# Оберег из шиповника

Анжела Реллер

Этот рассказ о том что любовь - не главное в жизни. И ничто не главное. Только твой личный комфорт. А еще она о ведьмах. ОЧЕНЬ В ПРОЦЕССЕ

ПРОЛОГ. СЛУЧАЙ

В МЕТРО


Что ты сделаешь если сегодня, сейчас тебя призовут? Там нет раздела на дети и взрослые, муж или женщина. Кинут бывает посыл, целый кличь и попробуй не слышать. Не услышать. И не отвечать на призыв.


Так не бывает. Уловишь и встанешь. Или падешь но опять таки в ритме слов не знакомых знакомых твоих не твоих.


Голос в моей голове подражает своей монотонностью радио. Но выделяет бывает слова или фразы и ими он бьет метко в череп.


Ты уже знаешь что скоро случится. Ты знаешь. Ты знаешь.


Только устало моргаю когда прерывается мой почти сон - полудрема. Если себя не занять - снова кану в какую то кашу из слов и помех. Нервный анализ проходит теперь чтоб себя продержать средь не спящих.


Вон бабушка. Может она продает на вокзале арбузы, может на трасе цветы. Или на пенсию внукам печет пироги. Может убийца смотри как её безучастны глаза. Или же просто она не здорова, проблемы имеет со зрением, печенью, да что угодно сумеет вот так на твой взгляд кинуть тень.


Бабушка есть. Это в каждом вагоне метро есть почти аксиома. Ей даже место свое уступил молодой такой тип. Вот он какой джентельмен с рюкзаком и спокойной улыбкой. Только зачем ему крест такой мега на шее повесил и ждет когда явит свой лик. Просто еще один христианин.


Как мужчины другие, что может знакомы, а может и нет. Разной степени бритости, возраста. Только равняют кресты и какое то чувство они не просты.


Я скоро дом посещу свой, насколько бывает своим не только тебе надлежащее место. Но сейчас я не там и меня призывает внутри находящееся что то смотреть на старушку и парочку этих странных мужчин, избегая других. Будто готовсь к представлению что то случится и автор заботливо дал посмотреть на героев пред их представлением массам на книжных листах.


Я почти не ведусь но на какой то процент (что включает обычный такой интерес) обращаю свой зор хоть и редко но в сторону этих людей. Воздух вязок как будто в предверии. Но это лишь отголосок моих напряженных дней. Я уверенна.


Наш вагон вместе с целым всем остальным, что собой составляет машину с метро, мчит вперед. Остановка, опять, остановка. А тут вдруг мигает и гаснет и свет, и дисплей монитора, что раньше указывал на остановки.


И стает так немного напряжно.


К себе еще ближе я жму свой рюкзак, когда люди один за одним начинают выказывать ропот. Только бабушка эта и все те мужчины, что с крестами поверх одеяний молчат. Им как будто привычно остаться почти в темноте в продолжающей бег свой машине, в метро. Или просто плевать.


В один миг всё меняется. Бабушка резко поднялась, а все эти ну давайте назвем их "на М" резко как то в потемках разместились и взяли в кольцо... её.


- Вам не деться. Сдавайтесь - Мужчина один отрубил из "на М".


- Боже правый, вы мне? - Как спокойно звучит хоть словами испуг.


- Вы не смейте его призывать! - Резко кто то вскричал. Я не видела кто, я стояла от них в трех местах но в такой темноте и толпе уж попробуй других разглядеть.


Но глядела конечно, пыталась.


И всё это при том, что никто на них больше внимания не обращал. Только я, как испуганный кроль, замерла и ждала когда свет снова явится нам и закончится их разговор. Но второе первее, иначе никак.


Остановка случилась. И вышел какой то народ. Но не я. Тут осталась, в себе поборов страх попасть в ситуацию хуже, напомнив себе: остановка из тех где бывать не случалось и тут безопаснее. Ложь.


- Хватит. Морок свой скиньте. - Опять это голос. Главарь?


- Не знаю о чем вы. - Смотрела на дверь но куда ей пройти мимо этих людей. Эй, а может её остановка и эти мужья не пускают старушку сходить на базар или просто вернутся домой. Что творят? И зачем?


И глаза у неё... ярко слишком горят? Потому что я вижу куда кинут взгляд.


Резкий выпад с моей стороны. Парень рядком скользнул. Дернул руку, возможно и кинул в неё что там было, а сцену неясную завершил четкий "Male" (проявись).


Оказалось, что я одержимая жаждой что то понять к ним приблизилась. Или люди ставши толпой (что и дальше испытует легкий испуг) к ним прибили меня. Я на пару минут из течения времени выпала засмотревшись на эти глаза.

Так что это - там что то таки оказалось в руках - и меня припорошило.


Ничего то со мной не случилось. Вспышек не было, запах другой не окутал. Бабка так как стояла и дальше продолжила не колышась от нашей езды возвышаться. Только ярче сверкнули глаза. Было в этом что то пугающее.


Ну а я не покрылась рогами, хвостом или аллергийной высыпью. Только взгляд приковала бабули и как для загадки очередной эллемент - у неё очень радостно рот в улыбке сверкнул. Клыкастенькой.


- Мы изгоним тебя, нежить. - Так сказал тот кто имя порочить будто вечность назад запрещал. - Убирайся сама или будешь низторгнута.


- Нет. - Сказала, а взгляд свой не сводит с меня. Поменялась как будто не только улыбка, слетело спокойствие. - Здесь гуляют такие вкусности.


Этот миг все с чего то избрали как точку в их переговорах. Эти люди в средине вагона которых не трогали люди другие, отсутствием света более скованные. Резко бросились все. Ну и бабка конечно в мою сторону.


Мне прописано страхом было бы замереть как всегда в миг опасный случалось. Но еще при клыках я испуг ощутила сполна и осталась стоять недвижимая. А сейчас я спиною куда то рванула, так неловко и дико. И конечно случилось упасть. Но оценку когтей этой дамы пришлось делать внешнюю, а не по сообственным - вспоротым - ощущениям.


Праздник. Наконец её кто то словил.


И мне бы лучше б запомнить, что с такими творят, кто творит. Но со мной поравнялись ботинки. Парень весь мой обзор заслонив, наклонился ко мне и за руки поднял резко на ноги ставя.


- Всё хорошо?


- Д-да. Качнуло, а в темени этой...- Отойди, отойди, отойди.

- Вы будьте осторожнее. - И сейчас вот сейчас именно всё загорается. Здравствуйте, человек непонятный и потому пугающий. Вот она я вся - смотрите, рассмотрите меня и тогда мимо не пройдете.


- Конечно. Спасибо. - И держит же всё еще, плечи сжимает. А сил будто нет уже - взгляд приковали ботинки. Такие прикольные, я такие хочу. И что еще думать чтоб не о когтях, о клыках и бабулях. Я точно такие куплю.


И пауза виснет, висит и горит. Так пахнет горелым пластиком наше молчание и кажется на пару мгновений затих этот мир, нет дурацких знамений. Меня отпускают и я поднимаю гляделки свои на блондина что рядом.


Но рушится всё, разлетается в дребезги чудом воставший покой. Когда эта бабушка что то с теми господами обсуждающая, за пару минут чудным ошейником обзаведшаяся восклицает "так ведьма она, сладенькая".


И боги, простите. Сознание меркнет. Но к счастью как только выноситься вон из вагон за пару секунд до закрытия двери.


ГЛАВА ВТОРАЯ. ПЮРЕШКА,

ОТБИВНАЯ И ПАНИКА


Лисы любят кур. Самой чистой любовью. Потребительской.


Щелк


Шелкопряду тоже обидно. Живет и работает так что и пенсию получать бы не стыдно. Но кто то, женщина читает с листочка и говорит что они видете ли некрасивые. Они гусенецеподобные.


Щелк-Щелк.


У пентраграммы пять лучей. У меня всегда пятерка друзей.


Щелк.


Девочку учили не ходить с дядями. И она ушла с говорящими животными. Осторожнее, ушла с волками. Звоните в полицию, они трогали её пушистыми лапами.


- Лис, ау! - кто то тянет будто жевачку завязжую в волосах. Бестолково выдернул так как позже отбросит назад. Поднимаю голову чтоб запутаться в розовых волосах. Мой сосед из клуба задних парт.


- Что? - Интересно даже, получшее чем терять себя средь шумов, историй. Или же собой ощущать тревогу - чем вчерашний день еще обернется.


- Звук. Бесит.


- Хорошо.


Щелк.


Щелк.


Щелк-Щелк.


Ручка пахнет дешевизной, вкуса дешевизны но сбивает любые образы. Что твои, что мои образы. Это всякие фильмы нас учат - оружие - что то большое, там кнопочки и рычажки. Или слияние силы, загадка какая то есть. В мире реальном оружием может служить даже вот она - ручка с потекшей немного, закрасившей пальцы пастой.


***


Запишите в графе увлечения черным по белому нервы тратить на мелочи, выгорать. Так чтоб знать что не шутки - я придумала хобби назвать всё что душу терзает и глотку грызет. Ляпота, красота эти ваши учеба, прогулки в местах незнакомых и верно что в темные времена суток, псы, высотки и высоты с них открывающиеся.


И конечно же волнения вроде скоро как непонятно кто меня найдут для непонятно чего?


И что блин с бабушкой сделали? Понимаю, клыки не очень пенсионерам идут, но с такими то пенсиями все озвереют. Что ж их всех то ошейниками?


- Пюре с отбивной возьми.


- Лан.


Где людей учат среди бабуль различять нелюдей? Есть ли в крестиках тех свои силы, аль то знамя народа того? Просто знак "не злодей"?


Где мой мастер джедай что разложит по полочках?


***


Чай это хорошо, чай это дорого. Кофе прямо будто из золота смелено. Так что компанией нашей из двух человек грустно опять переходим на воду. Денег как в каждой второй студенческой шутке, денег нет.


Нож живописно застрял в отбивной. Так и проснутся недолго смеясь и придумуя шутку. Мы в две руки как какой то мутант бросили силы на мясо. Ты у любого спроси - хуже студента голодный студент. Точка. Голодная бабушка.


Спрячь меня друг мой от мыслей пустых. Что ж я опять соскользнула на почву болотную.


Любишь топиться?


Любишь искать ключики?


- Что там?


- Две лекции. Вышка и психология.


- Оо, моя любовь.


Что мне опять истязаться. Как вчера ночью, в руках держа кружку и дрожью её вынуждая плескаться на пальцы. Болью ожогов, не сильных но чай всё же теплый, пытаться но руки хоть станут теплее скульптуры. Ужас пришел тогда дважды - в момент когда только успела покинуть вагон тот несчастный. И в кухне учуял приятную мятную вязкость и выпить не дал мне ни капли пока в своем темпе тряслися ладони.


Не найдут да зачем им искать то. Может не я ею названна, сразу ж рванула. Да и меня не запомнили люди с крестами и бабка наверное тоже не сможет простую студентку как надо приметно и четко назвать. Просто девка. В метро, с рюкзаком что приментей её (и сейчас лежит дома). Только тот что в ботинках мог как то запомнить но право же смысл искать меня так ведь?


Просто девка. Не меня же назвали.


Не стоит так ошибаться.


ГЛАВА ТРЕТЬЯ. ПОЧТИ

ПАДЕНИЕ И ПОЧТИ ПРАВДА


Как же достало быть среди ошибок. Книжек залитых вареньем, разорванных мишек. Пробитых шариков, даже закончившихся спичек. Одиноким свидетелем утопичных картинок.

Встретимся если пропаст твой носок. Я и первее найду кошелек. В мире моем повнимательней кошек. Но мои зубы ввергают всех в шок.


- Лиса, хэй


Имя моё как смешок.


Как смешок.


Сме-шок


- Лис, глаза открой.


Ввергают в шок.


Сама я как смешок.


- Проснись блин у нас пара началась. Голову хоть подними там мужики реально суровые пришли, еще препод докопается. Подними давай говорю. Ну Лииис.


***


- К нам часто попадают студенты... Принято решение провести лекцию на тему...

Люди в форме. Люди хмурые лица, закатанные рукава, со словами будто языка другого, не нашего. Мой не может так говорить о погибели, извините. Он описывал как удивительно пахнет сирень, матерился активно но так говорить о других не научен пока .

Рефреном - не заставляйте опускать останки ваши в мешки, не становитесь в до этого доведшими. Нашими рабочими проблемами.

Прикольно. А крестики вообще зачетные. Что то развелось их на людях последнее время. И все как под копирку одинаковые.


- Студентка?


- Нехорошо тошнит что то, извините, до свидания.

Дверь захлопывается. Пару шагов и я падаю.


Столкнутся всегда полагается с тем кто страшит. И ботинки почти задевают рюкзак и привычно поставили на ноги руки обладатель которых решил постоять на проходе. Да и дальше стоять ведь куда от меня, как могу я спешить, если встречу доверили с ним.


- Здравствуй.


- Здравствуйте. До свидания. - Вежливая девочка хватает свои вещи, спешит на гастроли комедии "идеальные непопадания". Девочке смешно просто безумно в этом коридоре и атмосфере таинственной связи. Но родители говорили - правильные в тишине хохотать не будут.


- Серьезно? Это всё?


- Нет. Еще "извините".


- Думаю нам стоит...


- Уже и на "ты" и "мы" появилось? - Да, я психую. Ты тоже психуй. Разорвутся вселенные, когда волны сомкнутся, столкнутся. Отряхнемся, исчезнем давящая вежливость. Парень, кричи или я сделаю это. Я точно сделаю это. Я...


- Ты увидела что то страшное, то что не можешь объяснить.


- Не понимаю о чем вы. - Девушка вежливая. Девушка испуганная. Девушка два в одном.


- В вагоне метро, в среду. - Четко и сразу, будто вариантов немало когда еще что то такое со мною случалось. - Мы можем пройтись в контору или же в церковь... объясним всё... тебе не нужно бояться или бежать.


Крестик качается на крепкой шее. Я качаюсь на носочки и назад.


Я девушка не благородное золото. Даже не обсидиан. Так, по дешевке нашлось что то в лавке. С аллергией на ладан.


Три чиха это всё что во мне от религии.


***


Фигуры фигурно стоят. Посреди дороги. Когда каждый прилежный занял себя сам.


А потом нас находит торнадо. И слова рассыпаются будто горох, будто так им и надо.


- Лиса, вот ты блин где, я ж уже обыскался.


- Алиса? - А это попытки-пытки снова. Узнать хотя б имя если не знал. Задержать еще.


- Да... конечно.


- Куда ж вы? - И нормально наверное так изгалятся, то на "ты", то на "вы".


- Я...


- Плохо человеку, я её домой отведу, мы отпросились.


- Да, мы пойдем. До свидания.


А с спину прилетело "я Кирилл". Выстрел в моей голове, в тишине, что то сбил. Будто была забита бутылками моя коробка. Выстрел был без прицела но чутко попал - почему то мне стало, куда уж еще мне, тревожнее.


Словами мы называемся, словами зовемся но ими не являемся. Что мне звуки чужого призыва. "Парень боты" тоже что и это его "Кирилл".


Я Полина. И что ж?


- Ты чего выперся?


- Ну так повод с пары свалить. Спасибо лучше скажи. Что у тебя там?


- Хорошо всё. Забей.


- Лис...


- Мне реально плохо. Пока.

Ответное "пока" ничего не дергает. Хороший друг, безопасный.


ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ.

НИЧЕГО СТРАННОГО

КРОМЕ ТОЙ

УТОПЛЕНИЦЫ


Утро в субботу приходит неспешно. Солнечный свет исключает завеса из штор. Даже матраци на досках удобны и мягки, если не спали вчера погружаясь в какой нибудь хоррор.


Восемь как знак бесконечности. Восемь, а тел здесь четыре. Царствует сон и казалось бы вечность будет звучать тихий соп и храпящие звуки. Но разлетается эта беспечность сбитая песней чьего то телефона.


Кто то упорен. Звон отключает диспетчер, а некто из телефона снова на кнопку звонка нажимает и увлеченно считает гудки.


Восемь, а спять только трое. Встать заставляет наличие звука, совесть не даст и других лишить сна. Музыка тихнет покорно и руки трубку подносят к лицу. Прикрывает Полина глаза.


***


- Да? - Не вглядевшись в дисплей.


- Мы едем в лес с ночевкой. Ты едешь тоже. - Голос командный когда то пугал. Но мы тогда не могли себе много позволить. Где это славное время без ранних побудок звонком?


Пауза есть. Тут не к месту спросить почему узнаю только ныне или заметить что час этот чудо как рань для субботы. Ясно и так.


- Я не хочу. - В темноте не приподнятых век нету набора отмазок. Желание спать. Голос использовать чтобы глаголить слова откровенно лениво.


- Хочешь, сама говорила про парк. - Тон же почти вызывает желание сбросить. Шибко веселый. Как не смотри - на экране всё еще восемь часов.


- Парк не равняется лесу и ночевку, заметь, не включает.


- Частности. Ты же не бросишь меня с парочкой классных ребят?


- Ты сейчас на моей заботливости играешь. - Тон возмущенный построить не выйдет. Трое всё еще в царстве морфея.


- Я не слыщу твой шепот. Ты за? Отлично, пока.


В трубке гудки. На дисплее пришло сообщение - время и место. Имя контакта "АняЧёртВозьми".


***


Можно конечно упасть на кровать, отключив аппарат. Но если думать логично - в лесах то обычно концентрация "крестоносцев" поменьше на земельный квадрат.


Так что решение зреет одно. В сумку упали припасы и вещи. Всё же не в первый у Ани подобные планы.


***


Воды здесь тихие, говорят. Плавай, купайся, и солнцу поставь свою плоть. Ведь, каждый знает, на мокрую кожу загар лучше ляжет. Только конечно не в эту весеннюю пору, в холодную реку толку то полезать.


Было здесь воды от крови алели, только течение так как сейчас - не шалило. Это ж всё люди, куда им в покое бывать. Бросится с плачем и жизнь оборвать ежель ответа нет в сердце соседа. Деток нехрещенных только пришедших на свет потопить как котят. Сбросить врага но не в битве, а в спину...


Помнить трагедии эта река.


***


Волосы длинные, кожа белым отблескивает будто на солнышке. Только глаза мутные. Ил. И вопросы странные. Щурится приходится как кошке чтоб и дальше линии эти рассматривать непонятные. "Был и всплыл". Надо же.


- У меня тоже пары нет сейчас. - Говор у дамы по пояс в воде остающейся странный. Несколько стар но не мне же судить увлечение классикой.


- Тебе сейчас и нельзя. - Линии наверное страннее чем что либо губами от холода вод синими может извергнуто быть. Не разобрать с расстояния это тату на руках или что вообще есть.


- Почему?


- Ты должна себя ощутить.


***


- Поль? Ты где?!


Плеск. Ушла твоя собеседница, девица. Ты тоже иди. Люди кличут, а значит не время. Не время еще о тебе говорить. Речка и тебя помнить будет теперь. Хоть ты в неё не вошла. Потому что помнить будет другая чужая душа.


***


- Девушку встретила. Говорила что с женихом была. Поругались наверное. Вопросы задавала странные.


- А куда делась? И что спрашивала то?


- Уплыла наверное. С "кто ты?" начала. Что я Полина не поверила что то, а я ж и не шутила. Да и имени своего не назвала.


"Где твоя защита? Что ж ты без защиты?" голосом напевным повторяется пластинка в голове.


- Вот уж странная. Забей, пошли к костру.


- Она в платье была.


- Забей, Лис. Пошли-и.


***


Резвится маленький огонь. Упорно пожирает древесину. Докинь еще чего - сожрет. И вспыхнет ярче, злее. Попытки броситься за круг резки но непродуктивны. Угрозы нет пока не спит его соглядатай. Пока с небес не полилась водица.


Поют три голоса. Гитару обуздавший парень. И две подруги смех мешая в загугленных куплетах. И лишь один спокойный наблюдатель - следит за буйство пламени, следит за песни ходом.

Веселье, ты поймешь когда то, является защитой тоже.


***


"Полина, где твоя защита?"


"Нам хочется играть"


"Полина выйди оттуда, выйди с поляны"


"К нам"


И во снах смотрели черные глаза. Не только девицы из речки глаза.


***


- Кажется мы ей не понравились.


- Ага. Уверенна она даже не помнит ваших имен.


- Да ну тебя


А Анна смеется и шепчет в спины ушедшим "реально ж не помнит, вы что?"


***


В директах висело непрочитанное. Маршмеллоу писал "Привет, классные фотки)". "Спасибо" и фото довольного котика. На "Познакомимся?" ответ это резкое "нет".


ПРИМЕЧАНИЕ:

*Ил темно-коричневый или серый (кому как видне). Черным становится погибающий ил.


ГЛАВА ПЯТАЯ.

ДОМА ТОЖЕ КАК ВСЕГДА


Говорят, ты когда то насытишься. Эти блюда и этот вид потеряют свою пленительность, если часто есть и смотреть. Город чуден на первый, второй и стотысячный не зашореный взгляд. Но когда нибудь обязательно ты посмотришь подумав "не то". И тогда будто щелк и на паузу. Где то скинут окажется шлейф былых чувств.


Перестану любить. Обязательно. А пока...


Миллионный скажу "я люблю тебя город, люблю тебя шоколад". А иначе чего здесь ютится. Чего гнать, если нечем себя награждать.


***


Плитка черного шоколада, плитка белого. Упаковка собачьего корма. Всем хорошим ребятам подарочек. Нехорошие (парни) пусть кушают броколи.

Тетушка не смотрите насмешливо. Тетушка бросьте иронию. Эта девица - восемнадцать лет от роду - ваш самый серьезный родственник.


- Усы вытри - Улыбается ласково женщина-возвишенный-вид.


- Я Мартина косплею. - Отмазыватся значит действовать автоматически.


- Ну-ну, одаренная моя - И кидается полотенцем. Мартин рядом заходится смехом. Веселится и скачет под стулом. Взгляд мой ловит, великий охотник.


- Ты опять не кормила собаку?


- Он в порядке.


- Ой ли? Март ты голоден?


- Гав!


Что ей проще забыть чем кормежка животных. Или мелкой племянницы, дома оставленной. Дома забытой. Друг мой милый, мне просто понять этот "гав", этот "сос" по собачьи. Ну, пойдем?


- Зря балуешь.


- Это просто пес. Что с тобой?


Для чего заводить собаченку. Если явно не нравится этот малыш. Забрала бы, давно забрала бы но общага... и ты же не дашь.


Странные отношения.


***


- Помнишь правило?


- Хээй. Да хватит уже.


- Полина!


- Если плохо - рифмуй.


- Умница. Скоро полнолуние.


- Я буду осторожна, чтобы это не значило.


И мела купи, куколка. Он дешевый. Беру целых две упаковки, для чего то беру забежав в магазин перед тем как вернутся домой.


ГЛАВА ШЕСТАЯ. ВЫШМАТ

ЗАВЕДЕТ В АД

---------------------------------------------------------------------------------------------

Polina, [17.05.19 00:20]

я ощущаю себя маленьким осколочком, что отбился от чего то большого и начал своё хаотическое движение - вращательное и прямолинейное - в одиночестве. он не ведает куда ведет эта дорожка. мир смеется - на пути и ухабы, и взрывающиеся бочки. но в осолочке есть одно местечко еще меньше его самого - оно теплое, вздрагивающее каждый раз и там спресованная вера и надежда - сжать но не перемешивать.

--------------------------

Mar, [17.05.19 01:14]

Успокойся, сдашь

--------------------------

Polina, [17.05.19 01:15]

это ты так думаешь. а я нет. а мне страшно.

--------------------------

Mar, [17.05.19 01:27]

Иди спать

--------------------------

Сегодня мы решили написать бумажку в Ад. В ней есть фамилия, имя и даже фраза есть "вышмат".


- У вас полтора часа.


Простых скрепленных два листа. Итог обычно зазывает идти уже искать не профиля работу, возможно в Ад пускают без диплома работать и страдать.


-Поль, а Кира где?


- Она заболела - И она заебалась как и все мы. Главное не сказать.

- Всё что я могу сказать это то что это очень не вовремя.