# Мори-гяру

Toeden Weiss

Зарисовка про стиль и субкультуру "mori kei" или "лесная девушка".

Мияко просыпается за пять минут до утреннего будильника, потому что пыль щекочет ей нос. Мельчайшие ворсинки шерсти, бумажной трухи и старой пудры. Пудреннице уже лет пять.


Мияко встаёт, чтобы распахнуть форточку. В её маленькое княжество врывается по-ночному холодный ветер. Он будит тюлевые занавески, пробегает по вязаным салфеткам на столе и комоде, дотрагивается до смятой полосатой простыни, напитывая её горьким запахом опавших листьев. Он беспокоит побеги традесканций и горшочного плюща, что вьются вдоль шнурков и кистей макраме над комодом. Только до верхних антресолей, где хранятся зимние ботинки и плёночный фотоаппарат, ему не добраться. Солнце едва встало, поэтому танец пылинок Мияко наблюдает в свете потолочной лампы.


Утро на границе ноября. Все прошлые месяцы перемешались, смяты и сметены. Большая уборка.


Расческа покоится на одной из ажурных салфеток, среди деревянных ящичков, шкатулок и пары стеклянных флакончиков. Мияко расплетает косички, впускает зубцы расчёски в густые некрашеные локоны.


- Маша! Маша!


Зовут к завтраку.


Овсянка с фруктами и чай. Мияко не замечает их. Впереди у неё ломтик осени: стук трамвая, институтский двор.


- Поезжай на маршрутке, доча! Нужна тебе эта толкучка!


Мияко мотает головой.


Каштановый, чуть подбитый блеск кожаных ботинок, лакомый стук каблука по мостовой. Кружева на пальто переплетены со слабыми мускусным запахом. Вязаные гетры мягки, как мох, полосы бегут по ним шустрыми жучками. В общем, Мияко погружается в улицу, как в охапку листьев, и даже почти зимний холод - лишь пряная приправа к тёплому пирогу изо льна и шерсти, которым сытится её кожа.


Пусть высятся бетонные скалы, хмурятся тени горожан! Умиротворение оленёнком бежит подле Мияко.


В институте, ласково улыбаясь, она тихим, как мятный чай, голосом приветствует сначала одногруппников, а затем других верных друзей - их она достает из перекидной сумки на клапане, вязаной сумки в виде жёлудя. Это: тетради на пружинках, термокружка с зайцем и целая стайка цветных ручек и маркеров в пенале. Пенал тоже вязаный.


- Слышь, ты чё меня игноришь? Я тебе весь вечер в дискорд писала. Там новые фигурки Сильваниан выпустили!


Мияко подымает голову. Её всегдашняя соседка по парте, Рицу, стоит над ну не ней рассерженно уткнув руки в боки.


- Ритка разбушевалась! - посмеивается одногруппник за соседним столом.

- Не Ритка, а Рицу! Тупой нормис!


Одногруппник уворачивается от оплеухи. Мияко вздыхает:


- Извини, опять забыла выйти в сеть.

- Зачем тебе вообще такой мощный телефон, если ты им почти не пользуешься. Мажорка.


Рицу прямолинейна, словно кабан в зарослях. Мияко знает - подруга не со зла.


- Чтобы он не устарел через два года и не отправился на свалку...

- Ноблесс облидж, - бормочет Рицу.

- Я приготовила тебе бенто, - примирительно сообщает Мияко.

- Другой разговор!


Начинается пара. Мияко пишет конспект. Из-под определений прорастают папоротники, новый параграф отделён от старого колонией опят. Иногда лесная девушка краем глаза смотрит в тетрадь подруги, где округляется очередной набросок Эпплджек, подкрашенный всё теми же цветными ручками из пенала Мияко.


- Рицу, не увлекайся, - просит Мияко, заметив, что та выкрашивает оранжевым всё тело пони.

- Те шо, жалко? - шипит Рицу. - Ты себе тыщу таких можешь купить и не заметить.

- Я же тебе говорила. Бери столько, сколько необходимо. Закон леса.

- Опять рамки! Везде рамки!

- Но иначе...

- Маша! Рита!


Лекторша смотрит на девушек с укором. Мияко умолкает. Рицу накрывает рисунок ладонью и бросается конспектировать.


Но инцидент не исчерпан. Двадцатиминутный перерыв приводит подруг в столовую, и там, за круглым пластиковым столиком, у стены с наклеенным видом на водопад, Рицу роняет изо рта огрызок сосиски-осьминожки, чтобы упрекнуть:

- Тебе про Сильваниан совсем не интересно, да? Знаешь, Мияко, мне кажется, ты ненастоящая лесная девушка.

- Разве ненастоящая?

- Это доказать можно на раз-два. Вот, сейчас я открою Тумблер и зачитаю тебе кодекс мори, раз ты его забыла. Лесная девушка должна... Так, вести себя скромно, задумчиво, любить природу, одиночные прогулки и книги, излучать уют и чистоту нрава. Ну, этому ты научилась, не спорю...


- По-моему, я всегда такая была. Оттого и получается, что я - мори.


- Нет, не получается. Смотри дальше: мори должна ходить по магазинам книг и подержаных вещей, носить много слоёв бижутерии на тему природы. Где она, м-м? Так, использовать натуральную косметику... Ещё пишут: настоящая мори любит проводить время в маленьких кафе - а ты пьёшь из термокружки. Ну и наконец, - Рицу торжествующе суёт телефон прямо в лицо Мияко, - мори должна коллекционировать милые штуки на тему леса и природы! Но из нас двоих Сильваниан почему-то интересны только мне. Это нечестно. Я с тобой дружу, а ты предаёшь наши общие интересы? Да я уже больше мори, чем ты.


Мияко, не отвечая, только улыбается. Когда Рицу замолкает, она берёт салфеточку и стирает с подбородка подруги капельку кетчупа.


- Не люблю позеров, - бормочет Рицу, запихивая в рот салат.


После занятий Мияко вновь хватает улицу за мизинец. Вдоль осинок и раскидистыхиклёнов, пусть это и кружной путь, Мияко добирается до большого супермаркета.


Мускусная нить растворяется в запахе дезинфектора, отчего лесная девушка на минуту теряет кусочек себя.


Сложив в авоську ломоть тыквы и пару яблок, она движется к кассе неуверенным шагом, как слепая - жмурясь от ламп. Оленёнок дожидается на выходе, рядом с чьим-то привязанным спаниелем.


Ряд косметики заставляет её остановиться. Красота и нежность, разлитые в баночки. Эссенции заботы, карамельки для пальцев и щёк... Духи. Капли росы с цветов, застывшие кристаллами.

Мияко берёт в руки тюбик крема. Матовая, чуть шершавая поверхность - так естественна, так далека от глянцевых дешёвок... Эфирные масла. "Настоящая мори должна", написано в кодексе.


Где-то в оковах колодок бьются десятки кроликов. Головы зафиксированы. Глаза зверьков широко раскрыты, налиты краснотой.


Мияко ставит тюбик на место.


Тыкву и яблоки пробивают на кассе, пока Мияко бежит по туманной просеке вслед за топотом кроличьих лапок. Окликают:


- Девушка! Девушка! Нужен пакетик?


Волна выносит на берег тело дельфина.


- Нет, - говорит Мияко. - Пакетик не нужен.

Оленёнок, подкравшись сзади, тычется мягкими губами ей в ладонь.