили и начали есть. Иван Павлович молчал, ожидая начала разговора. Потом спросил,

- У вас, видимо, есть ко мне какое-то дело. Выкладывайте, я слушаю вас.-

- У нас не одно дело к Вам, профессор. В начале я хотел бы рассказать Вам нашу историю с Еленочкой. Без этого не обойтись. Вы согласны выслушать ее? - Иван Палыч покачал головой и приготовился к Егорову рассказу,

- Вы знаете мои бывшие взгляды на свою жизнь, я собирался принять постриг. Случайно, незадолго до нового года, я увидел Елену и был сражен. Я полюбил ее за одно мгновение, я, который не знал и не желал любви, влюбился до потери самого себя. Спустя некоторое время, я поехал к ней в Москву и мы объяснились. Только решения никакого не приняли, она была категорически против, чтобы я оставил служение ради любви к ней. Я понимал, что она права, но без нее уже не мог быть. Я целый месяц мучился, не давая о себе знать.Я молился день и ночь, но ничто не помогло, сердце разрывалось и кровоточило, я хотел только быть с ней. Не приняв никакого решения, я снова поехал в Москву и явился к Еленочке прямо к концу рабочего дня. На меня тогда напал какой-то морок, я был как зомби.

Я сказал ей, что не могу быть с ней, что дал обет в юности, что моя жизнь принадлежит не мне, а Богу. Она выслушала меня и ушла. Весь разговор происходил в Новоспасском монастыре, где работала реставратором Елена, у надвратного изображения Спаса.

- Это известное изображение, его молодой Корин писал.- вставил Иван Павлович.

- Я тогда хотела вернуться, но слезы так текли и силы покинули меня, что я на повороте сошла с тропы и села в сугроб не утирая слез, которые лились потоком.- добавила я для полноты картины. Иван Палыч внимательно слушал. Егор продолжал,

- Я шел вперед, ничего не соображая. Дойдя до арки, которая закроет мне путь навсегда, я обернулся. Я увидел мою девочку сидящей в снегу, простоволосую, плачущую и к ней по яркому лучу ослепительного света шел человек в белом облачении до пят. Я поначалу замер, затем увидев, что человек направляется прямо к Елене, побежал обратно. Я не узнал Его вначале, но подойдя близко увидел, что это ХРИСТОС! Он гладил девочку по голове и что-то говорил ей. Она смотрела на Него и отвечала Ему. Я подбежал и рухнул на колени.- тут Егор остановился и закрыл глаза, вспоминая, затем продолжил рассказывать.Он рассказал про вопросы ИИСУСА, про венчание и кольца, и что было потом.Про патриархию и свадьбу, про мое крещение самим Господом и о доме, который мне подарили. Вообщем все, все, без утайки. Иван Павлович слушал, иногда кивая головой, а иногда покачивая из стороны в сторону. Егор снял свое кольцо с пальца и дал его профессору. Тот долго рассматривал его и вернул Егору.

- Это не наше золото, это золото древней Палестины, они сделаны из золотого динария. Эти кольца впервые были одеты на пальцы при венчании Иисуса Христа и Марии из Магдалы, или Магдалины. Помните известную евангельскую историю о свадебном вине, так вот это была свадьба Христа и Марии. Тогда и было совершено одно из первых чудес Иисуса. Это описано в нескольких апокрифах, не признанных ни одной из церквей. Высшие иерархи церкви, как нашей так и католической, прекрасно уведомлены о том, что Иисус был женат, но держат этот факт в тайне за семью печатями

Дело в том, что по закону древней Палестины, включающей в себя и Иудею, где правил Ирод, проповедовать мог только мужчина имеющий жену, холостому не разрешалось даже говорить около храма, не только проповедовать. Так что у ваших колечек интересная судьба.- он помолчал немного,

- А что он тебе говорил, когда только подошел? Как-то объяснил свое появление?-

- Нет. Он всегда говорит мне, "Любимая дочь моя!", каждый раз, когда является. В последний раз Он в спальне у нас появился. Я запаниковала, что Егор разлюбил меня и Он меня утешил, показал на кольцо, сказал "Смотри на кольцо и помни", это когда я рыдала, помнишь?- напомнила я Егору.

- Ты мне не говорила, что Он был здесь.-

- Я забыла утром, рабочие пришли и я забыла тебе сказать. Еще я постеснялась своей паники дурацкой.- Егор погладил меня по руке и улыбнулся.

- Да, ребята! История ваша не простая. Я думал, что Он никогда уже не явится на землю, что Он покинул нас давно. А видите, нет, Он здесь. Почему Он так к Елене привязан, вот в чем вопрос. Почему оберегает ее? Даже крестил Сам? Это не просто так, здесь какая-то тайна есть. Чья то душа в тебе, Леночка живет. Вы ведь слышали о переселении душ, о кармической судьбе? -

- Ну, это у индусов и буддистов только есть. Христианство не признает этого.- сказал Егор. Профессор сделал упреждающий знак рукой,

- Не христианство, а Авраамические религии, так будет точнее. У них на это особая причина имеется. Вдумайся, Георгий! Все до одной религии, когда либо бывших в мире, привнесены нам пророками в то или иное время. Махатмы в индуизме, Гомер у греков, Будда в буддизме, в Китае Конфуций был последним. Мухамед в исламе, великий был пророк. Заратустра в Персии и так далее. Но четвертый Вселенский Собор назначил четыре Евангелия каноническими, а все остальные объявил вне закона. Сейчас еще и Над Хамади и кумранские списки обнаружены, там много интересного имеется, только просачивается по капле, утаивают основное. А Шумеры? Там же полностью весь процесс внесения генетического кода человеку описан, вплоть до чашек Петри в которых раствор для оплодотворения готовился. Но об этом молчат, боятся картину ими созданную разрушить. В первые века и у христиан, особенно в гностических текстах, было о переселении душ, но четвертый собор признал их богоборчеством, ты знаешь. Если ты пороешься в текстах, то найдешь много интересного. Оригена почитай, полезно будет. Можешь не соглашаться, но знать должен, а то какой ты богослов?- видимо этот спор между ними был давнишний.

- Ты теперь не настолько фанатичен, как прежде, в силу, так сказать, непосредственного знания. Вот и вперед, копайся в текстах, доверяй себе и интуиции больше, чем раньше. В этом и заключается движение в поиске истины. Я много раз тебе об этом говорил. Ладно, еще не один раз нам спорить предстоит. Как приписывают Сократу, "В споре рождается истина." я бы исправил спор на диалог. Ну а что вы еще хотели узнать от меня?- он хитро посмотрел на меня.

- Давайте чай с пирожными пить.Сейчас я очень хороший английский чай заварю.- предложила я.

- Давай, накрывай нам чай, а мы еще по рюмочке примем, для укрепления духа.- они выпили и я стала убирать со стола грязную посуду и накрывать к чаю.

- Этот дом преобразился. Я так понимаю, это Леночкина заслуга. Я прав?- спросил у Егора Иван Павлович. - Ты каких же кровей будешь, красавица? Откуда у тебя талант уют наводить?- я начала рассказывать о своих корнях и семье.

- То, что ты из интеллигенции видно было сразу. Да и черты русской дворяночки тоже просматриваются. Природу не обманешь. Вот взять хоть Георгия. Не советский он, происхождение не советское, хоть и поломала его сия власть с измальства. Да гены другие, ясно как божий день.-

- Мне Егор викинга напоминает. Ничего поделать с собой не могу и согласна с Вами полностью.

Я наливала крепкий ароматный чай в чашки. Профессор начал прихлебывать чай, взяв эклер в руку.

- Я, Иван Павлович решила поступать в институт, на исторический. Мне хочется изучить все, что возможно о Христе и христианстве. Русская история меня интересует меньше, там все равно одно вранье. Вот хотела посоветоваться с Вами об этом. Куда лучше готовиться и поступать, с чего вообще начинать нужно. Я ведь историю плохо знаю,а уж по истории КПСС еле тройку получила. Никак я запомнить не могла большевистских вождей и их подвиги. Про Ленина с его "шедеврами" философской мысли вообще молчу.- профессор рассмеялся,

- Молодец, девчонка! Как точно охарактеризовала.- он еще посмеялся и начал уже серьезно,

- Лучше всего можно изучить интересующую тебя тему в институте Марксизма-Ленинизма, куда тебя даже на порог не подпустят. Во первых ты матушка, во вторых не партийная, это для них вето.

- Так я и не комсомолка даже.-

- Тем более. Вот молодец, нравится мне твоя Леночка все больше.- обратился он к Егору.

- В МГУ конечно образование дадут, но только академическое, никаких выходов за рамки признанной истории.Если тебе важен диплом, то МГУ, Пед.им. Ленина это помойка. Если нужны знания и самостоятельность суждений, то я советую поступать к нам, в Коломенский пед. институт, причем на заочный. В чем преимущество, на занятия не надо ходить каждый день, можно заниматься дома или в библиотеке. Княжев, декан, мой приятель и я смогу помогать тебе. Могу попробовать договориться об автомате по КПСС и чего там еще у тебя сдано из госов. И главное, факультет существует с дореволюционных времен, на базе бывшей духовной семинарии и соответственно книги и фолианты по духовной истории имеются приличные, некоторых даже в МГУ нет. Решайте, но не тяните долго. Я попробую достать экзаменационные билеты и начнем готовиться. По истории я тебя натаскаю, а по литературе и диктанту, это уж вы сами.- я посмотрела на Егора. Он кивнул в знак согласия.

- Мне нравится Ваше предложение. Не нужно будет тратить по полдня на езду в электричке. Не нужно будет отмазываться от комсомольских тусовок, а заниматься у меня всегда лучше получалось одной, чем в толпе. Я хоть и общительна, но асоциальный элемент, так мама моя меня характеризует.-

- Прекрасная характеристика, в этой стране лучше не бывает.- обрадовался Иван Павлович.

Он пробыл у нас до позднего вечера, мы много говорили о разных вещах, пили чай несколько раз, грызли яблоки и ели апельсины. Наконец, он засобирался и встал из-за стола. Мы проводили его до двери, я сунула ему пару пирожных, яблоко и апельсин с собой. Он раскланялся и поцеловал мне ручку, а я чмокнула его в заросшую щеку.

-Завтра поедем в большой книжный, посмотрим, что там есть для тебя по литературе и диктантам. Будешь писать по два диктанта в день,я сам буду читать и проверять.-

- Ну все,я пропала!-

- Пропала! Пропала! Пропала!-пропел Егор, расстегивая мне пуговицы на платье и целуя в грудь,которую достал из лифчика. Потом нырнул рукой в трусы и добавил,- А уж тут совсем пропала.-

Он, как обычно, подхватил меня и унес в спальню.


Андроник.


Ночью я попросила Егора утром не вставать,а спать со мной до победного. Мне хотелось проснуться рядом с ним.Он пообещал, что даже если встанет, то вернется и ляжет рядом, будет ждать моего пробуждения. Я проснулась от его взгляда. Когда я открыла глаза, он улыбался,

- Так забавно наблюдать за тобой спящей! Я ждал этого момента и теперь я хочу тебя теплую и сонную.- он начал нежно облизывать мои соски, которые превращались у него под губами в твердые комочки. Он шел дальше и вот уже я была в его полной власти. Глаза мои опять были закрыты и было не понятно, толи это сон, то ли явь.

- Моя мягонькая девочка, мой персик.- говорил он нежности, одновременно тиская меня за разные места. Я купалась в неге и не шевелилась. Через некоторое время пришлось открыть глаза, кто-то звонил в дверь. Егор встал, одел халат и пошел открывать,

- Кого еще черти принесли в такую рань. Не дадут понежиться с женушкой.- Это была Маня.

- Чтой-то ты все спишь, пахал что ли ночью? А Еленка спит?-

- С тобой поспишь, что случилось то?-

- Ничаво не случилось, так пришла. Что, не рад?-

- Рад, рад. Иди в кухню пока, я оденусь и умоюсь. Сейчас Еленочка встанет.- мне пришлось вылезать из теплой постели. Я одела длинный халат и пошла умываться. Егор уже закончил и уступил мне место у раковины. Я зашла на кухню, Маня чинно сидела, сложив руки на коленях. Я начала варить кофе и поставила полный чайник на газ.

- Я буду хлеб с вареньем,- крикнул Егор. Я порезала хлеб, достала варенье и сыр для себя. Налила чай Мане и кофе нам.

- Мань, ты что такая странная?-

- Игумен приехал, в храме сидит. Не знаю, говорить Егорию али нет? -

- Молчи пока, я сама скажу, если надо будет.- вошел Егор и сел пить кофе.

- Девочки, чего то вы темните. Давайте, рассказывайте.- мы с Маней переглянулись. Я было открыла рот, как залился дверной колокольчик. - Я сама - сказала я и пошла к двери. Егор вышел за мной. Я открыла дверь. На пороге стоял сухой пожилой мужчина в монашеском облачении и клобуке. В руках у него были четки. Он окинул меня хищным, пронзительным взглядом и сказал елейным голосом,

- Мне бы с отцом Георгием переговорить.-

- Я здесь. Что Вы хотите, отец Андроник? Зачем явились?- мне, почему то, стало страшно и я сделала шаг назад, но не ушла, а взяла Егора за руку. Игумен сделал шаг в дом, но Егор его остановил.

- Я сейчас выйду к Вам, не нужно волновать мою матушку. Подождите меня, я оденусь.- игумен усмехнулся и отошел в сторону.

- Я думал это все игры, но смотрю, все серьезно у тебя. И матушка твоя, как описывали, любого в грех введет.- произнес он с нескрываемым раздражением. - Теперь сам вижу. Не крепок ты оказался.-

- Матушку мою прошу не упоминать.- ответил Егор, натягивая скуфейку и куртку. Он вышел и закрыл дверь. Я задрожала от страха и подкатившего гнева. Ко мне семенила Маня, она подтолкнула меня от двери и увела в спальню,

- Пойдем, пойдем милка. Оденешься, а то в чем мать родила стоишь, заметно же.- я начала одеваться и причесываться.

- Иди, в окно посмотри, что они делают.- сказала я Мане,заплетая косу.Та побежала смотреть.

Я подошла к окну и встала рядом с Маней. Егор молча стоял, смотря себе под ноги, а игумен ходил туда сюда, перебирая четки и что-то вещал Егору. У меня сжалось сердце от жалости. Я постояла, посмотрела на эту картину, потом отошла от окна и пошла к двери. Я накинула шубейку и открыла дверь, встав на пороге. Я стояла и смотрела на них в упор. Игумен остановился и язвительно произнес,

- Вот и защитница очага пожаловали. Прошу Вас, мадам, подходите ближе, пообщаемся.- Егор поднял на меня глаза и сказал, - Родная моя, иди домой. Я сейчас вернусь. Не надо тебе здесь быть.-

Я сделала шаг вперед. - Отчего же? Я с удовольствием послушаю аргументы отца Андроника. Может узнаю что-то новое для себя. В свою очередь хочу спросить, что Вас не устраивает? Кажется принятие монашества дело сугубо добровольное и отказаться может любой послушник за минуту до пострига. Чем Вас не устроил отказ отца Георгия? Он нарушил какое-нибудь правило или канон? Объясните мне, чтобы и я знала. Если он ничего не нарушал, то прошу Вас оставить нас в покое и не лезть в дальнейшем в нашу жизнь. Она дана не Вами и не Вам решать нашу судьбу.- игумена передернуло. - А языкастая у тебя матушка! Мне даже нравится. Только язычок этот можно и подрезать, ножницами. Вполне себе будет симпатично мычать. Как вам такой сценарий?-

- А это уже прямая угроза и я могу обратиться с заявлением в соответствующие органы. Если Вы думаете запугать меня, то у Вас ничего не выйдет. Мы под такой защитой, что Вам и не снилось.

Егор, родной мой, пойдем домой. Хватит слушать бред сумасшедшего старикашки. У нас с тобой еще много дел сегодня.- я стояла и ждала Егора, не собираясь уходить.

- Что ж, пожалуй я закончил здесь. Я не прощаюсь, я только исчезаю на время.- произнес игумен и пошел прочь. Мы вошли в дом. Егор медленно снял куртку, бросил ее на пол и вошел в свой кабинет, закрыв дверь. Маня боком ретировалась на кухню. Я заглянула к Егору, он стоял на коленях у икон и закрыл лицо руками.

- Я нужна тебе?-

- Позже я подойду. Иди пока.- я вышла и тихо пошла к Мане. Тишина в доме стояла гробовая. Уже почти войдя на кухню, я услышала тупые звуки ударов из кабинета Егора. Я влетела к нему и увидела, как он бьется головой об стол и плачет горькими слезами. Я подбежала к нему, обняла его голову и стала гладить ее. На руке показалась кровь, она сочилась сквозь его волосы сбоку. Маня вбежала следом.

- Маня, быстро принеси мне чистой воды и вату из ванной, там на полочке найдешь.- Маня засеменила обратно. Она принесла все, что я велела, я промыла рану, это была небольшая, но глубокая ссадина. Я велела Мане быть с ним и побежала за перекисью водорода, чтобы остановить кровь и обезопасить рану. Я вылила пол пузырька перекиси и зажала рану куском ваты. Прижав его голову к своей груди, я целовала его мокрое лицо и говорила разные нежные слова, пытаясь успокоить Егора.

- Мань, там в кухне, в буфете где-то коньяк в бутылке, половина наверное. Принеси ее и рюмку возьми. Да, еще воды в стакане, попить ему.-

- Сейчас, мой родной! Сейчас, мой любимый! Сейчас успокоишься и все пройдет. Все пройдет и останемся только мы с тобой и наш Господь с нами. Любовь моя! Егорушка! Я здесь, с тобой, я держу тебя и никому никогда не отдам.- Маня принесла коньяк. Я налила в рюмку и дала ему выпить. Он выпил, запил водой и начал затихать.

Он успокоился и встал на ноги, протянув мне руку, поднял меня с пола. Мы сели на диван.

- У меня очень голова болит. Налей мне горячего сладкого чая, а я полежу немного.- я укрыла его пледом, поправила подушку и пошла за чаем на кухню. Маня сидела забившись в уголок, ни жива, ни мертва. Я включила чайник и приготовила заварку и сахар.

- Чиво он, спит?-

- Нет. Голова болит, ударил наверное сильно. Чай попросил. Он полежать хочет. Мы сегодня за книгами хотели съездить.- невпопад сказала я.

- Какие вам книги! Сидите уж дома теперя. Вдруг опять этот черт (Маня перекрестилась) завалится? Что это было, девка, а? Чиво он Егорию сделал то? Я в жизни не видала его такого.-

- Не знаю, Мань. Егор пока ничего не сказал. А мне этот обещал язык ножницами отрезать, мычать, говорит, всю жизнь будешь.Чего ему надо от нас? -

- Охо,хо! Чиво людям неймется? Боюсь я ентова игумена, страшный он, на татарина, нехристя похож.- я согласилась с ней. Заварив чай, я отнесла его Егору. Посмотрела ранку.

- Ее бы лейкопластырем стянуть. Сделать?- Егор взял меня за руку.

- Не нужно, заживет. Посиди со мной, Еленочка. Побудь немного рядом.- я села и гладила его руку. Он опять стал плакать, только тихо и чуть-чуть.

- Он мне угрожал тобой. Я не могу тебе повторить такое, не спрашивай. И этот человек уже столько лет наставлял меня на пути к Богу? Да он самый настоящий бандит. Я только начинаю понимать, что ему было нужно от меня. Он, когда монастыри были разрешены, после войны, ни в одной обители не был. Всегда руководил монашеством в миру. Под ним человек сто или больше, братии стоят. Это же банда, если правда то, что он мне сказал. Меня Бог отвел от этого ужаса. Я слышал года три назад про бандитов монахов, но не придал значения, а оказалось, что они совсем рядом были.-

- И что, на него управы нет? А патриарх? А милиция? А кто его постригал и двигал до такого чина? Нужно узнать, постараться, так же нельзя. Жить и трястись, что тебя убьют или искалечат в любой момент.- Егор задумался. - Узнаю. Обязательно узнаю. Докопаюсь до всего.- он сжал кулаки.

- Без меня ничего не предпринимай, я Киприану позвоню, встречусь с ним, может он что-то прояснит.- Заглянула Маня,

- Если я вам без надобности, то пойду .- я велела ей идти и держать ухо востро. Уговорив Егора пойти в спальню и лечь, я закрыла дверь на все замки и пришла к нему. Разделась и легла рядом. Мы обнялись и затихли. Теперь заплакала я. От страха, от беспомощности, от обиды за нас. Просто от пережитого сегодня ужаса.

- Тебе полегче? Голова болит? Может таблетку тебе дать?-

- Болит, но не так сильно. Давай уснем, поспим чуток. Если будет болеть, я скажу тебе, ты

не волнуйся.- мы уснули потихоньку и проспали до вечера. Когда я открыла глаза, Егор уже не спал. Он смотрел в пространство и думал о чем то.

- Ты не спишь? Как голова?-

- Я вставал в туалет, кружится слегка, но это может быть от голода.-

- Сейчас, я встаю и приготовлю тебе что-нибудь. Надо что-то посущественнее поесть,у тебя силы на исходе. Сейчас картошки со сливочным маслом сделаю и сосиски есть. Плевать на пост, Бог простит, и не возражай! - я быстро начистила картошки и сварив, сделала пюре с яйцом и сливочным маслом.Егор поел без возражений. После чая его отпустило. Голова перестала кружиться и болеть.

- Только настроение так себе,но сил прибавилось.- поделился Егор.

- Ты просто голодный был, плюс стресс и удар головой, вот и кружилось все.- Незаметно наш разговор перешел на сегодняшнее событие. Я потихоньку вытянула из Егора, о чем говорил игумен.

Больше всего его интересовало, почему Егору разрешили служить дальше, он несколько раз под разными предлогами спрашивал об этом. Игумен пытался вызнать, кто покровитель у нас. Он, не скрывая больше свое подлинное лицо перед Егором, не стеснялся в выражениях и поведал о своих замыслах.

- Мы тебя, как твоего Христа на крест прибьем и у тебя на глазах я твою матушку братве отдам, пусть насладятся ее телом. Во все места ее испробуют, а ты повисишь, посмотришь на это. Он так и сказал , братве, а не братии. "Я никогда не проигрывал и сейчас не проиграю. Я на таких наивных дураках свою жизнь сделал. Это МНЕ ваш бог помогает власть иметь". Ты можешь себе представить? Он сказал, что скрыться у нас не получится, он меня везде найдет. Что делать теперь?-

- Господи! Сколько еще унижений будет терпеть мой Егор от всяких подонков! Что за мир такой? Может с Иван Палычем посоветуемся? Он чего подскажет?

- Погоди пока, посмотрим. Конечно он меня запугивал, ведь понимает, что случись что-то с тобой или со мной, все подозрения на него падут. Он не дурак. Он другой способ отомстить придумает, но какой? -

- Давай остановимся, я надеюсь только на ИИСУСА ХРИСТА! ОН нас не бросит, поможет нам.-

- Да, я тоже надеюсь. Больше не на кого.- я видела, что Егору очень тяжело сейчас. Он был психологически сломлен, он терял веру в себя, и особенно его угнетало, что он не смог защитить меня, что я не побоялась вступить в полемику с Андроником, а он промолчал. Этот факт его добивал. Большой, сильный мужчина страдал от беспомощности и бездействия. А то, что он чуть не стал игрушкой в руках матерого бандита, вообще не укладывалось в его картину мира. Он, который мог дать отпор любым отморозкам, победить в честном бою с врагом, не смог ответить на осквернение самого дорогого, что у него было, свою Любовь и любимую. Боже! Как я жалела и страдала за него! Но чем помочь? Что я могу сделать в этой ситуации? Я ничего не могла придумать, только ждать.

Зазвонил телефон. Я взяла трубку. Это был владыка Киприан,

- Елена? Здравствуй крестница. Что-то ты забыла старика, пропала и носа не кажешь. Хотел бы тебя повидать у себя. Не сможешь завтра меня навестить?-

- Ой, Господи! Владыко! А мы только сегодня с Егором о Вас говорили. Как я рада слышать Ваш голос! Вы даже не представляете, как мне сейчас Вас не хватает. Если Вы зовете меня, то я конечно приеду к Вам. Говорите куда и в котором часу.- Егор внимательно прислушивался к разговору.

- Иди и возьми чем писать, дочка. Я продиктую тебе адрес и ты приедешь ко мне завтра.-

Я быстро взяла карандаш и тетрадку из тумбочки и приготовилась писать.

- Когда ты сможешь быть на Казанском вокзале, милая? Часам к двенадцати успеешь доехать? Так вот, приедешь в районе двенадцати часов и пройди к главному входу вокзала, на улицу. Встань рядом с входом в метро, он как раз между, и стой, жди. Мой водитель тебя заберет и привезет ко мне. Я жду тебя! Пообедаем с тобой и поговорим обо всем. Жду завтра.- Владыко положил трубку. Я стояла ошарашенная и не могла произнести ни слова. Потом села и передала весь разговор Егору.

- Что он в курсе происшедшего, это ясно. Владыко поэтому и позвонил тебе. Но как быстро он узнал и почему позвал тебя, а не нас?-

- Не знаю, Егор. Может быть он хочет приватного разговора? Не думай об этом, видимо есть какой-то смысл, о котором мы узнаем завтра. Может за тобой следят люди игумена и Владыко знает об этом. Скорее всего так и есть. Тебе нужно быть спокойным и собранным. Со мной ничего не случится, раз Киприан взялся за дело. Я поеду одна, из дома выйду тоже одна, ты пойдешь на службу утром, как ни в чем ни бывало. Пусть думают, что я испугалась и уехала от тебя. Паника нам только навредит.- Мы решили, что все равно другого выхода у нас нет и нам остается ждать завтра. Ночью мы спали урывками, просыпались от любого толчка или звука. Егор настоял на близости, ну как я могла ему отказать. Нам так было легче, особенно ему. Он шептал мне такие нежные слова, что у меня кружилась голова. Мы обласкали друг у друга каждую клеточку и он овладел мною в полной мере.

Утром, встав пораньше, мы вместе выпили утренний кофе и я тщательно оделась, серая юбка годэ и голубой пуловер. Надела новый тонкий платок, завязав его сзади на французский манер, надела сапоги и пальто. Перекинула сумку через плечо с журналом внутри и вышла на улицу.Егор должен был выйти после меня. С утра было яркое солнце и настроение было приподнятым. Я, живо обходя лужи, повернула к станции и прекрасно успела на нужную мне электричку. Около полудня я была на вокзале. Выйдя из главного входа я встала между входом в метро и входом в вокзал. Буквально сразу же ко мне подошел немолодой кряжистый мужчина и представился водителем Владыки. Мы прошли к черной "Волге" и я села рядом с водителем. Мы доехали до высотки на Котельнической набережной и въехали в ее двор. Поднялись на лифте и вот, я уже стояла в квартире Владыки. Он вышел в холл с несколькими дверями и расцеловал меня в обе щеки. На нем был черный подрясник. Я сняла пальто и повесила сумку на вешалку, сапоги он велел не снимать.

- Ну, дай я на тебя посмотрю! Красавица! Еще краше стала. Вот что значит в любви с мужем жить. Ну, пойдем, пойдем в покои, поговорим с тобой.- Киприан провел меня в комнату, похожую на гостиную и усадил в кресло. Пришла женщина в белом фартуке и белой наколке на голове и поставила поднос с горячим кофе и печеньками. Она налила мне кофе, спросив нужны ли сливки и ушла, мы смотрели друг на друга, пока без слов. Только очки Владыки поблескивали.

- Ты пей кофеек то, не стесняйся. Давай, рассказывай, что там у вас вчера произошло. Без утайки рассказывай, а потом уж и я тебе кое-что расскажу.- я была готова к этому разговору и сразу начала рассказ.

- Во первых, спасибо Вам большое за дом. Я знаю, что Вы для меня целый бой выиграли из-за этого дома. Спасибо, он теперь как картинка, удобный, красивый и благородный. Я постаралась сделать его не советским, а сообразно стилю, классическим. Мы с Георгием в нем счастливы.-

- Вот и славно! Для вашего счастья все и было сделано. Я рад.- Поняв, что пора начинать важный разговор, я подробно рассказала Владыке все, что знала о игумене и, что вчера произошло. Он слушал внимательно, вздернул брови при слове братва,а при фразе "ваш бог мне помогает" помрачнел.

- Да. Ты меня не удивила, только подтвердила мои соображения. Мы давно за ним наблюдаем, за этим Андроником. Он принял постриг в тюрьме, в лагере, еще до войны. Те монахи, что приняли его уже давно мертвы, в лагерях и скончались. Довольно темная эта история. Сам Андроник отбывал срок за уголовное дело, не политический он. Веры он непонятно какой, отец у него узбек, а мать татарка из Самарканда. Я думаю он и не крещен вовсе. Он начал собирать свою шайку еще до войны. Братии в монастырях он избегал, но идея объединить мирских монашествующих пришлась некоторым по вкусу и ему дали добро. После войны стали поступать сведения о бандах монахов. Они нападали на богатых иерархов, на церкви в глуши и просто на мирян. Много чего за ними числится. Поймать их пока не удается, следы хорошо заметают и продуманы все детали, до мелочей. Живет этот Андроник довольно скромно, в подмосковье в собственном доме. Покровителей имеет из некоторых высших иерархов, синодских. В нашей среде мздоимцев и корыстолюбцев хватает, как и везде. Да взять хотя бы вашего отца Анатолия, нам ведь все известно про его дела. Теперь, что касается вас с батюшкой.

Он Георгия еще в Академии приметил и начал обхаживать. Ему в нашей среде своих людей не хватает. А тут чистый парень с истиной Верой, умница, с хорошим будущим, можно двигать в нужном русле, вот он с него глаз и не спускал, к тому же сирота и боевыми искусствами владеет. И вдруг все пошло прахом, женился парень. Он правильно сказал, не привык проигрывать. Но за ним не только мы следим, но и органы соответствующие, мы им только помогаем. Так что не долго Андронику этому по земле вольной ходить осталось. Бога благодарите, что он Георгия вовремя отвел от этого сатаны, ну и себя немного, он же тебя полюбил и ради тебя все оставить был готов.- Владыко улыбнулся мне и похлопал по руке своей мягкой ладонью.

- Ты посиди здесь, а я пойду об обеде узнаю, пора уж нам и пообедать вместе - Владыко вышел из комнаты, прикрыв дверь. Я сидела в кресле и думала о чем еще нужно спросить Владыку. Дверь приоткрылась и вошел ИИСУС в белом облачении. Он сел рядом со мной на место, где сидел Киприан и взял мою руку в свою ладонь. Его касания были совсем легкими.

- Испугалась, доченька? Не бойся ничего, я рядом. - я заплакала, как маленькая.

- Егор совсем сломлен. Как мне помочь ему, ГОСПОДЬ мой? -

- Отныне зови меня ОТЦОМ своим, я так хочу.- я кивнула,

- Хорошо, ОТЕЦ! - Он гладил меня по голове и я успокоилась.

- За мужа не волнуйся, у него нормальная реакция, он справится. Ты ему сегодня вечером вина моего налей, пусть выпьет. К утру все по другому будет.- я поцеловала руки Отца и он с какой-то особенной нежностью поцеловал меня в макушку.

- Вам еще много испытаний предстоит, но вы выдержите все. Между вами Любовь неземная, она вам сломаться не даст. Ну, расскажи мне, что ты там задумала учить? О чем хочешь узнать?-

- Хочу в институт поступать, не сидеть же дома. Хочу в христианстве разобраться и Твою Жизнь получше изучить, ОТЕЦ мой ! очень много вранья от Твоего Имени и Твоим Именем много зла творят.-

- Учись, дочка! Невежество, вот главный грех! Кто знания ищет, уже от греха уходит. Тот Андроник сатане служит, договор у них подписан кровью. Ты не вмешивайся в это и Георгию скажи не вмешиваться. Мы сами разберемся, здесь наша война идет. Этот игумен скоро исчезнет из вашей жизни, не бойся его. Он мелкая рыбешка в этой войне за души. Вы мне своей любовью помогаете, еще раз напомню. Не забывайте.- ОТЕЦ прижал меня к груди, затем начал отходить в сторону, пока не исчез совсем. Я опять заплакала тихонько. Вернулся Владыко.

- Ну вот, слезы! Не плачь, ты под ЕГО защитой, ОН любит тебя. Пойдем обедать, утри слезки. Вот так, молодец! Улыбнись.- мы вместе вошли в столовую. Она была не очень большая, почти все пространство занимал большой овальный стол под белоснежной скатертью. Удобные резные стулья стояли вокруг стола. На столе стояла ваза с фруктами, цветы в хрустальной вазе, блюдо с пирожками, заливная рыба в специальных рыбных тарелочках, свежие огурчики и редиска, тонко порезанные, консервированные кабачки и еще что-то мне не знакомое. Стояло два прибора, вино и наливка в графине, хрустальный кувшин с морсом. Мы сели за стол. Киприан налил нам наливки и велел начинать.

- Ты вначале рыбки попробуй, это омуль, очень вкусная рыба. А пирожки с грибами и с капустой, постные.- Я положила себе кусочек рыбы, она была необыкновенно вкусная. Та же женщина принесла суп в супнице. Суп был из щавеля. Я попросила налить один половник. Суп был горячий и тоже вкусный. Мы оживленно беседовали с Владыкой, я делилась с ним своими планами об учебе. Он рассказывал мне смешные истории из жизни прихода на Ордынке, заставляя меня смеяться над ними. После супа убрали тарелки и принесли другие. Женщина принесла круглое блюдо с овощами, жаренная в сухарях цветная капуста, жареные кружки баклажан, маленькая молодая картошечка и жаренные рыбки чуть больше ладони.

- Это речная форель из Армении. Попробуй.- мне положили одну рыбку и всех овощей по паре кусочков. Все было очень вкусно. Я погрызла редиски и кусочек огурца, выпила вина,которое мне налил Владыко и отвалилась к спинке стула. Я наелась так, что захотелось спать.

- Я вижу, что до чая мы не дойдем. Ты, смотрю, разомлела.-

- Да, я вообще мало ем, а тут так все вкусно, что я переела.-

- Ну, тогда сейчас тебе с собой гостинцев завернут, мужа вечером накормишь. А то он поди волнуется, что тебя долго нет. Иди, позвони ему, скажи через полчаса на вокзале будешь. Тебя водитель отвезет и в поезд посадит.- я встала и пошла в холл звонить Егору, заодно посетив туалет и ванную. Я стала одеваться, Владыко вышел меня проводить. Он вручил мне три книги для подготовки к экзаменам.

- Чтобы прошла, готовься как следует.- Он расцеловал меня и мы с водителем пошли к лифту, он нес сумку с гостинцами. На вокзале водитель купил мне билет до Коломны и проводил до дверей электрички. Он передал мне сумку, я вошла и села к окну. Минут через десять колеса уже стучали и поезд мчался. Домой! Какое счастье, домой еду!

Егор ждал меня на платформе. Он подхватил меня, прижал к себе и мы пошли, обнявшись.

- Я извелся за весь день, ожидая тебя. Миленькая моя, малышка! Что в сумке, тяжеловата.-

- Там гостинцы тебе и книги для подготовки, мне Владыко подарил. Я так по тебе соскучилась! Хочу домой скорее. Сейчас столько тебе расскажу! Только кое-что нужно сказать, чтобы никто не смог услышать.- я многозначительно посмотрела на Егора.

- Рассказывай по порядку, я сгораю от нетерпения.-

- Первое, все шлют тебе привет и все тебя любят! Ты понял, кто эти все.- Егор качнул головой. - Поэтому мне одной и нужно было быть. Я многое узнала, Владыко сказал, "Егора Бог спас и ты, потому что он тебя полюбил. Ваша любовь его спасла от сатаны".- Я начала рассказывать с самого начала. - Встретил меня у метро красавец парень, водитель Владыки. Очень красивый и вежливый. Усадил меня рядом с собой и повез, развлекая разговорами.- Егор насупился, а я рассмеялась.

- Да вру я, чтоб тебя подразнить. Ко мне подошел кряжистый дядечка лет за пятьдесят, посадил в "Волгу" и привез на Котельническую,в высотку. Там живет Киприан. Он же меня потом и к электричке обратно отвез,не произнеся ни слова.- Егор чмокнул меня в щеку, - Обманщица!- я стала рассказывать все подробно, до мелочей. Закончила свой рассказ я уже дома.

- Нам с тобой не велено вмешиваться, ОТЕЦ так и сказал, "Это моя война за души людей!"-

- Теперь многое становится ясно, сегодня я весь день думал, как мог попасться в его сети. Действительно, я сирота, искать некому, если что, боевым приемам обучен, надо, кстати, начать заниматься ими снова, ценный кадр для таких как игумен. Видишь, какой я наивный. Обмануть меня ничего не стоит. А что тебе про отца Анатолия Владыко сказал? Я не понял.-

- Что им известны его дела. Думаю,скоро у нас настоятеля поменяют, мне так показалось.-

- Да, он много лишнего себе позволяет. Но это не наше дело, пусть митрополит разбирается.-

Мы вместе стали разбирать гостинцы. Егор посмотрел книги.

- Тут история, учебник. Сочинения по литературе, поможет в подготовке, аналитический разбор основных произведений в одной книге. О, диктанты для гуманитарных ВУЗов. Это хорошо!-

Я доставала из сумки свертки и банки. Омуль и форель,которые я ела за обедом, две банки лосося, огурцы, редиска, длинная связка сухих грибов и банка маслят, картонная коробка таллинской копченой корюшки, банка сотэ из кабачков и пластиковый пакет с овощами, которые нам подавали на обеде. Внизу был завернут в пергамент пирог со смородиной и пирожки.

- Выбирай, какую рыбу будешь есть сейчас. Пир тебе устрою.- Егор взял одну корюшку из коробки и с удовольствием съел ее.

- Это самая вкусная еда. Мы на острове ловили ее и в золе коптили. Пальчики оближешь!- Я поставила разогреть овощи и форельки. Порезала огурчик и редиску,оставила пирог к чаю и пирожки. Остальное убрала в холодильник.

- ОТЕЦ наш велел тебя сегодня вином его напоить, так что доставай бокальчики и бутыль.- Мы сели за стол, я положила Егору вкусный ужин на тарелку и мы приступили к трапезе. Вернее он приступил, я только погрызла редиску и съела пирожок. Егор все съел, сказал, что очень вкусно и налил нам вина. Я налила горячего чая и отрезала по куску пирога. Мы потягивали вино, пили вкусный чай и вели неспешный разговор.

- Я этого Адроника во Владике (Владивосток) встретил. Он,видно прознал, что я в монахи собираюсь, меня даже на коробке звали "монах", ну и встретил как-то, когда мы к стенке привязались, ну, то есть на причале стояли, в доке. В храм вместе сходили, поговорили, что обители будут закрывать, о том о сем, задружились, короче. Он интерес ко мне проявил, стал встречать меня, когда мы из походов возвращались. Потом я в Академию поступал, он говорил, что слово обо мне замолвил, чтобы приняли документы. Врал конечно, теперь то я понимаю. Так и пошло поехало. Последний год он сильно на меня наседал, все прочил меня в протоиереи, а то и в протопресвитеры. Говорил, что это цель на ближайшие годы после пострига. Соблазнял, короче. Только не знал он, что я к чинам равнодушен, не стремлюсь.- я слушала Егора, понимала, что ему необходимо выговориться, и не мешала ему.

- Малышка! Иди ко мне, сядь со мной, я подержать тебя хочу.- Егор устроил меня у себя на коленях и обнял двумя руками, уткнувшись мне в шею. Я прижалась к нему, поправила его волосы и шепнула в ухо, - Я так сильно тебя хочу! Возьми меня!- он захватил мои губы в свои и начал снимать с меня одежду. Он взял меня на руки, прижал к стене и вошел в меня, держа за ягодицы. Попозже он поставил меня на пол и устроился сзади, сжав мои груди руками. Я держалась за стену, чтобы не упасть. "Еще", "Еще сильнее", "Хочу тебя", верещала я. Он знал, когда ему пора отпускать себя и в этот раз он перестал сдерживаться, когда я стала трепетать в нем. Общий оргазм, это пик наслаждения! Поостыв, мы вместе вошли в душ. Под струями воды он продолжал свои ласки, потом обтер меня полотенцем и понес голую в спальню. Мы еще долго предавались любовным утехам, кровь кипела, желание не спадало, а наоборот усиливалось. Я страстно его хотела, могла вывернуться наизнанку, таково было желание близости с ним. В какой-то момент Егор шепнул мне,

- Ты не будешь сердиться? Дай слово, что нет.-

- Даю, даю! Только продолжай меня любить.-

- Я хочу, очень хочу потрогать твою попочку. Можно? Я только пальцем, нежно потрогаю, дай мне это.- я замерла, не зная, что ответить.

- Это негигиенично и больно, я боюсь.-

- У нас нет ничего негигиеничного, я только потрогаю, разреши мне.-

- Хорошо, попробуй. Я хочу тебя, я готова все отдать тебе.- он начал неистово целовать меня и гладить мою промежность. Он положил меня на бок, подтянул мои колени к груди, смочил палец в моей влажной вагине и стал водить им по кругу вокруг розочки Он сужал круг и попытался проникнуть туда. Я дернулась, - Ай! больно!- он стал опять поглаживать это место, очень мягко нажимая. Я остановила его руку. - Подожди, на комоде стоит баночка с розой на картинке. Это смазка для анального секса, мне ее докторша всучила, возьми там. Нужно смазать попку и член, она сказала, тогда не больно будет. Егор мгновенно вскочил и пошел искать баночку. Он встал на колени около меня, смазал головку члена и мое отверстие. Затем он поставил меня на колени и стал просовывать смазанный палец внутрь. Было туго, но не больно. Он водил там пальцем, погружая его все глубже. Стало приятно. Он еще раз смазал все и раздвинул мои ягодицы. Меня пронзила боль, потом стало приятно. Егор вошел в мой анус.Он медленно вводил свой член, спрашивая - Не больно?-

- Я сейчас кончу, Ооо! Егор! Еще разок! - я забилась в его руках, он задергался и кончил мне на поясницу.

- Последний редут взят! Это что-то необычайное!- я валялась расслабленная и взмокшая. Егор нежно меня целовал и гладил мою грудь.

- Ты такая тугая там! Я не представлял, как это сладко. Спасибо, моя маленькая, спасибо за то, что раскрыла для меня последнюю тайну. Любимая моя, сладкая девочка!- через некоторое время он спросил,

- Так откуда эта баночка? Кто ее припрятал?-

- Я же сказала тебе, это докторша посоветовала. Я поначалу отнекивалась, мы же этим не занимаемся, но она уговорила, сказала, "Займетесь еще". Ну я и взяла, решила пусть будет, каши не просит. Вдруг пригодится.-

- Ну ты и хитрюга! Скрыла от меня.-

- Но ведь сейчас не скрыла! Тебе понравилось?- Егор поцеловал меня.

- Очень! Не то слово! А тебе? -

- Да! Ощущения другие совсем. Я боюсь, что ты перейдешь в это место. Как же я буду тогда?

- Моя мышка всегда со мной. Я ее ни на что не променяю. У меня тоже другие ощущения, но мышка это святое! - Егор вновь взялся ласкать меня и нырнул в мое лоно.


Возвращение Стаса.


В понедельник Егор был занят только для чтения часов, утром и в обед. Я замочила сухих грибов, чтобы сварить грибную лапшу к обеду. Егор вернулся из храма, поел супу и сообщил, что уйдет к шести вечера в помощь Андрею. Привезли трех покойных и Андрей должен был отпевать их всю ночь, Егор взялся ему помочь. Надев старенькую рясу, Егор собирался в храм. Я, оглядев его со всех сторон, предложила заказать ему новую рясу и подрясник. Старые уже поизносились. Он согласился со мной и мы отложили решение этого вопроса на следующую неделю. У Егора не было ряс других цветов, он предпочитал строгие, черные, даже летом. Он ушел в храм. Я читала сочинение по "Грозе" Островского с комментариями, уютно устроившись на кухне. На мне была домашняя пижамка с зайцами, сверху я набросила шаль для тепла. На улице наступили сумерки. Раздался осторожный стук в дверь и следом зазвонил колокольчик. Я решила, что это Маня и пошла открывать. На пороге стоял Стас! Я опешила и попыталась захлопнуть дверь. Стас поставил ногу, не давая двери закрыться. Я вышла, кутаясь в шаль.

- Что ты здесь делаешь? Что тебе нужно?-

- Выйди, поговорим с тобой, пожалуйста!-

- Нам не о чем говорить. Зачем ты здесь?-

- Я не могу без тебя! Я люблю тебя! Выйди!-

- Какая еще любовь? Ты с ума сошел? Я замужем и люблю только своего мужа. Причем сильно люблю! Нам с тобой совершенно не о чем говорить! Уходи сейчас же.-

- Ты бросила меня ради этого попика? Что тебе не хватало? Как ты могла променять меня на него? Чем я хуже? Я с ума схожу от этого, как представлю себе, что ты с ним спишь.- он схватил меня за руку и потянул к себе. Я вырвала руку и попыталась уйти домой. Стас держал меня за кофту и затем схватил за талию, приблизив меня к себе. Он попытался меня поцеловать, но я с силой оттолкнула его от себя и развернулась к двери, чтобы уйти. Он держал меня и я, споткнувшись о порожек, чуть не упала, встав на четвереньки. Я быстро выпрямилась, но он уже перегородил мне путь к двери, встав спиной к ней.

- Не пытайся удрать, не выйдет. Маленькая шлюха!- от храма к нам бежал Егор, его ряса развевалась от бега и ветра. За ним бежал Андрей.

- О, муженек пожаловал! Давайте, поговорим все вместе, давно пора.- У Егора было такое лицо, что я испугалась. Он мог легко убить сейчас Стаса, не моргнув. Я встала и раскинула руки.

- Родной мой, не надо, не трогай его. Он уйдет сейчас. Не пачкай свои руки. Умоляю тебя!-

- Отойди, не смей прикасаться к ней!- прорычал Егор. Подоспевший Андрей схватил Егора подмышки и крепко держал его.

- Ну, что? Мой друг и молочный брат. Как тебе моя женщина? Хороша! Не правда ли? Ротик, хоть и маленький, но вместительный и сладкий. Ты полностью входишь в него? А промежность она тебе уже подлизывала? Правда, сладкая девочка? Она тебе уже все свои таланты открыла? Эта шлюшка знает толк в утехах, она любого соблазнить умеет. - меня затрясло,

- Заткни свой поганый рот, мерзавец! Ты, паскуда, ты не мужик, ты тетушкин сынок, трусливый и поганый. Я с тобой никакой любви не имела, можешь врать и изгаляться сколько угодно. Хуже, чем ты, я не встречала никого. Мужик ты подлый, а мужской силы у тебя совсем нет. Ты ноль, как мужчина, от тебя только псиной воняет. Тьфу! тошнит от тебя.- я начала хохотать, не могла остановиться.

- Да ты только с такой, как Нинка твоя можешь справляться. Ты женщине вообще не можешь удовольствие доставить, ты только в окна за чужой любовью и сексом можешь подглядывать. Что? Завидно? Ты то так не можешь, кишка тонка. Онанист вонючий. Давай, давай, дрочи на чужое счастье, га...н штопаный.- Я сама не ожидала от себя таких выражений. - Давай, пи...й колбаской по малой Спасской! Вали. Если еще раз тебя где-то увижу, прирежу и глазом не моргну. Сволочь!-

- Вот за что я тебя люблю, так это за твою горячность. Огонь, а не женщина! А может секс втроем? а? как тебе? Твою попку муж уже распробовал? Как Георгий, тугая попочка, нравится?- я стала оседать на асфальт, теряя опору под ногами.В этот момент Егор каким-то ловким движением выскользнул из рук Андрея и одним прыжком оказался напротив Стаса. Тот нагло ухмылялся. Егор резко развел руки и мощным коротким ударом хлопнул Стаса по ушам. Тот взвыл тонким, нечеловеческим голосом и осел на землю. -Убью! - прохрипел Егор и стал выдергивать кол из забора.

- Я звоню в милицию и Калининой. Пусть заберет своего муженька отсюда.- Стас зашевелился и пополз от двери в сторону. Потом еле встал и покачиваясь, медленно пошел к выходу, держась за уши. Я сидела на земле и тупо качалась из стороны в сторону, на меня напал ступор. Пижама была мокрая и грязная, шаль валялась в стороне, один тапок где-то слетел и нога в носке лежала в лужице. Ко мне подходил Андрей, но Егор опередил его и подняв меня на руки, понес в дом. Он принес меня в спальню и посадил на кровать, кинув свой халат мне под мокрую попу. Снял носочки. Заглянул Андрей, он принес тапочек и шаль. Егор забрал их у него и сказал,

- Извини, Андрюша, не смог тебе помочь. Ты иди, дочитай первую часть и возвращайся сюда. Мы не будем спать, я точно не буду. Приходи, поужинаем и чаю выпьем. Я жду тебя.-

- Хорошо, Георгий Николаевич. Я приду. Сейчас побегу, а то там только чтец остался.- Мы остались вдвоем. Егор сел рядом со мной, крепко обнял меня обеими руками и прижал к своей груди. Он гладил меня по волосам, прижимал мою голову к себе.

- Маленькая моя, девочка любимая, птенчик мой.- я уткнулось лицом ему в грудь и заплакала.

- Прости меня, прости меня Егор! За всю эту грязь прости, за все, что тебе пришлось услышать и пережить. Он все говорил назло, он хотел тебя довести, зная тебя, твою чистоту. Я никогда на была с ним так близка, я ни разу не прикасалась к нему, я не хотела его, он все врет. Только два раза мы были вместе. Первый раз он затащил меня в Нинкину постель, так я после этого несколько часов оттирала себя в ванной мочалкой, так было противно. А еще один, когда мы в лютый мороз поехали на дачу и там в холоде спали рядом под тремя одеялами. После Коломны я на другой день отвергла его и не подпускала к себе. Он злился, говорил гадости и выжидал. Видимо он каким-то образом продолжает подглядывать за нами. Он, когда сегодня появился, умолял выслушать его, говорил, что любит меня и жить без меня не может. Мерзавец! Я прогоняла его, хотела сама уйти, но он схватил меня, я споткнулась и упала.- я опять стала плакать.

- Я видел. Я бы его убил, если бы ты не встала между нами.- Егор стал снимать с меня мокрую, грязную пижаму, укутал одеялом и велел лежать и греться.

- Я пойду чай сделаю и принесу тебе.- он ушел на кухню, а я дала волю слезам. Вдруг Егор начнет сомневаться во мне? Поверит наветам Стаса? Я прижала к сердцу свое колечко и целовала его много раз. За этим меня и застал Егор. Он поставил чашку с чаем на столик и тоже поцеловал свое обручальное кольцо, потом мое и потом поцеловал меня несколько раз.

- Пойдем на кухню, мне здесь без тебя нехорошо. Дай мне какую-нибудь рубаху и халат. Я одену.- Мы пришли на кухню и я стала пить чай. Попозже пришел Андрей. Они сели ужинать с Егором, приготовив все сами, меня освободили от всего.

- Андрюш, оставайся сегодня у нас, не езди домой, поздно уже, а утром тебе рано в храм, читать. Позвони Марине, что останешься.- Егор тоже уговаривал Андрея и тот сдался. Он позвонил домой и согласился переночевать. Егор достал водочку и они с Андреем расположились за столом. Сообразили закуску и налили по рюмке. Мне Егор налил рюмку коньяку, для расслабления нервов.

- Что-то нас в последнее время все какие-то истории немыслимые преследуют.То этот игумен, ты слышал, Андрей?

- Что-то такое слыхал, но не понял что к чему.- Егор рассказал ему вкратце про Андроника.

- Ничего себе! Неужели правда,целая банда?- удивился Андрей. Я подтвердила, рассказав, что мне поведал Владыко Киприан. Про о.Анатолия я промолчала, пусть Егор расскажет, если сочтет нужным. Перешли на сегодняшнюю историю.

- Этот подонок ко мне одно время ходил, ты его должен помнить. Через него мы с матушкой и познакомились, они работали вместе. Он бегал за ней, а она за меня замуж вышла. Вот теперь видишь, что вытворяет. Он видно, видел сегодня меня в храме, что я занят, вот и пошел отношения выяснять с Еленочкой.-

- Если бы я знала, что это он, я бы не открыла дверь. Я сидела и читала комментарии к "Грозе" Островского, звонок раздался, я решила, что это Маня и открыла. Так он ногой дверь держал, чтобы я не захлопнула. Андрюш, ты прости, тебе сегодня такого наслушаться пришлось, вранье это все, он Егора так дразнил, мерзавец.-

- А ты, моя хорошая, откуда так ругаться умеешь. Я, если б не на взводе был, со смеху бы лопнул от твоих выражений.-

- Ну, я все же московская девушка, а не кисейная провинциалка. Могу и трехэтажным обложить.-Ребята засмеялись.

- А ты сам? Что это за джиу джитсу такая, по ушам хлопать и колья рвать?- Егор подмигнул Андрею.

- Это ты еще стенка на стенку не видела. Вот где драка! А джиу джитсу нельзя, тут сразу убить можно, это запрещено. А по ушам пожалуйста, никаких запретов и больно очень.-

- Мы в деревне село на село сходились. Из-за девок. Потом кровищу отмывали. С оглоблями стояли, кольями дрались.- поделился Андрюша.

- У нас на коробке случай был. Привязались мы к стенке в одном японском порту. Ну, команде увольнительная, как положено. По одному не ходили, группами по несколько человек. Одни попали в кабак с девочками, святое дело. "Девушка из Нагасаки" помнишь? Там что-то не поделили и драка затевалась. Наших было трое, а япошек, как муравьев. По моряцким законам, а японцы законы чтут, трое на много нельзя. Сговорились в доке встретиться. Эти трое стоят на одной стороне, а япошки напротив. У нас клич, "Полундра" и весь КТОФ, что в увольнении был, на док рванули. Встали все, плечом к плечу. Галанки поснимали, в матросках остались, ленточки у бесок в зубах, ремни с пряжками в руках. Япошки тоже не из трусливых. Короче пошло молотилово. Надавали друг другу крепко. У нас некоторые после в госпитале валялись с тяжелыми черепно-мозговыми. У них тоже много покалеченных было. Наших боялись, вообще то, тем более морпехов. Красивая драчка была, я ее до сих пор помню.- мечтательно изрек Егор.

- В карцер то многих посадили? -

- Нет, душа моя! У нас папа с понятием был, сам из матросов до Кэпа дошел, мы его уважали, он матросов зря не обижал. Справедливым был.- Егор налил еще по одной, за морфлот.

Я встала из-за стола и направилась стелить Андрею постель в гостевую. Приготовив постель я ушла в ванную, чтобы после нее лечь в постель. Я устала за этот длинный, тяжелый день. Я зашла к мальчикам и пожелав им спокойной ночи ушла в спальню. Там, сев в кресло, я вновь перебрала в памяти все произошедшее и слезы опять покатились из глаз. Я сидела и хлюпала носом, когда вошел Егор. Он сел рядом со мной на ковер и обнял мои колени.

- Не надо, не плачь, красавица моя, лапушка родная. Отчего ты плачешь? Ты думаешь,я поверил хоть одному его слову? Нет, конечно, и не поверю никогда. Я знаю его и я знаю тебя, ты бы никогда не допустила лжи между нами. Я знаю насколько ты чистый человечек, насколько ты нравственно строга к себе. У меня даже тени сомнения не возникло от его гадких слов. Не плачь, прошу тебя, у меня сердце рвется глядя на тебя. Обрати внимание, и тот, игумен, и этот говорили в одном ключе, поливали тебя в моих глазах, чтобы я засомневался в тебе. Это их беспомощность говорит, они не могут справиться с нашей любовью и с твоей красотой.- Егор обнимал меня и успокаивал.

- Родная моя, малышка! Я люблю тебя, я твой на века. Я люблю тебя, слышишь? Ты моя и только моя! Я хочу тебя всегда, я боготворю тебя, слышишь? Послушай мое сердце, оно бьется ради тебя и для тебя. Посиди здесь, я сейчас вернусь, только в душ забегу и вернусь.-

- Мне все кажется, что я грязная, в каких-то перьях вываляна. Не могу отделаться от этого чувства. Даже лечь не могу.- Егор поднял меня, снял халат и положил в постель.

- Ты самая чистая, самая сладкая и ароматная девочка! Самая гладкая, как яичко! - Егор вышел, чтобы погасить свет и обмыться в душе. Когда он вернулся, я уже дремала. Он лег рядом и начал меня ласкать, нежно, мягко, но настойчиво возбуждая меня. Скоро страсть вскипела и мы отдались в ее власть.


Последняя глава.


Рано утром ребята ушли на отпевание. Я проснулась поздно. Решила сегодня побольше почитать по литературе. К вечеру должен был прийти Иван Павлович на первое занятие по истории. В районе часа пришел Егор. Он был бледный, глаза блестели сухим блеском.

- Я кажется заболел. У меня температура. Сделай мне сладкий чай с лимоном, а я лягу.- Я приложила ладонь к его лбу, он весь горел. Я быстро уложила его в постель и пошла за градусником. Температура была 39,6. Я ахнула.

- Что болит? -

- Голова и озноб трясет . Еще горло саднит.- я взяла на кухне серебряную ложку и пошла к нему смотреть горло. Оно было красное с подпухшими миндалинами, начало ангины. Первым делом нужно сбить температуру. Я просмотрела аптечку, был анальгин, но просроченный. Я начала звонить Андрею в храм. Дозвонившись до него я велела ему срочно прислать ко мне Маню. Маня примчалась быстро. Я велела ей бежать в аптеку и купить лекарства, которые я написала на листочке. Йод, стрептоцид, анальгин в ампулах и таблетках, сухую ромашку и лорингосепт. Еще велела купить молоко. Маня ушла. Я села рядом с Егором и стала смотреть его своим внутренним взором. Бронхи пока были чистыми, но я боялась кашля. Первым делом дам ему анальгин и насыплю на горло толченый стрептоцид. Мед при такой высокой температуре было нельзя. Я взяла уксус, разбавила его водой в миске и взяв мягкую тряпочку обтерла всего Егора. Через несколько минут он стал менее горячим и ему стало чуть легче. Маня принесла лекарства и я сразу же дала выпить Егору ампулу анальгина. Через полчаса температура упала до 37,6 и Егор стал весь мокрый. Я обтерла его полотенцем и переодела в сухое белье. Сделала лимонную воду и налила ее в термос, Егору нужно много пить. Посмотрела горло еще раз, миндалины распухли и на горле начал появляться налет. Я принесла тазик и сделала полоскание, сода, соль и три капли йода. Заставила выполоскать горло в таз и после засыпала стрептоцидом. Я заставляла его полоскать горло каждые сорок минут. Маня не уходила, была на подхвате. Я поставила варить куриный бульон, ничего другого Егору было нельзя, и клюквенный морс. К вечеру появился Иван Павлович. Мы решили заниматься в кухне, там был удобный стол. На столе в кабинете у Егора были разложены книги и бумаги, и мне не хотелось трогать их. Мы начали занятие, Егор уснул и мне не нужно было постоянно отвлекаться. Занимались мы часа полтора. Профессор очень интересно рассказывал, подробно и доходчиво объясняя. Он принес прошлогодние билеты по истории, но рассказывать начал с древних времен. Сказал, что так лучше, по хронологии, а билеты будем штудировать в конце. После занятий я покормила профессора курицей с рисом и накрыла чай. Заглянула к Егору, он спал. Мы пили чай с профессором и я рассказала ему историю с игуменом. Иван Палыч слушал, потирая бороду, задал пару вопросов.

- Мне Георгий никогда не рассказывал об этом человеке. Когда я был в лагере, то по всему Сиблагу ходила история о трех оптинских монахах. Их зарезали уголовные, но конкретно никого не нашли, как обычно. Говорили, что они отказались постричь в монашество какого-то уголовного вора в законе и за это поплатились жизнью. Мне кажется, что эти две истории связаны между собой. Ведь в случае пострига должно было быть письменное подтверждение с минимум тремя подписями тех, кто произвел обряд. Подписи легко было подделать, особенно в тех условиях и в то время.-

Послышался слабый голос Егора. Я побежала к нему в спальню, Иван Палыч вошел за мной следом. Егор лежал бледный и слабый. Температуры не было. Я дала ему теплого морса и посмотрела горло. На миндалинах образовались белые точки гнойников. Я оставила их вдвоем и ушла за медом. Вернувшись с банкой меда и длинной ложкой, я велела Егору широко открыть рот. Зачерпнув мед на внешнюю сторону ложки я быстрым круговым движением смазала миндалины, по очереди, одну, затем другую. Егор поперхнулся, но выдержал.

- Не глотай, соси мед! Через пятнадцать минут еще раз намажу.- у Егора были страдальческие глаза, ему было больно даже говорить, а не только глотать.Иван Павлович посидел немного у постели больного и засобирался домой.

- Завтра приду в это же время. Леночка, постарайтесь повторить, что мы сегодня успели.- проводив его я вернулась к мужу. Егор взял мою руку и держал ее долго. За вечер мы еще два раза полоскали горло и смазывали его медом. На ночь я сводила Егора в туалет и перестелила постель за время его отсутствия. Несвежее белье я сунула в машинку и поставила на стирку. Утром развешу. Спали мы вместе, один раз за ночь я переодела его в сухую рубаху.

Утром Егору заметно полегчало. Припухлость на горле стала меньше, краснота тоже спала. Миндалины стали поменьше и гнойники ушли, остались вмятины от них. Температуры не было.

- Так! Стрептоцид и мед пока отменяем, оставим полоскание и питье. В туалет можешь вставать, но больше никуда ходить не разрешаю.- озвучила я свое решение.

- Есть, товарищ доктор!- довольно бодро сказал Егор. - А можно сосочек потрогать? Для окончательного выздоровления?- и он залез мне под халат рукой. Его член моментально подскочил.

- Егор! Ты болеешь. Тебе нельзя!-

- Мне нельзя, я болею. Но он здоров и ему можно.- он положил мою руку себе на член. С такой эрекцией ничего не оставалось, как начать ласкать его губами, что я и сделала. Когда он кончил, я облизнулась и стала подниматься с постели. - А я? Что оставлю тебя голодной?-

- Будешь должен. Когда поправишься, возместишь!- ответила я и направилась варить ему манную кашу. Перед обедом забежал Андрей, принес яблок и банку малинового варенья. Они поговорили немного с Егором и Андрей ушел а храм. Потом присименила Маня.

- Чиво помочь надо? Как он? -

- Лучше намного! Но я ему вставать не разрешаю. Хочешь, зайди к нему, а то он скучает.- Маня зашла к Егору и начала рассказывать новости.

- Говорят, митрополит в воскресение к обедне собирается. Что уж его гонит, не ведаю. Говорят, сам службу проведет. Ты как, встанешь к воскресенью то? Надо бы встретить его, как положено. Небось спросит об тебе.- мы с Егором переглянулись. Было необычно, чтобы митрополит посещал приход во время поста, да еще и службу сам провел.

- А отец Анатолий что? Как он к этому отнесся? - спросила я Маню.

- А чиво ему, гоголем ходит, бородой кверху. Нас вот стенки велит мыть, и окошки, хотя к паски еще не время.- обычно храм драили к пасхе на страстной неделе.

- Думаю, Егор поправится к этому дню. Надеюсь на это.-

- Конечно поправлюсь, куда я денусь с таким доктором. Ох, строга она, Мань. Ничего не разрешает.-

- А ты слушай, матушку то. Она лучше знает. Чиво тебе, лежи и лежи, как барин.-

- Да уж, барин! Весь в долгах.- мы прыснули, а Маня посмотрела на нас ничего не поняв.

- Кому ж ты должон?-

- Еленочке, жене моей ненаглядной. Кому ж еще?- Маня махнула рукой на нас.

- Все шутки шутите, голуби. Меня, старую, дурите.- я начала успокаивать Маню, что она здесь не причем, это у нас меж собой шуточки. Мы ушли с ней на кухню, я вымыла посуду после завтрака, а Маня, отказавшись от чая, побежала в храм, стены тереть, как она выразилась. Я вернулась к Егору. мы начали обсуждать новость.

- Неспроста митрополит на службу прибудет. В пост чины не принято давать, значит что-то другое им двигает. Ладно, поживем, увидим. У нас, конечно, иереев не хватает. В кафедральном соборе должно быть три протоиерея и два первых и два вторых священника. У нас протоиерей отец Анатолий, он настоятель, и отец Николай. Я первый священник, второй, отец Всеволод, худой такой, у него матушка в матери ему годится, старше намного Клавдия. Вот и смотри, нужно еще три священника и дьякона тоже три. Может быть митрополит по этому поводу приезжает?-

- А если Анатолия снимут? Говорил же Киприан про его делишки. Что тогда?-

- Не знаю. Отец Николай станет настоятелем? Или нового пришлют. А Анатолия понизить не могут, только в другой приход назначить можно. Но у нас только один приход, все остальные закрыты

Так что вряд ли. Это что же надо натворить, чтобы с прихода сняли!- мы не стали больше гадать, что толку, все равно узнаем через неделю. Я заставила Егора встать и идти полоскать горло. Он с удовольствием вылез из постели и пошел на кухню. После полоскания я проверила его горло и стала кормить его обедом, куриный суп с рисом и вареная курица. Он любил это блюдо. После еды я разрешила ему немного посидеть на кухне. Егор предложил написать диктант. Я дала ему книгу с ними, взяла тетрадку и ручку и он начал диктовать. Диктант был небольшой, чуть меньше странички. Егор взял карандаш и стал проверять.

- Ну кто так пишет! Смотри, здесь "а" , а не "о". Тут два "н", Тут мягкий знак. Про запятые я молчу, все поперепутала. Ставлю двойку, как хочешь. На тройку не тянет.- я сникла.

- Как я все это запомню? Я помню пару правил, а так пишу по наитию.-

- Девочка моя! Хорошо для первого диктанта, я думал будет хуже. Не кол же, а двойка.-

- Какой ты беспощадный учитель. Иди в кровать, ложись, за это.-

- На экзамене пятерку получишь, гарантирую. Сейчас пойдем, я лягу и объясню тебе правила, где ты наделала ошибок. Пойдем, моя хорошая, моя любимая девочка!- Он лег, опершись на подушку и стал объяснять мне мои ошибки. Егор очень хорошо все объяснил и я поняла все свои промахи. Затем он стал меня гонять по "Грозе", помня подробности пьесы, или он прочел до этого комментарии к ней?

Он объяснил мне смысл пьесы и упомянул такие детали, которых не было в учебнике. Наконец занятие закончилось, Егор чмокнул меня в нос и велел читать сочинения по Горькому.

- Пока я дома, я смогу тебе помочь разобраться с этим писателем.-

- Лучше бы "Клима Самгина" перечитать, чем эту "Мать" несчастную.- проворчала я.

-Самгина будешь читать после экзаменов.- я побрела за книгой с сочинениями и за томом древней истории, откуда мне нужно было прочитать главу, заданную профессором.

- Хочешь, я почитаю тебе сам?-

- Не надо, тебе нужно беречь горло. Я рядом сяду и буду читать. Если что-то не пойму, то спрошу у тебя.-

Так, потихоньку, прошел день. Вечером мы занимались с Иван Палычем, потом ужинали втроем и пили чай с вареньем. Мужчины обсудили игумена, а затем стали обсуждать роман "Мать" Горького, который я упомянула в связи с сегодняшними занятиями. Слушать их было забавно и познавательно. Такого полета мысли я еще не слыхала. Эрудицией оба отличались блестящей и Егор не уступал профессору. Мы засиделись допоздна, пока Иван Палыч не начал прощаться до завтра. Уже в постели, занявшись любовью, Егор как-то довольно быстро утомился и мы уснули, обняв друг друга.

В течении еще двух дней я держала Егора дома, не выпуская на службу, пока не убедилась в его полном выздоровлении. В субботу он настоял и вечером отправился к всенощной. Вернувшись уже поздно, за ужином Егор поведал мне, что все в ожидании завтрашнего визита митрополита. Слухи ходят разные, но толком никто ничего на знает.

- Завтра на литургию ты пойдешь со мной. Все будут там, весь клир с женами.-

Назавтра храм был так заполнен людьми, что яблоку негде было упасть. Мы с Мариной встали у клироса, рядом с солеей. Митрополит сам вел литургию, а когда настало время причастия, то увел с собой отца Анатолия и причащали народ только три священника. Ко мне обратился отец Николай, отозвав в сторонку, и попросил никуда не уходить после причастия,

- Будьте рядом с отцом Георгием. Митрополит будет делать заявление. Он просил Вас, матушка Елена, после окончания всего, пригласить его к вам домой для приватной беседы с Георгием.- Отец Николай дал ясно понять, что знает причину прибытия митрополита.Я сказала об этом Марине и попросила ее найти мне Маню для разговора. Марина довольно быстро привела Маню и я велела ей бежать к нам. Прибрать на кухне, вымыть посуду и застелить нашу постель покрывалом.

- Тама девки на кухне пирогов разных напекли, может отнести вам, чаем то небось будешь угощать?- я велела взять пирогов по возможности. Взяв ключи от дома, она умчалась. Всех не занятых пригласили в трапезную, для беседы с митрополитом. Он сидел в кресле, опираясь на свой посох и пил чай из тонкого стакана в серебряном подстаканнике. Все остальные стояли, никто не садился. Когда мы с Мариной вошли, я поздоровалась с Владыкой.

- Ай, Еленушка! Иди-ка поближе, дай я на тебя полюбуюсь. Ну как, привыкаешь к нашей жизни? Дом твой готов, все закончили?- я подошла к нему и приложилась к его руке. Он благословил меня.

- Владыко! Я Вас приглашаю к нам, сами посмотрите каким теперь дом стал. Его не узнать благодаря Вашей заботе. Раз Вы здесь, то зайдите на чашку чая.- митрополит заулыбался,

- А вот и приду! Сейчас здесь закончу и к тебе явлюсь. Чай пить.- В трапезную вошли Егор, о.Николай, о. Всеволод и их дьяконы. Последним явился настоятель, отец Анатолий. Его матушки не было. Лицо у Анатолия было бледное с красными пятнами, он ни на кого не смотрел, глядел в стену.

- Все собрались? Весь клир здесь?- спросил Владыко и оглядел всех строгим взглядом.

- Сообщаю вам всем новость. Настоятелем вашего прихода, с сегодняшнего дня назначается протоиерей отец Николай Синицын. Вы знаете, что во время Великого Поста, такие изменения редки, но отец Анатолий Зимин подал мне прошение об отставке с поста настоятеля кафедрального Собора Богоявления в городе Коломна. Он переводится в другую епархию на другую должность. У вас мало священников служит, нехватка ощутимая. В самое ближайшее время в чин протоиерея будет посвящен отец Георгий Любомиров. Таким образом у вас останется два протоиерея, как и положено. Тогда же к вам будут назначены два священника, один первого чина и один второго. Так же и дьяков прибудет два, поскольку дьякон Алексей пожелал отбыть вместе с Анатолием Зиминым. Теперь можно всем миром помолиться за то, что милостию Божьей наш приход процветает и служит Господу нашему Иисусу Христу, пострадавшему за нас на кресте Голгофы.- Все упали на колени и следом за Владыкой стали произносить молитвенные слова. Лариса была вся в слезах, дьяк Алексей стоял на коленях и истово молился, а о.Анатолий вышел из трапезной. Все, конечно, были ошарашены такой новостью, никто ничего не понимал, все переглядывались между собой, но молчали в присутствии митрополита. Когда Владыко встал с кресла, все поднялись и начали подходить к нему за благословением.

- Теперь я отбываю, только вот матушку Елену навещу, но это уже частный визит, он к приходу отношения не имеет. Георгий, веди старика, давай руку.- Егор подошел к Владыке и взял его под локоть, поддерживая. Я подошла к отцу Николаю и Нине. Поздравила их с назначением и пригласила пойти с нами пить чай дома.

- Нина, пойдемте, Вы мне поможете Владыку принять и дом наш заодно поглядите. Я надеюсь, что мы подружимся с Вами.- Мы вышли все вместе, отец Николай присоединился к мужчинам, а мы с Ниной шли за ними следом. Митрополитов служка нес коробку, держась чуть сзади Владыки. Мы вошли в дом. Владыко обошел его весь, везде посмотрел и Егор повел его в гостиную, где усадил в кресло.

- Ставь чайник, моя милая. Я с лимончиком люблю. Там Васенька мой тебе к чаю разного принес, иди, разберись с ним.- мы с Ниной и с Васей ушли на кухню. Я попросила Нину последить за чайником, а мы с Васей пошли за чайным сервизом в буфете в гостиной.

- Хороший у тебя дом, уютный, хозяюшка. Все в меру, без помпезности и красиво. Кабинет твой мне понравился. Нужно кресло такое мне заказать. Удобно в нем работать, а Георгий?-

- Да, кресло удобное. Это от деда Еленочки досталось, от академика.-

- Так у тебя дед академик? Каких же наук?- спросил меня Владыко.

- Мой дед, академик Прасолов, был директором почвенного института Академии наук. До самой своей кончины. Он создал почвенную карту мира, которая до сих пор в ходу. А профессором он стал еще при царе батюшке. У него под Самарой в экспидиции Ульянов коллектором работал, потому дед и уцелел в тридцатые и сороковые годы. Он ведь с Николаем Вавиловым очень дружил.-

- Да, много людей загублено было, да каких! - произнес митрополит.

Мы с Ниной быстро накрыли чайный стол в гостиной, Васенька нам всячески помогал. Из его коробки мы достали банку икры, белую и красную рыбу, лимон, чай, коробку конфет, разные фрукты, торт, пирожные и свежий хлеб. Мы расстелили новую полотняную скатерть, разложили салфетки и чайные приборы. Стол получился красивым. Я заварила свежий английский чай из старых запасов, и мы с Ниной присоединились к мужчинам. Вася за нами ухаживал, поскольку за стол не садился. Егор принес бутылку грузинского коньяка и рюмки. Я вскинула бровь, - У меня в кабинете, в столе была, ты не знала о ней - сказал Егор и начал открывать коньяк. Он налил всем по рюмочке, - За нового настоятеля!- они выпили с Николаем, Владыко и мы с Ниной пригубили. Началась беседа.

- Я вам расскажу, что произошло. Все и так узнают, так лучше вы от меня все услышите, чем сплетни с прикрасом от местных баб. Ваш Зимин занимался незаконными манипуляциями с квартирами выделенными приходу, оформлял их на родственников под видом служителей храма и сдавал внаем. Один частный дом и три квартиры, уже пятый год промышляет. В исполкоме у него своя женщина была, помощница и подельница. Когда тебе, Елена, дом был подарен, он решил и себе тот дом частный присвоить, но за ними уже наблюдали, кому следует и они попались. Дьякон его, Алексей, помогал ему, во всяком случае знал о делах этих. Его племянник оформлен, как чтец в храме. Сейчас эта мадам под следствием, а что ждет Зимина, не ведаю, выкрутится должен. Но мне такой позор в епархии не нужен, да и другие делишки за ними числятся. Я ему предложил отставку или приход в северном Казахстане. Он согласился на Казахстан. Так что в ближайшие дни уедут отсюда навсегда. Я и себя корю, не углядел мошенников. Отец Николай, прошу тебя, будь очень щепетилен, особенно в финансовых вопросах. Я тебя знаю давно, доверяю, не подведи старика.- Николай качнул головой в знак согласия и уверил Владыку в своей преданности.

- А ты, Георгий, протоиереем станешь, помогай во всем Николаю. Вам вместе приход держать придется. Священников я вам пришлю молодых, образованных. Младший, Сергей, только семинарию закончил весной, он пока в Зарайском приходе у меня служит. Другой тот, что первым будет, постарше, за тридцать ему, Виктором зовут, из Москвы. Он с диссидентами связался, его органы рекомендовали перевести из столичного храма в область. Так он и попал под мое попечение. Думаю, сработаетесь, только вольнодумства не позволяй, Николай, сразу пресекай. Нам этого только не хватало. Плесни ка мне, девонька, чайку еще чашечку, да лимончик положи.-

- С удовольствием, отец Серафим. Да только лимончик бы Вам ни к чему, для печени Вашей не лучшее лекарство.- сказала я, наливая ему чай и положив кружок лимона в чашку.

- Вот бестия, все видит. Не зря тебя Господь даром наградил. Ты мне потом пошепчи, много ли мне осталось на этом свете мучиться. Иной раз так болит, что хоть криком кричи.-

- Посмотрю, батюшка, обязательно посмотрю. А жить Вы долго будете, как СССР рухнет еще увидите, а это лет через двадцать только настанет.- все вытаращили на меня глаза.

- Что ты такое говоришь? Что ты увидела такое?- заволновался Егор. Он испугался моих слов.

- Да, да! За неделю все развалится и все республики разбегутся. Церковь возродится, много храмов откроют, монастырей. Патриархом будет не знаю кто, Алексий какой-то, фамилия не русская. Но это не долго будет, потом бесы к власти придут и воры. Пока Ленина не похоронят и не покаемся всем миром, мира на будет на Руси. Так вижу.-

- Ты, девушка, больше не говори никому, что видишь. Мы послушали сказочку и забыли уже. Ведь так, отец Николай?- строго произнес Владыко.

- У Еленочки бывают спонтанные видения. Не стоит им значения предавать.- оправдывал меня Егор. - Не волнуйтесь вы. Мы так и поняли, что это только сказки.- успокоил всех отец Николай.

- Да, я прошу прощения у всех за свой выпад. Не придавайте значения моим словам. Обычно я не говорю, что мне в голову приходит. А Вам, Владыко, я помогу. Водички сейчас заряжу, а когда разболится, Вы попьете и боль утихнет.- я позвала Васю с собой на кухню и зарядила банку воды для митрополита, объяснив, как ее пить. Вернувшись в гостиную я присоединилась к компании и все сделали вид, что ничего не произошло.

- А расскажи нам лучше, как вы с Георгием познакомились. Чувствую я, что не простая это история, очень уж интересно мне узнать ее.- попросил меня Владыко.

- Да нет, ничего необычного. Я работала реставратором в Новоспасском монастыре. Один мой коллега занимается Коломенским кремлем. Как-то он привез меня сюда, показать город и его храмы. Мы зашли в собор и я увидела батюшку. Я влюбилась в него. Вот и все.-

- Я увидел девушку в белой шали и тоже влюбился. Она подошла ко мне и задала вопрос, я ответил. Через несколько недель я нашел ее и мы объяснились. Потом через месяц поженились Вот и все.-

- Очень романтично, как в кино- сказала Нина и улыбнулась мне. Владыко обратился к Васеньке,

- Вася, поди скажи Сергею, что я сейчас выхожу. Пусть греет машину.-

- Ну, мои дорогие, побыл я с вами и отдохнул душою. Пора и честь знать. Поеду, далеко ехать. Мне понравилось у вас. Еленушка, так как мне водицу твою пить?- я рассказала ему как пить воду и предложила присылать за следующей, когда эта закончится. Мы стали прощаться с ним и пошли провожать до машины. Когда Владыко уехал, Егор пригласил Николая с Ниной посидеть еще, но они, сославшись на позднее время ушли тоже. Мы остались вдвоем.

- Ты рассердился на меня за мое предсказание?- спросила я в лоб Егора.

- Нет, с чего ты решила? Удивился, да. Ты никогда раньше не говорила подобных вещей прилюдно. А об этом ты и мне не говорила. Что с тобой случилось вдруг? -

- Когда митрополит задал вопрос, то у меня в голове мгновенно пронеслось кино, которое я озвучила. Ты же понимаешь, что это не я говорила, а тот кто мне это все показал.-

- Я понимаю, но в другой раз промолчи, не давай себе воли. Такие вещи могут плохо кончиться для нас с тобой. Я о тебе пекусь.- мы убирали со стола во время этой беседы. Я сняла скатерть и салфетки со стола, Егор выключил свет в гостиной. Мы отправились на кухню. Я поставила чайник и мы расположились за столом. Егор предложил выпить еще коньячку и налил нам в рюмки.

- Я завтра утром уйду на весь день. Я вообще эти дни буду в храме проводить много времени. Николай просил помочь ему с документами разобраться и мало нас теперь, нагрузка большая.-

- А как же диктанты? Кто со мной заниматься будет?-

- Придумаем что-нибудь. Буду в обед прибегать, диктовать тебе. Ты советских авторов не читай пока. Возьмись за Лермонтова сейчас.-

- Я люблю Лермонтова. С удовольствием почитаю.-

- Ну вот и хорошо. Совместишь приятное с полезным.-

- Надо же, мой муж протоиерей! Никогда бы не подумала. Николай приятный дядечка, да и Нина ничего, вроде бы. Что скажешь? -

- Да. Николай мужик правильный и порядочный. Думаю при нем в храме порядок будет. Уж, во всяком случае, скандалы прекратятся. Да и Нина в сплетнях не участвует, тихая женщина. Осиное гнездо разворошили и оно покидает нас. Слава тебе Господи! -

- Посмотрим кто теперь приедет. Видишь, диссидента в ссылку отправляют. Интересно, какой он? Есть ли у меня с ним общие знакомые? -

- Ты смотри, на эти темы ни-ни. Держись подальше.-

- А что? Накажешь? Выпорешь? А, батюшка?- усмехнулась я. Егор грозно взглянул на меня, не сказав ничего. Он вообще вел себя сегодня странно, не так, как обычно. Взгляд стал жестче, что-ли.

- В среду, на литургии Преждеосвящаемых Даров меня посвящать будут. До анафоры хиротесию Владыко проведет. Тогда же и новые священники прибудут. Ты будешь присутствовать?-

- А мне нужно?-

- По твоему желанию. Как захочешь Я тебя не принуждаю. В этом таинстве ничего интересного не происходит.-

- В таком случае, я дома останусь. А то скажу или сделаю что-нибудь не так. Не хочу тебя конфузить.-

- Как хочешь, я не принуждаю тебя, я уже сказал об этом.- мне было обидно, что он не настоял на моем присутствии в таком важном для него событии. Как будто вдруг, между нами стена выросла сегодня. Посмотрим, что будет дальше. Егор понимал, что я обижаюсь, но никак не реагировал на это, не пытался смягчить или утешить меня. Такое происходило в первый раз между нами. Я взяла книгу по истории и начала читать. Егор ушел к себе в кабинет. Так закончился этот день. В постели, когда я уже почти спала, Егор лег рядом, поцеловал меня в висок и сказав - Спи, малышка-, закрыл глаза.

Следующие дни мало отличались друг от друга, Егор был деловит и озабочен делами в храме. Вечерами он уставал, но тем не менее уединялся в кабинете, где много писал и читал. Мы продолжали занятия с Иван Павловичем и это было единственным положительным моментом этих серых дней. В среду я не пошла в храм, но испекла пирог с капустой для мужа. Все-таки событие важное. Егор пришел поздно, уже в десятом часу вечера. Они знакомились с новоприбывшими и отмечали его новый чин в храме. Я поняла, что наш медовый месяц закончился окончательно. Что ж, он не знает еще мой характер. Я терпеть холодность и нелюбовь не буду. Никому никогда не была в тягость и теперь тоже не собираюсь униженно ждать его милости к себе. Если он не разрушит стену, что возвел между нами, я просто уеду. Прошла еще одна неделя. Меня спасала только подготовка к экзаменам. Я попросила Иван Палыча диктовать мне диктанты, подряд из книжки, сославшись на занятость Егора. Ошибки я проверяла сама, по книге. Вскоре Егор перестал спрашивать меня о моих делах и даже пару раз ночевал у себя в кабинете на диване, под пледом. Я стала замкнутой и малоразговорчивой. Говорила, в основном, односложными фразами, если вообще говорила. В один из дней я встретила в булочной Нину. Она обрадовалась и спросила меня о моем здоровье. Я удивилась,

- А что не так со мной? Я здорова и болеть не собираюсь.-

- Георгий сказал, что тебя нет на хиротесии, потому что ты заболела. Вот я и спросила тебя об этом. Извини, если что не так.-

- Аа, это. Я уже забыла совсем. Да, у меня в тот день месячные были, самый разгар. Сама понимаешь, почему меня не было.- Нина понимающе закивала головой.

- Ты еще не знакома с новыми батюшками? Отец Сергей такой забавный, а матушка его еще моложе тебя, совсем девчонка. Она поповна, из семьи священника из Зарайска. А Виктор симпатичный мужчина и жена его Лариса, этакая московская штучка, не очень приветливая. Не как ты. Пойдем в храм, увидишь всех.-

- Нет, Нина, не хочется. Я, может в воскресенье на литургию приду. Тогда и увидимся.- мы попрощались с ней и я побрела домой. Был четверг, двенадцатое апреля, день космонавтики. Я стала вспоминать этот день в 61 году. Как мы радовались тогда, нас отпустили с уроков и мы не раздумывая побежали через Большой Каменный мост на Красную площадь. День был солнечный и теплый. На площади было много народа и люди все шли и шли. Все улыбались, звонко смеялись. Раздавалось пение отовсюду, людей объединило счастье и радость. Вечером был большой салют. Никогда не забуду этот великий для нашей страны день. Я шла и улыбалась. Мне вдруг так захотелось домой, на мою родную Пятницкую, что слезы навернулись на глаза. Я села на нашу лавочку у дома и заплакала. Утирала слезы ладонью и продолжала плакать. Мысль о том, что Егор разлюбил меня, не хочет меня, уничтожала мое сердце и душу. Что обманывать себя, он перестал любить меня и даже избегает по мере возможности. Мое сердце ныло от не проходящей боли, я была разбита на мелкие кусочки. Как теперь собирать себя? Именно в этот момент, на этой нашей лавочке я приняла решение уйти от Егора. Я не знала, что он видел как я плакала, смотря на меня в окно в храме. Вечером я спросила у него, не хочет ли он со мной поговорить,

- А что-то случилось? О чем ты хочешь разговаривать? Что произошло?- он говорил так и отводил от меня глаза. Он давно уже не смотрел на меня и отводил взгляд.

- Нет, все в порядке. Это я так. Действительно, о чем говорить, и так все ясно.-

- И что тебе ясно? Что я устаю смертельно, что занят на службе по горло? Что у меня сейчас времени и сил нет ни на что? Что ты все время дуешься? Если не понимаешь, то молчи и не мешай мне. Ты меня расстраиваешь, вместо того, чтобы поддержать в трудный период. Это эгоизм твой в тебе говорит.- он хлопнул дверью и ушел к себе в кабинет. За весь вечер он ни разу не вышел оттуда. Я легла, но сон не шел. Я больше не плакала. Я приняла решение. Завтра я уеду отсюда. Пока на дачу, там нет никого, а мне хотелось побыть одной. Не хотела никого ни видеть, ни слышать.

Утром, когда Егор ушел, я собрала кое какие вещички в сумку, положила учебники и села писать Егору письмо.

- Егор, любимый мой человек! Мне сложно делать этот шаг, но еще сложней видеть тебя таким равнодушным и чужим. Я вижу, как ты стремительно отдаляешься от меня, что я стала для тебя обузой. Мне больно, очень больно, но остаться здесь еще больнее. Ты разбиваешь мне сердце своей нелюбовью. Твое отношение ко мне поменялось полностью, ты стал безразличен ко мне, ты не смотришь мне в глаза и отводишь взгляд. Переносить это я не в силах, я разрушена полностью. Я не хочу быть тебе в тягость. Будь счастлив, мой любимый. Постарайся стать счастливым. Меня не ищи, не нужно. Видимо, вся эта страстная любовь была обманом.Мне жаль.

Я люблю тебя! Елена.

P.S. Я взяла немного денег в сундучке, на первое время. Когда определюсь с работой, верну.- Я сняла кольцо с пальца и положив его в рюмочку, оставила ее у икон, рядом со свечой. Взяла триста рублей из рундука и сунула их в сумку.

Я положила письмо в конверт и оставила его на подушке Егора. Взяла сумку с вещами и одев на плечо свою сумочку, вышла из дома. Быстрым шагом направилась к станции. Электричка как будто ждала меня. Я села в нее у окна. Прощай, Коломна! Прощай, моя любовь! Прощай Егор!