# Кор-16: Мишка косолапый

Аноним Тыгыдым

Остросюжетный водевиль в семейных тонах

Утром отец обнаружил, что Алиса не ночевала дома, и в квартире Ивановых разразилась "буря". Мать Алисы придумывала на ходу сказки о том, что "Алисочка вот только-только убежала к подружке". Потап ухмыльнулся. Алиска, которая по субботам хорошо если к полудню просыпается, в девять утра к подружке убежала? Ну-ну.

Вообще-то, "буря" началась накануне вечером, когда отец узнал, что Алиса взяла крупную сумму взаймы в какой-то подозрительной конторе.

- Ты вообще понимаешь, куда вляпалась?! На что ты деньги брала? Чем отдавать собиралась? Ты видела, какие там проценты, и какие там отморозки сидят? Они тебя на куски порежут!

Отец кричал, стучал кулаком по кухонному столу. Алиса, как всегда красивая и спокойная, прислонилась к холодильнику и внимательно разглядывала отчима.

- Ты на что деньги брала, я тебя спрашиваю?

- На жизнь.

- На какую, твою мать... хм... на какую-такую жизнь, я тебя спрашиваю? На что тебе не хватает? Еда вон, за твоей жо... эм... в холодильнике полно еды - какой хочешь. Одета, обута. На какую жизнь?

- На приличную.

Потап знал, на что Алиска тратит деньги. На посиделки в модных кафе с подружками-студентками. На косметику и дорогие "побрякушки". Недавно чехол купила чуть не в половину цены телефона. Блестящий, красивый, но все равно - за что такие деньги?

Отец нормально зарабатывал, но никаких побрякушек и блестяшек не признавал. Мачеха сидела дома, якобы искала работу, и постоянно выпрашивала у отца то одно, то другое.

Потап вздохнул с высоты своих четырнадцати мальчишеских лет. Да, тяжело с этими бабами... но и без них тоже никак. Да, Алиска любит все красивое и блестящее, но сама она тоже такая... красивая. Очень. И подружки у нее тоже красивые, ничем не хуже тех моделей, которые в телевизоре крутятся.

Потап вздохнул и прислушался. Судя по голосам из кухни, буря усиливалась. Отец требовал правды, мачеха картинно всхлипывала и кричала, мол, "изверг, из-за тебя девочка расстроилась и сбежала, телефон отключила, где теперь ее искать, вдруг что случится - будешь ты виноват" и всякое такое.

Интересно, куда сбежала Алиска? К одной из подружек? Парня у Алиски нет: всех местных она считает нищебродами, мечтает про столицу. Может, туда и сбежала? Но это ж сколько денег нужно... Потап привычно представил себе как через пару лет займется крутым бизнесом (еще не придумал, каким), заработает кучу денег, и тогда Алиска с подружками перестанут обзывать его "мишкой косолапым" и мимоходом трепать по голове, как собачку, а посмотрят на него как... как на человека.

Потап знал, что проще пересидеть семейную "бурю" в своей комнате, но ссориться отец с мачехой могут еще долго, а есть Потапу хотелось уже давно. Зашел на кухню и попытался незаметно, по стеночке, продвинуться к холодильнику. Не тут-то было. Отец тут же набросился с вопросами. Мол, что он, Потап слышал, и что Алиса ему говорила.

- Да нужен я ей, со мной разговаривать, - буркнул Потап, и попытался открыть холодильник.

Вдруг донеслось привычное кряканье - на мобильный телефон пришло сообщение. Отец нажал несколько кнопок, прочитал текст - и швырнул телефон на стол.

- Что еще за приколы? Какого черта? Что твоя дочка сумасшедшая опять придумала?

Мачеха опасливо потянулась к телефону. Отец кивнул:

- Почитай, почитай. Порадуйся.

- Ваша дочь у нас... выкуп сегодня в полдень положите в синем пакете... под старым дубом. Если будут менты, получите труп... - мачеха громко икнула и посмотрела на мужа, а потом опять в телефон.

- Миша, что это? Миша, я... не понимаю... С неизвестного номера... какой... выкуп?

- А я что - понимаю? У Алиски своей спрашивай, что за шутки такие.

- Миша... Миша... - мачеха опять икнула, отец поморщился. - А если... если не шутка? Алиса бы не стала...

- Алиса бы не стала, говоришь? Может, и кредит неизвестно у кого не твоя Алиса брала? И до этого деньги у меня из кошелька не она вытащила? И то, что мы на проезд давали на месяц, не она за день потратила? И пьяной не она приходила от своих якобы подружек? Из института тоже не она чуть не вылетела?

- Но... это дети... у всех проблемы... подростковый возраст... Миша! - мачеха вскрикнула и всплеснула руками, - Миша, ты помнишь, в прошлом году, тоже в мае - девушку в парке нашли, мертвую. Ее... - мачеха посмотрела на Потапа, - ее изнасиловали и потом... убили... в том же парке, где старый дуб... Миша... это какой-то маньяк! - по лицу мачехи уже катились слезы.

- Какой маньяк, о чем ты бредишь? Маньяк узнал мой номер, маньяк написал дурацкое сообщение? Меньше сериалов смотри! Маньяки у нее за каждым углом...

- Пап, но Алиса ведь правда дома не ночевала. Где она тогда? - на свою голову решил вмешаться Потап.

- А где хочет, там пускай и ходит! Все, еще год до конца института, а дальше - сама! Пускай идет работать, съезжает из моей квартиры и что хочет, то и делает. Нечего за мои же деньги мне нервы трепать!

- Пап, а если... правда... может, это те, у которых она деньги занимала? Может, это они теперь выкуп требуют? Ты же сам говорил "на куски порежут"...

На этих словах мачеха зарыдала в голос.

Отец помолчал, подумал.

- Нет, ерунда это все. Знаю, как они работают. Они бы сначала звонили с угрозами, требовали долг вернуть. Какой выкуп? Там серьезные люди. Должен - верни. Никакие пакеты под старым дубом они выдумывать не будут. Детский сад какой-то... просто "выкуп", без суммы, пакет, дуб... Нет! Ерунда! Прибежит твоя Алиса, никуда не денется.

Потап вздохнул и начал продвигаться к выходу из кухни. Теперь отец упрется и будет настаивать на том, что это все шутка и выдумка, мачеха будет рыдать...

А что, если Алиска и правда в опасности? Нет, вряд ли. Дуб еще этот... Потап знал, о каком дубе идет речь. Огромное дерево в старом парке, недалеко от их дома. Когда-то это был парк развлечений, Потап помнил, как отец с матерью водили его покататься на карусели с лошадками. Он тогда выбрал черную, с золотым седлом. Потом в парке сломался аттракцион, похожий на "американские горки", два человека получили серьезные травмы. Аттракционы закрыли, парком перестали заниматься. Дорожки за несколько лет заросли травой, и на этих дорожках можно было встретить разве что желающих распить бутылку-другую, и самые смелые парочки, которым больше некуда было податься.

А что если... Потап задумался. Да, это идея. Только нужно быстро одеться, тихо выбраться из квартиры, чтобы не остановили, и не забыть взять с собой одну очень важную вещь.


Михаил оставил жену рыдать в кухне и ушел в спальню. Вечно у них скандалы из-за этой избалованной лентяйки Алисы. Когда Михаил женился на женщине "с прицепом", то догадывался, что придется этот "прицеп" воспитывать. Но как воспитаешь уже почти взрослую девицу, которой от матери ни в чем нет отказа? Теперь вот ночевала неизвестно где, и сообщение какое-то дурацкое... нет, это точно штучки Алисы. Чтобы, когда вернется домой, и начнет сказки про похитителей рассказывать, мать ахала, причитала, и забыла и про кредит, и про все на свете.

Позвонить в милицию? Михаил представил себе, каким дураком будет выглядеть, когда окажется, что это всего лишь дурацкая шутка, и как весь город будет смаковать эту историю, поморщился. Нет, нужно просто себя чем-то занять, пока Алиса домой не вернулась. Скорее всего, после полудня сразу и прибежит. Сейчас одиннадцать, не так долго ждать.

Михаил вспомнил, что так и не заказал сейф для пистолета, который ему по случаю достался практически даром от одного надежного человека. Да, не зарегистрированный - но кто их сейчас регистрирует? А пистолет пригодится. Хорошо бы еще сейф найти небольшой, недорогой и надежный. Михаил подошел к шкафу - именно там, в глубине нижней полки, хранилась коробка от обуви, временный, так сказать, "сейф" для опасного приобретения. Нужно точно измерить, чтобы не прогадать с размерами, а то придется потом возиться, возвращать сейф обратно и ждать новый.

Пистолета в коробке не оказалось. Михаил на всякий случай обыскал полку, потом весь шкаф - как никогда и не было. Может, покупка пистолета ему приснилась? Но вот она, коробка от обуви, и, если принюхаться, до сих можно уловить специфический запах. Был пистолет. Точно был. Михаил хотел было крикнуть, позвать жену, но сам себя остановил. Что он ей скажет, что хранил опасную вещь прямо в спальне, в шкафу?

Про пистолет никто не знал - ни жена, ни сын, ни падчерица. Или... Михаил выдохнул сквозь стиснутые зубы. А сам, когда он был пацаном, от него разве можно было в квартире что-то скрыть или спрятать? Он что, не знал, где что лежит в родительской спальне? Не таскал тайком особенные журналы, которые отец прятал в старых массивных фотоальбомах? Да, в первую очередь нужно поговорить с Потапом. Наверное, взял пистолет рассмотреть поближе или друзьям показать, и не успел вернуть.

Комната Потапа оказалась пуста. Михаил позвал сына, методично прошелся по всей квартире...

- Ты не знаешь, куда Потап ушел? - спросил жену, которая продолжала всхлипывать, но уже резала какие-то овощи для обеда.

В ответ получил что-то невнятное, но явно отрицательное.

Михаил пожал плечами, еще раз прошелся по квартире. Вернется Потап - нужно будет с ним серьезно поговорить. И по поводу пистолета, и вообще. И с Алисой тоже. И жене еще раз объяснить, что нельзя детей так баловать... тем временем на кухне раздалась громкая трель мобильного телефона. Михаил напрягся - вдруг опять что-то от фальшивых "похитителей"? По времени как раз почти двенадцать...

Жена ответила на звонок. Михаил прислушался. "Да... да... что? Куда? Вы ее видели? Мы уже выезжаем!"

- Алиса! Алиса! - жена влетела в спальню, бросилась к шкафу, достала первые попавшиеся брюки и начала лихорадочно одеваться.

- Что случилось? Куда мы выезжаем? Кто звонил?

- Алиса! - жену "заклинило".

- Я понял, что Алиса. Что с ней?

- В больнице! Алиса! А ты... ты... ненавижу!

С большим трудом, уже на пути к машине, Михаилу удалось разобраться. Звонила соседка по дому, пенсионерка, которая все свободное время проводила на лавке возле подъезда, или развлекалась походами по лечебным учреждениям. Звонила из больницы, куда привезли Алису. Конечно, соседка ее узнала, раздобыла через кого-то мобильный номер Михаила, и позвонила сообщить.

- Сказала: вся в крови! Она сама видела. И без сознания! И врачи вокруг нее сразу забегали!

- Вокруг соседки? - уточнил Михаил.

- Вокруг Алисы! Ты слышал? Вся в крови, без сознания! Сказала - в заброшенном парке нашли. Может, ее там пытали? А ты... ты... ненавижу!

- Это я уже слышал, - мрачно ответил мужчина, выруливая из двора на дорогу, и вдруг резко нажал на педаль тормоза.

- Ты что творишь? - взвизгнула жена.

- Яма, - коротко ответил Михаил. - Я тебя отвезу в больницу, возьмешь мою кредитку, снимешь наличные, разберешься, заплатишь там кому нужно.

- А ты?

- А у меня есть дело. Срочное.

Под крики, причитания и обвинения Михаил добрался до больницы, едва дождался пока жена выберется из машины, и резко тронулся с места.

Потап. Пистолет. Алиса в крови без сознания в старом парке. Михаил был уверен, что правильно сложил все детали этой головоломки.

Потап, скорее всего, еще раньше нашел пистолет в шкафу. Сегодня, когда пришло сообщение про выкуп, Потап потихоньку забрал пистолет и отправился в парк. Четырнадцать лет - самое время воображать себя великим героем, особенно с настоящим оружием в руках. Видимо, в парке Потап увидел шантажиста (или их было несколько?) вместе с Алисой. Выстрелил - но промахнулся, и попал в Алису. Скорее всего, шантажисты не ожидали стрельбы и разбежались. Может, Потап еще кого-то из них ранил. Хорошо, если у них не было оружия и в ответ они не стали стрелять, потому что... потому что... нет, конечно они не стреляли.

Потом, вероятно, сын позвал кого-то на помощь, или позвонил (плохо, если со своего мобильного, могут отследить звонок), Алису нашли и забрали в больницу. Сейчас с ней разбираются врачи, и он, Михаил, ничем ей не поможет. А вот Потап... мальчика нужно срочно найти. Выяснить детали: сколько всего было шантажистов, их приметы, куда Потап дел пистолет, кто его видел в парке и так далее. Четырнадцать лет - это не шутки. Это уголовная ответственность.

Михаил притормозил и набрал на мобильном номер сына. "Абонент не может принять ваш звонок". Плохо, очень плохо. Первым делом заехать домой - может, Потап уже вернулся и сидит у себя в комнате.

Увы, в квартире Потапа не оказалось, и не похоже, чтобы он приходил. Значит, ударился в бега. Это плохой вариант, очень плохой. Когда Алиса очнется (а Михаил больше всего на свете хотел верить, что рана у девочки не очень серьезная), то, скорее всего, расскажет, что стрелял Потап, и его начнут искать. Вряд ли избалованная девица оценит, что сводный брат хотел ее спасти, и начнет его выгораживать.

Сразу от дома Михаил порулил к ближайшему входу в заброшенный парк. Наверное, там уже работает кто-то из полиции - но вряд ли. Михаил знал, что в их сонном городе так быстро, как в американских фильмах, ничего не происходит. Пока врачи передадут информацию, пока кому-то это дело распределят, пока одно, пока другое... есть шанс, что Потап все еще прячется где-то в парке и можно будет его найти первым.


Михаил тормознул машину возле ржавых ворот, и быстрым шагом прошел в парк. Хотелось бежать, но лучше не привлекать к себе лишнего внимания. В парке, несмотря на дневное время, было сумрачно. Неухоженные деревья разрослись и почти не пропускали солнечные лучи. Старый асфальт на дорожках вздулся буграми, провалился ямами - Михаилу пришлось замедлить шаг. Кричать, звать Потапа - тоже привлекать лишнее внимание. Зато можно свистеть. Прогуливается человек по парку, насвистывает... а Потап, скорее всего, узнает знакомую мелодию "Мурки" и выйдет к отцу. Если, конечно, он не сидит сейчас где-нибудь на автовокзале или на железнодорожной станции, в попытке уехать из города. Но нет. Потап - мальчик умный, сообразит, что без денег скрываться не получится.

А что, если... Михаил перестал свистеть. Что, если Потап здесь, в парке, но... не может ответить? Вряд ли у шантажистов было огнестрельное оружие, а если - нож? Любой, да хоть кухонный, заточенный? Но если Потап ранен, то кто тогда сообщил про Алису? Здесь, в парке, ее бы до завтра не нашли. До сих пор Михаил, сколько прошел, никого не встретил. Нет, сообщить мог только Потап. Значит, он в порядке. Конечно, испуган. Конечно, прячется. Но - в порядке.

Михаил резко остановился и перестал свистеть. В кармане вибрировал телефон. Может, это Потап? Нет, звонила жена. После порции неизбежных вопросов о том, что у него за такие срочные дела, и когда он собирается в больницу, Михаил узнал, что Алиса уже пришла в сознание.

- И что... она сказала, кто ее... что с ней случилось?

- Нет, она не помнит. Врачи говорят - такое бывает, что позже наверное вспомнит, обязательно. Но меня она узнала, и сказала, какое сегодня число - так что все хорошо и обязательно нужно...

Михаил выдохнул. Неужели Алиса все же решила "прикрыть" Потапа, не хочет на него доносить и придумала, что ничего не помнит. Пускай хотя бы так, дальше будет видно.

- Да-да, все будет хорошо. Денег достаточно? - прервал жену Михаил.

- Да, а когда ты...

- Когда получится.

- Ладно. Кстати, я Потапа домой отправила.

- Ты... что? - Михаил споткнулся о какой-то корень, и чуть не пропахал носом асфальт.

- Он в больницу пришел, наверное, ему кто-то сказал про Алису. Про тебя спрашивал. Я его домой отправила, зачем ему тут сидеть. И телефон у него разрядился совсем, так что...

- Да, я понял. Сейчас заеду домой, и потом приеду в больницу.


Потап лежал на кровати в своей комнате и смотрел в потолок. Глупо все получилось. По-дурацки. Теперь еще придется как-то отцу объяснять...

Хлопнула дверь.

- Потап! - голос отца не предвещал ничего хорошего.

Мальчик едва поднялся с кровати, как отец влетел в комнату.

- Сядь! Первый вопрос. Где пистолет?

- Что? - Потап опешил. Он ожидал чего угодно, но только не этого. - Какой пистолет?

- Слушай, Потап, сейчас не время. Просто скажи - куда ты дел пистолет?

Потап упал на кровать и схватился руками за голову. Неужели, в конце этого длинного дурацкого дня, еще и отец решил сойти с ума?

- Ты понимаешь, что время сейчас работает против нас: против тебя и против меня? Мне нужно знать, что ты сделал с пистолетом.

- Папа, - глухо сказал в подушку Потап. - Какой пистолет?

- Пойдем! - отец схватил мальчика за руку и заставил подняться с кровати.

Потап послушно пошел за отцом в спальню. Отец открыл шкаф и вытащил с нижней полки коробку.

- Вот из этой коробки ты взял пистолет.

- У тебя был пистолет?

- Ты издеваешься?! Ты что, гребаный шпион на допросе? Да! У меня был пистолет! Ты его взял! Из гребаной коробки! Пошел в гребаный парк! Выстрелил в Алису!

Потап еще никогда не видел отца в таком состоянии. Мальчик сжал кулаки.

- Я тебе сказал. Я тебе говорю еще раз. Я не знал ни про какой пистолет. Я не брал никакой пистолет. Алиска с дуба упала!

- Куда ты дел... Что? Упала... с дуба?

- Да. Я пошел в парк. Я знаю, где там можно спрятаться, чтобы хорошо видеть этот дуб. Мы с пацанами... не важно, в общем.

- То есть ты...

- Я подумал, что Алиске опять нужны деньги, и она все это придумала, чтобы ты денег принес... в синем пакете. Хотел поймать ее на горячем. Сфоткать на телефон, когда она будет крутиться возле дуба. Я даже пакет захватил из дома, синий.

- Так. И она пришла туда, к этому гребаному дубу?

- Да. Пришла заранее, я хорошо ее видел. И полезла на дуб.

- Полезла?

- Ну да. Там есть такие ветки, можно залезть, довольно высоко. Мы с пацанами... в общем, можно залезть.

- И она залезла?

- Ну... почти. Там некоторые ветки сухие, на них лучше не становиться.

- А она?

- Наверное, встала на сухую ветку. В общем, упала она. Я когда увидел, сразу подбежал. Там кровь была... я сразу позвонил в "скорую". И ждал...

- А нам почему не позвонил? Мне?

- Телефон разрядился, я еле успел в "скорую"... я фотки делал, и зарядка была не полная...

- И ее увезли?

- Да, пришли с носилками, забрали... я с ними - до машины, но в машину меня не пустили. Я пешком в больницу пошел. Спросил, куда ее повезут...

- Какой идиот. Господи, какой же идиот...

- Я не хотел!

- Да это я не тебе вообще.

Отец и сын помолчали.

- Ты... ты будешь сильно меня ругать? - нарушил тишину Потап.

- И тебя, и Алису... и себя тоже, - ответил отец. - Но я все равно не понимаю - куда же делся мой пистолет?


И только через месяц, из случайного разговора, Михаил узнал, что кто-то якобы слышал, что кому-то неплохой пистолет очень недорого продала "девчонка Ивановых".