# Мямля

Андрей Андреевич Уткин

- Спорим, что я самый крутой перец? - подбежал какой-то шкет к Мямле. Мямля был, как чебурашка, который постоянно ищет себе друзей. Он пришёл на тусовку, чтоб познакомиться с какой-нибудь кралей, и через неё уже найти себе друзей... А то неудобно, если прямо к парням обратиться с таким вопросом: они подумают, что Мямля голубой. Только не поймут, кем себя возомнил этот псих (шлюшкой или наоборот насильником), поэтому монотонно проигнорируют любые его заискивания. То есть, именно по этой причине Мямля искал себе подружку, а не для того, чтоб запихнуть в неё какую-то там свою грязную штуку. Правда, он не умел запоминать приходящие ему в голову мысли, поэтому все его желания проходили вне Мямлиного сознания. Как это называется, он сначала делал, а потом думал. Именно так обстояли дела и с его поисками девушки: он очень сильно хотел с нею познакомиться, но зачем, для чего - об этом он даже и не думал. Ему просто пацаны были нужны. Ему хотелось покуролесить, потому что он смотрел, как "оттягиваются" другие и страшно завидовал, когда видел перед собой шумные весёлые компании, которые громко гогочут и обнимают девиц...

Так вот, Мямля сам не зная как забрёл в подворотню. В сквозной проезд... Это такой тоннельчик с углами и поворотами... Там он увидел компанию гопников с девицами, но около часа мялся, не мог никак к ним подойти и завязать разговор... Именно это его очень злило: почему им всем радостно, хорошо, а ему постоянно уныло или неловко. И наверно из-за того, что он ходит вокруг да около (топчется с ноги на ногу, стартует-тормозит, пытаясь приблизиться к гопоте с девицами), Мямля привлёк внимание этого придурка. Мямля его впервые в жизни видит, но уже успел обратить внимание на то, что он полный придурок.

- Я-то хоть умный, - объяснял ему Мямля, - а у тебя даже на лбу написано, что ты полный дубина! И с чего ты взял, что ты какой-то там крутой?

- Ну, вот видишь ту красотку в цветастом платье? - показал он ему на какую-то лохушку. Её платье по цвету чем-то похоже на семейные труселя.

- Ага, она самая красивая! Вот именно с ней я хотел...

- Спорим, - перебил его этот шкет, - что я сейчас к ней подойду, а она меня, только увидит, как сразу пообещает, что готова со мной замутить. Отдаст мне свои трусики! Спорим? Я даже говорить ей ничего не буду. Ну, если не веришь, то можешь подойти и послушать!

- Извини, я запутался. Что-что она тебе сделает?

- Ну, сразу, как мы с ней уединимся, она начнёт снимать с себя трусики!

- Да ты бредишь! Какого фига перед тобой вообще, хоть какая-то завалящая...

- Да хватит причитать! Давай подойдём к ним, если не веришь?!

И они вдвоём подошли.

- Ну, и что же она на тебя даже не посмотрела!

- О! Дак она даже не увидит меня, а уже захочет... Ну, это самое, захочет снять трусики!

- Да что ты заладил с этими трусиками!

- А чё ты надо мной всё время насмехаешься?! Думаешь, я такой лошара?! Вот, смотри, доказываю!

И он делает шаг в её сторону, резко задирает ей юбку, стягивает с неё трусики аж до асфальта и убегает. Что самое хреновое, он успел приклепать краешек задранного платья к её волосам, а трусики - намочить в грязной луже. И получилось так, что вся компания перевела внимание друг с друга на неё и девки начали гоготать, показывая пальцами, потому что платье этой "красотки" было задранным чуть ли не до сисек и срам (небритый лобок) всем на виду.

Поскольку трусики были намочены в слякотной луже, девице пришлось снять их с себя полностью, да с визгом помчаться прочь, потому что она не успела бы отрезать заклёпку от волос, а платье портить не хотелось. Это было любимое платье, подаренное ей ещё аж бабушкой.

- Э, ботаник, это ты сделал? - посмотрели гопницкие насмешливые рожи на этого хлюпика. А он растерялся и не знает, что ответить.

- Снимай с себя трусы, - подсказали они ему.

- Нет, это не я! - испугался он. Дескать, что, если все увидят его "бритый" лобок, как у гомика? То есть, он не брил свои лобковые волосы, а они просто тупо не росли, но гопникам и их тупоголовым тёлкам же ничего не докажешь...

- А кто, если не ты? Может, оно само всё сделалось?!

- Это другой... Пацан какой-то... Я его не знаю... Ну, я просто мимо проходил.

- И в какую же ты сторону проходил? Там дальше тупик.

- Там не тупик! Там сквозной проход, - испуганно завизжал он и побежал вглубь всей этой подворотни. Но в конце упёрся в кирпичную стену. Дело в том, что он не мог побежать в ту сторону, из которой он сюда пришёл, потому что никак не удалось бы пробежать сквозь этих ребят.

- Куда ты убегаешь, сосунок? - приблизились к нему всё эти молодчики.

- Это недоразумение... - не переставал мямлить тот.

- Ты, петушиная шлюшка, думаешь, что своих нашёл? Думаешь, что над тобой сейчас надругаются, доставят тебе удовольствие, поэтому в догоняшки решил поиграть?

- Я правда ничего такого не думал! Меня провели...

- Короче, отрезай себе член. Есть такие шлюхи, которым не нравится, что их насилуют все, кому не лень, поэтому они, чтоб хоть кому-то отомстить, нападают на малолетних. Дак вот, ты сейчас будешь отрезать себе свою нападалку! Понял?

- Ну хорошо, допустим, вы мне не верите. Но скажите на милость, как тогда убежал этот пацанчик, если здесь коридор, замурованный кирпичной стеной?

- Мы не понимаем, про какого ты пацанчика нам всё время гонишь! К тебе что, правда кто-то подошёл и разыграл тебя? Даже если так, то мы его не видели, иначе бы он пробежал сквозь нас. А сквозь кирпичную стену он не мог просочиться. Что ты на это скажешь?

- Я не знаю.

- А мы знаем. Этот паренёк тебе просто приснился. Он исчез, потому что был привидением. То есть, ты ещё и под кайфом?

Но Мямля понял, что так просто он с ними не договорится. Но ему показалось, что выход всё-таки есть. Потому что наркотики он не принимал, сумасшедшим не был (персонажем Достоевского из повести "Двойник"). Тут просто стена так странно выглядела, как будто её недавно замуровали. Цемент мог ещё не затвердеть. Поэтому он решил проверить. Он с прыжка лягнул эту стену... И, точно, в центре удара подошвой Мямлиной ноги кирпичи начали проваливаться. Он ещё раз подпрыгнул и толкнул правой ногой. Кирпичи провалились...

- Что такое? - удивился он.

Он оглянулся назад. Посмотрел в ту сторону, где стоит гоп-компания, но вокруг было совершенно пусто. Никакой гопоты во всей этой подворотне не было.

- Я что, правда, сошёл с ума?!

- Ты не понял! - завопил очень знакоменький голосок из простреленной "раны" - двух-трёх выбитых кирпичей. - Это не ты сошёл с ума, а я не сошёл!

Это был тот мальчишка, который его подставил перед обкуренными гопниками.

- Чего? - не понял его Мямля. То есть, прозвучало, как "чё".

- Ну, это ты же давеча мне пытался доказать, что я типа опухшего?! А я хотел тебе доказать, что как раз у меня-то с головой полный нормуль! Ты удовлетворена, деточка?!

- То есть, - заговорил Мямля, - ты хочешь сказать, что так быстро успел замуровать стену?

- Ну, конечно! - хохотнул тот самодовольно. - Это же пара пустяков! - Мол, что за глупости ты у меня спрашиваешь.

- А зачем ты меня так подставил?!

- А откуда я знал, что они меня не заметят? Я думал, что они увидят меня и погонятся за мной, поэтому остановил время и начал спокойно себе замуровывать стену.

- Да даже если ты умеешь останавливать время, всё равно я тебе не верю! Какой смысл тебе замуровывать проход, если можно просто убежать? Необязательно идти в магазин, покупать материалы: кирпич, раствор, да начинать замешивать его в своей моче!

- Ну, дело в том, что эта стена ещё до меня была замурована. Я просто очень сильно испугался, прыгнул в неё, а кирпичи легко сдвинулись и провалились.

- Да будет тебе заливать! Ты лучше объясни, как тебе удаётся время останавливать?

- Так же, как и тебе. Ведь это ты его сейчас остановил своим страхом, а не я! Вернее говоря, ты испугался этих гопников и перенёсся на несколько часов назад. В то время, пока их ещё не было здесь. Пока они сюда не припёрлись и не начали здесь точить лясы.

Пока они разговаривали, пацан вылезал из той пробоины в кирпичной стене. По одному вытаскивал кирпичики, как будто разбирал детские пазлы. Дескать, собирать он их совершенно никогда не умел, но зато очень хорошо научился их разбирать.

- А почему там темно? - кивнул Мямля в сторону кирпичной пробоины. - Ведь там должен быть выход.

- Если бы был выход, - усмехнулся тот, - меня бы возле этой стены не было. Соображай, тупица!

И пацан ему всё-таки объяснил:

- Вот, какой же ты всё-таки тугодум, а?! Там точно такая же стена. Я остановил время, сделал вторую стену и стоял между этими двумя стенами. Теперь дошло?!

- Опять "остановил время"!

- А что тут такого странного?! Ты, как будто ни разу не останавливал или не возвращался назад во времени?!

- А что, по-твоему, любой умеет это делать? И вообще, это просто, как два пальца! Да?

- Ой, извини, я совсем забыл! Я же второй раз живу. То есть, я помню то время, когда был стариком в прошлой жизни.

- Ну, и что ты там помнишь?! - Ему уже потихоньку начинал надоедать этот бред.

- Я помню, что время начинало нестись с какой-то бешенной скоростью! То есть, не само время, а то, как я его воспринимаю. Я несколько раз старел и каждый раз одно и то же: под конец время слишком быстро торопится. И вот, мне пришла в голову такая мысль: а что, если, когда я маленький, то можно пытаться останавливать время? И вот, в следующей своей жизни я попробовал и, оба-на, легко получилось!

- То есть, ты хочешь сказать, что чисто мысленно приказал своему времени остановиться и всё вокруг замерло в неподвижности! Так?

- Ну, да.

- А почему?

- Ну, не знаю, почему. Просто все относятся ко времени, как к какому-то ворью. Мол, оно только воровать умеет, совершенно ничего не отдавая взамен. Ну, и я проверил, и оказалось, что неправда. Когда человек старый, то время, как будто набирает скорость. А, когда он маленький, то оно может остановиться, если он очень-очень его попросит. Знаешь, как кошмарный сон тебе снится, в нём тебя преследует чудовище... А потом ты резко просыпаешься! Вот так и в жизни должно быть. То есть, пока ты малолетний и можешь попросить время, чтоб замерло, либо, чтоб оно вернуло тебя на несколько минут назад и ты смог бы обойти другой улицей ту аномальную зону, на которой ты попался на глаза чудищу и оно после этого начало тебя преследовать. А как ты думаешь, что будет во сне, если бы ты не проснулся? Оно бы тебя просто начало живьём пожирать?! Нет, я думаю, оно бы тебя сначала "растерзало"! Изнасиловало перед этим. То есть, именно так, как те гопники, от которых ты успел так ловко смыться. Вообще, эти мерзкие рожи, которые думают, что, раз ты слабее, либо младше всех этих детин, то ты стопудово шлюха пидорская! Вообще, относятся к тебе, как к шлюхе или как к ненормальному, даже если напрямую тебе этого не говорят. А когда ты взрослеешь, то смотрят на тебя, как на насильника...

- Чё ты там всё время лопочешь, придурок? - надоело Мямле слушать этого странного собеседника. - Ты не мог бы покороче выражаться? А то, как начнёшь пороть горячку, так и остановиться не можешь...

- Ну да, я понимаю, в чём проблема. В том, что люди не запоминают свою прошлую жизнь.

- А ты, значит, запоминаешь! - совсем уже развеселился Мямля. - Ты у нас какой-то там сверхчеловек! Да? Особенно смешно, если учесть твою подколку. Как ты приколол девушкины трусики к этой грязной слякоти на асфальте! Он настолько мерзкий, что она даже надевать их не стала! Прямо здесь и оставила, как ты и обещался мне! Да?

- Ну, я просто подружиться с тобой хотел! Я ж не знал, что ты не побежишь? Будешь стоять и ждать, пока эти быки тебя не отбуцкают. Я думал, мы резко смоемся от них вдвоём, а потом будем стоять и гоготать там, как бешеные.

- Да?

Наверное, Мямля ещё что-то хотел добавить к этому сказанному "да", но, поскольку промямлить было больше нечего, то он, только что и делал, как стоял, да пережёвывал сопли. Дело в том, что у него никогда не было никаких друзей. Просто пацанвы, с которой можно гулять, орать и зацеплять баб. Это было его самой болезненной темой. Он просто рехнулся на почве того, что у него совершенно нет никаких друзей. А ему так хотелось, чтобы всё было весело и классно. Он видел эти шумные-весёлые компании... И ему становилось так противно, что хотелось повеситься со злости. Иногда у него напрочь сносило крышу и он начинал кидаться в них из окна яйцами (и дико бесился из-за того, что ни разу не мог попасть, а денег было жалко, так как яйца стоили очень дорого). Иногда он звонил по "0-2", если ночью сильно шумели вечеринки за стенами. Наряд приезжал и каждый раз забирал его в обезьянник, потому что за стеной никакого шума слышно не было, а соседи всё время объясняли оперативникам про Мямлю, что ему постоянно какие-то вечеринки мерещатся. Дескать, он и сам к ним всё время барабанит в дверь среди ночи. Как все соседи не отключают звонки на ночь, ничего не помогает.

Вот и сейчас Мямля ждал, что шпанец покажет ему свою "мыльницу", с записью Мямли, который сам задирает юбку у этой девушки, а не его "двойник", но шпанец так ничего ему не показал, а удалялся, удалялся и удалялся.

Он шёл, конечно, в ту сторону, где не было слоёной ерунды с безумным множеством кирпичных стен, налепленных этим малым. Власти не успевают их разрушать, потому что это сквозной проход и людям, спешащим на работу, очень долго нужно обходить, если залепить стеной именно этот "сквознячок". Но подросток всё выстраивает и выстраивает, всё новые и новые стены... Он тоже, как и его несостоявшийся друг, помешан на одном и том же: всё время подловить какую-нибудь компанию молодчиков и заманить нового Мямлю в эту подворотню.

Удалявшийся пацанёнок на какое-то время остановился. Просто, чтобы всмотреться в лицо сильно погрустневшего Мямли, словно вовнутрь.

- Не, если ты недоволен, то я могу, смотри как... Я могу с тобой поделиться! Хочешь?

- Да, хочу! - прокричал Мямля. Он даже не спрашивал, что "хочу". Просто прокричал, хоть что, лишь бы тот не уходил. Хоть как-то мочь его удержать. Потому что, если скажет "нет", то тогда он вообще больше уже не увидит этого шкета.

- Я могу, - продолжал тот тараторить, - перебросить на тебя большую часть своего дара...

- Чего?! - на секунду запутался Мямля.

- Ну, просто я сейчас старик, - принялся объяснять тот. - Эдакий старый козёл, который клеится к малолетним. Старпёр фигов. Сейчас моё время бешено летит, сумасшедше торопится. И я могу на тебя эту фигню перебросить! Понял? Ты будешь, как будто бы уже очень сильно состарился... Понял? А потом, когда ты реально состаришься, то сможешь останавливать время. То есть, мысленно приказывать ему остановиться. Ну, или сможешь вернуться во вчерашний день и пережить его заново. Так можно делать, если ты не воспользовался в малолетстве данными тебе... этими самыми... Ну, когда ты со временем свободно обращаешься, как будто оно из пластилина.

Когда он всё это молол, то одновременно сдирал с себя резиновую "обёртку". Это была какая-то необычная резина, которая сжимала сморщенного старикашку так сильно, что тот аж уменьшался в размерах. То есть, сделался слишком маленького росту и выглядел, как малолетний сорванец. Теперь перед ним стоял старый бородатый хрыч. Он городил всю эту словесную ерунду и одновременно швырял в опешившего Мямлю срываемые с себя кусочки резины. То есть, как он сказал, "перебрасывал" свой дар. И, пока кусочки летели Мямле в лицо, он чувствовал, как время начинало всё быстрее и быстрее нестись. Грязные, нечистые кусочки шлёпались о его лицо, падали Мямле под ноги и, словно бы испарялись, потому что, если посмотреть на Мямлю чисто со стороны, то над исчезающими налету резиновыми кусочками, поднимался такой чёрный вонюченький дымок. Как будто сажа, которая плавает в раскалённом столбе воздуха, из-за чего кажется, что куда-то ввысь тянется столб чёрного мерзкого дыма. Но, поскольку сажа попадала Мямле в лицо, то Мямля, не просто превращался постепенно в трубочиста или в шахтёра, но и сильно раскашливался, поскольку сажа попадала ему в носоглотку, в лёгкие... В глаза и в уши. В ходе чего Мямля постепенно переставал слышать. Старый поносник надрывается, лопочет ему что-то там... Но потом он зато понял, что его не слушают и начал орать так мощно, что в Мямлино лицо летели аж брызги. Из-за чего Мямля понял, что этот негодяй пробрался к нему в голову (чисто мысленно пробрался) и орёт уже там. Но орёт так бешено громко, что Мямля ничего не слышит, кроме монотонного, то есть, гортанного шума. И, как этот старик ни ори, но только время зря тратишь. Потому что Мямля очень быстро состарился (прямо на виду у вопящего старика) и свалился замертво. Его туловище, чуть позже, потом рассыпалось в прах.

- Вот гад, - пробурчал старик напоследок, - так быстро рассыпался, что я даже не успел прокусить ему шею и, хоть чуточку промочить горло... Нового что ли искать?

И он побрёл дальше. Под словами "прокусить шею" он имел в виду вампиризм. То есть, он собирался успеть испить крови до того, как оная коснётся асфальта и, если случайно появятся свидетели всего этого преступления, которое старик устроил в данной подворотне (то есть, кто-то будет подглядывать из-за угла), то коснувшаяся асфальта кровь будет прямой уликой. Полицаи подойдут к старику и скажут ему: "Дак ты и есть тот маньяк, который шастает по нашему городишку и выпивает у людей кровь? Давай-ка мы доставим тебя в отделение и ты нам расскажешь, куда прячешь трупы! Ну, мы просто изыскались уже все: даже экстрасенсов привлекаем в поисковые группы, но ничего не помогает. Экий ты ловкач..."