# Обратный отсчёт-3: Распад. Часть 10. 03-12 день месяца Металла. Равнина, Дальний Край, Сфен Земли - Сердце Пламени - Сфен Молнии, зифта Тикшер

Аноним Токацин

О первых днях на Равнине, странных законах физики и о разумной и не очень ксенофауне.

3 день Молнии, месяц Металла. Равнина, Дальний Край, Сфен Земли

Осмотреться Гедимину не дали - кто-то подтолкнул в спину, и он спрыгнул на спускающийся подъёмник. Машина стояла на открытом плато; вперёд было видно далеко, но как-то смутно, будто в сгущающихся сумерках. Приглушённый серебристый свет лился со всех сторон, даже немного снизу; в сероватом небе, покрытом неровной красно-золотой сеткой из пятен и полос, виднелся красный, почти багровый шар. Он стоял в зените, и можно было бы принять его за солнце - его края даже прикрывала облачная поволока - но Гедимин сразу понял, что эта штука никакого света не излучает.

Под ногами хрустнуло и зашуршало; сармат шевельнул ступнёй - под пальцами перекатывались мелкие гладкие камешки, очень похожие на застывшие капли расплава. Между ними пробивались пучки лиловых волокон и красных закрученных спиралями щёток. Они непрестанно шевелились, колыхаясь во все стороны - то одновременно, то порознь, и над плато стоял непрекращающийся тихий шелест. Гедимин пару секунд завороженно смотрел, как странная "трава" то смыкается на его пальцах, то ложится на гравий, то вытягивается в струну - и всё это в полном безветрии. Потом потянулся за анализатором.

- Неба сверху, земли под ногами! - услышал он чужой гортанный голос и, мигнув, поднял взгляд от шевелящейся травы на незаметно подошедшего человека. Это определённо был человек - не странно схожий гуманоид, а именно Homo sapiens; Гедимин не проверял его ДНК, но в своих выводах был уверен, как никогда. Ростом он был ещё меньше, чем горожане Ураниум-Сити его пола и возраста... если только сармат правильно определил возраст по тёмному, обветренному лицу и тяжёлым векам над узкими чёрными глазами. На щеках у чужака были шрамы, странно симметричные, будто эти насечки, по три с каждой стороны, сделали нарочно. Другие рубцы, уже несимметричные, виднелись на оголённых руках. Он был одет в балахон до самой земли, то ли из ткани, то ли из кожи, сплошь, в три слоя, покрытый нашивками и нитками бус, какими-то клыками, шипами, грубо огранёнными камешками... Тяжёлые широкие рукава с длинными прорезями болтались вдоль тела; на выставленных в прорези руках блестели желтоватые браслеты. Гедимин успел насчитать девять штук, прежде чем услышал радостное хмыканье Айзека, и тот двинулся вперёд, навстречу человеку.

- Мы все рады, что вы смогли приехать, - продолжал "абориген", втыкая в землю непонятную палку, занимавшую его руки. - Айси-ек! Кен-нен!

Его сухие пальцы коснулись груди Гварзы. К удивлению Гедимина, сармат изобразил дружелюбную гримасу и наклонил голову в знак приветствия. Айзек и вовсе осторожно тронул чужака за плечо - почти что обнял.

- Мы тоже рады, Руниен, - улыбнулся он. - Тут с нами ещё двое - Вепуат и Гедимин.

- Ве-пу-а, - проговорил после секундной заминки Руниен, осторожно касаясь пальцами груди Вепуата; тот наблюдал за ним настороженно, но попытался улыбнуться. - Вепу-а и звери металла здесь, на Равнине. И Йе... Дим-мин.

Он протянул руку к скафандру Гедимина, но не притронулся - только запрокинул голову, измеряя сармата взглядом. На шее у него тоже были шрамы - и какие-то бусы, подвески, спрятанные под одежду, словно тех, что на виду, было недостаточно.

- Дим-мин, - повторил он уже увереннее, опуская руку. - Дерево на острой вершине. Верно, вы горды своим ростом. Рассказывают, что вы называете себя высоким народом...

Гедимин ошалело мигнул. "Высо... высшая раса?! Кто сюда-то эту дрянь приволок?!"

Спросить он ничего не успел - Вепуат, почуяв неладное, ткнул его кулаком в бок.

- Это нехороший разговор, Руниен, - вмешался Айзек. - Лучше поговорим по пути к стоянке. В машине Ванджур, ему надо поскорее вернуться.

- Да, стоянка, - помрачневший было Руниен снова просиял. Выдернув из гравия палку (он умудрился вбить её в такой грунт на удивление глубоко - сантиметров на двадцать, не меньше), он широким жестом указал на соседний холм, на вершине которого что-то копошилось.

- Скогны привезли лучшие шатры, и припасы на месте. Здесь лёгкая дорога для вашей машины. Гор уже там, он вас и встретит. А я пойду с Ванджуром обратным путём.

"Шатры?" - Гедимин снова мигнул, но Руниен - и Айзек вслед за ним - уже проворно спускались с плато. Никакой дороги там не было - за тропинки сармат принял какие-то длинные, довольно глубокие промоины, но из них лиловый и красный "мех" торчал ещё гуще, чем вокруг. "Тут или никто не ходит," - думал сармат, широко расставляя пальцы на ненадёжном грунте, - "или эта флора восстанавливается быстрее колонии бактерий. Если это вообще флора..."

Кроме холма, к которому их вёл Руниен, вдалеке виднелись ещё три такие же возвышенности с плоскими вершинами и полуразмытыми склонами. Возвышения казались окрашенными в лиловый и алый, - видимо, из-за той же странной травы; в низинах под ними красные и фиолетовые пятна чередовались с белыми и жёлтыми, и кое-где торчали толстые ребристые колонны и скопления приплюснутых валунов. В надвигающихся сумерках Гедимин не мог толком рассмотреть их, но вокруг них всё время что-то колыхалось - однонаправлено, в такт слабому ветру. Остановившись, сармат пригляделся и увидел широкие веера, сложенные из тонких пластин. Они торчали из колонн, из вмятин и расщелин на валунах, вылезали пучками и закручивались в кольца и спирали. "Красные," - отметил про себя Гедимин. "В основном красные. Вон там - синие, и несколько чёрных. И ничего зелёного. При том, что спектр местного источника света..."

- Гедимин! - окликнул его Айзек. Сарматы успели отойти шагов на двадцать, пока ремонтник изучал местную флору, и теперь, заметив отставшего, остановились и развернулись к нему. Руниен, обогнавший было всех, быстро обошёл их и встал рядом с Айзеком, ближе всех к Гедимину.

- Тут спокойные тропы, но лучше не разбегаться, - заметил он. - Дим-мин хотел бы идти медленнее?

- Надо взять образцы, - Гедимин кивнул на ближайшую "груду валунов" с симметрично-ребристыми поверхностями. - Минералов и форм жизни. Я отсюда начну.

- Сто-ой! - крикнул Айзек, для верности приложив руки воронкой к респиратору. - Отставить образцы. Мы идём на стоянку!

- Ваши шатры и нужные вещи, - сказал Руниен, быстро оглянувшись на Айзека. - Вы ещё не осмотрели их. Надо сначала удобно вас устроить, чтобы не было проблем.

Гедимин мигнул.

- Мы приехали работать - или удобно устраиваться?

Айзек, в пару прыжков поравнявшись с ним, крепко схватил его за руку и поволок за собой - догонять Руниена, уже обогнавшего колонну сарматов и поднимающегося на соседний склон.

- Успеешь наработаться, - прошипел он Гедимину в наушник. - Это называется "гостеприимство", атомщик. Не смей их обижать!

Сармат снова мигнул, но подчинился. Ему было не по себе. "Опять традиции. Откуда их столько берётся?!"

Миновав крутой участок голой осыпи, Руниен выбрался на плато и, обернувшись, помахал сарматам. Вершина холма была ровной, будто срезанной. Разгоняя сумерки, среди тёмных округлых, продолговатых и приплюснутых объектов горели огни - ровный красновато-рыжий свет, непривычный, но приятный для глаз.

- Дошли? Никто не ранен?

Из красноватых отблесков на край плато шагнуло длинное худое существо. Одежды на нём не было вовсе - рыжеватый кольчатый панцирь прирос к телу. Две "руки" гигантского богомола застыли вскинутыми над узкими плечами, ещё две крючковатые конечности прижимали к груди белую палку с кольцом на навершии - такую же, как посох Руниена. Длинная морда качнулась из стороны в сторону, шевельнула жвалами.

- Проезд свободен. Скажите Ванджуру - площадка для машины между четырёх огней!

Где у "богомола" орган, издающий звуки человеческой речи, сармат так и не понял - но говорило существо легко и чётко, только на фоне всё время слышались то щелчки, то потрескивание. Гедимин шагнул в сторону, провожая взглядом бронеход, всползающий на склон. "Богомол" помахал кому-то лезвиями верхних "рук", и сармат увидел на "посадочной полосе", отмеченной огнями, невысоких гуманоидов, быстро освобождающих путь. Их длинные гривы, связанные в приподнятые пучки, маслянисто блестели в красном свете фонарей.

- Рад тебя видеть, Гор, - Айзек первым подошёл к "богомолу", тронул пальцами кольчатый хитин. Существо коротко что-то протрещало, лезвия осторожно коснулись плеч сармата. Что-то притронулось к боку Гедимина; скосив глаз, сармат увидел Вепуата, настороженно наблюдающего за аборигенами. Их тут было много - больше, чем Гедимину показалось вначале: они обступили волокуши, корзины и тюки, высунулись из-за купольных строений. Все они были очень малы ростом - не то что рядом с сарматами, даже Руниен был на голову выше самого рослого из них. "Тут два вида," - отметил про себя Гедимин. "Светлокожие - крупнее, и морды... лица... не такие длинные. Тёмные держатся у волокуш... Zaa hasu! Волокуши!"

- Устраивайтесь, - из полумрака снова вынырнул Руниен; за ним шёл, глядя только под ноги, сармат в радиозащитном скафандре. - Надеюсь, вам будет удобно. Гор побудет тут до темноты, а ночью подойдут Калиг и Навкет. Не пугайтесь, если свет потускнеет, - у них глазная болезнь...

- Помню, - кивнул Айзек. - Не волнуйся, всё будет хорошо. Мы всем вам благодарны за помощь.

- Я вернусь утром, - Руниен приподнял ладонь в прощальном жесте - совсем по-сарматски. - Ненадолго, но постараюсь. Жаль, у меня мало сопровождающих для вас четверых. Всего трое, если считать Калига, - а он днём беспомощен... Смотрите!

Над горизонтом вспыхнуло изжелта-зелёное зарево, и Гедимин изумлённо замигал, глядя, как оно в чёрном небе складывается в знак радиационной опасности.

- Хассинельг, - донеслось из-под неподвижных жвал Гора, и сармату померещилась усмешка. - Зажигает огни в вашу честь. Через пару дней появится сам.

Гедимин смотрел, как узор в небе делится надвое и выстраивается в кольца, накрывая миллионы километров, пока кто-то не толкнул его в бок.

- Дело к ночи, - хмуро сказал недовольный Гварза. - Иди заселяйся. На картинки ещё насмотришься.

- Скогны поставили шатры по своему усмотрению, - услышал Гедимин трескучий голос Гора. - Я сказал им ждать. Если вам неудобно, они переставят.

"Шатры?!" - Гедимин запоздало мигнул, сообразив, что представляют из себя купола, расставленные по вершине холма. "Zaa hasu... Действительно, шатры. Такое и в музее не увидишь..."

На каркас, подсвеченный изнутри теми же красными "лампами", был натянут плотный кожух без единого шва - шкура какой-то крупной твари, сохранившая естественный сетчатый узор и слюденистый блеск. За откинутым пологом - надрезанным краем той же шкуры с какими-то крючками по бокам - Гедимин увидел основание высокого шеста, другим концом упирающегося в потолок. Через секунду он понял, что это не шест, а позвоночный столб - желтовато-белый, с остистыми отростками, скреплённый небольшим позвонком с кольцом наверху. В отверстия в кольце, как в естественные пазы, входили концы боковых подпорок - на нём держался весь каркас строения. Это были не палки, как сначала показалось Гедимину, - шатёр натянули на сплетённые вместе кости, длинные, раздвоенные, вычищенные до блеска и местами просверленные и скреплённые ремешками. Они были очень длинными - метра по три каждая, но и этого не хватило - каркас стоял на кольцевом фундаменте из плоских камней разных размеров. Их собирали прямо тут, никак не обрабатывали и ничем не скрепляли, - на некоторых все ещё росло что-то мелкое и шевелящееся.

- Здесь вещи, - Гор указал на свёртки, лежащие на застеленном шкурами полу. - Спальные коконы. Жаровни для тепла. Подстилки. Мы плохо знаем, что вам нужно, но тут привезено много вещей. Берите всё, что пригодится.

Айзек, пригнувшись, заполз в шатёр, деловито поправил камни, окружающие трёхногую подставку с "лампой", вытянулся вдоль округлой стены, потыкал кулаком в настил и довольно хмыкнул.

- Хороший шатёр. Скогны постарались.

Бледные гуманоиды, столпившиеся за спиной Гора, зашевелились, закивали, энергично встряхивая блестящими гривами. Улыбались они, не разжимая губ, но под губами угадывались длинные заострённые зубы. "Выдры," - вспомнил Гедимин. "Водяные хищники."

- Я заселюсь здесь, - сказал Айзек, вытаскивая из угла ещё одну "каркасную" кость - в этот раз одиночный отломок - и привычным движением вставляя в естественные пазы; на получившуюся перекладину он тут же повесил какие-то тряпки. - Кенен, ты не против?.. Пусть все посмотрят свои шатры, и минут через пять встретимся у подвод. Там, кажется, что-то привезли?

- Съестное, - отозвался Гор, отходя от "дверного" проёма. Он что-то быстро протрещал Скогнам, указывая на Вепуата и Гедимина - точнее, на предметы за их плечами: дроны и оружие. Скогны брызнули врассыпную. Гедимин и Вепуат переглянулись.

- Здесь буду я, - сказал, едва заглянув во второй шатёр, Гварза. Он дотянулся до свёртков, небрежно разворошил их, покосился на кости-отломки, разложенные на краю каменного фундамента, и снова поднялся на ноги.

- Устроим этих двоих. Гедимин! Никакой работы в жилой зоне, ясно?

Сармат угрюмо сощурился, но промолчал - вокруг было слишком много интересного, чтобы тратить время на Гварзу.

У следующего шатра из сумрака вынырнули Скогны с чем-то лёгким, но объёмным. Гор щёлкнул клешнёй, и они, переглядываясь, начали что-то объяснять. После ещё одного жеста они подались назад, оставив свою ношу у входа в шатёр, прямо на траве.

- Подушки, - сказал Гор. - Для ваших вещей. Вот для этих двух - две маленькие или одна длинная?

Он указал на дроны Вепуата.

- Или жёсткая подставка? Может, им надо висеть?

- Д-двух подушек хватит, - отозвался Вепуат, слабым жестом указывая на те предметы, что поменьше. Скогны с радостными возгласами похватали их и кинулись в шатёр. Гедимин подошёл к длинной подушке, с сомнением потыкал в неё пальцем.

- Моё оружие сильно греется. Если положить сюда, эта вещь загорится. У Вепуата такое же. Тут есть негорючие подставки?

"Или, правда, подвесить к каркасу?" - он недоверчиво сощурился на тонкие изогнутые кости. "Лучше не рисковать. Эта штука и так еле держится."

Гор резко что-то прощёлкал, и Скогны сгрудились вокруг подушки, что-то обсуждая. Потом один из них метнулся к волокушам. Они двигались так стремительно, что у Гедимина рябило в глазах; он даже не отследил, когда гуманоид вернулся, неся в охапке ещё одну подушку такой же формы, только другого цвета и странно блестящую.

- Aasane! - существо смяло край материи в кулаке и оглянулось на Гедимина. - Aasanthullak!

Сармат мигнул.

- Это негорючая ткань, - пояснил Гор, жестом отгоняя Скогна в сторону. - Внутри и снаружи. Выдерживает расплавленный металл. Проверь, если хочешь.

Скогны оживлённо заверещали, кто-то потянулся за "фонарём". Гедимин качнул головой.

- Ладно. Вепуат, возьми. Оружейная... подушка, - он криво ухмыльнулся. Вепуат ответил нервной ухмылкой и положил подушку у "стены".

- Мы с тобой, выходит, рядом, - он кивнул на соседний, пустующий шатёр. - Смотри, на твоём крючки чёрные, а у меня синие.

Он указал на примитивный запирающий механизм на краю полога. Гедимин огляделся и кивнул - похоже, только этот элемент и различался в одинаковых строениях.

"Своеобразная конструкция," - вежливо думал он, вползая в свой шатёр. Скогны уже притащили ему "оружейную подушку", кто-то даже соорудил из отломка кости вешалку. Гедимин потянулся было к анализатору, но услышал в наушниках сердитое шипение Гварзы и нехотя отвернулся от неизученной жаровни и вороха тряпья... или, возможно, шкур.

"Волокуши! Похоже, те самые..."

"Подводы", как назвал их Айзек, стояли на краю плато, поодаль от "жилой зоны". Уже сильно стемнело - Гедимин перестал различать цвет травы на склонах - но аборигенам это не мешало. Они сновали среди вещей, редко высовываясь на свет, и только по громкому щелчку жвал Гора прекратили броуновское движение и развернулись к пришельцам. Здесь были только тёмнокожие, совсем уже мелкие, с желтоватыми и рыжими гривами и сильно вытянутыми вперёд челюстями. Забравшись на волокуши и бочки, они глазели на сарматов, изредка пронзительно перекрикиваясь.

- Здесь вода, - Гор указал на большие бочки с боковыми выступами - то ли патрубками, то ли необрубленными отростками необработанного дерева. - Каждый день будет свежая. Бронны проследят. Самая чистая, из родников Алвена.

Бронны заверещали, но Гедимин смотрел не на них - краем глаза он заметил очень выразительные лица ближайших Скогнов. Возможно, он неправильно понимал мимику аборигенов - но это выглядело, как очень кислые натянутые ухмылки.

- Здесь ещё и припасы? - Айзек покосился на ряды корзин, бочонков и сваленные на волокушу тюки. Накрытые корзины выглядели обычными - насколько может быть обычной примитивная плетёная ёмкость из срезанных веток - но, присмотревшись, Гедимин увидел очень мелкое, плотное, многослойное и какое-то хаотичное плетение. "Это не ветки," - подумал он. "И, похоже, не плетёнки. Оно так и растёт."

- Всё, что смогли привезти, - отозвался Гор. - Плоды, корни, звери. Здесь на десять дней. Вот кухня...

Из-за навеса, поставленного на одну из волокуш (она лежала на земле почти горизонтально, без заметного перекоса), высунулся Бронн с огромной для его роста ложкой, поймал на себе взгляд Гедимина и оживлённо заверещал. Гор громко щёлкнул жвалами, и расшумевшиеся аборигены притихли.

- Они хотят узнать, что вы будете есть, - пояснил "богомол". - Сегодня - и завтра тоже. Некоторая еда готовится долго. Они хотят, чтобы всё было очень хорошо.

- Передай им благодарность, - отозвался Айзек со слабой улыбкой. - Зря их не предупредили. Мы, как и всегда, едим только свою пищу. Всё, что они привезли, можно забрать обратно.

Гедимин покосился на молчаливых Скогнов - их ухмылки из натянутых превратились в искренние, зато Бронны на волокушах заметно помрачнели. Один из них спрыгнул к ногам Гора и что-то затараторил, быстро, но приглушённо. Гор повернулся к Айзеку.

- Руниен предупреждал их, но они опять решили по-своему. Они жалеют, что сделали глупость. Ненужное будет увезено сегодня же.

Бронн с ложкой подал голос - еле слышно и, как показалось Гедимину, смущённо. Гор что-то ему ответил.

- Всё-то можно не увозить, - пробормотал сармат, глядя на корзины. - Нам же нужны образцы. Может, это годится на субстрат... ну, экипажу станции надо будет что-то есть? Через порталы не натаскаешься...

Вепуат ткнул его кулаком в бок, прерывая бормотание. Айзек едва заметно кивнул.

- Пусть оставят десять плодов каждого вида, - распорядился он. - Сложат их на холоде отдельно. Они нужны для нашей работы. Остальное можно увезти.

"На холоде?" - Гедимин мигнул. "У них на волокушах холодильные установки? Навряд ли. Разве что лёд в мешках... есть тут ледники? Отсюда не видно..."

Отсюда - над шатрами, под тускнеющими, но ещё не погасшими небесными узорами - было видно кое-что другое - вытянутая цепочка багровых вспышек. Они то исчезали, то разгорались с новой силой, но общие очертания зубчатой огненной полосы оставались неизменными. Гедимин подозрительно сощурился на них и бросил быстрый взгляд на камни под ногами. "Вулканическая цепь. Очень активная. Надо поискать тут лаву и пепел..."

- Бронны просят оставить кухню и припасы для тех из них, кто будет тут работать, - снова заговорил Гор. - Они обещают поставить её в стороне и не мешать вам.

Айзек смущённо хмыкнул.

- Да, разумеется. Я должен был об этом подумать. Пусть сами решают, сколько чего им надо. Скажи им, что мы благодарны за помощь.

Бронны оживились. Гедимин настороженно сощурился и перехватил взгляд Айзека - тот уже отвернулся от припасов и высматривал что-то за шатрами, в стороне "посадочной полосы".

- Тут будут работать аборигены? - спросил он, поймав Айзека за плечо - тот очень быстро куда-то направился. - Ты не предупреждал. Им же нужен инструктаж, спецодежда...

Айзек успокаивающе похлопал его по локтю и очень осторожно отцепил пальцы Гедимина от своего скафандра.

- Пока ничего не нужно. Это вспомогательный персонал, не лабораторный. Охрана, уборщики, доставка...

Гедимин оглянулся на Броннов - они ловко, объединившись по трое-четверо, затаскивали крупные грузы на волокуши. "Не такие уж слабые," - щёлкнуло в мозгу. "Надо бы взвесить такую бочку..."

- Они будут здесь... роботами-уборщиками? - он невольно поморщился. - Они это... по своей воле? Это же не... рабы?

Едва договорив последнее слово, Гедимин услышал звонкий щелчок - на его плечо опустилось хитиновое лезвие. Голос Гора звучал ровно, как обычно, но фоновый треск стал на порядок громче - слова даже трудно было разобрать.

- Здесь нет никого не по своей воле. Это простая помощь. Я могу сказать им уйти.

Айзек замотал головой и сердито сощурился на Гедимина.

- Никто не должен уходить. Атомщик! С каких пор поддержание чистоты стало зазорным?!

Сармат смутился - похоже, он опять нарушил какую-то традицию.

- Мы могли бы роботов привезти, - пробормотал он. - Но если они сами... У них, может, другая, важная работа...

Айзек тяжело вздохнул.

- Все хотят помочь в такой большой стройке, - сказал Гор в затянувшейся тишине. - Бронны тоже. Так мне не говорить им уйти?..

...Груз принайтовали надёжно - насколько это было возможно при тросах из непонятного волокна и костяных или деревянных крючьях-креплениях. Гедимин смотрел издалека, как Бронны забираются на повозки, и всё равно пропустил момент, когда волокуши двинулись вниз по склону. В темноте трудно было рассмотреть почти плоские спины с угловатыми выступами - когда тягловые животные отделились от земли, сармат изумлённо мигнул. Они двигались с неожиданной скоростью - не прошло и пары секунд, как красные огни зажглись в долине между холмов и тонким ручейком утекли в черноту. С края плато, где поставили кухню и бочки с водой, доносились оживлённые возгласы - оставшиеся Бронны собрались там. За шатром мелькнула бледная тень, сверкнул наконечник на длинном древке - обещанная охрана заступила на посты.

"Почти уже стемнело," - Гедимин взглянул на чёрное небо с узкими светловатыми полосами и пятнами. "Какое-то оно... складчатое. Интересно, что там светится? От нас звёзды видны не так..."

За спиной насмешливо хмыкнули.

- Астроном-любитель... Ты работать сегодня собираешься?

Гедимин развернулся к Гварзе и угрюмо сощурился.

- Я работаю.

Тот еле слышно хмыкнул.

- Через час тут окончательно стемнеет. Выстави защитное поле по периметру лагеря. Иди!

Гедимин смерил его мрачным взглядом и нехотя повернулся к шатрам. "Защитное поле... Где у этого лагеря периметр? Надо захватить с запасом, тут же ещё часовые... Где они, кстати?"

Обойдя с генератором вершину холма, он всего один раз заметил блеск наконечника чьего-то копья и белесое лицо, мелькнувшее в сумраке. Ему казалось, что уже достаточно стемнело, но чернота продолжала сгущаться - Гедимин уже с трудом отличал один шатёр от другого, чёрные силуэты, не разделённые световой полосой, сливались друг с другом и со "складчатым" небом.

"Готово. Поле в два слоя. Купол несплошной, но - тут же не от ядерного взрыва прикрываться, верно?"

Гедимин выключил "арктус" и, привыкнув к темноте, медленно поднял руку с анализатором. Вспыхнувший экран показался ему неприятно ярким.

"А теперь начнём работу. Сканирование атмосферы... осторожно, без спешки, уменьшить дальность, увеличить чувствительность..."

На экран высыпались короткие строчки, и Гедимин с присвистом выдохнул в респиратор. "Началось..."

Ни одного знакомого атома в непонятных наборах значков не было - это вообще ни с какой стороны не походило на периодическую систему элементов, скорее - на сбившуюся кодировку. Гедимин щёлкнул пальцем по корпусу анализатора, направил его в другую сторону, "просвечивая" кубометр за кубометром. Значки вспыхивали раз за разом - непонятные, но, как очень быстро заметил сармат, каждый раз одни и те же. Он глубоко вдохнул, прислушиваясь к ощущениям, - через респиратор вроде бы проходил обычный воздух с хорошим процентом кислорода. "Интересно, что я выдыхаю..." - он поднёс к маске "перистые щупы" анализатора и выдавил из лёгких весь воздух. На экране на секунду высветился углекислый газ - и тут же растаял, смешавшись с элементами чужой периодической системы.

"Значит, внутрь идёт неизвестно что, а наружу - углекислота," - сармат озадаченно хмыкнул. "В какой момент оно, интересно, перерождается? Или я пока расходую свой собственный, привезённый кислород, а как он кончится - буду выдыхать всё вот это?"

Он направил сканер на себя - и ожидаемо увидел слой нейтронностойкого фрила и ипроновую обшивку. Просунуть щупы под скафандр, не смешав две атмосферы, удалось не с первого раза. Гедимин уставился на экран - и облегчённо вздохнул, увидев знакомые обозначения азота, молекулярного кислорода и инертных газов. "Непохоже, чтобы оно в скафандре перемешивалось. И во мне вроде ничего такого нет. Ничего не понимаю..."

Он направил анализатор на лагерь, "просвечивая" насквозь шатры и наблюдая, как сканер собирает данные в голографическое изображение. Он работал исправно - кости не "слипались" со шкурами, отчётливо были видны ремешки креплений и крючки на краю полога - их состав несколько отличался, но знакомых атомов Гедимин не видел нигде. Луч сканера упёрся в землю, подсветив подвижный слой миниатюрных растений, рыхлые мелкие камешки, подозрительно похожие на капли расплава и крошёную пемзу, метров пять рыхлых камешков... и на экране показались криво лежащие пласты горных пород. Тот, что был прямо под холмом, выпирал под небольшим углом; он был гораздо больше холма, сканеру не хватило мощности проследить за ним, но это был всего лишь один из многих плотно сжатых слоёв. Здесь полосы лежали узко и часто чередовались, - на триста метров глубины Гедимин насчитал пять прослоек, обозначенных разными наборами символов.

"Взять из каждого пласта керн, проверить свойства и сопоставить с этими строчками," - Гедимин присел на корточки, приложив ладонь к слою крошева. Камешки шуршали под пальцами, бур никак не дотягивался до материкового пласта. "Тут пять метров. Надо взять подходящий инструмент. Или поискать скальный выход..."

За плечом что-то зашелестело, и по скафандру сармата осторожно постучали. На незнакомый стук Гедимин развернулся, резко выпрямляясь, и встретился взглядом с фасетчатыми глазами гигантского "богомола".

- Хорошей работы. Сожалею, что прервал. Твоя стена вокруг стоянки?

Гедимин кивнул.

- Не всё с ней хорошо, - сказал, немного помедлив, Гор. - Внизу, под холмом, Бронны устроили отхожую яму. Твоя стена перекрыла к ней подходы. Бронны сильно смущены.

Гедимин растерянно мигнул. Смысл выражения "отхожая яма" вспомнился ему секунды через три - и он сам смутился до жара в затылке. "Hasu! Совсем забыл. Они же, как вся фауна, должны испражняться. Вот досада..."

- Где это место? - спросил он, смущённо щурясь. - Растяну стену вдоль него.

В темноте за спиной Гора засверкали десятка два глаз - кажется, все Бронны незаметно собрались вокруг "богомола" и ждали, чем кончится дело. Гедимин смутился ещё сильнее. "Могли бы сразу сказать," - подумал он, но тут же осёкся. "Они не знают нашего языка. Знают только эти... стражи договора?.."

...Вверх по склону сармат возвращался, светя себе под ноги фонариком, - травы путались в пальцах, сыпучий грунт норовил вытечь из-под ступни, купола шатров окончательно слились с чёрным небом, на котором уже не проступали подсвеченные складки. Выбравшись к лагерю, Гедимин отметил с досадой, что красно-оранжевые "фонари" сильно потускнели - видимо, выжгли всё топливо. "Да какая разница. Сканер и в темноте видит..."

Гедимин направил луч на край плато и не сдержал радостной ухмылки, увидев на экране знакомые символы. "Неужели сработа... Э-э, там ипрон?"

- Ремонтник, это ты на меня "светишь"? - с нервным смешком спросил Вепуат, зажигая фонарь. Свет отразился от гладкой обшивки дрона, висящего чуть выше его плеча, и сканер Гедимина уловил характерную рябь - встречный сканирующий луч.

- Ну как, нашёл что-нибудь?

- Много всего, - буркнул Гедимин. - И ничего понятного.

Вепуат протяжно вздохнул.

- То же самое, ремонтник. Символьная каша на весь экран. Но, что любопытно, - с обоих дронов каша одна и та же. Покажешь свою?

Гедимин развернул голограммой несколько последних минут сканирования. Вепуат пригляделся и радостно хмыкнул.

- Сходится! Очень много сходится. Ты вот что... не торопись пока. Тут нужна система. Мы просканируем одно и то же и сопоставим наши записи. И каждую выявленную штуку будем как-то обзывать. Хотя бы "АБ-ноль-ноль-один" или "Альфа-семьсот". Только нужно знать наверняка, что под сканерами было одно и то же. Я сейчас делаю карту холма. Ты подожди, я закончу, и пойдём аккуратно по квадратам. Ладно?

Он смотрел на Гедимина с опаской, будто сармат мог на его глазах превратиться во что-то непонятное, и голос его, деланно-весёлый, странно дрожал. Ремонтник с трудом улыбнулся, хотя в темноте это навряд ли заметили.

- Хорошо придумано. Надо было мне самому сообразить. Странно тут голова работает...

- Да что тут не странно... - отмахнулся Вепуат, резкими жестами отправляя дроны высоко в небо. - Удивительно, что приборы не сбоят. Ты тут... не пропадай никуда, ладно? Дозиметрию там поделай...

Гедимин покосился на дозиметр. "Ага, рассеянная "сигма"... и "омикрон" тоже тут. Ослабевает со временем... вероятно, в светлое время суток он гораздо сильнее. Возможно, счёт на десятые доли кьюгена. Странно, что аборигены приспособились. Не видел у них признаков лучевой болезни. И этот Руниен - он даже не абориген... Что-то странное с этими излучениями."

Обдумать обнаруженную странность помешал громкий шорох за шатрами. Гедимин двинулся на звук - и увидел в слабом свете аборигенского "фонаря" мелкие силуэты Скогнов, а за ними - что-то массивное, в красной чешуе и блестящих жёлтых шипах.

- Стой! Кто здесь? - он направил луч фонаря на красную тушу, и в тот же момент копьё Скогна ударило его по запястью. Удар оказался удивительно точным - крепление отщёлкнулось, и фонарь, погаснув, улетел в темноту.

- Вот это было напрасно, - донёсся из-под красной чешуи спокойный рокочущий голос, и лапа с огромными когтями протянула Гедимину выключенный фонарь. - Как рука?

Сармат машинально ощупал запястье. В голове быстро щёлкало - и наконец всплыли пропущенные мимо ушей слова о притушенном свете и ночных гостях. "Мать моя пробирка..."

- Ты Калиг? Напарник Гора и Руниена? - Гедимин досадливо сощурился. - Нас предупреждали. Не сообразил. Извини.

- Ерунда, - отозвался когтистый; он был одного роста с Гедимином, а в плечах даже шире, и по очертаниям, увиденным в сумраке, сармат врукопашную на него идти не рискнул бы. - Нас частенько так встречают. Ты ещё сдержанный - схватил фонарь, а не оружие. Ну так - рука не болит?

Гедимин отмахнулся. Скогны успели раствориться в темноте - сармат не видел никого из них, но подозревал, что далеко они не отходят.

- У тебя с глазами... свет режет? - пробормотал он, кое-как подобрав слова. - Можно сделать маску из тёмного сте...

Он прикусил язык - яркие картинки "равнинной трансформации" всплыли перед глазами на середине слова "стеклоподобный". Калиг шумно выдохнул - это был рокочущий звук, похожий на отдалённый гул мотора.

- То-то и оно. У вас там много всяких интересностей. А вот как оно здесь...

Он оглянулся в темноту и коротко рыкнул.

- Мы с братом будем тут до рассвета. За стену свою не бойся - стоит, где стояла.

Выдернув из земли уже знакомую Гедимину палку-позвоночник с деформированным кольцом вместо навершия, существо двинулось вдоль шатра и моментально слилось с красноватой темнотой. Гедимин пристегнул забытый фонарь к запястью, пощупал едва заметную щербину на броне и помянул про себя спаривание "макак".

- Вепуат, - прошептал он в коммутатор, вспомнив о разведчике, так же блуждающем в темноте. - Тут пришли союзники. Здоровенные и в красной чешуе. Не пугайся и не свети на них.

- А я его видел, - отозвался Вепуат откуда-то из-за шатров. - Вместе с тобой, на сканере. Тебя не поранили?.. У того Скогна, что тебя ударил, забрали копьё. Теперь он в загородке на волокуше - я так понял, его заперли.

Гедимин мигнул. "Я ничего не видел. Удобная штука - сканер."

- Видишь, где в стене проём? - спросил он. - Надо заделать. Где прошли эти двое?

- Нет никаких проёмов, - ответил Вепуат. - Я, как его увидел, сразу всё проверил. Не знаю, где они пролезли, но твоя стена цела.

"Стоит, где стояла," - промелькнуло в мозгу сармата, и он покачал головой. "Интересное явление. Купол-то сплошной, надо всем холмом..."

- Выходи к шатрам, на свет, - попросил Вепуат. - Я почти закончил, надо нам дальше скоординироваться.

Минуту спустя они стояли на пятачке между четырёх шатров, в перекрестье красноватого свечения из-под откинутых пологов, и Вепуат деловито цеплял дроны кабелями к передатчику Гедимина.

- Пусть и у тебя будет. Стандартная карта-сетка. Вот эти два квадрата видишь? Тут меньше всего органики, и ближе материк. Нам бы их тщательно прочесать. И набрать образцов.

- Тут пять метров крошёной пемзы, - буркнул Гедимин, оглянувшись на горизонт; полоса огней потускнела, но один из них горел довольно ярко, неровно, будто где-то вдалеке из вулкана толчками изливалась магма.

- Чем тебе пемза не образец? - отозвался Вепуат, поворошив ступнёй камешки. - С чего-то надо начинать. Ты смотри, сканируй по-всякому - и по атомам, и по сложным молекулам, и по структуре. Чем больше данных, тем лучше.

- С атмосферы начнём, - Гедимин вспомнил свои опыты с составом выдыхаемого воздуха. - С трёх метров над грунтом. Потом пойдём вниз.

"А потом - в лабораторию, и до утра будем сверять," - закончил он про себя и с тоской вспомнил Константина. "Его бы сюда - сопоставлять и анализировать. А мне одного странного вещества хватало с головой..."

... - У тебя в пробирку с зелёными насыпались красные, - сказал Вепуат, разглядывая образцы в ярком свете двух фонарей. - А тут ещё и чёрный.

- Я по сканеру смотрел, - буркнул Гедимин, досадливо щурясь. - Это один минерал.

- Ну-ну, - отозвался Вепуат. - Посмотрим на сканограммах. Не люблю копаться в темноте - всегда ерунды накопаешь.

Гедимин на пару секунд зажмурился; хотелось протереть уставшие глаза, но мешал лицевой щиток. Последнее время его донимала странная усталость - будто он отработал не одну смену. Покосившись на часы, он удивлённо мигнул - они показывали два часа дня. "Перенастроить на местное время..." - он снова зажмурился, встряхнул головой, отгоняя дремоту. Вепуат протяжно зевнул.

- Знаешь что? Нам бы выспаться. А то мы тут насканируем. Кто куда, а я в шатёр.

Гедимин покосился на ненадёжное сооружение из костей и шкур.

- Накрыть тебя защитным полем? Не нравится мне эта пемза...

- У меня свой генератор, - отмахнулся Вепуат. - Иди спать. Надеюсь, часа четыре нас не хватятся...

Полог опустился. Крючки остались непристёгнутыми - Гедимин видел в узкий просвет, как гаснет красный луч, и слышал, как Вепуат копается в подушках и тряпье. Он покосился на свой шатёр, резко качнул головой, стряхивая сонливость, и пошёл на свет - к лаборатории, зажатой между двумя цепочками ярких огней. Ему было не по себе среди шевелящейся без ветра "зелени" и багровых отсветов.

В лаборатории свет был привычный, белый; несколько секунд Гедимин смотрел на лампы и блаженно жмурился. Видимо, его шаги услышали - крышка люка скользнула в сторону, в узкий отсек выглянул встревоженный Айзек.

- Гедимин? Ничего не случилось?

- Пока спокойно, - отозвался ремонтник. - Калиг заходил...

- Они к нам заглядывали, - Айзек едва заметно улыбнулся. - Ещё не спишь? Я собираюсь. А вам, разведчикам, так давно пора. Представляю, чего вы в темноте накопали!

Гедимин досадливо сощурился.

- Долгие тут ночи?

- Здесь, на краю? Часов шестнадцать, - отозвался Айзек. - Так что спи спокойно. Выспишься, поработаешь, устанешь и снова заснёшь. Тут длинные дни, атомщик. Надо как-то приспосабливаться.

"Мать моя пробирка..." - даже на удивление уже не осталось сил. "Зря мы тут устроили лагерь. Это не работа, а сплошная спячка. Или надо ставить нормальное освещение. От этих красных ламп только глаза жжёт."

- Вепуат сделал карту холма, - сообщил он. - А я провёл дозиметрию. Теперь будем смотреть образцы.

Айзек одобрительно хмыкнул.

- Только выспитесь сначала. И смотрите в лаборатории, а не в шатре. И от шатров много не отколупывайте - а то увлечётесь...

Он отодвинулся от проёма, жестом приглашая Гедимина внутрь.

- Пригнись, тут местами тесновато. А вот тут можно стоять.

Гедимин боком протиснулся между стендом механических испытаний и зачехлённой литейной станцией к миниатюрной химической лаборатории. Над ней горел яркий свет; Айзек, проходя мимо, погасил почти все лампы, оставив пару светодиодных цепочек.

- Проверял образцы пищи, - он, жестом попросив Гедимина пригнуться, пробрался к дальнему столу, накрытому защитным полем. - Надо бы на живых организмах, но из живого у нас тут только Би-плазма. Вот, смотрю, как питается.

Он кивнул на стойку с двумя десятками прозрачных кассет с шевелящимся содержимым. По бокам виднелись написанные от руки этикетки. "Контроль" - были обозначены две нижние ёмкости; их содержимое лежало спокойно.

- Главное, сам не ешь, - пробормотал Гедимин, разглядывая кассеты. В некоторые чужеродное вещество загрузили, измельчив в кашицу, куда-то засыпали мелкий порошок - всё, что осталось от органики после крекинга, обычной переработки в субстрат. Би-плазма шевелилась - если в её пище и были токсины, действовали они, похоже, медленно.

- Такие проверки - дело долгое, - сказал Айзек, аккуратно, но настойчиво оттесняя Гедимина к выходу. - Минимум на месяц. Иди спать, атомщик. Ты ничего не пропустишь!

...Два шатра из четырёх были пусты. Из жилища Вепуата не доносилось никаких звуков. Гедимин осторожно пролез под пологом и, втянув внутрь ноги, кое-как сел рядом со светильником. У стены отдельно лежала несгораемая подушка; сармат долго держал в руках сфалт, прежде чем положить его, и ещё несколько секунд наблюдал, как он лежит на зеленовато-серой ткани с хаотичным чёрным узором. Выждав немного, он дотянулся до приклада и щёлкнул переключателем - и улыбнулся, услышав свист охладительных насосов. На табло замелькали цифры - реактор "разогревался" так же стремительно, как в Ураниум-Сити. Гедимин держал ладонь на прикладе, и ему мерещилось ровное тепло.

"Хватит," - сармат нехотя заглушил реактор, покосился на ворох вещей и измерил взглядом расстояние между каменными стенками-опорами. "Места хватит. Только вот это убрать..."

Он взялся за кованую ножку жаровни, одобрительно хмыкнул, найдя свисающий на цепочке колпак - тоже кованый, и даже с каким-то орнаментом, хотел накрыть огнеопасный предмет и вынести на улицу, но остановился на полпути. "Ровный жар. Непохоже на огонь. На чём оно работает?"

Верхняя часть жаровни состояла из каменных пластин, сложенных в подобие чаши; их было несколько, но швы между ними даже Гедимин еле разглядел - кто-то постарался с обработкой. На дне расходящейся чаши сармат увидел ту же пемзу, что хрустела под ногами, но в ней ещё поблескивало что-то красно-жёлтое - небольшие фрагменты сильно разогретого минерала. Гедимин осторожно поворошил камешки когтем - в ладонь ударил жар, свет стал ярче.

"Тут, внизу, ничего нет," - сармат включил сканер. "Только чашка с каменной крошкой. И эти штуки ничем не подогреваются. Они сами выделя... Hasu!"

Он схватился за дозиметр - и ничуть не удивился, увидев подсвеченный значок "омикрон" и стрелку указателя, уткнувшуюся в чашку. Перечитав показания, он резко выдохнул и прочитал их ещё трижды. Ошибки не было - странный минерал "фонил" в омикрон-диапазоне, но на четыре порядка меньше, чем "полыхал" бы разогревшийся до такой температуры ирренций. Гедимин подозрительно сощурился на экран в поисках нейтронов, не увидел их, поднял один фрагмент на ладони и проверил его отдельно - и, махнув рукой, выставил светильник из шатра. "Похоже, это местный генераторный плутоний. "Светит" слабо - всё уходит в нагрев. Ирренций в составе... омикрон-распад должен, по идее, давать уран на выходе. Урана не видно... Ладно, всё потом. Надо спать, пока мозг не расплавился."

Он сдвинул все странные тряпки к дальней стене и улёгся поперёк, ногами к выходу. С крючками на пологе возиться не стал - там тоже могло обнаружиться что-нибудь противоречащее законам физики, и весь сон пошёл бы насмарку. Несколько секунд он устраивался, шурша подстилками и каменным крошевом под ними, потом затих, пристроив голову на согнутую в локте руку. Вдалеке что-то постукивало, звенело, плескалось; потом Гедимин начал различать голоса - Бронны, собравшись у полевой кухни, что-то обсуждали, стараясь говорить шёпотом, но то и дело срываясь на пронзительный писк. "Шли бы они спать," - думал сармат, медленно проваливаясь в дремоту; ему уже мерещилась лаборатория и срабатывающие тревожные датчики.

...Когда Гедимин открыл глаза, вокруг было всё так же темно, а где-то за шатром переговаривались Бронны. Сармат сдвинул с запястья пластину, взглянул на часы и хмыкнул. "Десять вечера. А здесь ещё ночь. М-да, столько спать нас не учили..."

Он зажёг фонарь, нашарил фляжки, долго пил, утоляя накопившуюся жажду и голод, пока в голове не прояснилось. "Надо умыться. Легче будет думать. Заодно взять пробы воды. Гор называл её водой... надеюсь, это не какой-нибудь другой неорганический растворитель!"

Три соседних шатра были пусты, пологи откинуты, в двух горел свет; Вепуат у себя оставил светильник погашенным, а приспособление, вынесенное Гедимином из его "спальни", куда-то пропало. "Не взял пробы," - он досадливо сощурился, мысленно выругав себя за несообразительность. "Вепуат небось взял. Он быстрее думает. Вот что значит - не совать голову в реактор..."

Большие бочки с водой стояли на краю плато, у полевой кухни, подсвеченные одиноким "фонарём" на бортике волокуши. Едва Гедимин приблизился на десяток метров, голоса Броннов смолкли, а ещё через пару секунд за корзинами, бочонками и плетёными загородками засверкали глаза - аборигены выбрались наружу и уставились на сармата. Гедимин досадливо сощурился. "Когда они вообще спят?"

Он остановился у большой бочки - по меркам Броннов, наверное, эта ёмкость была огромной, как целая цистерна. "Чутьё" ремонтника подсказало, а сканер подтвердил - корпус выдолбили из древесного ствола, забили широкими затычками с двух сторон и просверлили краны-патрубки внутри необрубленных сучков. "И налито неизвестно что," - Гедимин сверился с анализатором и пожалел, что не взял из Ураниума пару канистр нормальной воды. "Ладно, Айзек и Гварза не отравились - как-нибудь выживу."

Вентилей на сучках, разумеется, не было - дырку затыкали какие-то губчатые наросты. Гедимин примял их пальцем, подставил контейнер для проб и смотрел, угрюмо щурясь, на прозрачную жидкость. "Любопытно, что ни флоры, ни фауны нет. При таком хранении - и ничего не завелось..."

Контейнер растворяться не спешил, как и бронированная перчатка. Бронны молча глазели со всех сторон. Гедимин помянул про себя уран и торий и подсоединил один из своих шлангов к деревянному "патрубку". Примятые "грибы" в кране, видимо, не успели восстановиться, а поток воды прижал их ещё сильнее, - внутрь потекло с хорошим напором, нагреватель загудел, принимая поступившую жидкость за обычную воду, через десяток секунд шланг отсоединился, и Гедимин заткнул кран защитным полем. "Вода" прогрелась быстро; сармат мысленно махнул рукой и лёг прямо на землю, чувствуя, как кожу омывает горячая жидкость. "Раствор в ней хорошо мылится," - отметил он про себя, слыша тихие щелчки лопающихся пузырьков. "Лучше, чем в Ураниуме. Приятно..."

Чуть поодаль на склоне белела мыльная пена - кто-то уже ополоснулся и слил отработанную воду прямо в промоину. Гедимин встал туда же. Горячая вода стекла, оставив ещё один мыльный след, на спину брызнула прохладная, приятно охлаждая кожу. Сармат подставил контейнер под сток и ждал, пока обсохнет тело под комбинезоном и мокрая голова, подозрительно разглядывая помутневшую жидкость. Через секунду он, спохватившись, сунул анализатор под броню и разочарованно вздохнул - момент, видимо, был упущен. На почти высохшей коже была только вода - два атома водорода и один - кислорода, ничего нового и совсем ничего интересного.

- А, вот ты где, - Вепуат, выйдя на открытое место, приветливо помахал дроном. - Исследуешь?

Гедимин недовольно сощурился.

- Взял пробы воды, - буркнул он, глядя на анализатор, прижатый к контейнеру с отработанной жидкостью. Знакомые обозначения на экране были, но очень мало. "Вот как это у них получается, а?"

- Вот и хорошо, будет дубль к моим, - деловито ответил Вепуат, пересаживая дрон с ладони на плечо. - Пойдём в лабораторию. Айзек нам уступает стол и немного посуды.

...Три листа бумаги, сверху донизу исчерченные столбцами обозначений, покрыла сетка пересекающихся прямых - сопоставление данных прошло успешно, но легче от этого не стало. Вепуат обвёл часть листа размашистым кольцом, и сарматы мрачно уставились друг на друга.

- Выходит, в местной атмосфере двенадцать значимых элементов. Шесть из них дают простые двуатомные молекулы, два - трёхатомные, у одного бывает и так, и сяк, а ещё он, те два и один из первых шести входят в сложные составляющие, - Вепуат поставил на листе несколько новых пометок. - Если бы удалось их все разделить и как-то с ними поработать...

Гедимин тяжело вздохнул.

- Теперь посмотрим воду, - Вепуат придвинул другой лист, оставив исчёрканный край первого на виду. - Если хорошо посмотреть воду, я думаю, мы выловим основной местный окисли... Ядро Сатурна!

- Угу, - мрачно отозвался Гедимин, глядя на обведённые неровными линиями наборы значков. Местная "вода" состояла из трёх видов двуатомных молекул, и ни одна составляющая в них не совпадала.

- М-да, - сказал Вепуат, покосившись на листок с анализом атмосферы. - Жизнь на Равнине явно непроста. По сорок процентов того и сего и двадцать этого...

Он на секунду задумался, глядя поверх плеча Гедимина в сторону литейной станции.

- Всё-таки мы выловим основной окислитель. Надо что-нибудь поджечь - и пронаблюдать.

Он решительно поднялся из-за стола и пошёл к горелке, попутно щёлкнув переключателем. Гедимин услышал тихое гудение вытяжки.

- Что поджечь? - спросил он.

- А всё равно, - отозвался Вепуат. - Любую местную органику. Сходи набери травы... или вон у Броннов отщипни от корзин. Только не полкорзины сразу!

Гедимин слегка сощурился, но из-за стола встал. "У него хоть какие-то соображения. А у меня полный череп вакуума. Ладно, пойду за травой..."

- Жечь будем снаружи, - буркнул он, покосившись на анализатор. Вепуат резко развернулся к нему, растерянно мигая.

- Почему?

Вместо ответа Гедимин щёлкнул по экрану. На нём выстроились в ряд обозначения до боли знакомых азота, кислорода и инертных газов.

- Ядро Сатурна, - пробормотал Вепуат, сверяясь со своим анализатором. - Экраны всё-таки работают... Может, заэкранировать всё по самые уши - и дело с концом?

- Всё не заэкранируешь, - отозвался Гедимин, скользя взглядом по образцам. "Эти минералы тоже проверить бы на горючесть... Ладно, начнём с местной флоры."

Снаружи ни на фотон не посветлело; сармат направил фонарь себе под ноги, и лиловая трава зашевелилась, подставляя веерные листья под луч. Собирать её было непросто - узкие нитевидные сегменты листа выскальзывали из-под пальцев, растение реагировало на любое касание, и в конце концов сармат сгрёб всё вместе с гравием и долго отряхивал от лишних минеральных примесей. Образец ещё трепыхался, когда Гедимин закрывал за ним крышку контейнера.

"И ещё пару горстей..." - сармат бросил в контейнер смятый комок красной травы и засунул шуршащую коробку под броню. "Теперь - к Броннам. Надеюсь, их корзины не будут уворачиваться..."

Выйдя из-за шатров, Гедимин сразу заметил на окраине шевеление. Из-за плетёной изгороди вынесли ещё один светильник и поставили у бортика волокуши так, чтобы он освещал открытые корзины и бочонки. В них рылись аборигены, пересыпая какие-то предметы в небольшие ёмкости. Над ними стоял Бронн с ложкой и периодически наклонял светильник, чтобы лучше рассмотреть что-то внизу. По его резкому окрику часть предметов из малой ёмкости была выкинута на склон, в темноту. Гедимин невольно поморщился. "Наши "макаки" везде мусорят, и эти туда же. Будет тут куча гнилой органики..."

Из темноты донеслось громкое чавканье.

Сармата заметили. Возня с корзинами прекратилась, Бронны подались назад, кто-то влез на бочонок, и все уставились на пришельца. Гедимин недовольно сощурился. "Незаметно не получилось. Как теперь объяснить им, что мне надо?"

- Я возьму образцы веществ, - сказал он, указав на ближайшую, почти пустую корзину. - Растительные волокна. От этого ничего не испортится.

Бронны молча глазели на него. Их заострённые уши стояли торчком, кто-то даже приоткрыл рот, показав небольшие, но острые зубы. "Как у Скогнов, но мельче," - подумалось Гедимину. "Тоже хищники... Так и знал, что по-нашему они не понимают. Что делать? Возьму образцы, будто так и надо. Будут сопротивляться - пойду искать переводчика."

Он поддел когтем туго свалянное волокно и отсёк небольшой фрагмент верхнего слоя. Потом перешёл к бочонку и срезал длинный выступ - древесная щепка была неплохим образцом местной органики. Бронны молча следили за сарматом, но не вмешивались.

"То, что в корзинах, может быть, тоже сгодится..." - Гедимин заглянул в ёмкость и тут же отказался от этой идеи - крупные круглые ягоды явно содержали очень много влаги и для сжигания не годились. Сармат подсветил их лучом фонаря и невольно усмехнулся - они просвечивали насквозь, и внутри загорались серебристые искры. "Красивый эффект..."

Бронны зашевелились. Тот, что с ложкой, подобрался ближе, спрыгнул на бочонок и поднял крышку соседней корзины.

- Kur-rui?

Возможно, вопросительная интонация Гедимину померещилась, но в следующую секунду Бронн зачерпнул несколько ягод и протянул сармату.

- Eik sha kur-rui?

Гедимин качнул головой, жестом отстраняя ложку.

- Не надо. Много воды, гореть не будут.

"Он предполагал, что я это съем," - сообразил сармат секундой позже. "Они же не поняли про образцы..."

Бронн следил за ним, пока не понял, что Гедимин уходит. Тогда он коротко взвизгнул, и аборигены снова зашевелились, возвращаясь к прежнему занятию. Сармат оглянулся на них из-за шатра и пожал плечами. "Как вообще предполагалось общаться? Айзек, кажется, знает их язык. Надо спросить, как выучил."

...Опасения у Гедимина были, и на всякий случай он держал генератор защитного поля наготове - но горсть травы, подымившись немного с краёв, вспыхнула и рассыпалась пеплом, как ей, собственно, и полагалось. Вепуат, довольно хмыкнув, стряхнул золу и сунул в кювету обрезок корзины.

- Немного оставь, сожжём внутри.

Гедимин отломил часть щепки и следил, как прогорают и рассыпаются растительные волокна. Вид привычного огня сильно успокаивал. "Экзотермическая реакция окисления. Никаких странностей," - он потянулся было к анализатору, но опустил руку. "Потом посмотрим. Наверняка там какой-нибудь бред."

Крышка люка сдвинулась. Мимо Гедимина и Вепуата, тяжело ступая и придерживаясь за край проёма, прошёл Гварза.

- Х-химики, ядро С-сатурна... - услышал сармат его угрюмое бормотание.

- Эй, держи горелку! - прикрикнул на Гедимина Вепуат, увидев, как тот разворачивается вслед за Гварзой. - Чуть образец не уронил!

- Держу, - буркнул ремонтник, отворачиваясь от шатров и сердито щурясь. "Что ему опять не так?! Сидел бы, работал..."

...Дым вытягивался тонкой вертикальной струйкой, уходя в вентиляционное отверстие. Вытяжка гнала его слишком быстро - анализатор едва успевал фиксировать продукты горения. Вепуат смотрел на экран и вздыхал. Гедимин тоже смотрел. Вакуум в голове от этого не становился менее разреженным, но видеть на экране оксид неизвестно чего было приятно - всё-таки оксид...

Рядом послышался шорох, за ним - шаги. Из-за переборки вышел Айзек, смерил сарматов усталым взглядом и слабо усмехнулся.

- Эксперименты?

- Сбор данных, - отозвался Вепуат, крепко прижав ладонь Гедимина к столу - тот только изумлённо мигнул. - Местная органика окисляется кислородом. Это, я думаю, важно.

- Скоро начнёт рассветать, - сказал Айзек, даже не взглянув на анализаторы. - А часов через восемь наконец станет светло. Издержки жизни на тихом краю... Можете перевести часы - через пару минут начнётся новый день. А ещё через четыре часа я отгоню лабораторию на базу. Работайте спокойно, пока есть время. Только следите, чтобы ничего из ваших образцов не уехало в Ураниум.

Он прошёл мимо, устало щурясь. Гедимин и Вепуат переглянулись и потянулись к часам. "Мы тут уже почти сутки," - думал ремонтник, настраивая продолжительность дня. "И вроде бы ещё не мутируем. Хотя - наверняка узнаем в понедельник. Интересно, какой день недели сегодня здесь. И делят ли тут время на недели."


4 день Жизни, месяц Металла. Равнина, Дальний Край, Сфен Земли

Вепуат заглянул в жаропрочную кювету и задумчиво хмыкнул.

- И всё-таки не срастается... выходит, тут три атмосферных окислителя. И все - основные. Вон, смотри, сколько зольных остатков. А сколько было при сжигании в местной атмосфере?..

Он дотянулся до исчёрканного листа и обвёл три группы символов жирной красной чертой. Сильно она, впрочем, не выделялась, - лист и так был исчерчен вдоль и поперёк. Гедимин молча взялся за передатчик и ввёл первую группу. "Принимать к расшифровке как..." - он на секунду задумался над выбором обозначения.

- Икс, - предложил Вепуат. - Икс-альфа... ладно, чтоб не путались с твоими излучениями, - икс-дельта, эпсилон и дзета. И, считай, нехилый кусок расшифровки у нас в кармане. Эти штуки... они тут много где засветились.

- Угу, - Гедимин снова ввёл в передатчик сканограмму равнинной "воды" и кивнул сам себе, увидев, как невнятная символьная каша ужалась и запестрела новыми, отчасти понятными обозначениями. "Три основных окислителя. И три вида органики, построенных на... Tza hasu! Понятно, почему тут нет науки. Это ж все мозги вытекут..."

Вепуат, шумно вздохнув, сгрёб все листки в кучу и придавил остывшей кюветой.

- Это всё очень познавательно, но пора бы и прерваться. Далеко убрал минералы?

- Вон, в углу стоят, - отозвался Гедимин. Он думал о местном аналоге углерода. Версий у него было две, и обе ему не нравились.

- Вот ими и займёмся, - Вепуат опустил массивную коробку на стол, где недавно лежала бумага, и зазвенел пробирками. - Посмотрим, что у нас тут. Поскоблим алмазом, постучим, погреем... Где бы взять алмаз?..

...Желтоватая светящаяся лужа застыла на дне тугоплавкого тигля, медленно теряя текучесть. Гедимин машинально огляделся в поисках литейной формы, подходящей не нашёл, в два жеста свернул из защитного поля опоку под кубическую отливку и опрокинул тигель над ней. Вверх потянулась тонкая струя раскалённого дрожащего воздуха.

- Смотри-ка, - Вепуат нехотя переложил осколки разных цветов в один контейнер. - Это и правда одно и то же, но разных цветов. Что-то вроде вулканического туфа.

Гедимин бросил в тигель очередной камешек и встал над анализатором, глядя, как прибор подсчитывает испарившийся газ, а на дне шкворчит и пузырится легкоплавкая порода. "Выделить плавкий остаток. Проверить."

- Итак, что у нас тут? - Вепуат заглянул в листок, приклеенный на край столешницы. - Тугоплавкий металл, хрупкая порода из двух фракций, крупнозернистые обломки... Плавятся?

- Горят, - отозвался Гедимин, глядя, как стремительно пустеет тигель - порода горела синим пламенем и испарялась на глазах, оставляя на дне крошечные чёрные крупинки. "А вот это уже интересно. Собрать и проверить..."

- Хм, - Вепуат поддел крупинку пинцетом и свёл на ней "щупы" анализатора. - Правильный кристалл-десятигранник. И ещё один. И этот тоже. Дай их сюда...

Он ссыпал кристаллы в кювету и ушёл к прессу. Гедимин взял со стола ячеистый контейнер, быстро наполнил его уцелевшими обломками и поднёс анализатор к остывающим отливкам - сантиметровому в поперечнике кубу и совсем миниатюрной пластине. "Сделать ещё. Посмотреть, как переносят резкое охлаждение. Металлы проверить на ковкость."

- Ремонтник, иди сюда! - крикнул Вепуат, вынимая образец из-под пресса. - Вот это уже интересно...

Гедимин подошёл к нему, но задержался у пресса - что-то с ним было не так. Он поднял поршень до упора, провёл пальцем, - на поверхности отпечатались чёткие остроугольные вмятины.

- Прочная, похоже, штука, - Вепуат попытался зажать образец в тисках, но кристалл выпал. - Не плавится?

- Двух тысяч ему мало, - ответил Гедимин. - Можно привлечь плазму, нагреть сильнее...

"А вот этому хватает тысячи восьмисот," - он перелил в форму очередную порцию пожелтевшего расплава. Первый образец уже светился тёмно-красным; пластинка легкоплавкого металла погасла вовсе, только радужная плёнка на её боку напоминала о высокой температуре. На секунду задумавшись, Гедимин бросил новый образец в контейнер с местной "водой". Жидкость забурлила, вверх поднялся пар, по экрану сигма-сканера побежали новые строчки.

- Закаливаешь? - хмыкнул Вепуат, заглядывая в дымящийся контейнер. - Льётся оно неплохо. Можно ещё проверить на ковкость. Нам тут нужно будет из чего-то тянуть провода...

Гедимин поморщился - забавные опыты только-только отвлекли его от перспективы строительства ИЭС из неизвестно чего неизвестно где. "Да, провода... Ещё вопрос, проводит ли оно электричество. Посмотрим..."

... - И чего только нельзя сделать с парой десятков камешков... - пробормотал Вепуат, выбираясь из-за лабораторного стола. - Напряжение ещё нужно?

- Отключай, - сказал Гедимин, откладывая в ячеистый контейнер два установленных проводника, один полупроводник и пять диэлектриков. "А чёрный песок, и правда, интересная штука. Собрать побольше и поэкспериментировать..."

- Пойду посмотрю, что ещё... А это что? - Вепуат, развернувшийся было к выходу, кивнул на конструкцию из защитного поля - длинную закупоренную трубу с тисками в открытом конце. Гедимин аккуратно уплотнял её, особенно тщательно обрабатывая закрытый торец.

- Облучатель, - коротко ответил он, пристраивая к трубе отсоединённый от брони дозиметр. "Возьмём твэл, сфокусируем и проверим... Вепуата надо выгнать... а нет, не надо, он в скафандре. Главное - не нафонить на металл..."

- Облучатель, - повторил Вепуат, опираясь на столешницу и почти нависая над недостроенной установкой. - Точно. Это важно. Сиди тут, я пойду к Айзеку - у него был гамма-источник.

- Ещё нейтронный прихвати, - сказал ему вслед Гедимин - без особой, впрочем, надежды. "Не даст - проверим только на омикрон и сигму. Разными способами."

Излучатель, собранный из стержня от миниреактора и нескольких слоёв защитного поля, помещался в кулак; зелёный свет сочился из-под пальцев, и Гедимин щурился на блики и едва заметно ухмылялся. Работа шла быстро: фиксация образца, луч, тридцать секунд - и всё по новой. На дозиметр сармат не отвлекался - прибор записывал данные, а их анализ лучше было оставить на потом, когда освободится Вепуат... и, если повезёт, Айзек. Тень, скользнувшую по плечу, Гедимин заметил не сразу.

- Ядерщик, м-мать моя колба... - донеслось от выхода. Когда сармат обернулся, Гварза уже исчез, но сдавленное шипение ещё звучало в наушниках. "S-sa has-su..." - Гедимин с присвистом выдохнул в респиратор. "Теперь-то что не так?!"

Усилием воли он заставил себя вернуться к эксперименту. Когда образцы закончились, Гварза ещё не вернулся; куда-то пропал и Вепуат. "Ладно," - Гедимин потянулся было за дозиметром, но остановился. "Есть ещё одна неизученная штука. И она весьма интересна. Где тут ближайший каменный светильник?"

Полог шатра Гварзы был опущен и застёгнут на все крючки. Гедимин тихо прошёл мимо, заглянул в свой "отсек", убедился, что светильник ему не вернули, и направился к жилищу Вепуата. "Жаровня" так и стояла посреди шатра, накрытая защитным колпаком. Гедимин провёл пальцем по ободу, - "крышка" была пригнана довольно плотно, открытый огонь под ней давно бы погас, но на вялотекущие экзотермические реакции притока воздуха могло и хватить. "Интересно, Айзек изучал эти штуки?" - подумал сармат, но тут же мысленно махнул рукой. "Он тут много чего изучал. Только информации в итоге ноль. Посмотрим заодно, какие металлы тут используют, - ножки и колпак явно из разных материалов..."

Разобрал светильник он за считанные секунды - никаких сложных соединений с дополнительной фиксацией, только примитивные пазы и шипы и немного клейкой смолы. Смола клеилась при нагреве - что-то вроде припоя; сармат взял образец, но отложил его, как явную органику, до возвращения более сведущих исследователей. Направил анализатор на колпак - и сердце радостно дрогнуло: этот же металл он недавно выделил из капель "шлака" на вершине холма. "Значит, местным он известен. И они... неплохо продвинулись в его обработке," - он осмотрел кованые завитки на колпаке, отдалённо похожие на языки пламени, и выгравированные значки - какую-то надпись, опоясывающую "крышку" дважды. Гравировка, по ощущениям сармата, была нанесена гораздо позднее и, скорее всего, другой рукой.

"А вот этот я не знаю," - Гедимин извлёк из кованой ножки тоненький керн и бегло осмотрел. Металл был красноватым и несколько пластичным. "Аналог меди или бронзы? Проверим..."

Верхняя чашка была сделана из камня полностью - и твёрдые "лепестки", и толстая, но лёгкая пористая подложка. Гедимин высыпал содержимое в жаропрочную кювету под вытяжкой, ожидая сильной вспышки, но жёлто-красные осколки только сверкнули, столкнувшись, и стали чуть ярче. "Воздух ни при чём," - сармат заинтересованно хмыкнул. "Может, что-то выделяется, но дозиметр не ловит? Ещё одни "сигма-кванты"?"

Он осторожно взял горячий осколок (его собственная температура была чуть больше трехсот градусов, и при отделении от основной массы он заметно остыл) и поместил в облучатель. "Луч..."

Камень вспыхнул жёлтым огнём, стремительно белея. Когда Гедимин отключил излучение, температура достигла уже девятисот градусов. Минуты три камень ярко светился, потом нехотя начал краснеть, "остывая" без подогревающего луча. Гедимин направил на него поток "сигмы" - остывание продолжилось.

"Интересная штука..." - сармат забрал камень и осторожно, один за другим, переложил все горячие осколки в отдельную кювету. Чем больше их там становилось, тем ярче они горели, - под конец горстка в сто граммов весом выдавала семьсот градусов, правда, на этом разогрев прекратился.

"А это что?" - Гедимин взял тёмный камешек - один из насыпанных в "жаровню" вместе с красными. Под лучом он остался таким же тёмным и холодным; анализатор показал мелкопористую структуру. "Просто неплавкий наполнитель. Видимо, во избежание перегрева..."

Он вставил в облучатель один из каменных лепестков, "посветил" на него и, оглядев отработанные образцы, отсоединил дозиметр от установки. "Пока работать не с чем. Посмотрим, что получи... Hasu!"

Он схватил каменный лепесток, сжал на нём "щупы" анализатора. "Это же омикрон-линза! Фокусировка луча... пятикратная интенсивность... местный обсидиан?"

Гедимин быстро засунул образец обратно в установку, закрепил дозиметр на прежнем месте - и, не дожидаясь, пока луч угаснет, впился взглядом в экран и ошалело мигнул. "Падение интенсивности? Рассеяние омикрон-луча?! Мать моя колба..."

Он ещё несколько минут вертел каменные лепестки, вставляя их то одной, то другой стороной, - результат не менялся. Луч, проходящий сквозь "чашу" снаружи внутрь, пятикратно усиливался, идущий изнутри наружу - во столько же раз ослабевал. Сканер, запутавшись на секунду в сложных неорганических молекулах, вывел на экран структуру минерала - тысячи микроскопических конусов, направленных остриём внутрь. Гедимин смотрел на них и задумчиво щурился, покачивая на ладони каменные "лепестки". "Все линзы в изделии развёрнуты правильно. На сканере структура видна, невооружённым глазом - нет. Но тот, кто эту штуку собирал, ничего не спутал. Видимо, отличия есть. На ощупь, на запах, на вкус?.."

Он хотел уже снять шлем и поискать отличия собственным языком, как на входе загудел, открываясь, люк. Гедимин мрачно сощурился на "дверь", ожидая вернувшегося Гварзу, но в лабораторию поднялся Айзек. Приветственно шевельнув ладонью, он прошёл было мимо стола, но развернулся и заглянул в кювету с раскалёнными камешками.

- Работаешь с кейеком? Ну да, ну да... Только осторожно, атомщик. Много не изымай. Это... довольно дорогой ресурс.

- То-то весь лагерь утыкан светильниками, - недоверчиво хмыкнул Гедимин. Айзек остался серьёзным.

- Да, мы очень почётные гости. Но меру знать надо. Хочешь взять образец себе - скажи мне, я поговорю со Скогнами. Возможно, они разрешат.

Гедимин накрыл кювету ладонью.

- Скажи, чтобы это не забирали. Надо изучить. Интересная штука. Этот камень - односторонняя омикрон-линза. Ты его изучал?

Взгляд Айзека на долю секунды прояснился, но тут же сармат снова погрузился в задумчивость.

- Как-то руки не дошли... Гедимин, тебе хватит получаса, чтобы всё это отсюда забрать? Минут через сорок я поеду к порталу.

Гедимин растерянно мигнул - он как-то и забыл о вахтовом графике.

- Забрать куда?

Айзек пожал плечами.

- Вынеси наружу, прикрой полем. Тебе охлаждение не нужно? Вроде нет... За полчаса, максимум - за час, мы лабораторию заменим. Занесёшь обратно - и продолжишь работу. И помоги мне ещё с кассетами...

...Образцы минералов - всё, кроме чашки с "кейеком" - Гедимин рассовал по карманам, твэл засунул в реактор, уже ненужную трубу-облучатель растворил - она уже начинала прогорать с торца. Кассеты Айзека - два десятка ёмкостей с живой Би-плазмой - стояли под охлаждением, но установка была с самого начала отключена. Гедимин отсоединил всю батарею и аккуратно поднял её.

- Просто поставь на ровное место за фонарём, - сказал Айзек, следуя за ним по пятам. Гедимин на ходу пытался заглянуть в прозрачные кассеты - Би-плазма в них выглядела как-то непривычно.

- Хорошо, когда выносить нечего, - пробормотал Айзек, отступая на шаг от кассет, пристроенных в кокон из защитного поля. - Эту операцию на работающих цехах мне и представлять не хочется. План наш надо бы доработать...

- Гварзу попроси. Он специалист, - отозвался Гедимин, опускаясь на землю и вглядываясь в сероватую массу за стеклом. Она колыхалась, но как-то странно - будто состояла из отдельных небольших комков.

- А! Я ж не сказал, - спохватился Айзек, садясь рядом с ним и показывая полувыпущенным когтем на один из контейнеров. - Один из видов пищи крайне токсичен. Тут я оставил кашицу. Пока Би-плазма была однородной, всё было в порядке, но как только началась специализация...

Он поддел кассету, показывая Гедимину остатки бурой кашицы и размазанный по ним неподвижный серый блин.

- Би-плазма это не переварила? - Гедимин недоверчиво сощурился. - Такое бывает?

Айзек кивнул.

- Как выяснилось, бывает. Хотя... - он тронул другую кассету. - Здесь та же пища, но после крекинга. Всё в порядке...

Серая масса шевелилась, тёмная от высыпанного в неё порошка субстрата, разрослась уже на две трети кюветы и дохнуть не собиралась. Гедимин озадаченно хмыкнул. "Терморазлагаемый токсин? При этом - не разлагаемый Би-плазмой? М-да... Ладно, я не биолог. Может, у них такое по десять раз на дню."

- Что это за ядовитая штука? Серебряные ягоды? - Гедимин вспомнил, как беспечно глазел на припасы аборигенов и чуть ли не тыкал в них пальцем. Айзек слабо усмехнулся.

- Ягоды? Ты видел kurrui? Не попробовал?.. Нет, ягоды куруи безвредны. Говорят, очень вкусно... только не с нашими рецепторами. Ядовиты такие круглые грибы, зелёные с бурым. По-местному - "куджагла"...

- Куджагла? - возглас за плечом Гедимина почти потонул в щелчках и хитиновом скрежете. Сармат резко развернулся, выпрямляясь во весь рост - он успел отвыкнуть и от акцента гигантского "богомола"-Гора, и от его внешности.

- Кто-то из вас ел пищу с куджаглой? - голос стража от волнения был невнятен. Айзек поспешно замахал руками.

- Никто не пострадал, Гор. Подопытные существа ели разную пищу. То, что ело куджаглу, мертво. Из нас никто не отравился.

Гор щёлкнул жвалами.

- Они привезли это сюда! Для кого на этой стоянке?! Скажу, чтобы немедленно убрали!

Он быстрым шагом пошёл к стоянке Броннов. Гедимин озадаченно посмотрел на Айзека - тот был удивлён ничуть не меньше.

- Ничего страшного, - сказал он Гору вслед, но навряд ли тот расслышал. - Лишний эксперимент только на пользу...

- Он сильно разозлился, - заметил Гедимин, прислушиваясь к скрежету и взвизгиваниям на окраине лагеря. - Почему Броннам нельзя это есть? Им же нужна пища...

- Бронны не едят куджаглу, - качнул головой Айзек. - И Скогны тоже. Для них это чистый яд. И меня сразу предупредили... И верно. Странно, что эти грибы в их запасах... Довольно много их там было - не меньше, чем других, съедобных... Ладно, Гедимин. Жди меня в лагере. Лаборатория скоро вернётся.

...Бронеход медленно сполз по склону. В утренних сумерках Гедимин видел его очертания и световое пятно от бортовых огней - и длинный тонкий силуэт Гора, идущего чуть впереди. Шум на окраине затих. В красном свете над шатрами проплыл тускло светящийся шар - Вепуат снова запустил дроны. Гедимин огляделся по сторонам. "Поискать ещё образцов..." - он присел на корточки, зачерпнул горсть камешков, попытался зарыться глубже. "Всё, что есть наверху, мы видели. Теперь нужен образец материковой плиты. Хотя бы верхней, той, что прямо под холмом..."

Сармат взглянул на карту, составленную Вепуатом. Хотя химический состав минералов ещё не прояснился, схема структур ясно указывала на край массивного однородного пласта, приподнятый с одной стороны. "Здесь должен быть обрыв, отвесный склон. Возможно, не обросший..."

Этот край плато был заметно круче остальных и слегка приподнимался - на считанные сантиметры, очень плавно, без сканера и не разглядишь. Под ногами шуршало - осадочный слой лежал неплотно, хотя тёмная местная трава торчала там и сям. "Не держит грунт," - Гедимин поворошил шевелящиеся листья. "Бесполезная штука".

Тонкие листья от малейшего касания ложились на гравий без сопротивления, но, кроме них, из травы торчали какие-то жёсткие элементы. Приглядевшись, Гедимин увидел толстые короткие стебли с утолщениями на концах. Они росли из каждого пучка травы - то одиночные, то ветвящиеся.

"Вечером этих штук не было," - Гедимин хотел отщипнуть пару отростков, но остановился. "Пусть биологи изучают. Кто у нас за биолога? Вепуат?.. Так и не нашёл, похоже, гамма-источник..."

Он взглянул вниз с обрыва и довольно хмыкнул - оголённый край "материка" был совсем рядом, метрах в шести, а чуть поодаль виднелась и промоина - удобный спуск, по местным меркам почти дорога. Сползать на когтях по пяти метрам сыпучего гравия совсем не хотелось, и Гедимин аккуратно обошёл ненадёжный склон и ступил на хрустнувшие под ногами колеи. Хруст привлёк его внимание; он опустился на землю, поддевая когтем осколок стеклянистой корки. Из неё торчали мелкие округлые капли - застывший расплав чуть более тёмного цвета.

"Интересные промоины..." - сармат покосился на светлеющее небо - туда, где недавно были видны вспыхивающие пики вулканической цепи. "Явное оплавление под потоком. Интересно, что тут текло..."

Он ковырнул когтем каплю расплава, потянулся было за анализатором, но вспомнил о так и не добытом образце "материка" и продолжил спуск по трещащему чёрному "льду". Оплавление, видимо, произошло давно - трава изъела корку корнями, нашла в ней какую-то питательность и выросла вдвое выше обычного, так, что пальцы Гедимина путались в ней. Жёсткие отростки тянулись кверху, и утолщения на их концах покрылись бороздами-насечками. Гедимин, взглянув на них, озадаченно хмыкнул. "Такая скорость роста? Что-то слишком быстро..."

"Материк" вблизи оказался слоистым, с полосами пористых вкраплений, каких-то спрессованных обломков... Гедимин взял керн из пористого слоя и из породы чуть выше и чуть ниже. Чем дальше вниз, тем плотнее был камень; сармат двинулся вдоль склона, высматривая новые прослойки. "Вот здесь," - он поддел полотнище дёрна, каким-то образом всползшее на полметра вверх по вертикальной скале, счистил налипшие обломки и запустил бур в камень. "Тоже слои, но спрессованы плотно. А вон тот выступ снизу похож на гранит. Проверить..."

Он не успел переставить ногу на десяток сантиметров в сторону - наверху отчаянно завопили, и сармат вскинулся, хватаясь за генератор поля. На краю обрыва стоял кто-то из Броннов и пронзительно кричал, глядя на Гедимина. Сармат быстро оглянулся через плечо - никого за его спиной не было, только низина со странными растениями, медленно проступающими из сумрака.

- Всё тихо, - сказал он Бронну и двинулся дальше. "Вот этот валу... hasu!"

Бронн скатился практически под ноги - сармату пришлось податься назад, чтобы на него не наступить. Абориген встал посреди тропы и жестом "оттолкнул" Гедимина. Тот изумлённо мигнул.

- Я собираю образцы, - сдержанно сказал он, прикидывая, за какое место хватать Бронна, чтобы выкинуть его обратно на холм, не покалечив. - Уйди!

Он двинулся было вниз, но остановился - Бронн так и стоял на дороге, упираясь в колено сармата двумя ладонями, и отступать явно не собирался. Гедимин, сердито фыркнув, протянул руку к отвесному склону. "Не понимает, что я делаю? Может, успокоится, если увидит?"

- Образцы камня, - он запустил бур в скалу и показал Бронну извлечённый керн. Тот покосился на камень и снова уставился на Гедимина. Тот двинулся дальше - Бронн с отчаянным воплем упёрся ладонями в его ногу. Сармат мигнул.

"Он не хочет, чтобы я куда-то шёл. Непонятно..."

Гедимин шагнул вверх по тропе, забыв уже о куске "гранита" и пристально наблюдая за Бронном. Тот, резко встряхнув головой, переместился на полшага выше. Гедимин сошёл с промытой колеи, съехал на полметра вниз по склону, - Бронн остался на месте, только повертел головой, высматривая что-то на земле. Сверху донеслись взволнованные крики - два незнакомых голоса, то ли Бронны, то ли Скогны, - сармат не успел разглядеть. Абориген крикнул в ответ.

"Может, по их традициям этот камень какой-то особенный?" - Гедимин досадливо сощурился. "Глупо, но... пускай. Вон те ребристые "валуны" с торчащими листьями... надо бы взять из них пробу."

Он шагнул вниз по склону, цепляясь пальцами за утекающий гравий, и еле успел остановиться - Бронн с отчаянным воплем кинулся под ноги и откатился в сторону, чтобы замереть в полуметре от сармата. Гедимин двинулся влево, вправо - Бронн повторял его движения, широко раскинув руки. Этот жест сармат понял без перевода - "не ходи!"

- Мать моя пробирка, - пробормотал Гедимин, недобро щурясь. Он быстро протянул руку к аборигену, намереваясь ухватить его за ткань на плече - Бронн вытек из-под пальцев, как вода, и снова обнаружился на прежнем месте. Ни напасть, ни защититься он не пытался - просто маячил на дороге и никуда не собирался уходить.

Что-то зашуршало наверху; Бронн вскинул голову и пронзительно заверещал. Обернувшись, Гедимин увидел существо, склонившееся над обрывом - странную помесь собаки и человека с белесым посохом-позвоночником в мохнатой руке.

- Поднимайся-ка, саррмат, - голос у очередного стража был негромкий, рокочущий, перекатывающийся в горле. - Не надо ходить там. Много прровалов, Брронны волнуются.

Гедимин, ошалело мигнув, схватился за сканер. "Провалы?.. Стой... тут какая-то рябь, будто... будто пласт обрывается прямо здесь. А дальше ничего не вид..."

По его броне вежливо постучали. Человекопёс, неизвестно когда успевший спуститься с отвесного склона, стоял рядом, положив руку сармату на локоть, и указывал на верхний край уступа.

- Иди наверрх. Пока не потеррялся.

Наверху его ждала угрюмая ухмылка Гварзы и вылетевший из-за шатров Айзек, встревоженный и даже напуганный. Смерив Гедимина быстрым взглядом, он облегчённо вздохнул и повернулся к человекопсу.

- Спасибо, Ауна. Гедимин, ты что, криков не слышал? Тебя же предупреждали...

- Да его уже рруками отпихивали, - фыркнул в короткие вибриссы человекопёс. - Некоторрые очень настойчивы. Ему объясняли прро дорроги?

Айзек качнул головой.

- Никто и подумать не мог, что его понесёт в дебри. Хорошо, что ты успела...

"Это самка?" - Гедимин удивлённо мигнул, приглядываясь к человекопсу. Мех на его теле был довольно густым, но, несмотря на это, существо было полностью одето - в очень длинную рубаху с поясом и сапоги, состоящие из подошвы и множества переплетённых ремешков. Под рубашкой смутно угадывались бугорки в три ряда - парные железы.

- Я собирал образцы, - буркнул он, щурясь на недовольных сарматов. - Обычная работа. Почему мне помешали?

Ауна коротко хохотнула - это звучало, как собачий лай. Гварза с тяжёлым вздохом приложил ко лбу ладонь. Айзек досадливо поморщился.

- Гедимин, не вылезай из лагеря. Тут сделаешь один шаг - очнёшься за сто световых лет. И где тебя потом искать?!

Сармат снова мигнул, в недоумении глядя на Айзека. "Сто световых лет? О чём они вообще?"

- Айзек, начинай уже нормально рассказывать, - устало попросил он. - Что вы на меня уставились?! Я не знаю ваших порядков. Мне про них говорить не хотят.

Гварза презрительно фыркнул и шагнул в сторону.

- Я пойду, Айзек. Закончишь здесь - приходи. Спасибо за помощь, Ауна. Будь гостем.

Ауна проводила его долгим взглядом. Её "губы" слегка приподнимались, обнажая собачьи клыки.

- Тут не Земля, Гедимин, - сказал Айзек. - Всё это место собрано из маленьких клочков и ошмётков. Тут очень мало что пригодно для жизни. Все такие обрывки слеплены кое-как вместе. Тут есть переходы, а есть провалы. То, что выглядит близким, может быть на другом краю галактики. Местные умеют ориентироваться. А ты - нет. Сиди в лагере, Гедимин. Тебе что, мало работы?

Сармат попытался уложить в голове новую информацию - мозг отчётливо заскрежетал. "Sa hasesh! Почему такие вещи надо говорить в последний момент?! Собрано из клочков, мать моя колба... И что мы тут будем строить?!"

- Иди в лабораторию, - настойчиво сказал Айзек, положив ему руку на плечо. - Я надавал Вепуату излучателей, он с ними возится. У тебя были какие-то широкие планы на кейек - вот и займись ими...

- Стой, - Ауна повернулась к нему. - Брронн говоррил, что Дим-мин собиррал камни внизу. И не хотел отррываться. Для чего он это делал? Какая-то рработа?

Айзек поморщился.

- Взятие образцов. Гедимин и Вепуат взялись изучать минера... все камни Равнины, все её каменные пласты. Мы выбираем самый прочный.

Ауна шумно выдохнула и шевельнула острыми ушами.

- Камни? Вам нужны рразные камни? Для стрроительства? Я скажу об этом серрдцу. Их прривезут пррямо сюда.

Айзек заметно смутился.

- Жителям будет трудно выбрать нужное из ненужного...

- Пусть везут всё, - влез Гедимин, сердито щурясь на Айзека - "нашёл время отнекиваться!". - Камни, металлы, кости. Что нужно, мы сами ещё не знаем. Надо всё изучать. У вас тут в атмосфере три основных окисли...

Айзек резко ткнул его кулаком в бок.

- Гедимин! Ауна - не химик. Не надо тут читать лекции. Пойдём в лабораторию. Гедимин и Вепуат будут работать, а мы обговорим всё...

Ауна шумно выдохнула.

- Со мной не надо обговарривать. Ррасскажи своим... - она наклонила голову набок, разглядывая Гедимина с явным любопытством. - Ты хотел собиррать камни в окрруге? Это можно устрроить. После ррассвета Брронн пойдёт с тобой. Говорри ему, куда пойдёшь. Он выберрет хоррошую доррогу.

- Я не понимаю по-Броннски, - пробормотал Гедимин, глядя на человекопса с благодарностью. "Хоть у кого-то возникла толковая идея. А то одно секретничанье на ровном месте."

Айзек махнул рукой.

- Тем лучше, Гедимин. Не прочтёшь им лишнюю лекцию. Жестами объяснитесь. С рассветом, запомнил? А теперь - дуй в лабораторию!

...Вепуат сидел у неумело скрученной из защитного поля трубы, направив излучатель на образец минерала, и косился на секундомер. Гедимин выложил контейнеры с кернами, достал осколок оплавленного грунта и поднёс его к остывшей кубической отливке. "Так и есть. Вкрапления в "стекле" - этот же металл. Капли, вкрапления... Не нравится мне это. И те вулканы на горизонте тоже."

- Тут, говорят, всё непросто с пространством, - пробормотал он, прикидывая про себя, поправлять трубу-облучатель или проще сделать новую. Вепуат кивнул, не отрываясь от секундомера.

- И со временем тоже. Тебя, говорят, сдёрнули с самого края. У меня на часах восьмой час. А ты на свои смотрел?

Гедимин посмотрел - и снова мигнул, в бессчётный раз за сегодня. Прибор исправно отсчитывал секунды, но был уверен, что сейчас только пять утра.

- Очень интересно, - пробормотал Гедимин, подводя часы. - Ещё и время... Тут кто-нибудь что-нибудь знает наверняка?

Вепуат сочувственно покосился на него.

- Давай образцы облучать. У тебя есть что-нибудь непроверенное?

...Кейек не реагировал ни на что, кроме омикрон-излучения, раскалывался от сильного удара и отлично поддавался штатному лучевому резаку. Обнадёженный Гедимин потащил было его к плавильне, но опыту помешал появившийся в лаборатории Айзек.

- Атомщик! Ну портить-то зачем?!

- Я потом расколол бы, - угрюмо отозвался Гедимин. "Когда надо, его не найдёшь. А как влезать под руку, так сразу прибежал..."

- Угу, - буркнул Айзек. - Подожди, пока я поговорю со Скогнами. Выделят тебе образец - развлекайся с ним, как хочешь.

Гедимин, пожав плечами, достал из кюветы камешек покрупнее. "Нельзя плавить все - поработаю вот с этим."

- Ты лучше выйди на улицу, - сказал Айзек, отодвигая кювету подальше. - Скоро рассветёт. Посмотри - как-никак, твой первый рассвет на Равнине...

Гедимин заинтересованно хмыкнул и нехотя отложил образец кейека. "Рассвет? Только сейчас? Как будто двое суток прошло... А, и верно - дни здесь длинные..."

Посмотреть на рассвет вышел не только он - вся четвёрка собралась на краю плато, там, где шатры не заслоняли горизонт, и даже Бронны выбрались из-за плетёных загородок и встали на бочки, напряжённо глядя вдаль. Гедимин заметил отдельно, на расстеленной ткани, выложенную утварь, какие-то инструменты, разноформенные плошки, - их будто специально вынесли на свет. На краю поля зрения что-то шевельнулось, сармат быстро оглянулся и увидел Скогнов - трое копейщиков вышли из-за шатра, ещё один наконечник блеснул на другой стороне лагеря - охрана тоже чего-то ждала. Узкий длинный силуэт Гора, не отбрасывающий в утренних сумерках тени, казалось, упирается зубцами на затылке в небо. Человекопёс стоял рядом, воткнув посох-позвоночник в землю.

Гедимин посмотрел на горизонт. Уже достаточно посветлело, но видимость была скверная - чуть дальше ближайших холмов, раскиданных по долине, всё белело и подёргивалось рябью. Над белой полосой от края до края неба висел почти в зените жёлтый кругляш, затянутый по краям дымкой. Эта штука неумело притворялась светилом, но сармат даже не стал её разглядывать - что бы ни было на Равнине источником света и тепла, эта неуклюжая голограмма к нему не имела никакого отношения.

Чья-то ладонь легла Гедимину на плечо, но обернуться он не успел - точно по центру белесой полосы вспыхнула зелёная искра. Она задрожала, вытягиваясь кверху, и над долиной сверкнул световой гейзер. Сердцевина его оставалась зелёной, но чем выше он поднимался, тем сильнее края желтели; ещё немного - и поверх жёлтого проступила рыжеватая кромка, а затем - ярко-алый ореол. Гейзер разгорался всё ярче, смотреть на него уже было больно - световое пятно расплылось на полнеба, и Гедимин не мог понять, красные блики у него в глазах - или полукруг на горизонте и впрямь побагровел, прежде чем взорваться белой вспышкой. Когда сармат, ругая себя за ненадетый тёмный щиток-наглазник, проморгался, никакого свечения над холмами уже не было, но на ярко освещённой земле чётко проступили тени - и сарматов, и чужаков, и длинных жёстких стеблей, за ночь выросших у лиловой и красной травы. Они доставали Гедимину до щиколотки, и утолщения на их концах раздулись до размера фаланги пальца. Откуда-то из-под ног доносился неритмичный треск.

- Хорошо там шарахнуло, - громко прошептал за его плечом Вепуат. Гедимин кивнул.

- Этот источник - внизу, - сказал он, угрюмо щурясь на Айзека. - Не в небе. На самой... Равнине.

- Что тут верх, а что низ - так сразу не поймёшь, - отозвался тот с вялой усмешкой. - Но эта штука, и правда, по центру. Это и есть Пламя - то, вокруг чего построено Сердце... Ну, полюбовались? Можно и поработать. Гедимин, если тебя ещё тянет на путешествия - проводник уже нашёлся. Ждёт у кухни.

Гедимин довольно ухмыльнулся. "Это уже что-то. Значит, Пламя... Так. Пламенем тут называют омикрон-излучение..."

Он вспомнил холодный зелёный блеск первой вспышки, показавшийся ему странно знакомым, и задумчиво сощурился. "А ведь не исключено. Не знаю, что тут с термоядерными реакциями, но вот ирренций здесь свойств не меняет. Воспроизводит сам себя и выделяет энергию..."

- Это Пламя... - начал было он, но обнаружил, что Айзек вместе с Гварзой уже скрываются за шатрами, и досадливо фыркнул. Оставшийся неподалёку Гор разглядывал его неподвижными фасетчатыми глазами, слегка наклонив голову. Гедимин двинулся было к нему, но под ногами затрещало, и из-под ступни взметнулся пылевой столб.

- Огнелюбки созрели, - флегматично заметил Гор, глядя на лопающиеся под ногами спороносы. Живая "пыль" взвивалась кверху и летела по ветру, осыпая всё вокруг. Лиловые и красные листья, ещё утром сочные и подвижные, обмякли и скукожились, теряясь среди мелких камешков.

- Споры? - Гедимин стряхнул желтоватый порошок с плеча. Ему сразу захотелось пройти дезинфекцию.

- Семена, - отозвался гигантский "богомол", рассекая клешнёй пылевой смерч. Воздух над равниной помутнел - огнелюбки созрели разом, и запас спор у них был огромен.

- Быстро растут, - неуверенно пробормотал Гедимин. Гор повёл лезвием.

- У них немного времени. От дождя до дождя... Если хочешь спуститься - спускайся. День сегодня неплохой.

К нему незаметно подошёл кто-то из Броннов и уставился на Гедимина, старательно изображая улыбку. Сармат слегка наклонил голову.

- Ты проводник?

Гор что-то проскрежетал, Бронн ответил быстрыми фразами - на удивление, без пронзительных воплей.

- Пойдёшь с ним. Показывай ему, куда тебе надо. Он выберет дорогу. Где он не идёт, не надо и тебе.

- Шинтси, - Бронн прикоснулся кончиками пальцев к своему лбу. Теперь Гедимин видел вблизи его ладонь - шестипалую, с двумя короткими отстоящими пальцами по краям. Один из них выглядел привычно, по-человечески; второй странно отгибался к тыльной стороне ладони, будто сведённый судорогой, и заканчивался острым изогнутым когтем.

- Гедимин, - сармат коснулся своего лба.

- Дим-мин, - старательно повторил Бронн, опустив руку, и с усмешкой сказал ещё что-то - ни одного знакомого слова сармат не услышал.

"А на ногах по два когтя," - мелькнуло в голове, когда он вслед за Бронном двинулся к неразличимой тропе. "Оба отогнуты. Ходить, похоже, мешают."

Ступал Бронн, и правда, неуклюже, и несколько раз Гедимин, задумавшись, едва не раздавил его. Абориген оглядывался на него с явной укоризной и странно дёргал плечами. Гедимин пытался понять, что он высматривает в засыхающих огнелюбках и каплях застывшего расплава, но сарматские глаза тут, похоже, были бесполезны.

Бронн снова остановился, оглянулся на неподвижного Гедимина и поворошил камешки босой ногой. Сармат нагнулся, подобрал несколько и махнул рукой в сторону плоских валунов, уложенных в подозрительно аккуратную груду в пятидесяти метрах от него.

- Туда.

Бронн сделал ровно три шага и оглянулся на сармата снова. Тот хотел повторить указания, но увидел под ногами колышущуюся тень, поднял взгляд и вполголоса помянул спаривание "макак". Он стоял у горы валунов, чуть ли не вплотную к ним, и торчащие из них веерообразные отростки трепетали над его головой.

Это были не камни - как и думал Гедимин ещё на холме, приглядываясь к ребристым поверхостям приплюснутых "глыб". Эти существа, собравшиеся в огромную колонию, определённо были живыми. Веерообразные "листья" торчали из конических углублений, врастая во что-то мягкое под слоем окаменелой "коры". Её жёсткие, как камень, игольчатые рёбра-складки разошлись, приоткрыв сложную структуру сердцевины. Там было много зеленоватых борозд, уходящих вглубь - где на десять сантиметров, где на полметра; по ним полосами расходились лиловые бугорки-выросты. Гедимин взялся за края складки, плотно их смыкая; на несколько секунд он увидел поверхность камня, потом "шов" снова разошёлся, внутри него что-то всколыхнулось и опять улеглось.

"Форма жизни," - сармат осторожно запустил бур в "валун", стараясь захватить побольше слоёв. "Это для биологов..."

- Туда, - указал он на вертикальные складчатые столбы в тридцати метрах от "груды валунов". Это определённо были не скалы, но мимо пройти сармат не мог.

...Споры огнелюбки медленно оседали на все подвернувшиеся поверхности - Гедимин, наклонившись за образцами, каждый раз отряхивался от налипшей "пыли". В очередной раз его пальцы, кроме спор, наткнулись на что-то упругое, вроде надутого мяча. Выпрямившись, он увидел вокруг пару десятков летучих пузырей. Они метались в пылевом облаке, раздуваясь и сжимаясь, внезапно застывали на месте и резко меняли направление. На долю секунды сармат увидел "шов" на боку пузыря - узкий проём, окружённый подвижными выростами.

- Yirr? - донеслось из-под ног. Движения Бронна Гедимин не разглядел - только что-то тёмное, мелькнувшее перед глазами. В следующую долю секунды Шинтси уже протягивал ему руку с оттопыренным когтем. На когте трепыхался, втягивая и выбрасывая воздух, живой пузырь.

- Спасибо, - пробормотал Гедимин, заталкивая ещё живой организм в контейнер. Что-то интересное в этих тварях было, - не считая их летучести, непонятно на чём основанной. Животное было лёгким, но не настолько, чтобы парить в разреженной атмосфере, и тем более - кувыркаться на лету. И оно тут было далеко не единственным и даже не самым многочисленным.

В воздухе, мутном от миллионов выброшенных спор, реяли живые пузыри, летучие медузы, стремительные ракеты, расплющенные ленты и мохнатые гусеницы самых разных форм. Кто-то ловил на лету споры, кто-то - поедателей спор, - Гедимин увидел даже, как плоские гусеницы разорвали надвое третью и мгновенно заглотили обрывки. Клочки и брызги органики до земли не долетели - их перехватили хищники помельче. Сармат настороженно сощурился на кипящее облако из живых тварей - животные были гораздо меньше и вроде бы не охотились совместно... но Гедимин был очень рад, что он в скафандре.

- Sha-a? - вопросительно протянул Бронн, оглядываясь на него. Он смотрел на летунов и улыбался, показывая мелкие острые зубы.

- Eik sha-a?

Гедимин мигнул. "Если бы я знал хоть полслова по-Броннски..."

- Туда, - он указал на отвесный склон ближайшего холма. Там проступал из-под многометрового осадочного слоя монолитный пласт. "С животными без меня разберутся. Мне бы найти хоть один минерал..."

...Эти структуры издалека напоминали маленькие холмы - возможно, рукотворные курганы или округлые валуны, затянутые грунтом. Двухметровые "деревья" рядом с ними казались воткнутыми в землю приспущенными флагами. Вблизи Гедимин разглядел у их оснований выступающие округлые гребни - эти штуки, как и листья-веера плоских растений, были втяжными. Они торчали у подножия миниатюрного холма - пятнистого чёрного "камня", покрытого розоватыми углублениями. Гедимин поднялся повыше, уже понимая, что перед ним очередная форма жизни, взглянул под ноги - и с присвистом выдохнул. Это существо врастало в грунт метров на пять - не исключено, что до самых гребней материковых пластов. Вся его поверхность зияла отверстиями, внутри которых виднелись светло-розовые складки. Над ними колыхался воздух - что-то втягивало его в "трубы" и выбрасывало снова. Гедимин осторожно подцепил его кору - она была толстой и очень жёсткой, с едва заметными швами и множеством борозд. "Все дырки у него на возвышениях," - машинально отметил сармат. "А все ложбины сходятся к подножью. Если налить сюда воду..."

Он выплеснул на камень четверть фляжки и под шумное сопение Бронна смотрел, как быстро она стекает, и как далеко убегают от "холма" ручейки. "Тут везде эти борозды для стока. На каждом растении, не считая огнелюбок. Что-то должно очень быстро стекать и ни в коем случае не задерживаться. Интересно, что..."

Шинтси пронзительно вскрикнул. Гедимин, замерев на месте, взглянул себе под ноги, огляделся, - Бронн стоял на живом "холме", сжимал кулаки, оттопырив заострённые когти, и смотрел куда-то мимо сармата. Тот развернулся вслед за ним и увидел новых чужаков.

Их было пятеро, все довольно рослые, поджарые, жилистые; с гуманоидной выпрямленной осанкой, но с длинными звериными мордами. По шкуре, прикрытой коротким лиловым мехом, тянулись тёмно-красные полосы - Гедимин принял было их за кровь, но, приглядевшись, узнал минеральный краситель. Осторожно переступая по-звериному вывернутыми лапами, чужаки приблизились ещё на пару метров. Их хвосты - длинные, с багровыми кистями на концах - медленно покачивались, и сармат слышал, как звенят их бусы и подвески. Из одежды у чужаков были короткие штаны и ремни крест-накрест через грудь, но украшения свисали гроздьями - и некоторые из них, как показалось Гедимину, вовсе не были украшениями. Присмотреться он не успел - первый из чужаков с гортанным воплем вскинул над головой копьё.

Гедимин шагнул вперёд, хватаясь за генератор защитного поля. Где-то сбоку заверещал Бронн, но сармат не прислушивался. Он смотрел на нелепый широкий наконечник со вставленным в серёдку плохо обработанным камнем. "Это не летает. Разве что вниз," - сармат не удержался от усмешки. Чужак что-то крикнул; вся пятёрка схватилась за копья. Все они выглядели точно так же -разве что на древки были привязаны клочья меха разного цвета. Абориген крикнул что-то Гедимину, быстро чиркнул когтистым пальцем вдоль горла, - сармат, нахмурившись, протянул руку к сфалту. "Что им надо? Не нравится мне это..."

Чужак ткнул пальцем в сторону Гедимина и коротким, без замаха, движением метнул в него копьё. Защитное поле схлопнулось над сарматом и Бронном ещё до того, как ремонтник промигался от изумления, - эта нелепая штука всё-таки летала! Он огляделся, выискивая её на земле, но ничего не увидел. Бронн возмущённо заверещал, старательно показывая чужакам когти. Те заклекотали, странно взрыкивая и разевая пасти, и Гедимин понял, что они смеются. Один из них вскинул копьё, подбросил, поймав за древко, и швырнул в защитный купол. Гедимин видел, куда оно должно удариться - но оно растворилось в воздухе, не долетев каких-то пары метров. Сармат изумлённо мигнул. Чужаки захохотали.

"Швы! Пространственные швы... Они на самом деле, может, на другой планете," - Гедимин досадливо поморщился - шутка чужаков вовсе не казалась ему смешной.

- Отойди за меня, - сказал он Бронну, следившему за "синими" с нескрываемой злостью. - Надо работать.

Он опустился на землю рядом с живым "холмом" и включил сканер. "Взять ДНК для справочника... Интересно, это растение или животное? Тут, похоже, не разберёшься..."

Рядом - чуть ли не над головой - раздался гортанный вопль, и что-то ударилось о защитный купол. Гедимин успел увидеть воткнутое в него жало и расходящиеся вокруг линии напряжения - и странный "нож" взорвался, осыпав броню сармата мелкой стеклянной пылью. Он сдёрнул с плеча сфалт, развернулся на слабое движение воздуха, увидел в руке близко подошедшего чужака что-то, занесённое для замаха, и выстрелил, уже не разбираясь. Поток плазмы растаял, не долетев, - Гедимин видел, как он повисает в воздухе, упираясь в ничто. Чужаки расхохотались - уже совсем по-человечьи, хватаясь за животы и сгибаясь пополам.

- Saat hasesh! - сплюнул сармат, быстро оглядываясь по сторонам в поисках Бронна. "Подошли ближе, туда, где разломов нет, метнули гранату и отошли... Если знать, где шов, я их достану!"

Шинтси кричал что-то чужакам, взобравшись на самый высокий "холм" и чем-то размахивая. Они продолжали веселиться, гортанно перекрикиваясь, - может, готовили новую "шутку". Гедимин потянулся было к Бронну, чтобы встряхнуть его и добиться внятного ответа про разломы, но рядом мелькнула ещё одна тень, и сармат со свистящим выдохом развернулся к ней.

Земля под ногами дрогнула. Хохот аборигенов резко оборвался; они выпрямились, хватаясь за копья. Между ними и Гедимином встал гигантский "богомол" с угрожающе вскинутыми лезвиями. Посох в его лапах холодно светился. Его кольцевидное навершие затянула мерцающая плёнка, с края на край которой перекинулись горящие нити. Что-то гудело в такт их вспышкам, и земля слабо вздрагивала. Доля секунды - и поверхность под ногами чужаков выгнулась волной и швырнула их вверх.

Они приземлились - к удивлению Гедимина, никто не упал - но их подбросило снова. Молча, ничем больше не размахивая, они бросились врассыпную, ловко перепрыгивая "волны", бегущие по земле. Ещё секунда - и все они пропали, растворившись в белой дымке бессчётных разломов.

- Ранен? - коротко спросил у Гедимина Гор, тут же разворачиваясь и обращаясь уже к Шинтси. Бронн нехотя разжал кулаки, встряхнулся и пробормотал что-то, нервно дёргая лицом. Гедимин посмотрел на стеклянную пыль, оставшуюся на броне, и потянулся за пробиркой. "Взять смыв..."

- Ты куда? - крючковатая лапа Гора дёрнула сармата за плечо. Тот, уже прицелившийся взять керн из оголённого скального пласта, недовольно сощурился.

- Работать.

- Идём в лагерь, - сквозь щелчки и скрежет слова "богомола" едва можно было разобрать. - Здесь опасно.

Гедимин пренебрежительно фыркнул.

- Это просто дикари. Я могу защититься. Забери Шинтси... - он прикусил язык, вспомнив о разломах под ногами. "Нет, мне ещё рановато самому тут бегать. Надо сначала разобраться..."

- Идём, - повторил Гор, перехватывая поудобнее посох; кольцо-навершие уже погасло, и Гедимин, как ни приглядывался, не увидел там ни светодиодов, ни лазеров. - Я тебя отведу.

Керн он всё-таки взял; Гор стоял рядом, не вмешиваясь, и молча слушал быструю речь Бронна. Вокруг было тихо. Разлетевшиеся было пузыри и ленты снова реяли над потоками спор, живые "холмы" разевали "устьица", их листья, развернувшись, трепетали на ветру. Гедимин разглядывал на экране сканера плоские объекты, зарытые в гравий в полуметре от поверхности. Они были сложно устроены и медленно передвигались, - что бы это ни было, для строительства оно явно не годилось.

- Идём, - напомнил о себе Гор, увидев, что Гедимин выпрямился. Тот сощурился, но нехотя кивнул. Посох в руке стража сверкнул, сармата потянуло куда-то в сторону, а когда он подался назад - едва не врезался в шатёр, каким-то образом оказавшийся под боком. "Мать моя пробирка..." - он тяжело вздохнул, огляделся по сторонам, убеждаясь, что оказался именно в лагере, и растерянно покачал головой. "Нескоро тут разберёшься."

... - Сагаты?!

Ауна зарычала, выставляя напоказ крупные клыки. Гедимин видел, как каменеют лица и оттопыриваются когти у Скогнов-охранников. Он поймал взгляд Айзека - сармат обеспокоенно хмурился. Помрачневший Кенен Гварза сложил руки на груди и мерно постукивал по броне; его глаза слегка потемнели.

- Сагаты, - склонил голову Гор, жестом обрывая возгласы Броннов, столпившихся вокруг. - Мы видели пятерых. Сагаты с оружием, они бродят близко и ведут себя нагло.

- Случайная встреча? - с непонятной надеждой спросил Айзек. - То, что они делали, - скорее нелепая шутка, чем агрессия. Они не могли не знать, что их оружие бесполезно...

Гедимин фыркнул.

- Эта штука взорвалась, как граната! Я в скафандре, но у Шинтси брони не было...

Айзек резко качнул головой.

- Им не Шинтси нужен. Его убили бы сразу. Гор, так могло это быть случайностью? Их кочевья где-то рядом?

Гор щёлкнул жвалами.

- Будь их кочевья рядом, ваша стоянка была бы далеко! Сагаты в это время не кочуют здесь, их звери тут не пасутся. Они далеко отошли, чтобы до вас добраться...

- Перенести стоянку, пока не поздно, - негромко сказал Гварза; его глаза совсем потемнели. - Нам нужен покой для исследований. И ещё больше покоя для строительства. Если начнутся налёты кочевников...

Гор и Ауна переглянулись.

- Переносить бесполезно. Эту они нашли. Найдут и другую.

- Случайно наткнулись? - с непонятной настойчивостью спросил Айзек. Ауна шумно фыркнула.

- На вторрой день после высадки? На одиночку в степи? Таких случайностей даже у нас не бывает. Кто-то навёл этих шакальих ублюдков... - она коротко рявкнула и замолчала.

- Кто-то у вас... слишком разговорчивый, - холодно сказал Айзек, переглядываясь с Гварзой. - Ну что ж, будем работать с учётом... соседей.

- Защитное поле и турели по периметру, - вполголоса предложил Гедимин. - Это просто дикари. Пусть даже с гранатами.

Айзек тяжело вздохнул.

- Мы сюда не воевать пришли. Я вот меньше всего хотел влезать в вашу грызню с нергонами...

Он выразительно сощурился на стражей. Гор повёл крючковатой лапой.

- Тут у нас очень тяжело... ни во что не влезть. Скогны усилят охрану и поставят маяки на тропах, - у вас будет время взять оружие и защититься. Калиг и Навкет будут тут каждую ночь, кто-то из нас - с рассвета до темноты... но вот эти ваши блуждания...

Он оглянулся на Гедимина. Тот угрюмо сощурился.

- Это исследования. Нас сюда для этого позвали, разве не так?

- Он прав, - вмешался Айзек. - Нам нужны образцы. Не только с Дальнего Края, но и со всей Равнины. Мы не можем сидеть на холме, как приклеенные. Может, кто-то из Скогнов возьмётся проводить...

Скогны навряд ли что-то поняли, но сразу насторожились, навострили уши, из их скопления донёсся громкий шёпот. Гор щёлкнул жвалами, устанавливая тишину.

- Со Скогнами точно без крови не обойдётся. Ауна, кто из твоих может выйти в степь?

- Коррген, - на секунду задумалась самка. - Только он. Ну чего тебе?! Сам знаешь, что нас мало.

- Корген... - повторил "богомол". - Хорошо. Он как раз знаток руд. Дим-мин собирает камни?

Айзек вздохнул.

- Гедимин собирает всё, что находит, - нас тут тоже... немного. Но вообще - надо бы распределить обязанности. Живым займётся Вепуат, неживым - Гедимин. И если хотя бы двое стражей согласятся...

- Ты и Коррген, - почти прорычала Ауна, оглядываясь на Гора. - Или пусть ходят по очерреди. Без охрраны в степь - ни единым когтем!

Айзек склонил голову, выразительно покосился на Гедимина и исподтишка показал ему кулак. Сармат мигнул.

- Поговорили? Я могу идти? - он поднялся с непривычно мягкой подушки и выпрямился во весь рост. - День короткий, а образцы не собраны.

Айзек и Гварза одновременно пробормотали что-то недружелюбное. Все аборигены уставились на сармата - видимо, он, выпрямившийся, стал слишком крупным объектом и просто притягивал взгляды. Гедимин досадливо поморщился. "Столько болтовни из-за кучки дикарей! Ладно бы они были в экзоскелетах..."

- Это он встретил Сагатов в степи, - вполголоса проговорил Гор, обращаясь к Ауне. Та приглушённо фыркнула.

- Смелый воин.

- Не сегодня, - вмешался Айзек, поднимаясь на ноги. - Точно не сегодня. На сегодня образцов хватит.

Он оглянулся на стражей, будто ища подтверждения своим словам - и нашёл его в еле слышном фырканьи и сухих щелчках жвал.

- Сходи пока, обработай собранное, - продолжил приободрившийся Айзек, глядя на Гедимина. - Отдай Вепуату данные по формам жизни, пооблучай новые минералы... Когда закончишь, зайди ненадолго - нужен совет опытного механика.

Гедимин смерил его недоверчивым взглядом, молча кивнул и двинулся к пустой лаборатории. Вепуат быстро обогнал его - он, видимо, тоже устал от пустых разговоров.

- Чем занимался? - вполголоса спросил Гедимин, перебираясь за свободный выдвижной стол и вытряхивая образцы из-под брони. Вепуат выглядел усталым и озадаченным, хотя в степь не выбирался - материала для исследований хватало и под ногами.

- Собирал базу ДНК, - ответил разведчик с кривой ухмылкой. - Давай сюда свои сканы - там такого добра должно быть много.

Гедимин недоверчиво хмыкнул, но по передатчику пощёлкал, выдвигая переходник - связь на расстоянии он использовать не решался.

- Уверен, что это ДНК?

- Тут трудно в чём-то уверяться, - поморщился Вепуат, глядя на мерцающий экран своего передатчика и стараясь не дёргать запястьем. - Но я видел два десятка делящихся клеток. Надо бы проверить на чём-нибудь живом... как там зовут Бронна, с которым ты гулял?

Гедимин хмыкнул.

- Осторожней, тут не "Геката", - сухо напомнил он. Вепуат, ошалело мигнув, замотал головой.

- Теск! Что у тебя в голове?! Я говорю - приделать к аборигену микросканер на полчаса. У него от этого даже не зачешется.

- А, - Гедимин подавил облегчённый вздох. - Шинтси. Его зовут Шинтси. И я его не отличу от других. Это надо идти к Гору... всё равно тут не обойтись без переводчика.

Он поднялся было с места, но Вепуат, более проворный, уже стоял на полпути к выходу.

- Сам справлюсь, ремонтник. Ты займись камнями.

...Вепуат вернулся, когда Гедимин уже в третий раз повышал температуру, пытаясь поджечь образец местной органики. Внутренние выстилки равнинных "растений" горели, хоть и неохотно; внешний покров при двух тысячах градусов только-только начал дымиться. Гедимин следил, как от поверхности образца отделяются, закручиваясь и трескаясь, миниатюрные чешуйки. Они-то и дымились; нижние, более плотные слои, оставались невредимыми. "Любопытное свойство," - Гедимин, прекратив нагрев, заменил образец и снова уставился на экран сканера. "Общее для местной фло... фау... малоподвижных форм жизни. Высочайшая огнестойкость. Интересно, для чего она им понадобилась..."

Он вспомнил бесчисленные сточные канавки на поверхности каждого "дерева" и живого холма, еле слышно хмыкнул и потянулся за образцом, взятым со дна такого углубления. Это был керн, едва захвативший фрагмент верхнего слоя; Гедимин аккуратно пристроил к нему "щупы" микросканера - сейчас только этот слой ему и был нужен. Ждать пришлось недолго - на экране проступили невнятные, но уже знакомые группы значков, а потом и структура - отслоившиеся, закрученные кверху чешуйки термической деформации.

"Tza has-sulesh..." - Гедимин, затаив дыхание, поместил под сканер другой керн. "Две тысячи градусов... регулярное воздействие... что там было про металлические дожди?!"

- Вот эти штуки, - услышал он голос Вепуата. - Они лёгкие, как украшения. Надо их к нему прикрепить, и пусть он спокойно сидит и ничего не трогает. А потом по моему знаку немного пройдётся.

- Понятно, - отозвался Гор, и Гедимин услышал несколько неразборчивых фраз, перемежающихся щелчками и короткими возгласами. - Тебе нужен только этот Бронн?

Вепуат радостно хмыкнул.

- Ещё девять, если есть. Каждого я заберу на час... Как объяснить им, что такое час?

- Здесь умеют измерять время, - сдержанно ответил Гор. - Девятерых присылать по очереди?

Шинтси, взобравшийся на стул, сидел смирно и терпел обвешивание датчиками - не шелохнулся, даже когда Вепуат закреплял на его лице маску-фильтр. Маска была ему сильно велика и неудобно растягивалась на вытянутой по-звериному "морде"; Вепуат возился с ней долго, пока не остался доволен.

- И Скогны тоже нужны! Тоже десять! - крикнул он вслед Гору, неспешно пробирающемуся к выходу. Тот качнул лезвиями, не оборачиваясь.

- Будут.

Гедимин, отложив образцы, подошёл поближе, настороженно глядя на Бронна. Тот сидел, замерев, только веки иногда опускались и поднимались.

- Он дышит нашим воздухом, - сказал сармат. - А он для него пригоден? Он тут не задохнётся, не отравится?

- Он в порядке, - отозвался Вепуат, глядя на монитор. Гедимин недоверчиво хмыкнул.

- А ты спрашивал? Может, ему уже плохо. У них в атмосфере три окислителя, а здесь-то один...

Вепуат щёлкнул по клавишам передатчика. Бронн молча следил за ним, переводя взгляд то на него, то на ремонтника, нависшего над столом. Гедимин, как ни присматривался, не видел признаков удушья или отравления - Бронн выглядел вполне здоровым, хоть и притихшим.

- Tza! - резко сказал Вепуат, указав на дальнюю стенку. Шинтси, неловко растопырив руки, сполз со стула и прошёл, стараясь не цеплять когтями пол, мимо лабораторного стола. Вепуат уткнулся в передатчик и одобрительно захмыкал.

- Видишь? Нормально с ним всё. Теперь можно и поисследовать. Шинтси! Tza... - сармат указал на закрытый люк и сам поднялся с места. Его жесты, хоть и невнятные, Бронн понимал хорошо - оказался у выхода куда быстрее "исследователя".

"К делу," - одёрнул себя Гедимин, отворачиваясь от люка. "Значит, две тысячи градусов эта органика выдерживает. Проверим предел огнестойкости..."

Разогреть плазменную "печь" сармат не успел - едва он запустил реактор, как крышка люка сдвинулась, и снаружи донёсся вопль:

- Гедими-ин!

Ремонтник вылетел из лаборатории со сфалтом наперевес, увидел спокойно сидящего на камешках Бронна, Вепуата, уткнувшегося в передатчик, и полное отсутствие каких-либо угроз. Закинув сфалт за плечо (реактор решил не глушить), сармат сердито фыркнул.

- Чего орёшь?

- Иди сюда, - Вепуат, не обращая внимания на фырканье Гедимина, уже тыкал в экран. - Шинтси, tza-a... вон туда, а потом обратно!

Бронн проследил взглядом за его рукой, поднялся и пошёл к невидимой метке. "Всё-таки когти им мешают," - мелькнуло в голове Гедимина. "И сильно. Интересно, почему их не удаляют? Хотя бы подрезать, чтоб не цеплялись..."

- Сюда смотри, - Вепуат ткнул его кулаком в бок и сунул под нос передатчик. - Ну? Увидел?

Гедимин пригляделся и растерянно мигнул.

- Точно... Они дышат одним окислителем. Остальные два так и выходят нетронутыми... Может, поэтому он и мог дышать в лаборатории...

Вепуат досадливо дёрнул плечом - рассуждения Гедимина зашли куда-то не туда.

- Один окислитель! А местная органика построена на трёх. И неорганика тоже. Помнишь опыт с золой? Как по-твоему, к чему это?

Гедимин задумчиво сощурился.

- Продолжай эксперименты, - буркнул он через пару секунд. - Скогнов тоже проверь.

- И местную фауну, - отозвался Вепуат. - Надо бы живые образцы... и ещё - достать бы в подопытные десяток... как они там? Саккаты? Кажется, результаты будут интересные...

- Попроси Гора, может, достанет, - сказал Гедимин, сверяясь с показаниями неприметного табло на корпусе сфалта. Сейчас его больше занимало состояние реактора - и немного предел огнестойкости местной флоры.

...Боёк ударил точно по центру пластины, закреплённой на двух опорах; вниз посыпалась каменная пыль, отколотая от поверхности чешуйка подпрыгнула и отлетела чуть в сторону. Гедимин покосился на предыдущий образец - керн той же плотной белесо-рыжеватой породы, взятый поперёк слоёв. Каменный столбик разрубило пополам первым же ударом; керн, взятый вдоль, выдержал уже три.

- Немного расслоилось, - прошептал он, глядя на экран сканера. Тонкие, едва различимые слои под ударами бойка кололись на чешуйки; верхние три уже отделились от монолита и надтреснули, нижние пока держались. "Довольно прочная порода, на самом деле. Самая прочная из того, что мне попалось."

- Один и тот же окислитель, - услышал он усталое бормотание Вепуата, а следом - зевок. - И Бронны, и Скогны. Если Гор с фауной не подведёт...

Он ещё раз зевнул и поднялся из-за стола, закрыв контейнер с датчиками. Последний подопытный ушёл полчаса назад. Снаружи медленно темнело; на границе сумерек Гедимин высунулся из лаборатории, но ничего похожего на закат не увидел. Кругляшок, неумело изображающий солнце, висел в зените, по пятнистому небу тянулись цепочки световых пятен, освещённость постепенно падала.

- Поспать бы надо, вот что, - пробормотал Вепуат, оглядываясь на Гедимина и устало усмехаясь. - Тебе тоже. Нашёл что-нибудь?

- Да всё то же самое, - отозвался ремонтник, недовольно щурясь. - Одно и то же по всей округе. Куэсты и пять-десять метров осадочного крошева. Все образцы - куэсты и осадок. Всё остальное сточено на двадцать метров и осадком завалено. Если бы прокопаться глубже...

Вепуат задумчиво хмыкнул.

- Сточено... А может, оно нам и не нужно. Будь оно прочным, не сточилось бы. А хрупкие породы нам ничем не помогут... И что, в этой куэсте можно пристроить станцию?

Гедимин пожал плечами.

- Если не найдём лучшего... Порода трескается слоями - может поглотить часть удара в случае чего... Пласты довольно толстые... Надо бы посмотреть другие местности - не одна же геология тут на всю Равнину.

Вепуат прикрыл ладонью респиратор, попытался подавить зевок, но ничего не вышло.

- Я пойду, ремонтник. Какие же тут длинные сутки, ядро Сатурна...


5 день Металла, месяц Металла. Равнина, Дальний Край, Сфен Земли

"Три триста по Кельвину," - Гедимин сделал на исчирканном листе очередную пометку и стряхнул белую золу в контейнер для отходов. "Три триста... Показатель металлического тантала. Лучшие термостойкие фрилы не дотягивают. Интересные здесь формы жизни..."

Сбоку послышался шорох, потом - шаги. Из-за переборки выглянул озадаченный Вепуат.

- Гедимин, ты подопытных не видел? Думал, может, они к тебе забрели...

Гедимин качнул головой. Он уже добрался до мусорного бака, открыл его, занёс было руку с переполненным контейнером - и остановился. Класть было некуда - отработанные образцы и драная упаковка торчали вровень с крышкой. Гедимин огляделся по сторонам - на полу уже скопился отчётливый слой каменной крошки и растительных остатков, натащенных с улицы на ногах исследователей и подопытных. "Вот тебе и живые уборщики," - сармат недовольно сощурился. "Надо было роботов с собой взять."

- Уборщики тоже куда-то делись, - сказал он вслух. - Кидай сюда мусор, я схожу вынесу.

Когда Гедимин с мешком мусора, обёрнутым для надёжности защитным полем, и увязавшийся за ним Вепуат вышли на окраину, освещённость только-только начала прибавляться. На свет багровых фонарей сармат выбрался к стоянке Броннов - и остановился на полпути, растерянно мигая. Штабеля бочонков и мешков исчезли. Аборигены закидывали на волокуши последние корзины. Те, кто уже забрался наверх и закрепил груз ремнями, подгоняли их встревоженными возгласами. В красном свете над землёй приподнялись шипы и гладкие блестящие спинные пластины - за волокушами беспокойно ворочались крупные звери. Гедимин никогда не видел их днём, только слышал в темноте их чавканье - Бронны, похоже, скармливали им объедки и, возможно, лабораторные отходы (на свалку сармат тоже не натыкался, даже на снимках с дронов). Сейчас они отделились от земли и встряхивались, шумно вздыхая. Последний Бронн, оставшийся на земле, ловким движением закинул бочонок с него размером на самый верх пирамиды и взлетел следом. Гедимин ошалело мигнул.

- Вот тебе и хилые карлики, - пробормотал он еле слышно.

- Угу, - отозвался Вепуат. - У них мышцы устроены очень рациональ... Эй! Куда это они?

Бронны услышали его возглас - все, кто успел устроиться поверх вещей, развернулись к сарматам, а звери, тронувшиеся было с места, снова замерли, приникая к земле. Потом аборигены заверещали - все разом, громко и отчаянно, тыкая оттопыренными когтями то в сарматов, то в небо, то куда-то в темноту.

- Нерги... - Гедимин уловил в их воплях несколько произносимых звуков и попытался повторить. - Нерги? Энергия?

- Да нет, похоже, они про нергонов, - в голосе Вепуата звучала нарастающая тревога. - Эй! Что происходит? Сагаты пришли?

Бронны, притихнув, покосились куда-то вверх. Тот, кто стоял на краю волокуши, в последний раз с пронзительным криком указал на небо, ткнул пальцем в темноту на горизонте и коротко взвизгнул. Волокуша тронулась с места, сползая с холма; ещё секунда - и повозки превратились в змейку красноватых огней между холмами. Гедимин шагнул к обрыву, провожая их озадаченным взглядом. "Энергия? Какая энергия?"

Он поднял голову и увидел небо - иссиня-чёрное, прорезанное багровыми продольными складками. Они вспыхивали и затухали, будто там, внутри, горел проблесковый маячок, - белые сполохи сменялись желтоватыми и ярко-красными.

- Все ушли, - подал голос Вепуат. В темноте над шатрами зажглись знакомые огни - дроны взлетели и теперь "обшаривали" местность сканирующими лучами.

- Что их спугнуло? Думаешь, кочевники? - Гедимин снова покосился на небо, направил на него анализатор - луч затерялся в бесконечном пространстве, не принеся ничего, кроме пятен и белесой ряби.

- Надо бы стену выставить, - угрюмо сказал Вепуат, глядя на экран. - Я пока никого не вижу, но это ничего не значит. Дроны будут следить. Где сканер этих тварей достанет, там достанет и плазма.

Гедимин кивнул. Ему было не по себе от наступившей внезапно тишины и от странного неба над холмами. Что-то изменилось и внизу - сармат чувствовал это, несмотря на темноту. Он подошёл ближе к обрыву, напряжённо щурясь, и вскоре различил ближайшие нагромождения живых "валунов". Вечером над ними реяли широкие веера листьев; сейчас "камни" обнажились - ни веера, ни полотнища на черешках-древках, ни длинные ленты не колыхались на ветру. Равнина была голой и неподвижной.

- Пойдём ставить стену, - напомнил о себе Вепуат. - Ты с того края, я с этого. И на непрерывную генерацию её, мало ли...

- Фу-уф! - облегчённо выдохнул, выбираясь из-за шатра, Айзек. - Вы оба здесь. Не заметил, как уходили. Гедимин, так насчёт той центрифу... Эй! Где Бронны?

Гедимин открыл было рот, чтобы переспросить про центрифугу, но Айзек уже забыл обо всём и развернулся к опустевшей стоянке.

- Уехали, - мрачно ответил Вепуат. - И Скогны тоже. Хороши охранники - почуяли кочевников и драпать! Мы с Гедимином идём ставить стену. А ты...

- Heta! - Айзек вскинул руку, прервав его угрюмую речь. - Куда ушли? Они говорили что-то?

- Нерги, - повторил Гедимин, тыкая сперва в небо, потом в себя, потом в светлеющий горизонт. Айзек ошалело мигнул.

- Нергет? - повторил он - чётко, по буквам, обозначив тот щелчок, что слышался Гедимину на конце непонятного слова, чем-то средним между "ц" и "т". Не дожидаясь ответа, он вскинул голову и на всю стоянку помянул размножение "макак".

- Айзек, ты? - донеслось из шатра - теперь они разбудили и Гварзу, и он был явно недоволен. - Что там, авария? Кто-то убился?

- Кенен, вставай, - выдохнул Айзек. - Нергет на подходе!

- Has-sulu, - послышалось из шатра. Кенен выбрался наружу за полторы секунды - Гедимин только и успел растерянно мигнуть.

- Уверен? - спросил Гварза. Айзек ткнул пальцем в складчатое небо.

- Аборигены уже удрали. Звали с собой...

- Поздно, - выдохнул Гварза, разглядывая багровые складки. Вспышки в них стали ярче и чаще - что-то приближалось к холму, и Гедимину, равно как и другим сарматам, это очень не нравилось.

- Так что будет-то? - напомнил о себе Вепуат. - Что такое нергет?

Айзек развернулся к нему.

- Бегом за кислородом - а потом ставить купол! Через полчаса с неба польёт сталь!

...Белые стены уплотнились до непрозрачности, на метр уйдя в рыхлый щебень, - воздух под купол более не проникал. Гедимин смотрел на перемычку, соединяющую "саркофаг" лаборатории с возведённым над шатрами. Все генераторы защитного поля были подключены к куполам; поле продолжало уплотняться - Айзек приказал не выключать генерацию, что бы ни случилось. Он сидел сейчас в лаборатории, у преобразователя, - рассчитывал, на сколько хватит энергии. Гедимин держал ладонь на реакторе (запущенном сразу же, как сарматы определились с угрозой) и тоже считал, но данных явно не хватало.

- Ядро Сатурна... - услышал он рядом протяжный вздох Вепуата. - Не люблю я такие ожидания. Может, зайдём внутрь?

Изнутри лабораторию обернули ещё одним полем - на этом настоял уже Гварза. Гедимин покосился на генератор и пожал плечами.

- Здесь не выдержит - не выдержит нигде.

Он вдохнул чуть глубже обычного и недовольно сощурился - в воздухе из кислородных баллонов, встроенных в скафандр, чего-то явно не хватало. "Может, тех двух окислителей?" - подумалось ему. "Тут не заметишь, как мутируешь..."

- Интересно, где прячутся Бронны, - задумчиво сказал Вепуат, пытаясь что-то разглядеть сквозь непрозрачный купол. Прошёл уже почти час; вокруг было неестественно тихо.

- У них защитного поля нет... Может, в пещеры? Ты видел тут пещеры?

Гедимин вспомнил вылазку с Бронном и пожал плечами.

- Они уже за тысячи километров отсюда. И они знали, куда бежали. Город у них, наверное, в пещерах...

- В дереве, - услышал он голос Айзека; сармат тоже выбрался из лаборатории и встал у трапа, что-то высматривая на экране сканера. - Бронны живут в дереве. Пещеры - это к Скогнам. Бронны камня не выносят. Мне интереснее, где стражи... и кто бы нас предупредил, если бы вы с Вепуатом проспали отъезд...

Гедимин еле слышно хмыкнул - он не был уверен, что полученная им информация могла считаться внятным предупреждением - но сказать ничего не успел. Верхняя часть купола сверкнула белым и подёрнулась сеткой хаотично пляшущих огней - какая-то шрапнель била по ней снаружи, и обстрел с каждой секундой усиливался.

- Держи! - отчаянно крикнул Айзек, вскидывая руку с генератором. Гедимин едва успел схватить его за запястье.

- Heta!

Свечение разлилось по всему куполу - следующий удар обрушивался раньше, чем пропадала реакция на предыдущий. "Металлический ливень," - Гедимин вспомнил об оставленных снаружи термодатчиках. Ещё секунда - и сигнал от них пропал.

Время под сжигаемым снаружи куполом тянулось мучительно медленно. Сармат вцепился когтями в трап, как будто его могло смыть или сдуть, - так хотелось высунуться из-под купола и посмотреть, как с неба льётся расплавленный металл. "Когда-нибудь посмотрю," - думал он. "Когда обвыкнемся тут и перестанем пугаться. Это не так уж опасно - всего две семьсот по Кельвину..."

Вспышки становились всё реже, зато теперь начало светиться основание купола - его будто опоясало белым кольцом прямо над землёй. Гедимин покосился на термометр, - несмотря на все усилия по изоляции, воздух под "саркофагом" прогрелся уже до пятидесяти градусов. Он сверился с датчиком кислорода - баллонов хватало на сорок земных часов, можно было не рисковать, вдыхая горячий газ неизвестного состава. Состав - даже под куполом - тоже изменился; видимо, какие-то лёгкоплавкие породы, разогреваясь, понемногу испарялись. Новые газы не поднимались высоко над землёй, быстро остывая и покрывая поверхность тяжёлым слоем.

- Всё, - выдохнул Айзек, отключая свой генератор. - Но наружу пока нельзя. Гедимин, ты чем занят?

- Беру пробы испарений, - отозвался ремонтник. - Под куполом неизвестный тяжёлый газ.

- Бери, - махнул рукой Айзек. - Тяжёлый? Выше трапа или ниже?

- Держится ниже, - Гедимин снова глянул на термометр. - Но по мере нагрева поднимется. Когда можно будет выйти?

Защитный купол уже не наращивал толщину и, возможно, понемногу растворялся в горячем воздухе, но сквозь него всё ещё ничего не было видно, и Гедимин досадливо щурился. "Так всё и просидишь под саркофагами..."

Сверху, от шлюзовой камеры, донеслось громкое фырканье.

- Айзек, выпусти его! Не вернётся - нам же спокойнее.

- Кенен! - Айзек недовольно сощурился. - Гедимин, иди в помещение. Я тебе не разрешаю...

Вепуат осторожно, стараясь не слишком шуметь, постучал пальцем по нагрудной пластине Гедимина.

- Через час выйдем, - прошептал он, перехватив взгляд ремонтника. - Мне тоже интересно.

В лаборатории Гедимина ждал лист с набросанной на нём кривой таблицей - перечнем образцов органики и температуры их возгорания. Внизу был рукой Вепуата приписан ещё один пункт - "щепка от бочки Броннов". "Две двести? А, это по Цельсию... Тогда всё в норме," - подумал Гедимин.

- Здесь температуру лучше считать по Кельвину, - вслух сказал он. - Мы же не знаем, когда замерзает местная вода. Опытов никто не ставил. А абсолютный ноль есть абсолютный ноль.

Вепуат еле слышно хмыкнул.

- Здорово, наверное, быть в чём-то уверенным! А с водой... - он взял пустую кювету и нырнул за переборку. - Сейчас проверим. Айзек, холодильником поделишься?

- Не ядовитое? - без особого любопытства спросил Айзек. - Вода? Местная вода? Дистиллят, или что попалось? А, из того контейнера...

- А ведь верно, - сказал Вепуат, возвращаясь из-за переборки без кюветы, зато с канистрой. - Мы с водой ещё не работали. Давай всё по порядку - нагрев, облучение, электролиз...

Айзек выглянул из-за переборки.

- Вепуат, воду ты и сам подогреешь. Гедимин, иди сюда. Нужна помощь с газоразделителем...

...Гедимин встал у входа в шлюз, глядя на анализатор. Воздух остыл до сорока пяти градусов, тяжёлая газовая смесь осела ещё на десяток сантиметров и выше не поднималась. По нижней части купола протянулся полупрозрачный ободок - от постоянного нагрева она всё-таки прогорела; верхняя оставалась матовой.

- Очень осторожно, слышишь? - повторил Айзек. Он выбрался из лаборатории и теперь с тревогой следил за Гедимином и Вепуатом, пристраивающими к защитному куполу временную шлюзовую камеру. - Респиратор не снимать, под ноги смотреть!

- Он всегда такой был? - шёпотом спросил у Гедимина Вепуат, благо шлюз за ними закрылся, и Айзек уже ничего не мог услышать. Гедимин качнул головой.

- Я его из-подо льда вылавливал. Под ноги не смотрел...

Шлюз распахнулся, и ладони Гедимина обожгло горячим воздухом. Земля прогрелась ещё лучше - на секунду стало больно ступням, но потом ощущение пропало. Сармат вспомнил переохлаждённые равнины Фебы и осторожно шагнул, проверяя грунт на прочность. Раздался треск - горячие камни стали хрупкими, лопались под ногой. Равнина дымилась.

- Ядро Сатурна... - пробормотал Вепуат за его плечом, глядя сквозь тёмный щиток на столбы дыма и светящиеся красным потёки. Расплав стекал по наторенному пути - промоинами на склонах, углубляя их и оставляя вязкую массу на дне. "Застынет стеклом," - мелькнуло в голове Гедимина. "Плавленый камень, немного металла."

Под ногами среди каменного крошева и застывших капель металла с прошлых ливней горели красными искрами новые, ещё раскалённые, но постепенно остывающие. Гедимин наступил в лужицу и едва успел отдёрнуть ногу, почувствовав, что поверхность течёт. Верхний слой обшивки зашипел и пошёл пузырями, быстро оплавляясь. Гедимин наклонился, осторожно, кончиками когтей взял красный шарик и вгляделся в сероватые разводы, пробегающие по его поверхности.

- А деревья дымятся, - заметил Вепуат откуда-то издалека. Он добрался до края обрыва и стоял над металлическим ручьём, медленно стекающим по промоине. Металл стал вязким, но ещё сползал под уклон под собственной тяжестью. Гедимин подкрался к нему, стараясь не ступать на красное, поддел когтем и дёрнул кверху, затаскивая остывающую лужу обратно на склон.

- Для опытов, - вполголоса пояснил он, подсовывая под вязкий металл защитное поле. Вепуат его не слышал - он смотрел, не отрываясь, на дым над холмами.

Ещё не рассвело, но белая полоса вдоль горизонта уже обозначилась; чёрные полосы дыма перечёркивали её - от подножия холма-стоянки до края, где выступы и впадины рельефа сливались в неразличимую рябь. Внизу светились красным металлические лужи и медлительные ручьи. Дым валил от "деревьев" - и те, что похожи на груды валунов, и гранёные столбы, и курганы - все они почернели и дымились. Капель металла на их поверхности Гедимин не разглядел - видимо, все канавки для стока отработали, как надо. Сармат ещё раз вспомнил их строение - точно, как на смарте, рассчитанные скосы, наклоны, углы изгиба - и еле слышно хмыкнул. "Те, с которых не стекало, сгорели миллион лет назад..."

- Всего тридцать пять, - услышал он голос Вепуата. Изучив деревья, разведчик взялся за приборы. Два дрона уже кружили над долиной, глубоко, впрочем, не спускаясь.

- Тридцать пять воздух, - повторил Вепуат, оглянувшись на Гедимина. - То есть - по Цельсию. Тёпленько.

Сармат покосился на свой термометр. В восходящих потоках от остывающего расплава доходило до пары сотен, но сверху спускалась холодная воздушная масса, и ветер с каждой минутой усиливался, растягивая вертикальные столбы дыма вдоль горизонта. Гедимин взглянул на небо - красные складки пропали, над холмами нависла бугристая серая поверхность с зелёными и синеватыми пятнами. Когда через пару секунд с неё капнуло на щиток, сармат дёрнулся от неожиданности, схватился за лицо - и услышал нервный смешок Вепуата.

- Дождь! Не бойся, это просто вода... Hasu!

Ливень обрушился на холмы, отделив сарматов от лагеря непроницаемой стеной. К дырке в куполе они пробирались на ощупь, по показаниям сканера, скользя на мокрых камешках и ныряя в паровые гейзеры. Гедимин каждую секунду напоминал себе, что это просто вода, что температура ничтожна - не дотянет и до рабочего нагрева миниреактора, и что, даже упав, он поднимется и дойдёт до шлюза. Напоминания помогали слабо. Добравшись до нематериальной "трубы", он резко втолкнул в неё Вепуата и нырнул следом, заращивая проём. Придавленный Вепуат возмущённо фыркнул.

- Два дебила, - бесстрастно "поприветствовал" их с трапа Кенен Гварза. Айзек уже стоял внизу и "светил" в лицо сарматам сигма-сканером.

- Там ливень, - сказал Гедимин, вытирая мокрый лицевой щиток. - Вода сконденсировалась... Вепуат, ты состав проверил?

- Ливень, - Айзек улыбнулся. - Скоро всё остынет. Лаборатория не пострадала. Шатры, кстати, тоже, - Кенен проверил. Легко отделались. Но мне по-прежнему интересно, где стражи.

- В пещере, - отозвался Гедимин. - Или в дереве. Как у них тут принято... Айзек, этот металл как-нибудь называется?

- Ох... - Айзек, шумно выдохнув, отступил на шаг от светящегося красным свёртка. - Собрал расплав?!

- Кусок ручья, - Гедимин свернул кокон защитного поля пополам и присмотрелся к слипающемуся металлу. - Очень пластичный, а при застывании - прочный. Местные его используют - видел кованые вещи. Должно быть название.

- Спросим, - отозвался Айзек. - Неси в лабораторию. Надеюсь, это тебя займёт часа на два. Хватит с вас вылазок!

...Гедимин опустил ладони в воду и с сожалением посмотрел на оплавленные пластины. Обшивка всё-таки перегрелась, особенно на пальцах, - теперь они плохо гнулись, и надо было зачищать деформированные края щитков. Под вытяжкой обсыхали закалённые "детали" - примитивный пруток, пластина, шар с отверстием, протянутая между когтями "проволока" сечением в два миллиметра - ближе когти не сдвигались. Цвет у остывшего металла был тёмно-синий, со стальным отливом, и Гедимин уже почти к нему привык.

- Уже деталей наковал? - Айзек выбрался из-за переборки и заглянул под вытяжку. - Тебе, кажется, приглянулся этот металл.

- Полезный, - кивнул Гедимин. - Такая... сталемедь. Сколько его тут? Есть месторождения? Или...

Сармат посмотрел себе под ноги. Пол и передвижная платформа лаборатории закрывали от него ближайшее "месторождение" - многометровый слой затвердевших капель и брызг от тысяч прошедших "нергетов". "Тут вся долина - месторождение. Черпай где хочешь, только шлак отсеивай. Надо прикинуть, какой тут процент руды..."

- Это хорошо, что у тебя есть идеи, - сказал Айзек. - У нас пока есть баллоны с разными газами. Разделителю ещё работать и работать, но на пару экспериментов хватит. Можешь проверить свой металл на окисление.

Гедимин вспомнил тёмные камешки в слоях осадочных пород. Какая-то плёнка их покрывала - то ли шлак, налипший при остывании, то ли въевшаяся земля, то ли, и правда, плохоизученные окислы. "Проверим," - молча кивнул он, глядя на тёмно-синие заготовки. "И на радиостойкость тоже. Если этой штукой можно заменить ипрон или флию в реакторе - ей цены нет."

...Над остывающей землёй клубился пар. Дождь утих, и снова поднялся ветер; все низины заволокло дымкой, и лучи разгорающегося Пламени причудливо преломлялись в ней. Гедимин следил за сполохами на горизонте, забавы ради пытаясь дотянуться до них сканером. Прибор видел только воду - три реагента, разделившихся при испарении, снова смешивались, конденсируясь на поднятой в воздух минеральной пыли. На термометре было двадцать три; Гедимин лениво думал, не настроить ли его на градусы Кельвина - всё равно ни один из компонентов местной воды не кристаллизовался при нуле по Цельсию, даже после дистилляции.

Когда световой столб на горизонте погас, и у предметов появились размытые, но всё же тени, сармат наклонился и подобрал пригоршню камешков. Среди них были и свежие капли металла; к их синей поверхности прикипела корка шлака от испарившихся легкоплавких пород, и они выглядели чёрно-серыми. Руку они уже не обжигали, но термометр показывал пятьдесят-семьдесят градусов, в зависимости от глубины, на которую завалилась упавшая капля перед застыванием.

- Листья лезут, - услышал он над головой негромкий голос Вепуата. Разведчик снова поднял дроны в небо, и они кружили в дымке над низиной. Сквозь редеющий пар Гедимин разглядел красные шевелящиеся полоски на склоне одного из живых "холмов". Потом появились лиловые, пурпурные, чёрные, желтоватые, - деревья осторожно выпускали подвижные листья. Они не торопились - сначала высовывались сантиметров на десять-двадцать и останавливались, "прощупывая" воздух, будто в их пластинах были термодатчики, а у самого дерева - достаточно мозгов, чтобы осознавать опасность. Пока Гедимин за ними следил, самые "смелые" выглянули уже на полметра; небольшие веерные листы развернулись, полотнища оставались туго свёрнутыми.

- А они тут хорошо чуют опасность, - задумчиво сказал сармат, вспомнив оголившиеся перед "нергетом" холмы. - Надо бы за ними следить.

- Ага, разумно, - кивнул Вепуат. - Кстати, ты заметил? Нет нигде следов старой листвы. Листья, трава... они ведь должны отмирать. Иначе не будет никакой почвы. Ты видел тут опавшие листья?

- Я не уверен, что видел почву, - Гедимин сощурился на растения, притворившиеся грудой валунов. Сканер показывал пучки волокнистых структур, связывающие всю колонию в одно целое... и сходные структуры, уходящие вертикально вниз под каждым из "камней" в основании пирамиды. Они были напичканы обломками пород - мелкими, сильно разрушенными.

- Похоже, они все питаются камнем. При таких осадках... - он подбросил на ладони синеватый камешек. - Почвенный слой не выживает.

- А ещё мне интересны споры, - Вепуат подозвал один из дронов и спустил его едва не до земли, заставив "вынюхивать" что-то среди камней. - Помнишь вчерашний вылет огнелюбок? Они ведь где-то осели. Должно быть что-то, позволяющее переживать такие ливни.

Гедимин посмотрел себе под ноги. Если бы он сам позавчера не видел плотный травяной покров на каждом уступе и в каждой низине, - вообще не поверил бы, что на этой россыпи гравия возможна жизнь.

- Увидим, когда прорастут, - сказал он, глядя, как Вепуат пытается брать с камней смывы. "Тут огнестойкая органика. А споры - прочная штука. Может, что и налипло."

Что-то гудело над головой; первые секунды Гедимин не обращал внимания, потом оглянулся на лабораторию, но тут же понял, что звук исходит не от машины.

- Смотри! - Вепуат развернулся направо и вскинул голову. - Инверсивный след!

По небу справа налево протянулась чёткая полоса белой ряби - что-то мчалось на огромной скорости, вспарывая облачную дымку. Гул приближался.

- Метеор? - Вепуат быстро оглянулся на лабораторию и потянулся за "арктусом".

- Не дымится, - Гедимину самому было не по себе, и он высчитывал в уме траекторию, но мысленная кривая почему-то петляла и выписывала зигзаги, хотя видимый след был прямым, как сигма-луч. - Не горит. Искусственный объект...

"Объект" вынырнул над холмом из ниоткуда, с рёвом и грохотом пролетел последние сотни метров, и Гедимин едва успел выставить над головой защитное поле, когда на полнеба распахнулись гигантские ослепительно-яркие крылья. Это было живое существо, зависшее над сарматом, всё обрисованное ярчайшей вспышкой, - конусовидная голова, обтекаемое ракетоподобное тело, восемь конечностей, плотно вжатых в панцирный живот, и огромные узорчатые крылья нелепой, совершенно "нелетучей" формы. На длиннейшем хвосте зверя развернулся, снова ослепив сармата, яркий перистый веер и тут же схлопнулся - летун нырнул к земле.

Он выгнулся волнами перед самым торможением, сел, как на шасси, на восемь толстых лап, и взмахнул хвостом, поднимая чешуи крыльев дыбом. Половина его туловища свесилась с холма, наверху осталось метров пятнадцать. Среди чешуй что-то шевелилось; секунда - и на землю, выпутавшись из пёстрой шелухи, с посохом наперевес спрыгнул Гор.

- Не стреляйте! - запоздало крикнул он, вбивая острие посоха в гравий. За ним со спины летучего зверя скатился многослойно одетый Бронн - и замер, уставившись на сарматов и приоткрыв острозубую пасть. Гедимин озадаченно хмыкнул.

- Вы живы? Много раненых? - выдохнул Гор; его слова тонули в скрежете и частых щелчках хитиновых выростов. Гедимин и Вепуат переглянулись.

- Тебя почему с утра не было? - спросил разведчик. - Ты нас вроде как охраняешь?

Голова "богомола" качнулась книзу, но тут же вскинулась - из-за шатров появились Айзек и Гварза.

- С прибытием, - ровным голосом сказал Айзек, складывая руки на груди. - Пережидал дождь?

Он взглянул на крылатого зверя и удивлённо мигнул - правда, всего один раз, будто чего-то такого и ожидал.

- Как и вы, - отозвался Гор. - И рад, что мы все его переждали. Никто не ранен? Даже шатры... И ваша машина не сломана?

- Мы можем пережить короткий ливень, - сказал Айзек. - Неприятно, но не смертельно. Но почему никто не предупредил нас?

Гор повернул голову к Бронну. Тот немного опомнился, закрыл рот и перебрался ближе к посоху стража, глядя на сарматов с явной опаской. На взгляд "богомола" он ответил еле слышной фразой, даже ни разу не пискнув и не заверещав.

- Я только что узнал, что вы остались в лагере, - сказал Гор, склонив голову. - Когда земля остыла, я полетел за вами в Алвен. Все мы были уверены, что вы там!

"Полетел?" - Гедимин посмотрел на огромное животное. Глаза у него были яркие, глубоко посаженные, симметрично расставленные по конусовидной морде - всего шесть штук. Все они смотрели на сармата, и тому казалось, что существо его изучает - возможно, с теми же мыслями об удивительности и многообразии форм живого. "А может, оно и разумное," - мелькнуло в мозгу. "Управляющих элементов не видно. А если его просканировать..."

От пронзительного вопля у него зазвенело в ушах. Существо вскинулось всем телом, разбрасывая гравий, и поползло вниз по склону. Гор развернулся, хватаясь за посох, и издал несколько почти ультразвуковых криков. Зверь нехотя остановился, встряхнул головой и залёг, опустив голову и пристально наблюдая за Гедимином. Сармат убрал руку с выключенным сканером за спину. Ему было неловко.

- Не надо так больше, - сдержанно сказал ему Гор. - Кейланны и так не рады - ни чужакам, ни договору. Мало кто из них помогает нам.

Бронн подал голос, глядя на Айзека; его слова, и так непонятные, едва можно было расслышать. Закончив, он низко склонил голову.

- Старейшины Алвена были перепуганы, когда я к ним пришёл, - сказал Гор. - Вы остались на Равнине без защиты, отказались уйти...

Айзек изумлённо мигнул.

- Отказались?! Никто не предлагал нам, Гор. Мы о нергете узнали случайно - Гедимин увидел, как ваши Бронны уезжают, и вытряс из них пару слов. Непохоже, чтобы нас собирались брать с собой!

Гор сказал что-то аборигену, сухо щёлкнув жвалами, и дождался еле слышного ответа. Гедимин разглядывал Кейланна. Ему хотелось посмотреть, что записал сканер, но приходилось сдерживать любопытство. "Существо, обгоняющее звук. Да ещё на этих крыльях... Оно ведь не расправляло их на высокой скорости. Их при первой же попытке раздробило бы. На реактивной тяге оно летает, что ли?"

- Старейшины сказали мне, что Бронны говорили с вами. Предупредили вас и очень просили уйти. Вы ответили, что нергет вам не страшен. Они думали, что вы все мертвы. Решали, кого отправить к нам с такой вестью... - Гор снова щёлкнул жвалами и явно проглотил ругательство. Айзек мигнул.

- Их перед отъездом видел только Гедимин. Он не знает ни слова на их языке! Что он мог понять, а тем более - ответить?!

Гор перевёл взгляд на Гедимина. Тот кивнул.

- Они говорили: "нерги". Я не знал, что это. Айзека они не дождались.

Бронн внимательно слушал, глядя то на него, то на Гора; видно было, что он с нетерпением ждёт перевода. Гедимин рассматривал его многослойную одежду, расшитую бусинами. "Не поотрывались же при сверхзвуковом перелёте... Навряд ли у Кейланна в спине герметичная кабина. Какие-нибудь шипы торчат - цепляйся, как умеешь..."

- Скверный случай, - проговорил Гор, снова склонив голову. - Я должен попросить прощения, Айсиек. За их и своё недомыслие. Они будут знать, что важное надо говорить тебе и Кен-нену. И что Дим-мин не знает их наречия. Старейшины уверены, что знает. Они рады будут, что никто не ранен. Ты разрешишь им вернуться на холм?

- Пусть приезжают, - ответил Айзек. - И привезут с собой камни и дерево. Гедимин хочет увидеть, из чего тут строят и делают вещи. Он осмотрит их и вырежет небольшие части, - пусть везут то, чего не жалко.

Гор сказал Бронну несколько фраз. Тот слушал, насторожив уши и время от времени переводя взгляд на Гедимина. Тот задумчиво щурился. "Думают, что я знаю их язык? С чего бы?!"

Кейланн снова вскрикнул. Гравий полетел во все стороны. Существо соскользнуло с холма и залегло в низине, приподняв чешуйчатые наспинные выросты. Гедимин растерянно мигнул.

- Я вижу, мне пора, - сухо сказал Гор. - Бронны приедут, как только дороги станут безопасны. А я вернусь очень быстро. Выставьте стену вокруг холма - по горячей земле могут подойти нергоны.

В выростах на спине Кейланна он спрятался полностью - видимо, залёг, цепляясь за какие-то шипы; следом нырнул, тут же исчезнув, неожиданно проворный Бронн. Кейланн встряхнулся всем телом, выгибаясь волной, во все стороны брызнул гравий - и существо подлетело на пару метров над землёй, расправляя широкие крылья. Следующий прыжок был уже в воздухе, без точки опоры, - Кейланна швырнуло вертикально вверх на полсотни метров, его крылья сложились, плотно прижимаясь к бокам, он взмахнул хвостом, по длинному телу прошла волна, и существо исчезло - только инверсивный след протянулся над холмами.

Не успел Гедимин отойти от обрыва, как на него налетел Вепуат.

- Ну? Успел отсканировать? Что делал - состав или структуру?

- Состав, структуру не успел, - недовольно сощурился ремонтник. - Интересно, чем оно чувствует "сигму"...

- И каким местом летает, - подхватил Вепуат, прижимая его запястье к своему. - А у меня структура. Ну, давай сканы, - пока ставишь стену, я как раз их разберу!

За спиной кто-то выразительно хмыкнул.

- Ну, хотя бы про стену эти два биолога помнят... Что-то надо делать с ними, Айзек. Ограничить их контакты с аборигенами. Доиграемся ведь до вооружённого конфликта...

Гедимин растерянно мигнул, начал разворачиваться к чем-то недовольному Гварзе, но Вепуат дёрнул его за руку.

- Стой! Скан не докачался!

- С чего конфликт-то? - Гедимин угрюмо сощурился. - Кому я что сделал?

- Да кто вас знает, что у вас с Гварзой, - отмахнулся свободной рукой Вепуат. - Четыре года одно и то же. Тебе со стеной помочь?

...Бронны подошли незаметно - Гедимин обнаружил их стоянку, выйдя в очередной раз за образцами. Аборигены уже расставили бочонки и корзины и возились среди загородок, непривычно тихие и малословные. Гедимин пронаблюдал за ними пару секунд и снова наклонился за камнями. "Видимо, Гор много чего им сказал... Выходит, он главнее их командиров? А, Маккензи разберёт эту их иерархию..."

Поднявшись в лабораторию, он глянул себе под ноги, - слой пыли исчез. "Уже и сюда заходили. Не заметил."

- Ирренций в составе, - донеслось из-за стола Вепуата - разведчик возился со сканограммами. Гедимин еле слышно хмыкнул.

- Ну конечно, ирренций. Чему ещё там быть? Лучше найди, чем оно летает...

Он заглянул через плечо Вепуата в маленький монитор и изумлённо мигнул. На сканограмме был увеличенный фрагмент какой-то крупной полой кости с плоскими внутренними выростами, и выросты окружала знакомая рябь.

- Наложи состав! - велел Гедимин, впиваясь взглядом в белесые полоски. "Сигма-излучение... и, похоже, пульсирующее."

- Тут везде в костях ирренций, - отозвался Вепуат, совмещая сканограммы; дело шло медленно - сканировали зверя с разных точек. - В полых - больше, а здесь... Ага! Здесь самый большой процент.

Он положил рядом другой скан, отстоящий от первого на полсекунды. Гедимин пригляделся к белесым полоскам и щёлкнул пальцем по экрану.

- Так и есть. Переменная "сигма". У него сигма-пульсатор внутри... Тут нервные окончания?

- Это вообще череп, - отозвался Вепуат. - Тут везде... А, верно. Повышенная иннервация... Это орган чувств, похоже. Им оно и почуяло, когда мы сканировали. Интересно, на кой ему такой орган? Ладно, Пожиратели чувствуют ЭМИА-кванты...

- Думаешь, это радиофаг? - Гедимин вспомнил пристальный взгляд шести глаз. "Для "охоты" на радионуклиды зрение не слишком-то нужно..."

- Это очень вряд ли, - уверенно сказал Вепуат. - По зубам и потрохам - явный хищник, охотник на что-то бронированное. Видимо, в этой броне и содержатся радионуклиды. Зачем-то они ему нужны...

В лаборатории потянуло сквозняком - кто-то осторожно приоткрыл люк. Оглянувшись, Гедимин увидел Скогна. В этот раз абориген был без копья и старательно улыбался, прикрывая острые зубы. Поймав взгляд Гедимина, он приложил пальцы ко лбу и слегка поклонился.

- А, подопытные, - Вепуат, досадливо щурясь, выключил передатчик и придвинул ближе запасной стул. - Zaa Skognati!

Он похлопал по сидению. Скогн издал пару коротких звуков и обогнул стол Гедимина, но замедлил шаг, приподнялся на цыпочки и уставился на разложенные там детали из синего металла.

- Yiir... reisshenea?

Только это Гедимин и разобрал из обрывков взволнованных фраз. Скогн в одну секунду перетрогал все детали, поскоблил когтем и даже попробовал на зуб. Гедимин, растерянно мигая, смотрел на него и слушал явно к нему обращённую речь, где часто повторялось слово "reisshen". Говорящий сильно волновался, но вроде бы не был напуган или зол, - всё, что сармату удалось понять. "А когти у них сильно короче," - вертелась в мозгу какая-то чепуха. "Маленькие такие. Вон, даже обувь можно носить. С жёстким носком под когти... ага, и с запасом под оттопыривание. Видимо, жест рефлекторный... Hasu! Что за бред в голове?! С Ренгером переобщался..."

- Zaa! - чуть повысил голос Вепуат, со связкой датчиков в руках дожидающийся подопытного. Скогн быстро перебрался к его столу, устроился на стуле, но всё ещё говорил, глядя на Гедимина и пытаясь что-то показать на пальцах. Сармат качнул головой.

- Ничего не понимаю, - он покосился на детали и взял в руки пруток. - Хотя... постой... рэй-шен?

- Reisshenea, - чуть более чётко, чем раньше, проговорил Скогн, но на его лице уже висели датчики, и двигать челюстями особо не получалось. Вепуат сердито фыркнул.

- Вот где всегда Айзек, когда он нужен?!

...Подопытный ушёл, несколько раз обернувшись на прощание и привстав на цыпочки; смотрел он явно в сторону деталей. Гедимин озадаченно хмыкнул.

- Чем-то его заинтересовали эти штуки... А ведь здесь знают этот металл. Даже используют... Как он, всё-таки, это выговаривал? "Рэйшен" или "рэйссен"?

- "Рэссена", - отозвался Вепуат, делая пометки в журнале. - Как-то так.

"Rs" - занёс Гедимин в справочник сигма-сканера, направил прибор на детали и довольно хмыкнул - на одну кучку непонятных значков стало меньше. Литейная станция уже мигала светодиодами - расплав "дозрел". Гедимин задумчиво сощурился и протянул руку к подготовленной форме, растягивая её из пластины в стержень - такой же, как стержни миниреактора.

Эту отливку он не стал бросать в воду - оставил её медленно остывать под вытяжкой. За столом Вепуата уже сидел другой Скогн; он молчал, но его взгляд не отрывался от синих отливок. Гедимин, еле слышно хмыкнув, направил на него луч сканера. "Интересно, как у них с чувствительностью к "сигме"..."

Если Скогн что и почувствовал, то не подал вида. Через несколько секунд Гедимин выключил сканер, мельком глянул на экран - "отдам потом Вепуату"... и остановился.

"Украшение? Да нет, непохоже. Оно в закрытой сумке... ну да, вот этот футляр... из дерева, похоже. И деревянный стержень внутри. А эти штуки... по структуре - какой-то металл. Это отливки по одной форме. Даже видно, где она плохо обработана. Снаружи, по ободку, кругло и гладко, а внутри - как придётся. Массовое производство..."

Продолговатый футляр с тонким стержнем внутри был длиной сантиметров двадцать; в нём помещалось два десятка плоских отливок - миниатюрных колёс древнего образца, с ободом и пятью спицами. Они были насажены на шпенёк свободно, не туго, но с боков их в футляре фиксировали продольные выступы. "Они не должны вращаться," - щёлкнуло в мозгу Гедимина. "Их можно снимать, но нельзя вертеть. Но это явные колёса. С такими делали повозки в древности... Странные штуки."

- А? Что? - Вепуат нехотя оторвался от пометок. Подопытный Скогн уже ушёл, датчики лежали в стерилизаторе. Гедимин молча показал Вепуату сканограмму "контейнера с колёсами".

- А, это... - разведчик пожал плечами. - У них у всех такие штуки. Мог бы не отвлекаться - у меня таких сканов полный передатчик.

- Они знают колесо, - сказал Гедимин, угрюмо щурясь. Вепуат озадаченно посмотрел на него.

- И что?

- Какого метеороида они ездят на волокушах?!

...Айзек вышел из-за переборки и недовольно сощурился на литейную станцию - там под вытяжкой ещё светилась багровым рэссеновая отливка.

- Долговременные опыты... О них бы лучше предупреждать заранее. Эту штуку, наверное, лучше не трогать с места?

- Уезжаешь? - Вепуат поднялся из-за стола, на ходу занося в передатчик последние пометки. - Мне выносить нечего, а вот у Гедимина... Ремонтник, тебе помочь?

Айзек качнул головой.

- Мои инкубаторы тоже тряски не любят. Сделаем по-другому. Принайтуйте всё, что нельзя ронять, заберите то, что взрывается, - остальное поедет в Ураниум. За час сильно не испортится.

Гедимин одобрительно хмыкнул.

- Да, так лучше. У меня тут... - он покосился на батарею пробирок. - Много чего долговременного. И... нам точно негде взять ещё одного сармата? Химика?

Айзек тяжело вздохнул.

- Могу попросить Броннов или Скогнов - выделят лаборанта. Подставку ему под ноги ты сам соорудишь.

...Гедимин встряхнул ещё раз ёмкость с водой и чёрно-синим гравием и аккуратно, тонкой струёй, разлил жидкость по квадратному метру холма, расчертив щебёнку мокрыми зигзагами.

- Сеешь споры? - покосился на него Вепуат. Его дроны поднялись высоко и пытались набрать проб из слоя дымки над холмами; разведчик приглядывал за ними вполглаза.

- Мне в расплаве они не нужны, - отозвался Гедимин, высыпая отмытую руду в большой контейнер. Ему мерещились осторожные взгляды из-за шатров - Скогнам определённо были очень интересны манипуляции с синим металлом.

- Ты, похоже, решил пустить рэссену в дело, - сказал Вепуат. Гедимин пожал плечами.

- Сырьё как сырьё. На опалубку точно сгодится. Устойчиво к коррозии... может, пойдёт на арматуру и трубы. Но всё надо проверить...

Вепуат еле слышно хмыкнул.

- Опалубка? С такой температурой плавления? Что будешь строить - домну или конвертер? У Скогнов, кажется, ни того, ни другого нет...

...Хруст был тихим, еле слышным; Гедимин схватился за переключатель, валок, не успевший набрать обороты, остановился, но поздно. Сармат отодвинул от него светящийся красноватым пруток и недовольно сощурился на металлические крошки на ленте. Легкоплавкий металл, даже нагретый почти добела, не расплющивался, а ломался. Гедимин с досадливым вздохом подобрал пруток, смахнул крошки в ладонь и вернул полуостуженную отливку в тигель. "Прокат не удался. Ладно, отольём сразу по форме..."

- Мне нужны живые звери, - услышал он голос Вепуата. Вместе с последним подопытным-Скогном пришёл Гор, и разведчик, обвешав аборигена датчиками, что-то быстро втолковывал стражу. Тот внимательно слушал, наклонив голову.

- Звери? Летающие или сидящие на месте? - спросил Гор.

- И те, и те, - быстро ответил Вепуат. - Все, что поместятся в лабораторию. Мне нужно будет держать их тут живыми какое-то время. Буду изучать.

- Понятно, - по голосу Гора непонятно было, удивился он или нет, но волнения услышанное у него не вызвало. - Лишних зверей отдавай Броннам - они разберутся, что съедобно, а что нет.

Вепуат, довольно ухмыляясь, прошёл мимо Гедимина к оружейной стойке - его плазмомёт висел там, пристроенный в углу, подальше от любопытных чужаков. Оглянувшись на красные светодиоды и блестящее защитное поле вокруг греющегося тигля, он еле слышно хмыкнул.

- Что у тебя там? Рэссена?

- Легкоплавкий металл, - качнул головой Гедимин. - Щелочноземельный. Для конструкций непригоден. Но для науки пригодится.

- Щёлочно... - Вепуат с сомнением покосился на тигель. - Возишься с химикатами? Осторожнее тут, ладно? Не взорви без меня ничего...

Гедимин недовольно сощурился ему вслед. "Дурацкая старая шутка. Хоть бы кто придумал новую."

...Мелкие капли стекали по змеевику, сливаясь и укрупняясь, и падали в лужицу, скопившуюся на дне сосуда. Уже было видно, что жидкость не прозрачная, а светло-синяя. Рокот кипящей воды почти уже затих, на поверхность большого сосуда всплывали последние пузыри. Гедимин покосился на мерную шкалу и удовлетворённо хмыкнул. "Лёгкая фракция ушла. Усилим нагрев..."

Жидкость закипела нескоро; сармат не спешил, повышая температуру по градусу. Когда первые капли побежали по холодному змеевику, Гедимин услышал гул открывающегося люка. Оборачиваться он не стал. "Эта фракция... бесцветная? Да, в самом деле. А остаток постепенно зеленеет. Чем дальше, тем больше. Останется третья фракция, двадцать процентов, зелёного цвета..."

- Мало тут места, - услышал он недовольный голос Вепуата. - Скажи Броннам - пусть подержат их у себя, но не едят и не выпускают. Есть у них корм для таких тварей?

- Они присмотрят, - отозвался Гор. Вроде бы Вепуат не говорил ничего тревожащего, но жвалы гигантского "богомола" так и щёлкали. Гедимин обернулся и озадаченно посмотрел на пришельцев.

- Вот эти побудут здесь, - сармат поставил на стол две плотно сплетённые высокие корзины. Кроме ручек, к ним были приделаны ремни для переноски за плечами. Из корзин не было слышно ни звука - то ли животное не пережило переноски, то ли относилось к сидящим на месте.

- Айсиек, - чуть громче обычного сказал Гор, оглядываясь по сторонам. - Нужно сказать ему.

Вепуат сердито фыркнул.

- Нужно - вернуться в степь и, пока не стемнело, продолжить охоту! Совершенно незачем было бежать сюда из-за кучки дикарей.

- Дикари? - Гедимин, забыв о кипящей жидкости, шагнул к разведчику. - На тебя напали? Снова те, с копьями?

Вепуат мрачно кивнул.

- Да, те, синие мутанты. Снова махали оружием. И Гор утащил меня на холм. Нет бы вывести на точку, с которой их можно достать!

Он снял с плеча плазмомёт и досадливо хмыкнул.

- Даже бахнуть не дал. А я так думаю - им бы хватило. Забыли бы, где наш лагерь.

Гор, скрывшийся было за переборкой, снова вышел. За ним появился недовольный Айзек. Следом выглянул Гварза, покосился на Гедимина и едва заметно поморщился. Ремонтник скривился в ответ.

- Первая же вылазка - и Сагаты снова тут как тут, - проговорил Айзек, сердито щурясь. - Хотя ливень должен был далеко их отогнать. Вовремя они вернулись...

- Объясни Гору, что мы - не Бронны, - вмешался Вепуат, положив руку на приклад плазмомёта. - И постоять за себя можем. Если бы мне дали хоть раз выстрелить с правильной точки...

Айзек болезненно поморщился.

- Нас тут четверо, Вепуат. Ты предлагаешь объявить войну нескольким миллионам?

Разведчик фыркнул.

- Они и так не живут мирно. Подождём, пока влезут на холм и натыкают копьями в нас? Тогда-то мне позволят пострелять?

Гедимин задумчиво сощурился, невольно оглянувшись на сфалт. "Несколько миллионов? Один хороший "Гельт"... хотя - зависит от плотности населения..."

- Не спускайтесь с холма до завтра, - сказал Гор в наступившей тишине. - Я не поведу вас никуда. Если нужны какие-то звери, их привезут.

Теперь уже фыркнул Гедимин.

- Где мои образцы минералов? "Привезут", sa has...

- Гедимин! - Айзек укоризненно покосился на него. - Здесь не Земля, и скоростного транспорта нет. Как и сетевой связи. Спасибо, что вмешался, Гор. Мы будем осторожны.

Они вдвоём вышли из лаборатории. Гварза смерил Гедимина и Вепуата угрюмым взглядом и скрылся за переборкой. Разведчик громко фыркнул.

- Осторожны! Столько разговоров, будто у каждого из этих дикарей "Теггар" в штанах. Мы вдвоём, думаю, разогнали бы всю орду, не оцарапав скафандров. Никакой работы в таких условиях...

Он растянул над крышкой корзины защитное поле и осторожно просунул под него руку. Гедимин подошёл ближе, держа "арктус" наготове. Разведчик отсоединил верхнюю часть корзины и отложил её в сторону. В нижней остался большой ком гравия, непонятно чем удерживаемого вместе. Гедимин не сразу разглядел волокнистые структуры, проступающие над камнями.

- Я думал сначала, у них примитивные трахеи, - вслух рассуждал Вепуат, просвечивая комок сигма-сканером; на экране проступала сложная структура с лучевой симметрией. - А тут мембраны и клапаны... ого! Ничего себе тяга...

Датчик, неосторожно поднесённый к просвету между камнями, подлетел на десяток сантиметров. Вепуат поймал его и закрепил понадёжнее.

- Я видел эти штуки под землёй, - вспомнил наконец Гедимин смутные приплюснутые тени на экране сканера. - Но те были крупнее... в основном.

- Были и крупные, - согласился Вепуат, осторожно тыкая между камнями палочкой, и попытался достать камешки из сети волокнистых отростков. Поддавались они очень неохотно. Вепуат показал Гедимину почти высвобожденный обломок - из "корня" к нему тянулось два десятка тонких волоконец, уходящих глубоко в поры.

- Питается, - пояснил разведчик. - Почвы тут, считай, нет, но все как-то приспособились. А гумус, видимо, не сохраняется из-за огненных дождей...

"Интересно, как в таких условиях выглядит земледелие," - подумал Гедимин, вспоминая обрывочные кадры из видеолекций - что-то про ковыряние земли ручной лопатой и острым лемехом. "Учитывая дожди... да, не очень понятно, как аборигены здесь выживают. Выедают дерево изнутри?"

- Оч-чень интересно, - пробормотал Вепуат, глядя на экран сканера. - Нет, ожидаемо, но всё равно интересно. Оно забирает все три окислителя. Не один, как местные разумные, а все три. Всё-таки... я сомневался, но, видимо, зря. Бронны и Скогны - не аборигенные виды. Два вида от одного корня и из одной местности... Надо же было выбрать для жизни такой климат!

...Тонкая желтоватая пластинка опустилась на дно кюветы, и газ зашипел, оседая. Гедимин смотрел, как поверхность металла покрывается рыхлым рыжеватым налётом, и улыбался. Он понятия не имел, что это за налёт, и будет ли у этой реакции хоть какое-то применение, - но в кювете шёл явный процесс окисления, и мир становился понятнее. "Щелочной металл и газ-окислитель. Соль на выходе. Отлично..."

- Что это у тебя? - с усталым любопытством спросил Айзек, проходя мимо стола. - Надеюсь, реакция под контролем?

- Окисление, - отозвался Гедимин, пропустив подколку мимо ушей. - Анализатор не опознаёт здесь ни одну частицу - но заряд у них всё-таки есть...

- Глубоко копаешь, - пробормотал Айзек. - Спать пойдёшь?

- Подожду до темноты, - отозвался Гедимин, направляя сканер на практически разъеденную пластинку металла. - Неохота терять светлое время.

Айзек еле слышно хмыкнул.

- Не думал, что на лабораторию без окон влияет освещённость снаружи. Но - тебе виднее. Ночью Кенен перегоняет машину - проследи, чтобы все твои пробирки были закрыты и зафиксированы.

...Гедимин, тяжело опираясь на столешницу, распрямил спину. Плечи ныли, в затылке ломило, - давно ему не приходилось отрабатывать две смены подряд, и всё же он едва заметно ухмылялся, когда смотрел на запечатанные колбы и пустые кюветы. "Окисление и восстановление, мать моя пробирка. То же, что и везде. Не без местных штучек, но в целом - всё проясняется. Надо посмотреть, не обладает ли та рыжая соль вязкостью, и какова она в расплаве..."

Он остановился у литейной станции. Отливка - короткий стержень из рэссены - давно остыла, но её поверхность ещё оставалась ярко-синей, без серой плёнки окислов. Гедимин вспомнил все недавние опыты с рэссеной и задумчиво сощурился. "Не сталемедь. Сталеалюминий, вот что это. Высочайшая коррозионная стойкость. Ненамного уступает благородным металлам." Он огляделся по сторонам и, сняв с плеча сфалт, осторожно вскрыл корпус реактора. Зелёный свет ударил ему в грудь, в непроницаемые пластины скафандра. Гедимин аккуратно пристроил новый "стержень" в пустое гнездо и закрыл корпус. "Последнее испытание - радиационная коррозия и заражение. Через сут... двадцать четыре часа проверить."


6 день Мысли, месяц Металла. Равнина, Дальний Край, Сфен Земли - Сердце Пламени

Труднее всего было отучить себя резко подниматься на ноги - не всегда Гедимину удавалось вовремя вспомнить, где он находится. С досадливым вздохом вернув на место приподнявшийся купол шатра (кости-опоры от неосторожного рывка повылетали из пазов, и не сразу сармат нашёл, куда их вставлять), он выбрался наружу, к багровому свету трёхногих фонарей. Что-то волокнистое зашевелилось под ладонью, Гедимин отдёрнул было руку, но, приглядевшись, увидел траву - из гравия снова торчали вееровидные листья лиловых и красных огнелюбок.

"Быстро они восстановились," - без особого удивления подумал сармат, вспомнив, как ещё вчера дымился раскалённый щебень. Он поворошил камешки - они всё ещё легко поддавались, огнелюбки, выросшие за ночь, не успели развесить корневую систему. Найденный кусочек металла ещё хранил тепло - или, возможно, Гедимину померещилось.

На стоянке Броннов было тихо, только за плетёной загородкой что-то мерцало, и из темноты доносился хруст - кто-то, похоже, поедал огнелюбки вместе с гравием. Гедимин соединил вытяжной шланг скафандра с сучком-патрубком большой бочки, украдкой попробовал её приподнять и помянул про себя спаривание "макак". "Надо быть осторожнее с этими Броннами. Ассархаддону понравилось бы такое устройство мышц. Определённо, не обошлось бы без новой направленной мутации..."

...Пластинка желтоватого металла опустилась на дно кюветы и тут же покрылась мелкими пузырьками. Гедимин покосился на термометр - "вода" нагрелась на пару градусов. Синеватая жидкость помутнела, постепенно белея. Сармат следил за газовыми датчиками, но до бурного выделения не дошло - пузырьки лопались под водой, растворяясь в ней снова. Через пару минут реакция замедлилась, а потом и вовсе прекратилась. Гедимин слил бесцветную жидкость и осмотрел металлическую пластинку с размытыми, округлившимися краями. "Ещё одна щёлочь. Проверить на местной органике."

Он взял со штатива последнюю пробирку - с третьей фракцией воды, жидкостью зеленоватого цвета. "Посмотрим, что будет здесь," - он покосился на так и не пригодившуюся колбу для сбора газа. "Если опять ничего - придётся подогреть реакцию."

...Жидкость, подогретая на полсотни градусов, наконец начала мутнеть. Пластинка металла подёрнулась рыхлым красным налётом. Реактив забурлил, и газовый датчик наконец зафиксировал приток - одна из составляющих "зелёной воды", слипаясь в молекулы, быстро поднималась по трубке в газоуловитель. Гедимин одобрительно хмыкнул и привернул горелку. "Идёт. На выходе соль и газ. Изучим..."

- Всё окисляешь? - хмыкнул Айзек, выглянув из-за переборки. - Что там так бурлит?

- Тяжёлая фракция воды, - отозвался Гедимин, следя за повышением давления. - Кажется, выявил местный галоген. Это сущес...

Осколки газоуловителя брызнули во все стороны. Гедимин, не успев ничего подумать, нырнул под стол, вскидывая над головой генератор защитного поля. Сверху зашипело.

- Мать моя пробирка! - Айзек, проворно задёрнув переборку, нажал здоровенную красную кнопку под потолком. - Воздух я откачаю, а стол вытирай сам. Твоя авария, тебе и ликвидировать.

Гедимин поднялся с пола. Тонкое защитное поле над местом эксперимента не выдержало града осколков, и их разбросало по отсеку; красная соль растеклась по столу, и реакция прекратилась, не оставив на химически стойком фриле видимых следов. Гедимин, облегчённо вздохнув, сгрёб реактивы в контейнер, залил стол омывающим раствором и пошёл собирать осколки.

- Давление было ничтожным, - пробормотал он, сердито щурясь на кусочек стекла. - Никаких посторонних веществ. Нагрев минимальный. Никаких оснований для...

- Местные галогены, говоришь? - Айзек наблюдал за ним, с анализатором отслеживая газовый состав - насосы работали на полную мощность, выгоняя из отсека отравленный воздух. - Это, видимо, был фтор. Попробуй держать его в темноте... и стекло оберни защитным полем.

...Состав воздуха вернулся к норме (если не учитывать испарения омывающих растворов с мокрого пола, потолка и переборок, - Гедимин под пристальным взглядом Айзека полчаса промывал их). Последний уцелевший осколок газоуловителя был засунут под микросканер. Гедимин высматривал следы повреждений на внутренней поверхности, но ничего не находил.

- Не реагировал он со стеклом, - буркнул сармат, сердито щурясь на Айзека. - Никаких следов.

Переборка отодвинулась, и одновременно приоткрылся люк, впустив сквозняк.

- Айзек, ты там надолго? - спросил Гварза. Выглянувший из шлюза Вепуат шагнул на подсыхающий пол и озадаченно хмыкнул.

- А что тут было? Ликвидация?

- Один великий химик пытался взорвать базу, - угрюмо ответил Гварза. - В этот раз не удалось. Айзек, я бы на твоём месте так близко не стоял. И отсеки надо бы герметизировать...

Гедимин недобро сощурился.

- Я выделил галоген. Кто же знал, что...

В отсеке снова потянуло сквозняком - кто-то вошёл в незакрытый шлюз, впустив в лабораторию воздух Равнины. Айзек со свистящим вздохом развернулся к люку - и, промедлив секунду, изобразил приветственный жест.

- Рад вас видеть, - Руниен хотел было воткнуть посох в пол - видимо, по стражеской привычке - но опомнился и только слегка стукнул им по мокрой поверхности. - Особенно - всех сразу. Досадная оплошность со вчерашним дождём... хорошо, что вы, высокий народ, стойки, как скалы! Ничего плохого не случилось тут?

Он обвёл угрюмых сарматов вопросительным взглядом. Гедимин тронул пальцем свежие щербинки на шлеме и наплечнике - взрыв был сбоку, осколки летели под углом вверх, чудом разминувшись с лицевым щитком.

- Ничего существенного, - отозвался Айзек. - Как, надеюсь, и у вас, стражей.

Руниен снова хотел воткнуть посох в "землю" - и, остановив замах, прижал костяную "палку" к груди.

- Хорошо, что раны или обида не помешают вам отправиться в путь. Сегодня вас ждут. Хранимое Сердце Равнины - Кайшу хочет говорить с вами.

Последнюю фразу он произнёс так торжественно, что Гедимину померещились крупные буквы перед каждым словом. "В путь? Сердце?.. Sa hasu, я так до галогенов и к ночи не доберусь!"

- Этого не хватало, - вырвалось у него. - Все опыты на...

- Hetatza! - рявкнул на него Кенен Гварза, шагнув вперёд. - Закрой рот!

Айзек укоризненно взглянул на них обоих и поднял руки в примиряющем жесте.

- Мелкие неприятности, Руниен. Не для твоих ушей. Мы все едем, конечно же. Кого за нами прислали?

Руниен удовлетворённо улыбнулся и слегка притронулся пальцами ко лбу.

- И мы с Ауной идём с вами. Мальгес ждёт у холма. Возьмите пищу и воду, если не принимаете угощений, - мы подождём у малой стоянки.

...Стражи стояли у полевой кухни Броннов; аборигены высыпали им навстречу, кто-то, не найдя места на волокуше, взобрался на бочку. Гедимин увидел два больших, явно не на Бронна сшитых рюкзака из шкур, со множеством шнуровки вместо привычных застёжек. Заметив сарматов, Ауна оглянулась через плечо, улыбнулась, прикрывая клыки, и подобрала один из рюкзаков - как заметил Гедимин, очень осторожно, стараясь ничего им не задеть. Сармат, насторожившись, потянулся за сканером.

- Heta! - Кенен, неведомо как оказавшийся за плечом Гедимина, хлопнул его по запястью. - Куда ты лезешь?!

- У них там взрывчатка, - прошипел Гедимин в ответ, неприязненно щурясь на рюкзаки. Руниен со своим тоже был осторожен - груз у стражей был если не один и тот же, то со схожими свойствами.

- Там камни и палки, местные штучки, - прошептал Гварза, плечом отталкивая Гедимина и подходя к обрыву. - Жаль, нельзя тебя оставить в лагере!

- ...да, нам как раз по пути, - услышал Гедимин обрывок разговора с Айзеком. - Если Дим-мин хочет увидеть литейни, навряд ли Хранимое Сердце ему откажет.

Сармат мигнул. "Литейни?! А я ведь даже не говорил..." - он расплылся в глупой улыбке и на время забыл о "камнях и палках" в чужих рюкзаках. "Остатки Куэннских технологий, город Куэннов... и как раз светает - мы ничего не пропустим."

Он взглянул с обрыва вниз, высматривая присланный за ними транспорт, и увидел в низине, среди подрастающих огнелюбок, большого зверя. Мех у него был короткий, гладкий, будто прилизанный, но покрытый такими яркими узорами, что в сумерках они казались светящимися. Вдоль хребта, от основания черепа до длинного, с кистью на конце, хвоста тянулся двойной ряд длинных остистых отростков, обтянутых кожей. Существо, приподняв вытянутую голову, следило за чужаками. На темени и на лбу у него были глаза - вдобавок к четырём по бокам морды.

"Шипы, конечно, мешают, но можно сбоку..." - Гедимин оборвал мысль на полуслове - очевидно было, что никакой упряжи, никаких сёдел или переносных мешков на звере не было, и он был явно маловат для существа, способного утащить четыре тонны.

- А как мы на него все сядем? - вполголоса спросил он - и услышал дружное фырканье двух сарматов и одной человекособаки. Айзек укоризненно на него оглянулся, Руниен поджал губы, но ответил очень сдержанно:

- На Мальгесов не садятся. С ними идут рядом. Они видят самые короткие тропы на Равнине. Вам, как особая честь, разрешено держаться за спину.

Увидев, что "пассажиры" спускаются с холма, зверь поднялся, разминая лапы, встряхнулся всем телом (по волнистым узорам на шкуре пробежал белый огонь) и слегка наклонил голову, разглядывая чужаков. Руниен приложил пальцы ко лбу, и Гедимин с изумлением увидел, как Айзек повторяет его жест.

Страж проговорил длинную фразу, состоящую из икания и клёкота, и существо ответило ему - чуть короче, но явно осмысленно. Гедимин вспыхнул. "Разумное!" - он уткнулся взглядом в заросли огнелюбок. Долго переживать ему, впрочем, не дали - Вепуат уже толкал в бок.

- Мы, двое, пойдём впереди, - Ауна, уже взявшаяся за шип на спине Мальгеса, оглянулась через плечо и подбадривающе кивнула. - Беритесь за хребет - и держитесь крепко.

- По сигналу закрыть глаза и до сигнала не открывать, идти на ощупь! - отдал последнее указание Кенен Гварза, недобро глядя на Гедимина и Вепуата, замыкающих короткую процессию. - Не открывать глаз, понятно?

Гедимин, дождавшись, когда он отвернётся, потянулся за тёмным щитком. "Интересно, что же такое тут можно увидеть..."

- Это растёт из позвонков, - прошептал Вепуат, осторожно берясь за покрытый кожей шип. - Если запнуться и повиснуть всем весом, наверное, сломаешь напрочь...

Гедимин опустил руку и досадливо сощурился. "Лезут в череп без сканера... Ладно, им виднее."

Шип был тёплым на ощупь - под кожей вроде бы ненужная кость была оплетена множеством сосудов, и они ощутимо пульсировали. Гедимин крепко обхватил его ладонью и закрыл глаза. Мальгес заклекотал, выгибая спину, шип двинулся куда-то вперёд, и сармат, зажмурившись, шагнул следом.

Он пытался отсчитывать секунды, но числа в голове путались; он дошёл до семнадесят шести, когда услышал громкий клёкот, и его толкнули в плечо.

- Не спать!

Под ногами был гладкий, слегка выпуклый камень, - какие-то булыжники, обтёсанные с боков и собранные в довольно плотную кладку. Гедимин открыл глаза, убедился, что кладка плотная, и, промигавшись от яркого света, поднял голову. "Ah-hasu!"

Свет разливался повсюду - не приглушённый, едва разгоняющий темноту над холмами, а ослепительно-яркий, ярче дневного. Мальгес и его попутчики стояли посреди мощёной дороги, наполовину её перегородив; перед ними по "шоссе", плавно изгибающемуся вправо, ползла гружёная бочонками волокуша. С двух сторон вдоль изогнутой улицы громоздились уложенные друг на друга пятиметровые шары, будто вырезанные из выбеленной кости, со странными изогнутыми отростками, частично отломанными. Секунду спустя Гедимин понял, что это башни - строения из шарообразных модулей, уложенных по три на каждом ярусе-этаже. Этажей тоже было три; сверху их частично прикрывала длинными "отростками"-козырьками острая конусовидная крыша. Два ряда двадцатиметровых башен тянулись, уходя за поворот; оглянувшись, сармат увидел, как один из рядов продолжается, уходя вправо. "Это витки спирали," - щёлкнуло в мозгу. "Весь город - огромная спираль."

Он взглянул на ближайшую башню. У неё была сложная структура, какие-то коммуникации пронизывали каждый шар-отсек, уходя в глубину земли, но сармат не мог понять их назначения, даже не различал отдельных узлов. Он видел только белые стены, шипы-выросты, местами отколотые, и сложный выгравированный орнамент, покрывавший каждый квадратный метр "кладки". Прорезанные углубления были залиты чем-то блестящим, местами золотистым, местами зеленоватым, где-то - красно-медным или серебряным. Это выглядело как металл, но Гедимин не узнавал этих металлов, и сигма-сканер не мог ему помочь.

"Город Куэннов..." - сармат завороженно смотрел на башни, на обломки перекинутых через улицу мостков - середина вывалилась, остались только толстые зубцы-основания... Он даже не сразу заметил прилепившиеся к белым "высоткам" строения из желтоватого камня-плитняка - примитивные толстостенные башенки, едва поднимающие верхушку конусовидной крыши над первым ярусом Куэннских строений. Ещё позже он увидел жителей, хотя они были там давно, и он чувствовал их взгляды со всех сторон. Скогны выбрались из своих башенок, вылезли из-за плетёных загородок, встали под навесами из коры и смотрели на пришельцев во все глаза - даже ремесленник за примитивным точильным станком отложил недоточенный нож и вытаращился на чужаков.

"Надо же, тут педаль, система блоков... ход лёгкий... ремень не новый, но без серьёзных повреждений. Рабочий механизм..." - пронеслось в голове Гедимина, прежде чем он, досадливо щурясь, повернулся в другую сторону. "Ремонтный рефлекс, чтоб его..."

- Впечатляюще, - услышал он голос Айзека. - И каждый раз, как первый. Эй, Вепуат! Гедимин! Вы готовы идти?

- Пора идти, - поддержал его Руниен, поворачиваясь к сарматам. - Сердце Пламени великолепно, но Кайшу ждёт. Вы ещё многое увидите по дороге.

Мостовую определённо положили Скогны, - Гедимин, как ни старался, не мог состыковать бесшовные резные башни с неровной, примитивной, хоть и старательной каменной кладкой. Чем дальше они шли, тем чаще сармату вспоминался череп ириенца, проросший кристаллами окиси ирренция - так же скогнийские постройки "прорастали" хаотичной сетью сквозь распланированный древний город. Они и выглядели издали, как островерхие кристаллы; их строили из светлого и тёмного плитняка, очень плотно укладывая камни, так, что невнимательному прохожему стена показалась бы монолитом. Гедимин видел идущие сверху вниз желобки на стенах - их дно, особенно у оснований башенок, спеклось в стеклянистую корку. Все стены были покрыты мельчайшими щербинами - видимо, дожди из расплавленного металла проходили и здесь. Гедимин искал такие следы на стенах Куэннских башен, но они были гладкими - даже сложный орнамент нигде не нарушился.

По мостовой скользили размытые тени - верхний ярус тоже был заселён; Гедимин видел, как из отсеков третьего этажа, "надрезанных" сверху, высовываются клиновидные головы и пёстрые крылья. Из "люков" нижних ярусов свисали верёвочные лестницы; кое-где Скогны забили в орнамент клинья и соорудили примитивные ступени. Навесы из коры крепились к шипам древних башен, под ними в больших плетёных садках трепыхалось что-то многоцветное и летучее, чуть в стороне лежали почти плоские панцирные звери - те, что таскали волокуши.

За поворотом, далеко в стороне от дороги, десяток Скогнов сидел за столом; Гедимин, оглянувшись на блеск лезвий, сначала обнаружил, что ножи у них каменные - и сильно удивился, откуда народ, умеющий обрабатывать тугоплавкие металлы, выкопал такое дикарство. Сами Скогны, ничему не удивляясь, разделывали каменными лезвиями какие-то здоровенные пузыри с щупальцами, - похожих тварей сармат видел в одном из садков и, кажется, над холмами в день вылета спор. Работа шла быстро - пустые шкурки сыпались градом в ведро. Ещё пара секунд - и двое Скогнов, поставив у стола новую ёмкость, поволокли заполненную под другой навес. "А вёдра у них из шкур," - отметил про себя Гедимин, уже уставившийся на подъёмный механизм, к которому цепляли полный "контейнер". "Оператор крана" стоял наверху, почти что над открытым варочным чаном, и короткими возгласами направлял рабочих. Двое Скогнов сматывали тросы - очень быстро и без натуги, и "оператор", казалось, не подгоняет их, а одёргивает, не давая излишне спешить. Поймав ведро на самом верху, он опрокинул его над чаном, и крюк пошёл вниз.

"Чан не из металла. И не из дерева," - машинально отметил Гедимин, разглядывая нижние патрубки, заткнутые большими пробками. "Покрыт глазу... нет, это термическая деформация. Очень равномерная, и, похоже, целенаправленная. На патрубках её нет..."

Мальгес заклекотал, на секунду перекрыв уличный шум, и встряхнулся всем телом, замирая на месте - перед его носом через дорогу бежал Скогн и тащил небольшую волокушу. На ней стояли два открытых ведра, из которых от толчков вылетала сероватая слизь.

"Местная Би-плазма?" - Гедимин повернул голову к очередному "крану" - в этот раз поднимающему вёдра со слизью на площадку над обширными садками. Они были приоткрыты сверху, и Скогн с черпаком забрасывал внутрь сероватую и чёрную жижу. Видимо, она была по вкусу летающим тварям - до поддонов под садками ничего не долетало. Пробегающий мимо Скогн деловито заглянул в поддоны, не нашёл ничего интересного и промчался мимо.

"Интересные сооруже..." - Гедимин сам не заметил, как сделал шаг к обочине, и очнулся только от звонкого хлопка по наплечнику.

- Стоять! Тебя куда понесло?! - взгляд Гварзы не предвещал ничего хорошего.

- Осмотреть механизм, - буркнул Гедимин, угрюмо щурясь. "Зачем было тащить нас через весь город, если такая срочность? Подошли бы прямо к резиденции..."

- Никаких механизмов, - Гварза следил, как сармат возвращается к спокойно стоящему Мальгесу, пока тот не взялся за спинной шип. - Хватит устраивать нам проблемы!

- Серрдце Пламени очень кррасиво, - Ауна оглянулась на сердитых сарматов. - Так стрроили только Куэнны. Смотрри по сторронам, Дим-мин, смотрри на белые башни...

Айзек, дождавшись, когда она отвернётся, молча показал Гедимину кулак. Сармат виновато сощурился, положил ладонь на гребень Мальгеса и поднял взгляд выше навесов, каменных строений и примитивных механизмов - к белым башням, сделанным непонятно из чего. Экспедиция уже добралась до второго витка гигантской спирали; постройки не изменились - те, что стояли на въезде в город, отличались от тех, что Гедимин видел вокруг, разве что деталями орнамента и количеством и длиной сохранившихся шипов. Отсюда уже просматривался фрагмент третьего витка, с теми же башнями, построенными по одному проекту.

"Что-то это мне напоминает..." - Гедимин смотрел на очередное строение и задумчиво щурился. Массивный жилой отсек держался на выростах-шипах, не ломая их и не скатываясь, - было чему удивиться, и сармат охотно вырезал бы из стены десяток кернов для исследования, но в самих отсеках что-то его смущало. "Что Айзек говорил про их размеры? Ничего... Видимо, они не больше и не меньше нас. Эти шары - по пять метров в поперечнике. Даже если стены совсем тонкие, всё равно внутри будет тесно..."

Гедимин представил себе, как сворачивается на дне шарообразного отсека, и недовольно сощурился. "Ну, пусть им было удобно размазываться по нижней полусфере. На потолке и стенах они явно не висели - анатомия не та. Что поместится в такой комнате? Один матрас, ящик для вещей, может - полки... верстак войдёт уже впритык... верстак или самая маленькая лаборатория... а вот литейная станция уже не влезет. Если там ещё и мойка..." - сармат встряхнул головой, отгоняя воображаемые картинки, - он уже думал, как растянуть литейную станцию вдоль вогнутой стены. "Или у них была общественная душевая? И пищеблок? И, может, даже информато... Hasu!"

Вполголоса помянув спаривание "макак", Гедимин уткнулся взглядом в мостовую.

- Ты чего? - встревожился Вепуат, пытаясь заглянуть ему в глаза. - Не нравятся башни?

- Это бараки, - буркнул сармат. - Куэннские бараки. Мало я их в Ураниуме видел?!

...Когда за очередным поворотом цепочка белых башен оборвалась, немного не доходя до пятёрки резных зубчатых пиков, высоко поднятых над равниной, Гедимин молча кивнул собственным мыслям - "А вот и станция. И энергомачта над ней." Центральный пик уходил ввысь на добрых полторы сотни метров; "ветви", плотно прижатые к "стволу" башни, спиралью поднимались по нему, и от них исходил свет. Гедимин представил себе, как они распрямляются, выбрасывая в пространство потоки квантов, и даже прищурился от воображаемой вспышки. Эта "антенна" была рассчитана на гигантскую мощность - сармат начал было расчёты, но вынужденно оборвал их.

- Старейшина Кайри! - услышал он голос Айзека - и увидел, как оба стража вскидывают руки ко лбу, а Мальгес склоняет голову почти до земли. Кого все приветствуют, он заметил не сразу, - вышедший к ним Бронн был с головы до пят увешан бусами и кусочками меха, но роста они ему не прибавляли.

- Снова в Сердце, Айсиек, - старейшина Кайри медленно поднёс пальцы ко лбу; его лицо было изрезано складками, странно растянутыми вдоль вытянутых челюстей, а из-под бусин и меха между макушкой и плечами торчали клочки бело-жёлтых, выцветших волос. - И Кен-нен, конечно. Радостно видеть вас тут, мастера из Тлаканты. Вас не потревожили в дороге?

- Нергоны ещё не настолько обнаглели, чтобы напасть на Мальгеса, - мрачно ответил ему Руниен. - Спасибо за лучшего проводника, хранящий.

- Спасибо стражам, - чуть шевельнул когтистым пальцем старик-Бронн. - Я вас более не задерживаю. Лучший отдых, лучшая пища...

Он слабо повёл ладонью. Мальгес с громким клёкотом вскинул голову, хлестнул по бокам хвостом и в один прыжок исчез за воротами. Гедимин проводил его взглядом и озадаченно мигнул - створок в воротах не было, но за ними как будто не было вообще ничего.

- До встречи, Айсиек, - Руниен приподнял посох на прощание; он словно сразу успокоился, даже расплылся в улыбке. - Отдохните перед долгой дорогой!

Сарматы остались вчетвером, не считая миниатюрного Бронна. Проходящие мимо Скогны замечали, казалось, только его - ни один не прошёл без приветствия, на сарматов же они косились с опаской. Кайри шагнул в сторону, указывая на ворота.

- Правильные слова про отдых. Вы проделали долгий путь. Вы снова откажетесь от нашей пищи, но посидеть в тишине вам же не возбраняется?

Гедимин мигнул. "Сидеть? После того, как по городу мчались бегом? И куда мы, спрашивается, спешили?"

- Кайшу ждёт, - качнул головой Айзек - видимо, он думал так же. - Ты ведь знаешь, Кайри...

- Кайшу знает, как широка Равнина, - отозвался Бронн. - Вы только что пересекли её всю. Кайшу никогда не оставила бы вас без отдыха. Идите за мной.

"Гостеприимство, мать моя колба," - Гедимин, угрюмо щурясь, прошёл под высокой стрельчатой аркой. "Это называется "гостеприимство". До лаборатории я, похоже, доберусь только к ночи."

...Изнутри строение тоже было белым и гладким - насколько позволял разглядеть неяркий свет каких-то кристаллических друз, свисающих со стен в плетёных мешочках. Своды, сужаясь, уходили на несколько метров вверх, места было много - даже для сарматов, а мелькающие в полумраке Скогны вообще терялись в огромных залах. "Тут можно выстроить целый скогнийский город," - думал Гедимин, оглядываясь по сторонам. "А Куэнны, видимо, очень не любили острые углы. Интересно было бы взглянуть на производственный процесс... во всём этом волнистом и сглаженном."

Чем дальше они уходили, тем сильнее Гедимин убеждался, что весь этот комплекс был заводом или вспомогательным корпусом энергостанции - и, по меркам Куэннов, не таким уж огромным. Оборудование сняли, оставив голые стены, но в элементах орнамента ещё угадывались направляющие, "гнёзда" под какие-то узлы, остатки креплений. Скогны здесь явно не жили - только развесили светильники и застелили полы чем-то волокнистым. Оно хорошо поглощало звуки - все мимопробегающие, и мелкие, и рослые, скользили бесшумными тенями, и Гедимину даже захотелось грохнуть кулаком о кулак - тишина неприятно давила на уши.

Боковой проход перекрывала длинная занавесь - тканое полотнище со стилизованной картиной. Гедимин успел рассмотреть только фрагмент с беловолосым копейщиком-Скогном, втыкающим остриё себе под ноги, - потом завеса отдёрнулась, открыв неожиданно маленькое помещение с ещё более толстым слоем подстилок на полу. Там по кругу были разложены приплюснутые сверху шары разных размеров, обёрнутые тем же волокнистым материалом, только более светлым. Кристаллы тут развесили рыжеватые, и их, видимо, было мало, - даже после сумрачных коридоров Куэннского завода Гедимину в комнате показалось темно.

- Выбирайте места, высокий народ, - Кайри, оглянувшись на гостей, сам устроился в шарообразном кресле, мягко просевшем под его небольшим весом. Гедимин настороженно сощурился, предположив, что под сарматом оно прогнётся до пола - или вовсе лопнет. Но Айзек спокойно сел в шар побольше, и кресло только чуть-чуть промялось.

"Какая-то органика," - думал Гедимин, прощупывая волокнистую поверхность. "Очень прочная органика. Что-то из местных растений?"

- Рассказывают, что на вашем холме даже ночью не гаснет свет, - услышал он негромкий голос Кайри. - И работа не останавливается даже под огненным ливнем. Далеко ли она продвинулась? Найдено ли место для стройки?

- Много ли наработаешь с нергонами под боком? - неожиданно резко отозвался Айзек. - Мы не можем сойти с холма, чтоб на них не наткнуться. Им, как видно, не по нраву эта стройка...

Бронн шумно вздохнул.

- Им было по нраву, когда мы их кормили и им же кланялись. А они пинали нас и кидали нам объедки. Вот это им нравилось. А все остальные наши дела...

Кто-то осторожно постучал по плечу Гедимина.

- Смотри! - прошептал Вепуат, едва он обернулся, и сунул под нос экран сигма-сканера. Гедимин не сразу даже понял, что ему показывают, - стекло было сплошь покрыто белой рябью.

- Это тут везде, - прошептал Вепуат, придвигаясь к сармату вместе с креслом. - У меня дозиметр по "сигме" зашкалило. На твоём предел вроде выше - что показывает?

Гедимин посмотрел на запястье и ошалело мигнул, увидев тревожный огонёк - светодиод зажёгся, показывая, что предел измерений перейдён. "Сигма, не влезающая в дозиметр... Что у них тут за генератор?!"

Забывшись, он взялся за сигма-сканер - и выругался про себя, ожидаемо не увидев ничего, кроме белой ряби.

- Эй! - сердито зашипел Кенен Гварза, поворачиваясь к сарматам. - Убрали игрушки, оба! Тоже мне, нашли место...

- Так кто, всё-таки, рассказал нергонам, что намечается большое дело? - услышал Гедимин голос Айзека - тот беседовал со старейшиной Броннов, не отвлекаясь ни на перешёптывания сарматов, ни на показания дозиметра. - От кого они узнали о стройке, да с такими подробностями? Сдаётся мне, что не сами догадались...

Кайри вяло шевельнул челюстями. Зубы у него были мелкие, острые, как у всех Броннов - и совершенно целые, без единого заметного промежутка.

- Да, вернее всего, не сами. Думаю, тут не обошлось без Скогнов. Им только дай похвалиться! Только и разговоров, как им построят новые литейни. Я, Кайри, уверен - кто-то из них и похвастался перед нергонами, как скоро зажгут новое Пламя...

- Всё болтаешь? - раздался резкий, высокий голос, показавшийся Гедимину на удивление знакомым. Занавесь откинулась, пропуская в комнату увешанного бусами Скогна. Вместо клочков меха с его одежды свисали кованые колечки, при ходьбе звенящие друг о друга; сармат невольно усмехнулся, но сам Скогн держался гордо и ничего нелепого в своей одежде явно не видел.

- Броннам только дай потратить чужое время, - продолжал Скогн, положив ладонь на странный футляр, закреплённый у пояса. - Да и что взять с существ, делящих его на день и ночь? Всё, что короче дня, - совсем не долго, верно?

Кайри недовольно поморщился.

- Я дал путникам немного отдохнуть после долгой дороги. Вовсе незачем было врываться посреди чужой беседы. Что там за спешка?

Айзек поднялся на ноги.

- Жаль, что мы не договорили, старейшина Кайри. Но нас и вправду ждут.

- Ещё как, - подтвердил Скогн, изобразив запоздалый приветственный жест. - Я только и нашёл вас по голосу этого Бронна! Много нелепой болтовни... и, как всегда, во всём виноваты Скогны?

Айзек не ответил. Сарматы уже прошли под завесой и снова выбрались в прямой коридор заброшенного завода. Гедимин покосился на сканер - экран всё так же рябил.

- Да, кто же ещё, - Скогн, похоже, не нуждался в собеседнике. - Бронны! Будто и не было ни победы, ни договора, будто Нерг до сих пор правит, - эти карлики готовы упасть на пузо перед любым нергоном! Кто-то из кочевников припугнул их, они и выложили всё, что знали. А теперь нашим воинам рисковать в степи...

Он с размаху хлопнул по стене. По коридорам прокатился гул - низкочастотный, давящий на макушку и заставляющий кости слабо вибрировать. Гедимин сглотнул - уши заложило - и услышал тихий, но постепенно нарастающий шелест и постукивание. Ещё секунда - и в стене открылся узкий коридор, упирающийся во что-то светящееся.

- Кайшу, Сердце Равнины, хранимое и хранящее, принимает мастеров-чужеземцев! - голос Скогна прогремел внезапным громовым раскатом. Гедимин мигал, пытаясь разглядеть что-то в гигантской линзе из опалесцирующего стекла, повисшей в центре огромной круглой залы. Узкая галерея тянулась вдоль стены, сарматы едва на ней умещались, - спиной к белой резьбе, когтями в гладкий камень, лицом к огромному мерцающему диску. Он висел, не держась ни на чём, кроме тонких выростов по периметру - они тянулись во все стороны, врастая в светящийся обод над галереей, и то вспыхивали, то гасли. Из линзы прорастали и другие нити, уходящие к потолку или вниз, под галерею; они то вытягивались, то исчезали, и это движение не прекращалось ни на секунду.

- Рада вас видеть, сарматы, повелители лучей и металлов, - этот голос не оглушал, но от него почему-то становилось не по себе. - Вы быстро откликнулись на зов, и вы не щадите себя в работе. Я жалею, что вы не получили должной защиты от погоды и злонамеренных соседей...

Гедимин, щурясь, вглядывался в толщу мерцающего "стекла". "Эти выросты очень похожи на лучевое крыло..."

- Мы не в обиде, - сухо ответил Айзек. - Но будет очень неприятно, если из-за нергонов сорвётся стройка. Мы не можем выйти и собрать образцы, не можем спокойно работать в лагере, - мы ходим с оружием и постоянно озираемся. Может, отложить стройку до лучших времён?

По поверхности линзы прокатилась красная волна, ближе к краю сменившаяся фиолетовой.

- Я готова окружить ваш лагерь непроходимой стеной. Могу привести армию к вашему холму, чтобы она вышла туда, куда вам не удалось. Но мы не Куэнны, и мы не знаем, что нужно вам для работы. Мне рассказали, что вы собираете камни, и что вам нужны камни из других мест, - но никто не понимает, какие и для чего. Можете сказать мне так, как я пойму, - и я разъясню старейшинам так, как поймут они.

"Эта штука - монолитная и разумная," - Гедимину очень хотелось себя ущипнуть, но мешал скафандр, и он больно прикусил себе губу, но бредовое видение не развеялось. "И она - командир этой Метагалактики..."

- Гедимин! - услышал он резкий голос Айзека. Все сарматы, с трудом умещающиеся на узкой галерее, развернулись к нему - и, кажется, глядели так уже не первую секунду. Ремонтник растерянно мигнул.

- Что?

- Кайшу спросила, как должны выглядеть правильные образцы, - проговорил Айзек, глядя на него с нарастающим раздражением. - Их возьмут для нас из пластов, слагающих Сфен Земли. Так будет быстрее, чем нам самим обходить всю Равнину. Но здесь нет геологов, и даже Кайшу не знает, что такое "керн". Покажи ей образец.

Гедимин ошалело мигнул, похлопал себя по броне, оглянулся на Вепуата, - тот, повторив его жест, развёл руками. "Будто я их с собой ношу!" - сармат в растерянности огляделся по сторонам. "Вырезать из чего-нибудь? А из чего?"

За спиной была стена из белого Куэннского "фрила" - как помнил Гедимин, не поддающегося даже плазменной резке. Он посмотрел под ноги, на узкую опору. Эта галерея была построена явно позднее, чем зал; к ней даже не приделали перила - только каменный бортик. Гедимин осторожно опустился на гладкий камень и погрузил в него резак. "Хоть бы не обвалилось..."

Поверхность камня была истёрта до зеркального блеска - это были не следы тщательной обработки, его просто истоптали, изгладили, стерев несколько миллиметров кладки. Минерал был серый, плотный, со стеклянным блеском на изломе; пристально разглядывать его Гедимин не стал - сразу поднял над головой, удерживая двумя пальцами, и показал гигантскому диску.

- Это керн, - громко и чётко сказал он, глядя куда-то в белое "стекло", пронизанное светом. - Обычный объём. Вырезается полой трубкой. Берётся из самых широких пластов. Не выйдет взять - пусть отламывают куски, как умеют.

- Что, если камни будут очень велики или очень малы? - спросило странное существо. Никаких органов чувств Гедимин у него не разглядел, но чем-то оно видело и слышало его... и говорило на понятном ему языке.

- Если велики - отломить кусок поменьше, - ответил он, не тратя времени на удивление. - Если малы - собрать в конте... ёмко... hasu!.. в мешок собрать несколько, чтоб не высыпались. Разные - в разные мешки. Из пластов - отдельно, с поверхности - отдельно. И на каждом подписать, где взято. Тут вообще умеют писать?

Вепуат успокаивающе похлопал его по локтю, Гварза смерил таким взглядом, что Гедимин невольно покосился на скафандр в поисках оплавлений, но гигантский диск даже не сверкнул.

- Надписи будут сделаны, - отозвалась Кайшу. - В лагере будут те, кто их прочтёт. Подними руку выше, сармат-кузнец...

Гедимин даже не успел удивиться, что он "кузнец", - один из отростков диска упёрся в керн, и каменный цилиндрик вылетел из пальцев облачком пара. Ладонь обдало жаром.

- Маленькие ровные кусочки, - задумчиво проговорила Кайшу, пока Гедимин, удивлённо мигая, смотрел, как под диском из тумана формируются тысячи кернов. - Одинаковые меры для разных камней. Это прекрасно, как Куэннские башни. Куэнны не зря вас избрали, высокий народ...

Обод диска налился белым светом. Яркая вспышка накрыла галерею. Это был странный свет - Гедимин видел, как он медленно, плавно течёт и разливается по кольцу орнамента, разделяя огромный шар зала надвое. Он покосился на дозиметр, но прибор зашкалило по "сигме" ещё снаружи, и ничего нового он показать не мог.

- Завтра же рудокопы и каменщики всех городов выйдут на поиски, - пообещала Кайшу. - Повозки отправятся к Алвену так быстро, как их смогут собрать. Камни из Сфена Земли... но говорят, что вы собираете и другие вещи. Даже живых зверей...

"Если по её приказу нам и вправду что-то привезут..." - Гедимин, недоверчиво щурясь, слушал, как Айзек, помогая себе жестами, объясняет про сбор руд, металлов и биологических образцов. "Хотя бы несколько кернов из отдалённой области, пусть и без подписей... М-да, это было бы неплохо. Но тут, кажется, очень тяжело с организацией. Ассархаддона бы сюда... и Лиска - к тем кочевникам!"

Он едва заметно ухмыльнулся, представив, чем закончилась бы попытка помахать примитивным оружием на Взрывника.

"Не знаю, что может эта штука, кроме как светиться... свет у неё, кстати, не свой."

Зал был построен в форме сферы, и выход из него вроде бы был один, сбоку, - но внизу, на самом дне, просматривался колодец, затянутый толстым синим стеклом очень знакомого вида. "Накопитель," - анализатор не работал, но это вещество Гедимин мог распознать и без него. "Очень ёмкий и почти насыщенный. Источник излучения - снизу, прямо под залой. А сверху... Да, точно, - мы как раз под центральной мачтой. Эта висящая штука только пропускает излучение. Она гораздо слабее того, что внизу. И если тут реакторный накопитель, то рядом может быть и реактор..."

Он откинулся к стене и медленно поднёс руку к левому виску. "Если оно выйдет на контакт..."

Перед глазами словно взорвалась плазменная граната. Гедимин услышал грохот, невнятный шум сквозь звон и жар - а потом всё прекратилось, и свет погас. Среди плывущих перед глазами багровых пятен проступил чёрный силуэт. Кто-то из сарматов нависал над Гедимином - почему-то сверху.

- Видишь меня? Слышишь? Кто я? - голос Айзека звенел от волнения. - Не трогайте его, пусть придёт в себя!

Гедимин мигнул, встряхнул головой, слабо надеясь, что очнулся в каком-нибудь понятном и привычном месте, - но из привычного и понятного рядом были только трое недовольных и напуганных сарматов.

- Айзек, - прохрипел он, пытаясь подняться; кто-то подхватил его и прислонил к стене. Он потянулся к виску - и тут же получил по запястью.

- Heta! Одного раза мало?!

Рявкнул на него вовсе не Гварза - тот стоял поодаль и брезгливо морщился. Айзек сердито сощурился на Гедимина и показал ему кулак.

- Ну вот на кой метеороид было это делать?!

- Молчите, - раздался сверху голос светящегося диска. - Пусть говорит он, если разум и речь ещё с ним. Ты посмотрел на Пламя - что ты в нём увидел?

Гедимин ошалело мигнул и криво ухмыльнулся, глядя в бело-серебристое свечение.

- У тебя тут... - он судорожно сглотнул, вспомнив ударивший в глаза огонь. - У тебя вся энергия Метагалактики. Все звёзды, всё... Уран и торий!

Он сжал пальцы в кулак, и его полубезумная ухмылка стала ещё шире.

- Вся энергия Метагалактики! На кой тебе наша станция?!

- Ты управлял великим огнём, ты должен понимать, - отозвался мерцающий диск, и в его глубине зажглись галактики. - Чтобы удерживать пламя в руках, а потоки - в руслах. Новый огонь в Сфене Земли - больше силы для Сфена Земли, больше покоя для Сфена Лучей...

По белесой поверхности пробежала дрожь, и её прорезали синевато-зелёные вспышки. Гедимин подался к стене. По спине стекала испарина, кровь грохотала в ушах. "Гедимин, ты идиот," - запоздало подумал сармат, глядя, как вспышки становятся ярче. "Надо же было тебе лезть в чужой реактор..."

- Кемагвен говорит со мной, - изменившимся голосом сказала Кайшу - похоже, теперь и ей было не по себе. - Он хочет знать, кто был здесь, и кто говорил с Пламенем. И кому Пламя ответило.

Айзек судорожно сглотнул, Гварза поменялся в лице и молча показал Гедимину кулак. Сармат устало ухмыльнулся в ответ, думая, тянуть руку к шлему или нет. "Кемагвен? А они знают, кто это. Один я тут стою, как дурак..."

- Это была случайность, - сказал Айзек. - Передай Кемагвену, что никто не лезет в его дом. Больше его не потревожат.

Зелёное свечение уже разлилось на весь диск и начало дробиться на трёхмерные сегменты, напомнившие Гедимину устройство его скафандра - чешуи панциря, подогнанные друг под друга и не всегда симметричные. Световые нити, уходящие в стену, потускнели и почти погасли, но живая линза так и висела в воздухе, будто силы тяготения на неё не действовали.

- Кемагвен спрашивает, жив ли говоривший с Пламенем, и может ли он заговорить снова, - сказала Кайшу. Гедимин ошалело мигнул.

- Ты... уверена, что правильно его поняла? - переспросил Айзек, как будто не веря своим ушам. - Это невозможно. Гедимину мозги выжжет. Я не дам...

Зелёный свет, потеряв структуру, свернулся внутри диска в спираль.

- Кемагвен говорит, что Пламя будет сдерживаться. Они оба рады, что говоривший жив. Они обещают, что тревожиться не о чем. Кемагвен говорит... - Кайшу на секунду замолчала, а потом её голос странно зазвенел. - Он поднимется, чтобы взглянуть на того, кого слышит Пламя.

- Saat hasesh, - услышал Гедимин обречённый выдох Айзека, а затем его крепко ткнули кулаком под рёбра. - Вставай! Можешь открыть шлем, атомщик. Вот тебе твой желанный контакт.

Гедимин, задержав на секунду дыхание, поднёс руку к виску. Пальцы дрожали. Он слышал тихий шелест и гул - внизу сдвигались гигантские пластины, открывались и закрывались шлюзы. Дозиметр издал пронзительный писк и погас; Гедимин хотел взглянуть, что с ним, но в его череп с двух сторон вонзились невидимые иглы, и он зажмурился от боли. Иглы выдернулись, но тут же впились снова - уже не на всю длину, только острыми концами, прокладывая путь вдоль хребта от макушки до нижних рёбер. Две воткнулись в грудь, и сармат сдавленно зашипел. Боль сразу же притихла - будто существо, неосторожно всадившее в него когти, отдёрнуло лапу. Перед глазами плыли багровые пятна, кожу нестерпимо жгло - жжение кольцами расходилось от мест, куда вошли "иглы". Существо снова притронулось к вискам, и Гедимин беззвучно выдохнул: "Has-su!" Ещё секунда - и "когти" втянулись, оставив сармата с гудящим черепом и резким жжением в груди. Он попытался промигаться - слёзной жидкости было слишком много, она уже текла по щекам и мешала видеть. Когда в глазах прояснилось, он поднял взгляд и увидел четыре глаза на бронированной морде.

Это было что-то вроде огромной змеи, сплошь покрытой переливающейся бронёй; из крошечных проёмов между щитками панциря прорастали световые пучки, плавно качающиеся в воздухе. "Лучевое крыло," - щёлкнуло в мозгу Гедимина. "Только не зелёное, а многоцветное. Что это за кванты?.." Существо молча разглядывало его четырьмя глазами, похожими на лужицы расплавленной стали. Сармату померещилось, что там есть зрачки - тоненькие вертикальные линии, но рассмотреть их не удавалось - от пристального вглядывания кружилась голова. Несколько секунд бронированная змея висела в воздухе, свернувшись неплотной спиралью, а затем резко взвилась, обогнула неподвижный диск и растянулась длинной вспышкой между ним и проёмом в округлом своде. "Энергомачта," - мелькнуло в мозгу Гедимина. "Сверху энергомачта. Оно поднялось туда. Повезло, что мы в скафандрах..."

Раскалённая иголка ткнула сармата в висок - предельно осторожно, почти не причинив боли. Гедимин еле слышно хмыкнул. "Те, что с щупальцами, в общении приятнее. Эти, наверное, для Куэннов - у них панцирь по всему телу, чувствительность нулевая..."

- Кемагвен радуется, - голос Кайшу звенел от волнения. - Он очень давно не взлетал над башней. Он приветствует того, кто пробудил живущих в Пламени. Он рад, что не умрёт, не увидев, как Пламя порождает новую жизнь. Он желает великой силы тем, кого ты пробудил. Он жалеет, что твоё тело такое хрупкое.

Гедимин невольно ухмыльнулся. Боль прошла окончательно, даже жжение унялось, - только пропитанный испариной комбинезон неприятно прилип к телу. "Контакт, мать моя колба..." - вертелось в голове. Мозг от избытка новой информации искрил и плавился. "Здесь хранитель Куэннского реактора. Другая порода, не та, что у нас. И, видимо, другое поколение..."

Он поднял руку к шлему, с досадой заметив, что она дрожит. Пластины плотно легли в пазы. По гладкой обшивке скользили синеватые блики - летающий диск светился изнутри, пропуская сквозь себя потоки квантов, и бросал отсветы на всё вокруг.

- Вам нужен отдых, - услышал Гедимин голос Кайшу. - А вашему другу - помощь. Не лучшее время для разговоров о делах. Мы поговорим ещё - когда по камням, привезённым на ваш холм, вы подберёте место для малого Пламени. Ваша работа сложна... можете вернуться к ней.

"А ведь у Скогнов нет скафандров," - думал Гедимин, на ватных ногах выбираясь наружу. "Они не защищены ничем. Но они выходят в этот коридор - и туда, на галерею. Почему им мозги не выжгло?"

- Живой? - Айзек, отодвинув Вепуата, с тревогой заглянул Гедимину в глаза. - Ага, вроде живой. Со своим умом - вопрос сложный, но предположительно в нём. Ну что, проконтактировал?

Гедимин досадливо поморщился.

- У него вместо волокон шипы. Больно. Тяжело внятно думать с шипами в черепе.

Гварза громко фыркнул.

- Это не из-за шипов, теск. Это твоё обычное со...

- Heta! - прикрикнул на него Айзек, придерживая Гедимина за плечо. - Шипы? Значит, они отличаются...

- Другой подвид, - кивнул Гедимин - и поморщился от боли в потревоженных висках. - Куэннский. Кемагвен сказал - я разбудил новых... что это новая жизнь... Кто он такой? Знаешь? Панцирь, как у Куэнна...

После выжигающего света в "реакторном зале" (хотя это скорее был "коридор оттока", но у Гедимина не хватало сил на точную терминологию) коридоры древнего завода казались совсем тёмными - сармат далеко не сразу заметил, как со всех сторон подходят Скогны. Они стояли тихо, пока Айзек, заметив их, не спросил о чём-то резким тоном. Один из аборигенов ответил ему, притронувшись пальцами ко склонённому лбу, - жест не то почтения, не то страха.

Айзек повернулся к Гедимину.

- Скогны думают, что тебе нужно лечение, пища и купальня. Мы не будем ничего у них брать, но от купальни отказываться глупо. Сейчас пойдём туда и будем там, пока тебе не станет легче.

Гедимин думал было отказаться, но голова гудела, под рёбрами ныло, и хотелось завалиться куда-нибудь в темноту, пока не прекратятся вспышки перед глазами. "Купальни? Здесь? Бывшая Куэннская душевая? Любопытно..."

- Литейни... - прохрипел он - какое-то воспоминание всплеснуло в мозгу. Айзек тяжело вздохнул и кивнул Вепуату.

- Поведём его вдвоём. Он явно не в себе. Какие ещё литейни, мать твоя пробирка?!

...Скогны не стали перекрывать древние своды, - потолок "купальни" уходил вверх на пятнадцать метров. Сквозняка не было, но воздух казался свежим - насколько можно было об этом судить, не вылезая из скафандра. Вепуат придерживал Гедимина под руку, пока тот на неприятно ослабевших ногах спускался в ванну; он подождал, пока сармат сядет, по шею погрузившись в зеленоватую жидкость, и сам ухнул туда же с головой. Куэннские ванны были рассчитаны, видимо, на целую бригаду, - там же, чуть в стороне, уместились Айзек с Кененом, а казалось, что они на другом краю комнаты.

Гедимин подозрительно сощурился на зелёную воду, вспомнив цвет выделенной фракции и испарившийся из неё галоген-"фтор". Он потянулся было к анализатору, но, увидев рябящий экран, махнул рукой и открыл клапаны. Вынырнувший Вепуат в затопленном по горло скафандре уже вымок с ног до головы и вроде бы не растворялся...

Вода была тёплой, но странно освежающей - намокшая кожа даже немела на секунду, её покалывало невидимыми иголочками. Гедимин поднял прояснившийся взгляд к тёмному, оставленному без подсветки своду и увидел вдоль стен длинные резные цистерны, протянувшиеся от потолка почти до края "ванны". Он проследил за кривыми толстыми патрубками, нависшими над "водой". Из них торчали короткие загнутые шипы. На ближайшем патрубке они стояли несимметрично, некоторые были смещены, - видимо, так выглядели Куэннские вентили. Гедимин в залитом по грудь скафандре тяжело поднялся со дна, двинулся к патрубку проверять свою гипотезу, но Айзек, обернувшись на плеск, недовольно фыркнул.

- Сломаешь - сам же будешь чинить! Да, без чертежей!

Гедимин остановился, недовольно сощурился, но тянуть руки к вентилям ему расхотелось. "Лезут в мозг без сканера... Когда Айзек научился таким штукам?" - беззлобно подумал он, снова поднимая взгляд на "вросшие" в стену цистерны. Из них на разной высоте торчали шипы - более длинные, чем на патрубках, увешанные позднейшими добавлениями - светящимися кристаллами в плетёных сеточках. На ближайшей цистерне кристаллы были синие; Гедимин увидел ещё несколько синих, но были и фиолетовые, и красные, и даже пара зелёных. Внизу, под ними, тоже стояли погружённые в пол ванны, но в полутьме сармат не мог их рассмотреть.

"Это, вероятно, под разные типы жидкостей," - ему на секунду стало не по себе. "Это и не купальня... какая-то водозабор... жидкостнозаборная станция. Или вовсе гальванический цех..."

- Все отдохнули? - услышал он вслед за громким плеском голос Айзека. - Тогда выбираемся и сохнем. Пока Гедимин не добрался до механизмов и не свалил их нам на головы...

Сармат обиженно хмыкнул, но не мог не признать,что Айзек не так уж ошибался. Механизмы и впрямь притягивали - в основном потому, что Гедимин ничего в них не понимал. "Чутьё" ремонтника сбоило, отказываясь работать с резьбой по "кости" и "декоративными" шипами. Сармат пытался хотя бы высмотреть трубопроводы, по которым жидкость поступает в цистерны, и прикинуть, где насосная станция, поднимающая её на такую высоту, но ни то, ни другое обнаружить не удалось. "Они как будто в пустоте висят," - думал он, выбираясь на бортик и выливая из скафандра воду. "Но при этом работают. Вот о чём надо было спрашивать Куэннов... Эх, Айзек, Айзек..."

...Здесь было несколько круглых кресел, но Гедимин сел на пол, на уложенные во много слоёв мягкие подстилки, и прислонился спиной к стене. Цепочка фантомных "ран" вдоль хребта слегка заныла. Сармат, досадливо щурясь, прижался лбом к прохладной выстилке шлема. "Понятно, почему с "Пламенем" никто не говорит. Мне просто плохо, а какой-нибудь Скогн там бы и помер..."

Он услышал тихий шорох, скосил глаз на устроившегося рядом Вепуата и увидел, как тот потихоньку вырезает из подстилок фрагменты. "Образцы," - Гедимин криво ухмыльнулся. "Правильно. Хоть кто-то в нашем отряде помнит о работе."

- Уму непостижимо, - донеслось из угла, где в креслах расселись Гварза и Айзек. - Эта сущность не выходила на контакт с тех пор, как Куэнны оставили колонию. Это её первая встреча с представителем другой расы... другого мира! Понимаешь, сколько времени прошло, прежде чем она решилась...

- Тут ничего странного, Кенен, - сдержанно отозвался Айзек. - Никому не будет приятно остаться в одиночестве среди непонятных чужаков. Из наших союзников-Скогнов никудышние атомщики...

Гварза резко выдохнул.

- Вот именно. Первый контакт за тысячи лет! И с кем?!

Вепуат оглянулся на его возглас и еле слышно хмыкнул.

- Смотри-ка, Гедимин. Он не прочь бы с тобой поменяться.

Гедимин поморщился.

- Так кто ему мешал? Шлем несъёмный, пластины приварены?

Айзек протянул руку к плечу Кенена; его еле слышный голос звучал успокаивающе. Вепуат смерил сарматов долгим задумчивым взглядом и придвинулся к Гедимину.

- Мне вот кажется, что он пробовал. Ещё без нас, в те, другие командировки.

Гедимин мигнул.

- И что?

- Видимо, ничего, - прошептал Вепуат. - Его не заметили. М-да... так он долго не успокоится.

- Лишь бы работать не мешал, - буркнул Гедимин, разглядывая светящиеся кристаллы. Теперь он окончательно убедился, что это естественные объекты - аборигены только отломили друзы от скалы и, возможно, сбили с них пустую, бесполезную породу. Все светящиеся щётки были разной формы, без какой-либо симметрии, и многие фрагменты камня только мешали исходящим лучам, устраивая ненужное преломление. Гедимин задумчиво прищурился, мысленно отсекая от ближайшего "светильника" лишние мелкие кристаллы и инородные вкрапления. "Вот так гораздо лучше. Местные, похоже, не особо стараются..."

Он перевёл взгляд на дверную завесу - две друзы висели рядом с ней, освещая проход, и обе можно было бы обколоть гораздо удачнее. На широком полотнище из тёмной, почти чёрной ткани была вышита стилизованная картина - зелёный шар, испускающий серебристые и желтоватые лучи, и бело-красная змея, обвившаяся вокруг. Шар виднелся между её витками, лучи проходили насквозь. Красные полоски обозначали стыки между пластинами змеиного панциря, красные ленты, торчащие наружу, изображали "крылья", - Кемагвен получился вполне узнаваемым, хотя вышивальщик определённо никогда его не видел, даже издалека.

"Это, надо полагать, Пламя," - думал Гедимин, лениво разглядывая полотно. "И его оператор. Управляет изнутри. Даже высшая раса ничего умнее не придумала... Или это ещё один реакторный "зверёк"? Просто видимый и более общительный?"

Обожжённый висок снова заныл, и сармат, прижав пальцы к височной пластине, досадливо сощурился. "Что-то надо придумать. С такими контактами последний мозг вытечет..."

Завеса качнулась, отодвигаясь. В комнату бесшумно вошёл седой Бронн.

- Боли Дим-мина всё ещё не уходят? - спросил он. Гедимин настороженно посмотрел на него, но решил счесть это за проявление сочувствия.

- Легче, - коротко ответил он. - Пройдёт. Существо привыкло общаться с Куэннами. У них панцири... и черепа явно прочнее.

Он криво ухмыльнулся. Бронн слушал его внимательно, приподняв острые уши.

- Куэнны говорили с Пламенем, - сказал он, глядя на Гедимина с непонятным выражением на изрезанном ложбинами лице. - Они ушли, и оно замолчало. Даже Хранимое Сердце, Кайшу, не слышала от него ни слова. Даже её брат...

- Старейшина Кайри! - подал голос Айзек. - Всё хорошо снаружи? Кемагвен вернулся?

- Всё хорошо, - подтвердил Бронн, забираясь в кресло. - Весь город глядел на красивые сияния и сполохи. На белых башнях горят огни, печи стали жарче, а вода течёт вдвойне обильней. Все думают, какими будут вещи, сделанные в этот день, - было ли это благословением на металл, камень или дерево...

Он улыбнулся, прикрывая ладонью острые зубы. Айзек кивнул в ответ.

- Рад, что всё обошлось. Гедимин бывает неосторожен... Если на башнях огни, могут ли их увидеть Куэнны?

Его голос, до сих пор спокойный, зазвенел от волнения, и Гедимин насторожился. Бронн качнул ушами.

- Нет никаких вестей из Города Каналов, Айсиек. Они ушли. Уже давно Сердце Пламени их не ждёт.

- Жаль, - склонил голову Айзек. - Мы не можем больше задерживаться, старейшина Кайри. Кайшу обещала нам помощь, но нашу работу никто не сделает.

...Мальгес ждал их за воротами, устроившись на тёплых камнях мостовой. Стражи толпились рядом. Здесь собралось десятка полтора; Гедимин только и опознал их по белым посохам - никто из них раньше не попадался сармату на глаза. Через пару секунд из примолкнувшей толпы вынырнул Руниен.

- Я видел Кемагвена над башнями, - сказал он вместо приветствия. - Стоило пересечь всю Равнину, чтобы это увидеть! Мальгес говорит, что вы уходите, - я, пожалуй, провожу вас до холма.

- Где Ауна? - спросил Гварза, повернувшись к незнакомым стражам спиной. Эти существа далеко не отходили, держались молча, и их взгляды казались Гедимину не слишком дружелюбными.

- Исполняет свою работу, - отозвался Руниен, поправляя лямки двух рюкзаков, кое-как пристроенных на его спине. - Как сможет, вернётся на холм.

Один из стражей что-то резко сказал ему, протягивая перепончатую ладонь к сарматам. Руниен рявкнул что-то в ответ и виновато покосился на Айзека.

- Глупые предрассудки... и у нас, на Краю, и в степях. Идёмте. Никто не посмеет напасть на Мальгеса, а посмеет - я, страж договора, здесь, рядом.

...Гедимин услышал под ногами шорох гравия и проросших сквозь него огнелюбок и открыл глаза, выпуская спинной шип Мальгеса. Ноги слегка подкашивались - обратный переход показался длиннее и труднее. "Выросли на десять сантиметров," - машинально подметил он, глядя на красные листья огнелюбок. "Очень торопливые растения. Видимо, так и выживают."

- Ну вот, - Айзек по пальцам пересчитал вернувшихся сарматов и облегчённо вздохнул. - Погостили, и будет. Я пойду кормить Би-плазму Би-плазмой, Гедимин вернётся к своим галогенам...

- И успешно взорвёт лабораторию, - закончил за него Гварза. - Айзек, пойдёшь - не забудь закрыть отсек. После сегодняшнего я за полную герметизацию.

Гедимин угрюмо посмотрел ему вслед. После событий чересчур длинного дня хотелось залезть в тихий угол и дождаться, пока хаос внутри черепа рассортируется, остынет и осядет. Айзек вполголоса выговаривал Вепуату за образцы подстилок с Куэннского завода, тот, скучая, смотрел куда-то мимо и ждал, когда его отпустят. Гедимин встряхнулся, вдохнул поглубже, отгоняя навалившуюся усталость, и взял Айзека за плечо.

- Отстань от Вепуата. Есть разговор.

В глазах Айзека мелькнул испуг, он даже подался в сторону - совсем как Маккензи, пойманный на "горячем". Вепуат встревоженно хмыкнул.

- Да мы ничего...

- Ты иди, - посоветовал ему Гедимин, крепко вцепляясь в броню Айзека. На долю секунды возникла даже мысль придержать его когтями, но потом сармат опомнился и изобразил дружелюбную улыбку. Получилось плохо.

- Чего тебе, Гедимин? - спросил Айзек, стараясь держаться спокойно. - Что-то случилось?

- Нужна информация, - Гедимин осторожно подтолкнул его к ближайшему шатру. - Тут с ней всегда проблемы. Не можешь рассказать нормально - буду спрашивать, взяв за шкирку.

Айзек вымученно улыбнулся.

- А мне казалось, что ты в последние дни тонешь в море информации... Хорошо, атомщик. Только без когтей, ладно? Не хотелось бы тут мутировать.

У входа в шатёр Гедимин отпустил его - иначе в хрупкое сооружение было не войти. Айзек, поджав ноги, устроился у жаровни, привычным движением запустил в неё коготь, размешивая камешки.

- Так регулируется нагрев, - поймал он удивлённый взгляд Гедимина. - И яркость свечения, соответственно. Любопытное вещество этот кейек...

- Эти камни - односторонняя омикрон-линза, - сармат тронул каменную чашу. - Вот это действительно любопытно... Стой! Так ты уже разобрался в местных технологиях?!

Айзек качнул головой.

- Ты же прошёл через Сердце Пламени. Какие тут технологии?! Местные условия не располагают к взлёту науки и техники. Тут выжить бы... - он покосился куда-то вверх. Гедимин вспомнил складчатое небо перед металлическим ливнем и согласно хмыкнул.

- Башни у них прочные. Примитивные, но прочные. Жаль, не взяли образцов...

- Их привезут, атомщик, - заверил его Айзек. - Кайшу, может, единственная, кто может тут что-то организовать. Вот увидишь, завтра появятся первые волокуши... Так что ты хотел спросить?

Гедимин встряхнулся, пытаясь выхватить из хаоса внутри черепа внятную мысль.

- Вепуат установил, что Бронны и Скогны - не местные виды...

Айзек, не дослушав, энергично кивнул.

- Он этим занимался все эти дни? Такую-то мелочь мог спросить у меня. Да, и те, и другие - не отсюда.

- А нергоны? - быстро спросил Гедимин.

- И нергоны, - снова кивнул Айзек. - Все. Собственного разума Равнина не породила. Условия не располагают...

Он покосился на купол шатра. В приоткрытое отверстие точно по центру проникал свет, уже не такой яркий, как в Сердце Пламени, - день медленно переходил в вечер.

- Все... - повторил Гедимин - эта информация определённо была важна, только пока он не знал, для чего. - И Бронны, и Скогны враждуют с нергонами?

Айзек недовольно сощурился.

- Не только они. Все народы договора. Давняя грызня. Нерг был вождём всех племён, сидел в Сердце Пламени. Слабые народности были подчинены. Потом его свергли, в Сердце перебралась Кайшу, нергоны ушли, но не подчинились... - он едва заметно поморщился. - В общем, тут неспокойно. Мы с Маккензи очень надеялись, что строительству это не помешает...

- Давно это было? - спросил Гедимин, отгоняя видения переливающегося диска, повисшего в воздухе. "Интересно, как она туда влезла. Ворота узкие, зал старый... Не иначе, эта штука умеет менять форму."

- Двадцать тысяч лет назад, если верить Руниену, - Айзек снова поморщился - похоже, Руниену он не слишком-то верил. - Он видел местные хроники. Меня так глубоко пока не допустили. Тут вообще... проблемы с летоисчислением.

"Двадцать тысяч лет..." - повторил про себя Гедимин. Мозг искрил - эта информация в него не вмещалась. "А живут они все тут, очевидно, ещё дольше. За двадцать тысяч лет не поставить волокушу на колёса?!"

- Равнина маленькая? - спросил он. - Обитаемая часть?

Айзек на секунду задумался.

- Пламя разгорается в первом часу утренних сумерек. Его свет сюда доходит через восемь часов. Это радиус, дальше сам посчитаешь.

Гедимин мигнул. "Восемь световых часов? Если Сердце - солнце этой системы, то мы, выходит, на орбите Седны..." - он невольно ухмыльнулся.

- А численность народов измеряется миллионами? - вспомнил он ещё одну обмолвку Айзека. - Местные города... Сердце - большой или маленький?

- Сердце - гигант, мегаполис Равнины, - покачал головой Айзек. - Крупнее, наверное, нет. Миллионы... ну, так говорят. Бронны склонны немного преувеличивать, говоря о врагах. Скогны точнее в расчётах. Гигантское войско и число "двадцать тысяч" тут обозначаются одним словом - думаю, это что-то значит...

Гедимин встряхнул головой.

- Tza hasesh! Что они здесь делят?! Они все на Луну влезли бы - и ещё место осталось!

Айзек развёл руками.

- Я так понял, спор не из-за места. Даже и не за то, кто кому будет кидать объедки... - он снова поморщился. - Дело в способах... обращения с Равниной. Народы договора - первые, кто взялся её... упорядочивать. Делать более предсказуемой, пригодной для жизни... управляемой, что ли. Кайшу даже себя превратила в такой пульт управления. Говорят, Равнина сильно изменилась со времён её победы. Раньше мы бы дня тут не выжили.

Гедимин недоверчиво хмыкнул. "Дня? Бронны выживали тысячелетиями. Не в бочках же прятались..."

- А что нергоны? Им-то что не по нраву?

- Вот это им и не по нраву, - вздохнул Айзек. - Насколько мы с Маккензи и Кененом смогли понять. Они приспосабливались к хаосу, он их усиливал... теперь им тяжело и неудобно. И очень досадно.

Он едва заметно ухмыльнулся.

"Чем я занимаюсь, мать моя колба?! Вникаю, кто здесь кому макака?" - Гедимин досадливо сощурился. "Будто в тюрьме этого не наелся..."

- А Куэнны?

- А что Куэнны? - Айзек пожал плечами. - Как видишь, одна колония заброшена, другая неизвестно где... Говорят, они соединили пригодные для жизни полости в одно целое и разожгли Пламя, заставив его каждые сорок часов давать свет. Прочая ерунда их не интересовала даже тогда.

"Проще оказалось построить реактор такой мощности, чем добиться пользы от местных источников энергии," - взял себе на заметку Гедимин. "Жаль, я его не увидел. Но, судя по "сигме" и накопителям..."

- Пламя - альнкит? - спросил он наугад, внимательно глядя на Айзека. Тот хмыкнул.

- Постарайся всё-таки туда не лезть. Да, альнкит... то, что Кенен называет "безоболочником". Удачная конструкция в смысле мощности, но абсолютно неуправляемая. Захочешь воспроизвести, - не здесь, ладно? - его взгляд стал почти умоляющим. Гедимин фыркнул.

- Хватит уже! Я не псих и не диверсант. Значит, Куэнны тут сами по себе... А Кемагвены?

- Кемагвен. Единственное число, - поправил его Айзек. - Он тут один. Их всего - что-то около десятка. Или вовсе вымерли. Они из того же мира, что Куэнны, но повезло им гораздо меньше. Там у всех что-то не то с воспроизводством...

Гедимин ошалело мигнул.

- А клони...

- Что там у Ассархаддона было с клонированием Зелёных Пожирателей? - прищурился Айзек. - Вроде бы так и не освоили...

Гедимин снова мигнул, уже смущённо. "И верно..."

- Они, наверное, клонировались бы, если бы могли, - задумчиво сказал Айзек. - У них нет табу на способы воспроизводства. Тем не менее - их мало. И никогда не было очень много. Кемагвен один... как и его реактор. Чем-то он похож на тебя, не находишь?

Он едва заметно усмехнулся. Гедимин недовольно сощурился, но внутри что-то кольнуло - "Он ведь прав. И я бы, наверное, не отказался..."

- Что ещё спросишь? - Айзек бросил быстрый взгляд на часы. - Кенен рано или поздно придёт меня искать, и вы опять сцепитесь...

Гедимин фыркнул. "Вот хотел что-то спросить, но сбился. Ладно, и правда - пора идти работать."

- Если светит тут Пламя, зачем эта круглая штука в небе? - спросил он, выползая из шатра. - Она же искусственная? И, похоже, каждый день другая...

- А, это? - Айзек махнул рукой в сторону кругляша в зените. - Солнце договора. Привычная деталь пейзажа, ничего больше. Говорят, спокойнее, когда пейзаж привычный. Это как пластины из фэнрила в окнах на той же Луне. Помнишь эти окошки с картинками?

"Лучше бы они тут ставили картинки в окна," - Гедимин неприязненно покосился на кругляш. "Не так нелепо выглядело бы. Энергии эта штука, небось, жрёт немеряно."

- Больше вопросов не осталось? - вежливо спросил Айзек, остановившись у шатра. Гедимин качнул головой.

- Пока достаточно... Стой!

Айзек замер на секунду, прежде чем обернуться.

- Хм?

- Как тебе удалось получить скан материковых пластов со знакомыми породами вместо... всего того, что тут вылезает на экран? - спросил Гедимин. - Я же точно помню - там были земные минералы!

Айзек развёл руками.

- Сам не знаю, атомщик. Видимо, программный сбой.

- Айзек! - донёсся со стороны лаборатории недовольный голос Гварзы. - Тебе там помощь не нужна?

- Иду! - громко ответил сармат, жестом велев Гедимину не открывать рта, и быстро зашагал к машине. Гедимин, выждав десяток секунд, пошёл за ним. Внутри черепа ещё трещало и искрило. "Теперь я много знаю о местной разумной фауне. Осталось выяснить, на кой мне это понадобилось."


7 день Кислоты, месяц Металла. Равнина, Дальний Край, Сфен Земли

Герметичный цилиндр ещё оставался тёплым, когда Гедимин его вскрывал, прогрелся даже светозащитный кожух. Сармат вынул из-под него термодатчики, просмотрел показания и еле слышно хмыкнул. "Цвет пламени - белый" - отметил он, открыв вкладку в электронном журнале. Реакция, за исключением этой детали, была подробно расписана ещё вчера; её продукт лежал в жаропрочном сосуде, покрывая дно на два сантиметра. "Вещество сыпучее, мелкозернистое, ярко-малинового цвета..."

Айзек замедлил шаг у его стола, заглянул в колбу и хмыкнул.

- Можно подумать, ты работаешь с красителями. Один реагент ярче другого, только что не светятся.

Гедимин осторожно освободил рабочий сосуд от продукта реакции, пересыпав его в менее прочную ёмкость. Вещество частично спеклось в тонкие корочки, они падали на дно с тихим звоном. "Поддаётся плавлению при тысяче восьмисот по Кельвину..." - отметил сармат, придирчиво осмотрел колбу и поставил рядом с другой, на сантиметр заполненной зеленовато-бурыми чешуйками.

- "Ксенофториды", - вслух прочитал Айзек этикетку. - "Ксенофторид ксенолития"... "ксенофторид рэссены"... То-то вчера тут гудело пламя. Работал с галогенами? И какие результаты?

Гедимин кивнул на колбы.

- Ксенофториды.

Айзек еле слышно хмыкнул.

- Есть идеи для применения? - он достал колбу с малиновым порошком и внимательно её осмотрел. Гедимин пожал плечами.

- Надо пробовать. От фторидов бывает прок.

- В крайнем случае, этой штукой можно намазать указатели, - вздохнул Айзек, возвращая колбу на место. - Отсыпешь мне полграмма для проверки на токсичность. И вон той, зелёной, тоже.

Гедимин удивлённо мигнул и быстро потянулся за пустой пробиркой - такого интереса к его возне с химикатами Айзек до сих пор не проявлял.

Из-за дальнего стола донёсся протяжный вздох. Вепуат, выключив микросканер, поднялся на ноги, повернулся к сарматам и досадливо хмыкнул.

- Везде ДНК, - сообщил он озадаченному Гедимину - тот напряжённо вспоминал, что могло так расстроить Вепуата. - Все слои - чуть обработанная натуральная органика. Волокно, покровные ткани... в общем - флора и фауна. Никакой полимеризации, никаких неклеточных структур.

- А ты что думал найти? - Гедимин вспомнил, о чём речь, но остался озадаченным. - Видел же, какой тут уровень технологий...

- Думал, вдруг что от Куэннов осталось, - Вепуат разочарованно вздохнул. - Видимо, всё вывезли. Или истлело.

- Я не уверен, что они вообще чем-то покрывали полы, - покачал головой Айзек. - В Городе Каналов мы ничего такого не заметили. У них когти - наверное, в подстилках они вязнут, неудобно...

Из-за переборки с сердитым фырканьем выглянул Гварза.

- Айзек, тебя долго ждать?

- Иду я, - откликнулся сармат с едва различимым раздражением в голосе. - Гедимин, так ты мне отсыпешь... ага, хорошо. И какую-нибудь мелкую отливку из рэссены. Тоже проверим на токсичность.

Гедимин мигнул.

- Её кто-то есть собирается?.. Ладно, держи.

Он достал из-под брони одну из "таблеток" - цилиндрических отливок - на них вчера ставили опыты по магнетизму. "Не магнитятся," - установил Гедимин, прежде чем высыпать отливки в карман. "Сделать катушку и проверить электромагнитное поле..."

...Когда сармат выбрался из лаборатории, в воздухе реяли споры огнелюбок, и над холмами кишели летучие организмы - от поедателей спор до высших хищников длиной с сарматский локоть. Уже заметно посветлело - можно было различить насыщенную "пылью" дымку и отличить красные огнелюбки от лиловых.

- Опять стражей куда-то унесло, - заметил Вепуат, глядя на экран передатчика - ему уже посылали информацию два отправленных на разведку дрона. - Один Калиг сюда ходит, как на работу. Каждую ночь бродит вдоль периметра.

Гедимин удивлённо хмыкнул - после первой ночи на Равнине на Калига он не натыкался и вообще успел о нём забыть.

Вепуат ещё пару секунд высматривал что-то на экране, потом сердито фыркнул.

- Наберёшь тут образцов! Как бы так спуститься с холма, чтобы никто не прицепился? Во-он там, у зарывшегося дерева, какие-то новые экземпляры...

Гедимин, оторванный от мыслей об остывающем в лаборатории проводе и возможных материалах для его изоляции, недовольно сощурился.

- Провалишься. Ты видишь, где там разломы? Я не вижу.

- Ну не на каждом же шагу разломы, - отмахнулся Вепуат. - Бронны вчера там бегали, сам видел. Мальгес спину чесал. Может, от него что осталось...

- Собираешь образцы? - Гедимин сдержанно хмыкнул. Мальгеса вчера не удалось даже просканировать - как-то не подвернулось случая. "Если там остался мех, то его давно сдуло. Или завалился между камешками. И вообще - непохоже, что Мальгесы обильно линяют... Hasu! Опять отвлёкся на чужую работу. Из чего, всё-таки, сделать изоляцию? Диэлектриков тут много, но вот пластичных..."

- Смотри! - вскрикнул Вепуат. Опустив передатчик, он выглядывал что-то среди холмов. Оно немного сдвинулось - и теперь и Гедимин заметил в извилистой долине, среди живых валунов и торчащих из них перистых листьев, пучки раскрашенных волокон на длинных палках.

Палки были скреплены крест-накрест, пучки - развешаны в определённом порядке, - издалека сходило за полосатое полотно в четыре цвета. Яркость красителей наводила на мысли о химической промышленности, но Гедимин вспомнил минеральные соли, выделенные им в простейших реакциях, и раскраску местной растительности.

- Кто-то едет сюда, - сказал Вепуат, присмотревшись к мерному покачиванию "знамён". - Смотри, тут, ближе - две палки в одних цветах, а там, поодаль, - совсем другие.

- Два каравана? - Гедимин почти сфокусировал взгляд на тенях за грудами валунов, но очередной лист развернулся, закрывая обзор. - На волокушах?

- Да нет, похоже, верхом. Видишь? - Вепуат указал на что-то, различимое за шевелениями листьев только ему. - Один зверь, второй зверь. Знаменосец - на загривке. Волосы вроде тёмные.

- Бронны? - Гедимин оглянулся на тихий лагерь. - Думаешь, сюда?

- Приближаются, - пожал плечами Вепуат. - Много петляют, но приближаются... А! Там страж с ними. Идёт рядом с караваном. Видел - посох сверкнул?

Гедимин качнул головой.

- Пойду за Айзеком. Это его работа.

- Что там? - раздался за его спиной голос Айзека. Сармат вышел из-за шатров и остановился у обрыва.

- Держитесь на холме, никуда не спускайтесь, - дежурно предупредил он, с подозрением глядя на Гедимина и Вепуата. - Что тут такое?

- Два каравана, - разведчик кивнул на дальний холм, из-за которого снова показались "знамёна" двух отрядов. - Похоже, сюда.

Айзек пригляделся и радостно хмыкнул.

- Так и есть! Караваны из Синви и Алвена. Говорил же я - если кто может их поторопить, то это Кайшу. Скоро, атомщик, у тебя будет гора образцов. Отойдите к шатрам, близко пока не лезьте, - это, и правда, работа для нас с Кененом. Эй, Гва-арза! Приё-о-ом!

Гедимин мигнул.

- Странно как-то к нам тут относятся, - обиженно хмыкнул Вепуат, глядя вслед убегающему Айзеку. - Ладно, пойдём к шатрам. Интересно, издалека эти караваны? И что там, на дорогах, с кочевниками? Такая мелочь их не привлекает?

К обрыву вышли Айзек и Гварза, и Вепуат примолк и отодвинулся к шатрам. Из-за плетёных загородок повыбирались аборигены и залезли на бочки, высматривая в низине приближающийся караван. Он подошёл уже к холму, "деревья" больше его не заслоняли; теперь Гедимин видел приземистых бронированных зверей с широкими спинами, крохотных на большом расстоянии седоков с корзинами чуть ли не с них размером, гордо поднятые "флаги" из крашеного волокна и заметный промежуток между двумя караванами. В первом ехали Бронны, во втором - Скогны, - теперь уже можно было разглядеть чёрные и светло-жёлтые гривы над острыми ушами.

"А куда пропал храни..." - хотел было спросить Гедимин, но не успел даже додумать вопрос. Рядом с головным зверем первого каравана появилась ссутуленная, но всё равно высокая фигура. Существо перемещалось внаклонку, выставив на обозрение длиннейшие спинные шипы, и только посох в лапе мешал ему опуститься на четыре ноги. Оно было серовато-чёрным, блестящим, каким-то пластинчатым и очень колючим.

- Ещё один, - еле слышно прокомментировал Вепуат. - А бывает по два стража одной расы?

- Калиг и Навкет, - отозвался Гедимин, вглядываясь в пластины на спине и плечах существа. "А ведь эти чешуи - стальные. Обычная сталь, никаких ксенометаллов. И шипы тоже. А кожный покров... Уран и торий! Это не кожа и не покров. Оно всё неорганическое!"

Он схватился за сканер, и вовремя - караван уже развернулся у подножия холма, и под пологим склоном послышалось пыхтение - звери, распластавшись на осыпи, вползали на плато. Гедимин на секунду подумал, что надо бы найти время, расчистить склон и выдолбить ступени, но тут же забыл о дорожных проблемах - на холм поднялось неорганическое существо, ожившая статуя из чёрного базальта, местами окованная сталью. "Без следов коррозии," - машинально отметил Гедимин, направляя на чужака луч сканера. Существо прикрыло глаза широкой когтистой ладонью и встряхнулось так, что шипы зазвенели.

- Heta! - в один голос рявкнули на Гедимина Кенен и Айзек, развернувшись к шатрам. Сармат спрятал сканер за спину и досадливо сощурился. "Каким местом они все чуют "сигму"? Может, и мне надо?"

- Твёрдой вам земли, - шипастое существо прижало лапу к груди. Говорило оно внятно, но что-то внутри него звенело, громыхало и лязгало, как ненадёжно закреплённая камнедробилка. Айзек склонил голову, прикасаясь пальцами ко лбу.

- Спокойных тебе дорог, Корген... и вам, жители Алвена и Синви.

Все четыре зверя уже взобрались на холм и улеглись попарно, привычно вжавшись в землю. Седокам явно было не по себе. Они неприязненно переглядывались и не выпускали из рук корзины. Корген сказал им что-то - сперва одной группе, потом другой; пришельцы нестройно изобразили приветственный жест и уставились на Айзека.

- Здесь камни из Сфена Земли, - Корген скрипуче-протяжно распорядился, и чужаки принялись открывать корзины. - Сам я их не собирал, только проводил до холма. Посланцы просят тебя оценить привезённое.

- Гедимин, - Айзек повернулся к шатрам, украдкой показывая сарматам кулак; ремонтник удивлённо мигнул, зато Вепуат с презрительным хмыканьем убрал руки за спину - ещё одна попытка сканирования, похоже, провалилась. - Посмотри на образцы. Их надо выложить на что-то ровное... Вепуат, неси подстилку из шатра!

Гедимин шагнул к открытой корзине. Бронны, держащиеся за неё с двух сторон, смотрели на него снизу вверх с явной опаской - вместе со своим плоским зверем они были едва ему по пояс. Сармат опустился на траву, заглянул под плетёную крышку и еле слышно хмыкнул - кое-что из правил сбора образцов до аборигенов дошло без искажений. В корзине, проложенные мягким волокном, слоями лежали свёртки из белых листьев - листьев растения, с прожилками и погрызами, а не бумажных листов, как померещилось было Гедимину. По наиболее гладкому месту каждого листа ровными старательными строчками тянулись знаки. Сармат взял обёрнутый камень, машинально вгляделся в надпись - один из Броннов, протянув руку, неловко подтолкнул его, разворачивая строки вертикально. Гедимин мигнул.

- Вроде нормально, - сказал он, поднимаясь на ноги. - Даже надписи нанесены... Айзек, сможешь прочитать?

- Давай лист, - отозвался Айзек, жестом показывая, что свёрток неплохо бы развернуть. Гедимин вытряхнул камень на ладонь - и снова хмыкнул. "А тот летучий диск умеет переводить. Они ведь правда старались взять керн. Но технология бурения им, видимо, незнакома..."

На его ладони лежал обломок камня, старательно обколотый до цилиндра - без шлифовки, разумеется, но почти ровно. "Объём установленный, работать с образцом можно..." - Гедимин придирчиво его осмотрел и пожал плечами. Откуда-то доносилось фырканье; покосившись на источник звука, сармат увидел группу Скогнов из второго каравана. Они тыкали пальцами в керн и ухмылялись, не пряча зубов. Бронны недобро щерились в их сторону, и отогнутые когти на их руках нервно подрагивали.

- Тихо там! - недовольно сощурился Гедимин, поднимая корзины со спины зверя. Бронны, вцепившиеся в них, едва успели спрыгнуть - сармат не ожидал, что они будут держаться так крепко.

- В другой корзине мешочки с мелкими камнями и песком, - перевёл Корген их встревоженные возгласы. - Они сделали надписи очень чётко, но сильно спешили - краска могла смазаться. Посмотри, это можно прочесть?

Айзек выдернул из корзины подвернувшийся мешочек, глянул на слегка расплывшиеся строчки и уверенно кивнул.

- Скажи, чтоб не беспокоились. Но лучше делать надписи на белых листках и класть их внутрь. Поблагодари их за быструю и хорошую работу.

Корген проскрежетал пару фраз, и Бронны заулыбались. Их предводитель (так Гедимин решил по увесистым рядам бус, чудом не согнувшим аборигена в колесо) бросил презрительный взгляд на караван Скогнов и отвернулся. Оттуда снова донеслось фырканье и короткие реплики. Гедимин увидел, что Айзек болезненно морщится.

- Посмотри, что привезли Скогны, - прошептал он ремонтнику, - и мы их отпустим, пока не пришлось разнимать.

- Они же вроде союзники? - прошептал тот в ответ, заглядывая в скогнийскую корзину. Скогны притихли, зато насторожились Бронны - Гедимин видел боковым зрением, как те приподнимаются и присматриваются. Айзек тяжело вздохнул.

"А вот Скогны бурить умеют," - Гедимин вынул из белого листа аккуратный высверленный керн и одобрительно хмыкнул. "Не очень понятно, что это было - мягкое сверло с абразивом?.. Надеюсь, им не очень дорого даются эти свёрла..."

- Тот же минерал, что под этим холмом, - заметил он, показывая Айзеку обёртку с надписью. - Или очень похожий. Видимо, образует слои по всему Сфену... Так что там на этикетке? Читается?

- Взято из холма трёх деревьев-башен над ручьём, рядом с Алвеном, - прочёл Айзек. - И указано, кто брал... Гедимин, что ты смотришь? Ты чего ждал - широты и долготы?

Сармат проглотил ругательство.

- Надеюсь, они сами найдут этот холм, если он будет нужен, - пробормотал он без особой уверенности. - Ты умеешь хранить эту... бумагу? Не расползётся при высыхании?

- Делай снимки, атомщик, - прошептал Айзек в ответ. - Я помогу с переводом. Будет небольшой архив. Они сделали, что могли, понимаешь? Здесь всё-таки не Земля.

- Да понял я, понял, - поморщился Гедимин, перетаскивая ещё две корзины со спины вьючного зверя на траву у шатра. Айзек уже благодарил Скогнов, потом от себя добавил что-то Корген - и караваны, развернувшись, двинулись вниз по склону, оставив на плато широкие ямы без единой травинки. Аборигены ещё пару раз обернулись, помахали "флагами"; Корген стоял у обрыва, воткнув посох на полметра в гравий, смотрел им вслед, и Гедимину казалось, что он облегчённо вздыхает.

- Ничего себе запасы, - прошептал, неслышно подойдя, Вепуат. - Помочь донести?

- Они лёгкие, - отмахнулся Гедимин. - Тут больше волокна, чем камня.

Вепуат проследил, как он оборачивает ненадёжные плетёные стенки защитным полем и вешает корзины на выдвинутые из брони щитки, быстро оглянулся через плечо на задумавшегося Коргена и едва заметно ухмыльнулся.

- Аборигены, очевидно, не ладят. Но культурные связи между ними теснейшие. Одни и те же материалы для всего, что сделано руками. Одно волокно, одни шкуры, одна древесина - даже зубы для бус одни и те же.

Гедимин покосился на его дроны, плавно кружащие над холмом. "Сканирование, похоже, задалось - все ДНК пересчитал..."

- Тут, наверное, выбор небольшой, - предположил он, восстановив в памяти обрывки познавательных фильмов. - Окультуренная флора и фауна... её вообще не очень много.

- Десятка три наберётся, - уточнил Вепуат, сверившись с передатчиком. - Не так мало, на самом деле... Помнишь эти их маленькие подвески в форме спиральных галактик?

Гедимин мигнул - в такие подробности он не вдавался.

- Это же растение даёт ягоды курруи, - сказал Вепуат. - Очень плотная древесина с необычной структурой... Кстати - помнишь, я выяснял, кто чем дышит?

Гедимин заинтересованно хмыкнул.

- Те растения, что идут аборигенам в пищу, сплошь поглощают тот же окислитель, - с видом заговорщика прошептал Вепуат. - При том, что дикая флора тянет всё подряд. Исключение одно - те грибы, которыми отравилась Би-плазма. Вот у них окислитель другой... но тоже всего один. Где-то, похоже, есть разумный вид, который только их и ест...

Гедимин пожал плечами.

- Айзек говорил, что весь разум сюда пришёл извне. Видимо, со своими запасами. Это... разумно, - он коротко усмехнулся. - Стой... что тогда с животными? Я видел в корзинах летучие штуки. Что у них с окислителями?

Вепуат задумчиво сощурился, замедлив шаг у самого трапа.

- А вот тут неясно. Это местная фауна с тремя окислителями, но её, несомненно, едят. И не травятся. Как-нибудь подвешу дрон над местной кухней - может, дело в способах приготовления?

...Сортировка образцов заняла гораздо меньше времени, чем думал Гедимин, - через час все камни были разложены по лоткам, выставленным в два ряда. В первом были минералы, собранные по округе, во втором - привезённые из Синви и Алвена, - их несомненные аналоги, с минимальными, микроскопическими отличиями.

- Хм... - Айзек, приклеив последнюю этикетку, задумчиво посмотрел на два ровных ряда. - Одно и то же, да?

Гедимин кивнул.

- Сфен - это про геологию?

Айзек поднял взгляд к потолку.

- Это про всё, атомщик. Видимо, и про геологию. Проверь их как следует. Нам надо бы определиться с местом стройки. Толстый устойчивый пласт, помнишь?

- Проверим, - отозвался Гедимин. - Но я бы подождал других образцов. В других Сфенах могут быть более подходящие пласты.

Айзек вздохнул.

- Исключено, атомщик. Мы строим в Сфене Земли. Вопрос в том, на каком расстоянии от Сердца, и где конкретно, - но со Сфеном всё решено.

- Почему? - спросил Гедимин, глядя ему в глаза. - Если ты не видел местности...

- Я много чего видел, - Айзек слегка сощурился. - Достаточно споров, атомщик. Только в Сфене Земли можно рассчитывать хоть на какую-то стабильность. Минимум потрясений и катаклизмов... Определяйся с пластом. Вся Равнина ждёт нашего решения.

Последнее прозвучало так пафосно, что Гедимин фыркнул в респиратор, но Айзек уже отошёл за переборку и сделал вид, что ничего не слышит.

"Минимум катаклизмов..." - сармат вспомнил металлический ливень и многометровый слой вулканического шлака под ногами. "Придётся поверить. Надеюсь, станция выстоит. Мы с Иджесом всё-таки старались."

...Боёк опустился на каменную пластинку. Когда звон затих, Гедимин его поднял и вгляделся в верхние, отделившиеся и лопнувшие, слои. "Область поражения глубже, чем для местных образцов. Видно невооружённым глазом. Но лучше проверить..." - он направил на камень сканирующий луч. "Да, так и есть. Слои толще, но более рыхлые. Похоже, что формировались под меньшим давлением... А это что?"

Он вгляделся в симметричные образования, отличающиеся от камня только формой и структурой, и еле слышно хмыкнул.

- Вепуат, тут окаменелые споры. Хочешь посмотреть?

- Да? Показывай! - Вепуат, оживившись, завис над экраном сканера. - Надо бы извлечь и сравнить с современными видами. Что-то в них знакомое...

За его спиной кто-то презрительно фыркнул.

- Палеонтологи, мать моя пробирка! Они ещё и палеонтологи... - услышал Гедимин бормотание Гварзы. Когда он развернулся на звук, Кенен уже выходил в шлюзовую камеру. Вепуат, еле слышно хмыкнув, пожал плечами.

- Работал бы он, что ли... Ходит и ходит, и всё ему не так. У тебя ещё есть такие камни? Давай сюда, я их сам на споры проверю.


8 день Мрака, месяц Металла. Равнина, Дальний Край, Сфен Земли

- Так и не придумал?

Гедимин покачал головой.

- Не подобрать достаточно пластичную основу. Без неё изоляция лопнет на сгибе.

Под ногами шуршало - в темноте из-под гравия пробивались новые огнелюбки. Цвет их листьев ещё было не различить, но Гедимин уже научился распознавать, когда долгая равнинная ночь переходит в утренние сумерки. Через восемь часов на горизонте должен был вспыхнуть зелёный гейзер.

"Свет из Сердца Пламени идёт сюда восемь часов. Мы позавчера добрались за считанные минуты," - Гедимин беззвучно усмехнулся. "Значит, посланцы с образцами тоже дойдут быстро. Может быть, уже сегодня."

- Смотри! - Вепуат, подняв голову, разглядывал что-то в небе. Гедимин посмотрел туда же - и удивлённо мигнул. Среди пёстрых светящихся пятен и полос, ничуть не похожих на привычные звёзды и очертания галактик, медленно разгорались три объекта - большой полукруг с накинутым вперехлёст полукольцом, три слипшихся шара и равносторонний треугольник с торчащими из углов выростами. Объекты светились всё ярче, постепенно меняя цвет и сдвигаясь в разные стороны. Через пять минут они замерли - синевато-серебряный полукруг точно над горизонтом, треугольник - в зените, тройной шар - в стороне от них, на выпуклой складке неба.

- Это что, сегодняшние солнца? - Вепуат нервно хмыкнул. - Интересная форма.

Гедимин пожал плечами.

- Если это голограмма для украшения неба, можно придать ей любую форму. Когда там висит одна и круглая, на солнце она всё равно не похожа.

- Хотел бы я знать, для кого такое небо привычно и приятно, - пробормотал Вепуат, глядя на замершие "солнца". - Или нет... не хотел бы.

Что-то еле слышно гудело; звук приближался, становясь всё громче. Гедимин оглянулся на лабораторию и увидел в небе над ней среди хаотичных размытых пятен чёткую белую черту. Она стремительно удлинялась и всё больше походила на инверсионный след.

- Кейланн! - Вепуат вскинул руку над головой, прикрывая и себя, и Гедимина защитным полем. - Интересно, он сюда или...

Его последние слова потонули в оглушительном рёве - Кейланн вынырнул из небесной складки прямо над холмом, широко раскинув нелепые крылья и хвостовой веер. Каким-то чудом они не отломались, и сам он не грохнулся, затормозив на сверхмалой высоте, - только ураганный порыв ветра ударил в защитное поле, разметав мелкий гравий и повыдирав с корнем огнелюбки. Гедимин успел разглядеть, что Кейланн прижимает к бронированному брюху какие-то сплющенные шары; ещё секунда - и существо разжало лапы, и три "бомбы" рухнули на холм, оставив в слое гравия обширные воронки. Кейланн взмахнул хвостом, изменил форму крыльев - и, оттолкнувшись от воздуха, взмыл на пару сотен метров вертикально вверх. Когда ошеломлённый Гедимин выбрался из-под защитного поля и промигался, инверсионный след уже дотянулся до края неба и медленно таял.

- Воздушный обстрел, sa has-sulesh! - Вепуат встряхнул головой, прижимая к груди успевшие нырнуть под купол дроны. - Это он промахнулся или целился не в нас?

Гедимин резким жестом велел ему залечь. Три предмета лежали неподвижно на дне воронок, не светились и не издавали никаких звуков - и "чутьё ремонтника" говорило, что это не механизмы, и что никакой опасности это не представляет. Сармат осторожно прощупал приплюснутые шары лучом сканера - и не удержался от усмешки.

- Heta! Ничего опасного. Это образцы минералов. Воздушная доставка...

- Эй! - раздался из-за шатров встревоженный голос Айзека. - Вы здесь? Целы?

- Выходи, - отозвался Вепуат. Он успел добраться до сброшенного груза и теперь разглядывал многослойный плетёный кожух, проложенный грубым волокном. Шары казались большими из-за амортизационной оболочки; мешки, спрятанные внутри неё, были меньше раза в четыре.

- Два слоя лопнуло, а третий цел, - заметил Гедимин, вскрывая "посылку". Он смутно надеялся на пластичные материалы, но в оболочках не было ничего, кроме примитивного плетения и набивки волокном. Внутри лежал зашитый мешок из шкуры, также набитый волокном; в небольших полостях, обложенных мягким материалом со всех сторон, Гедимин нашёл свёртки из белых листьев и надписи, идущие сверху вниз.

- Это привёз Кейланн? - Айзек выдернул образец из его руки и всмотрелся в значки, подсвечивая их лучом фонаря. - В такую рань?.. Да, всё верно. Камни прислали из Тогота. Окрестности Сердца Пламени...

Вепуат еле слышно хмыкнул.

- Видимо, очень спешили. С этих зверьков только бомбы бросать. Такая скорость и высота, - без взрывчатки разнесёт...

Айзек недовольно посмотрел на него и протянул свёрток Гедимину.

- Займись образцами. Сегодня придут все караваны - работы будет много.

...Камень не зазвенел - он лопнул с сухим треском. Один удар бойка рассёк его почти надвое, отколов и подбросив кверху треснувшие слои. Гедимин уже без сканера видел тоненькие серые прослойки между бело-жёлтыми плотными пластами - там обычно лежали окаменевшие споры, и на изломе уже проглядывало несколько штук.

- Огнелюбки, - уверенно сказал Вепуат, едва взглянув на экран сканера. - Целая куча спор огнелюбок.

Гедимин вынул осколки из креплений, переложил в кювету и оглянулся на Айзека. Тот молча стоял у установки и задумчиво щурился.

- Не годится, - сказал Гедимин, поставив кювету в ряд с ещё двумя; камни, лежащие в них, были одного цвета и очень похожей структуры, но отличались толщиной слоёв - и, как выяснилось, прочностью. - Рыхлый, легко раскалывается, что поперёк слоёв, что вдоль.

- Чем ближе к Сердцу, тем хуже камень? - Айзек поддел когтем отколовшуюся желтоватую пластинку, царапнул проступившую на изломе выпуклость - миниатюрное кольцо. - Тут ещё окаменелость. Посмотри, Вепуат, - может, что-то интересное...

Разведчик озадаченно хмыкнул ему вслед, но Айзек уже вышел.

- Тоже споры, - пробормотал он, разглядывая чёткое кольцо. - Одну такую я видел. А здесь их много... вон тут ещё две... Интересно, - в наших образцах, из-под холма, таких штук нет. Темноты, что ли, не любят...

Гедимин подошёл к литейной станции. Кусок комковатой породы почти уже испарился, оставив на дне тигля пригоршню чёрных кристаллов. "Довольно крупные," - отметил про себя сармат. "Те, что из Синви, были мельче. А наши совсем крохотные. Проверить на прочность и попробовать расплавить..."

...Гедимин сверился с термодатчиками. Тонкие пластинки ксенолития почти уже остыли, но красноватые разводы на поверхности никуда не делись. Сармат посмотрел на анализатор, "просветил" уже остывшие и сложенные в стопки пластины из Синви и со вздохом полез в память передатчика - вносить изменения в справочник. Сверка групп знаков заняла немного времени - через несколько секунд на экране снова появилось обозначение ксенолития, но рядом с ним стояли незнакомые символы.

- Второй металл, - пояснил Гедимин для озадаченного Вепуата. - Их всё время было два. Какая-то примесь... Тут она буроватая, а в новых образцах - красная.

Вепуат еле слышно хмыкнул.

- Два разных?.. Видимо, по свойствам очень близкие, - ты же много опытов с ним ставил...

- С жёлтым - да, - нехотя признал Гедимин. - Очень близкие щелочные металлы... Надо будет поработать с солями - хотя бы на них должны вылезти отличия. А с красной примесью я ещё не работал. Попробовать сжечь...

Из-за плеча донёсся вздох.

- Скучаете в ожидании новых образцов? - Айзек прошёл мимо литейной станции и остановился у контейнера с отливками. - Гедимин, у тебя там что-то булькает, а форма не готова. Прогорит тигель, попортит станину...

Сармат озадаченно мигнул. "Форма? Я отливать ничего не собира... Hasu!"

В следующую секунду он стоял у тигля, где оставил час назад горстку "чёрного песка" - крупных кристаллов из тоготской руды. Сейчас на дне ёмкости булькала прогретая до трёх тысяч по Кельвину бурая жижа. Сармат подставил первую подвернувшуюся форму - расплав потёк быстро, не показывая твёрдых вкраплений и не налипая на стенки. Гедимин озадаченно хмыкнул. "Всего три тысячи? Образцы с холма до четырёх не размягчались..."

Он оглянулся на контейнер с "песком" из Синви. "Даже не проверил. А ведь кристаллы крупнее, и другие свойства могли поменяться... Всё надо проверять. Абсолютно всё."

- Чёрный песок из Тогота плавится при трёх тысячах, - сообщил он в простраство - надо было с кем-то поделиться удивлением, пусть даже его опыты с минералами никого не интересовали. Из пространства донеслось удивлённое хмыканье - сразу с двух сторон.

- Покажи, - потребовал Айзек, мигом изменившись в лице. Несколько секунд он изучал остывающую отливку, потом быстро пошёл к полузадвинутой переборке и исчез за ней. Гедимин и Вепуат озадаченно переглянулись.

- Видимо, внутренние связи слабее, - пояснил сам себе "химик", разглядывая уцелевшие тоготские кристаллы. - Эти штуки явно формировались под давлением. И под Тоготом оно было меньше. Интересно, что их так сплющивало...

...Гедимин выходил из лаборатории последним, уже под гул разогревающегося двигателя, на ходу внося заметки в журнал. На столе осталась зафиксированная ёмкость с подсыхающим чёрным порошком - "гидроксид красного ксенолития" оказался нерастворимым, выпал на дно колбы и теперь ждал, пока у кого-нибудь дойдут руки его изучить. "Интересно будет посмотреть на него в чистом виде," - думал сармат, закрывая за собой люк и заталкивая в машину втяжной трап. Небо окончательно посветлело, тени стали чёткими и ложились строго от предполагаемого направления на Сердце Пламени, под ногами копошились огнелюбки, горизонт периодически мутнел от быстропроходящих дождей. Машина медленно сползала с холма; Гедимин подошёл к обрыву и смотрел, как сворачиваются в трубки листья "живых валунов", собирая падающую воду. За спиной кто-то сердито хмыкнул.

"Что ему на этот раз не так?" - Гедимин угрюмо сощурился. Оборачиваться он не стал, надеясь, что Гварза пойдёт по своим делам, но через несколько секунд тот постучал пальцем по броне ремонтника.

- Чего? - нехотя обернулся тот, мысленно готовясь к драке. Айзек уехал, можно было не бояться его побеспокоить, Вепуат влезать бы не стал...

- Те кристаллы, которые ты назвал чёрным песком... - медленно проговорил Гварза, глядя мимо него. - Где ты их взял?

Гедимин мигнул.

- Местный минерал. Много в осадочном слое, - он тронул ступнёй рыхлый гравий. Гварза болезненно поморщился.

- Айзек сказал, что не знает конкретного минерала, - он покосился на долину, по которой медленно ехала передвижная лаборатория. - Как это вещество выглядит?

Гедимин снова мигнул.

- Сканер тоже Айзек отобрал?

Разворошив верхний слой гравия, он выцепил крупный обломок с блестящими прямо на поверхности вкраплениями.

- Этот минерал. Отлично виден на сканере. Тебе зачем?

- Угу, - буркнул Кенен и, не обращая больше внимания на Гедимина, ушёл к шатрам. Сармат увидел, как он наклоняется и перебирает камни, а потом достаёт мешок для образцов. "И правда, собирает обломки," - Гедимин еле слышно хмыкнул. "Интересно..."

- Геолог, ядро Сатурна! - громко прокомментировал злопамятный Вепуат.

- Работай! - сердито фыркнул Гварза, наполняя мешок; он даже не повернулся к разведчику.

- Чего это он? - тихо спросил Вепуат у Гедимина, подойдя к обрыву. Сармат пожал плечами.

- Айзек что-то рассказал. Возможно, нашли область применения...

Что-то мелькнуло среди холмов, и он, замолчав, вгляделся в шевелящиеся заросли. Через несколько долгих секунд из-за "кустов" показалась первая палка с привязанными к ней пучками волокна, блеснул мокрый щиток на спине панцирного зверя, потом ярко заалел в дневном свете кусок ткани, прикреплённый к той же палке, но перекладиной ниже. Гедимин хмыкнул.

- Кажется, к нам, - оглянулся он на Вепуата. - Стражей никого нет, Айзек уехал... Гварза понимает по-местному?

Гварза, с мешком в руке подошедший к обрыву, сердито фыркнул.

- Оба к шатрам - и не вылезать без приказа!

...Два зверя медленно поднялись на холм и, едва отойдя от опасного края, тут же залегли и захрустели травой вперемешку с гравием. Гедимин уже видел сканограммы их пастей, украдкой сделанные Вепуатом, - всё, кроме маленьких слитков рэссены, эти мощные челюсти перемалывали без усилий. Седоки - светлокожие Скогны в явно избыточном количестве бус и меховых хвостов - с опаской смотрели на сарматов из жёлоба между двумя рядами корзин. Каждая корзина была помечена пучками цветного волокна; некоторые совпадали по цветам со "знаменем" каравана.

Гварза коротко сказал что-то на местном, быстро получил ответ и повернулся к сарматам, жестом приказав сканировать. Скогны принялись отвязывать корзины и осторожно спускать их на землю; с ремешками и самодельными блоками они управлялись довольно ловко. "У них много рычажных механизмов. Странно, что колёсных нет..." - мелькнуло в голове Гедимина, пока он разглядывал экран сканера. Часть образцов собирали сами Скогны - сармат узнал старательно высверленные керны; часть им выдали Бронны, сами почему-то не приехавшие.

- Tza, - довольно кивнул Гедимин, повернувшись к Гварзе. - Скажи им, что всё в порядке. Откуда караван?

- Из Сэви, - отозвался Кенен. - Образцы неси в шатёр. Без Айзека не разбирать! Мне некогда заниматься переводом.

Двое Скогнов с максимальным количеством бус уже спустились на землю и с учтивыми жестами подошли к Гварзе. Тот ответил и указал на шатёр. Трое пошли к строению; Гварза старался шагать через раз, и Скогны почти за ним поспевали.

- Переговоры, надо полагать, - сказал Вепуат, проводив их взглядом. - Ладно, лаборатория всё равно уехала... Помочь с корзинами?

Сгружая образцы в шатре, Гедимин прислушивался к голосам - аборигены на окраине лагеря внезапно оживились, и их перекрикивания заглушали негромкие переговоры в соседнем строении. Когда сармат выбрался к их стоянке, он увидел рядом воткнутые в гравий "знамёна" селения Сэви и двух плоских зверей, уткнувшихся мордами в какие-то объедки. Пищевых отходов им насыпали с горкой, добавив рваные листья-обёртки и даже обломки корзины, - животные, как полевой утилизатор, перемалывали всё, очищая землю до гравия. На их спинах ещё оставалась упряжь - бронированным зверям она, должно быть, не мешала; у забытой корзины сидел один из Скогнов, копаясь в вещах. Гедимин равнодушно скользнул взглядом по плетёным из коры ящичкам и полупустым мешочкам, вытряхнутым из них, и собрался было вернуться к шатрам, но что-то привлекло его внимание.

Скогн нашёл то, что искал, и сел, скрестив ноги, уложив на колено разломанную пополам лепёшку из чего-то ноздреватого. Из мешочка, зажатого в кулаке, он выдавил жидкую кашицу тёмно-синего цвета, тут же туго затянул узкую горловину и отложил мешочек в сторону. Гедимин пристально смотрел на плотную, чуть поблескивающую ткань, залитую сверху чем-то полупрозрачным. Она плавно тянулась, свисая с брони зверя, и сквозь неё наружу не просачивалось ни капли.

- Yiir erri? - Скогн наконец заметил чужака и, не сводя с него растерянного взгляда, отложил недоеденную лепёшку. - Yinrrr?

Гедимин мигнул.

- Это, - он протянул руку к эластичному мешку. - Дай взглянуть.

Скогн определённо не понял ни звука, но жест расшифровал правильно. Гедимин взял из его руки мешок, осторожно потянул за ткань - она поддавалась легко, рыхлое плетение расходилось, но прозрачный слой растягивался вместе с ним, и ёмкость оставалась герметичной. Сармат поднял мешок к свету, прищурился, высматривая слои пропитки. "Однородное вещество... что-то вроде каучука, возможно, синтетическая смола. Взять на изучение..."

Он перевёл взгляд на Скогна. Тот, забыв о лепёшке, над которой уже висела какая-то летучая гусеница, смотрел на сармата, приоткрыв зубастую пасть. Гедимин смутился, быстро оглянулся через плечо, - лаборатории с Айзеком не было, стражей - тоже, идти к Гварзе совершенно не хотелось.

- Это - мне, - он жестом показал, что забирает мешок, и свободной рукой выудил из кармана какие-то обломки. - Тебе - это?

На ладони оказалась одна из ещё нетронутых окислами рэссеновых отливок - пруток толщиной с палец. Гедимин подумал, что надо поискать ещё что-то, но Скогн оказался быстрее. Молниеносным движением он сцапал кусок металла, что-то вскрикнул, ударив себя кулаком с "железкой" по лбу, и в один прыжок исчез за загородкой - там, где собрались и громко общались его сородичи. Гедимин мигнул, несколько секунд подождал, не вернётся ли абориген за ещё одним куском, оброненной лепёшкой или синей жижей, но появилась только вторая гусеница. Спикировав на длинных прозрачных выростах вдоль боков, она сглотнула на лету первую и накрыла собой недоеденную пищу, на глазах растягиваясь вширь и утолщаясь.

...Порвать мешок удалось только с третьей попытки - такую нагрузку выдержал бы только очень прочный скирлин, материал для спецодежды. Ткань поддалась первой; прозрачное вещество, утончаясь, ещё долго тянулось, пока не лопнуло и не повисло тонкими длинными ошмётками. Гедимин, едва дыша, просканировал её; знакомые атомы попадались, но следов ДНК не было, - это явно была сложная органика, полимер, а не слюна или слизь какой-нибудь местной твари. Сармат попробовал её подогреть - она, и без того жидкая, теряла тягучесть уже при восьми сотнях по Кельвину, растекаясь сероватой "водой". Немного пролилось на ладонь; Гедимин выставил её на сквозняк и ждал, наблюдая, как медленно застывает расплав.

- Ага, вот ты где! - в шатёр заглянул Вепуат и удивлённо хмыкнул, увидев, как сармат держит руку на весу. - Что там у тебя? Улитка?

- Первый местный полимер, - Гедимин показал ему разорванный, измазанный в синей жиже мешок - и только сейчас сообразил, что зря не опустошил и не вымыл его перед экспериментами. Вепуат, впрочем, понял всё правильно - заинтересованно хмыкнул, потянул эластичную ткань, взялся за сканер.

- И верно. Гляди-ка, даже без ДНК... водонепроницаемый... на электропроводность проверял?

- Пока нет, - Гедимин аккуратно разрезал остатки мешка надвое, уступив половину разведчику. - Плавится при восьми сотнях по Кельвину - можно лить на открытом огне, в самом примитивном очаге.

- Как-то так, видимо, такую пропитку и делают, - Вепуат оттёр ткань от остатков жижи и придирчиво осмотрел. - Тряпку в горячий вар, просушить, повторить для равномерности... Смотри, тут и шнурок на горловине с пропиткой. А он явно из кожи...

Разведчик растянул тоненькую кожаную полоску между двух пальцев, попробовал на разрыв и удивлённо хмыкнул.

- Хорошая штука. Почти как наши комбинезоны. У "макак" одежда сильно попроще... Как думаешь, пойдёт на изоляцию?

- Проверим, - отозвался Гедимин. Он, забывшись, поднялся на ноги, услышал треск костяного каркаса и помянул про себя размножение "макак".

- Сейчас починим, - Вепуат засунул вылезшие кости обратно в пазы и положил ладонь Гедимину на макушку, заставляя того пригнуться. - Сам уже думаю перебраться в машину. Эти строения не на сарматов рассчитаны.

Когда Гедимин, поставив на место шатёр, вернулся к стоянке Броннов, чужаков там уже не было - только длинные ямки там, где лежали их звери. Аборигены спрятались под навесом, прикрыв драной сеткой вход. Гедимин осмотрел их корзины, заглянул даже внутрь, - эластичных мешков нигде не было. "Видимо, технология Скогнов. Не всё идёт на обмен..." - сармат разочарованно сощурился. "Надо показать Айзеку. Может, он такое раньше видел. Нужно больше образцов... а в идеале - цех синтеза."

...Вепуат вырезал для изучения клочок пропитанной ткани в один квадратный сантиметр и махнул рукой - "остальное тебе". Через пять минут у Гедимина была пробирка с восемью миллилитрами густой, быстро застывающей жижи и обрезок грубой ткани из растительных волокон, не представляющей для сармата никакого интереса. Её тоже прибрал Вепуат, пробормотав что-то про условия налипания. Гедимин, пожав плечами, вернулся к пробирке.

"Диэлектрик. Прозрачность для омикрон-потока... прозрачность для сигма-потока... относительная непрозрачность для бета-частиц... в разделённых газах не окисляется..." - Гедимин, неопределённо хмыкнув, плотно закрыл крышки охладителя, оставив внутри кювету с одним миллилитром "каучука". "Дойдёт до минус десяти - проверю пластичность. Сильно охлаждать незачем - навряд ли тут запредельная морозостойкость..."

На подогретый провод "каучук" налипал отлично. Махнув пока рукой на равномерность слоя, Гедимин с нетерпением дождался, когда жидкость застыла, и согнул кабель вместе с изоляцией в колечко. Луч сканера, прощупав покрытие и металл до последнего микрона, принёс ответ, и сармат скупо улыбнулся. "Годится. Идём дальше..."

Пока провод, скрученный в спираль и придавленный прессом, ждал следующей проверки, Гедимин подошёл к охладителю. Над извлечённой кюветой немедленно сгустился пар. "Каучук" лежал на дне сероватой лепёшкой. Сармат потыкал в него когтем и удивлённо хмыкнул. "Пластичность сохранилась. Интересно..."

На растяжение за края остуженная лепёшка реагировала так же, как тёплая - растягивалась, не трескаясь. Потрепав её с разных сторон, Гедимин бросил образец в кювету и выставил на охладителе следующее значение. "Результат хороший. Теперь - минус двадцать. Пойдём с шагом в десять градусов. Если дотянет до минус тридцати..."

- ...животные для опытов, - долетел из-за переборки недовольный голос Айзека. - Опыты на Би-плазме недостаточно показательны. Ты что, предлагаешь сразу применить на сарматах?

Гедимин еле слышно хмыкнул. "Все работают. Айзек ищет источник субстрата... Один Гварза работу не показывает."

Луч сканера скользил по скрученному кабелю, и сармат недовольно щурился. "Пластичность достаточная. С механической прочностью проблемы. Изотрётся. Попробовать добавки... аналог вулканизации?"

Он оглянулся на прикрытые защитным полем ряды пробирок с разнообразными реагентами. "Сначала - поговорить с Айзеком. Вдруг у местных уже отработанная технология, а я буду тыкаться вслепую..."

Он достал из охладителя кювету и снова хмыкнул. "При минус тридцати пластичность сохраняется. Идём дальше..."

Гедимин только успел подсоединить электроды к проводу, свёрнутому в тугую спираль и намотанному на штырь из земной стали, как из-за переборки быстрым шагом вышел Айзек. На середине отсека он резко развернулся и уставился на Гедимина.

- Электромагнит?

- Изоляцию проверяю, - отозвался ремонтник. - Непрочный полимер, но в целом годится. Нужны нормальные объёмы для исследований. Эту штуку привезли из Сэви - может, и цех где-то рядом. Договоришься о поставках? Они вроде согласны менять на рэссену.

Айзек слушал его, ошалело мигая.

- Постой, атомщик. Какой полимер? Здесь, на Равнине?!

Он отсоединил электроды и отобрал у Гедимина катушку. Сармат, едва заметно ухмыльнувшись, прошёл мимо него к охладителю. "Минус пятьдесят. Вынимать осторожно, чтоб не высыпалось на пол... Hasu!"

Лепёшка, взятая за край, слегка растянулась и так и повисла. Гедимин встряхнул её над кюветой, намотал на онемевший от холода палец, - полимер стал чуть более упругим, видимо, процессы внутри шли, но до потери эластичности было ещё очень далеко. "Мать моя колба, какой же у него предел?! И это - в чистом виде, без обработки... Вот это Скогны. Вот это дикари..."

Из-за плеча донеслось сдавленное хрюканье. Айзек сжимал катушку в руке и трясся от нервного смеха. Перехватив взгляд Гедимина, смеяться он перестал и шумно вздохнул.

- Никаких цехов, атомщик. Это природный эластомер. Выварка из воздушных медуз. Такие большие пузыри, снизу дырка с щупальцами. Помнишь, в Сердце Пламени их чистили, - ты ещё остановился посмотреть? Шкурки потом вываривают...

Гедимин мигнул. "Природный эластомер? Местная фауна? Понятно..."

- Распространённый ресурс? - он вспомнил длинный стол и полные корзины шевелящихся "пузырей". - Тем проще. Достанешь пару литров?

Айзек несколько секунд молча смотрел на него, потом еле слышно хмыкнул.

- Думаешь, это вещество можно как-то применить... в нашей работе?

Гедимин кивнул на охладитель - датчик как раз показывал минус шестьдесят.

- Пластичный диэлектрик с огромной холодостойкостью. Придумаю, как его упрочнить, - и у нас есть изоляция... и замена скирлину. Выясни, как его здесь обрабатывают, - всё, что связано с этим веществом. Пару литров на опыты... и - как оно называется?

Айзек мигнул.

- "Sessh". Это вещество называется "сеш"... или "gzesh"? Это явные сокращения, рабочий жарго... М-да. Атомщик, ты правда кое на что наткнулся. Тут действительно технология... надо будет прояснить...

В задумчивости прижав руку к респиратору, он направился к выходу. Гедимин растерянно хмыкнул.

- Так эта штука - "сеш" или "гзеш"?

Шлюз уже открывался, и Айзек ничего не услышал.

- Мне показалось, оно - "ксесс", - Вепуат на пару секунд отвлёкся от микросканера. - Выварка из медуз, значит... Их вроде бы разводят в неволе?

Гедимин пожал плечами.

- Чем проще получать эту штуку, тем лучше. Нам будет нужен стабильный источник... эластомера "сеш". Короткое название - легко запомнить.

..."Минус сто двадцать. Сеш сохраняет пластичность до минус ста двадцати. Интересные условия жизни у этих медуз..."

Гедимин прикрыл защитным полем дымящуюся кювету с хрупкими обломками и пошёл к шлюзу. Новую информацию надо было хорошо обдумать.

Дойти он не успел - в лабораторию, обогнав Айзека, влетели двое Скогнов, за ними пролез третий. Прикрикнув на первых, он пристроил копьё на оружейную стойку, поднял взгляд на Гедимина и почтительно поднёс ладонь ко лбу. Айзек выгнал из шлюзовой камеры последнего Скогна (всего их в отсек набилось шестеро) и встал у люка, сложив руки на груди. Аборигены, положив копья на стойку, сгрудились у стола, привстав на кончиках пальцев. Не успел Гедимин снять пробирку с остатками "сеша" со штатива и показать им, как они загомонили, быстро переглядываясь. Сармат не разобрал в их речи ничего, кроме набора звуков, отдалённо похожего на "сеш"... или "хсесс", - это свистошипение произносилось так быстро, что ремонтник только мигать успевал. Один из Скогнов, уверенным жестом оттолкнув других от стола, ткнул когтем в пробирку и быстро заговорил, попутно что-то изображая пальцами. Гедимин беспомощно оглянулся на Айзека.

- Перевод будет?

- Yirr hsessh? - медленно проговорил тот, забрав у сармата пробирку. Скогн щёлкнул по ней отогнутым когтем и выпалил несколько быстрых коротких фраз. Айзек снова спросил, в этот раз быстрее и неразборчивее; Скогн ответил, изобразив пальцами что-то круглое, а потом - плоское и тянущееся. Изогнув ладонь лодочкой, он показал, будто что-то в неё бросает, и размешал пальцем для верности. Другой абориген полез было с пояснениями, но первый на него рявкнул. Гедимин пересчитал их по головам и недовольно сощурился. "Охранники, называется. Мало того, что стражей нет... Будешь тут бояться любого идиота с копьём. Вот кто сейчас защищает лагерь? Они хоть караульных оставили?"

- Khansesshea, - неожиданно чётко проговорил Скогн, снова изобразив пальцами шар с длинным шевелящимся хвостом. - Kiyerr ksessha khansa ti!

Гедимин мигнул.

- "Хансеша", - отозвался на его растерянный взгляд Айзек. - Летающие стаями существа, круглые, с втяжными щупальцами. Их покровы собирают и вываривают. Пену выкидывают. Варка длится долго, пока от жидкости не останется треть. Это "сеш". Как они говорят - заготовка, полуфабрикат. Но уже на что-то годится.

Скогн напряжённо наблюдал за ним. Айзек сказал ему несколько слов, и абориген принялся рыться в ремешках и завязках. Зашевелились и остальные, хватаясь за поясные сумки. Через пару секунд на стол к Гедимину шмякнулся десяток мешочков и даже мешковидные рукавицы с плотными вставками под когти. Все они знакомо блестели - предметы из ткани и кожи были обильно пропитаны "сешем". Самый толстый слой Гедимин разглядел на рукавицах - их обмакнули в выварку раз восемь, не меньше.

- Yirr gzesh? - спросил Айзек, глядя, как сармат подбирает предметы и рассматривает их, проверяя на пластичность. Скогны заухмылялись, вежливо прикрывая зубастые рты, и снова загомонили, пока "предводитель" не вышел вперёд. Он старался говорить медленно, но звуки выходили очень уж странные. Гедимин молча слушал и ждал перевода. "Как Айзек их язык освоил?" - вертелось в голове. "Мне бы тоже не помешало. Стоишь тут, как идиот..."

- В общем, так... - медленно проговорил Айзек, на мгновение приложив пальцы к груди; Скогн тут же замолчал и застенчиво улыбнулся. - "Сеш" держится на основе и тянется вместе с ней. А можно сделать, чтобы держался и не рвался без основы. Тогда он будет называться "гзеш". Так и думал, что это немного разные вещи...

- Как это делается? - нетерпеливо спросил Гедимин. Из-за своего стола уже выбрался Вепуат, встал рядом с ремонтником.

- Его греют вместе с... - Айзек задумчиво сощурился. - С чем-то вроде крови или лимфы одного животного. Туда кладут определённые камни... камни из Сфена Кислоты. Потом перемешивают и греют отдельно - долго, целый день. Когда остынет, пытаются воткнуть нож. Если отскочит - готово.

Скогн оживлённо заверещал и, взлетев на оставленное без присмотра кресло, положил на стол снятый с плеча арбалет... или копьеметалку, - какую-то крайне примитивную конструкцию из дуги, доски с желобком и слегка провисающего жгута. Он поддёрнул жгут когтем и оглянулся на Гедимина. Сармат пригляделся и мигнул. "А вот это уже интересно..."

Жгут был сплетён из десятка тонких полосок, в которых Гедимин уже и без сканера угадал обрезки "сеша", только более плотного и сменившего цвет на тёмно-тёмно-багровый, почти чёрный. Сармат осторожно растянул его и хмыкнул. "Порвать, конечно, можно. Но трудно. Даже мне... Уран и торий! Неплохо они его усовершенствовали..."

Жгут в его руках растянулся уже в семь раз; удерживать его было тяжело, упругая коса вырывалась из пальцев. Гедимин задумчиво щурился, разглядывая тонкие полоски. "Поискать предел прочности... и нагрев-охлаждение проверить надо бы. Но вещество, определённо, интересное..."

Скогны, примолкнув, подались назад и с опаской следили за сарматом. Гедимин аккуратно, не выпуская жгут из рук, свёл растяжение на нет и протянул "арбалет" владельцу.

- Они могут дать мне образец... насовсем? Надо для опытов.

Айзек покачал головой.

- Они-то дадут, не не хотелось бы их грабить. Я свяжусь со старейшинами Синви. Пусть сделают выварку специально для тебя.

Гедимин недовольно сощурился.

- Когда сделают? Через год?

Айзек поморщился.

- Тут не Земля, атомщик. У них нет синтезных цехов. Экспериментируй пока сам... у тебя же есть немного сырья?

- Считанные миллилитры, - ответил сармат. - С чем экспериментировать? Чья кровь, где Сфен Кислоты?

Айзек тяжело вздохнул.

- Ты же понимаешь, что без серьёзной доработки тут не обойтись...

Он повернулся к перешёптывающимся Скогнам - они заметно встревожились. Айзек сказал что-то - судя по жестам, благодарное - и выпроводил их в шлюзовую камеру. Каждый, как заметил Гедимин, быстро оглядывался через плечо; они притихли, и им, похоже, было не по себе.

- Постоять бы со сканером рядом с их котлами, - тихо заметил Вепуат. - Явно какая-то реакция с катализатором. Может, та кровь - просто наиболее доступный источник... чего-то, что можно добыть другими путями.

Гедимин оглянулся на свои пробирки. "Что из этого может быть в крови живого существа - так, чтобы оно при этом не сдохло?.."

...Гедимин наматывал провод на катушку, когда пол под ногами едва заметно дрогнул. Через пять секунд толчок повторился. Гедимин, отложив катушку, оглянулся на Вепуата - тот поднял взгляд от микросканера и с удивлением посмотрел под ноги. Лабораторию снова встряхнуло, в этот раз сильнее.

- Землетрясение? - Вепуат поднялся из-за стола. - Что тут вообще с текто... А, hasu!

- Что угодно, - прошептал Гедимин, намертво прикрепляя все штативы к столу. Холм мелко дрожал. Сармат бросил взгляд на запястье и увидел, как вспыхивает тревожный светодиод.

- Дроны видят что-то внизу! - Вепуат, подобрав оружие, метнулся к шлюзу. - Что-то движется...

Его слова заглушил гул открывающегося люка. Гедимин успел войти следом, на ходу разглядывая экран дозиметра. Прибор - и, похоже, весь холм - захлёстывали волны сигма-квантов. Стрелка-указатель металась из стороны в сторону, пока сармат, сообразив, не развернул руку так, чтобы она смотрела вниз. Метания прекратились - теперь она мерно раскачивалась, пока не остановилась. Лабораторию встряхнуло с удвоенной силой - и внезапно всё замерло.

- Ядро Сатурна! - донёсся из распахнутого шлюза вопль Вепуата. Гедимин, уже не заботясь о герметичности лаборатории, вылетел наружу, сдёргивая с плеча сфалт, - и сам замер на пороге, во все глаза глядя на гиганта, нависшего над холмом. Пятидесятиметровый змей, будто отлитый из металлизированного рилкара, встал на хвост у обрыва, заглядывая из низины в лагерь. В разбросанных по бронированной морде глазах плескалась переливающаяся ртуть.

- Текк"т, - услышал он собственный голос и судорожно сглотнул - горло сжал спазм. Существо, увидев чужаков, чуть приподнялось, встряхнулось со стеклянным звоном и обрушилось в низину. Над обрывом показались ещё две шипастые головы. Холм едва заметно вздрогнул.

- Яд-дро Сатурна, - прошептал Вепуат, медленно подходя к краю. - Полсотни метров, мать моя пробирка...

Гедимин с кривой ухмылкой поднял руку в приветственном жесте. "Они разумны и не враждебны," - напомнил он себе - рядом с такими гигантами даже немелкого сармата поневоле брала оторопь. Текк"ты, похоже, понимали разницу размеров - ни к сарматам, ни к их лагерю не приближались, поглядывая издалека. Из полевой кухни высыпали Бронны, сбежались к обрыву, что-то вереща и махая руками, но страха в их голосах Гедимин не слышал. Один змей повернул к ним голову - карлики завопили громче прежнего и сгрудились у самого края, рискуя свалиться в низину. Гедимин бросил под обрыв шар защитного поля, растянул его в полосу, соорудив ограждение, - Бронны даже не заметили, всё их внимание занимали сейчас Текк"ты.

- Союзники, - сказал Гедимин Вепуату, застывшему у обрыва. - Наверное, по делу. Надо Айзека позвать...

- Ага, - вяло отозвался тот. - Айзека. Где, рапторида их сожри, все стражи?!

Текк"там, видимо, надоело взаимное разглядывание - все три головы снова приподнялись над обрывом и наклонились к сарматам. Их тела зазвенели, зашелестели, как осыпающееся разбитое стекло. Ближайший змей выпустил что-то из пасти - оно упало с пятиметровой высоты с глухим грохотом, и ошалело мигнувший Гедимин увидел каменное бревно. Оно было идеально цилиндрическим, отшлифованным до блеска, - громадный керн трёхметровой длины, взятый из тонкослойного пласта уже знакомой Гедимину породы. Ещё один змей приоткрыл пасть, выронив кусок камня - пять или шесть кривоватых шаров, слепленных вместе. Последний замешкался, и звон и лязг "стеклянной" брони стали почти нестерпимыми - даже сармат схватился за наушники. Змей нехотя поддался на "уговоры" - если это был аналог речи - и аккуратно положил что-то на край обрыва. Это был конгломерат из пары десятков разноцветных каменных комков, каждый размером с кулак. Когда Гедимин, промигавшись, двинулся к нему, Текк"т шарахнулся от обрыва - и, выгнувшись блистающей дугой, ударился головой о землю. Сармат ждал грохота - или треска лопающейся брони - но змей бесшумно нырнул в гравий всеми пятьюдесятью метрами, и лишь кольчатые выступы на хвосте сверкнули на прощание. Гедимин, ошалело мигая, смотрел, как закрывается за Текк"том дыра в земле.

- Эй! Подождите! - услышал он крик Айзека - и ещё пару воплей на непонятном языке. Сармат выбежал к обрыву и остановился, глядя на взлетающие над землёй хвосты. Двое Текк"тов нырнули в недра одновременно, на почтительном расстоянии друг от друга; на секунду Гедимин задумался, как они там, в каменных пластах, будут ориентироваться, но тут же выкинул нелепые мысли из головы.

- Чего не позвали-то?! - накинулся Айзек на Вепуата. Тот оказался быстрее Гедимина и уже простукивал трёхметровый керн. Дроны кружили над ним.

- А чего звать? - ответил Вепуат, разглядывая камень. - Образцы - они и есть образцы. Гедимин, чего они там накомковали? Что-то интересное?

- Похоже на то... - Гедимин смотрел на экран сканера. Половину пород, притащенных Текк"тами, он видел впервые.

- Образцы... - покачал головой Айзек. - Геологи нашлись... Хоть бы спросили, откуда они! А, вот тут пометка...

Он обошёл керн и провёл ладонью по его боку. Гедимин, быстро обогнув комковатый валун, проследил за взглядом Айзека и еле слышно хмыкнул. Пометка была выдавлена - именно выдавлена, а не вырезана или выбита - прямо в камне - шесть значков один над другим вдоль гладкой поверхности. "Семь сантиметров в глубину," - отметил про себя Гедимин. "С запасом."

- Образцы из Ксолу, - сообщил Айзек, досадливо щурясь. - "Ксолу" - и ни слова более. Кто додумался поручить Текк"там собирать образцы?!

- Видимо, Кейланна для доставки не нашлось, - сказал Гварза, неведомо как оказавшийся у обрыва - Гедимин даже не заметил, как он подошёл. - На волокуше не наездишься - всё-таки шесть световых часов...

Айзек фыркнул.

- Ладно бы доставка - но собирать-то зачем?! У нас тут всё-таки не горный комбинат. Этого даже Гедимину на опыты многовато.

Гедимин молча разглядывал керн. И форму, и пропорции образца, по неизвестной связи полученного от Кайшу, Текк"ты соблюли в точности.

- М-да. Союзники не мелочатся, - Вепуат щёлкнул когтем по камню.

- Им, наверное, сложно переносить мелкие предметы. Ещё проглотишь или вдохнёшь... - пробормотал Гедимин, примеряясь, с какой стороны образца удобнее взять нормальный, соразмерный керн. - Интересно, как они туннели заделывают. Даже следа не осталось...

Айзек тронул его за плечо.

- Атомщик, не отвлекайся. Мы место для станции до сих пор не выбрали. А сидим тут уже неделю. Эта порода - она плотнее или рыхлее тех, что ты уже проверил?

Гедимин пригляделся к слоям на срезе и задумчиво хмыкнул.

- Плотнее тоготской, но рыхлее сэвийской. А самая плотная - отсюда, из-под холма. Как это место называется? Край?

- Дальний Край, - поправил Айзек. - Значит, здесь - прочнейшие пласты?

Гедимин пожал плечами.

- Пласт целиком я не видел. Но порода очень плотная. Тут, видимо, наивысшее давление... только неясно, что давило.

- Давит, - без тени усмешки поправил Айзек. - Всё, что снаружи, атомщик. Миллиарды Метагалактик, спрессованные со всех сторон. Здесь - точка наивысшего давления. Странно было бы, если бы это ни на что не влияло. Так ты уверен в своих словах? Готов подтвердить, что здесь - лучшее место для станции?

Гедимин мигнул.

- Слишком быстро, - буркнул он, недовольно глядя на Айзека. - Я сказал - порода наиболее плотная. Всё остальное ты сам додумал. Про породу могу подтвердить. Про станцию - нет.

Кенен Гварза, до сих пор молча наблюдавший за ними, протяжно вздохнул.

- Вот Маккензи подсунул эксперта, м-мать его пробирка...

- Не лезь к нему! - быстро одёрнул его Айзек. - Идём в лабораторию. Гедимин, проверь новые образцы. Если будет что сказать насчёт пластов - сразу иди к нам!

Гедимин и Вепуат растерянно переглянулись.

- Ну, где-то ж её надо будет поставить, - пробормотал разведчик. - Мне больше интересно, из чего они собрались строить. Мы ещё только начали разбираться с местной химией... да по большому счёту - даже не начали!

Гедимин угрюмо сузил глаза.

- Не построят, так выроют. Будет пещерная станция. Вон, тут у них Текк"ты лепят камень, как глину, - скатают шарик, насверлят дырок...

Он опустился на землю и погрузил бур в каменное бревно поперёк пластов. "Два года," - пульсировало в мозгу. "У нас на всё два года. Я не хочу ни за что отвечать в этом дурацком, бессмысленном месте. Но придётся."

..."На чём проверять-то?" - Гедимин в задумчивости перебирал завалявшиеся по карманам железки, осколки металлофрила и неведомо как туда попавшие обломки равнинных минералов и ксеноорганики. Две неподключённые магнитные катушки лежали на столе; одна была намотана на стальной сердечник, другая - на штырь из рэссены. "Друг на друге, что ли? Земные материалы проверять как-то бессмысленно..."

Он разложил на поддоне всё, что удалось накопать по карманам, а подумав, добавил ещё микроскопические "слитки" рэссены и несколько пробирок с порошкообразными веществами. По его расчётам, всё это должно было попасть в магнитное поле - если оно, конечно, сформируется.

"С этой Равниной никогда не знаешь, что будет," - Гедимин уже пятую секунду медлил над катушкой с подсоединёнными электродами, не решаясь пустить ток. "Простейший опыт... а ну как взорвётся?" Он покосился на стальной сердечник. Единственный знакомый элемент в конструкции вроде бы должен был успокаивать - но из-за него-то Гедимину и было не по себе. "Ладно, начнём. Attahanqa..."

Стальные фрагменты задрожали, как по команде разворачиваясь к катушке. Гедимин прислушивался, не раздастся ли треск пробоя, но слышал только тихий скрежет - мелкие железячки постепенно сдвигались с места, подползая к катушке. Сармат опомнился, когда они почти уже до неё добрались, и отодвинул их подальше. В ту же секунду они поползли обратно.

"Крупные фрагменты. Не стальная стружка," - Гедимин еле слышно хмыкнул, перенося детали на самый край поддона. "Сильное поле. Не ожидал..."

Он посмотрел на фрагменты рэссены и ксенолития, заглянул в пробирки, - ни одна крупица порошка не шелохнулась, хотя многие предметы лежали к катушке почти вплотную. Только железные гайки и сломанные болты упорно ползли к источнику поля, сдвигая подвернувшиеся препятствия.

"Всё-таки не магнитится," - Гедимин с сожалением взглянул на кусочки рэссены. "Значит, поля не создаст. Ладно, если опыт назначен, надо провести..."

Он отодвинул поддон с так и не отключённой катушкой в сторону, сгрёб с него пригоршню обломков и осколков и высыпал в другой, привычным движением подсоединяя к новому экспериментальному образцу вторую пару электродов. "Провод и изоляция пусть полежат под напряжением - посмотрим, что будет в работе. А я закончу с катушками..."

Застывшие капли рэссены дрогнули и качнулись, медленно сдвигаясь с места. Гедимин изумлённо мигнул, быстро перевёл взгляд на железные обломки, - они так и лежали, не сместившись ни на миллиметр. Сармат отключил ток, переложил капли в поле катушки со стальным сердечником - они замерли, будто приклеенные. Гедимин, озадаченно хмыкнув, вернул их на место. "Ничего не понимаю. От материала сердечника как-то меняется..."

- Атомщик, - Айзек вышел из-за переборки, устало щурясь. - Чем это ты... А-а, опыты с электричеством... Ты проверил пластообразующие минералы?

Сармат кивнул.

- Ничего не поменялось? - взгляд Айзека стал неприятно-острым. Гедимин снова кивнул.

- Порода прочнее на Дальнем Краю. Это я сам проверил и готов за это ответить.

Айзек устало усмехнулся.

- Спасибо, атомщик. Это уже немало... Спать пойдёшь?

- У меня работа, - отозвался Гедимин, отодвигая кусочки рэссены от катушки. "Правда, что ли, тут два вида... А может, не два?"

- В первом часу местных сумерек выезжаем к порталу, - сказал Айзек, оглядываясь на Вепуата. - Все, со всем оборудованием. Вам пора на декомпрессию. Как раз успеете к шестичасовому медосмотру.

Гедимин мигнул. "Да, верно. Ураниум-Сити..." - он прижал на секунду ладонь к виску. "Понятно, почему Айзек возвращался такой ошалелый. Я, похоже, тоже буду натыкаться на стены..."

- И надолго это? - спросил без особой радости Вепуат. - Я всё жду, когда страж даст мне спуститься с холма. Кучу опытов так и не провели. На медосмотр нам получаса хватит?

Айзек покачал головой.

- Декомпрессия, Вепуат. Минимум восемь часов. Я бы настоял на двенадцати. Вы оба тяжело перенесли... Эй! Атомщик, что у тебя там?

Вепуат, проследив за его взглядом, схватился за генератор защитного поля - и только тогда Гедимин обернулся и увидел катушку на стальном сердечнике. Штырь, когда-то прямой и гладкий, оплыл, сталь, раздвинув витки обмотки, выпирала спиралевидными гребнями, и они постепенно росли, как будто что-то выдавливало металл из-под намотанного провода наружу. Сармат смотрел на них секунд пять, прежде чем его рука, словно онемевшая, дотянулась до выключателя. Цепь разомкнулась; стальные выросты, утончившиеся уже до прозрачности, изогнулись, обвисая книзу, но больше не росли.

- М-мать моя пробирка... - выдохнул Гедимин, разглядывая деформированный сердечник. Он не сразу решился потрогать выпирающий гребень кончиком когтя. Это определённо была сталь - привычный, знакомый сплав, твёрдый, тугоплавкий... Анализатор не показал ничего нового - металл даже не "фонил"...

- Оч-чень интересно... - Айзек, оказавшийся смелее Гедимина, взял обесточенную катушку в руки. - Такого я ещё не видел. Что это за металл? Выглядит знакомо.

- Сталь, - буркнул Гедимин. - Марка...

Айзек дёрнул плечом.

- Уже понятно, атомщик. Земные материалы... м-да, вот поэтому вас и заставили мучиться с местными рудами. Ты всё-таки соблюдай осторожность - тут всякое бывает...

Вернув катушку на поддон, сармат вышел. Гедимин перевёл взгляд на рэссеновый сердечник, - эту установку не отключили, и её успели облепить кусочки застывшего расплава, но сам штырь, по крайней мере, никуда не вытекал.

- Декомпрессия, значит, - задумчиво пробормотал Вепуат. - А ведь и правда - не помешает.


9 день Льда, месяц Металла. Равнина, Дальний Край, Сфен Земли

- Пристегнись, - прошептал Айзек в наушник Гедимину. Тот поддел ремень пальцем и досадливо сощурился.

- Кто их ставил?! Они и полтонны не удержат...

Айзек молча дотянулся до ремня и защёлкнул карабин.

Под ногами, в недрах платформы, уже гудел двигатель; ещё секунда - и глайдер сдвинулся с места. Гедимин попытался оглянуться через плечо, услышал скрежет креплений и недовольно поморщился - ремни определённо были рассчитаны на филка, а не на ликвидатора в тяжёлой броне. "Кто их, всё-таки, ставил?"

Отсек качнуло - машина добралась до спуска и теперь медленно сползала с холма. Гедимин вспоминал многометровый слой гравия на пологом склоне, удерживающийся только под собственным весом, и снова пытался оглянуться на принайтованное чуть поодаль оружие. Его сфалт и плазмомёт Вепуата обернули защитным полем поверх креплений; управляющие стержни реактора были намертво зафиксированы, и Гедимин надеялся, что их всё-таки не вытряхнет на резком повороте.

- С нами кто-нибудь идёт? - вполголоса спросил Вепуат. - Не влетим в разлом?

- Калиг и Навкет идут с двух сторон, - ответил Айзек. - Тут недалеко, на самом деле. Просто время тянется медленно.

Машину чуть качнуло вбок на неровности рельефа, и напрягшийся Гедимин снова услышал хруст креплений. Он глубоко вдохнул и с трудом расслабил мышцы. "Едем. Платформа устойчивая. Айзек каждый день по два раза её гонял..."

- Подъём, - прошептал Айзек, прислушиваясь к движениям платформы. - Всползаем на холм.

Гедимин покосился на дозиметр - светодиод уже зажёгся, где-то рядом курсировала плотная стая червей-пирофор. Айзек, взглянув на прибор, облегчённо вздохнул.

- Портал готов. Прикройте глаза, голову вниз, - будет тяжеловато...

Глайдер приостановился. Гедимин посмотрел на дозиметр - пульсация червей постепенно перекрывалась другой, знакомой по первому перемещению. "Портал "светит"?" - сармат вспомнил, как внезапно отключился прибор при переходе, и снова оглянулся на обернутый защитным полем реактор. "Там ещё кусок рэссены," - некстати вспомнил он. "Проверить на заражённость..."

- Sata! - вскрикнул Айзек, утыкаясь лицом в подставленные ладони. Платформа двинулась с места. Гедимин зажмурился, стискивая зубы, но это помогло слабо - глайдер уже трясло, и от разнонаправленных вибраций ныли суставы, и шевелилось что-то в сросшемся позвоночнике. "Реактор," - сармат снова и снова представлял себе холодный зелёный свет, пронизанный блестящими колоннами. "Проверить реактор. Выдержал Равнину. Выдержит переход. Проверить..."


03 января 15 года. Земля, Северный Атлантис, Ураниум-Сити

Услышав гул приоткрывающегося люка, Гедимин вздрогнул и открыл глаза, выставляя вперёд руку с генератором защитного поля. Крепления ремней заскрежетали. Кто-то щёлкнул карабином на его груди и сочувственно хмыкнул.

- Резко не вставай. Говорил же - он тяжело перенесёт переход. Со своими старыми шрамами... Вепуат, ты как? Осторожно, без резких движений...

- У-ух! - донеслось слева; лязгнула чья-то броня. - А если сюда "макаку" засунуть, - она вообще встанет?

Гедимин ухмыльнулся. Глаза он открыл, но легче не стало - всё вокруг затянуло серой дымкой, и от неосторожного поворота головы она уплотнилась до черноты. Вдохнув поглубже, сармат попробовал подняться. Палуба уже не тряслась, ноги вроде бы держали, вот только с видимостью было неважно. Сармат вдохнул ещё раз, пытаясь понять, что не так с воздухом.

Люк загудел громче, по пальцам потянуло прохладой. Гедимин развернулся к выходу и увидел в дымке серебристый силуэт.

- Парни, вы в порядке? - встревоженно спросил Кенен Маккензи, заглядывая в отсек. - Выйти сможете?

"Маккензи," - Гедимин почувствовал, как губы растягиваются в нелепой ухмылке. "Земля. Выйти... снаружи станет легче. Воды бы... Да, сфалт... не забыть сфалт."

Он развернулся к скамье - и сам не понял, как оказался у скрежещущей переборки. Скрежетала она от его когтей - сармат цеплялся за неё, медленно сползая на палубу. Встряхнув головой, он кое-как выпрямился и уже тогда услышал взволнованные возгласы Кенена и Айзека.

- Сфалт, - прошептал он, выглядывая сквозь туман два параллельно закреплённых цилиндра. Смутно понимая, что лучше не наклоняться, он опустился на палубу и нащупал крепления. Выдернув сфалт из-под защитного поля, он крепко прижал его к груди. Тяжесть холодного металла в руках непонятным образом успокаивала.

- А я сразу сел, - донёсся сбоку голос Вепуата. - И вставать что-то не тянет.

- А чего ты хотел? - издалека, похоже, снаружи долетел голос Айзека. - Первый нырок - и сразу на неделю! Тащи теперь медиков и тележки... или хочешь атомщика на руках нести?

Гедимин, досадливо щурясь, в два рывка поднялся на ноги и перекинул сфалт за спину. В глазах немного прояснилось, но за переборку он на всякий случай держался. "Гварза... он ещё и за штурвалом был," - мелькнуло в мозгу. "Он-то жив? И как Айзек каждый день по два раза..."

- На руку опирайся, на руку! - прикрикнули на него, едва он протиснулся в люк. - Нашёл время показывать гордость!

- Ты меня не удержишь, - отозвался Гедимин, щурясь на яркий свет. "Белый какой-то. С просинью. Отвык от местных ламп..."

Кто-то вскрыл его респиратор, и по лицу хлестнул морозный воздух. Гедимин закашлялся. "Холод. Зима. Здесь ещё зима. Воздух... один окислитель вместо трёх. Почему вкус металла? Лёгкие порвало?"

- Нормально, нормально, - услышал он голос Гварзы. - Два-три раза туда-сюда - и будут выходить на своих ногах. Дай им пересидеть минут пятнадцать. И воды принеси.

"А при первом переходе было легче," - думал Гедимин, сидя бок о бок с Вепуатом на краю тележки и чувствуя, как тянет холодом по мокрой макушке и загривку. Слабость постепенно отступала. Он осторожно огляделся - вокруг был ангар, непривычно огромный после тесных отсеков лаборатории и низкого свода шатра. Гварза и Айзек как ни в чём не бывало обсуждали что-то у отогнанной в сторону машины, там же топтался и Маккензи, натянувший поверх шлема что-то с меховыми хвостами. "Как старейшина Скогнов," - Гедимин нелепо ухмыльнулся и снова отхлебнул из фляги с водой. "Искупаться бы. Может, даже без скафандра. В холодной, в горячей и опять в холодной."

- Понятно, почему Айзек всегда такой измотанный, - тихо заметил Вепуат. - Два раза в день вот так переходить... Надо будет с ним поменяться. После таких прыжков точно не до науки...

Гедимин досадливо сощурился. "Верно. Как я-то не сообразил?! Надо Айзеку сказать - я погоню машину. От меня всё равно толку нет. А он, может, чего наисследует."

- Ну что, продышались? - широко улыбнулся Маккензи, увидев, как Гедимин поднимается на ноги. - Да, теперь вас можно выпускать на медосмотр. Слушайте сюда, парни.

Он жестом поманил сарматов к себе. Гедимин увидел одобрительный взгляд Айзека и задумчивый прищур Гварзы. Оба "командира" молчали, только Маккензи было не заткнуть.

- Сейчас - сразу после прожарки - вы с Кеном сядете в глайдер и вернётесь к себе в "Вайтрок". От офиса до медчасти дойдёте своими ногами... Точно дойдёте? - Маккензи недоверчиво хмыкнул. - Ну, будем надеяться. Если мутации у вас не найдут, вы двое пойдёте к Скегги. И там, у него, просидите до трёх дня. Есть, сколько влезет, непременно помыться - и проспать минимум шесть часов. Если вернётесь в таком же виде, как сейчас, - выезд отложим до завтра. Декомпрессия, парни. Все на декомпрессию!

..."Как тут ночью светло," - Гедимин щурился от уличных фонарей. Световые пятна были повсюду - горели бортовые огни глайдеров, светильники вдоль улиц, торцевые окна бараков. Только небо, прикрытое защитным полем, оставалось иссиня-чёрным. "Светло и холодно..."

Роботы-уборщики урчали под ногами, скалывая намёрзший лёд. Снега на улицах уже не было, даже крыши вычистили, - осталась утоптанная ледяная корка. Воздух сквозь респиратор проходил подогретый, но прохладный - заметно холоднее того, чем дышал сармат на Равнине - и он на секунду задумался, как в том диком мире должна выглядеть зима. Вспомнив что-то про минус сто, он невольно поёжился и решил о Равнине пока не думать.

Очередь у дверей медчасти тянулась вдоль здания, загибаясь за угол, но продвигалась довольно бодро. Гедимин занял было место в хвосте, но Вепуат, высмотрев где-то в середине чёрный скафандр, выдернул ремонтника из очереди.

- Свои, - бросил он незнакомому ликвидатору-филку. Сзади донеслось что-то про чистильщиков, которые всюду лезут не в своё время, но Вепуат даже не обернулся.

- Скорее бы добраться до штаба, - прошептал он, глядя на быстро убывающую очередь. - Давно не видел Скегги. Стало ему легче, как ты думаешь? И Иджес там твой... дронщик, мать его пробирка...

"Да, Иджес... а я все гонки пропустил," - с трудом вспомнил Гедимин и покосился на чёрный купол высоко над головой. "Какое тут всё здоровенное. Филки не такие уж мелкие, оказывается. На них хоть не наступишь в задумчивости..."

- Ликвидатор - ни шагу без пушки? - весело хмыкнул сармат-медик, одним шлепком прилепив к руке Гедимина кровезаборник. - В глаза посмотри... Ага, ясно. Что за праздник в семь утра? Даже "макаки" два дня как унялись...

Гедимин сощурился от луча миниатюрного фонарика, полоснувшего по глазам, и досадливо хмыкнул - запах спирта, влитого в ошалелых сарматов, выпавших из глайдера, ещё не выветрился, хотя всякий эффект от него пропал ещё там, в ангаре Маккензи.

- Норма, - бросил медик, отцепив кровезаборник, скользнув по нему равнодушным взглядом и сложив в кучу таких же. - Пошевели плечами... Ага, ничего нового, старые рубцы. Осторожнее со спиной... и мозги под ЭСТ-лучи лучше не пихать. Хотя с вашей работой... ладно, иди! И ты иди, теск. И дроны забери!

- Ещё не мутанты, - Вепуат, выбравшись из медчасти, облегчённо вздохнул, потёр проколотое запястье и быстро огляделся по сторонам. - Большое везение. После водички на трёх окислителях... Ладно, давай в штаб. Там твой стол, небось, заняли. Сколько филков за ним поместится? Пять-шесть?..

...Из-за полосы препятствий доносился треск бластерных разрядов, среди развалин мелькали силуэты в чёрной броне, то высовываясь, то ныряя в укрытие, а над ними, плюясь торпедами с краской, носились четыре дрона. Гедимин остановился, прикидывая, с какой точки удобнее было бы запустить в аппарат обломком фрила, чтобы сразу его сбить; Вепуат оглянулся на задумавшегося сармата и постучал пальцем по его наплечнику.

- Пропустили учения! Надо хоть у себя на холме устроить пострелушки. Отогнать местных, чтоб не мешали, и немного размяться. Как думаешь, Айзек позволит?

Гедимин мигнул - подобные идеи ему в голову не приходили.

- Отбой! - донёсся из-за полосы препятствий зычный вопль, и Гедимин снова мигнул, узнав голос Иджеса. Из развалин со всех сторон выползали присыпанные ледяной пылью и уляпанные краской филки. Дроны, прекратив огонь, перебрались к дверям штаба и повисли там. Гедимин протянул к одному из них руку и услышал пронзительный писк.

- Кому сказал - не трогать! - рявкнул Иджес, выбираясь из-за обломка стены - и там же остановился, растерянно мигая.

- Атомщик?!

... - Так тебе уже учить кого-то дают? Ты типа опытный дронщик? - Вепуат следил за Иджесом, недовольно щурясь. Тот, намертво вцепившийся в плечо Гедимина, только лениво отмахивался.

- Все в госпитале, что ли, что больше выпустить некого? - продолжал Вепуат. - Тебя самого ещё полгода гонять. Дронщик, ядро Сатурна...

Иджес покосился на него и еле слышно хмыкнул.

- Ты, спец, лучше спроси про новые нормы расчистки. Это как раз по твоим мозгам. А дроны мы с атомщиком обсудим. Иди, иди!

Вепуат сердито фыркнул, но слова о новых нормах всё-таки достигли его мозга - и он, забыв и о Гедимине, и об Иджесе, навалился на двери штаба и влетел внутрь. Иджес довольно хмыкнул.

- Ну, как ты там, у Маккензи? Ничего не мутировало? Станция строится?

Филки, оставленные без присмотра, уже выбрались из развалин и стянулись к штабу. Теперь и Гедимин заметил вторую дверь рядом с первой... да что там - целый пристроенный модуль, ещё одну комнату, присоединённую к старому штабу. Филки преимущественно заходили в неё - к старой двери мало кого тянуло. Гедимин попытался пересчитать незнакомых сарматов с нашивками ликвидаторов, но быстро сбился со счёта. "Что-то слишком много их. Помнится, было меньше..."

- Станция... почти выбрали место, - нехотя сказал Гедимин. - Не знаю, что мы там построим. На месте Маккензи свернул бы я проект...

"Надо бы рассказать ему про рэссену," - мелькнуло в мозгу. "И про сеш, про криостойкость. Про органику, менее горючую, чем тантал. Только не здесь... спуститься в туннель, что ли?"

- Ремонтник! - окликнул его с крыльца высунувшийся за дверь Вепуат. - Ты где застрял? Гонщик, иди уже работать!

Иджес пренебрежительно фыркнул и вслед за Гедимином протиснулся в двери штаба. Его притёрло к косяку в попытке пройти одновременно, но он этого даже не заметил.

В штабе было тесно, гул десятков голосов сливался в монотонный шум. На пришельцев оглянулись немногие, и те быстро вернулись к своим разговорам. Гедимин покосился налево, на новую дверь, прорезанную в стене. Никаких специальных обозначений на ней не было.

- Ты садись, - Вепуат уже грохнулся на стол с оружейной стойкой - тот, где ещё неделю назад сидел Гедимин. Место было свободно - ни чужого оружия, ни разложенных вещей, ни забытого аккумулятора... Гедимин устроился в кресле, положил сфалт на стойку, потерянно огляделся по сторонам. "Как будто не неделя, а год прошёл..."

Из-за лабораторного стола Ренгера поднялся филк в тяжёлом скафандре.

- Эй, не надо сюда садиться, - сказал он, пока Гедимин пытался вспомнить его имя. - Это стол одного сармата... как же его?..

Вепуат сердито фыркнул.

- Сарда, глаза протри! Это стол Гедимина. А это - сам Гедимин!

Сарда смутился и уткнулся в микросканер, хотя никаких образцов под ним не было - это Гедимин со своего места видел отлично.

- Вернулись... Ага, понятно... - Скегги остановился у стола, задумчиво глядя на сарматов. Передвигался он тяжело, как-то замедленно, хотя ноги не подволакивал, и непохоже было, что он недавно поранился. Гедимин на долю секунды перехватил его взгляд - глаза у Скегги были тёмные, почти чёрные, хоть он и пытался изобразить приветливую улыбку.

- Вроде бы оба в порядке. Немного скафандры ободраны...

- Да там негде... - начал было Вепуат, но Скегги коротким жестом прервал его оправдания.

- Броню на стапель - и оба в мойку. Иджес посмотрит, что где подправить.

Вепуат выбрался из скафандра не сразу и с большой неохотой.

- По карманам не рыться! - предупредил он ухмыляющегося Иджеса. Гедимин вспомнил, сколько странных вещей в карманах у него самого. Немного утешало, что у него они определённо неживые и в большинстве живыми не были... хотя - кто знает, на что способны равнинные микроорганизмы?

...Воздух, и правда, был какой-то другой. Вода тоже - Гедимин тайком попробовал её на язык, пока отмывался в душевой. Пена, стекавшая с кожи, была светло-серой, но не фиолетовой и не зелёной, - это уже радовало. Он стоял под холодными струями, остужающими разогретое тело, и блаженно щурился - в те секунды, когда не вспоминал про бочки с патрубками, волокуши и кусок рэссены, оставленный в реакторе. "Ну ладно, с местом определились. А строить-то из чего?!"

- Бетон, - вслух сказал Вепуат - видимо, и его терзали те же мысли, и ни холодная, ни горячая вода от них не помогла. - Только бетон, как до войны. Ничего другого не остаётся. Ты же не изобразишь рилкар из местных минералов?

Гедимин фыркнул.

- Я не уверен, что изображу из них бетон... Может, надо было делать по-другому? Набрать здесь образцов, показать местным - пусть подбирают аналоги?

- Посмотрел бы я, как ты объясняешь местным про электропроводность, - еле слышно хмыкнул Вепуат. - И как ищешь аналог сивертсенита. У нас вроде как есть медь, сталь, какой-никакой литий, каучук в двух формах, что-то вроде кварца. Попробовать изобразить цемент...

Гедимин выключил воду.

- Идём, - буркнул он. "Надо бы отключить мозги и немного поспать. Только сначала проверю реактор..."

...Скегги оглянулся на приоткрытую дверь склада и досадливо поморщился.

- До расчисток ещё час. Пока что у нас тесно. И шумно. Постелили вам тут, на складе. Хоть на голову никто не наступит.

Вепуат уже устраивался на расстеленном матрасе и, похоже, был всем доволен. Из-за спины Скегги в помещение заглядывали любопытные, а за ними, совсем у стены, Гедимин видел неподвижный чёрный силуэт.

- Спи. Я через полчаса приду, - пообещал он, отодвигая свой матрас в сторону. - Постараюсь не будить.

- Опыты? - невесело усмехнулся Скегги, пропустив его к выходу. - Ну да. Всё как обычно. Твоя нора на месте. Пыльно там, наверное. Прихвати робота - пусть почистит.

Едва увидев Гедимина, Иджес отделился от стены и неуверенно улыбнулся.

- Вниз, - сказал ему ремонтник, подбирая сфалт. - Ненадолго. Просто посмотришь.

...Иджес смотрел на экран сканера. Всё, что Гедимин вытряс из карманов, лежало теперь в пузыре защитного поля под сигма-лучом. Иджес ни к чему не притронулся - только смотрел на экран.

- Не знаю, атомщик, - пробормотал он, и его передёрнуло. - Я бы не смог. Совсем не смог. Вот это вот увидел бы на сканере - и всё. Пусть Маккензи хоть голову отгрызают. Нашёл же, с кем договориться, макака драная...

Гедимин молча разглядывал неприметное табло на корпусе сфалта. Запуск прошёл гладко, и сармат отсчитывал секунды до безопасного глушения. "Ну, хоть реактор не мутирует," - думал он. "Там работал - и здесь работает. На ирренций можно положиться. Не ожидал..."

- Прикрой глаза, я в реактор лезу, - предупредил он Иджеса и сам опустил затемнённый щиток. Из вскрытого корпуса ударил знакомый, приятный глазу свет; Гедимин подставил под него пальцы и ощутил фантомное тепло. Это определённо был фантом, - ни один сигма-квант не мог просочиться сквозь сомкнутые щитки скафандра.

"Тёплая," - сармат осторожно вынул облучённый тёмно-синий штырь. Тот быстро прогрелся при запуске - и теперь, на открытом воздухе, так же быстро остывал. Он не разваливался и не вытекал меж пальцев, - металл под облучением ещё держался, но Гедимин чувствовал, что его структура нарушена. "Заражение запущено," - кивнул он собственным мыслям, глядя на экран сканера. Прибор видел микроскопические распухшие полости внутри стержня - атомы рэссены склеились, образовав "гнёзда" ирренция, и от них волнами расходилось заражающее излучение. "Чёткие сферы заражения," - Гедимин снова кивнул, осторожно возвращая образец в реактор. "Процесс идёт. Надо будет пристроить ксенолитий туда же. Так, для эксперимента. И тот красный металл, когда я его выделю."

- Всё, можно смотреть, - сказал он Иджесу, убирая последние защитные поля. Механик вяло кивнул и даже не сразу поднял руку к шлему.

- Ты всё посмотрел? - спросил Гедимин, кивая на образцы. - Вон там органика - хочешь, проверим на огнестойкость? Очень интересный результат...

- Не, - Иджес качнул головой, поднимаясь из-за стола и быстро отступая к двери. - Не надо проверять. И... тебе для работы, конечно, но... лучше бы ты всё это там оставил! Ну его в ядерный могильник...

...Передатчик громко задребезжал. Гедимин, выдернутый из дремоты, помянул про себя спаривание "макак" и нехотя сел на матрасе, нашаривая флягу с водой. Во рту пересохло, внутри черепа колыхался туман.

- Полтретьего, - сообщил Вепуат. Он бесцельно бродил по складу, помахивая наручным сигма-сканером, и рассматривал экран. Два дрона кружили поодаль.

- Ну что, прошёл декомпрессию? Давление выровнялось?

Гедимин качнул головой.

- Мы так каждый понедельник будем бегать туда-сюда? - он досадливо поморщился. - Так мозг совсем вытечет.

- Ну, не на Равнину же тащить медотсек, - пожал плечами Вепуат. Взгляд у него был задумчивый, но ясный, гораздо яснее, чем, по ощущениям, у самого Гедимина.

- Чем ты напугал гонщика? - спросил он, выключив сканер. - До сих пор к двери не подходит.

Гедимин вздохнул.

- Понятия не имею. Он даже в руки ничего не взял. А там у нас ведь есть стерилизатор. И облучатели всякие...

...Иджес выглянул из-за развалин, когда сарматы уходили, - ненадолго, и Гедимин не успел перехватить его взгляд. Он замедлил шаг, думая, что механик его догонит, но тот шагнул назад, под прикрытие стены. Сармат посмотрел на небо - сквозь синеватый купол просвечивал жёлтый шар, опускающийся на западные крыши. Это было настоящее солнце - звезда, неуправляемый термоядерный реактор. Гедимин сощурился на него и криво ухмыльнулся. "Что там Айзек говорил про одно и то же солнце на одном и том же месте?"


9 день Льда, месяц Металла. Равнина, Дальний Край, Сфен Земли

Споры огнелюбки клубились над холмами, затягивая горизонт белесой дымкой, то и дело разрываемой смерчами - летуны стаями вываливались из небесных складок и кружили в облаках спор. Гедимин смотрел на синевато-зелёное небо, подсвеченное изнутри, по разломам, жёлтым; внутри, за складками, время от времени вспыхивали яркие белые огни, но зафиксировать их местоположение никак не удавалось. Поверх всего этого, как наклеенное, висело круглое сине-белое "солнце".

- Хотел бы я знать, что там, наверху, происходит, - пробормотал Вепуат, настороженно глядя на вспыхивающее небо. - Оно всё какое-то... плотное, насыщенное, что ли. Будто мы в маленьком пузыре, а вокруг всё клокочет. И сканер туда не добивает... а интересно, если послать мощный луч и поставить приёмник - сигнал в конце концов вернётся?

Гедимин задумчиво сощурился.

- Вернуться должен. Только неизвестно, куда. Всё это ведь ещё и движется. А кто рассчитывал местные орбиты... или что тут вместо орбит? В общем, я не возьмусь.

Он поворошил мелкий гравий, высматривая застывшие капли расплава. "Айзек сказал, что нам привезут вещества для исследования. Об оплате не упоминал. Сомневаюсь, что их отдадут за так. Одно дело - ненужные камни, другое - ценное сырьё. Надо бы запастись рэссеной - кажется, она тут в цене."

... - И Гедимин снова разогревает плавильную печь, - услышал сармат весёлый голос Айзека вслед за гулом открывающегося люка. Затем по палубе застучали хитиновые "копыта" - в лабораторию, скрестив на груди чересчур длинные конечности, пробирался Гор.

- Дим-мин, - поймав взгляд сармата, страж тронул крючковатой лапой предполагаемый лоб и махнул в сторону литейной станции. - Пусть всё идёт так, как должно идти.

- Угу, - отозвался Гедимин, не вполне понявший, что это было - вежливое пожелание, ритуальная фраза или продолжение разговора с Айзеком. Впрочем, Гор уже вышел за переборку, и кто-то из соседнего отсека задвинул её до упора. Еле слышно хмыкнув, Гедимин скользнул взглядом по термодатчикам и начал загружать сырьё.

После промывки в щёлочи - растворе ксенолития - рэссена, плавясь, практически не давала шлака. Дождавшись, когда металл стечёт в опоки, сармат проверил вытяжку и, выставив таймер, отправился к лабораторному столу. Отливки должны были остыть раньше, чем на холм привезут что бы то ни было для обмена, - только в этом Гедимин и был сейчас уверен.

..."Ага, получилось. Так и думал - что-то из этого менее активно," - Гедимин довольно ухмыльнулся, глядя на фильтр, усыпанный мелкими красными чешуйками. Раствор стёк, унося с собой остатки ксенолития; примесный металл остался - эта фракция воды его не растворяла, по крайней мере, без подогрева. Сармат осторожно вынул фильтр и стряхнул чешуйки в кювету. "Хорошо Текк"ты постарались. Много руды - много продукта. Наберётся на выплавку - проверим свойства..."

- Работаешь? - Айзек, минуту назад остановившийся у стола Вепуата, сконденсировался из воздуха за плечом Гедимина. - Знакомая штука... Опять взял земное сырьё?

Гедимин молча сунул ему под нос анализатор с собранными в кучки непонятными значками. "Вроде бы оно однородно. Сейчас отмечу как "ксеномедь" - работать будет проще."

- А, ещё один металл... - Айзек еле слышно хмыкнул. - Не прячь далеко, ладно? Выстави их на видное место - эту штуку, твой ксенолитий, его руду... Попробую спросить Скогнов, что они об этом знают.

- Хорошая мысль, - сдержанно признал Гедимин, вынимая колбу с откачанным воздухом - ксенолитий довольно быстро окислялся, приходилось хранить в вакууме. "Новых пластин я наделаю," - думал он, с сожалением перекладывая одну из отливок в кювету. "А если аборигены что-то скажут - это может быть ценно."

...Кто-то - скорее всего, это был Гор - видимо, отчитал Скогнов за привычку удирать с постов всей толпой; в этот раз Айзек привёл всего двоих, и те выглядели притихшими. За ними из шлюза, вертя головой и привставая на цыпочки, выбрались двое Броннов. Один из них быстро сунул в рот недоеденный кусок, и его тут же обшипели со всех сторон. Вепуат, облокотившись на стол, глядел на аборигенов непривычно угрюмо - видимо, вспомнил про стерильность.

- Можно? - дождавшись ответного кивка, Айзек переставил кюветы с образцами на стул, ближе к глазам низкорослых пришельцев. Они сгрудились вокруг, разглядывая металлические пластинки, жёлтую и красную; один из Скогнов потыкал их когтем и быстрым движением сунул образец в пасть. Гедимин только и успел хрюкнуть. Реакция у аборигена, впрочем, была хорошая - пластинка из пасти тут же вылетела, сплюнул он себе на оттянутую полу и если и обжёгся, то незначительно. Отплевавшись, он что-то сказал сородичам, и они дружно развернулись к Айзеку.

- Они говорят, что не видели ничего подобного, - перевёл тот. - И не знают, для чего такая вещь могла бы понадобиться. Покажи им руду, может, её они опознают.

Гедимин, убрав недоокисленные пластины в вакуумную колбу (аборигены следили за ним в восемь глаз, обмениваясь быстрыми жестами), положил в кювету обломок плавкой породы. Аборигены снова столпились у стула, тыкая в камень когтями и перешёптываясь. Сармат озадаченно хмыкнул. "Не опознали? В образцах из всех местностей эта руда была. Не имеет применения? Жидкая щёлочь? Странно... даже на их уровне технологий - щёлочь штука полезная..."

Он отломил немного руды и, раздробив меж пальцами, ссыпал в пустую кювету. Растворять ксенолитий не под вытяжкой было, конечно, неосторожно, но после того, как Скогн его облизал, Гедимин решил, что вреда уже не будет. Песок зашипел, стекая помутневшей жидкостью. Аборигены быстро переглянулись - и радостно загалдели. Все начали рыться в поясных мешочках; один, найдя какие-то волокна, сунул их в щёлочь, посмотрел на пузырьки и бурую муть и резко развернулся к Айзеку.

- Они знают, на что это похоже, - сказал сармат через несколько секунд воплей и бурной жестикуляции. - Из Сфена Кислоты привозят... они назвали это "тающим песком". Он даёт такой хороший раствор для промывания шкур... да, и отмывки котлов. Он сильно жжётся, нехорош для рук и портит даже рукавицы из гзеша. Но другие растворы сильно хуже. Стой, у них какое-то обсуждение...

Один из Скогнов взял кусок руды и что-то быстро втолковывал остальным. Они время от времени подавали реплики. Бронн собрался было к выходу, но его дёрнули обратно, обшипели со всех сторон, и он развернулся к Айзеку.

- Они вспомнили, что делали такую воду из какого-то камня, - пояснил сармат. - Когда были нападения на дорогах, и караваны не приходили. Был камень, который процеживали и промывали. Он давал много мути, но и раствор давал тоже. Так... Этот Скогн говорит, что такой камень нельзя растворять быстро. И вода нужна самая-самая холодная. И его всегда выливают в широкие каменные чаны. Только на самое дно, никогда не до краёв.

Гедимин, вспомнив недавний взрыв, медленно наклонил голову. "Техника безопасности. Вполне разумная. Спросил бы сразу - посуда была бы цела."

- А тающий песок ведёт себя не так? - спросил он. - Его можно наливать до краёв, греть... а может, у них есть с собой?

Аборигены, выслушав перевод, быстро переглянулись.

- Нет, но есть в посёлках, - сказал Айзек. - Везде, где выделывают шкуры и варят жир. Они скажут сородичам, чтобы нам его привезли. И да, он не... отзывается огню. Так они выразились. Они говорят... так, это тебе уже лишнее.

- Чего? - Гедимин сузил глаза. Айзек недовольно поморщился.

- Думаешь, я от тебя скрываю важные химические формулы или кусок технологий? Это местные... представления. От них у тебя только голова заболит.

- Разберусь, - угрюмо буркнул Гедимин. "Этого ещё не хватало! Мало мне было Гварзы с Маккензи. Ещё и Айзек начал решать, что мне знать, а что лишнее..."

- Ну?

Айзек шумно вздохнул.

- Они говорят - твой песок отзывается огню, потому что он из Сфена Земли. Земля ладит с Огнём, а Кислота стоит напротив. То, что из Сфена Кислоты, не отзовётся огню... Так, ещё что-то?

Бронн что-то быстро объяснял, показывая то на броню Гедимина, то на лампы, встроенные в потолок. Сармат озадаченно мигнул.

- Он говорит - песок из Сфена Кислоты отзывается мраку и льду. Работая с ним, всегда держи на свету. Они кладут рядом кусок кейека или... хм... что-то под названием "tzerea". Нужно, чтобы жидкость была освещена и не слишком остужена. Он говорит, это важно. И ещё... - Айзек запнулся. - Он говорит - ты не очень осторожен в работе и можешь получить раны.

Гедимин услышал из-за соседнего стола фырканье и недовольно сощурился.

- Скажи ему, чтоб приделал колёса к своей волоку... а, ладно, не надо, - сармат решил, что поссориться с аборигенами всегда успеет. - Скажи ему "спасибо". И всем им. Они рассказали много полезного. Больше они ничего не вспомнили?

Айзек проводил аборигенов до шлюза. Когда оживлённые голоса стихли за прикрытым люком, Гедимин собрал реагенты и вернул их в контейнеры. Вепуат, помолчав немного, снова фыркнул в респиратор.

- Какая наблюдательная белка... Хотя нет - у белок резцы, а тут явные клыки. Ласка? Хорёк? Опоссум?.. А что там был за бред про огонь, кислоту и темноту?

Гедимин пожал плечами. Эту информацию он ещё даже не начал обдумывать.

- Айзек сказал - местные представления.

- Нет, ты постой, - Вепуат рывком перебрался со стула на свободный край стола - видимо, так лучше думалось. - Твой ксенофтор взорвался на свету? И они сами замечали, что взрыв возможен при нагреве. До этого места всё нормально. Пусть их песок из Сфена Кислоты - аналогичная щёлочь и вытесняет из воды тот же ксенофтор. Зачем его греть и подсвечивать? Чтоб громче взорвался?!

"А вот говорил Айзек - пользы не будет, только головная боль," - Гедимин досадливо поморщился, чувствуя, как череп неприятно тяжелеет. "Звучит как полный дикарский бред. Но если они правда светят и греют и ещё не повзрывались..."

- Будет образец - проверим, - буркнул он, заглядывая в вакуумный контейнер. Там ждали своей очереди пласты "красного ксенолития". "Пока - работаем с ксеномедью. Собрать хотя бы на пластину и стержень..."

... - Темнеет, - заметил Вепуат, глядя на горизонт. Бело-синий кругляш уже убрали с неба; оно ещё вспыхивало, но реже, и из сине-зелёного стало тёмно-синим, с серебристыми, холодно мерцающими разломами во всех направлениях. Гедимин прикидывал, что из знакомых ему реакций может там происходить; "чутьё" молчало, только при взгляде на разломы становилось не по себе.

- Надо бы размяться, - сказал Вепуат, рассматривая увядшие огнелюбки под ногами. - Пострелять, побегать... Нам, сарматам, надо шевелиться, иначе мозги киснут.

- Пострелять? - Гедимин покосился на полевую кухню. Там, как всегда, кто-то бормотал, что-то брякало, плескалось и шипело.

- Эй-эй! - Вепуат потянул его за руку, разворачивая боком к стоянке аборигенов. - Ты что-то не то услышал. Тут много камешков - будем бросать и сбивать на лету. Или составить из них пирамидку - будет мишень.

- Я думаю, как бы местные под обстрел не влезли, - отозвался Гедимин. - Скогны... или Калиг, если заявится. Где тут встать, чтобы с гарантией ни в кого не попасть?

Вепуат задумчиво похмыкал, разглядывая плато.

- Если вон там - какие-то селения, то в ту сторону лучше не стрелять. Попадёшь ещё в разлом, а там - кто знает, куда долетит.

Гедимин мрачно кивнул.

- Давай пока без оружия. Будем кидать камешки и уворачиваться. Вон там хорошее место - далеко и от шатров, и от обрыва.

Вепуат радостно ухмыльнулся.

- Я начну!

...Камешки сыпались, как пули. Гедимину было уже не до усмешек и расслабленных стояний - он метался в разные стороны, едва успевая уворачиваться. Вепуат, скрутивший из защитного поля подобие патронной ленты, медленно загонял его к обрыву. Что-то поехало из-под ног, Гедимин на мгновение отвлёкся на ненадёжную опору - и камешек звонко щёлкнул по нагрудной пластине.

- Готов!

- А ты быстрый, - признал Гедимин, выпрямляясь и выдыхая. "Размяк," - он прислушался к биению сердца и досадливо сощурился. "Всегда был увальнем, а теперь ещё и размяк. Ладно, тренировки дело поправят."

- Теперь я, - он, на ходу сворачивая защитное поле в патронташ, двинулся к огневой позиции.

- Ненадолго, мать моя пробирка, - пробормотал Вепуат, оглядываясь на место "мишени". - Надо бы света добавить - ни метеороида не видно... А, хватит мельтешни. Давай просто бороться!

Первую подсечку Гедимин пропустил - опомнился, уже потеряв равновесие, и рухнул, на лету широким взмахом сгребая Вепуата в охапку. Увернуться тот не успел - и через долю секунды лежал, подмятый Гедимином под себя, и подвывал на одной ноте. Сармат откатился в сторону, выпуская помятого разведчика - и услышал оживлённое верещание. Выпрямившись, он увидел, что пятачок, на котором они с Вепуатом разминались, с двух сторон окружён аборигенами. Слева стояли Скогны, уперев копья в землю; справа собрались Бронны и расселись на притащенных подстилках. Увидев, что Гедимин на них смотрит, они повскакивали с земли, подбирая расстеленные шкуры, и отступили в темноту.

- Яд-дро С-сатурна... - Вепуат подошёл к сармату, потирая вывернутый локоть. - Давно они тут, интересно?

- Последние минут десять, может, чуть меньше, - из подсвеченной красным темноты у шатров вынырнул Айзек. - Вы очень увлечённо друг друга гоняли. Сильно рука болит?

Гедимин уткнулся взглядом в землю и сделал вид, что проверяет подвижность ушибленной голени. Пальцы наткнулись на свежие щербины на обшивке, и сармат недовольно сощурился.

- Через три часа я поеду, - сказал Айзек. - Если собрались спать - проверьте, где что принайтовано, где колбы открыты...

Гедимин переступил с ноги на ногу.

- Хватит тебе ездить, - буркнул он. - Переход тяжёлый. Я поеду. Ты спи.

Айзек, едва заметно вздрогнув, внимательно посмотрел на него - и замотал головой.

- Нет, атомщик. Вот чего не надо, того не надо! Ты переход переносишь хуже нас всех. Потеряешь сознание, упадёшь на штурвал - и куда тебя унесёт?!

- Ну, я поеду, - выдвинулся вперёд Вепуат. - Ты должен исследовать. А не раздалбывать себе мозги по порталам. А я - простой ликвидатор. Много не потеряю.

Гедимин сердито фыркнул. Айзек заметно смутился, но мотать головой не перестал.

- Не, Вепуат. Переходу к пятому-десятому вы, может, и освоитесь. Но пока я не хочу рисковать.

Он приподнял руку в извиняющемся жесте и побрёл к шатрам. Гедимин и Вепуат переглянулись.

- Ну ладно, - пробормотал разведчик, оглядываясь на полевую кухню. Аборигены уже попрятались - так же тихо, как и появились.

- Работаем дальше. Отливки твои, наверное, уже остыли...

...На пятой сотне градусов "медные" опилки, смоченные зелёной "водой", зашипели и вспенились, стремительно желтея. Гедимин, остановив нагрев, одобрительно хмыкнул и сделал пометки в журнале. "Без сжигания обошлось," - он покосился на припрятанный в охлаждаемом контейнере баллон ксенофтора. Анализатор, направленный на шипящее жёлтое месиво, показал то, что и предполагалось, и Гедимин снова хмыкнул. "Пополняется коллекция ксенофторидов. Подогрев всё-таки помог..."

Он вспомнил недавний разговор с аборигенами и криво ухмыльнулся. "А если бы я работал в Сфене Кислоты - реакция ускорилась бы от охлаждения?" Он повторил эту фразу про себя, прислушиваясь к ощущениям внутри черепа. Голова не гудела - мозг принимал информацию со скрипом, но почему-то не воспринимал её как полный бред. Гедимин озадаченно хмыкнул. "То ли перебор бреда сжёг детекторы, то ли... то ли в этом есть какой-то смысл."


10 день Пустоты, месяц Металла. Равнина, Дальний Край, Сфен Земли

- Ты посмотри! - Вепуат, остановившийся перед литейной станцией, с удивлением что-то разглядывал. - Кто-то занял твои опоки.

Гедимин, забыв о брошенных на столе колбах и кюветах, развернулся к установке и растерянно мигнул. Литейная станция была ещё горячей - рядом с температурным табло горели предупреждающие светодиоды; три опоки, отставленные в сторону, были прикрыты плотным защитным полем с микроскопическими окнами оттока. Воздушные насосы молчали - то, что лежало под куполом, видимо, должно было остывать предельно медленно.

- Интересно... - пробормотал Гедимин, разглядывая непрозрачное поле. "Кому и что понадобилось плавить? Айзек - биолог... Гварза? Над чем вообще работает Гварза?"

- Не трогай, - вслух сказал он Вепуату, отходя к столу. Краем глаза он видел, как разведчик сканирует купол, но сбоку, не прицельно в оттоковые окна, - а значит, луч "разглядит" только непроницаемую плёнку. "Что охлаждают с замедлением? Что-то массивное, но потенциально хрупкое? Это навряд ли - опоки небольшие. Просто хрупкое? Аморфные массы?" - Гедимин нехотя перевёл взгляд с литейной станции на стол, превращённый в химическую лабораторию, - и снова мигнул. Один из штативов стоял явно не так, как его ставили. Сармат заглянул в колбы и вслух помянул размножение "макак".

- Что ещё? - Вепуат вмиг оказался рядом.

- Ксенофториды, - Гедимин сощурился на стенки колбы, прокрашенные жёлтым на три сантиметра вверх; порошок с них тщательно стряхивали, это было заметно, но мелкодисперсная пыль намертво прилипла к стеклу. - Кто-то ополовинил все запасы.

Вепуат сердито фыркнул.

- Ядро Сатурна! Ворья на базе нам не хватало. Попросить - язык отсохнет?!

Гедимин угрюмо сощурился на остатки реагентов. "Вот эти вещества я Айзеку точно давал. И он просил, как нормальный сармат. Гварза, драная ты мартышка..."

...Кончик когтя остался жёлтым. Въевшийся ксенофторид не сдался даже после прокаливания. Гедимин задумчиво смотрел на коготь и досадливо щурился. Совать его в реагент было, конечно, редкой глупостью...

- Въелся, как мея, - хмыкнул Вепуат, с любопытством наблюдающий за попытками отчистить коготь. - Стойкий пигмент. Будет чем рисовать указатели.

"И таблички "В градирнях не купаться!"," - Гедимин с досадой поморщился и втянул когти. Постепенно пигмент должен был сойти вместе со слоем металла. "А ведь предупреждали - не суй пальцы в реактивы..."

Он огляделся в поисках того, на чём можно было бы испытать новый краситель. "Цветовая разметка проводов?" - сармат посмотрел на пробирку с жалкими остатками сеша. "Проверим, как этот материал держит пигменты. Вот этот жёлтый, малиновый и буро-зелёный..."

Через полчаса, когда все три кюветы с тонкими пластами "каучука" остывали под вытяжкой, Гедимин дотянулся до контейнера со смотанными кабелями. Это были первые кабеля, сделанные полностью из сырья Равнины, и всего их было три - и два из них сармат снял с отработавших установок. "А надо бы на каждый эксперимент свой образец," - думал он, проверяя изоляцию на повреждения. "Добуду побольше сеша - всё придётся перепроверять."

Он достал из контейнера красноватый штырь и, подавив недовольный вздох, разрезал пополам. "Заодно изучу скорость окисления. Ничего, металл почистить недолго..."

... - Это уже как-то слишком, - пробормотал Вепуат, глядя на медленно ползущие по столу камешки. Если в них и было что-то условно металлическое, добыть это из них не могла никакая литейная станция. Сканер, выкрученный на максимальное увеличение, показывал спрессованные слои, состоящие из зернистого вещества, - никакой металлической решётки даже он в упор не видел. Камешки, однако, ползли - и Гедимин, глядя на обмотанный кабелем сердечник из слоистой породы, мог только поминать про себя спаривание "макак" и "мартышку"-Маккензи, затащившую сарматов на эту свихнувшуюся планету.

- М-да... - Вепуат покосился на другую "магнитную" катушку, "подтаскивающую" к себе обломки вспененной пемзоподобной породы. - Нет, ну закономерность видна...

- В ядерный могильник такую закономерность, - мрачно пробормотал Гедимин, но Вепуат, похоже, его не слушал.

- А если взять два штыря и обмотать одним проводом - интересно, что будет? Будут разные обломки притягиваться с разных сторон или с одних и тех же? А если штыри разного размера? А если пустую катушку в воду опустить, чтоб вода была внутри, - как будет работать? А...

- Мать моя пробирка... - Гедимин тяжело вздохнул и потянулся к выключателю. "Два штыря, говоришь..."

...Катушку, намотанную на цилиндр из слоистого камня, Гедимин запитал от миниреактора - благо высокого напряжения не требовалось, хватило бы и малого аккумулятора. Теперь с конструкцией в руке и проводами, перекинутыми через плечо, сармат осторожно выбирался из лаборатории. Вепуат ждал его снаружи, нетерпеливо переминаясь у трапа.

- Включил? - спросил он, едва Гедимин ступил на землю.

- Подожди, - недовольно сощурился тот, медленно отходя от лаборатории. "Вот здесь," - думал он, глядя на молодые проростки огнелюбок - споры проклюнулись ещё в ранних сумерках, сейчас листья уже вылезли из-под гравия, и повсюду был слышен их шорох. "Много однородных обломков. Проверим..."

Он пустил ток - и в ту же секунду катушка, вырвавшись из рук и оборвав клеммы, врезалась в слой гравия. Камешки брызнули во все стороны. Гедимин, сжимая в ладони чудом уцелевшие электроды, смотрел на десятисантиметровую воронку и ошалело мигал.

- Изоляция, должно быть, ободралась, - заметил Вепуат, осторожно "заглядывая" в ямку лучом сканера. - А сердечник... надо же, цел. Чуть выщербился с того торца.

Гедимин подобрал катушку, стряхнул лист огнелюбки, стёр с побитого торца пыль. "Пласт снизу. Огромный пласт того же минерала. Это я не рассчитал..."

- Выходит, это похоже на гравитационные взаимодействия, - сказал он вслух, опуская катушку на камни чуть поодаль от ямки, над гребнем всё того же наклонного пласта; метры гравия скрывали его, но сканер всё видел - и странно работающий "магнитный детектор" тоже. - Контрольный прогон...

Неплотно лежащие камешки зашуршали, расползаясь, - катушка давила на них, стремясь к массивному пласту, но пробить верхние слои насквозь не могла. Гедимин глядел, как обломки светлого гравия постепенно налипают на неё, вырываясь из-под рыхлых напластований и собираясь в продолговатый комок. Он подвёл обе ладони под цилиндр, напряг мышцы, пытаясь приподнять его, но через несколько секунд сдался.

- Осторожнее там, - Вепуат с опаской заглянул через плечо. - Сломаешь холм - придётся лагерь переносить.

Гедимин хмыкнул, снова попытался приподнять катушку - сейчас она, плотно "сцепившаяся" с уходящим в недра пластом, и впрямь весила как холм. "Любопытное взаимодействие. Ещё бы внятное объяснение для него найти..."

... - Иди работать, - недовольно сощурился Гедимин, глядя на Вепуата, выныривающего из-за переборки с двумя канистрами в руках. - У тебя своих дел мало?

- Не-а, - отозвался разведчик, оглядываясь по сторонам. - Тут нужно что-то большое. Вроде ванны или открытой бочки. В колбах - никакой наглядности.

Дрон, повисший напротив стола, за которым Гедимин возился с "магнитными" катушками, быстро замигал светодиодами. Сармат покосился на поблескивающие объективы и досадливо поморщился.

- На кой тебе это записывать?

- Чтоб было, что показать, когда психом назовут, - Вепуат грохнул об стол глубоким раскладным поддоном и махом вылил в него полканистры. - Вот так давай. Я могу подержать, если тебе неудобно. Включаешь?

- Вепуат... - из-за переборки выглянул озадаченный Айзек. - Зачем тебе столько... Что это у вас тут?

Гедимин только сощурился. В руках у него был контейнер, наполненный водой, в контейнере - пустая, без сердечника, обмотка из рэссенового провода, и сармат только следил, чтоб не залило электроды. Жидкость в контейнере - и в поддоне, из которого Вепуат сделал ванну - была привезена с Земли. Гедимин угрюмо смотрел на неё и ещё немного надеялся, что в этот раз обойдётся без "равнинного" бреда - и законы физики всё-таки будут соблюдены. "Видел бы Конар, чем мы тут занимаемся. Исследователи, tzaat hasulesh..."

Переключатель щёлкнул, ток пошёл - и Айзек вслух помянул ядро Юпитера. Из поддона к поднятой над ним катушке широким конусом встала вода. Она вздыбилась в один момент, плотной волной - лишь потом края конуса сгладились, приобрели аккуратную форму. Гедимин поднял контейнер выше, придерживая за донце; он внезапно отяжелел на десяток килограммов. Вепуат свалился на пол, хватаясь за канистры - они со скрежетом поползли к столу. Водяной конус вытянулся кверху. Айзек осторожно тронул его пальцем, просунул коготь внутрь, поводил им и задумчиво осмотрел мокрый металл.

- Вода земная. Аш два о с примесями, - пробормотал он, сверившись со сканером. Гедимин медленно повёл руку вниз, глядя, как конус оседает. Когда ладонь почти коснулась водной глади, он разомкнул цепь.

Что-то звякнуло. Гедимин оглянулся, когда вставший на ребро штатив уже опустился на стол, и успел увидеть только всплески жидкостей во встряхнутых колбах и выпавшую пробирку - впрочем, хорошо заткнутую. "А думал, тут земной воды нет," - он подобрал ёмкость со стола, убедился в составе содержимого и вернул на место. "Надо было перед опытом положить поближе."

- Вот так построишь тут электрогенератор... - пробормотал Вепуат, задвигая канистры под стол. - И улетит он в небо с первым нергетом...

Айзек тяжело вздохнул.

- Видимо, поэтому у Куэннов всё на лучах и накопителях. Вепуат, возьми лучше местную воду. Земная здесь пригодится.

Забрав обе канистры, он скрылся за переборкой. Через пару секунд кто-то наглухо её задвинул. Вепуат еле слышно хмыкнул.

- А хороший опыт, Гедимин. Представляешь - водопровод на таких штуках вместо насосов? Тянет мощно, была бы опора... А давай проверим, далеко ли утягивает? Метров десять хотя бы наберётся?

Гедимин задумчиво посмотрел на катушку. Она была невелика - всего-то дюжина витков в один слой. "Интересно, от чего зависит сила притяжения? Надо бы входящее напряжение повысить. Если, допустим, пробить тонкие скважины и поставить генератор над водоносным пластом..."

- Высота или глубина? - вслух спросил себя Вепуат, уже усевшийся на свободный стол. - Где-то нужно набрать десять метров по вертикали... Ага, знаю. Обрыв! Я внизу с водой, ты - наверху с катушкой. И замерить высоту столба. Только...

Он быстро оглянулся на задвинутую переборку.

- Ты не запомнил, где спускался в прошлый раз? Точно по шагам, чтоб не провалиться?

- Дойду как-нибудь, - рассеянно сказал Гедимин, думая о входящем напряжении и числе витков. "Надо искать закономерности. Это всё - бред, но и у бреда может быть структура. И я ещё не пробовал менять материал проводника. Надо будет поработать с ксеномедью. Наберу только побольше изоляции..."

Вепуат снова оглянулся на переборку и понизил голос.

- Местных надо будет отвлечь. А то работать не дадут.

...До места, отмеченного брошенным с обрыва камешком, оставались считанные метры. Гедимин приостановился, неуверенно "посветил" сканером себе под ноги - ряби не было, только многометровый слой гравия. Сармат шагнул раз, другой - и с облегчённым вздохом остановился над камешком-меткой. "Добрался. С этими рассказами про разломы..." - он невольно поёжился и на всякий случай проверил площадку вокруг своих ступней.

Сверху донёсся тихий свист. Гедимин ответил. Через пару секунд с обрыва свесился Вепуат, обрадованно хмыкнул, и вниз по крутому склону поползло прикрытое защитным полем ведро. Его позаимствовали у Броннов вместе с содержимым; вырезано оно было из того же дерева, что бочки, только, видимо, не из ствола, а из толстой ветки... если у местных деревьев вообще были ветки. Помещалось там литров десять; Гедимин, взглянув на него, на секунду задумался о мышечной силе аборигенов, - любой из них мог в это ведро целиком залезть и там искупаться. Думать ему оставалось недолго - ведро на тросе уже опустилось до уступа, и сармат подхватил его и подёргал верёвку - "трави!"

Вместо плоского дна снизу ведра был конус, удобно втыкающийся в гравий - видимо, Броннам редко попадались ровные поверхности, зато часто - рыхлые и сыпучие. Гедимин убрал защитное поле, по привычке просканировал жидкость и тихонько свистнул - "готов!"

Вепуат снова свесился с обрыва. Он полулежал на ненадёжном, склонном к осыпанию краю. Над обрывом взлетел дрон и повис чуть поодаль.

- Местных не видно, - громким шёпотом сообщил разведчик. - Что-то жарят. Установка готова, только цепь замкнуть.

- Хорошо, - отозвался Гедимин. - Через десять секунд запустишь. Напряжение поднимай с шагом в сто вольт. Реактор не трогать!

- Была охота, - Вепуат обиженно хмыкнул. - Как думаешь, до грунтовых вод оно добьёт?

Гедимин пожал плечами.

- Сканер их особо не видит. То ли глубоко, то ли почти истощились. Начнём с ведра. Tza tatzqa!

- Zaa taikka, - отозвался Вепуат, исчезая за каменной кромкой. Дрон остался висеть над обрывом. Гедимин перевёл взгляд на ведро. Наверху, в полутора десятках метров над ним и чуть в стороне, сейчас лежала "магнитная" катушка, засунутая в контейнер с водой. Сармат мысленно провёл прямую между ведром и местом, куда он сам поставил тот контейнер, прицепленный на клеммы к миниреактору. Получалось, что водяной конус должен упереться под углом в скалу и так повиснуть, - противоестественное зрелище, которое и в "мартышечьих" фильмах редко увидишь.

Гедимин знал, что произойдёт, но всё-таки едва заметно вздрогнул, когда водяной столб выметнулся из ведра на пять метров и застыл, как остекляневший, под заметным наклоном к скале. Сармат придирчиво осмотрел его, сунул внутрь руку, - силе, тянущей кверху жидкость, не было дела до преград, даже покрытых двойным слоем ипрона. Вода облегала руку со всех сторон и настойчиво приподнимала - нужны были усилия, чтобы удерживать её на прежней высоте.

"Двадцать восемь, двадцать девять... Ага, сделано," - конус рывком вытянулся ещё на пару метров вверх, его основание сузилось и уже не покрывало дно ведра. Гедимин довольно хмыкнул. "И это от сотни вольт. Интересно, вода удержится столбом, или её всё-таки выдернет?"

"Двадцать семь, двадцать восемь..."

Конус снова дрогнул, поднимаясь ещё выше на сужающемся основании. Его вершина почти уже упёрлась в отвесную скалу. Ещё один скачок напряжения - и конус должен был врезаться в каменный пласт, и Гедимин думал, как он поведёт себя дальше - пробьёт скалу, просочится, обогнёт?

Сверху донёсся грохот и плеск, затем - верещание на несколько голосов, потом - хруст гравия. Водяной конус рухнул, расплескавшись по засохшим огнелюбкам и скафандру Гедимина. Сармат помянул про себя спаривание "макак". Опыты, очевидно, не задались.

Абориген скатился к нему - прямо по вертикальному откосу - десяток секунд спустя, когда сармат, подобрав уцелевшее ведро, начал пробираться вдоль обрыва. Бронн остановился перед ним, запрокинул голову, крикнул что-то сердитое и хлопнул Гедимина по ноге, "отодвигая" от крупного камня. Сармат "посветил" сканером, - в считанных сантиметрах от его ступни слой гравия обрывался в белесую рябь. Наверху раздался голос Айзека; говорил он по-Броннски, быстро, отрывисто. Гедимин досадливо сощурился. "Что-то там всерьёз не так. Если уж Айзека вытащили..."

Когда он вслед за Бронном поднялся на плато, Вепуат стоял в кругу аборигенов и недовольно щурился, разобранная установка лежала у его ног, а Айзек стоял напротив и чего-то с нетерпением ждал. Увидев Гедимина, он тяжело вздохнул и шагнул в сторону.

- Забирай своё... приспособление. Вепуат заявил, что не знает, как его выключить.

Гедимин посмотрел на разомкнутую цепь и выловленную из контейнера катушку.

- Выключено всё, - буркнул он, подбирая сфалт и отсоединяя болтающийся кабель. Работать остался только реактор; с ним всё вроде было в порядке.

- Чем вы там занимались, у обрыва? - Айзек недовольно сощурился на Гедимина. - У Броннов повалились бочки, и вытекла вода. Они сильно напуганы. Можно о подобных опытах хотя бы предупреждать заранее?

Гедимин мигнул.

- Бочки?..

...Вода уже утекла, оставив обширное мокрое пятно на россыпи гравия. Упавшую бочку поставили вертикально; что-то выпало из помятых ею в падении корзин, и подобравшийся поближе плоский зверь быстро это дожёвывал. Аборигены разглядывали корзину, обсуждая, как показалось Гедимину, её ремонт. Сармат сунулся было к ним, но Айзек молча ткнул его кулаком в бок и кивнул на лежащие на боку бочки. После "утечки" их вскрыли на просушку; сармат заглянул внутрь и убедился, что и там сохранена естественная структура древесины - Бронны вообще не напрягались с обработкой, если только речь не шла об украшениях.

- Они говорят - вода продавила затычки и текла, не касаясь земли, - перевёл Айзек взволнованные возгласы с волокуши; аборигены сгрудились там, больше не приближаясь к сарматам, и Гедимин не мог понять, рассержены они или напуганы. - Как зелёные ленты на ветру. Они просят говорить, если вы снова начнёте призывать воду или что-то другое. Или хотя бы ставить знаки у жилищ. Тогда они будут затыкать краны надёжнее. Сейчас они поедут в город и пополнят запасы, а пока вам нечем мыться.

Вепуат уткнулся взглядом в землю.

- И правда, глупо вышло, - нехотя признал он. - Мы думали о грунтовых водах, а о бочках забыли. Вроде бы они стояли в отдалении...

- Ну так вода и не дотекла, - буркнул Гедимин, пытаясь по протяжённости мокрых пятен прикинуть длину "зелёных лент". "Любопытное, должно быть, было зрелище. Зря они подняли шум, а не пошли сразу к нам. Мы бы аккуратно переместили катушку и затолкали всю воду обратно..."

Что-то царапало его, не давая покоя, - не только досада из-за сорвавшихся опытов. Что-то странное было в том, что он недавно услышал - и через пару секунд он сообразил и резко развернулся к Айзеку, уже сделавшему пару шагов к лаборатории.

- Стой! Они просят предупреждать... но само это явление их не удивило? Они любовались лентами... Для них нормально, когда кто-то... призывает воду? Они сами так делают?

Он шагнул к Айзеку, протянув руку к его плечу. Тот растерянно мигнул.

- Потише, атомщик. Я за твоими мыслями не успеваю.

- Спроси у Броннов, как они призывают воду, - потребовал сармат, с трудом удерживаясь, чтобы не схватить Айзека за плечо и не толкнуть к притихшим аборигенам. Тот снова мигнул.

- Так ты решил, что... Хм, а ведь и верно, - Айзек резко развернулся к волокуше и быстро заговорил. Притихшие Бронны переглянулись и ответили - не сразу и гораздо тише, чем обычно.

- Они говорят, что призывающие воду есть у Скогнов. У них самих не принято призывать насильно. Это истощает местность. Они говорят, что не станут вмешиваться в наши обычаи. Но у них так не принято. Так делают Скогны...

Старший из аборигенов добавил короткое слово с отчасти знакомыми звуками.

- Да, и нергоны, - кивнул Айзек. - За призывом - к ним. Бронны только ищут и охраняют.

Гедимин ошалело мигнул. Мозг ощутимо перегревался - но знакомого гула изнутри черепа сармат не слышал. "Это не бред. Тут есть смысл... Или мне и вправду пережгло детекторы," - он криво ухмыльнулся, заставив Айзека податься назад.

- Я мало что понял, но он сказал о "призывающих". Не об устройствах для "призыва". Это свойство... существ? Не механизмов?

Айзек повернулся к Броннам. Кажется, их удивил его вопрос - уши зашевелились, те, кто стоял поодаль, придвинулись ближе.

- Атомщик... - вид у Айзека стал смущённый и даже как будто виноватый. - Вот теперь и я перестал понимать, что происходит. Похоже, они говорят о каком-то виде... ритуалов. Я бы перевёл это как "колдовство"... ты знаешь, что такое колдовство?

Гедимин напряг память.

- Какие-то "мартышечьи" фокусы. Айзек, ты им правильно перевёл? Я спросил о притяжении воды. Не об их ритуалах или развлечениях.

Айзек снова заговорил на местном - в этот раз медленно, помогая себе жестами. Бронны, навострив уши, озадаченно переглядывались, потом загомонили, перебивая друг друга и указывая то на Айзека, то на Гедимина. Сармат мигнул.

- Где все стражи, когда они нужны? - Айзек с тоской оглянулся на шатры. - Кажется, мне не хватает словарного запаса. А Кенен знает язык ещё хуже. Можно позвать его, пусть он спросит ещё раз...

Гедимин поморщился.

- Говори, что узнал. Переспросим, когда вернутся стражи. Они тут хоть что-то понимают.

В памяти упорно всплывала картинка, на которой под ногами кочевников дыбом вздымалась земля. "Похоже, это оно и было. Одновременный "призыв" разных минералов. Эти их посохи... надо бы выпросить один на изучение!"

- Бронны настаивают, что это вид колдовства, - Айзек виновато сощурился. - И у Скогнов есть такие... колдуны. У них разные штучки для работы, но можно и без них. Ни одна штучка сама колдовать не может.

Вепуат, до того тихо наблюдавший за разговором, еле слышно хмыкнул.

- Они в чём-то правы. Катушка сама себя не включит.

Гедимин сердито фыркнул - разговор уходил в какие-то туманные дебри, и мозгу от этого легче не становилось.

- Пусть так. Скажи им, что сегодня мы ещё будем...

Вепуат щёлкнул пальцем по его наплечнику.

- Я бы с водой пока не пробовал. За пределами лаборатории, по крайней мере. Поработаем пока с камешками. Их труднее вот так вот сдвинуть.

Гедимину представился отломившийся кусок куэсты длиной в километр, и он поёжился. "Напряжение лучше не поднимать. Наоборот - сбавить. Выявить зависимость, и уж тогда, хоть с какой-то информацией..."

- Скажи им, что мы сегодня будем... призывать камни. Во-он на той стороне, далеко от них. И пусть громко кричат, если здесь что-то пойдёт не так. Нам за шатрами будет не видно.

Айзек перевёл - как показалось Гедимину, с трудом скрыв облегчённый вздох. Бронны, кажется, тоже готовы были облегчённо вздохнуть. Они перестали напряжённо вслушиваться, кто-то даже вернулся под навес. Айзек смутился ещё сильнее.

- Надо перевести, - пробормотал он, переводя взгляд на Гедимина. - Они говорят - очень редко кто-то может призывать и воду, и камни. Камень противостоит воде. Они говорят - от такого сочетания редко у кого не трескаются кости. Ты должен быть невероятно сильным, чтобы держать эти дары столько лет.

Гедимин ошалело замигал. Больше всего его удивляло, что голова не гудит от явного отборнейшего бреда. Вариантов было два, и ни один он сейчас не мог проверить. "Вот бы поговорить с Маккензи о традициях "макак". Если мне впрямь детекторы выжгло, я бы сразу понял..."

- Скажи им, что мы будем осторожны. Мы не хотим никому навредить, - пробормотал он, взяв Вепуата за локоть и оттаскивая в сторону лаборатории. Тот не сопротивлялся, только аккуратно высвободил руку, когда они отошли на десяток метров.

- Напряжение влияет на... - заговорил он, когда между ним и Айзеком встали шатры. Гедимин угрюмо кивнул.

- Ещё как. Я бы его сбавил. Поработаем за экраном с камнями, высчитаем зависимость... Аборигенов пока лучше не пугать.

"Камень противостоит воде... Интересно всё-таки, что они имели в виду. И где-то я уже слышал про дружбу и противостояние разных... явлений..." - думал сармат, возвращаясь в лабораторию. Он размотал пустую катушку, поправил поцарапанную изоляцию, выбрал один из каменных сердечников. Вепуат сидел рядом, перебирая камешки.

- Если мало, я ещё принесу, - сказал он, поймав взгляд Гедимина. - Давай на пол что-нибудь положим и разметим. И там будем работать. Тут места мало, но снаружи... мало ли что призовётся!

...Зависимость оказалась не вполне линейной - где-то в формулу затесался множитель, и, похоже, разный для разных минералов. От чего он зависит, Гедимин понять не мог, но данные исправно заносил в журнал. Вепуат сидел у переключателя, раскладывал камешки по расчерченному полю и иногда заглядывал Гедимину через плечо, когда тот брался за расчёты.

- А вот интересно было бы, - подал он голос через полтора часа работы. - Интересно было бы поговорить с таким местным... колдуном. В столице они точно есть. А может, и тут... как там эти города?..

Гедимин задумчиво кивнул.

- Я бы осмотрел их оборудование. Возможно, Бронны что-то не так понимают. Скогны более технически развиты...

Ещё не договорив, он почувствовал знакомую тяжесть в черепе. "А детекторы-то на месте," - невесело ухмыльнулся он. "Понимаешь, когда сам бредишь. В каком месте они развиты?! Куда там можно засунуть электрогенератор?! В жаровню с кейеком, что ли?!"

Чьи-то шаги вывели его из задумчивости. Переборка была отодвинута, и Кенен Гварза, не обращая внимания на сарматов на полу, возился с литейной станцией. "Чужие" опоки были вскрыты; сармат вынимал из них тёмные, со стеклянным блеском отливки и раскладывал по контейнерам. Цвет их колебался от тёмно-тёмно-багрового до светло-коричневого, но основной материал был один и тот же - и Гедимин узнал в нём расплавленный и остывший "чёрный песок".

- Эй! - он поднялся на ноги. - Твои отливки? Ты взял ксенофториды?

Гварза досадливо хмыкнул, не отрываясь от работы.

- Материалы лаборатории принадлежат лаборатории. Кто-то же должен работать, пока вы двое издеваетесь над аборигенами...

Вепуат сердито фыркнул, поднимаясь вслед за Гедимином.

- Зато мы не воруем реагенты. Работник, яд-дро Сатурна...

- Зачем ксенофториды? - спросил Гедимин, подавляя желание постучать по шлему Гварзы пустой опокой. - На что влияют?

- Увидим, - отозвался Кенен, не глядя на сармата. - Займись своим делом. Будет нужен совет - обращусь.

- Что там? - из-за переборки выглянул Айзек. - Только без ссор на ровном месте, ладно? Извини, Гедимин, - ты был занят, мы не успели предупредить, что возьмём реагенты. Кенен, неси образцы сюда. Там идут опыты, не будем мешать.

"Ксенофториды пошли в работу," - Гедимин проводил Гварзу с охапкой образцов задумчивым взглядом. "Просто так он не засуетился бы. А ведь и у меня лежат образцы сеша. Надо бы их проверить."

- Хватит камешков на сегодня, - сказал он вслух. - У тебя своя работа заброшена. Явление интересное, но нас же не за ним сюда послали...

Кюветы с остывшими образцами "крашеного" сеша стояли штабелем в углу стола, Гедимин даже не сразу нашёл их. "Покрасилось хорошо," - сармат посмотрел на малиновый, жёлтый и буро-зелёный листки, проверил сканером, как при остывании распределился внутри ксенофторид, и ткнул когтем ближайший образец. "Итак, механическая прочность... Sa hasu!"

Тонкий лист сеша оттолкнул коготь и разгладился - на хрупкой на вид поверхности не осталось даже вмятины. Гедимин придвинул кювету ближе и провёл когтем от края до края. Борозда разгладилась раньше, чем он убрал руку.

"Вот это уже похоже на результат," - сармат покосился на размотанные кабели, изоляция на которых лопалась и сдиралась от косого взгляда. "Проверим ещё раз..."

Поставив перед собой контейнер с гравием, он вытряхнул туда все три лепёшки из сеша и десяток секунд крутил его в руках, слушая грохот камешков. Тонкие пласты-образцы закатились между слоями, - сармат высыпал полбанки, прежде чем их нашёл. "Целы," - он долго придирчиво рассматривал лепёшки, а потом взялся за сканер. Невооружённый глаз нашёл лишь одно микроскопическое повреждение - самый тонкий край неравномерно застывшего образца не выдержал и надорвался. "Целы. Все три образца с ксенофторидами..." - Гедимин посмотрел на пустую пробирку из-под сеша и досадливо сощурился. "На кабелях не проверишь. Надо ждать, пока привезут сырьё. Ладно, пока наберу побольше "краски"..."

Он взял лепёшку за края и плавно потянул в разные стороны. Растягивалась она с неожиданным трудом. "Мелкая, не ухватиться," - Гедимин сжал пальцы, рванул посильнее - и вслух помянул размножение "макак". Обрывки лепёшки остались у него в руках - растянуть её удалось едва-едва втрое.

"Да, это не гзеш," - сармат разочарованно вздохнул и попытался растянуть оставшиеся обрывки. "Две-три длины, не больше. Прочность растёт, упругость падает. М-да... Гзеш получить не удалось."

Он проверил все три образца и трижды разочарованно хмыкнул - эластичность везде упала в разы, а то и на порядок. Сильнее всего "ужался" малиновый пласт - его едва удалось растянуть вдвое, прежде чем прочное вещество лопнуло. "Понятно..." - Гедимин собрал все обрывки для переработки и пошёл к литейной станции. "Подожду поставок гзеша. А с жёлтой "краской" ещё поработаю - у неё наилучший результат."

...Из-за плетёной загородки лился красный свет; днём Гедимин не замечал его, а вот сейчас, в полной темноте, он казался почти ослепляющим. У одной из бочек, в её тени, затаился чёрный силуэт - сармат заметил его лишь по случайному блику на броне.

- И тебе не спится? - ухмыльнулся Вепуат, поднимая голову. - Похоже, шестнадцать часов проспать никто не может. Вот и местные опять копошатся...

Гедимин подключил водозаборный шланг к патрубку-сучку и сел на землю, дожидаясь, когда наберётся вода. Иссиня-чёрное небо подёрнулось тонкими трещинами, из которых сочился зеленоватый свет неприятного, режущего глаза оттенка. На холме оставалось всё так же темно - небо над Равниной светилось как-то отдельно, непонятно даже было, почему с земли этот свет виден.

- Что-то шуршит внизу, - сказал Вепуат, внезапно насторожившись. - Шаги. Слышишь?

Гедимин прислушался. Внизу без ветра колыхались разнообразные листья - веера и полотнища... и кто-то тихо ступал по гравию и подрастающим огнелюбкам.

- Шесть ног, - прошептал он, перекрывая воду, и выпрямился, с досадой чувствуя лишнюю тяжесть. Скафандр затопило до пояса, внутренние системы уже гоняли жидкость вдоль тела, мешая сосредоточиться на внешних сигналах.

- Поднимается...

Над тёмным краем обрыва вспыхнул белый свет, и Гедимин облегчённо вздохнул, увидев посох стража. По склону торопливо поднимался Руниен. Второе существо отстало, пропуская его вперёд, и, едва он взошёл на плато, одним прыжком обогнало его и встряхнулось всем телом, хлестнув хвостом по бокам. Яркие узоры на теле Мальгеса помигали секунду и зажглись неярким ровным светом. Руниен оглянулся на полевую кухню и слегка наклонил голову, прикладывая пальцы ко лбу.

- Дим-мин! Хорошая встреча в такую ночь. Мы застали тебя за работой?

Говорил он странно, с трудом подбирая слова; Гедимин не видел его лица, но ему показалось, что страж сильно волнуется.

- Ищешь Айзека? Он в лаборатории, - Вепуат выпрямился и махнул рукой в сторону шатров. - И тебе ночью не спится?

Руниен неуверенно усмехнулся.

- Моя благодарность, Вепу-а, - он коснулся пальцами груди, коротко сказал что-то Мальгесу и быстро зашагал к лаборатории. Сарматы переглянулись.

Прошло не больше трёх минут - Гедимин едва-едва успел открыть клапаны для слива горячей воды, ещё даже не набрал холодной - как гравий снова захрустел под чужими ногами. Из-за шатров одним прыжком вылетел Мальгес и растянулся на неосвещённой площадке, вяло помахивая хвостом и пристально следя за отставшим Руниеном. Вместе с человеком шли двое сарматов, быстро переговариваясь на ходу.

- Нет, до рассвета ждать не может, - говорил Айзек, и в его голосе звучала тревога. - Да, очень невовремя, но так всегда бывает. Со мной пойдёт Гедимин...

Ремонтник развернулся к нему, забыв даже про открытые клапаны и вытекающую куда попало воду. Гварза сердито фыркнул.

- Исключено.

- Ты же знаешь, что там... - начал было Айзек, но Кенен прервал его объяснения резким жестом.

- Вот именно - знаю. И только неуправляемого психа там и не хватало! Иду я. Как всегда ходил. Без полоумков обойдёмся.

Айзек раздражённо вздохнул.

- Кенен, ты зря...

- Айсиек, - подал голос Руниен; он стоял рядом с Мальгесом, и они оба пристально смотрели на сарматов и, кажется, понемногу теряли терпение. - Надо торопиться.

- Идём, - буркнул Айзек и повернулся к озадаченным сарматам. - Мы с Гварзой отойдём на пару часов. Вы оба выспались? Следите за окрестностями. Тут слоняются кочевники.

- И этим ночью не уснуть, - пробормотал Вепуат.

- Вы куда? - Гедимин пристально посмотрел на Айзека. - Авария?

- Рудники, - коротко ответил сармат, подходя к Мальгесу. Тот поднялся с земли, выгнул спину, подставляя шипастый гребень.

- Стой! - внезапно вскинулся Вепуат. - Через два часа - переход. Что нам делать?

Айзек остановился.

- Лучше всего - ничего, - угрюмо сказал он. - За несколько лишних часов с лабораторией ничего не случится. В самом крайнем случае...

Руниен поднял взгляд от подрастающих огнелюбок и щёлкнул языком.

- С Равниной нельзя шутить, Айсиек. Опасно пропускать время. Калиг проводит погонщика и зверя, с ними ничего не случится.

Айзек тяжело вздохнул.

- Никто из них никогда не ездил этим путём. Я доверяю тебе и Калигу, но... - он перевёл взгляд на Гедимина. - Ждите меня до последней минуты!

Его ладонь легла на гребень Мальгеса. Гварза, смерив сарматов мрачным взглядом, взялся за шип с другой стороны. Узоры на шкуре зверя замигали и погасли, ещё пара секунд - и маленький караван слился с темнотой. Гедимин и Вепуат переглянулись.

- В такой тьме - и без фонарей... - разведчик осуждающе хмыкнул, оглянулся на бочки и качнул головой. - Я купаться не пойду. Никакого настроения. Надо нам что-то придумать с обороной холма...

Гедимин оглянулся на лабораторию, невидимую за скоплением шатров.

- Если Айзека не будет через полтора часа, я поведу машину. Помнишь те записи... с воздействием Равнины?

Вепуат мрачно кивнул.

- Задерживаться нельзя, это и "мартышке" понятно. За лагерем я присмотрю. Только без дронов... трудновато будет без дронов.

Гедимин вспомнил, как лопнуло защитное поле под непонятными взрывающимися снарядами - и откуда дикари их взяли?..

- Надо удвоить периметр, - сказал он, понизив голос. - А я бы его даже утроил. Сиди внутри, на свет не лезь.

- Хорошо сказано, Дим-мин, - донеслось из тени шатра, особенно густой рядом с узкой полосой красного света. - Ставьте свои стены. Я поставлю Скогнов между первой и второй, мы с братом будем между второй и третьей. А вы сидите за третьей - и лучше всего не в шатрах.

"А четвёртая закроет лабораторию," - подумал Гедимин, снова вспомнив о взрывчатых снарядах. "Не хватало ещё, чтобы повредили ходовую часть. Такой ремонт я не потяну."

... - Сорок минут до перехода, - Вепуат, пристроившийся было в тени шатра, беспокойно зашевелился. - Айзека нет. Если даже за десять минут он доберётся...

Гедимин мрачно кивнул.

- Пора ехать. Калиг, ты далеко?

Гравий за его спиной зашуршал - его поворошили когтистой лапой.

- Пора? Хорошо. Открывай ворота, и пусть Вепу-а их за нами закроет.

..."Надеюсь, под гусеницы никто не влезет..."

В кабине горел свет, яркие бортовые огни вычерчивали ровный полукруг на двенадцать метров - а дальше начиналась непроницаемая, неестественная чернота. Двигатель завёлся неожиданно легко, зарокотал, нарушив мертвенную тишину. Гедимин осторожно двинул рычаг, повернул штурвал, - многотонная махина выскользнула из световой ограды и развернулась к склону. Сармат выключил все огни, кроме единственного, самого тусклого. Ждать пришлось недолго - вскоре в узком световом луче зажглось белое кольцо.

"Двигаться точно за посохом, не упуская его из виду," - повторил Гедимин про себя наставления Калига. Глайдер медленно сползал по откосу. Страж в световой луч не выходил и, кажется, посох держал в вытянутой руке. Шёл он довольно быстро - для двуногого существа; машина, подстраиваясь под его шаг, еле ползла, но по такому грунту Гедимин и не хотел бы ехать быстрее. "Лиска бы сюда," - он чуть тронул штурвал, когда вместо цельного кольца в световом пучке оказалась половина. "Он бы и с кочевниками... поговорил."

Время тянулось мучительно медленно. Прошло, казалось, не меньше часа, когда поверх белого кольца впереди загорелись красные огни. Машина приближалась к портальному холму. Калиг остановился. Кольцо на секунду исчезло, затем появилось снова - и вместе с ним из темноты вышел человекопёс.

- Зажигай огни! - Ауна весело ухмыльнулась. - Не бойся, Калиг в укррытии.

- Сделали бы ему затемнённый наглазник, - пробормотал Гедимин, недовольно щурясь. Из светового пучка донеслось фырканье.

- У него полно этого добрра. Не носит - мол, на уши давит. Идём, идём, черрвяки уже заждались!

"На уши..." - Гедимин досадливо поморщился. "А ползать по тёмным углам лучше?.. Надо рассчитать точки опоры и подогнать по мерке. Займусь как-нибудь..."

Он надеялся, что из-за штурвала увидит, что пирофоры делают с порталом, - но черви не показались, и даже на дозиметре ничего не мигнуло - кабину экранировал он сам, и так, чтобы ни один сигма-квант не просочился. Ауна отошла в сторону, на прощание махнув посохом на двойной ряд светильников.

- В прросвет - и до упорра! Всё врремя пррямо, и глаза дерржи откррытыми!

"Взлётная полоса" упиралась в черноту, изредка прорезаемую многоцветными вспышками. Гедимин глубоко вдохнул и сдвинул рычаг. Бортовые огни погасли, как будто их обрезало - только индикаторы на панели указывали, что всё работает. Очередная вспышка хлестнула по глазам, прикрытым затемнённым щитком, но так ничего и не высветила. "А здесь и вправду не трясёт," - машинально отметил сармат, отдёрнув руку от переключателя скоростей. "Ход самый малый. Ждать. Вспышки, sa hasesh! Как у Айзека глаза не болят?!"


06 января 15 года. Земля, Северный Атлантис, Ураниум-Сити

- Айзек! - кто-то дёрнул на себя бронированную дверь кабины. Гедимин хотел ответить, неосторожно вдохнул - и закашлялся, напрасно пытаясь расправить лёгкие. Перед глазами то вспыхивали, то пропадали ветвящиеся красные разряды, в ушах стоял звон.

- Айзек, мать твоя колба! - дверь заскрежетала. - Ты там цел?!

Гедимин осторожно вдохнул, прикрывая ладонью респиратор. В горле ещё драло, но дышать было можно.

- Айзек остался, - прохрипел он, пытаясь подняться. - Рудники...

Открыл кабину он сам - даже вышел на своих ногах, хоть его и пошатывало. "Легче, чем в фургоне," - отметил сармат про себя, щурясь на слишком яркий свет. "Держись, сядешь вон там на ящик..."

- Ядро Сатурна и все его кольца... - выдохнул ему в наушник Кенен Маккензи, вцепившись в его плечо и с силой отталкивая к тому самому ящику. - Этого ещё не хватало! А Кен? Вепуат? Кроме тебя, за штурвал сесть было некому?!

Гедимин, уже притерпевшийся к свету и другому вкусу воздуха, досадливо сощурился.

- Кто был, тот и сел. Давай груз, через час мне обратно.

- Обратно ему... - Кенен, скривившись, завертел головой по сторонам. - Ванджур, как назло, на смене...

- Ну так что? - донёсся недовольный голос из-за штабелей с упаковками субстрата. - Какие указания? Звать медиков, Ванджура, погрузчик?

Маккензи тяжело вздохнул и наконец выпустил плечо Гедимина. Сармат уселся на ящик, расслабив ноющие кисти, - похоже, он перенапряг их, пока проезжал по ненадёжным грунтам к ангару.

- Груз на борт! - скомандовал Кенен. - Снабжение базы прежде всего.

Погрузчик двинулся к штабелям ящиков. С протяжным гулом открылся грузовой люк бронехода - кто-то из сарматов уже забрался в кабину и управлял механизмами изнутри. Гедимин сквозь тускнеющие красные молнии наблюдал, как в отсек укладывают субстрат для чана с Би-плазмой и кислородной станции, запасы дезинфектантов и контейнеры с расходниками.

- Заряжать пока не будем, - сказал Кенен, так и маячащий за плечом Гедимина. - Вы там хорошо заряжаетесь от естественного фона - ещё на неделю вам хватит. Эй, там, осторожно! Заносите на руках!

- Куда заносить? - донеслось из-за быстро уменьшающихся штабелей. Кенен хмыкнул.

- Джед, там три ящика живых крыс. Не знаешь, где Айзек их держит?

Гедимин ошалело мигнул. "Чего?!"

- Сейчас, - он поднялся с ящика; к его радости, голова больше не кружилась, и видимость сильно улучшилась. В лаборатории уже пооткрывали на проветривание все люки; сармат забрался в распахнутый шлюз, заглянул за переборку и озадаченно хмыкнул. "Что б я понимал в живых крысах..."

- Ставь сюда, - указал он на пустой пятачок у своего стола. - Тут скобы, закрепи, чтоб не съезжало.

- Ага, один ящик влезет, - сармат-грузчик заглянул в отсек, деловито покрутил головой. - Ещё два куда?

- Друг на друга? - предположил Гедимин, выглядывая из люка и высматривая среди контейнеров те, что с крысами.

- Наверх нельзя - там дырки, вентиляция, - качнул головой сармат. - А, вон ещё место. Впритык, но войдут. Заноси!

Из трёх широких приплюснутых ящиков доносился писк и скрежет. Гедимин машинально проверил, открыты ли вентиляционные лючки, и цела ли решётка на них. Стенки ящиков были прикрыты тонким кожухом из непрозрачного фрила, внутри было темно - видимо, предполагалось, что животные в темноте успокоятся и притихнут. Гедимин "посветил" на них лучом сканера и облегчённо вздохнул - внутри, несомненно, были крысы, но мелкие, с четверть среднего "бурого разведчика", без видимого уродства, довольно безобидные на вид. "Айзеку для опытов," - вспомнил сармат обрывки разговора о подопытных животных. "Надеюсь, не посдыхают на переходе..."

- Отлично, парни, быстро управились! - услышал он довольный голос Маккензи, затем Кенен заглянул в отсек. - Ещё пятнадцать минут в запасе. Выбирайся, Джед, сходи к рукомойнику - хоть лицо оботри!

От холодной воды в лицо и за шиворот и впрямь стало легче. Кенен Маккензи наблюдал за Гедимином со своей обычной ухмылкой.

- Ну что, Джед, обживаешься на Равнине? Как она тебе?

- Странная, - отозвался Гедимин, выплёскивая себе за шиворот ещё горсть воды. Она стекла по спине, приятно охлаждая кожу. "Здесь зима," - вспомнил он. "А на Равнине... а кто знает, что у них там..."

- Говорят, вы с Вепуатом развили бурную деятельность, - Маккензи ухмыльнулся. - Почти что создали свою периодическую систему...

Гедимин поморщился.

- Только начали. Там работы ещё на десять лет.

- Ну-ну, - ухмылка Маккензи стала ещё шире. - Не увлекайтесь. Через два года все ждут от вас запуска... Ну что, доедешь до Равнины, или отозвать Ванджура со смены?

- Доеду, - Гедимин дождался, когда "лепестки" шлема сомкнутся, и опустил на глаза тёмный щиток. Ему было что сказать Кенену - и по поводу "увлечений", и о запуске через два года - но он видел довольную ухмылку и прозрачный взгляд, и ему не хотелось лишний раз открывать рот. "Далась ему эта станция..." - пройдя вдоль бортов и проверив все люки, Гедимин с тяжёлым вздохом забрался в кабину. Кенен помахал ему на прощание; ещё пару секунд у сармата стояла перед глазами его ухмылка, а потом глайдер вполз в чёрный туннель портала.


10 день Пустоты, месяц Металла. Равнина, Дальний Край, Сфен Земли

Досчитав до двадцати, Гедимин открыл глаза. Красный ветвистый разряд тут же пересёк поле зрения; сармат досадливо сощурился, но всё же попытался встать. Получилось неожиданно легко, без головокружения и уходящей из-под ног палубы; секунда - и он уже выбирался наружу, на гравийную подложку и прорастающие побеги огнелюбки.

- Доехал? - Ауна с мерцающим посохом держалась поодаль от машины, но за сарматом следила с любопытством. - Пойду свистну Калига - сидит в пещерре, если не заснул.

- Угу, - отозвался Гедимин, приоткрывая шлюзовую камеру. Ему было немного не по себе. "Живой груз... Не люблю такие штуки. Лучше десять тонн ирренция и ни грамма ипрона, чем живой груз. То ли сдохнет, то ли сбежит..."

В отсеке стояла тишина, не нарушаемая ни единым писком. Гедимин, помянув про себя спаривание "макак", склонился над контейнером, потянулся было к кожуху, но, опомнившись, взялся за сканер. На экране всплыла сложная схема с двумя ярусами ячеек, податчиками воды и Би-плазмы и принудительной вентиляцией. Зверьков сармат нашёл не сразу - они лежали оплывшими кучками по коридорам, и он долго присматривался, прежде чем заметил у них дыхание. Через полминуты некоторые начали шевелиться, кто-то повернулся носом к поилке. Гедимин облегчённо вздохнул. "Накрыло переходом. Вроде живы. Сдать их быстрее Айзеку, пусть сам возится..."

- Не всё идёт, как задумано? - Ауна заглянула в открытый шлюз.

- Айзек притащил три ящика крыс. Их укачало, - нехотя ответил Гедимин, поднимаясь в кабину. - Калиг готов?

- Езжай к кррасному камню, - Ауна шагнула в сторону. - Доедешь - погасим огни, а там и Калиг вылезет. Тихо сегодня в степи. Не к добрру.

Гедимин ждал продолжения, но человекопёс уже отошёл с дороги и пропал из видимости. Красноватый свет за окнами начал тускнеть. Сармат погасил бортовые огни и осторожно направил машину к плоскому валуну у откоса. Едва гусеницы глайдера встали на краю, свет погас вовсе, и в узком луче из кабины появилось горящее белое кольцо.

- Можешь чуть поторопиться, - пророкотал в наушниках голос Калига. - Я за тобой успею. Только свет пригаси...

- Я тебе сделаю маску, - угрюмо пообещал Гедимин. - На уши давить не будет. Доедем - сразу сниму мерку.

В темноте что-то заклокотало, как бурлящая вода. Гедимин, угадав в звуках сдержанный смех, недовольно сощурился. "Ничего не понимаю. Ему же самому неудобно так..."

В окна кабины ударило белое зарево - такое, что Гедимин и под тёмным щитком невольно зажмурился и схватился за сфалт. Штурвал крутануло в сторону - тугой механизм вывернулся из ослабших пальцев. За окном что-то взвыло, синеватый силуэт врезался в стекло и скатился под гусеницы, оставляя тёмные потёки. За белой вспышкой ударила красная. Гедимин, оставив бесполезный сфалт, вцепился в штурвал. Машину уже волокло куда-то вбок. Сармат дёрнул рычаг и под чей-то вой и влажный хруст провалился в темноту.


10 день Пустоты, месяц Металла. Равнина, Сфен Молнии, зифта Тикшер

Свет снаружи погас так же внезапно, как и вспыхнул, и сразу же утихли все звуки, кроме странного электрического потрескивания. Трещало не в кабине - это Гедимин понял мгновенно. Он навалился было на крышку люка, готовясь выпрыгнуть наружу и узнать, наконец, что там, и что с Калигом - но остановился и медленно опустился на сидение. Грудь сдавило ледяным обручем. "Так и есть. Всё-таки свалился в разлом. Надо же мне было теребить штурвал..."

Он зажёг все бортовые огни - их хватило, чтобы разогнать темноту на тридцать метров вокруг, но и этого было достаточно, чтобы понять - это не окрестности базы. Вместо холмистой местности, изрезанной широкими долинами, вокруг была почти плоская пустошь с невысокими симметричными выступами. Из выступов вертикально вверх торчали "антенны", окружённые кольцами тонких отростков. Отростки колыхались и стучали друг о друга, вспыхивая синеватыми искрами.

"Далеко меня, похоже, занесло," - Гедимин вглядывался в темноту за пределами освещённого круга, но не видел там ничего, кроме тех же искр. "Никогда таких штук не видел."

Он посмотрел на странно блестящую почву - и увидел жёлтую истресканную поверхность и влепленные в неё тёмные звёзды с несимметричными лучами. Из центра каждой звезды прорастал тонкий конус на стебельке. Что-то длинное ползло, сливаясь с поверхностью - только ряд коротких шипов на спине выдавал его присутствие. Гедимин видел, как оно останавливается у "звезды" и выпускает длинный тонкий язык, слизывая с основания стебля вязкие капли.

"Понятно..." - сармат с тяжёлым вздохом отодвинул крышку люка. Он хотел спрыгнуть на землю, но вовремя сообразил, что может свалиться прямо в разлом, и, ухватившись за выступы на броне, перебрался на крышу. Когда он посмотрел вниз, колючая "змея" лежала, затаившись, - видимо, незнакомые звуки её напугали. Он огляделся по сторонам - вокруг было тихо. Небо всё так же мерцало холодным светом по сетке "трещин", над ровной пустошью поднимались наэлектризованные "антенны". Сармат посмотрел на иллюминатор, исполосованный рыжими потёками, со вздохом стёр их и, держась за выступы обшивки, рискнул ступить на землю.

Здесь экран сканера не рябил - можно было пройти три-четыре метра до ближайшей "антенны". Земля похрустывала под ногами, но не проминалась - это был плотный слежавшийся слой какой-то глины. Наступив на "луч" "звезды", Гедимин убрал ногу; растение никак не отреагировало и осталось таким же плоским.

"Мать моя пробирка..." - сармат заглянул под гусеницы и с присвистом выдохнул. Одна из них была густо вымазана рыжим, с траков свисали волокнистые клочья. "Ну, на Калига это непохоже. У него красная чешуя," - подумал Гедимин, и его передёрнуло. "Кто-то ждал нас на дороге. Кочевники?.. Hasu! Где я теперь, и как отсюда выбираться?"

Он вернулся на крышу, поводил вдоль бортов лучом сканера - и порадовался, что не стал обходить машину по земле. Разлом рябил прямо у левой гусеницы, ещё десяток сантиметров - и она бы в него провалилась. Второй тянулся наискосок, проходя под задней частью фургона. Чуть поодаль Гедимин нашёл ещё два и больше искать не стал. Выключив сканер, он сел на крышу и тяжело вздохнул. "Разберись теперь, откуда меня принесло. Въежал вроде боком, следов нет..."

- Вепуат, приём, - сказал он без особой надежды в коммутатор. - Приём!

В наушниках было тихо.

- Айзек, приём...

Гедимин огляделся по сторонам, тронул передатчик, потом потянулся к сфалту. "Если вычислить направление на Сердце Пламени и послать сигма-луч туда... там же есть существа, чувствительные к сигме?.."

Он досадливо сощурился, вспомнив размеры Равнины. "Если я попаду в это Сердце. Если сигма не развеется на разломах... А, sa hasu! Должен тут быть хоть кто-то живой?!"

Он вскинул сфалт над головой. Сгусток плазмы взлетел в зенит - и там взорвался с оглушительным грохотом. Не успело дымное облако, подсвеченное изнутри красным, погаснуть окончательно, как Гедимин выстрелил снова - и снова, и снова, пока от грохота не загудело в голове. Сармат, досадливо щурясь, опустил сфалт. "Надо было отбить сигнал," - запоздало включился мозг. "Сигнал, sa has-su... Какой?!"

Небо над горизонтом распорола белая вспышка, и Гедимин услышал громовой раскат. Ещё две вспышки сверкнули чуть левее и ближе. Среди чёрных "облачных" складок ярко проступили широкие шестиугольные силуэты. Пять объектов, окружённых синеватым свечением, быстро увеличивались в размерах - "эскадрилья" приближалась. Ещё пара секунд - и она рассыпалась над головой Гедимина, и странные существа, сложив перепончатые крылья, пошли на снижение. Сармат, облегчённо вздохнув, убрал сфалт за плечо и приподнял руки, показывая пришельцам пустые ладони. "Кого-то дозвался. Осталось договориться..."

Существа не спешили - осторожно подбирались к машине со стороны фургона, то и дело останавливаясь и переглядываясь. Гедимин изобразил дружелюбную улыбку и поднял руки выше. "С чего ты взял, что они знают этот жест? Поймут ещё неверно..." - мелькнуло в голове, и сармат досадливо сощурился. "Как-нибудь да поймут! Ничего не делать - понятнее не станет."

Чужаки рассматривали его, а он рассматривал их, отгоняя навязчивую мысль о том, что на сигнал могли слететься и местные падальщики. В полёте они казались большими, на земле же, со сложенными перепонками, сильно ужались - длинные тонкие тела на шести длинных тонких конечностях, всего метр в холке, метров шесть от носа до хвоста. Из спины торчали, мерцая синеватым светом, длинные, хрупкие на вид шипы. Все эти существа выглядели так, будто их пропустили через волочильный станок; Гедимин даже удивился, разглядев на морде, где смыкаются тройные челюсти, - ему казалось, что такое длинное тонкие рыло должно переходить в хоботок. Белесо-синеватые тела опоясывал извилистый чёрный орнамент, и сармат не сразу разглядел на нём ремни, а между передними и средними лапами - аккуратно закреплённые сумки. Одно из существ приподнялось на двух парах конечностей, заглядывая на крышу машины, и Гедимин увидел, что оно легко достаёт "руками" до завязок - и что пальцы у него довольно длинные и вполне гибкие, а мелкие предметы, свисающие с шейных шипов, - явно искусственные. "Рэссена. Не литьё - ковка. Тонкая работа," - мелькнуло в голове сармата. "Похоже, разумные. Не нападают - хорошо. Попробую поговорить."

Здесь, у правой гусеницы, сканер показывал безопасный пятачок, и Гедимин спрыгнул с крыши прицельно на ровную площадку, остановившись в считанных метрах от чужаков. Они подались назад, разворачивая перепончатые крылья. Сармат снова поднял руки. Несколько секунд никто не двигался с места, и тишину нарушал только треск слабых разрядов. Трещали наэлектризованные шипы существ, и "антенны" местных "деревьев" тянулись к ним, но заряда на пробой пока что не хватало. "Не знаю, какие бывают Сфены," - подумалось Гедимину, - "но этот явно про электричество."

- Дим-мин, - чётко проговорил он, притронувшись пальцами ко лбу. "Если сюда заходят Скогны или Бронны - этот жест должны знать. И что дальше?"

- Синви, - вспомнил он название посёлка Скогнов, вроде бы находящегося недалеко от лагеря; как переводится "Дальний Край" на местное наречие, он понятия не имел. - Я иду туда.

Он изобразил пальцами, что идёт, и дополнил указующим взмахом руки.

- Синви?

"А ведь они не ходят, а летают," - с тоской подумал он, глядя, как складываются перепонки, и как чужаки осторожно приближаются. Двое свернули вбок, на полусогнутых лапах скользнули вдоль машины, рассматривая странную штуковину. Трое остановились, быстро переглянулись и зашуршали, приоткрывая тройные челюсти. Голос у них был странный - то ли треск, то ли шипение. Через пару секунд что-то зашуршало и у машины; Гедимин обернулся и увидел, что двое чужаков обнюхивают окровавленные гусеницы. Ещё мгновение - и оба шарахнулись в сторону, издавая громкий треск. Чужак с коваными подвесками на шее вскинулся, поднимаясь на четыре лапы, и повернул длинную морду к лицу Гедимина. Тот мигнул.

- ...sakkatha! - всё, что удалось ему разобрать в громком треске, перемежаемом шипением. На всякий случай он кивнул.

- Сагаты. Напали на нас на перегоне. Со мной шёл Калиг, страж... - Гедимин нарисовал в воздухе посох. - Его, наверное, убили. Мне нужно вернуться. Знаете дорогу в Синви?

- ...sakkatha... - затрещало со всех сторон. Чужаки быстро переговаривались, оглядываясь друг на друга. Гедимину показалось, что он расслышал что-то похожее на "кайшу" и - вроде как - "синви"... или "синри"? "Вот же меня забросило," - угрюмо щурился он, чувствуя на рёбрах холодный обруч. "Как ту экспедицию к Тамоанчану..."

Существа замолчали. Украшенный подвесками развернулся к сармату и приподнял сложенные крылья, сделав рукой резкий жест. Гедимин услышал громкий треск, и длинная морда повернулась куда-то в сторону. Четверо пришельцев повторили это движение, растянувшись вдоль рыжей земли, как длинные указатели.

- Туда? - Гедимин указал на машину и резко провёл от неё рукой к живым "указателям", а потом изобразил, что идёт. - Понятно...

Существа ждали, не двигаясь, пока он забирался в кабину, потом сместились к ней и разделились - встали по двое с двух сторон, чуть поодаль от гусениц. Куда делся пятый, Гедимин не разглядел, но предположил, что тот взлетел на крышу. Сармат надавил на сигнал - существа подпрыгнули, выгибая спины, но тут же оглянулись на глайдер и слегка приподняли перепонки. Две группы двинулись вперёд - довольно быстро, быстрее, чем Гедимин ожидал. Машина поползла за ними.

Он ехал, как ему показалось, минут пятнадцать - на Равнине чувство времени сильно сбоило. Существа держались рядом, не взлетая и не удаляясь; когда он замешкался, объезжая живой бугор, чужаки остановились и повернули к нему морды. "Куда-то ведут," - подумал сармат со слабой надеждой. "Если доберёмся до поселения, надо будет связаться с... Мать моя колба, тут даже передатчик не найдёшь! Занесло же в дикие края..."

Невидимая дорога, по которой Гедимина вели, плавно свернула направо; в свете бортовых огней вдоль левого борта проступили очертания гребнистого склона. Возвышенность была большой - глайдер ехал вдоль неё минуты две, прежде чем существа остановились, и группа с левой стороны метнулась вправо. Гедимин увидел, как они взбираются на уступы, налегают на тёмный камень, и часть холма медленно отползает в сторону. За широким неровным проёмом горел свет.

"Огромное здание? Пещера?" - Гедимин осторожно развернул бронеход к воротам. Существа уже вошли и теперь ждали его внутри - на ступенчатых уступах вдоль дороги, плавно спускающейся в освещённый котлован. Снаружи сармат видел только дальние стенки, поднимающиеся на несколько метров кверху и плавно сведённые в ребристый купол. Они все были неровные, в выступах и нишах, в чём-то блестящем и шевелящемся. Вдоль них тянулись уступы-террасы; на самой широкой Гедимин увидел белесый силуэт - существо стояло на краю и смотрело в сторону ворот. Насыпь - искусственная, очень плотная, но с произвольно расходящимися кромками и без намёка на разметку - плавно изгибаясь, уходила вниз.

"Поворот. Ещё один..." Сопровождающие куда-то пропали. Гедимин смотрел на скупо освещённую дорогу. Фонарей, как он сначала подумал, тут не было - светились сами склоны, обмазанные чем-то вроде глины. "Фон замерить," - сделал сармат мысленную пометку, проходя очередной поворот. Сооружение уходило глубоко вниз - Гедимин уже насчитал два десятка метров, а дорога всё не кончалась.

Гусеницы ткнулись в подъём - невысокий, на полметра. Сармат сдал назад. Глайдер перевалил через ступеньку, преодолел вторую, той же высоты, и упёрся в двухметровый уступ. На уступе сидел чужак с подвесками и внимательно следил за машиной. Гедимина он навряд ли видел - окна были прозрачными только в одну сторону.

"Приехали," - сармат приоткрыл люк и тут же встретился взглядом с чужаком. Здесь везде были ступеньки, криво вырезанные и налепленные лестницы, - Гедимин в одно движение перемахнул на уступ и встал над глайдером, растерянно оглядываясь по сторонам. "Это определённо не Синви. И вообще не город. Города выглядят не так."

Он был - если сканер ему не врал - внутри гигантского полуподземного растения, мёртвого, вычищенного изнутри до кожуры, но и её с рёбрами жёсткости хватало, чтобы удерживать над землёй широкий купол. Чуть поодаль скала уступами уходила вниз, в глубокий провал, прикрытый почти целиком щитами из толстой коры. В проём меж ними поднимался горячий пар. Справа - недалеко от "стоянки", где остался глайдер - снова уходили вниз уступы, подводя к площадке с примитивным рычажным водоподъёмником. Он стоял над колодцем с краями, густо обмазанными глиной; что внутри, Гедимин не видел, но пара там не было. Сверху, на террасах, прикреплённых к остаткам древнего растения, стояли плетёные загородки, за которыми иногда мелькало что-то белесое. Оттуда к пролому наверху купола поднимался тонкий дымок.

- Что это за место? - спросил сармат, повернувшись к аборигену, и широким жестом обвёл купол. Тот так и сидел на выступе между двумя лестницами, разглядывая Гедимина четырьмя иссиня-чёрными глазами. Тройные челюсти разомкнулись. Сармат прислушался к шипящим и трескучим звукам, но выловил среди них только повторяющееся сочетание "tsittha".

- Зифта? - неуверенно повторил он, снова обводя "пещеру" взмахом руки. С коротким треском чужак расправил крылья и в долю секунды переместился на террасу, где сидели, выжидая, его сородичи. Там снова затрещало и зашипело - все выбрались из загородок и переговаривались, то и дело поворачивая морды к сармату. Гедимин настороженно покосился на них и перевёл взгляд на сканер. "Надо тут осмотреться. Вдруг найду что полезное. С переговорами пока не получается..."

Он спустился к глайдеру, прошёл вдоль бортов, на всякий случай сканируя землю перед собой. Никакой ряби не было - ни под ногами, ни вокруг, насколько мог достать сигма-луч. "Оазис," - Гедимин криво ухмыльнулся, обведя взглядом населённые террасы. "Что-то вроде гостиницы? Это всё непохоже на постоянное поселение..."

Люк открылся легко; сразу за шлюзовой камерой Гедимина встретил писк. Зверьки в ящиках ожили, возились в ячейках, заглядывали в пустые кормушки. Сармат заглянул в соседний отсек. Чан с Би-плазмой долго искать не пришлось - через пару минут Гедимин разлил по ящикам миску питательной жижи, пересчитал крыс на всякий случай и проверил все открывающиеся лючки. "Пока все живы. Надеюсь, надолго мы тут не застрянем. Двадцать два часа в запасе..."


11 день Воздуха, месяц Металла. Равнина, Сфен Молнии, зифта Тикшер

Из тревожного сна Гедимина выдернул тихий скрежет. Когда сармат поднялся на ноги, вокруг никого не было - даже крысы, наевшись, притихли. Через несколько секунд заскрежетало снова, и он угрюмо сощурился на шлюзовую камеру - кто-то пытался вскрыть люк.

Когда внутренний люк закрылся, чужаки всё ещё возились со внешним, и непохоже было, что у них что-то получается. Гедимин на секунду задержал дыхание, прежде чем дёрнуть рычаг. "Хоть бы без драки обошлось..."

Снаружи его встретил тихий треск и шелест расправляющихся перепонок. Полсекунды - и вокруг машины стало пусто, лишь на террасах высоко над стоянкой замелькали белые тени. Гедимин выбрался наружу, осмотрел крышку люка, плотно её задвинул и прикрыл защитным полем. Существа сверху наблюдали за ним, постоянно переговариваясь - треск и шипение на склонах не смолкали ни на секунду. Гедимин, настороженно щурясь, поставил защитное поле на непрерывную генерацию. "Расковыряют - они же наэлектризованные. Но далеко не пролезут."

- Эй! - он забрался на высокий уступ и помахал руками, привлекая к себе внимание. Шорохи наверху стихли.

- Мне надо выбираться отсюда, - Гедимин сделал резкий указующий жест, одновременно с рукой повернув и голову, как подсмотрел он у аборигенов. - Синви?

Тишину в пещере нарушал только клёкот из прикрытой щитами скважины - там бурлил горячий источник - и шорох свисающих отовсюду трав, в которых копошились какие-то зверьки.

"Может, жесты не те. А может, они не знают, где это - Синви," - думал сармат, потерянно глядя на столб пара и безмолвные террасы за ним. "Тут всё-таки дикие места. Может, им до Синви - как от Земли до Энцелада. Тогда - что они могут знать? Какой-нибудь Тогот? Ксолу?" - он невесело усмехнулся. "Кто меня потом вытащит из этого Ксолу... Так, стоп. Сердце Пламени... Кайшу! Не знаю, как на местном будет "сердце", но командира они должны знать. Даже если они..." - в груди неприятно кольнуло. "А не исключено, что они нергоны," - Гедимин обвёл террасы помрачневшим взглядом. "И не сильно-то разбежались мне помогать. Ладно, пока не нападают..."

- Кайшу? - он повторил указующий жест, с надеждой глядя на существ. - Отведёте меня к Кайшу?

Наверху зашелестело, затрещало, но все морды отвернулись от Гедимина. Чужаки обсуждали что-то между собой; сармат отследил даже, как кого-то одёрнули громким шипением и взмахом лапы. Через пару секунд существа перебрались за плетёную загородку, оставив двоих снаружи; те легли на террасу и повернули морды к сармату. Треск за "стеной" продолжался ещё секунд сорок.

"Договорились?" - Гедимин посмотрел на молчаливых наблюдателей. Все, кроме этой пары, по-видимому, забыли о нём. Гедимин видел, как они выбираются из-за "стены" и разлетаются по террасам, скусывая тонкими пастями свисающие с камней грозди. Странная трава росла по всему куполу; это были не лианы, как сармату сначала показалось, - короткие голые стебли держались корнями за остатки древнего "дерева", пронизывая субстрат широкой сетью, и свешивали вниз грозди мелких ягод. По зарослям ползали какие-то пузыри с плавниками, плоские гусеницы с боковыми отростками, обрывки мохнатых тряпок. Некоторых Гедимин видел в летучих стаях, спускавшихся за спорами огнелюбки. Там они были быстрыми, а многие - и хищными. Здесь они вяло ползали по субстрату, не замечая ни друг друга, ни аборигенов, подъедающих ягоды... ни тех же аборигенов, деловито собирающих фауну в сумки. Собирали они неторопливо, придирчиво разглядывая и даже обнюхивая каждую особь, мелюзгу оставляли в зарослях. Наполнив сумку, они улетели на террасу, и Гедимин на экране сканера увидел, как они вытряхивают собранное в корзину рядом с большой жаровней, и третий абориген слущивает с добычи жёсткую кожуру, отрывает шипы и складывает шевелящуюся пищу в каменный сосуд. "У Броннов такие есть," - отметил про себя Гедимин. "Их суют в горячие камни, - такое запекание... Мать моя колба! Чем я вообще занимаюсь?!"

Он отвернулся от шевелящихся зарослей - и тут же наткнулся взглядом на такие же пучки голых стеблей, свисающие с невысокого уступа. "Древняя кора, субстрат," - Гедимин тронул пальцем бугристую поверхность, ломающуюся при сильном нажатии, и потянул за стебель. Трава держалась очень крепко - её корни внутри субстрата разрастались на пару метров во все стороны. Из пучка растений высунулась большая летающая гусеница. Гедимин осторожно тронул её пальцем - существо даже не шевельнулось; он взял животное поперёк туловища, поднял - оно вяло качнуло передним концом и бессильно повисло. Сармат уронил его обратно в заросли - уползло оно не сразу, по дороге заглотив подвернувшуюся ягодную гроздь.

"Что-то не то с этими ягодами..." - Гедимин достал контейнер для образцов и осторожно, одними когтями, отделил несколько гроздей. "Надо будет показать Вепуату."

Уже без ягод, с дымящимися от прокалки когтями выбираясь из глайдера, Гедимин ждал увидеть у закрытых люков очередную компанию взломщиков. Но аборигены всё так же сидели по террасам - кто ел, кто дремал, кто ждал у жаровни, когда дозреет печёное мясо. Сармат снова накрыл машину защитным полем и поднялся на высокий уступ.

Вниз вела кривая лестница, частично выбитая в неплотном камне, частично слепленная из глины; она, петляя, уходила в узкий проём между раздвижными щитами, а метрах в трёх от неё из отверстия в щитах валил пар. Гедимин задумчиво отколупнул немного минерала, отколол кусочек глины и, рассовав пробирки по карманам, двинулся вниз, к проёму. Сканер показывал за щитами горячий источник, обложенный отёсанными камнями, и несколько округлых камер, стенки и пол которых покрывали какие-то биологические объекты - приросшие к субстрату шары с короткими шипами.

На спуске Гедимин зажёг фонарь, но свет не понадобился - камеры светились изнутри, неровно, пятнами, будто внутри разбрызгали фосфоренцирующий состав. Щиты удерживали в котловане горячий влажный воздух - испарения источника; сармат проверил, плотно ли закрыт респиратор, и покосился на запястье. Фон был чуть выше, чем наверху, - что-то из солей ирренция просачивалось с водой источника. Разглядев на краю каменной плиты блестящий налёт - микроскопические кристаллы сингита - Гедимин заинтересованно хмыкнул и двинулся к скважине. Первое время пришлось пригибаться, но колодец оказался довольно глубоким - на середине пути, ещё не дойдя до дна, сармат смог выпрямиться и оглядеться. Колючие шары росли не только в сырых впадинах, засыпанных органическими остатками, - некоторые прилепились и к лестнице, и свисали со щитов над головой. "Посадки," - определил Гедимин, глядя на многочисленные пеньки - остатки срезанных "растений". Некоторые срезы выглядели свежими, другие успели почернеть. "Где-то я эти штуки видел..."

За его спиной раздался громкий шорох и треск. Обернувшись, Гедимин увидел аборигена. Существо замерло посреди лестницы, разглядывая странного чужака; придерживаемая передними лапами корзина сильно накренилась, и содержимое уже капало в яму.

- Sata! - Гедимин недовольно сощурился и снова повернулся к источнику. В котловане бурлил слабый, но всё же раствор ирренциевых солей. "Вот и эксперимент по растворению поставили без меня," - сармат еле слышно хмыкнул. "Надо пользоваться."

За спиной что-то шуршало и плескалось; краем глаза Гедимин увидел, как абориген разливает содержимое корзины по ячейкам-"теплицам". Ёмкость изнутри была обмазана глиной, но с обжигом никто возиться не стал, - штуковина выглядела грубой, рассчитанной на несколько дней использования и быструю утилизацию. То, что было в ней, сармат посчитал органическими отходами, - за посадками, как он и думал, следили и даже удобряли их... или просто устроили тут же выгребную яму.

"И отсюда тоже взять образец..." - Гедимин засунул в карманы ещё несколько полных пробирок с жидкостью, каменной крошкой и пробами субстрата. Из проб местами торчали обрывки белых нитей, сильно похожих на грибницу. "Не растения. Скорее - грибы," - думал сармат, разглядывая плантации. Чем дольше он на них смотрел, тем сильнее его раздражала их несимметричность и неравномерность. То ли их нельзя было рассадить ровно, так, чтобы всем досталось место, то ли никто не тратил на это время, - на одних участках грибы лезли друг на друга, на других вообще ничего не росло, мелкие проростки падали сверху, с подгнивающих щитов, как придётся, и их даже не перебрасывали на пустые места. "Может, оно только так и растёт," - одёрнул себя Гедимин - в голову уже лезли дурацкие мысли о перепланировке плантаций. "Ты же не биолог. Вспомни лучше, что это за штуки. Надо было у Вепуата взять справочник ДНК..."

Он протянул руку к ближайшему шару - крупному, сантиметров сорок в поперечнике. "Взять керн, довезти до Вепуата - пусть сверяет..."

Под пальцами что-то хрустнуло, булькнуло - и сармат едва успел прикрыть лицевой щиток. Ошмётки гриба усыпали всю нишу и несколько ступеней лестницы, заляпав Гедимину скафандр. Он машинально смахнул органику и увидел на пластине обшивки чёткую царапину. "Ah-has-sulu..." - он медленно наклонился, подбирая застрявшие в ошмётках шипы. Твёрдостью они ненамного уступали обсидиану.

"Интересная фауна..." - Гедимин аккуратно обогнул поросль, вылезшую на край лестницы, и спустился к источнику. Радиоактивная вода плохо подходила для отмывания скафандра, но сармат надеялся, что ирренций немного его продезинфицирует. "Куджагла," - наконец всплыло в мозгу. "Те грибы, которыми отравилась Би-плазма. Там они меньше. Наверное, мелкие не взрываются..."

Он подобрал камешек и запустил в поросль небольших, десятисантиметровых грибов. Обломок зацепился за шипы и остался лежать, но взрыва не было.

"Ну, хоть что-то работает, как ожидалось," - невесело усмехнулся Гедимин, смывая с брони ошмётки. "Значит, из еды в этой гостинице - ядовитые грибы, наркотические ягоды и странная фауна... Есть сомнения, что сюда заходят Бронны или Скогны. Их тут, похоже, не ждут."

Рядом с глайдером никого не было. Двое аборигенов возились у водяного подъёмника - тут, кажется, было принято выполнять любую работу попарно. Остальные отсиживались на террасах. Еда, вынутая из раскалённых камней, остывала на каком-то примитивном поддоне - кажется, из той же плетёнки, обмазанной глиной. К ней подходили аборигены, принюхивались и отступали.

"То ли горячо, то ли технология нарушена..." - подумалось Гедимину, и он сердито фыркнул. "Лучше подумай, как отсюда выбираться. Интересно, далеко до рассвета? Если взять реактор, собрать весь сигма-поток и направленно послать его... можно попробовать отсигналить "SOS" - не поймут, так озадачатся."

Он посмотрел на часы, потом - на проём в центре купола. Прибор говорил, что на Дальнем Краю до рассвета оставалось часа четыре. Небо над проёмом было розоватым, в серебристой сетке; вроде бы свет снаружи не пробивался - или внутри всё ещё было светлее.

"Четыре часа... Ладно, ждём," - Гедимин пересчитал свободные пробирки и повернулся к водоподъёмнику. "Тут у них питьевая вода. Сверить состав..."

Аборигенов у колодца уже не было; ведро - в этот раз ничем не обмазанное, из прокалённой древесины - вынули и кверху дном подвесили на недлинный шест. Гедимин тронул каменный бортик и задумчиво сощурился - это не выглядело как облицованная дырка в земле, упирающаяся в водоносный слой. "Похоже на выход какой-то системы... и, похоже, обширной. Сеть водосборных цистерн... Вот тут, снизу, два патрубка, вот третий. Был слоистый камень, но его выбили, расширили щель до "трубы". Вот гидроизоляция... Интересно было бы взглянуть на эту штуку целиком."

Рычажный подъёмник был сделан предельно просто, но за ним, похоже, следили - палки и верёвки вовремя заменяли, стыки смазывали какой-то жироподобной органикой. И всё же Гедимин облегчённо вздохнул, когда вынул полное ведро и больше мог не держаться за рычаг - тот на сармата был не рассчитан и чудом не треснул.

"Похоже на воду," - он наполнил пробирку, глянул на просвет. "Мути не видно. Интересно... там, на базе, жидкость с прозеленью, а тут - скорее белая. Не прозрачная, а беловатая. Какая-то взвесь? Непохоже..."

Он включил сканер, несколько секунд тупо глядел на экран, потом шёпотом помянул спаривание "макак", выключил прибор и включил заново. Не помогло. Вместо привычных трёх компонентов анализатор видел два - и незнакомый набор знаков.

"Мать моя пробирка..." - Гедимин ещё раз тронул переключатель, зная уже, что ничего нового не увидит. Ещё оставалась слабая надежда, что сломался сканер, но сармат проверил его на своём скафандре - и с тяжёлым вздохом опустился на камень. "Вода в этом сфене - другая. И всё-таки вода. Хорошо, не хлебнул из любопытства..."

Несколько секунд просидев на камне с видом на ведро белой "воды" ("муть" не оседала - видимо, такой цвет жидкости придавал третий, неопознанный компонент), сармат поднялся и, припрятав пробирку, пошёл в фургон за пустыми канистрами.

"Что нашли - изучаем. Выводы сделаем потом. Без данных мозги жечь - без толку," - крутилось в голове Гедимина, пока он наполнял ёмкости, пристраивал их в лаборатории и, отделив по литру, отправлял образцы - на подогрев, на охлаждение, на дистилляцию... Две полные канистры он припрятал для Айзека и Вепуата, налепив этикетки "электрический сфен". Проходя мимо ящиков с крысами, он подумал мельком, что можно было бы сразу провести опыт... но решил не сбивать Айзеку планы - вдруг крысы всё-таки доберутся до базы живыми.

"Третья фракция закипает быстрее всех," - отмечал он в журнале, следя за дистилляцией. "Температура замерзания ниже на пять градусов. Проверить все фракции отдельно. И те две тоже. Электропроводность... Hasu!"

Жидкость, сквозь которую прошёл ток, вспыхнула белым огнём, заставив датчик тревожно мигнуть. "Проводник," - равнодушно отметил Гедимин. "Не уступает меди и серебру. Разложение на ионы... разложения не обнаружено. Электролиз невозможен. Ну, хоть без гремучих смесей..."

...Когда после серии опытов с ксенолитием и ксенофторидами, выяснив, что третий компонент химически нейтрален, Гедимин встал из-за стола и взглянул на часы, до рассвета оставалось минут семьдесят. "Эксперименты, мать моя колба..." - сармат потянулся, разминая затёкшие мышцы. "Интересно, тут в каждом сфене своя вода? Хорошо, хоть воздух один и тот же. И третьего компонента в нём, кстати, нет. Ни в каком виде. Проверить горные породы..."

Его взгляд упал на контейнер с "магнитными" катушками, и он с невесёлой ухмылкой достал кабель и свернул его в спираль. "Проверим эту воду. Будет одна вода притягивать другую? Всю - или только две трети?"

Когда из двух открытых ёмкостей к банке с катушкой поднялись высокие прозрачные конусы, Гедимин мрачно кивнул и переложил катушку в другую банку. Опавшие было конусы снова вытянулись. "Это явление общее для разных вод," - сармат сверил результаты замеров и ещё раз кивнул. "Высота одинакова для всех четырёх случаев. При проверке в лаборатории. Теперь испытаем на местности..."

Он установил напряжение на сотню вольт выше и выбрался из фургона, уже не обращая внимания на тихий скрежет у шлюзовой камеры. Аборигены, увидев сармата, шарахнулись от машины и с ближайших террас сделали вид, что даже и не приземлялись рядом с ней. Гедимин беззвучно хмыкнул - пока ему было не до разумных и их странностей.

Он остановился у колодца - точнее, у глубокой цистерны, вмурованной в камень - и несколько секунд возился с кабелями установки и пластинами скафандра, чтобы катушка, поддавшись "гравитации", не улетела в воду сама и не уволокла его следом. Потом, подумав, отошёл от края ещё на шаг и широко расставил пальцы на ступнях. "Удержу. На землю лучше не ставить. Будет мокро."

Щёлкнул переключатель - и кабеля вдавились в плечи с весом десятков тонн. Гедимин напряг спину, подставил руку, не давая проводам излишне натягиваться, и смотрел немигающим взглядом, как из колодца поднимается наклонный водяной столб. Наплевав на законы физики, вода тянулась к контейнеру в ладонях сармата. Жидкость в нём на треть состояла из чужеродного вещества, но что-то их всё-таки объединяло.

Гедимин даже не понял, кто и из чего выстрелил, - мощный разряд бластера ударил в контейнер, выбил его из рук. Ёмкость лопнула, клеммы оборвались, и подземная вода, освобождённая от притягивающей силы, обрушилась на край колодца, залив сармата с ног до головы. Второй разряд ударил ему в плечо. Третьего не было - Гедимин уже стоял со сфалтом в руках, сопло смотрело в сторону светящихся и трещащих аборигенов, плазменный шар ещё сдерживало защитное поле, и в последнюю долю секунды сармат успел направить его в зенит. От грохота заложило уши. Электрических летунов смело к стене, кто-то рухнул на щиты над грибной плантацией, но через пару секунд никого на земле не осталось - все, кто своим ходом, кто за крылья и лапы, перебрались на террасы и залегли там, не решаясь шевельнуться.

"Ничего себе..." - Гедимин покосился на треснувшую пластину обшивки. "Хорошая мощность. Куда там бластеру..."

Он резким движением провёл соплом плазмореза вдоль стен, громко фыркнул, с полсекунды подержал на прицеле загородку, из-за которой тянулся дымок жаровен, и бросил сфалт в наспинные крепления. В пещере было тихо, даже разряды перестали потрескивать. Гедимин подобрал мокрую катушку с оборванными клеммами, осмотрел осколки контейнера, нехотя сгрёб их - "не нарушать экосистему" - и достал из-под скафандра вторую, пустую ёмкость. "Контрольный прогон, теперь - с местной водой. Не знаю, что их так взбесило. Цистерне я не вредил, воду не воровал. Теперь буду настороже. Сфалт их вроде впечатлил."

В этот раз он не стал поднимать воду высоко - пристроился с подпоркой на самом краю. Эффект был тот же, но в этот раз никто на него не реагировал - аборигены тихо сидели по террасам, на любое движение Гедимина вжимаясь в пол. "Пока не трогают, попробую наращивать напряжение. Тогда, с Вепуатом, так таблицу и не достроили..."

До рассвета оставалось минут двадцать, когда сармат выключил установку и поднялся с мокрых камней, на ходу выливая воду и размыкая клеммы. Вокруг было неестественно тихо. "Сидят по террасам?" - Гедимин перевёл взгляд на купол пещеры и растерянно мигнул. В "зифте" было пусто.

- Эй! - крикнул сармат, но не услышал даже эха - заросли наркотической травы на потолке поглощали все звуки. На террасах никого не было, и даже из-за плетёной стены не поднимался дымок. Только летучая фауна копошилась в траве, ничего не замечая.

- Мать моя пробирка... - Гедимин растерянно покачал головой. Он перебрался на крышу глайдера; оттуда было лучше видно, но на результат это не влияло. "Зифта" опустела.

"Провёл, называется, переговоры..." - сармат, досадливо щурясь, спустился в лабораторию. Думать было легче в привычной, нормальной обстановке.

"Десять минут до рассвета. Надо бы выбраться наружу, отправить сигнал," - он положил сфалт на стол и задумчиво тронул корпус, внутри которого скрывался реактор. "А потом... потом вывести машину и отъехать отсюда подальше. Не нравится мне этот внезапный отлёт... и эта стоянка тоже не нравится."

Когда он вышел, снаружи было тихо, а на террасах - всё так же пустынно. Сквозь неровные отверстия в куполе пробивался холодный синеватый свет. "Дорога тут одна, я по ней спускался. Разломов на ней нет," - Гедимин снова покосился на опустевшие террасы и недоверчиво хмыкнул. "Проверю ещё раз. Пройду со сканером до ворот, а потом уже вернусь за машиной."

Накрыв глайдер непроницаемым защитным куполом, он побрёл к воротам, "освещая" дорогу сканирующим лучом. Сканер показал, что дорожное полотно (глина, проложенная мелкими камешками) состоит из пары десятков слоёв. Нижние были сильно деформированы, верхние - относительно сохранны, и всё вместе - явно не рассчитано на гусеничные бронеходы.

"А тут недалеко," - с вялым удивлением подумал сармат, выйдя на ровную площадку, отмеченную двумя грубо отёсанными каменными столбами. "Вот и стена с воро... Hasu! Где ворота?!"

Перед сарматом была кривая, кое-как очищенная от растительности стена "зифты". Несколько крупных фрагментов заходили друг за друга, наглухо перекрывая проход. Гедимин видел, где он должен быть; ворота аккуратно закрыли.

"Ладно, откро... Hasu!!"

Древняя, почти окаменевшая кора затрещала, заскрежетала, но не поддалась ни на сантиметр. Что-то блокировало её с обратной стороны. Гедимин напряг было мышцы в попытке выломать пластину, но вовремя опомнился и шагнул назад. Сканер показал метровый клин, до упора вбитый между пластами коры и намертво там застрявший - и ещё три таких же "блокиратора", закреплённых чуть выше ворот на выступах "стены".

"Понятно..." - Гедимин с недобрым прищуром снял с плеча сфалт и отступил ещё на пару шагов. "Пора отсюда выбираться."

Тугоплавкая кора поддалась не сразу даже потоку плазмы - с первого прохода удалось надрезать её всего на десяток сантиметров. Гедимин прошёлся ещё раз, углубляя надрез, и внутренний пласт накренился, готовясь вывалиться. Ремонтник выдрал его, оттолкнул с дороги, смерил недобрым взглядом свисающий над приоткрытым проёмом клин-"блокиратор" и ударом приклада расколол его пополам. Вниз посыпались мелкие обломки, но сармат уже отступил и снова взялся за плазморез. В узкую прорезь тридцатисантиметровой глубины ударил холодный свет; через полминуты всё было кончено - вместо ворот зиял неровный пролом, а за ним виднелась сухая глинистая равнина и торчащие над ней наэлектризованные "антенны".

"Так-то лучше," - Гедимин выбрался наружу, оценил остатки закрывающих механизмов и несколькими ударами приклада превратил их в крошево. Сканер показывал пятна ряби на земле и в воздухе, но из "чистых" участков складывалась извилистая дорога на полсотни метров. На горизонте, чуть правее "тропы", упирался в небо световой гейзер, постепенно меняющий цвет. Гедимин угрюмо кивнул своим мыслям, бросил на дорогу десяток "камешков" - обломков коры - и быстро пошёл к машине. "Отъехать метров на пятьсот и послать сигнал. Плохо, что они летающие, а укрыться негде..." - он вспомнил оставшуюся за спиной равнину, плоскую, как стол. "Но лучше так, чем тут, в ловушке."

Он не стал закрывать иллюминаторы наглухо - оставил проёмы для "щупов" сканера. В проём глайдер прошёл впритык, выломав ещё полметра "обшивки"; Гедимин только прибавил скорости и не останавливался, пока не добрался до конца исследованной "тропы".

"Ага, теперь - влево и до того куста. Справа от куста разлом, а прямо за ним... ага, ещё четыре метра по прямой," - сармат направил сканирующий луч вверх, в небо - пока было "чисто". Световой гейзер догорал, но Гедимин запомнил, где он был, и надеялся, что после зигзагов "тропы" не собьётся.

Он остановился, когда высокий холм - купол "зифты" - уменьшился настолько, что его заслонило полуметровое "дерево". Здесь поверхность планеты не изгибалась, закрывая предметы, - видимо, Равнина и впрямь была ровной...

"Пламя горело вон там," - прикинул Гедимин, забравшись на крышу и из-под козырька ладони осматривая окрестности. Тут было как-то очень светло, как под солнцем на заснеженной равнине, всё время хотелось прикрыть глаза. "А эти подземные "деревья" немного разные. А вон то... Hasu!"

Полуметровое дерево дрогнуло, открывая в верхней части округлое сопло, и выплюнуло вертикально вверх мелкие круглые предметы. Они развернулись на лету, обрастая трепещущими "лопастями", и стаей направились куда-то вдаль. Из складчатого неба на них спикировал комок хищных шаров и гусениц. В ту же секунду часть комка брызнула в разные стороны, несколько особей долетели до земли и остались лежать, а объекты с лопастями продолжили полёт - и вроде бы их группа не поредела. Гедимин еле слышно хмыкнул.

"Флора и фауна... Ладно, не отвлекайся. Надо настроить излучатель..."

Несколько минут он возился с реактором, настраивая перед запуском излучающее "сопло". Надо было спешить, но Гедимин не мог не отвлекаться - всё вокруг казалось нелепым до нереальности, пальцы сами разжимались, а глаза утыкались в произвольную точку. У гусениц глайдера, не обращая на машину внимания, ползали плоские "змеи" с шипами на спине - какие-то ошмётки разбившихся организмов долетели сюда, и животные вылизывали глину досуха. "Тут с пищей, похоже, не очень... Hasu!"

Что-то промчалось на бешеной скорости мимо правого борта и врезалось в землю. Одна из колючих "змей" подлетела вверх, и её поймала узкая зубастая пасть. Несколько секунд хищник - что-то вроде разлапистой птицы с очень широкими блестящими перьями и непонятным числом лап - сосредоточенно колотил добычу о гусеницу глайдера, на мгновение замер со "змеёй" в пасти, глядя немигающим глазом на Гедимина, снова хряпнул уже не шевелящееся животное о металл и взлетел с места, разворачивая перья и складывая их в ребристый диск. По запоздалым расчётам сармата, подняться в воздух таким способом оно не могло в принципе - но досчитывал он, уже глядя вслед серебристой точке. Среди небесных складок кружило штук десять таких же - хищники высматривали добычу.

"Довольно крупная штука," - Гедимин сощурился на небо, пересчитывая "птиц" и высматривая, не появятся ли растянутые шестиугольные силуэты. "Не помню таких в Сфене Земли... Так, тут всё готово. Разворачиваемся на рассвет..."

Он подсунул под сфалт два ящика - теперь излучатель лежал на уровне его плеч, на предельной удобной высоте. Отверстие в корпусе реактора затянуло прозрачным защитным полем - выгорая, оно всё-таки удерживало омикрон-лучи внутри, пока "сигма" проходила беспрепятственно. Гедимин замерил интенсивность потока, на секунду задержал дыхание и выдернул управляющие стержни, откинув крышку до упора. Экранирующее поле вспыхнуло зелёным огнём, дозиметр заверещал, поймав "отголоски" сигма-потока. Невидимый луч упирался в белое марево на горизонте - там, где недавно погас световой гейзер.

"Восемь световых часов. Через восемь часов дойдёт, если не рассеется на разломах," - Гедимин прикрыл сопло ладонью и тут же её убрал. "Три коротких вспышки, три длинных, три коротких. Повторить. Ещё раз."

Он задвинул крышку до упора и шумно выдохнул, наблюдая за цифрами на неприметном табло. "Хороший реактор. Не каждый бы такое с собой позволил. И никаких щупалец, что характерно..."

Посидев немного на крыше, он забросил ящики в фургон и спустился в кабину сам. "Ждать без толку. Восемь часов... Скорее вернутся эти, с крыльями."

Он "посветил" на дорогу лучом сканера и взялся за штурвал. Бронеход медленно пополз по сухой равнине. Она была на редкость плоской - все возвышенности, что попадались Гедимину, оказывались "деревьями", все изгибы материковых пластов прикрывал многометровый слой песка и глины. "Дно древнего водоёма? Широкое было озеро. И даже не засоленное. Интересно, что тут сейчас с водой. И могут ли мои катушки поднять грунтовые воды... А кстати - хорошее место, чтобы попробовать. Никто не мешает, никто не пугается..."

Последующие четверть часа Гедимин пытался вытряхнуть дурацкую идею из головы, но она держалась крепко и от поворота к повороту "тропы" всё крепла. Через несколько минут сармат поймал себя на том, что сканирует не только поверхность, но и глинистый слой, - вдруг под ним водоносные линзы? Пока ничего не попадалось, и Гедимину было досадно.

Ещё через пять минут он посмотрел на экран сканера, тяжело вздохнул и остановил бронеход. Водоносная линза была совсем рядом - в паре сотен метров под землёй, между двумя вздыбленными пластами и наклонным третьим, видимо, и не дающим ей утечь куда-то вглубь. "Поднять не подниму," - думал Гедимин, наполняя водой контейнер; намотанные катушки уже лежали на столе, недалеко от попискивающих ящиков. "Но движение воды сканер покажет. Добавлю ещё сотню вольт на входе..."

Он выбрался на крышу. Если что-то и могло выдержать давление тонн воды, не провалившись на метр в глину, то только бронеход на его широких гусеницах. Сармату было не по себе, когда он закреплял кабель, подвешивал электроды над отверстиями в крышке, подальше от воды, и снова проверял глубину залегания. "Ter, du, un... Attahanqa!"

Дрожь земли ему, скорее всего, померещилась - это был очень слабый, мягкий толчок, может, просто отдача от мышечного напряжения. Он стоял на поскрипывающей крыше и смотрел, как на экране сканера водяная линза "прорастает" ветвящимися руслами, уходящими под углом вверх. Слой камня и глины сдерживал прямой поток, и он разделялся, пробиваясь по едва заметным трещинам. Гедимин опомнился минуты через три, когда начал похрустывать контейнер, и щёлкнул выключателем за секунду до того, как дно банки оторвалось от стенок, и вся вода вылилась на крышу.

"Двести пятьдесят вольт - две сотни метров... и сколько там было тонн? Надо как-нибудь составить таблицу..." - сармат в задумчивости поднял мокрую катушку, потянулся за ветошью для обтирки - и замер, глядя на горизонт. В небе, прямо поверх серебристых складок, горела красная надпись чёткой латиницей: "Диммин если видишь ответь".

Несколько секунд Гедимин стоял, замерев, снова и снова перечитывая короткие слова. Потом крепко зажмурился, прикусил щёку и осторожно открыл глаза. Надпись осталась, где была, только слегка потускнела и размылась по краям; боль в прикушенном месте ясно говорила, что сармат не в бредовом сне.

"В день нашего прибытия... там тоже на небе светилось разное," - медленно вспоминал он, снимая с креплений сфалт и отстёгивая от него лишние кабеля. "Стражи так умеют... Sa hasu!"

Он выстрелил в зенит, несколько не рассчитав высоту, - ударная волна хлестнула по пальцам, надавила на плечи. Дымное облако медленно разрасталось вширь; дым был странного цвета - не то синеватый, не то сиреневый. Красная надпись погасла, как будто её смахнули ладонью, и тут же сменилась новой: "стой жди".

Существо с посохом появилось рядом с бронеходом ровно через полминуты - просто вышло из воздуха, шагнув красной лапой на высохшую глину. Гедимин молча смотрел на антропоморфную фигуру в мелкой чешуе - красной на спине, желтоватой на груди - с прорастающими над каждым суставом шипами, с длинными, загнутыми назад рогами на удлинённом черепе... Хвост существа плавно качнулся, размыкая крупную клешню на конце; существо прихватило им посох и показало сармату пустые ладони.

- Страж? - собственный голос показался Гедимину странным - связки будто заржавели. Он спрыгнул с фургона и показал руки в ответ. Существо качнуло головой.

- Хассинельг. Из отряда Руниена. Ты как, цел? А твой корабль? Там, на холме, уже армию собирают.

Гедимин уткнулся взглядом в землю.

- Надо выбираться, - буркнул он. - Знаешь дорогу? Я пытался договориться с местными...

Существо громко, совсем по-сарматски фыркнуло и тронуло посохом борт бронехода.

- Местными? Ты про Хигов? Ты их хорошо припугнул, не то выцарапывали бы мы тебя у Сагатов... Я поеду на крыше, ничего?

Гедимин мигнул.

- А как я найду дорогу? - только и смог спросить он, хотя на языке вертелись совершенно другие вопросы. Хассинельг, уже материализовавшийся на крыше бронехода, успокаивающе махнул посохом.

- Я её подсвечу. Забирайся в корабль! Пока ты устроишься, всё будет готово. Тут недалеко...

Он ещё что-то говорил, но гул открывающегося люка заглушил его слова. Гедимин забрался в кабину, на ходу поминая про себя размножение "макак". "У Сагатов... Так и думал, что этот их отлёт - не к добру... А откуда он знает, кого я пугал? Эти... Хиги... они до стражей добрались? Тогда мой сигнал... да он ещё, небось, не дошёл. Неловко получится..."

- Калиг жив? - громко спросил он, надеясь, что сквозь приоткрытые иллюминаторы Хассинельг его услышит, и вопрос не потонет в шуме двигателя.

- Жив, - донеслось сверху. - Ранен легко. Сколько раз говорили - надевай маску!..

Гедимин невесело ухмыльнулся. "Хорошо, что выжил. Видимо, я придавил одного-двух Сагатов. А они этого не ждали."

Он устроился за штурвалом, посмотрел вперёд и ошалело мигнул. Меж наэлектризованных "антенн" и маскирующихся колючих змей тянулась хаотично петляющая белая лента. Это была не проекция на иллюминатор, как подумалось сперва Гедимину, - свечение действительно лежало на земле, растянутое над сухой глиной, и отмечало каждый поворот "тропы" на полсотни метров вперёд.

- Дорогу видно? - спросил с крыши Хассинельг. - Могу сделать ярче. Проедем ещё пять раз по столько - а там уже и разлом. На той стороне ждут. Сагаты сунутся - сильно пожалеют!

Гедимин покосился через плечо на сопло сфалта. "Хоть бы в этот раз не протупить! Был же с оружием, когда Калига там рвали..."

Разогнаться по петляющей "тропе" не удавалось при всём желании - Гедимин вёл бронеход на минимальной скорости, повторяя извивы белой ленты. Не успел он доехать до её конца, как она удлинилась ещё на полсотни метров.

- Видно дорогу? - с тревогой спросил с крыши Хассинельг. - Вечно возня - кто белый не видит, кто зелёный...

- Видно, - успокоил его Гедимин, чуть прибавив ходу - этот участок меньше петлял, и жёстких бугров тут было не так много. - А чем ты это делаешь?

На крыше удивлённо свистнули.

- Собой, - отозвался страж секунду спустя. Белая лента вспыхнула ярче. Гедимин еле слышно хмыкнул. "Ответ хороший, только что мне с ним делать?"

- Все стражи так могут? - спросил он, заходя на плавный поворот. Хищная "птица" спикировала чуть ли не под гусеницы; затормозить бронеход не мог, и Гедимин только облегчённо вздохнул, увидев в боковой иллюминатор, как проворная тварь взлетает со "змеёй" в пасти.

- Кто учился - может, - ответил Хассинельг. - Не у всех выходит. У меня, говорят, хороший дар.

Гедимин снова хмыкнул в респиратор. "Дар, значит... Это не приспособление и не физическая особенность. Какой-то навык... А, чего ни бывает на этой дурной Равнине!"

- Меня научишь? - спросил он, объезжая полутораметровый живой холм. Судя по размерам видимой части, через сотню-другую лет невидимая должна была сгодиться для постройки ещё одной "зифты".

- Эррх... Надо Руниена спросить, - неуверенно ответили с крыши. - Даже не знаю...

"Не научит," - понял Гедимин.

- А ходить по Равнине? - с надеждой спросил он. - Аборигены умеют. Вы умеете. Мы что, глупее всех?

С крыши донёсся долгий свистящий вздох.

- Я это... Спрошу лучше Руниена, - ещё менее уверенно, чем в прошлый раз, отозвался Хассинельг. - Ну тут... в общем... очень не у всех выходит, понимаешь?

Гедимин угрюмо сощурился. "Чего тут не понять? Одно дикарство. Ладно, вернусь на холм - ещё похожу со сканером. Здесь получалось."


11 день Воздуха, месяц Металла. Равнина, Дальний Край, Сфен Земли

Бронеход вывалился из разлома прямо под обрывом, у Сарматского холма - и Гедимин, не успев промигаться от резкой смены местности, услышал справа и сверху радостные вопли. Белый посох ткнулся в боковое стекло.

- Добррались? Всё чисто? А что Хиги? - выпалила без единой паузы Ауна, заглядывая в иллюминатор. Гедимин смущённо сощурился, вспомнив, как ломал ворота "зифты". "Чтоб я понимал, кто эти твари, - но как бы они за компенсацией не явились..."

Подъём на холм - снова по светящейся ленте Хассинельга - показался сармату мучительно долгим, но тут прибавлять ходу было просто опасно. Гедимин облегчённо вздохнул, когда бронеход замер на привычном месте между двух рядов фонарей, на день прикрытых колпаками. "Всё. На базе. Тут хоть что-то понятно."

- Гедимин! - Айзек налетел на него, не успел сармат закрыть люк, и крепко обхватил поперёк груди - до плеч не дотянулся. Вепуат выглянул из-за спины Гварзы, поднял руку в приветственном жесте и поставил чуть иначе пальцы - "Zaa atesq!" Гварза стоял чуть поодаль и угрюмо щурился, сложив руки на груди.

- Крысы живы, - сообщил Гедимин, глядя мимо шатров на вбитые на краю площадки жерди с перекладинами. Это напоминало "знамёна" Броннов и Скогнов, только вместо пучков крашеного волокна с крестовин свисали отсечённые руки в короткой синеватой шерсти. "Аккуратно подвесили. Симметрично," - машинально отметил про себя сармат.

- Крысы! - Айзек нервно хихикнул, нехотя разжимая объятия. - Ты пропал прошлой ночью!

- Вместе с лабораторией, - дополнил Гварза, угрюмо щурясь. - И всеми материалами. И систе...

- Кенен! - Айзек укоризненно хмыкнул. - Можно подумать, он сам на себя напал! Ночью мы чуть не потеряли весь лагерь. Если бы не Скогны и лишние два барьера...

Гедимин ошалело мигнул.

- Лагерь? Что тут было? - он перевёл взгляд на Вепуата, смущённо разглядывающего гравий под ногами и до сих пор не спросившего о драгоценных дронах. Далеко за спиной сармата свисали с перекладин отрезанные руки - по три пары на каждом из четырёх "знамён".

- Налёт, - мрачно отозвался Кенен Гварза, пройдя мимо сарматов к машине и остановившись у гусениц. - В ту же минуту, как вы с Калигом влетели в засаду. Было же кому это спланировать и тайком привести солдат...

Руниен, до того молча наблюдавший за сарматами, шумно вздохнул. Сегодня на холме собрались все стражи - Гедимин видел чуть поодаль блестящие шипы Коргена и поднятые над плечами лезвия на руках гигантского "богомола". Только Калиг и Навкет пережидали день в какой-то пещере.

- Я уверен, Айсиек, - кто-то этих хищников навёл. Знали, что нет ни тебя, ни Кен-нена, что Дим-мин беззащитен, а Вепу-а остался один на холме, и без своих зверей он слеп.

"Беззащитен?" - Гедимин сердито фыркнул, но тут же уткнулся взглядом в гравий. "По итогам - выходит, что да. Бросил Калига одного, сам влез в ловушку..."

- Что со Скогнами? - спросил Гедимин. Нескольких аборигенов он видел сам - они тоже стянулись к лаборатории; остальные то ли обходили шатры дозором, то ли их руки сейчас висели где-то в стойбище Сагатов. "А может, их просто сожрали. С местных станется."

- На постах, - ответил Айзек и хотел что-то ещё добавить, но Гварза перебил его, сердито фыркнув.

- Я по-прежнему настаиваю на полной замене охраны. И всех остальных тоже.

Айзек и Руниен обменялись тоскливыми взглядами.

- Мы не можем отослать всех, - проговорил сармат - и чувствовалось, что он говорит это не в первый раз. - Это оскорбит жителей Алвена и Синви. Всех Броннов, кто был на стоянке в ту ночь, уже заменили, и старейшины ищут виновника.

Гварза снова фыркнул.

- Они никого не найдут. Почему оставили на постах всех Скогнов? Кто сказал, что агент - Бронн? Скогны?!

Гедимин медленно попятился к лаборатории. В черепе просыпался знакомый гул, и следовало прекратить эту пытку, пока она не стала невыносимой.

У самого люка кто-то тронул его за плечо.

- Я за дронами, - прошептал Вепуат, быстро оглянувшись на спорщиков. К Айзеку и Гварзе присоединились Руниен и Ауна, Хассинельг устроился со Скогнами чуть в стороне и быстро переводил им. Гедимин покосился на его набедренную повязку с длинными узкими хвостами и на широкие браслеты. Эта раса явно знала одежду, но считала её излишней.

- Пойдём, - кивнул он Вепуату, бесшумно открывая люк. - Я привёз образец воды. Один из трёх компонентов - совсем новый.

Вепуат шёпотом помянул спаривание "макак".

- Ещё тут наркотические ягоды, - продолжил Гедимин и беззвучно ухмыльнулся. - Знаешь, что перезревшая куджагла взрывается?

- До сих пор не знал, - пробормотал Вепуат, выбираясь из шлюзовой камеры в лабораторию. - А это... А, это айзековы крысы?

Он заглянул в пищащий ящик и, не задерживаясь, прошёл к своим дронам. Гедимин сел за стол, пристроил на место разобранную на части установку и задумчиво посмотрел на образцы воды.

- Третий компонент - проводник.

- Кто бы сомневался, - пробормотал Вепуат, глядя на кружащие над столом дроны. - А мне тут довелось вскрывать Сагата. У нас, похоже, есть товарищи по строению выделительной системы, - и раса частичных радиофагов...

Гедимин мигнул.

- Частичных?

- Ну да, - Вепуат изобразил жестами нечто, разделённое на части. - Питаются органикой, но процентов тридцать энергопотребления покрывает ЭМИА. Я так понял, они и чисто на ней могут протянуть... несколько суток точно.

- Удобно, - признал Гедимин, покосившись на реактор. "Можно было бы несколько городов прокормить. И никакой возни с субстратом, чанами, закваской..."

- Что тут вообще было? - спросил он, вытряхнув на время из головы лишнюю информацию. - Они стреляли? Бросали гранаты?

Вепуат досадливо поморщился.

- Не знаю, что бросали, но бабахало громко. Первый периметр сразу сдуло. А пока я лез сквозь второй, их с холма накрыли шквалом. Полыхнуло, как плазма, я аж залёг. Не знаю, что там у них, но, походу, кочевники такого не ждали. А Навкет даже вслепую не промахивается. Там, куда он попал, даже трофеев не насобирали - прогорело всё до костей.

Гедимин недоверчиво хмыкнул.

- Аналог напалма, как у пирофор? Он плевался им - или что? А Скогны? У них вроде нет таких желёз?

Вепуат развёл руками.

- Говорю, что видел. Когда стало видно, что те, снизу, отошли, Скогны побежали в долину. Они всякого там набрали. Навкет мне всё показывал, - я не пошёл, прикрывал сверху... Набрали всяких дикарских штук.

- Оружие там есть? - быстро спросил Гедимин, чувствуя, что сердце забилось чаще. "То волокуши, то плазма с бластерами... Надо разобраться, что у них тут с технологиями, раз уж Айзеку до этого дела нет. Одно дело, когда рядом кучка враждебных дикарей, другое - когда живой флот с гравитронами..."

Вепуат снова развёл руками. Вид у него был крайне смущённый и почему-то виноватый.

- Вроде как есть... Но - я же говорю - я всё пересмотрел. Нет там ничего сложнее палки с петлёй. И взрывчатки нет. Ничего, что могло бы взорваться. Я даже сканером светил - пусто.

Загудел открывающийся люк, и сармат замолчал. По лаборатории быстро, не оглядываясь, прошёл Кенен и скрылся за переборкой. Айзек остановился у ящиков, бегло их осмотрел и облегчённо вздохнул.

- Спасибо, атомщик, - он со слабой улыбкой повернулся к Гедимину. - Я уж думал, что опыты напрочь сорваны. Ты не давал животным местной еды? Вода в поилках - земная?

Гедимин кивнул.

- Дал им Би-плазмы из чана. Все выжили?

Айзек улыбнулся.

- Большая удача. Когда мы узнали, что лаборатория пропала... - он судорожно вздохнул и замолчал.

- Как меня нашли? - спросил Гедимин. - Я послал сигнал в Сердце Пламени, но он ведь не мог так быстро дойти...

Айзек мигнул.

- Сигнал? Ох-хо... думаю, мы о нём ещё услышим. Нет, об этом я ничего не знаю. Мы приехали, когда тут уже собрались все стражи - десятка два, насколько помню. И уже вернулся Хассинельг - его заслали посмотреть, что в стойбище Сагатов. Все думали, тебя уволокли к ним, к ближайшим кочевьям. Тут и узнали, что у них всё сорвалось - ничего не добыли, огромные потери...

Гедимин мысленно пересчитал выставленные на обозрение руки-трофеи. "Двенадцать трупов, относительно целых. Сколько-то сильно обгорело, кого-то раздавил бронеход... Скольких они потеряли, интересно? Огромные - это, наверное, не меньше ста..."

- Калиг с Гором обыскали тропу - там, где, как они думали, ты провалился, - продолжал Айзек, скосив один глаз на отодвинутую переборку - из соседнего отсека уже выглядывал недовольный Гварза. - Разослали стражей в ближние города за каждым разломом. Мы тут ждали несколько часов... Кенен уже хотел ехать следом и грозить оружием, мы его еле удержали.

Из-за переборки донеслось сердитое фырканье.

- Твой атомщик мог бы отправиться гулять без нашей лаборатории. Две недели работы в ядерный могильник!

- Кенен, ты лучше посмотри, всё ли цело, - Айзек недовольно сощурился. - Я подойду через пару минут... В общем, уже перед утренней вспышкой примчался Хассинельг. Мол, в Хигесге тебя видели - и очень просят забрать обратно. Ты якобы заперт в одной из их зифт, в Тикшере, - но там Хассинельг тебя не нашёл...

Гедимин поморщился.

- Пришлось выломать ворота... Значит, зифта - общее название таких... гостиниц? Стой... Что значит - просили забрать? Я же сразу просил их показать дорогу в Синви. Они сами притащили меня в Тикшер. На кой метеороид?!

По лицу Айзека пробежала брезгливая гримаса.

- Хиги... Они в общем-то сторонники Нерга. Не такие, чтобы прямо умереть за него... но и не то чтобы верные подданные Кайшу. Тебя, раз уж ты подвернулся, они хотели продать Сагатам. Но ты их напугал, и они решили, что такая сделка выйдет боком. Ну и... - он развёл руками и нервно усмехнулся. - Странный ты всё-таки сармат, атомщик. В таком раскладе ещё нашёл время на эксперименты...

Гедимин сузил было глаза на слове "продать", пожалев про себя, что стрелял в зифте не прицельно, а в зенит, но на последней фразе забыл о своём гневе и растерянно мигнул.

- Эксперименты? А это кто рассказал?.. Обычные опыты с магнитами. Странное же явление... и, возможно, полезное. Разделять растворы и расплавы...

Айзек отмахнулся и выдал нервный смешок.

- Хиги рассказали, атомщик. Призывать воду посреди Сфена Молнии - это ещё надо было додуматься! Стражей больше всего удивило, что твой призыв сработал. В восходящих Сфенах даже поисковые амулеты на воду не работают. А уж призывающие...

Гедимин встряхнул головой - мозг в последнее время очень быстро перегревался... или информация была такая - "высокоэнергетическая"...

- Ну вот такие у них кривые технологии, - угрюмо сощурился он. - Нормальные работают - и на Земле, и на Энцеладе, и на Кагете. Я там тебе набрал воды... из Сфена Молний. Третий компонент - проводник.

Айзек глянул на пробирки на столе и задумчиво хмыкнул.

- В самом деле - надо бы проверить воду из разных Сфенов. Поговорить с Руниеном... Действительно, возможны разные эффекты. Спасибо, что позаботился. Кенен, там модуль готов? Помоги перенести крыс...

Гедимин шевельнулся было в сторону ящиков, но Гварза молча оттолкнул его и взял контейнер сам. Через полминуты в отсеке не было ни Айзека, ни Кенена, ни крыс. Гедимин и Вепуат озадаченно переглянулись.

- Значит, там не любят опыты с водой? - разведчик ухмыльнулся. - Надо будет запомнить. А какие они, эти Хиги? Мы-то здесь не видели ни одного. Вроде Сагатов, или как наши карлики?

Гедимин потянулся за сканером.

- Тут вагон данных. Давай передатчик, скину... - он уже дотронулся до нужной кнопки, но остановился. - Я тебе скину всё из Тикшера. А ты отведёшь меня туда, где сложены трофеи. Посмотрю сам, что там за дикарские штучки.

...На окраине лагеря, между "знамёнами", стояли содвинутые вместе волокуши, закрытые плетёными загородками с навесом. Вокруг громоздились корзины и бочонки, изнутри доносились шорохи, стуки и высокие, но несколько приглушённые голоса. Вепуат прошёл мимо разросшейся полевой кухни к небольшой, по щиколотку сармату, насыпи из мелких камешков. Наверху стояли корзины, аккуратно оплетённые сверху цветным волокном. Вепуат постучал пальцем по краю волокуши - из-под навеса высунулся, к удивлению Гедимина, светловолосый Скогн, расплылся в улыбке, проверещал что-то одобрительное и вылез полностью. За ним устремились ещё двое, но он задвинул загородку и спрыгнул с волокуши.

- Тут были ещё вещи, - вполголоса рассказывал Вепуат, пока абориген осторожно распутывал волокно и убирал мелкие, по виду - декоративные, крючочки. - Скогны забрали их, отослали в город. Я так понял, они - скогнийские, не то броннские. Сагатские трофеи...

Гедимин поморщился. "Мало нам было своих "макак", ещё и это... Надо будет к станции приделать охранный периметр. Десяток турелей с наводкой по сигма-лучу, чтоб никто вокруг не шастал."

Скогн откинул крышку и указал на что-то внутри корзины. Гедимин увидел на её дне, чуть в сторонке от других вещей, кованые наконечники, снятые с дротиков, широкое лезвие с изгибом, снятое с довольно длинной рукояти - она, гладкая красноватая кость с резным орнаментом, лежала рядом и была надломана посредине. Абориген указывал на место надлома и что-то повторял. Гедимин с недоумением посмотрел на Вепуата.

- Чего он?

- Чтоб я знал, - пожал плечами разведчик. - Смотри, в лезвиях камешки.

- Это наконечники, - уточнил Гедимин, разглядывая широкие куски металла. Заточенное остриё, зазубрины по краям, - это выглядело просто и понятно. Но зачем в этот металл, пробивая его насквозь, вживляли осколки дикого камня?

Абориген оставил сломанное древко в покое и снял обрезок "ветоши" (какой-то безволосой шкурки) с соседних предметов. Это были простейшие метательные устройства из кости и кожаных ремешков, также со странной инкрустацией - хорошо хоть, не там, где за них предполагалось держаться.

- А много у них пальцев, - Вепуат прикинул копьеметалку по руке и оглянулся на "знамя" с трофеями. - Смотри, тут везде углубления. В их ладони ляжет, как влитая.

- Удобно, - пробормотал Гедимин, разглядывая инкрустацию. Тому, кто делал эти штуки, очень важно было, чтобы камешки не выпали - их забили глубоко и залили клейкой массой по самый верх... но не потратили и минуты, чтобы сбить заострённые выступы и придать осколкам хоть какую-то форму. "Выглядит так, будто кто-то эти вещи... портил. Как диверсия или саботаж..."

- Эти штуки - их Сагаты сами делают? - повернулся он к аборигену. Тот навострил уши, но, как и следовало ждать, только растерянно ухмыльнулся. Вепуат огляделся по сторонам.

- Ты смотри, а я позову Гора. Вон там он, караулит.

- Зови, - кивнул Гедимин, подбирая из корзины сагатский "патронташ". Он видел такие штуки у кочевников во время их краткого "общения" и опознал колчан, хотя тот был пуст. "Тщательно сделано," - сармат тронул внутренние жёсткие подкладки и стянул ремешки, складывая сумку с плоскими отделениями, как кузнечные мехи. "И безо всяких дурацких камней..." Под пальцы попала бусина-подвеска - гладкая косточка причудливой формы, "блокиратор" стяжного ремня, и Гедимин еле слышно хмыкнул. "Ну, это ладно - оно тут на месте..."

Скогн открыл другую корзину, переложенную сверху донизу "ветошью" - теми же шкурками, только местами зашитыми или сшитыми из кусков. Туда сложили украшения - кованые браслеты без застёжек и нити подвесок. Гедимин опустился на землю рядом с корзиной и пригляделся повнимательнее. Украшения, хоть и однотипные, явно различались - и по сложности, и по качеству работы, и по материалам. Одну нить подвесок собирали на цепочку из рэссены, другую - на нити из сухожилий, третью - на тоненькие кожаные ремешки; но подвешивали каждый раз одно и то же - мелкие пластинки, формой похожие на перья, а структурой - на деформированную чешую или очень тонкие кости. Гедимин встряхнул их и услышал тихий шелест.

"Интересно, на кой оно было нужно. Тем более - в бою. Чтобы на своё же копьё намоталось?" - сармат, озадаченно хмыкнув, отложил украшения. Скогн, до того наблюдавший за ним с тревогой, с явным облегчением завернул край шкурки, пряча верхний слой трофеев, и достал сшитые из кожи плоские мешочки. Их было не меньше десятка, все однотипные - что-то вроде кошелей с несколькими отделениями, перетянутых кожаными шнурками; кое-где свисали костяные бусины или мелкие просверленные зубы. Некоторые показались Гедимину похожими на зубы Скогнов; он даже пригляделся к рядом стоящему аборигену, и тот его взгляд понял и, гневно фыркнув, ткнул когтем в подвески и быстро что-то сказал. Гедимин покосился на подвешенные над холмом руки кочевников и беззвучно ухмыльнулся. "Дикарство! Хорошо хоть, никого из нас так вот... не подвесили."

Скогн протянул кошель Гедимину, жестом показав, как вытряхивает содержимое. Сармат трясти не стал, опасаясь, что хрупкие предметы разрушатся, - просто растянул ремешки и направил луч света внутрь. На дне отделений заблестели небольшие камешки.

"Глазковый кварц?" - сармат вынул гладкий каменный шарик, повернул к свету, наблюдая, как по серо-зеленоватой поверхности смещается вертикальный чёрный блик-"зрачок". Камешек был очень аккуратно обработан; случайную царапину тщательно заполировали - теперь едва заметное углубление немного нарушало симметрию. В другом кармане лежал конгломерат из чёрных, тёмно-бурых и тёмно-багровых шаров, похожий на застывшую пузырчатую пену. В отличие от гладкого, отшлифованного "кварца", он был отломан неровно и измазан чем-то тёмным и маслянистым. Гедимин заглянул в кошель - на стенках кармана остались следы того же вещества, сильно напомнившие ему вчерашние потёки на стёклах кабины. Сармат ничего не понял, но невольно поморщился.

В третьем кармане что-то светилось; Гедимин достал пучок кожаных ремешков, аккуратно накрученных на кость. Они светились и в его руках - видимо, из-за фосфоренцирующей пропитки. Сармату вспомнились светящиеся стены и дороги в пещере Тикшера, и он аккуратно отрезал пять сантиметров ремешка. "Проверить состав."

Из четвёртого кармана он достал гальку серо-синеватого цвета с белыми прожилками. На её поверхности виднелся синий блик - и он никуда не пропал, когда Гедимин прикрыл камешек ладонью. Сармат повертел гальку в руках - блик перемещался по поверхности, но через несколько поворотов ремонтник заметил, что световая точка в пространстве остаётся на одном и том же месте.

Сармат отложил кошель, взял другой, потом третий - и быстро понял, что первый был самым "богатым". Остальные владельцы обходились двумя камешками и одним-двумя ремешком, и накручивать их приходилось на всякую ерунду - обломок кости, какие-то шипы, щепки... Синей гальки не было больше ни у кого, да и другие камешки были гораздо мельче. "Совсем другая обработка," - Гедимин разглядывал приплюснутый, кое-как окатанный обломок "глазкового кварца". "И пузырчатый камень тут совсем мелкий. В восьмую часть того, первого. Ну и видно, что кошелёк тоже так себе. Иерархия, мать моя пробирка. И у этих иерархия."

- Дим-мин! - услышал он громкий голос Гора - страж подошёл незаметно, встал так, чтобы его тень не заслоняла трофеи. - Смотришь? Хорошая добыча. Если помнить ещё, что за добычей приходили они...

Он щёлкнул крючковатыми лапами.

"Пришёл. Может, хоть что-то объяснит," - Гедимин дружелюбно кивнул ему и отложил кошель.

- Все эти вещи делают Сагаты? Браслеты, оружие...

- Они, - подтвердил Гор, поворошив трофеи наручным "клинком". - Не всё. Вот эта цепь - Кьюсской работы. Видишь, какая тонкая? Копьё и вот этот наконечник... и эти два браслета, с летящими Кейланнами... это от жёлтых Джагулов. И были ещё вещи мирных народов - их уже забрали.

Гедимин мигнул.

- Кьюссы и Джагулы...

- Нергоны, - гигантский "богомол" свёл вместе свои лапы-лезвия. - Торгуют. Союзничают. Всё ещё много нергонов тут...

"В ядерный могильник чужие войны," - Гедимин, стараясь не морщиться, достал наконечник с инкрустацией и тронул пальцем вставленный камешек.

- Это зачем? Только за воздух цепляется. И отломится при ударе...

Гор забрал у него наконечник, осмотрел, только что не обнюхал.

- Sodjeg. Обычный sodjeg. Чтоб удар был сильнее. Что тебя удивило?

Гедимин мигнул.

- Что значит "соджег"? И как от него удар усиливается? Он не такой массивный.

Несколько секунд Гор молча смотрел на него, чуть наклонив голову, потом повёл лезвиями.

- Не знаю, что ты спрашиваешь. Это соджег, всего-то. Дикий, сами накопали... а, дай сюда это... нет, тоже самокопка. Даже и не выварен. Соджег как соджег. Ну, для Сагатов в самый раз.

Гедимин снова мигнул. Понятнее не становилось. "Надо спросить про другие камни. И про подвески. Что-то тут странное..."

- А подвески зачем? В бою - неудобно, путаются. Цепляются. Всё равно, что шипы на скафандре, - он криво ухмыльнулся. Гор замолчал на несколько секунд, пристально глядя на сармата, и лишь потом заговорил.

- Нити ветра? Это для скорости. Быстрее бегать. Сагаты очень быстрые.

Скогн что-то сказал, указывая на подвески.

- Воины спрашивают, можно ли забирать трофеи, - перевёл Гор. - И если можно, то когда. Они не торопят вас, но если вы для своей работы взяли, сколько нужно...

Вепуат, пристроившийся рядом с Гедимином, замотал головой.

- Скажи, чтобы ещё подождали. Интересные штуки. Верно, ремонтник?

"Как нитки на шее помогут бегать?" - думал Гедимин, разглядывая шуршащие подвески. "Ничего не понимаю."

- Расскажи про эти камешки, - он вытряхнул на ладонь содержимое самого "богатого" кошеля. Гор защёлкал жвалами и только что не потёр все четыре лапы.

- Сагаты не последних воинов послали против вас, так? И всё равно ушли ни с чем. Такие трофеи! - он тронул синюю гальку. - Вещи военного вождя. Какой-то клан остался без разящей руки. Может, другие подумают, прежде чем сюда лезть!

- Хорошо бы, - согласился Гедимин. - Что это за камешки? Зачем их хранят? Полосы - для подсветки, а остальное?

Скогн что-то вполголоса спросил у Гора. Страж щёлкнул жвалами, и абориген отодвинулся, с опаской глядя на сарматов. Гедимин мигнул.

- Тут обычные вещи, - сказал Гор, положив лезвие на камешки. - Глаз - для меткости. Кровяной камень. Нергонский - для мирных не годится, жаль... А этот ищет воду.

Мигать Гедимину уже надоело, но понятнее так и не стало - знаток местных традиций рассказывал что-то очень странное. "Как бы спросить, чтобы ответ я понял?" - озадаченно думал Гедимин, перебирая камешки.

- Глаз для меткости? Его ставят как прицел? Вон на ту... металку?

Теперь, судя по щёлканью и скрипу, озадачился Гор. Из загородки тихо выбрались аборигены, стянулись к корзинам и молча переводили взгляд со стража на сарматов и обратно.

- Не надо его никуда ставить, - сдержанно ответил Гор. - Обычный глаз. Для меткости. Вепу-а, ради всех богов, - дойдёшь до Айсиека? Я не понимаю вопросов, а Дим-мин - ответов. Перевод не помешал бы.

Гедимин досадливо сощурился. "У Айзека крысы. Из-за такой ерунды точно не придёт."

- Что делает кровяной камень? - угрюмо спросил он. "Соберу пока информацию. Голова не гудит - значит, это насекомое не бредит. А как дешифровать, потом разберёмся."

- Лечит, - Гор подобрал один из "кровяных камней", тронул крючком-когтем слой маслянистой грязи, на этом обломке особенно обильный. - Ему дают кровь. Потом он заживляет раны. Если большой - может сращивать кости. Заживлять, что внутри порвано. Вот этот мог бы... Жаль, что они все - нергонские. Никому из мирных не подойдут.

Вепуат молча протянул руку, сгрёб все подвернувшиеся "кровяные камни" и сунул в карман. Гедимин подобрал "глаз", повертел в пальцах, - камень, независимо от свойств, выглядел привлекательно.

- Значит, он для меткости?..

...Камешек, пущенный меткой рукой, врезался в сложенный из гравия холмик и разрушил его. Вепуат недовольно хмыкнул - целился он не в эту кучку, а в соседнюю. Гедимин сделал в журнале наблюдений ещё одну пометку.

- Не знаю, как ты, а я разницы не вижу, - проворчал Вепуат, вынимая из кармана пакетик с круглым камнем. - Что с этой штукой, что без неё. Твоя статистика что-нибудь показала? Пора бы - полтора часа возимся!

Гедимин пожал плечами.

- Расчёты ничего не показывают. На этом закончим - дальше проверять смысла нет.

Вепуат облегчённо вздохнул, сунул пакетик Гедимину и, отряхнув ладони, зашагал к лаборатории.

- Местные суеверия, скорее всего. Красивые минералы дикарям нравятся... Без опытов с "кровяным камнем" обойдёмся? Хотя - он всё равно "нергонский", на нас в принципе не подействовал бы...

- А в чём разница? - спросил Гедимин, досадливо щурясь. "Надо же было потратить полтора часа на проверку мартыш... дикарского бреда! Ты ещё поколдуй для эксперимента..."

- В биохимии, - отозвался Вепуат. - Помнишь мои опыты с тремя окислителями? Кто чем дышит? Я ведь пособирал информацию на трупах кочевников...

Гедимин заинтересованно хмыкнул. "Биохимия - это серьёзно. И местные, похоже, это понимают. Знают, что есть отличия, и что они очень большие. Как выявляли? Явно ни трансплантации, ни переливания крови тут не знают. Ели друг друга?.. А, saat hasesh!"

- Выходит, в целом, так... - Вепуат, привычно забравшись на лабораторный стол, задумчиво сощурился. - Тут три атмосферных окислителя - сорок процентов на первый, сорок на второй и двадцать на третий. Бронны и Скогны дышат только первым, местная флорофауна - всеми тремя. А нергоны - только вторым.

"Своего разума Равнина не породила," - эхом отозвалось в мозгу ремонтника.

- Третьим кто-нибудь дышит? - спросил он - и, к его удивлению, Вепуат кивнул.

- Мальгесы. И, похоже, Кейланны, хотя данных очень мало. Интересно было бы с Куэннами поработать... ну и вообще - пособирать информацию. Вот эти твои разумные электрофаги с грибными плантациями... если куджагла для них съедобна - значит, обмен веществ по "сагатскому" типу. Но это ведь не обязательно. Могут использовать два окислителя... - разведчик невесело усмехнулся и спрыгнул со стола. - В общем, ещё работать и работать. Будешь изучать "глаз" - или вернём Скогнам?

- Сейчас... - Гедимин придвинул свободные кюветы, выложил образцы новых минералов, потянулся за алмазом, но, передумав, взялся за дозиметр. Не прошло и секунды, как он, не убирая от обломков первый прибор, занёс над ними вторую руку - с анализатором на запястье.

- Погоди... Они же оба фонят! Ирренций в составе...

Подавив первый порыв бежать на склад трофеев и накрывать его саркофагом, сармат вспомнил об устойчивости аборигенов к омикрон-лучам, позавидовал им про себя и продолжил сканирование. Омикрон-поток, осторожно пропущенный через камни, усилил их излучение в разы, но сам интенсивнее не стал. "Не обсидиан," - сделал про себя пометку Гедимин. "Досадно. Может, ещё найдётся."

- Надо же, "разгорелись", - пробормотал Вепуат через час, проверив "остывающие" камни своим дозиметром. Усилившееся излучение так и не ослабло... впрочем, и не усилилось - синтез "разжечь" не удалось.

- Не "остывают", - Гедимин поднёс к образцам дозиметр и озадаченно хмыкнул. - Не знаю, как их теперь возвращать. Это не опасно для аборигенов?

- Да не должно бы, - отозвался Вепуат. - Кейек фонит сильнее. Засунь их отдельно в контейнер, а я отнесу. Предупредим стражей насчёт излучения - пусть местным сами объясняют.


12 день Воды, месяц Металла. Равнина, Дальний Край, Сфен Земли

Расплав в прозрачном тигле светился тёмно-оранжевым. За исключением едва заметных оттенков свечения, он выглядел однородным; только сканер показывал, что содержимое тигля на самом деле состоит из двух несмешивающихся вертикальных слоёв. Металл побурлил с полминуты и успокоился; сейчас его поверхность была гладкой, и разглядеть границу слоёв было сложно даже Гедимину, наблюдавшему разделение своими глазами.

- А с расплавом-то ещё лучше работает, - заметил Вепуат, наблюдавший за экспериментом из-за своего стола. Один из его дронов висел напротив литейной станции и сканировал тигель - процесс разделения расплавов был зафиксирован дважды, результат был прямо перед Гедимином, и всё равно сармат с трудом верил в происходящее.

- Мать моя колба... - пробормотал он, переводя взгляд с тигля на пристроенные в метре от него "магнитные" катушки. Одна из них была накручена на сердечник из ксенолития, другая - на ксеномедь. "Значит, металлы в твёрдом виде ассоциируются с расплавами. А в силу текучести расплавы реагируют быстрее. Хороший опыт. Теперь - попробовать с полиметаллической рудой. Удастся отделить металлические фракции или нет?"

- Даже не верится, - прошептал Гедимин, вспоминая бесконечные ряды урановых центрифуг "Вестингауза". - Разделение металлов. Редкоземельных. Изотопов... Sa hasu, здесь же колонию строить можно! Элементарный процесс вместо многоступенчатого, со сложнейшими устройствами... Две катушки и аккумулятор...

- Осталось найти в окрестностях ничейный аккумулятор, - отозвался Вепуат с едва заметной ухмылкой, но Гедимин только отмахнулся.

- Я видел, где они растут. А у таких же, но с крыльями, был в гостях. Если применить их всех в мирных целях...

Кто-то с нарочитым шумом сдвинул переборку, открывая выход из соседнего отсека.

- Металлурги, яд-дро Сатурна... - Кенен Гварза остановился у литейной станции, скользнул взглядом по тиглю и повернулся к Айзеку. - Эти двое точно заняты чем-то не тем. Вот зачем они тратят ресурс литейной станции?

- Это местная технология разделения металлов, - отозвался Гедимин, беря Айзека за плечо и подсовывая ему под нос экран сканера, направленного на тигель. - Тут два металла. Аккуратные вертикальные слои.

- А-а... - сармат устало сощурился на прибор; кажется, думать ему уже было нечем. - Хорошо, атомщик. За полчаса ты успеешь это убрать?

- Уже едешь? - Вепуат покосился на часы. Гедимин подставил под тигель опоку. "Сначала слить правую сторону, потом - левую. Если не смешаются - хорошо."

Металл вздулся пузырём на выходе и повис, намертво прилипнув к правой стенке тигля, - "магнитные" силы перевешивали даже влияние гравитации. Гедимин, беззвучно хмыкнув, отключил правую катушку. Освобождённый расплав хлынул в опоку.

- Можно разделять редкоземельные и изотопы. Всякое из руд вытягивать, - пояснил сармат, несколько задетый общим равнодушием. "Пообогащали бы вы уран вручную - быстрее дошло бы, что тут происходит. Сюда надо было заводы тащить, а не отсюда - не пойми что..."

Гварза раздражённо вздохнул.

- Айзек, объясни уже им, что нас сюда не изотопы разделять прислали. И пойдём - отдых не помешает.

Люк шлюзовой камеры за ним закрылся. Вепуат еле слышно хмыкнул. Гедимин подставил пустую опоку под висящий металлический пузырь, посмотрел ещё немного на вертикальную стенку из расплавленного металла, опирающуюся на воздух, и отключил последнюю катушку. "Вот и разделение ксенометаллов. Только добыть образец для сердечника - и дальше разделяй хоть тоннами..."

...До светового гейзера на горизонте ещё оставалось часа три, но вокруг уже основательно посветлело - Гедимин различал каждый спороносный побег огнелюбки на притоптанном склоне. Вместе с Вепуатом сармат стоял у обрыва и следил за отъезжающим бронеходом; перед машиной шёл, указывая дорогу, огромный "богомол". Над лагерем растянулся тройной пузырь защитного поля; по краям в пятнах подсветки свисали с жердей останки тех, кто в прошлый раз сунулся на Сарматский холм с оружием. В степи было тихо, только шуршали шевелящиеся листья, и ритмично булькали какие-то живые пузыри, неразличимые в сумерках.

- Всё тихо, - облегчённо вздохнул Вепуат, когда вдали сверкнула жёлтая вспышка - бронеход посветил с дальнего холма бортовыми огнями. - Пойдём в шатры?

Гедимин покачал головой.

- Ты иди, а я выйду разомнусь. Жаль, тут нет вертикальных препятствий... Поискать каменных обломков, что ли?

- Ты, главное, вниз не лезь, - с внезапной тревогой в глазах предупредил Вепуат. - Опять провалишься в какой-нибудь Тикшер - ищи тебя...

Гедимин недовольно сощурился - в последнее время все так и лезли ему без сканера в мозги, он даже понять не мог, как им это удаётся. "Дроны остались в воздухе," - отметил он про себя, прикидывая, спускаться с холма - или лучше не надо. "Пойду вниз - заметят, и будет шум. И как мне учиться ходить по Равнине? Местные не хотят учить, Айзек не пускает... Не нравится мне всё это."

Без вертикальных препятствий и попыток забежать на потолок разминаться было скучновато. Перекатываясь в очередной раз по гравию и помятым огнелюбкам, уходя от воображаемого обстрела, Гедимин думал, что надо бы вычистить и засыпать камешками специальную площадку, чтобы не соскребать потом с брони ошмётки растительности. Краем глаза он видел, как Скогны выглядывают из-за шатров, а Бронны перебираются на бочки; ближе аборигены не подходили - кто-то, видимо, велел не лезть сарматам под ноги.

В очередном кувырке Гедимин заметил слабое шевеление - в этот раз не на холме, а под ним, в низине. Он мгновенно залёг, но до сфалта дотянуться не успел - разглядел, что шевелится, и облегчённо вздохнул. Из живых "валунов" вылезали, медленно разворачиваясь, длинные трубчатые образования. Ещё десяток секунд - и "груда камней" сплошь покрылась яркими полосатыми воронками с султанами жёлтых нитей на полметра вверх.

"Цветение? Быстро это у них..." - только и успел подумать Гедимин, как над цветущим "курганом" поднялся вихрь мелких летучих тварей. Они стаей спикировали из небесной складки, как конус смерча, - сармат едва различал продолговатые силуэты хищников, мелькающие на периферии, а кто составляет сам "смерч", даже и не пытался рассмотреть. Стремительное движение тысяч существ подняло ветер, и над равниной пронёсся гул. С неба свалились, расправляя в падении боковые перепонки, крупные твари - то ли толстые змеи, то ли длинные рыбы. Они метались вокруг смерча, ныряя в него с разинутыми на полтуловища пастями, и вылетали с другой стороны, в развороте набирая высоту. Гедимин перевёл взгляд на "груду валунов" поодаль - твари слетелись и туда, и повсюду, насколько сармат мог видеть, поднимались к небу серые столбы.

Слева, со стороны полевой кухни, донёсся пронзительный вопль, за ним - второй и третий. Гедимин вскинулся, готовясь бежать на помощь, но увидел только аборигенов, вскочивших на бочки и потрясающих пучками дротиков. Кто-то рылся в вещах, бросая товарищам копьеметалки, кто-то махал руками Скогнам, молча наблюдающим из-за шатра, и указывал на живые вихри. Через пару мгновений двое воинов воткнули в землю копья, оглянулись на соплеменников (те подняли когти кверху) и быстро, почти бегом, направились к пологому склону. Гедимин растерянно огляделся по сторонам. "Куда их несёт? И стража, как назло, не видно..."

- Гедимин! - из-за шатров, не отрывая взгляда от экрана сканера, вышел Вепуат. - Ты не заметил тут... Ядро Сатурна!

Опустив прибор, он уставился на серые столбы. Рядом с ближайшим уже мелькали дротики - Гедимин только и видел, как блестят взлетающие наконечники, и как подбитые животные падают в заросли. Кто-то рылся там, вытаскивая добычу на видное место, ещё один абориген отмахивался палицей от пикирующих на свежее мясо хищников. Летуны не замечали ни охотников, ни гибели сородичей, - кажется, им на это просто не хватало размеров мозга.

- Ядро Сатурна... - повторил Вепуат, снова берясь за пульт. Один из дронов проплыл над обрывом, то и дело останавливаясь и меняя направление, но упорно продвигаясь зигзагами к охотникам.

- Был бы я кочевником - мимо этих олухов не прошёл бы. Они сейчас даже ядерный взрыв не заметят!

Гедимин едва заметно качнул головой. "Они не такие невнимательные..."

Очередной не то хищник, не то падальщик, нацелившийся на уже убитых животных, дёрнулся в воздухе и упал поверх груды тушек, остальные метнулись в разные стороны. Скогны отступили от цветущего холма, встали с двух сторон от Броннов, связывающих добытую дичь в охапки; ещё один абориген с копьеметалкой занял третью, свободную часть периметра. Дрон повис в воздухе, сканируя окрестности; кто-то из Скогнов, заметив его, изобразил приветственный жест. Над "валунами" всё ещё кружился живой вихрь - видимо, в пёстрых воронках было по литру питательного вещества.

- Прекрасное цветение, - защёлкало и затрещало за плечом, и Гедимин перевёл взгляд на незаметно подошедшего "богомола". Гор следил за охотниками, возвращающимися с добычей. На стоянке аборигенов уже заволновались, вынесли на улицу пласты коры, циновки, охапки широких розовых листьев.

- Прекрасное, - повторил Гор. - И так задолго до дождей. Что-то раньше времени напитало все корни влагой.

Гедимин мигнул, вспомнив недавние опыты с водой. "Мы всё-таки подняли грунтовый пласт?.. Да нет, ерунда, - какая-нибудь общеравнинная аномалия. У растений всё-таки нет мозгов - могли зацвести, не запасаясь водой..."

- Гор, - Вепуат беспокойно шевельнулся. - Скоро закопают эти... украшения?

Он кивнул на "знамёна" вдоль обрыва. За ночь какой-то незаметный падальщик добрался до отрубленных рук, - кое-где не хватало кусков кожи и даже пальцев. Гедимин запоздало вспомнил, как ведут себя останки "естественнорождённых", и почему их не хранят посреди города, и недовольно сощурился на стоянку аборигенов. Тех совершенно не смущали куски мертвечины у полевой кухни - все равнодушно пробегали мимо "знамён", занятые своими делами.

- Закопают? - удивлённо переспросил Гор. - Они мешают работе?

- Вид портят, - не стал вдаваться в разъяснения Вепуат. - Если из них сделали приманку для падальщиков - пусть уберут их под обрыв и там уже охотятся. Тут лишняя живность не нужна.

Гор повёл наручными лезвиями.

- Их переставят туда, где они не помешают, - пообещал он. - Их будут держать, пока плоть не отделится от костей. Тем, в степи, лучше напоминать, чем закончатся их набеги.

Вепуат недовольно сощурился, но кивнул.

- Напоминать лучше турелями, - прошептал он, дождавшись, когда Гор пройдёт мимо, к сторожевому посту. - А мы, выходит, подцепили водоносный пласт... Ну, хотя бы флора и фауна довольны.

- И Бронны, - добавил Гедимин, глядя на полевую кухню.

Из-под навесов выбрались все, до последнего Бронна. Только что принесённую дичь уже обдирали и потрошили, бросая ненужные части вьючным животным. Над забросанным кишками склоном тут же замелькали какие-то летучие гусеницы и пузыри с когтями. Гедимин брезгливо поморщился, но через десяток секунд оценил скорость очистки испачканной поверхности и решил, что гнить там будет нечему, и до эпидемий не дойдёт. Кто-то из охотников раздавал ещё не разделанные тушки поварам, не забывая помахать каждой в воздухе и выкрикнуть что-то горделивое. Возможно, он вовсе не хвастался - в конце концов, Гедимин не понимал интонаций Броннов и не знал их обычаев - но выглядело это именно так.

Он подошёл ближе - рассмотреть животных, считающихся съедобными, пособирать на сканер новые ДНК для списков Вепуата... Бронны забеспокоились, но, когда сармат остановился чуть в стороне, быстро перестали на него оглядываться. Из кухни уже принесли непромокаемые мешки с какими-то шуршащими порошками, двое сооружали из жаровен, палок и листьев уличную коптильню. Гедимин смотрел на широкие зеленоватые лезвия в руках поваров, переводил взгляд на рукояти вполне сносных кованых ножей в поясных ножнах - и так и не мог понять, зачем при наличии металла разделывать дичь острым камнем.

Бронн-охотник поднял над головой крупное, чуть ли не с него длиной, животное - что-то вроде толстого червя с прозрачной бахромой вдоль тела и безвольно повисшими втяжными хоботками. После первого довольного возгласа аборигены быстро переглянулись, загомонили; охотник примолк и оглянулся на Гедимина, неуверенно показывая на него острым когтем. Сармат мигнул.

Ещё пару секунд все вертели головами, будто искали кого-то и не могли найти. Потом охотник шагнул к Гедимину и шмякнул червяка перед ним на гравий.

- Yerr gzesh ti!

...Нужную "лимфу" сцеживал один из Броннов-поваров. Соплеменники порывались помочь ему, но он сердито отмахивался остатками "обескровленного" червя и быстро всех разогнал. Далеко никто не ушёл - на время забыв об остальном улове, все расселись на бочках и уставились на "цедильщика". Гедимин устроился рядом и внимательно наблюдал, как подставленная ёмкость наполняется синеватой вязкой жижей.

- Сворачивается, - прошептал присевший рядом Вепуат. - Что-то они упустили в разделке.

"Тридцать миллилитров с червяка," - прикинул про себя Гедимин, глядя, как Бронн разрезает шкуру второго животного. "Лимфа" находилась не в единой системе сосудов, а в каких-то длинных тонких полостях внутри тела; абориген старался вскрыть их, не нацедив в ёмкость ничего лишнего, но пару раз ему пришлось прерываться и вылавливать лишнюю органику.

- Семьдесят миллилитров, и почти уже свернулось, - Вепуат, подождав, пока Бронны заберут останки червей и жестами объяснят, что больше таких животных в улове нет, поднял сосуд и посмотрел на свет. - Смотри, из синей становится серой.

- Не видно, чем оно там окисляется? - спросил Гедимин, настороженно глядя на жижу, уже превратившуюся в густую слизь. Он оглянулся на Скогнов, наблюдающих за сарматами из-за штабеля бочонков.

- Gzesh ti? - он ткнул пальцем в сосуд.

Скогн быстро оглянулся через плечо - и радостно заверещал: из-за обрыва поднимался Гор. Гедимин облегчённо вздохнул. "Сколько же лишней возни из-за этой языковой разницы..."

- Что вы тут делите? - с любопытством спросил страж, заглядывая в сосуд. С его узких плеч свисала гирлянда из завитых в спирали лепестков, хитро переплетённых, - странное украшение, тем более - для гигантского насекомого.

- Бронны говорят, что это - реагент для варки гзеша, - сказал Гедимин. - На воздухе он свернулся и окислился. Он ещё годится или испортился?

Гор слегка наклонил голову и повёл лезвиями, быстро что-то спросил у аборигенов - отвечали ему в основном Скогны, а Бронны отчего-то обиделись.

- Всё годится, - сказал Гор Гедимину. - Он сейчас высохнет и станет твёрдым. Будет нужно - дольёшь воды и подогреешь. Только нужны ещё камни из Сфена Кислоты...

Гедимин кивнул и осторожно убрал сосуд под броню. "Камни из Сфена Кислоты временно заменим ксенофторидами. Где бы ещё найти десяток литров сеша для экспериментов..."

... - И верно - затвердел, - Вепуат потыкал тонким щупом в серый комок. "Лимфа", доокислившись, застыла странными волокнистыми пучками, свёрнутыми в полукольца. Гедимин просканировал её и долго разглядывал причудливую цепочку атомов на экране. Знакомых символов в ней было много, но незнакомых - ещё больше.

- Не могу понять, что оно должно делать, - сказал Вепуат, изучая данные сканирования. Гедимин пожал плечами.

- Опыты нужны. Когда-то нам обещали привезти реагентов...

Он замолчал - сразу с двух сторон загудели открывающиеся "двери". Из соседнего отсека выбрался Айзек, ему навстречу из шлюзовой камеры вышел Гор. Гирлянду из лепестков он перевесил на посох, но и там она смотрелась нелепо.

- Караван из Сэви пришёл, - сообщил страж. - Выйди, Айсиек. И Дим-мин пусть выйдет тоже.

Айзек мигнул. Вышедший из-за переборки Гварза с тяжёлым вздохом положил руку ему на плечо.

- Выйдем все. Устроим почётную встречу. Надеюсь, этот гений водяной магии не рассорил нас со всеми соседями...

Гедимин сердито фыркнул. "Чего? Какой ещё магии? Проверить бы Гварзу на эа-мутацию..."

- Окрестные долины цветут, - протяжно, нараспев проговорил Гор, поправляя лепестковую гирлянду. - Прекрасный вид посреди сухих холмов. Ваш лагерь окружён цветами.

"Окружён?" - Гедимин пристально посмотрел на него. "Сухие холмы?"

- Локальный подъём грунтовых вод, - прошептал ему в наушник Вепуат и подмигнул. - Можно считать, что эксперимент удался. Когда будешь строить свои плавильни с разделителем, придётся наставить ипроновых стенок. Не то и готовые отливки за расплавом ускачут.

Из другого угла шлюзовой камеры донеслось сердитое фырканье. Гварза смерил сарматов уничтожающим взглядом, но сказать ничего не успел - люк уже открывался.

Караван расположился поодаль от броннской кухни; приехавшие - белокожие Скогны - спокойно ждали, не спуская тюков на землю. Их животные залегли и захрустели гравием и остатками травы, но их морды были повёрнуты к стоянке Броннов - оттуда пахло недоеденной дичью. Гедимин на секунду задумался, была такая всеядность свойством их диких предков, или животным искусственно привили такую способность и такие привычки, но быстро вспомнил, что он не биолог, и что надо принять перед гостями дружелюбный вид. "Гор сказал, чтобы я вышел. Зачем?" - сармат скользнул настороженным взглядом по тюкам. "Привезли реагенты?"

Увидев сарматов, Скогны зашевелились, быстро переглядываясь. Среди них в этот раз было на удивление много старейшин; Гедимин не был уверен, что правильно опознаёт возрастные изменения у аборигенов, но их одежда была практически не видна под слоями бус, меховых хвостов и хитиновых пластин, - местная роскошь, килограммы сырья для цацек. Тот, на ком было больше всего меха, выпрямился во весь рост, развернулся к Гору и достал что-то из поясного мешочка. Говорил он быстро, с явным волнением, остальные согласно урчали и щёлкали когтями. Через пару минут он замолчал, протянул Гору предмет из синего металла и склонился над тюком, одним движением когтя взрезая верёвку. На спину вьючного зверя и вниз, на траву, посыпались светло-серые пласты - спрессованный сеш.

"Знакомая штука," - мелькнуло в голове Гедимина, когда он взглянул на небольшую отливку из рэссены. "Обрезок прута... Да ну, обычный полуфабрикат. Таких могут быть тысячи..."

- Дим-мин, ты узнал эту вещь? - спросил Гор, сжимая пруток крючковатой лапой. - Старейшины Сэви возвращают её тебе. Они говорят, что тот, кто тебя обманул, будет серьёзно наказан. Они очень жалеют, что рядом тогда не было никого из порядочных Скогнов, и никто не одёрнул этого мошенника. Никто из старейшин Сэви даже не подумал бы требовать целый рэссеновый слиток за дрянной мешок!

Скогны сидели молча, поставив вертикально острые уши, и как будто даже что-то понимали. Когда Гор замолчал, старейшина добавил что-то, глядя Гедимину в лицо, и, собрав в кулак волосы со лба и свисавшие к ним меховые хвосты, низко склонил голову.

Кто-то крепко ткнул Гедимина кулаком под рёбра. Тот только и успел мигнуть, когда Айзек силой всунул ему в ладонь обрезок прутка и шагнул вперёд, складывая руки в странном жесте.

- Скажи им, что мы не в обиде и ничего от них не требуем, - попросил он стража. - Что они могут спокойно вернуться в Сэви. Незачем было выходить в опасный путь из-за такой ерунды. У нас нет недостатка в рэссене и...

Гор щёлкнул жвалами.

- Лучше возьми виру, Айсиек. В Сэви сейчас большое беспокойство из-за той нечестной сделки. Дим-мин, зря ты не зовёшь никого, кто знает язык - если сам понимаешь плохо, мог бы позвать на помощь.

Гедимин мигнул, посмотрел на обрезок прута и растерянно покачал головой. "Нечестная сделка? Весь город кверху дном? Странные существа эти Скогны. Если рэссена такая дорогая, им же невыгодно отдавать её... И что такое вира?"

- Дим-мин, увидев нечто интересное, идёт к нему, как Текк"т сквозь скалы, - вздохнул Айзек. - Некогда искать переводчиков и бегать за советами. Значит, этот сеш привезли для Дим-мина?

Гор свёл лезвия вместе.

- Они хотят, чтобы вы забрали сеш. Из Сэви привезли ещё полосы гзеша и тающий песок - говорили, что вы ищете все эти вещи.

- Спасибо им, - Айзек вымученно улыбнулся. - Они очень быстро управились. Чего они хотят за этот груз?

Скогны заверещали, перебивая друг друга. Айзек удивлённо мигнул и перевёл взгляд на Гора. "Богомол" повёл лапами-лезвиями.

- Они просят разрешения охотиться вокруг вашего холма. Цветение привело сюда лучшую дичь. Они хотят на два-три дня, пока деревья цветут, устроить поблизости лагерь.

- Почему они просят у нас? - спросил Айзек. - Это не наша дичь и не наши деревья. И не далеко ли идти сюда из Сэви?

- Они говорят, что были в Синви по дороге - там все мечтают поставить лагерь у вашего холма. Они просят разрешения и для Синви, - отозвался Гор, жестом попросив Скогнов немного помолчать. В их глазах Гедимин видел странный блеск - если бы речь шла о сарматах, он решил бы, что существа до крайности взволнованы.

Айзек пожал плечами.

- Я не могу запретить им ходить по их степи. Край плато рядом с кухней свободен - если им удобно, пусть устраиваются там. На дичь никто из нас не претендует...

- Эй, - шевельнулся Гедимин. - Я претендую на червяков, которые нужны для гзеша. Только на их сок, остальное не нужно.

Гварза с тяжёлым вздохом приложил ладонь к лицевому щитку.

- Атомщик, у них же мастерские, - Айзек укоризненно сощурился. - Им тоже нужно сырьё. Убавь аппетиты, ладно?

Гедимин смутился.

- Литр мне, - буркнул он, отходя в сторону. "Теперь тут будет ещё больше аборигенов. И ещё больше странных традиций... Ладно. Может, повезёт подсмотреть у них технологию..."

...Сеш - чистый, ещё не смешанный ни с какими волокнами и тканями - хранили в виде лепёшек с неровными краями - видимо, так он застывал при просушке. Гзеш был нарезан полосами, и их скрутили для перевозки в пучки. Гедимин пересчитывал и взвешивал сырьё, Айзек первое время дублировал его записи, затем отошёл и только стоял чуть поодаль и смущённо щурился.

- Чего ещё? - недовольно покосился на него Гедимин. - Хочешь - сам веди учёт.

Айзек качнул головой.

- Ты чем-то задел их, атомщик. Этот груз - это очень много. Если это всё из Сэви - они выгребли из мастерских всё, что произвели за два-три месяца. Я думал, нам придётся отдать им немало рэссеновых отливок...

Гедимин озадаченно хмыкнул.

- Я думал, рэссена гораздо дороже этих... эластомеров. Я могу отдать отливки, но мне об этом никто не сказал.

Айзек покачал головой.

- Не надо ничего отдавать. Я просто говорю - местные к тебе неравнодушны.

Гедимин с сердитым фырканьем уткнулся в журнал учёта. "И что мне делать с этой ценной информацией?!"

..."Тающий песок" действительно держали в контейнере с подсветкой и подогревом - он был насыпан тонким слоем на дно сплющенной коробки, вокруг встроенного по центру осколка "горящего" минерала кейек. Гедимин тронул стенку ящичка, вырезанную из какой-то местной коры, и только покачал головой - хоть он и знал, что равнинную кору из огнемёта не спалишь, всё равно ему было не по себе от такого "хранилища".

Красновато-оранжевый камень излучал жар; желтоватый порошок, и впрямь похожий на очень мелкий кремнистый песок, лежал на дне коробки, не горел, не плавился и никуда не въедался - и вообще выглядел предельно безобидно. Вепуат "посветил" на него сканирующим лучом, посмотрел на экран и еле слышно хмыкнул.

- А ксенофтора в нём нет. Что-то другое... атом похожий, но крупнее. Хотя - это по твоей части...

- Галоген? - Гедимин сам взялся за сканер. Атомарные модели прибору давались с трудом - материя Равнины состояла из атомов, и в этом сомневаться не приходилось, но вот дальше начинался какой-то бред.

- Ещё один галоген, - подтвердил Вепуат и криво ухмыльнулся. - Ксенохлор?

Сканер показывал крупинки "песка", прилипшие к раскалённому до трёхсот градусов осколку. У Гедимина, помнящего свойства земных галогенов, по спине полз холодок, и всё время хотелось скомандовать "ложись!". "Ксенохлорид" лежал спокойно, притворяясь кварцем, как будто отродясь не умел ни гореть, ни взрываться.

- Говоришь, он реагирует в темноте и на холоде? - с нервной усмешкой переспросил Вепуат. Гедимин молча сузил глаза. "Звучит, как полный бред. Но вот эта реакция... отсутствие реакции... у меня на столе - тоже бред. Но мы его видим, а приборы фиксируют. Похоже, аборигены знают, что говорят. Проверим..."

- Выйди, - попросил он Вепуата, подбирая небольшую ёмкость с непрозрачными стенками и наливая в таз холодную земную воду. - Я тут... поэкспериментирую.

- Вот ещё, - фыркнул разведчик, усаживаясь на пол поодаль от пристроенного между столами таза с водой. - Я тоже хочу посмотреть.

Гедимин, досадливо щурясь, обернул столы защитным полем, ещё раз прикинул разлёт осколков и закрыл щитами литейную станцию. "И чтоб никто не влез..." - он прилепил к задвинутой переборке непрозрачный защитный пузырь и ухмыльнулся в респиратор. "Вытяжка работает, а осколки потом приберу."

- Sa tatzqa! - бросил он в сторону Вепуата и, держа непрозрачную пробирку под углом к свету, кинул туда пару "песчинок". Пробирка, брошенная в таз, ещё не успела коснуться воды, как сармат распластался на полу на максимальном расстоянии от неё. Вепуат удивлённо на него покосился, но повторить его действия уже не успел.

Вода в тазу приподнялась полутораметровым столбом и расплескалась по скафандрам сарматов и защитным полям. Гедимин, поднявшись с мокрого пола, с опаской заглянул в таз. В его днище зияла дырка с неровными краями, а из неё торчали крупные осколки. Пробирка раскололась аккуратно, на три длинных куска; Гедимин поискал донце, но, похоже, "тающий песок" его съел.

- Яд-дро Сатурна, - пробормотал Вепуат, вытирая лицевой щиток. Вода стекала по его броне.

- Кто бы мне ещё сказал, как это объясняется, - пробормотал Гедимин, поворачиваясь к столу. "Тающий песок" спокойно лежал в горячей коробке и не собирался ничего растворять. "Придётся его так и оставить. Всё-таки эти дикари умеют обращаться со своими реактивами. М-да, это даже не переменный период полураспада..."

- На меня ничего не попало, - сообщил Вепуат. Два дрона висели рядом с ним - один перед лицом, второй - за спиной; сам сармат пристально глядел на экран передатчика.

- Стой смирно, тебя просканирую. Если что-то попало, дезактивироваться будем горячей водой?

- Срежем поражённое место и довзрываем, - отозвался Гедимин. По ту сторону защитного поля уже отодвигалась переборка; сармат слабо надеялся, что первым вылезет Айзек, но уже видел под лицевым щитком чёрного шлема недобрый прищур Гварзы.

- Ещё одна диверсия? - спросил Кенен, угрюмо глядя на сарматов. - Неудивительно, что нергоны тебя вернули. Даже им ты...

- Большое дело - разлилась вода! - сердито фыркнул Вепуат, не отрываясь от сканирования. Из-за плеча Гварзы в отсек заглянул Айзек.

- Громко у вас разливается вода, - вполголоса заметил он. Гедимин уткнулся взглядом в пол.

- Ксенохлори...

Вепуат ткнул его кулаком под рёбра, и сармат замолчал.

Кенен Гварза протяжно вздохнул и оглянулся на Айзека.

- Ты ещё уверен, что нам не обойтись без этих клоунов? Завтра как раз декомпрессия, можно было бы их там и оставить.

- Кенен, - Айзек говорил сдержанно, но Гедимин видел, как он щурится. - Опыты Гедимина небезопасны, но рискует он всегда только собой. Помнишь, как ты осваивался на Равнине?

Гварза, похоже, помнил очень хорошо - он уткнулся взглядом в палубу и резко развернулся к своему отсеку. Айзек облегчённо вздохнул.

- Ничего серьёзного, просто вода?

- Мы уберём, - заверил Вепуат, снова ткнув Гедимина кулаком в бок. - Пробирка лопнула не вовремя.

- С ними бывает, - согласился Айзек, отступая в соседний отсек и задвигая переборку до упора. Гедимин приложил ладонь к рёбрам - тычки Вепуата оказались неожиданно чувствительными.

- Чисто, - доложил разведчик, пересаживая дроны себе на плечи. - На полу тоже. Соль ты собрал, остались считанные молекулы. Будешь ещё ставить опыты? Если да - с уборкой спешить не будем.

Гедимин качнул головой, глядя на подсыхающую лужу.

- Хватит на сегодня ксенохлоридов. Буду работать с эластомерами. Это вытрем. Зря Айзек роботов не взял...

...Порошкообразные ксенофториды Гедимин насыпал на дно. Что и в каком порядке кладут дальше, он не знал. Несколько секунд он косился на задвинутую переборку на входе в соседний отсек, потом махнул рукой и отмерил три одинаковые порции сеша. Реагент животного происхождения шёл последним - сармат растворил его в горячей местной воде и налил сверху, прежде чем беззвучно прошептать "attahanqa", закупорить все три ёмкости и запустить подогрев.

- Думаешь, сварится до отъезда? - с сомнением посмотрел на закрытую печь Вепуат. - Скогны что-то говорили про целый день...

Гедимин пожал плечами.

- Они говорили про два этапа. Первичная смесь сварится. А потом... ну, засуну обратно, когда Айзек вернётся.

...Радовало одно - все три ёмкости стояли на своих местах. Реакция в них шла долго - снаружи, как говорил Вепуат, уже основательно потемнело, до отъезда оставались считанные часы - но за всё это время печь ни разу не подпрыгнула, и Гедимин не услышал ни шипения, ни хлопка, ни излишне громкого плеска. Вскрывал контейнеры он с опаской, выставив между ними и соседними предметами защитное поле и включив вытяжку на полную мощность. Вверх рванули столбы пара, но этим всё и ограничилось. Три ёмкости до срединной отметки были наполнены тёмно-серой жидкостью.

"И греть ещё один день отдельно," - повторил про себя Гедимин, досадливо щурясь. "Вот что значит не соблюсти технологию. Как я извлеку отсюда порошкообразный реагент?!"

Он осмотрел все три ёмкости, посветил сканером - в жидкости просматривались слои разной плотности. Один из них по мере остывания опускался, другой поднимался ему навстречу, и Гедимин видел нитеобразные потоки перемешивания.

"Понизить температуру - и пусть стоит до следующей ночи," - сармат сделал пометку в лабораторном журнале и вернул все ёмкости на место. "Процесс идёт, перевозка ему не помешает."

... - А что, они не одинаковые? - спросил Вепуат, в последний раз оглядываясь на стол Гедимина; всё, что осталось там лежать, было прижато к столешнице защитным полем, да это и были всего лишь полосы гзеша. - Выглядят похожими.

Ремонтник поморщился.

- Выглядят. Двух одинаковых нет. Расхождение местами на полсантиметра. Кустарное производство - тяжело стандартизировать.

Вепуат еле слышно фыркнул.

- Может, и так. Но отмерить по линейке можно и вручную. Тут дефектоскоп не нужен.

Шлюзовая камера уже приоткрылась; в глаза Гедимину ударил красный свет каменных фонарей, и сармат слегка сощурился.

- Сомневаюсь, что у них там есть линейки.

В паре шагов от "взлётной полосы" бронехода, отмеченной фонарями, стояли волокуши Броннов и штабеля бочонков и корзин. Гедимин нашёл взглядом бочки с водой для умывания и озадаченно хмыкнул.

- Почему они здесь?

- Видимо, выгнали, - предположил Вепуат, глядя из-под ладони на дальние огни. Бронеход уже выворачивал к пологому склону, считающемуся тут дорогой (и даже, наверное, шоссе), с ним уезжали дроны-разведчики, - в темноту приходилось вглядываться самому. Гедимин взялся за сканер.

- Ты Калиг или Навкет? - громко спросил он, разглядев на экране рогато-шипастый силуэт за шатрами. Оттуда донёсся хриплый смешок.

- Калиг. Чего не спите, дневные существа?

- А ведь хорошая идея, - пробормотал Вепуат, глядя на шатры. Где-то там уже скрылся Гварза, и Гедимин почувствовал возрастающую сонливость. "И правда, хорошая."

- Почему Бронны здесь? Их согнали с места? - спросил он, недовольно щурясь. - Я не хочу, чтобы тут были свары, или кого-то обижали. Пойду скажу чужакам, чтобы вели себя скромнее.

Сразу проснувшийся Вепуат развернулся к нему, растерянно мигая, и заглянул в лицо. Калиг снова издал смешок, но на свет так и не вышел.

- Не видел, чтобы кого-то сгоняли. Там ещё ставили первый шатёр, когда Бронны перетащили кухню сюда. Им там и сейчас хватило бы места. Но если они хотят стоять тут, нужно ли им приказывать?

Гедимин недоверчиво хмыкнул. "Проверить, что там с шатрами..." - его мысли прервал протяжный зевок Вепуата, и сармату стало неловко. "Он увяжется за мной... Надо поспать. Схожу к шатрам под утро. Броннам тут вроде бы удобно... Надеюсь, этой ночью обойдётся без кочевников. И Айзек вернётся вовремя, и его не придётся искать."