# Слова

Xoma Sleepy

Слова.


Василий не помнил, когда стал коммунистом. Может быть, в девять лет, когда глядя, на расстрел Белого Дома, он болел за запершихся в нем людей. А может, в четырнадцать, когда дефолт девяносто восьмого года едва не поставил крест на жизни его отца, не выдержавшего напряжения и попытавшегося покончить с собой. Или все же в семнадцать, когда он запоем за ночь проглотил Анти-Дюринг Энгельса?

Вопрос сложный и бессмысленней - Василию, по большому счету, не было до этого никакого дела. Так или иначе, Вася связал свою жизнь с красным знаменем и теперь, в свои двадцать пять лет, являлся видным коммунистическим деятелем родного города. Он состоял в десятке разных левых организаций, вел блог, в котором излагал свои мысли на тему справедливого мироустройства, чередуя это благородное дело с забегами на буржуйские странички, и, конечно же, занимался активной деятельностью. В его случае эта самая деятельность обычно сводилась к поклейке различных агитационных материалов на стенах домов и прочих ровных поверхностях. Распространять агитацию таким способом он любил и даже считал, что пользу плакаты и газеты, наклеенные, где только можно, приносят большую, нежели страничка в интернете.

Теплым летним вечером Василий, весело насвистывая, шел из университета, на одной из кафедр которого проходил аспирантуру, ощущая приятную тяжесть в заброшенном за спину рюкзаке. Внутри дешевой китайской поделки покоились малярная кисть, банка с клеем, и две сотни плакатов, которым грядущей ночью предстояло украсить родимый город.

Внезапно он почувствовал дурноту и остановился, прислонившись к стене дома. Сперва Вася подумал, что это взбунтовался обед и все пройдет, если посидеть немного, но не тут-то было. С каждой секундой становилось все хуже, голова кружилась, точно после хорошей попойки, перед глазами замелькал хоровод разноцветных пятен, еда подступила к горлу, а в следующее мгновение отважный борец с мировым капталом потерял сознание.

Приходил в себя он медленно, со стоном, открыв сначала один глаз, затем другой. Зажмурился, крепко сжав веки, и, наконец, распахнул оба. Несколько мгновений Вася изучал окружение, закрыл глаза и открыл их снова.

Затем он выругался, грубо, по-матросски. Не нужно было есть на ужин грибы. Кажется, в столовой ему положили бледных поганок или мухоморов.

Иных объяснений происходящему у Василия не было, потому что в данный момент он лежал в центре многолучевой звезды, выложенной порошком золотистого цвета, в вершинах которой горели черные свечи. Сей странный геометрический объект был вписан в круг, который, в свою очередь, помещался в квадрат. Вокруг стояли внушительных габаритов мужики, закованные в доспехи. Поверх брони каждого из незнакомцев был накинут табард, на котором красовался его личный герб. Прямо напротив молодого человека тяжело опирался на посох седовласый старик в балахоне и остроконечной шляпе.

Аспирант смотрел на галлюцинацию. Галлюцинация, в свою очередь, во все глаза разглядывала парня. Молчание затягивалось.

- Приветствую тебя, юноша, - проговорил, наконец, старик, стирая рукавом капельки пота, набежавшие на лоб. - Не волнуйся, твой рассудок не помутился, просто мое колдовство перенесло тебя в Ниритию.

- К-куда? - механически переспросил Василий.

- В Ниритию, королевство, которым правит его величество Карпин Третий. Мое имя - Мирлинаэр и я гроссмейстер магии и чародейства.

- Василий, - представился аспирант, нервно хихикнув.

Васе пару раз доводилось читать книжки в жанре фэнтези, но они не особенно цепляли юношу - антинаучная бредятина, годная лишь на растопку. А вот теперь он жалел, что не изучил дюжину-другую книг на заданную тему, так как ситуация вырисовывалась не самая приятная. Молодой коммунист напряг память и выудил из ее недр, что в прочитанных книгах героев выдирали из нашей реальности для того, чтобы те как-нибудь помогли жителям магического мира.

Словно прочтя его мысли, старик продолжил говорить.

- Я приношу извинения за то, что пришлось поступать столь бесцеремонно, но ситуация у нас, прямо скажу, аховая.

Василий попытался встать, но голова сильно кружилась, и он едва не упал, после чего двое бронированных мужиков подхватили его под руки и аккуратно усадили на заботливо подставленный стул.

- М-м-м, значит, нужна моя помощь? - задумчиво проговорил Василий, пытаясь победить свой вестибулярный аппарат. - Какая именно? Я что, какой-нибудь одаренный маг? Или вам нужен полководец там, или воитель? Или, - его внезапно озарило, - требуются знания моего мира?

Маг окинул его снисходительным взглядом.

- Юноша, я только что силой своих чар пронзил пространство и время, чтобы перенести тебя за многие миллионы, как вы это называете, парсеков. Подумай, нужен ли мне мальчишка, которого еще придется учить доброе десятилетие?

- Справедливо, - согласился Вася.

- Теперь насчет воинов. Окинь взором доблестных рыцарей, что согласились охранять меня во время проведения ритуала. Видишь того, у которого на гербе изображен черный волк?

Василий посмотрел на широкоплечего черноволосого рыцаря, на чьей щеке красовался длинный шрам с неровными краями.

- Так вот, - продолжил чародей. - Сей благородный муж зовется Нейром из Хаалрона и он в одиночку одолел страшного монстра - мантикору. Или, посмотри на стоящего рядом Мирина, графа Шиосского.

Здоровяк, чем-то похожий на молодого Арнольда Шварценеггера, приветливо помахал рукой и улыбнулся, демонстрируя рот, в котором ощутимо не хватало зубов.

- Так вот, граф в одиночку сутки удерживал мост, не позволяя войскам Повелителя Мрака пройти по нему.

- Ясно, воин вам без надобности. А полководец?

По рядам рыцарей прошел смешок.

- Его величество воюет с одиннадцати лет. Он участвовал в десятках кампаний, выиграл две дюжины генеральных сражений и взял добрую сотню замков и городов. Ты серьезно полагаешь, что он не умеет командовать армией? - покачал головой Мирлинаэр. - И да, упрежу твой следующий вопрос. Мне без надобности ваши технологии, все равно они у нас не работают.

- Как это? - опешил Василий.

- Кто знает? - пожал плечами чародей. - Мои предшественники пытались. Порох не горит, паровой двигатель отказывается заводиться, а уж про более сложные достижения ваших мудрецов и говорить нечего.

- Но ведь так не бывает, - поразился Василий.

- Не нам с тобой решать, как бывает, а как нет, - оборвал его маг. - Просто прими это как данность.

Молодой коммунист глубоко вздохнул. Рациональная система мышления била в набат и орала о том, что подобного не может быть в природе, и что он, скорее всего, спятил. Однако же, Василий понимал и то, что современная наука познала еще не всю вселенную, и если допустить, что где-то в дальнем ее уголке может существовать мир, населенный людьми, похожими на жителей Земли, то почему бы этому миру не подчиняться иным законам физики? Ересь, конечно же, но всяко лучше веселых рассуждений о собственной шизофрении.

- Ладно, пускай так, - Василий решил придерживаться безопасной для психики трактовки слов старика. - Тогда, может, объясните, для чего я вам нужен?

- Можно, - кивнул чародей.

Внезапно отворилась дверь, и в комнату влетел парнишка лет двенадцати в коротких облегающих штанах по колено и длинной серой рубашке без пуговиц.

- Властитель, они уже тут! - выпалил он.

Чародей скривился, а рыцари сразу поскучнели. Кто-то выругался, кто-то сплюнул себе под ноги.

- Идти можешь? - спросил Мирлинаэр Василия.

Тот аккуратно поднялся со стула. Голова пришла в порядок и тело, в целом, не противилось командам мозга.

- Могу. Вроде бы.

- Тогда идем, расскажу все по дороге. Но сперва надень это.

Чародей протянул парню бесформенный коричневый балахон с большим капюшоном, призванный, скорее всего, скрыть лицо и одежду Василия.

Чародей критическим взглядом окинул результат маскировки и, по-видимому, остался доволен, потому что схватил юношу за плечо и потащил его прочь из комнаты, в длинный темный коридор. Сзади громыхали коваными сапогами рыцари, на стенах чадили факелы и висели гобелены.

- Итак, юноша, - произнес чародей, - скажи, что является самым страшным оружием?

- Слово, - не задумываясь, произнес Василий.

Маг бросил на него короткий взгляд, полный уважения.

- Ты прав, юноша. Вот с этим-то у нас и проблема. Понимаешь, не один я умею заглядывать в другие миры. Есть еще талантливые чародеи...среди эльфов... - Магу явно было сложно подбирать слова. - Знаешь, с этими гордецами и раньше было тяжело, но теперь все просто перевернулось с ног на голову. И в этом виновата какая-то книга из вашего мира, к сожалению, я так и не смог узнать, какая именно. Эльфы выудили ее, прочитали, после чего изменились до неузнаваемости.

- И вы призвали человека, который может знать, что же именно так подействовало на них? - предположил Вася.

- Знать, объяснить или помочь побороть злую силу, - подправил чародей. - Лучше - все сразу.

Маг замолк, и они продолжили движение в полной тишине. Спустившись на несколько этажей вниз, они миновали неприметную дверь, и попали в роскошный зал, облицованный мрамором и серым гранитом, чьи своды поддерживались мощными колоннами. В противоположной стороне располагалась огромная двустворчатая дверь, а прямо перед Василием на возвышении стоял трон, который занимал могучего телосложения мужчина, чьи волосы подернула седина. Его благородное лицо было сосредоточено, густые брови сдвинуты - он о чем-то размышлял, причем настолько серьезно, что не обратил ни малейшего внимания на пополнение.

Впрочем, учитывая количество набившегося в тронный зал народа, это было и не удивительно.

Чародей вместе со своим спутником растворился в толпе, пристроившись в середине зала, и юноша сумел оглядеться. Перед ним словно развернули наглядное пособие по жизни в Средневековье. Женщины в длинных закрытых платьях, законопаченные так, что были видны только лица. Мужчины либо в облегающих ноги чулках и цветастых камзолах, либо с ног и до головы закрытые железом. Особы непонятного пола и возраста в балахонах наподобие того, что сейчас красовался на нем самом. Василий предположил, что это местные служители культа. Множество немытых, с экземами и чирьями на лицах, яростно пахнущих потом и духами людей, мрачных, злобно глядящих на исполинскую дверь. Каждый не бронированный мужчина носил на поясе кинжал, а закованный в латы - меч.

Толпу отгораживала цепь стражников - высоченных амбалов в тяжелых доспехах, вооруженных алебардами. Василий бросил взгляд наверх и заметил на балконах несколько десятков арбалетчиков. Ему стало немного не по себе.

- Гроссмейстер, - шепнул Василий. - А что эльфы забыли у вас?

- Пытаются заставить нас отказаться от поддержки орков с гоблинами, на которых остроухие напали без объявления войны.

Что-то щелкнуло в мозгу у Васи, и тот сглотнул.

"Да ну нафиг, быть того не может", - отмахнулся он от безумной мысли, ответив коротко и односложно:

- Понято.

Пронесся шепот: "идут, идут же", и помещение погрузилось в напряженную тишину.

Двери отворились, и в зал, стуча каблуками по граниту, вошли первые эльфы. Когда Василий их увидел, у него едва не случился сердечный приступ, но он сразу понял, что за книгу аборигены приволокли с Земли.

Эльфы были длинноухи и красивы как женщины, они передвигались легко и грациозно, будто в танце. А еще на каждом из них красовались черного цвета штаны с галифе, заправленные в высокие сапоги, и такого же цвета двубортный мундир с поблескивающими серебряными пуговицами. Ворот каждого мундира с одной стороны украшали две до боли знакомые молнии.

Следом в зал прошествовал высокий эльф в кожаном плаще и фуражке, с которой весело скалился череп. На правом глазу остроухого красовалось пенсне, а в руках он держал филигранно выполненную трость, украшенную большим рубином. Этой самой тростью эльф постукивал по полу.

Никто из вошедших не был вооружен, но отчего-то Василию стало не по себе - такая мощь таилась в парламентерах. Отряд сопровождения замер на середине зала и тип в фуражке вышел вперед.

- Мой фюрер, Элиртиал Аринуэл, владыка Эльфинэджа, передает приветствие и пожелания долгой жизни Карпину Третьему, правителю Ниритии, - громким красивым голосом продекламировал остроухий, - однако же он выражает свое непонимание в связи со странной позицией его величества по проблеме Исира и Герийских холмов. По какому праву вы требуете нас уйти с исконно эльфийских территорий?

- Сразу в лоб, - тихо прошептал чародей Василию. - И половину титулов его величества опустил.

- Торопится?

- Нет. Сознательно оскорбляет.

Чародей был не единственным, кто понял это, потому что толпа придворных недовольно заворчала. Король поднял руку, и вновь стало тихо.

- Почтенный Филириал, когда мы последний раз встречались, ты выглядел иначе и не был столь резок, - с упреком в голосе проговорил Карпин Третий. - И в тебе не было столько ненависти. Скажи, чем Эльфинаджу так не угодили вольные орки и гоблины? Разве вы не жили с ними бок о бок веками?

Эльф скривился, будто проглотил лимон.

- Мы были слепы, но теперь наши глаза открыты! Зеленокожие - видово неполноценны, а стало быть, должны уйти в небытие.

- Зачем же ты пожаловал в мой замок, о посол, если не собираешься вести переговоры? И так ли нужен твоему... -тут король запнулся на миг, пробуя на языке незнакомое словечко, - фюреру мой ответ?

- Да не особо, - пожал плечами эльф.

- Я так и думал, но, все же, скажу. Передай своему повелителю, что Нирития чтит договоры и не отвернется от своих союзников, а если же эльфы не прекратят развязанную ими бойню, то мы будем вынуждены вмешаться.

Эльф склонил голову.

- Ты так решил, король. Сам. Не пожалей потом.

Возмущенные дворяне подняли гул, кто-то схватился за оружие, эльфы - охранники тотчас же обступили своего командира. Ни мечей, ни луков при них не было, однако на прекрасных лицах нельзя было заметить и тени страха. Василий предположил, что у остроухих, скорее всего, припрятан какой-то туз в рукаве.

"Наверное, магия", - подумал он. - "Что же еще"?

Король вновь успокоил разбушевавшихся подданных одним лишь движением руки. Когда в зале воцарилась тишина, он поднялся с трона и, медленно спустившись по ступеням, подошел к эльфу, замерев напротив него и заглянув тому в глаза.

Они долго смотрели друг на друга, не произнося не слова, не шевелясь и даже не моргая. Посол сдался первым и опустил голову.

Карпин Третий улыбнулся одними уголками губ и тихо произнес:

- Ты прав, эльф, я так решил и не пожалею. А теперь можешь идти.

С этими словами он развернулся и зашагал обратно на свой трон, а эльфы же идеальным строем, чеканя шаг, покинули тронный зал.

- Нам пора, - маг тронул Василия за рукав. - Подождем его величество в другом месте.

Другим местом оказались роскошные покои, преобладающим элементом декора которых являлись шкуры разнообразных животных, разбросанные тут и там. Василий примостился на большое кресло, чье покрывало было содрано с существа отдаленно похожего на медведя, и ушел в себя. Обдумать предстояло многое, а маг - спасибо ему за это - не лез с вопросами, оставив молодого коммуниста в одиночестве.

Наконец скрипнула дверь, и Василий оторвался от размышлений, поняв, что к нему пришли гости.

Король был не один, его сопровождал чародей и несколько рыцарей.

Василий поднялся, не зная, что ему стоит сейчас сделать поклониться, упасть на колени, или, может быть, подать руку?

Карпин Третий понял его замешательство и проговорил:

- Все в порядке, мы разрешаем тебе стоять в нашем присутствии.

- С-спасибо, - неуверенным тоном ответил молодой человек.

Вблизи король оказался еще внушительнее, чем на расстоянии. Василий не мог понять, что именно служило этому причиной - могучее телосложение, мужественное лицо, или какая-то невидимая аура силы, разливающаяся во все стороны от этого человека.

- Мирлинаэр ввел тебя в курс дела? - продолжил король.

- Да. - Кивнул Василий.

- Ты можешь помочь нам? - в голосе короля промелькнуло напряжение.

Василий сглотнул, в последний раз прикидывая, стоит ли ему в это все ввязываться? Не то место, не то время, совершенно неподходящая формация - феодализм на дворе...

А потом у него перед глазами возникло холеное эльфийское лицо и череп на фуражке.

- Да. - Уверенно произнес он.

Все, находящиеся в комнате, облегченно вздохнули.

- Ты знаешь, в чем дьявольская мощь книги, которую эльфы притащили от вас? - обратился к молодому аспиранту чародей.

- Знаю. И моим предкам пришлось в свое время столкнуться с тем, кто написал ее. Мы победили.

- Как? Какая сила помогла вам побороть кошмарную магию, овладевшую эльфами?

Василий прочистил горло, перед тем как произнести, наверное, самые важные слова в своей жизни.

- Другая книга. Истинное учение.

- Ты знаком с этим учением? - король оттеснил мага и шагнул к Василию вплотную.

- Да. Я, своего рода... - тут ему пришлось взять паузу, чтобы подобрать слова, которые были бы понятны феодалу, - один из его проповедников.

- Ты раскроешь нам его секреты?

"Вот оно, вот то, ради чего я родился", - отстраненно подумал Вася. - "И неважно, вернусь ли я домой. Неважно даже, останусь ли я в живых. Важно другое"...

Да, значение имело лишь то, что в мире сказок и магии не должны появиться ворота, над которыми филигранным эльфийским почерком будут выведены слова "Arbeit macht frei". Чтобы отвратительное учение не пустило тут свои цепкие корни.

И рот Василия сам собой открылся для того, чтобы произнести первое истинное Слово.